История о том, как я забрал домой одинокую девушку из моего класса и превратил её в элегантную красавицу (Новелла)
Yuuto Yuzumoto

Однажды старшеклассник Акира Акамори, которому предстоял переезд в другую школу, заметил в парке по соседству свою одноклассницу — блондинку Аой Сотомэ. Девушка стояла под дождём, насквозь промокшая.

— …Мне больше некуда идти.

Они почти не знали друг друга, но Акира не смог пройти мимо и привёл её к себе.

— Спасибо, что выручил.
— Н-не за что…

Выслушав её историю, Акира решил, что Аой поживёт у него до его перевода. Оба смущались от непривычной близости, но день за днём между ними росло тепло.

Так начинается история двух людей, чьи пути то сходятся, то расходятся, словно заезженная пластинка.

====================

Иллюстрации 1-го тома

[[image:/storage/reader-images/99a1f68ca711d0fc1dcc88fbb4c86ec812073490.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/46c087c3bc45afd55837ccb9d4300887f3406e8b.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/042000d3fdca0fc7ccfb33ad368bee621dfe8b95.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/7dc90506210997565cf20748b8f309301a4b4d81.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/132715e317eb3dc1cb1be1ac93e63de46ebdae85.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/ff2c15867d1ba5926a8ec36d1256ae483c12b37d.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/fc0af439c1430b7e2773e55dbd9a589802127347.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/adf2e0705e8765f8837ab3554d6590487167daac.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/efea9804aacd04fe4ca1c25ec6e8f923f69b38b0.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/69789df7f330a55d759c0caa54071c361478aa4c.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/9c2bef72f2bc36db09645c12a0592dc924d04bd4.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/3019c4c11cb5c66d119f3b291ea1cbfcd5ccd008.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/61c9328754ac4117d7bf1a5ddb0a1db06557bfe2.jpg]]

----------

Пролог

Было начало июня.

В дождливый день, когда гортензии были в полном расцвете.

— … Сотомэ-сан?

Когда я возвращался из школы, купив кое-что на ужин в супермаркете, я заметил одноклассницу, сидящую на скамейке в парке возле моего дома без зонта.

Её звали Аой Сотомэ, и она была популярной девушкой в ​​школе.

Она часто пропускает занятия, её роскошные, длинные, светлые волосы были причиной постоянных слухов о ней. Она излучает неприступный вид, как одинокая девушка.

Из-за этого она держится на расстоянии от одноклассников и всегда проводит время в одиночестве.

Хоть мы с ней и были из одной средней школы, у нас не было никаких контактов, так как мы были в разных классах, и я даже не осознавал этого, пока мы не попали в один класс в старшей школе.

— …

На мгновение я задумался, стоит ли мне с ней поговорить.

Обычно я не окликал кого-то в школе или даже на улице, потому что для меня, это как-то слишком, тем более, если это гяру из совершенно другого мира. Но думаю, что я не мог не колебаться перед кем-то, кто излучает такую неприступную ауру.

Тем не менее, я все равно окликнул её, когда увидел, что она выглядит несколько одиноко под этим дождем.

— Вы Сотомэ-сан?

Я набрался смелости и позвал ее, держа над ней зонт.

Заметив меня, она подняла голову и издала слабый голос:

— …Акамори-кун?

Ее голос был настолько слабым, что его почти заглушал шум дождя.

Ее глаза выглядели влажными, возможно, из-за дождя.

[[image:/storage/reader-images/f06dd0af3fdb9a9f1a07a6342476b9c657467c67.jpg]]
— Что ты здесь делаешь?

— Ничего, я ничего не делаю…

Когда она ответила, на ее лице не было никаких эмоций.

— Ты простудишься, если останешься здесь надолго.

— У меня все нормально. Просто оставь меня в покое.

Резкий тон её голоса свидетельствовал о явном намерении, чтобы я ушёл.

Я собирался сделать шаг назад из-за её отношения. Но в этой ситуации я не мог просто сказать: « А, ну ладно» и уйти?

— Дождь усиливается, так почему бы тебе не пойти домой?

Глядя в темноту, я увидел, что ее униформа не только промокла от дождя, но и в некоторых местах запачкалась. Также были очень заметны складки, как будто она носила одну и ту же рубашку несколько дней.

Сотомэ-сан какое-то время молчала, а потом что-то пробормотала себе под нос.

— … У меня больше нет дома.

Я не поверил своим ушам, услышав такие слова.

— Что значит, у тебя нет дома?

— …

Сотомэ-сан не ответила и держала рот на замке.

Должна быть причина.

Нет, я с самого начала знал, что на это есть причина.

Когда светловолосая девушка, которая регулярно отсутствует в школе и о которой ходят дурные слухи, оказывается в парке без зонта в дождь, я могу только представить ситуацию, когда она не может кому-то сообщить об этом.

Однако её ответ, был для меня неожиданным.

Что мне ей сказать?

Прежде чем я успел подумать об этом, я произнёс:

— Если хочешь, пошли ко мне домой?

— Э…?

Оглядываясь назад, я не знаю, как я мог произнести такие слова.

Если я вмешаюсь, у меня, очевидно, будут проблемы.

Мне не нужно было связываться с кем-то, кто даже не был близок со мной.

Я осознавал это, но я не мог оставить ​​девушку, с которой обычно никогда не разговариваю, одну.

Наверное, потому, что она напомнила мне одну девушку…

" Фигура одиноко стоящей девочки из воспоминаний в детском саду. Когда я впервые влюбился.

— Мы не можем оставаться здесь вечно, я не знаю, что произошло, но неплохо подумать об этом в месте, защищенном от ветра и дождя.

Лицо Сотомэ-сан ничего не выражало, но её глаза были полны удивления.

Через некоторое время, погрузившись в размышления.

— … Ты в этом уверен?

Она бросила на меня взгляд, в котором смешались грусть и замешательство.

Увидев это выражение, ко мне вернулось давно забытое воспоминание.

" Да, у той девушки всегда было одно и то же выражение лица.

— Конечно, если ты не против, Сотомэ-сан.

— … Я буду признательна, если можно.

— Да. Тогда пойдем?

Мы спрятались под зонтом и пошли плечом к плечу.

И вот так я забрал домой одинокую девушку из своего класса...

----------

Жизнь с одинокой девушкой

У каждого здорового старшеклассника бывают моменты, когда он мечтает о совместной жизни с девушкой.

Это может быть девочка, которую вы любите, или та, которая, по слухам, самая красивая в школе. Возможно, вы живете со сводной сестрой, с которой у вас нет общей крови из-за повторного брака родителей. А может, с красивой и богатой старшей сестрой, которая живет по соседству.

Это что-то из драмы или манги, страница из юношеской фантазии.

В этом нет ничего плохого.

Это обряд, через который проходит каждый подросток.

И если вы спросите меня, были ли у меня когда-нибудь такие фантазии, я отвечу, что, конечно.

Были так много раз, что я даже не могу сосчитать их пальцами рук и ног вместе взятых. И пока у меня были такие мысли, я так волновался, что не мог спать всю ночь, но когда наступал ослепительный рассвет и пели птицы, я чувствовал себя опустошенным.

Я уверен, что почти каждый здоровый старшеклассник может понять это чувство пустоты, от которого хочется умереть.

Оставлю на время свою грустную историю.

Есть люди, которые живут вместе с девушками, чего мы так жаждем, и этим людям я хотел бы отправить бомбу вместе со своими комплиментами. Взорвитесь, вы, Риадзю(1)! Сукины сыны!

Я завидовал этим парням и очень хотел жить с девушкой, потому что это мечта любого старшеклассника вроде меня.

Если это когда-нибудь сбудется, надеюсь, когда я вырасту, и у меня появится девушка.

Так я думал…

— Это мой дом. Пожалуйста, проходи внутрь.

— Извини, что побеспокоила тебя…

Никогда не думал, что окажусь в таком положении.

— Тебе нужно принять ванну. Эм, вот полотенце и... вот кое-что из моих вещей, если хочешь, надень. Ванная комната находится слева, когда выходишь из коридора. Не стесняйся использовать любой шампунь или что-то еще.

Я не мог оставить ее промокшей, поэтому решил позволить ей сначала принять ванну и дал то, что нужно.

— Спасибо…

— Все хорошо. Не торопись～

Сказал я напоследок, когда она пошла в ванную.

— … нет, подождите, что я творю?!

В гостиной эхом разнесся мой крик на самого себя.

Несмотря на то, что мы одноклассники, было безумием пускать в дом девушку, которую я плохо знал.

Но так как я не мог просто оставить её, я неожиданно произнёс эти слова:

— Если хочешь, пошли ко мне домой?

Я был удивлен, что у меня хватило храбрости сказать такую ​​смелую вещь.

— Я не думал, что она действительно последует за мной, но…

Я чувствую, что все идет очень гладко, в зависимости от того, как думать об этом.

Однажды я прочитал статью в журнале…

Если ты пригласишь девушку к себе домой, и с ней всё в порядке, то можно и то, и другое.

— … Нет. Этого не может быть! Точно нет!

Даже если это так, должна быть какая-то ловушка.

Если пошарить в интернете, то можно найти множество историй людей, которые верили в поговорку о том, что мужчине не стыдно есть предложенную еду, но были срочно доставлены в полицейский участок, потому что девушка не дала согласия, таким образом их жизнь была разрушена.

Это мог быть я, если бы был неосторожен. Я попытался представить, как полицейский уводит меня на допрос.

— Я так завидую, что вы привели домой старшеклассницу.

— Нет, у меня не было никакого злого умысла.

— Вранье. Вы думали об этом хотя бы на миллиметр, не так ли?

— Да, миллиметр, может быть…

— Арестован☆.

Возможность быть допрошенным во имя интервью пугает. Я слышал, что в наши дни на тебя могут пожаловаться только за то, что ты разговариваешь с потерявшимся ребенком.

Мне кажется, что мир слишком суров, но я не думаю, что мне это сойдет с рук, даже если я задержу ответ, когда меня спросят, были ли у меня плохие намерения.

Прощай, моя юность. Удачи в следующей жизни.

— … Ладно, приготовлю ужин, вместо того, чтобы думать о глупостях.

Может, потому что это были глупые мысли, я успокоился и подумал о другом, когда начал готовить.

Во-первых, я не предпочитаю недружелюбную блондинку, а нежную, невинную красавицу… Впрочем, это не то, о чем мне сейчас следует думать.

Хорошо. Было бы неуместно не спросить о ее ситуации, прежде чем думать о том, что делать.

Закончив готовить, я услышал, как открылась дверь в ванную.

Когда звук фена эхом разнесся по гостиной, я отнёс приготовленный ужин на стол.

Я не знал, что случилось, но слышал, что люди впадают в отчаяние, когда голодны. После того, как она плотно поест и успокоится, она, возможно, сможет рассказать что произошло.

Ну, я могу или не могу, ничего с этим поделать.

Пока я думал, Сотомэ-сан вернулась в гостиную.

— Спасибо за ванну.

— В-все в порядке…

Я посмотрел на Сотомэ-сан и почувствовал прилив возбуждения.

[[image:/storage/reader-images/3f989e8a67960301bdb39ef327af531a880f5a26.jpg]]
Ее длинные и слегка влажные волосы.

Ее щеки слегка покраснели от жары.

Прежде всего, я почувствовал мужской романтизм в необычном положении девушки, одетой в мужскую домашнюю одежду. И тот факт, что она была одета в мою собственную одежду, был слишком хорош, чтобы быть правдой.

Было бы еще лучше, если бы это была белоснежная рубашка…!

— Что-то не так?

— Ах, нет, ничего!

Я попытался отвернуться и притвориться спокойным, стараясь не дать ей понять, что творится у меня в голове.

Я глубоко вздохнул, стряхнув с себя беспокойство, улыбнулся и позвал ее.

— Ужин готов. Почему бы тебе не сесть?

— Прости… за всё.

— Не беспокойся об этом.

Мы сидели лицом друг к другу, сцепив руки, пока Сотомэ-сан не взяла ложку и медленно поднесла ко рту.

— Вкусно…

Я, наконец, смог увидеть некоторую жизненную силу на ее лице, когда она пробормотала это.

— Акамори-кун, ты хорошо готовишь.

— Но это всего лишь жареный рис.

Пока мы разговаривали, мне в голову пришла мысль.

Я никогда не разговаривал с ней раньше, и, поскольку в школе она была одинокой, я ожидал, что она будет холоднее, и мне будет трудно с ней общаться… Но на удивление, я мог говорить с ней, как обычно.

Думаю, ванна и ужин немного её успокоили.

Я не знал, обозначает ли это, что Сотомэ-сан расскажет мне о произошедшем, но, по крайней мере, это означало, что мне не нужно слишком беспокоиться.

Поэтому, прежде чем я спросил ее, я рассказал о себе.

— Я думаю, что стал немного лучше готовить с тех пор, как стал жить один.

— Ты живешь один?

Сотомэ-сан удивленно огляделась.

В доме было минимальное количество техники и мебели, так что было ясно, что здесь живёт не больше одного человека.

Оглядевшись, Сотомэ-сан взглянула на меня с убежденным взглядом.

— Временно живу один. Моего папу перевели сразу после того, как я сдал вступительные экзамены в старшую школу, поэтому моя мама и сестра переехали вместе с ним. Поскольку я поступил в школу, я не мог перевестись, поэтому решил сменить её на следующий год.

— Вот как…

— Итак, если ты не возражаешь, я хотел бы узнать, что произошло.

Я отложил ложку и взглянул на Сотомэ-сан.

— Я не собираюсь заставлять тебя, если не хочешь, а даже если и захочешь, я никому не расскажу. Я все равно собираюсь перевестись в другую школу, так что эта история ни за что не ускользнет от меня. Сотомэ-сан... Что значит, у тебя нет дома?

Когда я спросил, Сотомэ-сан нахмурилась и закрыла рот.

— Мой дом…

Через некоторое время она ответила:

— Мои родители развелись, когда я была маленькой, и до сих пор жила с мамой. Мы были бедны, поэтому после поступления в старшую школу я брала перерывы в учебё, надеясь заработать немного дополнительных денег на проживание. Но… когда я несколько дней назад вернулась домой с подработки, моей мамы уже не было.

— Она оставила записку… что ушла?

— Ничего. Я думаю, она ушла с мужчиной. Возможно, это был бойфренд, который у неё недавно появился.

Горечь распространяется во рту.

Я хотел ударить себя по лицу за свои нездоровые фантазии.

— После этого мой арендодатель сказал мне, что я просрочила арендную плату, и, поскольку у меня не было надежды заплатить, я оставила свою квартиру, взяв самое необходимое. У меня не было другого выбора, кроме как остаться в парке, потому что у меня заканчивались деньги, и пройдет какое-то время, прежде чем я смогу получить зарплату за неполный рабочий день…

Этого не может быть. Это безумие.

Как она могла уйти с мужчиной, когда ее дочь только что поступила в школу и еще усердно подрабатывала, чтобы сводить концы с концами?

Меня тошнило, потому что это было ужасно, не говоря уже о родителе.

— Что ты будешь делать?

Я не мог совладать с нахлынувшими во мне эмоциями.

Тем не менее, я, как мог, сохранил хладнокровие и задал вопрос.

— Я не знаю… Что мне делать?

Ее голос был слегка дрожащим, когда она спросила, вдыхая.

— Если тебе больше некуда идти, не хочешь ли ты пожить со мной какое-то время?

— Э…?

Сотомэ-сан удивленно взглянула на меня, а затем слегка покачала головой.

— Я уже причинила тебе много неприятностей, просто придя в твой дом вот так… Я больше не могу.

Для нее было естественным ответить таким образом.

Несмотря на то, что мы учились в одном классе и знали друг друга, как бы ей ни было трудно найти жилье, ни одна девушка не согласилась бы жить с парнем, который проживает один, и неожиданно предложил ей пожить у него.

Она будет смущена, замкнута и, что самое главное, будет настороженной.

— Ничего страшного.

Но я поймал себя на том, что говорю это, когда увидел растерянный взгляд Сотомэ-сан.

Это не мое дело, поэтому я должен просто оставить ее в покое. Глупо вмешиваться в чьи-то семейные дела.

Будучи старшеклассником, я, вероятно, мало чем мог помочь.

Я понимал это.

Но когда я услышал о ситуации, я не мог оставить её.

Причина, по которой я так сильно переживал по этому поводу, наверное, заключалась в том, что она напомнила мне… одну девушку.

Это было воспоминание из детского сада, о котором я забыл всего несколько минут назад.

В то время я был влюблен в девочку.

Она всегда была одинока и редко отвечала, когда я с ней разговаривал, что меня беспокоило… Прежде чем я это осознал, я влюбился в неё.

Когда я увидел Сотомэ-сан в парке, я увидел в ней фигуру той девушки.

Может быть, я до сих пор жалею, что ничего не сделал для той девочки.

— Я не собираюсь просить тебя делать что-то странное только потому, что я позволяю тебе остаться в моем доме. У меня есть свободная комната, так что не стесняйся ею пользоваться. Конечно, как я уже говорил, я никому не расскажу о твоей ситуации без разрешения. Знаешь, как говорят: «В трудные времена мы должны помогать друг другу», верно?

Я осознавал, что изо всех сил пытался удержать её, но понимал, что если брошу её здесь, то пожалею об этом так же сильно, как и тогда.

— Ты уверен, что хочешь, чтобы я…?

— Да.

Сотомэ-сан покачала головой.

— Тогда, могу я некоторое время побыть у тебя под опекой?

— Конечно.

Так и началась наша совместная жизнь.

— Но есть одна вещь, которую я хочу, чтобы ты мне пообещала.

— Обещала?

— Тебе не нужно платить за аренду или коммуналку, поэтому я хочу, чтобы ты умеренно подрабатывала и ходила в школу каждый день. Я позабочусь о расходах на проживание, чтобы ты могла вернуться к своей нормальной жизни.

Немного подумав, она ответила:

— Я понимаю, спасибо.

На ее лице было извиняющееся выражение.

И какое-то время я не мог выкинуть это лицо из головы.

На следующее утро я проснулся раньше обычного, чтобы приготовить завтрак.

С тех пор, как я начал жить один, я ходил в школу, не завтракая, так как с утра слишком сложно готовить, но теперь, когда я живу с Сотомэ-сан, я не могу так расслабляться.

Мне все равно, если бы это касалось лишь меня, но будет нехорошо, если Сотомэ-сан пропустит завтрак.

" Когда я в последний раз завтракал? — подумал я, когда попробовал мисо-суп.

Я не знал, была ли Сотомэ-сан любителем хлеба или риса, так что пока остановился на рисе.

В качестве гарнира я приготовил мисо-суп с яичницей, а вместе с ним обжаренные овощи и немного соленых огурцов. Все было довольно просто, но я убедил себя, что именно таким и должен быть завтрак.

Я принес еду на стол и стал ждать Сотомэ-сан, но она долго не появлялась.

— Интересно, она уже встала?

Я посмотрел на часы в гостиной и увидел, что было чуть больше семи часов.

Времени еще много, но когда она проснется?

" Невозможно.

Тут мне в голову пришла неприятная мысль.

А если она простудилась?

Я не знал, сколько времени она провела в парке, но судя по тому, насколько она промокла, должно быть, это было довольно долго. Хоть она и согрелась в ванне, неудивительно, если у неё поднялась температура.

Обеспокоенный, я подошел к комнате, где спала Сотомэ-сан, и внимательно прислушался.

Шума изнутри не было.

— Сотомэ-сан…?

Я легонько постучал и позвал ее, но ответа не последовало.

Чувствуя себя плохо из-за того, что побеспокоил её, пока она спала, я медленно открыл дверь и вошел внутрь.

Она по-прежнему крепко спала в постели.

Я взглянул на её лицо, чтобы проверить, не заболела ли она, но казалось, что она мирно спит. Она не выглядела бледной, не потела, и не было похоже, что ей больно.

" Слава Богу…

У меня вырвался вздох облегчения.

Но когда я снова взглянул на нее, я понял, что у нее действительно красивое лицо.

Черты на её маленьком лице были хорошо сбалансированы, в сочетании с длинными ресницами, подчеркнутыми закрытыми глазами и слегка окрашенными в красный цвет губами. Ее белая кожа была чистой, без единого пятнышка, а красота контрастировала с волосами, окрашенными в золотистый цвет.

Наверное, я впервые вижу лицо девушки так близко.

Глядя на такое милое лицо, она не очень похожа на девушку.

— Ммм…?

— …!?

Пока я восхищался ее миловидностью, Сотомэ-сан внезапно проснулась.

Дело – дрянь.

Поняв, что будет нехорошо, если она подумает, что я подглядываю, пока она спит, я быстро попытался спрятаться, но не успел.

— … Где?

Она проснулась и сонно огляделась.

Она наклонила голову в оцепенении и через некоторое время заметила меня.

— Акамори-кун… Понятно. Я осталась у тебя, да?

— Д-да. Ты помнишь?

— Да. Доброе утро…

— Д-доброе утро.

Хоть она и только что проснулась, казалось, что она вот-вот заснет.

Ее голова качалась, а глаза были закрыты, но когда она собиралась вернуться в мир грёз...

— Завтрак готов. Я буду ждать тебя в гостиной. Ты должна пойти умыться.

— Да, пожалуй...

Сотомэ-сан вылезла из постели и собиралась покинуть комнату.

— Ой!

Она ударилась лбом о дверь и повысила голос.

— Ты в порядке…?

— Ммм. Всё нормально.

Ответив, она потерла лоб и исчезла в ванной.

Понятно. Судя по всему, Сотомэ-сан, всё ещё не проснулась.

Чуть позже она вошла в гостиную, все еще выглядя сонной.

Хм… Всё же приятно видеть девушку в мужской одежде, верно?

— Доброе утро. Поедим?

— Да. Спасибо.

Мы сели лицом друг к другу, как прошлым вечером, и взялись за руки.

— Итадакимасу, — х2.

Сотомэ-сан взяла палочки и начала с мисо-супа.

— Я не знал, что ты предпочитаешь по утрам: хлеб или рис, поэтому остановился на втором.

— Мне больше нравится рис.

— … Понятно. Это хорошо.

После нескольких минут разговора за обеденным столом воцарилась тишина.

— …

— ...

Что я должен сделать…? Это неловко!

Это было независимо от того, была ли противоположная сторона девушкой или нет!

Вчера я мог нормально поговорить с ней из-за момента, когда привел её домой, но теперь, когда мы снова оказались лицом к лицу, мне стало неловко. Сотомэ-сан, похоже, чувствовала то же самое, и мы продолжили трапезу без всяких разговоров.

Ничего не поделаешь.

Несмотря на то, что мы знали друг друга, вчера мы впервые разговаривали.

Я спрашивал себя со вчерашнего вечера: " Действительно ли это правильно?

Между прочим, комната, которую я вручил Сотомэ-сан, была моей сестры, и, естественно, она спала в её кровати.

В своих фантазиях я, конечно же, представлял себе сцену, где сплю в постели с девушкой, но я хотел бы сказать кое-что всем парням в средней и старшей школе, у которых есть подобные фантазии.

Реальность не так сладка!

У меня ни за что не хватило бы смелости пригласить девушку в постель.

Будь у меня мужество, я бы не фантазировал об этом, и у меня уже была бы девушка. Это так печально.

Оставим это в стороне, когда моя семья уезжала, мы фактически договорились, что кто-то будет периодически навещать меня, поэтому они оставили кровать и самое необходимое для этого человека. Хоть я и не думал, что это пригодится.

— Спасибо за еду, Акамори-кун. Почему ты не ешь?

— Ах, нет. Я поел немного.

Я был так поглощен своими глупыми фантазиями, что забыл поесть.

Я торопливо поднес завтрак ко рту, но почувствовал себя виноватым, что не успел попробовать его горячим.

— После завтрака давай подготовимся к школе. Я не могу пойти с тобой, поэтому я уйду немного раньше, а ты можешь не торопиться, выйдя позже.

— Но моя форма… все еще мокрая.

— Я постирал её прошлой ночью и положил на сушилку.

Сказав это, я указал на угол гостиной.Там была форма Сотомэ-сан, уже выстиранная и высушенная.

— Спасибо… Акамори-кун, ты можешь всё.

— Это было просто то, что я должен был сделать. Я не занимался домашними делами до средней школы, поэтому мне было тяжело, когда я начал жить один. Но когда тебя подталкивают, можно справляться со всем на удивление хорошо. Так что, Сотомэ-сан, не беспокойся о будущем. Что будет, то и будет.

— Да. Надеюсь, ты прав.

Я улыбнулся и попытался произнести что-нибудь, чтобы разрядить тяжёлую атмосферу.

Сотомэ-сан ответила мне маленькой, но неловкой улыбкой.

— А, вот, позволь мне дать тебе это.

Я положил ключ с кольцом на стол.

— Это…?

— Это запасной ключ от дома.

— Ты уверен?

— Мы собираемся жить вместе какое-то время, так почему бы и нет? Я не всегда могу быть дома, чтобы проводить или забрать тебя. Теперь, когда ты пойдешь сегодня в школу, мне нужно, чтобы ты заперла дверь.

— Да, я поняла.

Передача ключей таким образом заставила меня почувствовать, что мы начинаем совместную жизнь.

— Кроме того, у меня есть предложение, почему бы нам не перестать называть друг друга по фамилиям?

— Чего?

— С этого момента мы будем жить вместе, так что мы не должны быть незнакомцами, верно? Поначалу может быть трудно привыкнуть, но я подумал, что будет лучше называть друг друга по именам. Так что можешь звать меня Акира.

— Да, так лучше. Ты можешь звать меня Аой.

Думаю, нужно покончить с официальностью, чтобы сократить дистанцию.

И вот, покончив с трапезой, мы стали собираться в школу.

Средняя школа, в которую мы ходим, находится примерно в пятнадцати минутах ходьбы от нашего дома.

Когда я готовился к вступительным экзаменам, одним из моих критериев был выбор старшей школы рядом с домом.

Я несколько раз переводился в другие школы с тех пор, как был ребенком, и каждый раз, когда переводился, я видел, как мой отец страдает от поездок на работу.

Например, когда мы жили в Токио, ему требовалось более часа, чтобы добраться до работы в переполненном поезде, а в сельской местности ему потребовалось 30 минут на машине. В зависимости от местоположения ему иногда приходилось ходить на работу пешком или ездить на автобусе, что было довольно сложной задачей.

Я чувствовал, что бесполезно тратить так много времени на поездки на работу и в школу, поэтому без колебаний решил пойти в ближайшую старшую школу, так как она подходила для учёбы.

Учащиеся старших классов должны понимать радость от возможности спать до последней минуты, верно?

Однако теперь этого не будет, так как я начал жить с Аой-сан.

— Акира, доброе утро.

Когда я пришел в школу и занял свое место в классе, меня похлопали по плечу с приветствием.

Когда я обернулся, то увидел знакомую мужскую фигуру.

— Да. Доброе утро, Эйдзи.

Этого парня зовут Эйдзи Сазараши, он симпатичный парень со спокойной аурой, мы дружим со средней школы.

Он единственный друг, который знает меня с детства.

Вам может быть интересно, как я могу сказать, что он знает меня с детства, если мы дружим со средней школы?

Как я уже говорил ранее, моего отца много раз переводили по работе, и я действительно жил в этом городе, когда ходил в детский сад.

В то время мы с Эйдзи ходили в один и тот же сад, став настолько близки, что всегда играли вместе.

Когда я вернулся в середине первого учебного года в средней школе, я снова увидел его через несколько лет, но он стал таким красивым, что я вообще не узнал его, пока Эйдзи не подошел ко мне.

— Хм? Разве ты сегодня не с Изуми?

— Я был с ней, но ей пришлось зайти в учительскую, чтобы поработать представителем класса.

Изуми — президент этого класса и девушка Эйдзи.

Она и Эйдзи встречаются со средней школы. Они всегда приходят в школу вместе.

Они были хорошо известны как пара, и даже сейчас, когда они поступили в старшую школу, они уже признаны одной из самых известных пар в ней, поскольку продолжали флиртовать, не заботясь о других учениках.

Я хотел бы, чтобы вы поставили себя на мое место, увидев их вблизи и лично.

Так что это за девушка?

— Эйдзи-кун, я вернулась♪.

В то же самое время, когда прозвучал веселый голос, девушка обняла Эйдзи.

Чрезмерно симпатичная девушка с естественными, светло-каштановыми короткими волосами и привлекательными опущенными глазами. Вот очаровательная, резвая девушка и подруга Эйдзи, Изуми Асамия.

— Снова здравствуй. Хорошая работа в качестве президента класса.

— Спасибо! Мой парень такой милый～ Я люблю тебя!

— Я тоже тебя люблю.

Они бесстыдно выразили свою любовь друг к другу посреди класса.

Эйдзи гладил Изуми по голове, а Изуми дрожала, наслаждаясь баловством.

[[image:/storage/reader-images/2b20a6e30b3500d01d972d6b5121f937e393b700.jpg]]
Другие одноклассники смотрели на знакомую сцену, не удивившись, но улыбаясь.

Кроме того, в Изуми слишком много энергии.

Она создает настроение в классе и достаточно ответственна, чтобы взять на себя роль президента класса. Если что-то случится с её друзьями, она всегда придет на помощь, даже если это выходит из-под её контроля.

Будучи так называемой популярной девушкой, ее позиция была поддержана как учениками, так и учителями.

Она была полной противоположностью спокойного и собранного Эйдзи, но почему-то они, похоже, нашли общий язык.

Я полагаю, именно так работает химия между людьми.

— О, Акира-кун, доброе утро!

— Ты произнесла это, как будто только вспомнила.

— Кстати, о воспоминании, да, похоже, сегодня она придёт в школу.

Сразу же после выражения лица Изуми, как будто в её голове загорелась лампочка, дверь класса с грохотом открылась.

Одноклассники, которые общались, притихли, а атмосфера резко изменилась.

Все взгляды были прикованы к двери.

Когда я повернулся к входу, то увидел там Аой-сан.

— …

— ...

Одноклассники, молча смотрели на неё, холодным взглядом, и я слышал со всего класса: — Редко её можно увидеть в школе, — Когда она была здесь в последний раз? — Я уже забыл, что она существует, — и т. д. Кругом разносились слова, которые нельзя было рассматривать в хорошем свете.

Естественно, Аой-сан слышала их, но, похоже, не возражала и заняла своё место.

Затем одноклассники вернулись к своим разговорам, как будто ничего не произошло.

Эта реакция была реальным представлением положения Аой-сан в классе.

Я молча наблюдал за сценой с Эйдзи и Изуми.

— Прошло много времени с тех пор, как она приходила в школу.

— Я беспокоилась о ней, так как она какое-то время отсутствовала. Я рада, что она здесь ~.

Изуми вздохнула с облегчением.

— Я пойду и поговорю с ней.

— Да. Повеселитесь.

— Аой-сан! Доброе утро♪.

Изуми поздоровалась с Аой-сан, не обращая внимания на взгляды одноклассников.

Она была единственной в классе, кто не игнорировал Аой-сан, возможно, из-за её положения как представителя класса, но, скорее, из-за её заботливого характера.

Как и ожидалось от прирожденного, заботящегося президента класса.

Но примет ли Аой-сан столь откровенную Изуми или нет, это другой вопрос.

— … Привет.

Она ответила одним словом и решила вести себя недовольно, сколько бы Изуми ни говорила с ней.

Она одинокая блондинка. Как будто то, как мы разговаривали дома, было ложью.

— Рада видеть тебя сегодня в школе. Как твои дела?

— … Нормально.

— Понятно! Нормально ведь лучше, чем ничего, да?

Психологическая сила(2) Изуми была настолько сильна, что она все еще могла улыбаться и разговаривать с ней.

Глядя на знакомую сцену, я вдруг подумал о будущем.

Она живет в моем доме, так что пока с ней все будет в порядке. По крайней мере, пока я не переведусь в новую школу, у Аой-сан не будет проблем с жильем.

Что касается финансовой проблемы, мы сможем жить вместе, если я смогу сводить концы с концами, используя деньги на проживание, которые я получаю от своих родителей.

Аой-сан также работает неполный рабочий день, так что я уверен, что со временем она сможет себе это позволить.

Но…

Что произойдет после того, как я переведусь?

Я надеюсь, что к тому времени она сможет найти жилье, но что, если она не сможет?

Она снова потеряет дом, и в школе для неё тоже не будет места.

Если бы все пошло так, некому будет помочь Аой-сан.

По крайней мере, никто не захочет помогать Аой-сан в её нынешнем состоянии.

Одноклассникам будет нелегко принять её, как бы Изуми ни старалась ей помочь. Если только Аой-сан не откроется со своей стороны.

То же самое можно сказать об учителях и других одноклассниках.

Она блондинка, которая никогда не ходит в школу, и, само собой разумеется, у неё плохие оценки.

— Ты так беспокоишься об Аой-сан?

Кажется, я смотрел на неё, сам того не осознавая.

— Ах, нет… Я не это имел в виду.

— Итак, расскажи?

— Она из той же средней школы, что и вы, верно? Я имею в виду Аой-сан.

— Да, верно.

— У меня вообще не было с ней никаких контактов, и я плохо её знал с тех пор, как перевелся в нашу школу в середине первого года обучения, но мне было интересно, была ли она такой со времен средней школы.

— Ни Изуми, ни я никогда не учились с ней в одном классе, поэтому я не знаю подробностей, но кажется, что только после старшей школы она стала больше похожа на девушку. Также я слышал, что она всегда была одна, как сейчас.

— Ясно…

Я коротко ответил и снова обратил внимание на Аой-сан.

— … Ну, если тебе понадобится помощь, я всегда готов.

— У меня нет никаких проблем, но спасибо.

Сразу после того, как я ответил Эйдзи, прозвенел звонок, обозначивший начало урока.

Весь урок я думал о том, что буду делать.

Конец 1 главы.

____________

1. Человек, живущий полной жизнью.

2. Психологическая сила - внутренняя сила, обусловленная психологическими особенностями человека. Это способность человека оказывать влияние на людей, в том числе на себя.

----------

От блондинки до красавицы-нуаретки

На следующий день, суббота…

Аой-сан и я пошли в ближайший торговый центр.

Это был один из двух крупнейших коммерческих объектов в городе.

На его территории были кинотеатры и горячие источники, чтобы люди всех возрастов могли наслаждаться им, поэтому по выходным там собирались целые толпы. Даже сейчас он был заполнен семьями и учениками.

Другого места для веселья, типичного для сельской местности, не было.

— Начнем с одежды. Уверен, тебе неудобно постоянно ходить в своей униформе.

— Да.

Мы двинулись в ближайший магазин одежды.

Я был не удивлен, что в нём не было мужчин, так как он предназначался только для женской одежды.

Подумав, что мне нужно было пойти в такой магазин, как ZU или UNIQLO, в котором была и мужская, и женская одежда, я огляделся, чувствуя себя в полной растерянности.

Аой-сан, похоже, не могла решить, что она хотела купить.

— Тебе ничего не нравится?

— Нет, не совсем. Я чувствую себя немного растерянной.

— Я понимаю. Можешь не торопиться.

— Как думаешь, какая одежда мне подойдет, Акира-кун?

— Не беспокойся о моих предпочтениях. Просто выбери то, что тебе нравится, Аой-сан.

— Но поскольку ты платишь… было бы здорово, если бы ты мог выбрать за меня.

Серьезно? Я не ожидал, что сыграю в этом значительную роль.

Честно говоря, я не очень разбираюсь в женской одежде.

Я имею в виду, что не только я, но и все мужчины, которые не знакомы с этим.

Тем не менее, я, по крайней мере, фантазировал о своем идеальном свидании, просматривая Интернет со своего телефона, думая: " Я был бы счастлив, если бы она носила такую ​​​​одежду на свидании со мной, — если бы у меня была девушка.

Кстати, если бы меня спросили о женском идеальном образе, я бы ответил, опрятный и чистый.

Низ должен быть длинной юбкой, более удобной, чем мини-юбка, а верх должен быть соответствующего ей цвета. Если в сезон, яркая рубашка или блузка тоже будут хороши.

Особенно с плиссированной юбкой было бы здорово.

Я хочу смотреть на плиссированную юбку, которую носит девушка, и вечно обводить пальцами складки.

Меня кто-нибудь понимает?

Помимо моей склонности, я не знаю, какой у девушки любимый наряд…

— Полагаю, яркая одежда была бы лучше?

— Что? Яркая? Почему?

Меня спросили в ответ.

Думая о девушке, можно подумать об обнаженном пупке и мини-юбке, но разве это не так в наши дни?

Даже если мы всегда произносим «девушка», внешний вид меняется от эпохи к эпохе.

Считается, что в прошлом наиболее распространенным типом девушек были «смуглые», у которых кожа почти сгорела в солярии, но позже, напротив, появилось понятие «бледные». Они очень ценили красоту и беспокоились о бледности своей кожи.

Если оставить в стороне черно-белый контраст отелло, почему я так много знаю? [П.П.: Реверси (другое название — оте́лло) — настольная игра для двух человек на доске 8 на 8 клеток. В игре используются 64 фишки, окрашенные с разных сторон в контрастные цвета, например, в белый и чёрный.]

Это потому, что я не мог понять, как обращаться с девушкой, поэтому, прежде чем лечь спать, я просмотрел информацию в телефоне.

— Я предпочитаю носить что-то более формальное.

— Ты не против чего-нибудь изящного?

— Да.

Ну, это, кажется, третья сила, группа изящных и аккуратных девушек. Это хорошо.

В таком случае я снова осмотрел магазин и поискал что-то близкое к моему образу.

Затем мое внимание привлек манекен, выставленный в магазине.

— Аой-сан, как насчет этой комбинации?

На манекене был бледно-розовый кардиган с длинной белой юбкой под ним. Цвет был простым и не слишком кричащим, в нём чувствовалась опрятность и чистота.

Вы можете подумать, что выбор комплекта, который одет на манекене, не представляет никакой сложности, но я думаю, что безопаснее доверять чувству стиля продавца, чем моему собственному, у которого не так много понимания.

— Хорошо, я возьму этот. Я просто попробую.

— Да, я буду ждать тебя у входа.

— Хорошо. Подожди меня.

Я проводил Аой-сан в примерочную и сел на скамейку в коридоре перед магазином.

Спустя столько времени, почему мы здесь, в торговом центре?

Причина исходит из прошлой ночи…

— Сегодня холодно…

Дождь начался во второй половине дня и усилился к концу учёбы. Ночью шел такой сильный дождь, что звук капель дождя, бьющих в окна, эхом разносился по комнате.

Было начало июня, начало лета по календарю, и я не мог не чувствовать себя немного зябко, когда шел дождь.

Было достаточно прохладно, чтобы заставить меня вытащить свою тёплую домашнюю одежду.

— Аой-сан было бы холодно в той одежде…

Тот комплект, которую я подарил Аой-сан, был летним, хоть и с длинными рукавами.

Я думал об этом, когда рылся в шкафу в своей комнате, чтобы найти более тёплую одежду для Аой-сан.

Она говорила, что, уходя из дома, она взяла только то, что ей было нужно, но я думаю, что на самом деле это был самый минимум её личных вещей. Ей больше некуда было идти, поэтому был предел тому, что она могла забрать.

Она, вероятно, не взяла свою одежду, так как всегда носит подаренную мной, когда бывает дома.

Как и ожидалось, я могу позволить ей больше собственной одежды в будущем.

Это не просто личная одежда.

Как девушке, у вас должны быть вещи, которые необходимы для жизни.

Подумав об этом, я вернулся в гостиную, чтобы отнести одежду.

— Аой-сан, сегодня холодно, так что надень это после того, как закончишь принимать ванну.

— Хорошо? Спасибо.

Когда я передал ей одежду, Аой-сан положила её на колени и поблагодарила меня.

Выражение её лица все еще было извиняющимся, даже когда она сказала спасибо.

— Кстати, Аой-сан…

— Хм?

— Есть какие-нибудь планы на завтра?

— Нет. Завтра никаких. Раньше я работала неполный рабочий день по выходным, но теперь меня попросили работать только после школы в будние дни. Я должна ходить в школу, так как обещала Акире-куну.

— Понятно. Почему бы нам не пройтись по магазинам?

— Что?

Когда я предложил это, Аой-сан удивилась и прикусила язык.

Она опустила голову, её щеки покраснели, как будто она была смущена.

— Я не хочу тебя заставлять, но…

— Я сказал что-то странное?

— Нет, нормально. Всё в порядке. Просто я впервые встречаюсь с… парнем.

— …Э?

В этот момент я понял, почему Аой-сан была смущена.

Она думает, что я приглашаю её на свидание?

— Нет, это не так! Я не это имел в виду. Я просто собирался купить кое-что для тебя. Есть предметы первой необходимости, одежда и другие, которые нужны, верно? Я подумал, что помогу тебе с сумками, потому что не хочу, чтобы ты ходила и покупала всё это сама! — я быстро подумал и ответил что-то, звучащее как оправдание, при этом используя язык тела.

Это то, что люди обычно называют свиданием за покупками.

— Ясно. Я была немного удивлена.

— Нет, я недостаточно хорошо объяснил.

— Мне жаль…

— Нет, извини. Я просто неправильно понял.

Воздух наполнился утончённостью, которую трудно было выразить словами.

— ...

— ...

Неловко как никогда!

Я понял, что не только у Аой-сан, но и моё лицо начало краснеть!

— Очень мило с твоей стороны пригласить меня, но у меня нет с собой много денег. Моя работа на неполный день начнется только в конце этого месяца, поэтому до тех пор я не могу тратить деньги.

— Не волнуйся. Я дам тебе денег.

— Так нельзя…

— У меня всегда были деньги, отложенные на случай непредвиденных обстоятельств, но я не тратил их впустую, и никогда не использую, если у меня нет такой возможности. Я не против использовать их, чтобы сделать нашу жизнь более комфортной.

— … Спасибо.

У Аой-сан всегда беспокойное лицо, когда она благодарит меня.

Вероятно, это было неизбежно, учитывая обстоятельства.

Но у меня немного сжалось сердце, когда я увидел, как она делает такое лицо.

И вот так я ходил по магазинам с Аой-сан.Я снова огляделся и увидел, что здесь полно людей.

Если бы я был неосторожен, я мог бы в конце концов столкнуться с одноклассником в такой толпе. Было бы неудивительно, если бы я знал одного или двух человек, и если бы кто-нибудь меня увидел, у меня наверняка были бы проблемы.

Аой-сан и я были всего лишь одноклассниками. У нас не было открытого разговора.

Если бы нас увидели вместе, люди могли бы подумать, что мы тайно встречаемся, поскольку для старшеклассников разговоры о том, кто встречается — самая любимые сплетни.

Нет, это не будет ограничиваться простым подозрением в отношениях между мужчиной и женщиной.

Возможно, я получу такую ​​же плохую славу, как и Аой-сан.

Я не возражаю против того, чтобы мне говорили то и это, но я должен избегать ситуации, когда из-за этого разоблачится состояние Аой-сан и тот факт, что она начала жить со мной.

Лучше быстрее покончить с этим и пойти домой.

— Спасибо за ожидание.

Пока я погрузился в свои мысли, ко мне подошла Аой-сан после примерки.

— Ох, это было быстро…

— Ч-что ты думаешь?

В тот момент, когда я поднял голову, я задержал дыхание.

Когда я впервые увидел Аой-сан в повседневной одежде, она оказалась даже красивее, чем я себе представлял.

Что это за чувства? Было ли это потому, что я выбрал её сам, и она слишком хорошо ей подходит?

Нет, я просто выбрал комплект с манекена, так что это заслуга продавца, который согласовал наряд, но я молодец, что выбрал его.

Я не знаю, как девушки могут так сильно меняться, просто переключаясь между униформой и повседневной одеждой.

В целом она выглядела великолепно, но меня беспокоило одно обстоятельство.

— Мне это не идёт? — с тревогой спросила Аой-сан.

" Возможно, из-за того что я любовался ею, я отвлёкся.

— Нет, тебе идёт.

— Правда? Я рада.

— Я куплю это. Кроме того, давай купим тебе ещё пару нарядов.

— Я не могу больше…

— Не беспокойся об этом.

— Но…

Я знал, что ей это не понравится, поэтому предложил:

— Ну, просто вернёшь, когда сможешь себе это позволить.

Я знал, что Аой-сан будет смотреть на меня так каждый раз, когда я буду предлагать ей деньги.

Её ощущение, что она досаждает мне, перевесило благодарность.

Вот почему она не улыбалась, даже когда благодарила меня, и всегда была с извиняющимся лицом.

Таким образом, я предложил способ заставить её чувствовать себя менее нервной.

— Ты можешь погасить его небольшими суммами, подрабатывая. А пока я за тебя заплачу. Просто вернёшь мне деньги, когда сможешь.

— Ты уверен?

— Конечно.

— Спасибо. Тогда я поверю тебе на слово.

Но выражение её лица все еще было немного неловким.

— Посмотрим, что еще мы сможем найти.

— Ладно.

Я был рад увидеть её улыбку в первый раз.

Затем мы еще раз прошлись по магазину, купили немного одежды и вышли из него.

Мы зашли в аптеку и универсальный магазин, чтобы купить предметы первой необходимости для Аой-сан, и к тому времени, когда мы купили, что нужно, мы поняли, что прошло полтора часа с тех пор, как мы прибыли в торговый центр.

— Аой-сан, ты хочешь еще что-нибудь купить?

— Я думаю, что всё… Ах!

Лицо Аой-сан осветилось, как будто она что-то вспомнила.

— Хм? Ещё что-то?

— Нет, ничего. Всё нормально.

Хоть она и сказала, что всё в порядке, она ясно осознала, что забыла что-то купить.

— Все в порядке. Я могу пойти с тобой, раз уж я здесь.

— Не нужно, правда.

По какой-то причине она пыталась вести себя сдержанно, как будто была нетерпелива или смущена.

Я не знал, чего она стеснялась…

Ну, если с ней все в порядке, то и со мной тоже.

— Акира-кун, тебе нужно куда-то?

— Вообще да. Можешь пойти со мной?

— Да, конечно.

Я взял Аой-сан на короткую прогулку по торговому центру и вскоре прибыл к месту назначения.

— Это… парикмахерская?

Когда я увидел Аой-сан в ее обычной одежде, я не мог не заметить её светлые волосы.

Я заметил, что ее волосы были повреждены, отчасти из-за светлой краски для волос и из-за того, что она позволила им расти слишком долго. Должно быть, прошло много времени с тех пор, как она красилась.

Макушка ее головы была в состоянии, похожем на пудинг.

Я хотел бы сказать, что у нее должны быть черные волосы, чтобы соответствовать её аккуратной одежде, но ей решать, как она хочет, чтобы они выглядели. Я подумал, что было бы лучше, по крайней мере, убрать неравномерность цвета её волос, даже если она хотела оставить их светлыми.

— Теперь, когда мы купили тебе одежду, давай сделаем прическу.

— Мне и без этого хорошо. Это будет стоить целое состояние.

— Ну давай же. Не стесняйся.

Я толкнул в спину вечно колеблющуюся Аой-сан и нерешительно вошел сам.

— Добро пожаловать.

Парикмахерская была пуста, наверное, потому что был обед, а свободный парикмахер сразу заметил и поприветствовал нас… Блин, почему все парикмахеры такие красавицы.

Они нанимают их или красивые люди становятся парикмахерами?

Если первое, то я могу только предположить, что в критериях приема на работу есть какое-то положение о чертах лица.

— Прошу прощения. У меня не назначено, всё будет в порядке?

— Да, сэр, все в порядке. Вы вдвоем?

— Мне не нужно. Пожалуйста, позаботьтесь о ней.

— Отлично, сэр. Сюда, пожалуйста, мисс подружка.

— Эээ…

Пока парикмахер пытался усадить её на место, Аой-сан остановилась как вкопанная, издав голос.

— Аой-сан, что-то случилось?

— Эм, ты знаешь…

Она попыталась что-то сказать, но не смогла.

Через какое-то время она, кажется, решилась и произнесла:

— Мне жаль. Я не подружка…

— …

— Хм?

Она склонила голову с извиняющимся тоном.

Мы с парикмахером засомневались в её ответе.

— Ну, Аой-сан… Я не думаю, что он имеет в виду подружку в отношениях. Это просто местоимение для девушки. [П.А: он сказал «Канодзё-сан», что может означать «девушка» или «подруга».]

— Э? Вот так? Ох, я неправильно поняла…

Она казалась серьезно смущенной и закрыла лицо руками, но не смогла скрыть это, так как её уши были красными.

— Даже если бы ты это услышала, я не думаю, что тебе нужно это исправлять.

— Я подумала, что должна поправить… так как я никогда раньше не была в таком месте.

Ты серьезно? Промелькнуло в моей голове!

Я не знаю… что это такое, но я чувствовал себя не естественно, будто оторванным от мира.

Такой дискомфорт я ощущал не в первый раз, я чувствовал его с первого дня, когда пригласил её к себе домой.

Несмотря на то, что её внешний вид и обычное поведение заставят любого увидеть в ней гяру или хулиганку, когда я общался с ней таким образом, я не мог не чувствовать разрыв между внешностью и её нынешним поведением.

Было также интересно узнать, что у неё была подработка, чтобы сводить концы с концами. Было ли это её истинной сущностью?

А если серьезно, она никогда раньше не была в парикмахерской?

— Где ты подстригалась всё это время?

— Мама подрезала их. Это было не моей идеей, стать блондинкой. Моя мама предложила покрасить их, когда красила свои. Хоть я и не ожидала, что цвет будет таким ярким…

Каково было бы, если бы мои родители постригли меня, когда я еще учился в средней школе?

Я отступил от этой мысли и, наконец, понял дискомфорт, который я чувствовал.

— Могу я задать тебе один вопрос?

— Да, что такое?

— Ты уверена, что ты не гяру, Аой-сан?

— Я? Гяру? Почему?

Она наклонила голову и странно посмотрела на меня.

Ясно.

Другими словами, Аой-сан не была ни гяру, ни хулиганкой.

Учитывая её семейное положение, было понятно, что она отсутствовала в школе, чтобы подрабатывать.

Возможно, у нее не было другого выбора, кроме как подстричься у матери по финансовым причинам, и даже её светлые волосы были выбором матери, а не тем, что ей понравилось.

Если убрать все эти фильтры, Аой-сан станет обычной девушкой, которая любит свою мать.

— Понятно. Для меня большая честь быть ответственной за ваш дебют в салоне красоты. Вперед.

Парикмахер была обеспокоен тем, что Аой-сан чувствует себя не в своей тарелке, и с улыбкой провела её к своему месту, как будто не возражая. Серьезно, она великолепна не только внешне, но и по характеру.

— Ты что-нибудь хочешь?

— Ну, я не знаю…

Аой-сан была обеспокоена, наверное, потому, что не привыкла к такому.

Теперь, когда я понял, что она не гяру и хулиганка, я не мог не посмеяться над её реакцией.

Затем она умоляла меня глазами сквозь зеркало, как бы спрашивая: " Что мне делать…?

— Всё в порядке, пока ты заставляешь её выглядеть хорошо. Я оставляю её тебе, — ответил я от имени Аой-сан.

— Очень хорошо. Это отличный способ продемонстрировать свои навыки.

Парикмахер немедленно начала подготовку.

Я смотрел, как она это делает, и думал, пока ждал в зале ожидания, когда он закончит.

Я… нет, мы, должно быть, ошиблись насчет Аой-сан.

Я всегда считал ее гяру или хулиганкой. Но на самом деле она не была ни той, ни другой, а скромной, заботливой и доброй девушкой.

Мы держались от неё на расстоянии, полагая, что она такая же, как и выглядела, с её показной внешностью и непосещаемостью, но она не могла прояснить недоразумение из-за своего застенчивого характера.

... Хоть это и было неизбежно, я не мог не чувствовать себя очень разочарованным.

Если бы окружающая среда вокруг Аой-сан была бы ближе к нормальной, все было бы иначе.

Вы не можете изменить прошлое, говоря о гипотезах.

— Но я уверен, что мы можем изменить будущее… — пробормотал я себе под нос, приводя в порядок свои мысли.

Мне кажется, я знаю, что нужно сделать.

— Спасибо за ваше терпение.

— Д-да!

Кажется, я слишком долго думал.

Когда парикмахер позвала меня, я пришел в себя и подошел к Аой-сан.

— Вау…

[[image:/storage/reader-images/5391716aaf9a455a5dfcebbd18ae138b2670277b.jpg]]
Я не мог не удивиться при виде такой трансформации.

— Э-это плохо?..

Аой-сан смущенно опустила голову, наблюдая за моей реакцией через зеркало.

Вот она, моя идеальная черноволосая невинная красавица.

Ее ранее светлые волосы были выкрашены в натуральный черный цвет, а секущиеся кончики были аккуратно подстрижены. Парикмахер позаботилась об этом.

Трудно было поверить, что поврежденные светлые волосы из прошлого теперь могут так ярко сиять.

Работа профессионала невероятна.

Если бы я не знал ситуацию, я бы закричал: — Кто она!?

Трансформация была впечатляющей.

— Это совсем не странно. Я думаю, ты выглядишь очень хорошо.

— Действительно? Ты не врёшь?

— Нет, я бы не стал лгать.

— Тогда это успокаивает…

По тому, как она с облегчением коснулась своей груди, по спокойному цвету волос и одежде, её можно было охарактеризовать как нежную красавицу-нуаретку.

Это не было преувеличением, мне казалось, что я увидел истинную форму Аой-сан.

— Ну что, пойдем?

— Да.

Мы оплатили счет, поблагодарили парикмахера и вышли.

В следующий раз тоже подстригусь здесь..

Когда я вышел из парикмахерской и посмотрел на часы, было чуть больше 12:30.Поскольку полдень — пиковое время для этих мест, в торговом центре было больше посетителей, чем когда я вошел в парикмахерскую.

— Пойдем домой?

— Хорошо, даже если мы что-то пропустили, мы можем вернуться снова и купить это.

— Ну, мы также можем заказать онлайн.

— Понятно. Можно и так.

С одной стороны, хотелось сначала пообедать и пойти домой, а с другой, отдыхать при таком количестве людей было бы опасно. Я хотел вернуться домой до того, как столкнусь с кем-нибудь.

Подумав об этом, я направился к выходу.

— Ах! Акира-кун на свидании с девушкой!

Знакомый веселый голос пронзил мои уши, и я застыл как вкопанный.

Голос был таким громким, что я с трудом понял, что кого-то не расслышал, но, пожалуйста… Пожалуйста, пусть это будет недоразумение.

Я обернулся в холодном поту. И, к своему ужасу, я увидел знакомое лицо.

Рядом была Изуми, та, кто сказала это, и Эйдзи.

— Почему вы, ребята, здесь…?

Нетерпение, сомнения, сожаление и отчаяние…

Я ощутил одновременно прилив различных эмоций, которые можно грубо охарактеризовать, как отрицательные.

— Это стандартное место для свиданий. Неудивительно, что мы здесь.

— Акира-кун, ты должен был сказать мне, что у тебя есть такая хорошенькая девушка. Тебе не нужно быть таким сдержанным~♪.

Эйдзи, как обычно, спокойно улыбнулся, а Изуми ткнула меня локтем в бок и дразняще улыбнулась. Было больно, но я не мог позволить себе вздрогнуть.

После нескольких тычков она была удовлетворена, встала перед Аой-сан и протянула ей руку.

— Приятно познакомиться! Я Изуми Асамия, одноклассница Акиры, а это лучший друг Акиры и мой парень Эйдзи Сазараши. Я была бы рада узнать твоё имя, если не против.

Хм?

Неужели она не поняла, что это Аой-сан?

На мгновение я был почти доволен, но Изуми тут же подняла бровь.

— Хм? Хм? Кажется, я уже где-то тебя видела, но где?..

Пожалуйста! Не вспоминай!

Если они не узнают, что это Аой-сан, мы сможем их одурачить.

— Я вижу, что ты сменила цвет волос. Как я и думал, тебе лучше с тёмными.

— Хм? Может быть… Аой-сан? Ты Аой-сан, верно?

— … Да.

Они узнали…

Все кончено…

— Я не сразу поняла, потому что ты выглядела так красиво♪. Но сейчас, ты выглядишь ещё лучше! Что я говорю? Ты законно похожа на красивую девушку! В тебе больше силы героини!

В отличие от подмигивающей Изуми с оттопыренным большим пальцем, я был в ужасном настроении.

— Так почему вы вдвоем?

Пожалуйста. Не спрашивай.

Я прошу вас, не обращайте на это внимание.

Я хотел, чтобы они оставили меня в покое, но они никак не могли этого сделать.

— Я буду медленно выслушивать подробности. А пока пойдем в кафе.

— … Да, конечно.

По настоянию Эйдзи мы пошли в кофейню в торговом центре.

Я чувствовал себя преступником, которого добровольно сопровождает полицейский.

Мы прибыли в кафе, заказали всё, что хотели, и заняли места позади.

Я не собирался ничего заказывать, так как не думал, что смогу что-нибудь проглотить, но Изуми уговорила меня попробовать новый напиток и сказала дать ей знать, что я о нем думаю, так что мне пришлось заказать что-то необычное.

— *бормочет* Почему кофе такое горячее?

Не используйте меня в качестве подопытного.

Я не знал, каково это на вкус, поэтому не имело значения, что я заказал. Черт.

Аой-сан и я сидели рядом за столом для четырех человек, а Эйдзи и Изуми напротив нас.

Эйдзи улыбнулся, а Изуми наклонилась к столу с очень любопытным видом. Она была так взволнована, что я хотел сказать ей, что она похожа на щенка, смотрящего на еду.

Я испустил самый громкий чертов вздох, и Эйдзи успокаивающе вмешался.

— Не беспокойтесь. Мы не пытаемся что-то взять и съесть.

— Я знаю…

Мне стало слишком тяжело от мысли, что вот-вот начнется допрос.

Тем не менее, сколько я должен рассказать…?

Теперь, когда они узнали, нас рано или поздно разоблачат, даже если я попытаюсь их обмануть.

Что ж, в каком-то смысле, может быть, повезло, что первыми людьми, с которыми мы столкнулись, были они.

По крайней мере, по сравнению с ситуацией, когда кто-то другой узнал об этом и распространил слухи без моего ведома. Я был благодарен, что два человека, которые это сделали, являются моими хорошими друзьями и готовы меня выслушать.

Однако, если я заговорю, мне понадобится согласие Аой-сан.

— …

Я взглянул на неё.

Естественно, она волновалась.

Даже если бы мы смогли выкрутиться из этой ситуации, Аой-сан будет терзаться тревогой каждый раз, когда кто-то вот-вот узнает о нас, вот так. Даже если бы это был просто вопрос неуверенности в будущем, это вызвало бы лишь ещё больше ненужного беспокойства.

Если так, то было бы лучше иметь как можно больше союзников.

Эти двое не выглядели бы плохо, если узнают, что происходит.

— Аой-сан, ничего, если я расскажу им всю историю?

— А…?

Неудивительно, что она была удивлена.

Тем не менее, я продолжил осторожно объяснять, чтобы она поняла.

— Я дружу с ними, поэтому точно знаю, что они за люди. Даже если бы они знали о нашей ситуации, они бы никому об этом не рассказали. Я могу заверить тебя в этом. Кроме того, если они захотят сотрудничать с нами, я думаю, это очень поможет нам в будущем.

Она опустила глаза, как будто задумалась.

Через некоторое время она посмотрела мне в глаза и слегка кивнула.

— Если Акира-кун уверен, то и я тоже.

— Спасибо.

Убедившись в её намерении, я повернулся к ним.

— Пожалуйста, не говорите никому о том, что я собираюсь вам рассказать.

— Отлично.

— Я понял!

— Кроме того, я бы хотел, чтобы вы помогли мне, если сможете.

— Смогу ли я помочь, зависит от деталей, но я обещаю никому ничего не говорить.

— Я согласна с этим. В этом ты можешь мне доверять!

Поверив их словам, я медленно начал рассказывать, что произошло.

Несколько дней назад дождливой ночью я встретил Аой-сан в соседнем парке.

Её мать исчезла с мужчиной, и ей пришлось съехать из своей квартиры, потому что она не заплатила арендную плату, поэтому ей некуда было идти. Так она стала жить со мной.

Причина, по которой она прогуливала школу, заключалась в том, чтобы помочь финансами своей семье. А светлые волосы не были её выбором.

Аой-сан не была ни хулиганкой, ни гяру, а обычной девушкой, немного застенчивой.

К тому времени, как я закончил все объяснять, лед в напитке растаял.

— Я понимаю.

Выражение лица Эйдзи было скорее сложным, чем удивлённым.

— Я поражён, так как это произошло не по тем причинам, о которых я подумал.

— Причинах, о которох ты думал? Что ты имеешь в виду?

— Нет, ничего. Итак, что ты собираешься делать?

Поскольку я рассказал им все, я знал, что они спросят. И я уже решил.

— Я надеюсь исправить ситуацию с Аой-сан до начала второго года.

Я высказал свое мнение и еще раз понял, что должен это сделать.

— Я хотел бы избавиться от всех слухов о Аой-сан в школе и тому подобного. Я еще не придумал, что для этого сделать, но хотел бы.

— Акира-кун…

Аой-сан издала тихий голос рядом со мной.

— Зная вас двоих, вы можете задаться вопросом, почему я делаю такие вещи для кого-то, с кем я даже никогда раньше не общался. Вы также можете быть обеспокоены. Я знаю, что не обязан так сильно помогать. Тем не менее, это то, что я хотел сделать, и я уже решил.

Я осознавал, что делаю это не по характеру.

Я не хотел неприятностей и не претендовал на то, чтобы кому-то помочь. Но когда я узнал всё о ситуации Аой-сан, первое, что пришло мне в голову, это помочь ей. Конечно, одной из причин было то, что я вспомнил лицо девушки, которую впервые полюбил, в Аой-сан, но сохранил это в своем сердце.

Этого было достаточно, чтобы захотеть кому-то помочь.

— Пожалуйста, ты мне поможешь?

— Конечно, если такая ситуация, я помогу.

Когда я склонил голову, Эйдзи сразу же без колебаний ответил.

— Ты уверен?

— Да. Как и ожидалось от тебя, Акира, ты не можешь оставить всё как есть.

— Как и ожидалось от меня? Чего? Почему это?

Не помню, чтобы ты так говорил.

Затем Эйдзи многозначительно улыбнулся.

— У меня нет желания помогать кому-то в беде, как это делает Изуми, но…

— Никогда не знаешь, во что ввязываешься. Акира, ты не протягиваешь руку без энтузиазма, но когда придет время, ты из тех парней, которые без колебаний протянут руку помощи.

Я когда-нибудь делал это раньше?

Понятия не имею, но если Эйдзи так сказал, значит, так оно и было.

Возможно, из-за того, что меня неоднократно переводили из одной школы в другую, сопровождая отца в его переездах из-за работы, мои воспоминания о детстве очень смутны.

Точнее, они часто путаются.

Например, когда я вспоминаю прошлое, я могу принять событие, которое произошло до того, как я поменял школу, за событие после, или перепутать чье-то имя или местонахождение дома.

Возможно, Эйдзи видел меня с этой стороны, когда мы ходили в детский сад.

Ну, хоть кто-нибудь поможет мне.

— А ты, Изуми… А?

Когда я посмотрел на Изуми, чтобы спросить ее, она плакала, как ребенок.

Она так сильно ревела, что я немного опешил.

— Я тоже помогу… ууу…

Хоть я и рад, что она готова помочь, я никогда не видел, чтобы Изуми так сильно плакала.

Я был уверен, что она плачет из-за ситуации с Аой, но мне кажется, что она слишком остро реагирует на все… Но сейчас я искренне благодарен за это чувство.

— Могу я задать тебе один вопрос?

Эйдзи подошел к Изуми, предлагая ей носовой платок.

— Что такое?

— Почему ты установил срок до второго года?

— Ну, это…

На самом деле, я еще не сказал Эйдзи и остальным о моем переводе. Я не мог этого сказать, когда думал о расставании с ними.

Я знал, что когда-нибудь должен буду рассказать им об этом, но я не хотел менять школу, если это возможно.

Я знал, что если выразить это словами, мне придется смириться с тем, что мне придется попрощаться с Эйдзи и остальными, своего рода обязательное разделение, которого я не смогу избежать.

Я думал, что привык менять школу, но я не хотел расставаться с ними, если бы мог.

Но сейчас, наверное, самое время нарушить моё молчание.

— Я собираюсь перевестись в другую школу в начале второго года.

— Перевестись?

Одновременно удивились они.

— Мой папа перешел на другую работу, поэтому мама, моя сестра Хиёри, все трое переехали весной. Я уже поступил в нашу старшую школу, так что пока продолжу обучение здесь, а затем перейду в новую школу в начале следующего года. Так что у меня есть время лишь до следующего марта.

— Хиёри-тян уже переехала?

Изуми первой выразила свое удивление.

— Да. Хиёри решила, что для нее будет лучше сменить школу раньше, чтобы подготовиться к вступительным экзаменам в старшую школу, чем сменить школу позже, как я, поэтому она перевелась, когда пошла на третий год средней школы.

— Она могла бы сказать мне, если это так…

Как вы могли догадаться по этим словам, Изуми и моя сестра Хиёри были очень близки.

Хиёри была на один класс младше нас, а Изуми не только училась с ней в средней школе, но и близко дружила с ней. Эти двое были даже ближе, чем Изуми и я.

Более того, она познакомилась с Изуми раньше меня, и она даже приходила ко мне домой, чтобы навестить Хиёри.

Я был очень удивлен, когда Изуми представилась девушкой Эйдзи.

— Это полностью моя вина, что Хиёри не сказала тебе. Я сказал ей, что еще не сообщил Эйдзи и остальным, поэтому я думаю, что она просто была тактичной.

— Я понимаю…

— Мне жаль говорить тебе это, но, пожалуйста, будь с Хиёри такой же дружелюбной, как всегда.

— Да, конечно, я буду.

Плечи Изуми опустились от шока.

— Но да… мне грустно это слышать.

Эйдзи утешил Изуми и закрыл глаза, словно сожалея о прощании, которое в конце концов наступит.

— Это все, что я должен сказать. Позвольте мне обсудить с вами подробности в ближайшем будущем.

— Хорошо. Мы всегда будем готовы, так что поговорите с нами, когда будете готовы.

— Да. Пойдем, Аой-сан?

— Да. Ах… но…

Аой-сан говорила так, словно что-то вспомнила.

— У меня есть место, куда я хочу зайти, так что иди домой первым, Акира-кун.

— Куда тебе нужно?

А, я вспомнил её реакцию, как будто она вспомнила что-то, что забыла купить ранее.

Я предполагаю, что она думала об этой покупке прежде, чем идти домой.

— Я могу пойти с тобой.

— Н-не нужно…

— Но если ты собираешься что-то купить, тебе придется нести это.

— Эм… Это…

Аой-сан неловко бормотала, опуская голову.

Что это такое? Он не хочет, чтобы я следовал за ней по магазинам?

— Я поняла! Ну что ж, Аой-сан, пошли со мной за покупками!

По какой-то причине Изуми вызвалась.

Это было похоже на то, что её плач ранее был ложью, когда она встала с огромной энергией.

Я думал, что она все равно откажется от ее предложения.

— С тобой… ты уверена?

— Конечно♪.

Серьезно.

— Ну, вы двое, на сегодняшнем свидании всё! До встречи, Эйдзи-кун! Люблю тебя♪.

— Я тоже тебя люблю. Увидимся.

Аой-сан взяла Изуми за руку и в спешке покинула кафе.

Мы остались в кофейне, и атмосфера стала немного сомнительной.

— Почему…

— Должно быть, трудно идти с парнем.

— Что это за место?

— Не стоит спрашивать.

— … Ну, тогда ладно.

Я боюсь оставлять её одну, но с Изуми я чувствую, что она в безопасности.

Но все равно.

— Ребята, вы говорите такие вещи, как я люблю тебя, на публике.

— Да. Разве это имеет значение, когда пара говорит о любви?

— Нет, я чувствую, что вам следует быть немного более внимательным к этому месту…

Я уже привык к этому, но окружающим было неловко.

Дама, сидевшая рядом с нами, была так удивлена, что выплюнула свой чай.

— Кроме того, разве пары не общаются друг с другом, не сказав ни единого слова?

— Я уверен, что есть такие любители. Но я в принципе считаю, что люди, особенно мужчины и женщины, не могут понять друг друга. Вот почему я думаю, что важно облечь свои мысли в слова.

— У меня такое чувство, что ты ведешь себя бесстрашно… Что ты имеешь в виду?

Когда я спросил с намерением слегка подразнить, Эйдзи продолжил с невозмутимым видом.

— Без слов друг друга понять невозможно. Даже члены семьи не понимают друг друга, и невозможно ожидать, что незнакомец, даже любитель противоположного пола, поймет тебя.

— Ну, я понимаю, что ты пытаешься сказать, но я не знаю, так ли это работает.

— Так оно и есть. На самом деле, Акира, ты понятия не имел, что хотела купить Аой-сан, но это не значит, что ты не пытался. Ты пытался понять, но не мог, и поэтому важно говорить о вещах.

Эйдзи добавил: — Ну, это зависит от того, готовы ли они говорить об этом или нет.

— Это звучит как-то философски для меня…

Но это, безусловно, возможно.

Я предложил идею жить вместе ради Аой-сан, но я не знал, как она на самом деле к этому относилась.

Она может быть счастлива, а может быть благодарна.

Возможно, она действительно не хотела, но ей больше некуда было возвращаться.

Также была вероятность, что я мог навязать ей свои благие намерения.

Эйдзи был прав. Я не знал, что было на уме у Аой-сан.

— Конечно, нет необходимости обсуждать все. Важно попытаться понять чувства другого человека, а также быть достаточно внимательным, чтобы оставить его в покое. Однако мы не должны путать внимательность с благоразумием. Если ты хочешь быть с любимым человеком навсегда, тебе нужно сказать о том, о чем вам необходимо поговорить.

— Я понял.

Почему-то я не знаю, понимаю ли я это полностью.

Я знал, что это было нечто отличное от того, что сказал бы человек с девушкой.

— Поэтому я думаю, что для тебя важно не думать, что ты понимаешь чувства Аой без ее разрешения. Поскольку она человек, с которым ты не общался до недавнего времени, ты не должен пропустить диалог с Аой-сан, верно?

— Это точно.

— Тем более, Аой-сан из тех людей, которые не говорят о своих истинных чувствах, ты должен быть хорош в этой области.

— Ты говоришь об Аой-сан так, будто знаешь ее.

— Я знаю больше, чем Акира, которого долго здесь не было.

Что ж, это верно.

Эйдзи допил кофе и встал со своего места.

— Тогда пойдем?

— … Да.

Я последовал за Эйдзи из кофейни.

В любом случае, я рад, что они решили сотрудничать со мной.

Я сделаю все, что в моих силах, чтобы улучшить условия жизни Аой-сан к тому времени, когда я перейду в новую школу.

Я вновь пообещал себе сделать это.

В этот же вечер ────

После разговора я вернулся домой и начал готовить ужин, так как делать было нечего.

Взглянув на часы, установленные на стене в гостиной, я увидел, что было чуть больше 19:00.

— Интересно, когда Аой-сан вернется домой.

Хоть она и осталась не одна в торговом центре, а день становился длиннее, еще было не поздно…. но я немного волновался, потому что давно не слышал о ней.

Я даже подумывал написать ей, чтобы спросить, во сколько она будет дома. Но потом я подумал, что нехорошо беспокоить Аой-сан, если она веселится с Изуми, поэтому решил не отправлять ей сообщение и отложил смартфон, который взял в руки из-за беспокойства.

— Интересно, каково это быть парнем, который заботится о своей спутнице жизни…

Сразу же, подумав об этом, я пришел в себя.

Я не ее парень, так что не мне говорить ей, что делать.

Несмотря на то, что мы живем вместе, такие вещи называются чрезмерной заботой...

— Ах! Котлеты!

Задумавшись, я не обратил внимания на сковороду, и в результате по кухне распространился слабый запах подгоревшего мяса.

Я быстро перевернул её.

— Я дома.

Сразу после звука открывающейся входной двери я услышал знакомый голос с кухни.

Аой-сан появилась в гостиной, выглядя торопливой из-за скорости, с которой снимала сандали.

— С возвращением.

— Извини. Я опоздала...

Она отпустила голову и произнесла это, как только увидела меня.

Вероятно, она вернулась домой в спешке, потому что выглядела немного уставшей.

— Все нормально.

— После похода по магазинам с Изуми-сан мы пошли поесть, и пока общались, начало темнеть… Я собиралась вернуться домой пораньше, но не смогла. Прости.

— Не волнуйся, все в порядке.

Как бы я ни настаивал, Аой-сан продолжала извиняться.

Её вид казался испуганным.

— Но мать очень злилась на меня, когда я возвращалась домой поздно…

Услышав эти слова, мне вдруг пришла в голову неприятная мысль.

Может быть, это норма в её семье?

Среда, в которой вас ругали, если вы приходили домой поздно или не сообщали об задержке.

В обычных семьях тоже присутствует подобное, но мать Аой-сан, должно быть, так разозлилась, что испугала её. Может, помимо беспокойства были и другие неприятные эмоции?

Потому что она была из тех матерей, которые бросили свою дочь, поэтому, хотя она мне и не нравилась, я подумал так.

— Мне жаль...

— Аой-сан...

Я уставился на неё, когда она съежилась, как ребенок, которого ругают без причины.

Мне на ум пришли слова, сказанные Эйдзи в кафе.

Не путать внимательность с благоразумием. ────

Если ты хочешь быть с любимым человеком вечно, тебе нужно сказать о том, о чем вам необходимо поговорить. ────

Если это так, вы, вероятно, не должны говорить, что все в порядке.

Мне нужно облечь свои мысли в слова и выслушать, что думает Аой-сан.

— Аой-сан, давай поговорим.

— Хорошо...

Я выключил газовую плиту и попросил её сесть на диван в гостиной.

Я расположился рядом, и начал разговор с ней как можно спокойнее.

— Аой-сан, тебе было весело с Изуми?

— Э...?

Аой-сан, наверное, не ожидала, что ей зададут такой вопрос.

Она выглядела потрясенной и заикалась, но через некоторое время медленно открыла рот.

— ...Да. Было весело.

— Если не возражаешь, не могла бы ты рассказать мне, как вам было весело?

Аой-сан слегка кивнула и начала говорить, глядя на меня.

— Раньше я почти ни с кем не общалась. Моя мама была очень строгой и всегда находилась дома, даже в отпуске. Поэтому, когда Акира-кун и Изуми-сан взяли меня куда-нибудь и поболтали со мной, мне это так понравилось, что я потерял счёт времени...

— Тогда тебе не нужно беспокоиться о том, что ты опоздаешь домой.

— Но...

Тем не менее, Аой-сан отвергла мои слова, как будто винила себя.

Я ответил на эти слова, приняв их немедленно, чтобы не отрицать её чувств.

— Конечно, я могу понять, что ты ощущаешь вину за других. Но когда я услышал, что ты хорошо провела время, то почувствовал себя счастливым, а не злым.

— Ты счастлив?

Я медленно кивнул.

— Я сам был в такой ситуации, и понимаю, как быстро летит время, когда мы веселимся, особенно когда ты играешь со своим лучшим другом. Будучи маленьким, я знал, что должен вернуться домой пораньше, но всегда опаздывал, и мои родители злились на меня.

Сказав ей, что все такие, я надеюсь, что Аой-сан не будет сильно возражать.

— Но теперь, когда я думаю об этом. Я думаю, что мои родители просто беспокоились обо мне, а не злились. Конечно, они должны были, если их близкий человек не возвращается домой без предупреждения.

В то время я ничего не понимал. Но теперь, когда я живу один, мне снова пришлось думать о семье.

— Я не знаю, что ощущала твоя мать, потому что семейные ситуации у всех разные. Но, по крайней мере, я рад, что Аой-сан может веселиться, теряя счёт времени. Я не знаю, когда ты вернешься домой, но не злюсь. Если ты все еще беспокоишься, позвони мне в следующий раз и дай знать, чтобы я мог спокойно ждать тебя.

Хорошо ли я передал свои мысли?

Выразив беспокойство, Аой-сан слегка кивнула.

— Я поняла. В следующий раз я позвоню тебе.

— Да. Я тоже, если опоздаю.

Я не уверен, что прошло идеально, но даже при таком результате её лицо стало немного спокойнее.

— Я рад, что Аой-сан и Изуми стали хорошими друзьями.

— Интересно… если мы поладили. Мне весело, но я не очень хорошо общаюсь с людьми, так что, думаю, Изуми-сан должно быть скучно.

— Я так не думаю. Если Аой-сан развлекается, Изуми тоже должно быть весело.

— Я счастлива, если это так. Я даже немного завидую Акире-куну… который дружит с Изуми-сан и Эйдзи-куном.

Казалось, это был первый раз, когда Аой-сан показала свои истинные чувства.

Поэтому я подумал, что не должен пропускать эти слова.

— О чем ты говоришь? Вы же друзья, разве нет?

— Нет... как я могу быть её другом...?

— Если вы проводите вместе весь день, то вы уже друзья. По крайней мере, так думает Изуми. И я уверен, что завтра она будет больше общаться с тобой, чем когда-либо прежде, так что тебе следует немного подготовиться.

Я пытался немного пошутить над этой ситуацией, но я видел будущее, в котором это произойдет. И это будущее, вероятно, будет хорошим для Аой-сан.

— Если она думает обо мне как о друге... Я рада, — пробормотала Аой-сан с немного смущенным лицом.

Это выражение было лучшей улыбкой, которую она мне когда-либо показывала.

— Очень хорошо. Итак, это конец этого разговора!

Я ударил себя по руке и заговорил, чтобы рассеять грустную атмосферу.

— Да.

— Ужин будет готов через минуту.

— О, позволь мне помочь тебе.

Я встал с дивана, и Аой-сан нерешительно последовала за мной.

По какой-то причине я проглотил слова "Ты можешь отдохнуть", когда они достигли моего горла.

Аой-сан, наверное, хотела помочь мне, чтобы неловкая атмосфера не продолжалась. Поскольку это, вероятно, так, то лучше всего принять их ради благополучия.

— Спасибо. В таком случае, не могла бы ты принести мне столовые приборы? Сегодня у нас будут гамбургеры, так что нужна тарелку пошире.

— Понятно. Неудивительно, что мне показалось, что пахнет жареным мясом. Но... что-то в этом не так, немного пахнет горелым.

— Э?

Я был удивлен, когда услышал это.

Конечно же, я выключил плиту, но котлета для гамбургера осталась на сковороде, поэтому, хоть огня больше и не было, сковорода какое-то время оставалась горячей из-за остаточного тепла.

Когда я бросился переворачивать котлету… она была явно пережарена, хотя и не слишком пригоревшей.

— Вот дерьмо...

Обе стороны котлет оказались слегка подгоревшими.

Какая глупая ошибка.

— Хи-хи…

— А? Ты только что посмеялась?

— Извини. Я думала, что Акира-кун может сделать что угодно, поэтому довольно забавно видеть, что ты мог совершить такую ​​забавную ошибку. Это грубо, когда я говорю подобное, не умея готовить.

Увидев смех Аой-сан, я тоже улыбнулся.

— Я не умею всё. Эта неудача еще относительно небольшая. Я был несчастен, когда начал жить один. Каждый раз, когда я делал ошибку, мне приходилось искать решение в интернете.

— Серьезно?

— Да. Ничего страшного, если это просто готовка, но однажды я забыл нанести на одежду кондиционер для белья. Также я не знал, как снять фильтр у пылесоса, поэтому попытался вытащить его и в итоге испачкал всю комнату пылью. Я много раз укладывался спать расстроенным.

Теперь, когда я думаю об этом, это смешно.

Когда я пожаловался, Аой-сан подавила смех.

— Если оставить в стороне мою историю неудач, что мне делать с этими котлетами… может, мне приготовить что-нибудь другое?

— Ничего, если так. Давай есть.

— Но я не думаю, что это очень вкусно.

— Вот почему это, безусловно, будет хорошим воспоминанием.

Хорошое воспоминание.

Ошибка, из-за которой мне захотелось бы схватиться за голову, если бы я был один. Но когда мы вдвоем, мы сможем когда-нибудь над этим посмеяться.

Когда я подумал об этом, я понял, что быть не одиноким может являться благословением.

— Я не могу гарантировать вкус.

Итак, на ужин у нас были гамбургеры со слегка подгорешвими котлетами.

Как вы можете себе представить, это было не очень вкусно, но я чувствовал себя более удовлетворенным, чем обычно, съедая свой ужин и смеясь над своими ошибками.

После ужина мы приняли душ и отдыхали.

Аой-сан, казалось, очень понравилось проводить время с Изуми, так как она много мне об этом рассказывала.

Они вместе поели, снова зайдя в кафе, за чем-нибудь сладким и горько посмеялись над тем, как сожалел фициант, проведя три часа без чая и пирожных.

Я внимательно слушал Аой-сан, когда она с довольным видом рассказывала о том, что произошло за день.

Пока мы разговаривали, я понял, что уже почти полночь.

Как я уже сказал, время, проведенное с весельем, пролетит быстро.

— Хоть и завтра выходной, но, думаю, пора ложится спать.

— Да. Ты прав. Ах...

Аой-сан повысила голос, будто что-то вспомнила.

— Что?

— Эмм... можно я постираю перед сном?

— Конечно, но уже поздно. Почему бы тебе не сделать это завтра?

— Я понимаю, но...

Она что-то промямлила и поморщилась.

Даже это было чертовски мило.

— Ладно, давай постираем, а потом ляжем спать.

— Я могу сделать это сама, так что ты можешь ложиться, Акира-кун.

— Вот как? Тогда я пойду.

— Спокойной ночи.

— Да, доброй ночи.

Выйдя из гостиной, я пошёл в свою комнату и лег на кровать.

Когда я закрыл глаза, то внезапно ощутил непреодолимое чувство волнения.

Прошло несколько дней с тех пор, как мы начали жить вместе, но я никогда не видел Аой-сан такой разговорчивой.

Я подумал, что это может быть из-за того, что появилась другая сторона — Изуми, которая отлично ведёт общение, благодаря чему Аой-сан, которая немного отстраняется от других, говорит, что ей нравится проводить время со своими друзьями.

Честно говоря, я рад этому.

Когда Изуми и Эйдзи впервые увидели нас, я почувствовал себя безнадежным, как будто миру пришел конец, но теперь я действительно рад, что они об этом узнали. Интересно, такие вещи называют совпадением?

После тридцатиминутных раздумий, наверное, потому что был в хорошем настроении, я не мог заснуть.

Я услышал звуковой сигнал стиральной машины, указывающий, что одежда закончила стирку….

— Хм, а где Аой-сан…?

Сколько бы времени ни прошло, не было никаких признаков того, что она собирала одежду.

Когда я встал с кровати и вернулся в гостиную, я обнаружил, что Аой-сан лежит на диване и крепко спит.

— Она, должно быть, слишком устала и легла спать.

Улыбнувшись ей, я направился в ванную, чтобы положить одежду в сушилку.

Открыв крышку стиральной машины, я обнаружил одежду, которую мы сегодня купили.

Понятно. Аой-сан считает, что новую одежду нужно постирать перед тем, как надевать.

Такие вещи не зависят от человека, а, вероятно, связаны с влиянием его семьи.

Когда я складывал одежду в корзину..

— Э-это…..!

Моя рука непроизвольно остановилась, когда я увидел то, чего не ожидал.

Там, вперемешку с одеждой, в сетке для стирки лежало женское белье.

Как только я достал его из стиральной машины и подержал в руках, я понял, что тогда произошло.

Причина, по которой Аой-сан сказала «Я могу купить это в следующий раз», когда я спросил её, не нужно ли её что-нибудь ещё.

Когда я сказал ей, что могу помочь донести сумки, она отказалась от моей помощи, но когда Изуми предложила это, она с готовностью согласилась. И когда я сказал ей, что помогу со стиркой, она велела мне лечь спать.

Причиной всего этого была красочная розово-желтая ткань, которая выглядела как новая.

— ... Давайте притворимся, что мы это не видели, и вернемся в комнату.

Я не должен позволить Аой-сан увидеть меня в таком положении.

Если она меня увидит, то подумает, что я ужасный человек, который ходит каждую ночь и роется в нижнем белье девушки, с которой живет. Духи, к которым вы не приблизитесь, не проклянут вас.

Когда я подумал об этом, было уже слишком поздно.

— Акира-кун...

Почувствовав чье-то присутствие, я обернулся, когда услышал, как зовут меня по имени.

Там была Аой-сан с ярко-красным лицом.

У неё было неописуемое выражение лица, когда её плечи затряслись.

[[image:/storage/reader-images/da06edfa36668d55bbc8a4de1014f97d0b4a9b62.jpg]]
— Нет, ты не правильно поняла! Я не брал их со злым умыслом. Ты спала, вот я и подумал, что нужно повесить бельё на сушилку! Это правда. Когда ты пришла ко мне домой, у тебя был минимальный багаж, и думаю, у тебя так же было не так много нижнего белья, так что тебе пришлось его купить! Да, у тебя хороший вкус!

Что я подразумеваю под "хорошим вкусом"?!

Только когда вы спешите, вы озвучиваете то, что лучше не говорить.

Поскольку я был слишком откровенным, Аой-сан покраснела до ушей и закрыла лицо руками.

— Т-тогда... ты можешь позаботиться об остальном.

Это было слишком абсурдно, чтобы говорить иначе.

Я вернулся в свою комнату с неловкой улыбкой и натянул одеяло на голову.

Смущенный, взволнованный и виноватый, я проснулся ещё больше, чем раньше.

Кстати, из-за этого инцидента между мной и Аой-сан установились некоторые правила.

(1) Разделить корзины для белья и сушилки.

(2) Позвонить, если опаздываем.

(3) Аой-сан, так как не умеет готовить, попросила оставить уборку на нее.

Кроме того, мы также договорились, что не будем стесняться говорить о других аспектах совместной жизни в будущем.

Уже одно это означает, что тот факт, что я увидел нижнее белье, что-то да значит.

... Скажем так, это что-то значило и не было напрасной тратой времени.

Настоящее откровение.

Я в очередной раз подумал о том, как сложно жить вместе.

_________

От переводчика:

Ну, для начала давайте поздороваемся, давно не виделись) Решил я на днях проверить наличие глав у этого ранобэ, как вдруг наткнулся на испанский перевод, чему знатно удивился, так что выход глав возобновлён.

----------

Стратегическое совещание с проверенными товарищами

В начале недели, когда Аой-сан пришла в школу, в классе поднялся настоящий переполох. Появление красивой и элегантной девушки с чёрными волосами вызвало совершенно естественную реакцию.

Атмосфера в классе напоминала ситуацию, когда приходит новый ученик, но как только Изуми с восторгом бросилась обнимать её и громко выкрикнула имя, стало ясно, что это была Аой-сан.

Стоит отметить, что такой же шум в классе был разве что в тот раз, когда в начале первого семестра Изуми призналась в любви Эйдзи на весь класс.

Возвращаясь к теме — неудивительно, что все были ошеломлены. Никто и представить не мог, что эта утончённая девушка с чёрными волосами — та самая Аой-сан, которая ещё недавно была блондинкой.

У одноклассников возникли разные реакции. Кто-то, как и Изуми, подбежал к ней с энтузиазмом, в то время как несколько парней переглядывались и перешёптывались с выражениями удивления и лёгкой вины на лицах. Были и такие, кто просто не обращал на неё внимания.

Хотя некоторые тепло отреагировали благодаря тому, что Изуми в классе все любят, большинство все же смотрело на Аой-сан холодно.

Я понимал, что смена цвета волос не изменит отношения к ней в одночасье. Тем не менее, двигаться вперёд нужно постепенно.

***

Спустя несколько дней, у выхода из школы…

— Эйдзи, Изуми, что будете пить?

— Я — кофе, — ответил Эйдзи.

— А я хочу чай! Причём заваренный в чайнике♪, — весело добавила Изуми.

— У меня дома нет чайника… — признался я.

— Тогда обычный чай тоже подойдёт.

Я пригласил их к себе домой, чтобы обсудить кое-что важное.

— Хорошо, подождите немного.

— Акира-кун, давай я тебе помогу, — предложила Изуми.

— Спасибо, — кивнул я.

Мы отправились на кухню, достали стаканы и разлили напитки на всех четверых, а затем переместились в гостиную и уселись на диване.

— Итак, о чём ты хотел поговорить? — спросила Изуми, прижимая стакан к ладоням.

— Я хотел обсудить с вами будущее Аой-сан.

Естественно, прежде чем затевать этот разговор, я получил их согласие.

Когда в торговом центре я сказал Аой-сан, что хочу помочь ей с её положением в классе, она явно удивилась. Чтобы обговорить всё с друзьями, мне придётся снова обсудить это с ней.

Если ей будет в тягость, я не стану настаивать. Но если она согласится, я хочу обсудить с вами, что делать дальше.

Аой-сан, слушая меня, согласно кивнула.

Как и говорил Эйдзи, я не знаю её чувств до конца. Я не могу читать мысли и не настолько искусен в общении, чтобы донести всё правильно, не задев её ненароком. Но я стараюсь обсуждать с ней всё как умею.

Если она примет моё предложение, это будет лучшее решение.

— Как я уже говорил, я хочу помочь Аой-сан улучшить её ситуацию. Я продумал, что могу сделать, и хотел бы услышать ваши мнения.

— Хорошо, говори, — с энтузиазмом поддержал меня Эйдзи.

— В общем, я вижу две основные проблемы. Во-первых, ученики и учителя плохо о ней думают. Судя по её прошлому опыту, это не удивительно. Но я хочу, чтобы все поняли — она самая обычная девушка. Ни хулиганка, ни бездельница — просто нормальная ученица.

Если эти недоразумения удастся устранить, я уверен, что Аой-сан станет ближе к остальным.

Конечно, не все смогут полюбить её. Но если хоть кто-то изменит своё мнение, это уже будет шаг вперёд.

— Да, верно, — кивнула Изуми. — Она тоже заслуживает прожить свою юность, как и все остальные.

— Но как мы будем устранять это недоразумение? — задумчиво спросила она.

— Вот в этом и загвоздка, верно? — Изуми слегка поморщилась.

— У меня есть одна идея, и мне понадобится твоя помощь, Изуми.

— Моя? Рассказывай! — Изуми подалась вперёд, заинтересованная.

— Ты — староста класса, и все тебе доверяют. Если ты начнёшь дружить с Аой-сан на виду у всех, это может изменить их мнение о ней. Ты всегда старалась быть в хороших отношениях со всеми, и теперь я хочу, чтобы ты стала мостом между Аой-сан и остальными.

Но…

— Но? — переспросила Изуми, приподняв бровь.

— Это может быть рискованно для тебя. Кто-то может решить, что староста связывается «не с теми». Я не могу гарантировать, что это никак на тебе не отразится.

Я понимал, что Изуми наверняка не станет переживать из-за такого, но всё же посчитал нужным предупредить её заранее.

— Эх? Да брось! — отмахнулась она без тени сомнения.

— Я просто делаю то, что хочу, и мне всё равно, что думают другие. Я общаюсь с Аой-сан, потому что хочу дружить с ней. Иногда хочется сказать всем: «Хватит судить людей по внешности, если вы их не знаете!» И ещё…

Изуми тепло улыбнулась Аой-сан:

— Мы ведь уже подруги, правда, Аой-сан?

Аой-сан, смущённо почесав затылок, тихо ответила:

— Да… Мы подруги. Спасибо тебе.

— Хе-хе-хе♪, — весело хихикнула Изуми, а Аой-сан улыбнулась в ответ.

Я облегчённо выдохнул. С такой поддержкой я не волновался за будущее.

— Но честно говоря, изменить мнение учителей будет сложнее, — заметил я. — Одной дружбы с одноклассниками может быть недостаточно.

Все погрузились в размышления.

— В таком случае, ей придётся подтянуть учёбу, — кивнул Эйдзи после короткой паузы.

— Как ты говорил, мнение учеников можно изменить благодаря Изуми и остальным. Но чтобы изменить мнение учителей, нужны хорошие оценки.

Эйдзи был прав. Учителя судят о студентах не только по поведению, но и по результатам экзаменов.

Даже примерного ученика с плохими оценками могут считать проблемным. Поэтому Аой-сан нужно будет улучшить и успеваемость, и поведение.

— Кстати, как ты сдала промежуточные экзамены, Аой-сан? — осторожно поинтересовался я.

— Эм… — Она смутилась и отвела взгляд.

— Я завалила все предметы, кроме одного… Поэтому пришлось ходить на пересдачи. Это было ужасно…

— Кроме одного? — хором переспросили мы с Изуми и Эйдзи.

Аой-сан прикрыла лицо руками, словно не могла вынести стыда.

Кажется, как и тогда в салоне красоты или во время недавнего инцидента с нижним бельём, когда ей становилось по-настоящему стыдно, она прятала лицо.

— Ты была вынуждена взять академический отпуск и работать неполный день, чтобы поддержать свою семью. Что тут поделаешь? Честно говоря, я думаю, это уже удивительно, что ты вообще сдала хотя бы один предмет!

— …Да, — тихо пробормотала Аой-сан.

— Не переживай! С этого момента просто старайся изо всех сил! — подбодрил я её.

Я собирался поддерживать её во всём, что она решит, хотя иногда мне казалось, что мои попытки помочь только создают проблемы. Это напомнило мне о том случае, когда я случайно оказался с её одеждой — точнее, нижним бельём — в руках. Чем больше я стараюсь, тем чаще попадаю в неловкие ситуации.

Аой-сан втянула голову в плечи, словно хотела провалиться сквозь землю.

…Что я только что натворил?

— Всё в порядке! Я хорошо учусь, так что могу тебя подтянуть! — решительно заявила Изуми, громко нарушая неловкое молчание.

Вот это помощь! Изуми как всегда знала, как разрядить обстановку. Несмотря на её энергичность, она была умной и старательной ученицей. С первого года в старшей школе она стабильно показывала отличные результаты на экзаменах, а должность старосты была ей не просто для вида.

— Думаю, нам всем стоит учиться вместе, а не только вам двоим, — предложил Эйдзи. — К тому же, у Акиры удобное место для таких встреч. Мы даже можем устроить учебный лагерь.

— Здорово! — воскликнула Изуми. — Учебный лагерь и ночёвка! Вот это веселье!

— Если вас устроит мой дом, я организую всё как надо, — согласился я.

— А ещё… — внезапно хлопнула в ладоши Изуми, как будто её осенила новая мысль. — Как насчёт того, чтобы поучаствовать в волонтёрской деятельности?

— Волонтёрство? — удивился я.

— Да! В школе есть программа волонтёрства, в которой я участвую, но с набором людей всегда проблемы. Думаю, если Аой-сан присоединится, это улучшит её репутацию у учителей.

Теперь я припомнил, как наш куратор упоминал эту программу в начале года. Тогда я слушал вполуха и не заинтересовался, а вот Изуми, оказывается, вступила.

Раньше я думал, что она чересчур переживает из-за мелочей, но теперь понял, что её доброта распространяется далеко за пределы круга друзей и семьи. Интересно, кем она была в прошлой жизни — соловьём или Мать Терезой?

— Что конкретно вы там делаете? — спросил я.

— Всякое. Мы убираем территорию города, посещаем дома престарелых, играем с детьми из приютов и помогаем им с учёбой. Встречи проходят по воскресеньям, но участие добровольное — можно приходить, когда удобно.

Это действительно звучало как хорошая идея. Учителям наверняка понравится, если Аой-сан начнёт заниматься чем-то полезным. К тому же, внеучебное общение с педагогами может помочь им увидеть её с другой стороны.

— Конечно, это только если Аой-сан сама этого хочет, — добавил я. — Мы не будем заставлять тебя, если это для тебя слишком тяжело.

— Нет, это не проблема, — ответила она. — Я уже решила не работать по выходным, так что думаю, смогу участвовать. К тому же… будет весело, если мы все пойдём вместе. Я бы хотела попробовать.

— Отлично! В следующий раз идём вместе! — Изуми радостно схватила её за руку.

Похоже, тут дело было не только в улучшении репутации, но и в радости завести новых друзей.

— Итак, — подытожил я. — Мы договорились, что будем работать над повышением оценок и участвовать в волонтёрских мероприятиях, чтобы изменить мнение учителей. А тем временем, с помощью Изуми и Эйдзи попробуем исправить отношения в классе. Всё так?

— Да, думаю, так и поступим, — кивнула Аой-сан.

Когда я думал обо всём этом один, мне казалось, что ничего не выйдет. Но теперь, с друзьями рядом, я был уверен, что мы справимся. В какой-то мере это было странное, но приятное ощущение.

В конце концов, всё, что нужно, — это надёжные друзья.

— Ладно, а что за вторая проблема? — прервал Эйдзи наш оптимистичный момент.

Точно. У нас была ещё одна проблема — куда пойдёт Аой-сан, когда я перееду?

— Я могу приютить тебя до марта следующего года, но потом нам нужно будет найти для тебя постоянное место, где ты сможешь жить спокойно, — объяснил я. — И это, пожалуй, более серьёзная проблема.

— Снимать жильё несовершеннолетним не разрешают, даже с деньгами. В последнее время и ночёвки в интернет-кафе стали доступными только с определённого возраста, — заметил Эйдзи.

— Даже если у нас появятся новые друзья, навряд ли кто-то живёт один. А оставаться у Изуми или Эйдзи будет сложно — ты ведь можешь чувствовать себя неуютно с их родителями. Нам нужно найти место, где тебе будет по-настоящему комфортно, — поделился я своими мыслями.

— Да, это непросто, — нахмурилась Изуми.

Ограничения, с которыми сталкиваются школьники без поддержки родителей, ощущались всё сильнее.

Если бы я не встретил Аой-сан, мне бы и в голову не пришло, что то, что кажется нормальным для меня и Эйдзи, может быть для кого-то непреодолимым препятствием.

— В конечном итоге, лучший вариант — обратиться к родственникам Аой-сан, — предложил Эйдзи.

— Проблема в том, что у неё нет семьи, — возразил я автоматически. Но Эйдзи поднял руку, призывая меня остановиться.

— Семья — это не только родители. У тебя есть братья, сёстры или бабушка с дедушкой? — спросил он, глядя на Аой-сан.

Я даже не подумал об этом! Возможно, я слишком зациклился на ситуации.

Аой-сан нахмурилась и на мгновение задумалась.

— Родственники есть, но я давно с ними не связывалась. Помню, что встречалась с бабушкой по материнской линии, когда была маленькой, но даже не знаю, где она живёт.

— Ты хотя бы помнишь, в каком районе она живёт? — с надеждой спросил я.

Она слегка покачала головой.

— Нет. Но точно знаю, что не здесь, — тихо ответила она.

— Понятно…

Слабая надежда тут же растворилась.

Даже если её родители больше не с нами, я надеялся, что кто-то из родственников мог бы стать для неё опорой.

Но всё равно…

— Сам факт, что у тебя есть бабушка, уже кое-что значит, — сказал я. — Даже если ты сейчас не помнишь, где она живёт, возможно, со временем вспомнишь. Так что нет смысла отчаиваться.

Я хотел, чтобы она увидела в этом маленький лучик надежды, а не повод для беспокойства.

— Ладно, давайте пока сосредоточимся на том, чтобы изменить мнение учителей и одноклассников, — предложил я.

— Поняла. Спасибо вам, ребята.

Аой-сан улыбнулась. Её лицо выглядело намного спокойнее, чем в тот день, когда она впервые пришла в этот дом.

****

Со следующего дня Изуми взяла инициативу в свои руки и начала предпринимать различные шаги, чтобы развеять недоразумения вокруг Аой-сан.

Хотя я называл это «мероприятиями», на деле всё оказалось довольно простым.

Например, Изуми стала приглашать Аой-сан обедать вместе с её друзьями, подхватывать её по пути после уроков и предлагать присоединиться к их компании в классе.

По сути, она увеличила количество её взаимодействий с одноклассниками.

Конечно, поначалу многие в классе не понимали, что происходит. Но благодаря коммуникационным навыкам Изуми, день ото дня одноклассники становились более дружелюбными, позволяя Аой-сан понемногу вливаться в беседы.

Поскольку мы с Эйдзи — парни, мы не хотели проявлять чрезмерный энтузиазм, чтобы это не выглядело странно. Поэтому вели себя с Аой-сан так же, как с другими одноклассниками.

Метод был прост, но я удивился тому, как хорошо он сработал. Успех был в основном заслугой Изуми, но и усилия самой Аой-сан сыграли немаловажную роль.

Я был впечатлён тем, как она, несмотря на свою изначальную застенчивость, старалась участвовать в разговорах. Конечно, некоторые всё ещё держались с холодком, но меня это не особо волновало.

Как я и думал раньше, наша цель не в том, чтобы заставить всех её принять. Важно лишь найти как можно больше людей, которые готовы подружиться с ней — даже если это будет всего один человек.

Однако кое-что всё-таки меня беспокоило.

После того как слухи о внезапном появлении элегантной девушки с чёрными волосами распространились по школе, парни начали приходить в наш класс на каждой перемене, чтобы взглянуть на неё.

Не то чтобы я ревновал… Но это раздражало.

Мне хотелось избавиться от всех этих любопытных, но поскольку Изуми взяла на себя задачу отгонять их, я решил не вмешиваться. Если бы я попытался сам, это только создало бы новые проблемы, так что я был ей благодарен за помощь.

Правда, Эйдзи, похоже, находил забавным моё недовольство и не мог удержаться от улыбки.

****

— Это то самое учреждение, которое мы сегодня посетим.

Мы с Аой-сан и Изуми прибыли в городской детский приют.

На следующий день после того, как мы решили участвовать в волонтёрской программе от школы, Изуми сразу же сообщила куратору о нашем намерении. Благодаря её решительности нас направили именно сюда.

Я был удивлён тем, как быстро она взялась за дело. Ещё недавно мы обсуждали это, а теперь уже стояли перед приютом в составе группы.

Вокруг нас было больше десятка человек, включая учителя и нескольких учеников.

Честно говоря, участников оказалось больше, чем я ожидал.

Кстати, Эйдзи сегодня не смог присоединиться — у него были другие планы.

— Как я упоминала по дороге сюда, здесь живут дети от детсадовского возраста до учеников первого класса старшей школы. Они не могут жить со своими родителями по разным причинам. Мы навещаем их, чтобы помогать им с учёбой, играть с ними, а на Рождество приносим подарки, собранные через пожертвования.

Изуми объяснила, что в нашей префектуре довольно много подобных приютов.

Мы были удивлены, узнав, сколько детей не могут жить со своими семьями. Возможно, таких случаев больше, чем мы могли представить.

На самом деле, ведь и Аой-сан оказалась в похожей ситуации.

Поэтому я невольно задумался — правильно ли было приводить её в такое место?

Когда Изуми спросила нас, какое учреждение мы хотим посетить, я посоветовал выбрать что-то другое. Но неожиданно для меня Аой-сан предпочла именно этот приют среди множества вариантов.

— Так что, мы сегодня будем помогать с учёбой или играть с детьми?

— Сегодня играем. Иногда сотрудники придумывают развлекательные мероприятия, но в этот раз они хотят, чтобы мы просто играли с детьми сколько угодно, — ответила Изуми.

Тем временем учитель пригласил нас пройти в просторную игровую комнату.

Когда мы вошли внутрь, малыши сразу побежали к Изуми и другим ученикам.

— Давно не виделись, ребятки~♪ — с радостью воскликнула она и тут же включилась в игру.

— Ну что, давайте играть! — с энтузиазмом подхватила она, и дети весело принялись бегать по комнате.

Изуми позвала меня сыграть в «салочки» с учениками начальной школы, а другие парни начали матч по футболу с ребятами постарше. В то же время Аой-сан и несколько девушек сели играть с дошкольниками.

Через полчаса активных игр:

— Изуми… Я пойду передохну… — сказал я, вытирая пот со лба.

— Всё нормально, я ещё немного поиграю, — бодро ответила она, не собираясь останавливаться.

— Впечатляюще… Только не переусердствуй, — пробормотал я, отходя от группы детей.

Честно говоря, я недооценил их выносливость. Что это за безграничная энергия?

Сначала мне казалось, что я смогу легко держаться наравне, но к середине игры я понял, что мои силы иссякают. Под конец я двигался так медленно, что дети успевали ловить меня без особого труда.

Для человека, который состоит в «клубе возвращения домой» и избегает спорта, угнаться за детьми оказалось непосильной задачей. Я сделал глубокий вдох и, оглядевшись, начал искать место для отдыха.

Мой взгляд случайно встретился с Аой-сан, которая сидела с дошкольниками и играла в «дочки-матери». Увидев меня, она улыбнулась и помахала рукой.

— Ты уже закончил играть в салочки?

— Д-Да. Собирался пойти поиграть с кем-нибудь ещё, — смущённо ответил я, стыдясь своего поражения.

— Понятно. Хочешь присоединиться к нам?

— Простите за беспокойство, — сказал я и сел рядом с Аой-сан и малышами.

В этот момент все дети разом обернулись ко мне.

Большие любопытные глаза уставились на меня.

Неожиданно я почувствовал лёгкое давление.

— Эй, эй.

— М? Что такое? — спросил я у девочки, которая дёргала меня за рукав.

— Они-тян, это твой парень? — с невинным любопытством спросила она, глядя на нас с Аой-сан.

— П-Парень…!?

Что за неожиданный вопрос от ребёнка?!

Казалось, что все малыши в комнате ждали моего ответа.

«Неужели современные дошкольники такие прямолинейные?» — подумал я, растерянно молча смотря на них.

— Он не мой парень, — спокойно ответила Аой-сан, и я облегчённо выдохнул.

— А он тогда твой муж?

Вопрос мгновенно перешёл на новый уровень.

Если не парень, значит муж? Какой замысловатый детский логический ход!

— Н-Нет, он не мой муж… э-э…

— Понятно… Но если бы он был твоим парнем или мужем, вы могли бы стать папой и мамой, — задумчиво пробормотал один из малышей, а остальные дети разочарованно вздохнули.

На самом деле, я и сам немного расстроился, когда Аой-сан так быстро отвергла предположение, что мы пара.

Но раз уж мы не пара, что я мог сказать?

— Этот человек не мой парень и не мой муж, — мягко сказала Аой-сан, — но он очень важен для меня. Поэтому, если вы не против, позвольте нам стать сегодня вашей мамой и папой.

— Можно? — малыши с надеждой уставились на нас.

— Как думаешь, Акира-кун, не правда ли это хорошая идея? — спросила она с лёгкой улыбкой.

— Д-Да, звучит здорово! — поспешно кивнул я.

— Ура! — закричали дети, радостно прыгая от восторга.

Их искренние улыбки были настолько заразительными, что я тоже невольно улыбнулся.

Всё ещё переваривая её слова, я машинально повторял про себя фразу: «Он очень важен для меня».

Я не её парень, не муж и даже не родственник, но она называет меня важным человеком.

И почему-то, услышав это, я почувствовал себя совершенно комфортно.

Хотя мы просто одноклассники, живущие под одной крышей, похоже, мы понемногу становимся ближе друг к другу…

Спустя некоторое время я заметил девочку из начальной школы, сидевшую в углу игровой комнаты с альбомом для рисования. Она всё время была одна.

— Она давно сидит одна, — тихо сказала Аой-сан, тоже посмотрев в её сторону.

— Другие ребята пытались с ней заговорить, но она, похоже, не хочет ни с кем общаться.

— Понимаю…

Интересно, она очень застенчивая?

Или просто любит быть одна?

Как бы там ни было, она выглядела довольно одиноко.

— Я пойду составлю ей компанию.

— Я с тобой, — предложил я.

Но Аой-сан слегка покачала головой, отклоняя моё предложение.

— Я подойду одна. Если к ней подойдут сразу двое старшеклассников, она наверняка испугается.

— Понимаю. Ты права.

— Извините меня, — тихо сказала она и направилась к девочке.

Я наблюдал, как Аой-сан приблизилась к ней и присоединилась к играм с малышами. Однако девочка никак не реагировала на её попытки завязать разговор.

Она не только не отвечала на вопросы Аой-сан, но и старалась избегать зрительного контакта.

— Простите… — обратился я к проходившему мимо сотруднику.

— Чем я могу помочь?

— Эта девочка… Она всегда одна?

Лицо сотрудника стало серьёзным.

— Да. Она здесь уже три месяца, но всё это время держится обособленно. Даже когда мы или другие дети пытаемся с ней заговорить, она не реагирует… Это нас беспокоит, потому что мы сами не знаем, как к ней подойти.

Три месяца — это и много, и мало. Вроде бы достаточно, чтобы привыкнуть к новому месту, но всё ещё недостаточно, чтобы избавиться от одиночества после разлуки с семьёй.

Я вспомнил, как трудно мне самому было привыкать к новому окружению каждый раз, когда я менял школы в начальных классах.

— У каждого ребёнка здесь своя история, и мы стараемся подходить к каждому индивидуально… Но в её случае это особенно сложно.

— Понимаю…

Я задумался о том, что значит быть волонтёром. Конечно, важно просто играть с детьми и подбадривать их. Но было бы ещё лучше, если бы мы могли как-то достучаться до их сердец — особенно в случае этой девочки. Проблема в том, что у нас нет нужных навыков или опыта, чтобы знать, как подойти к таким детям.

Даже если мы сочувствуем, этого мало. Осознание этого вызвало чувство беспомощности и легкой горечи.

Я вернулся к остальным детям, обдумывая свои мысли.

Через несколько часов наше посещение подошло к концу.

Пока учитель и ученики собирались уходить, я стал искать Аой-сан взглядом. И вскоре заметил её — она всё так же сидела рядом с той девочкой. Возможно, всё это время она провела рядом с ней.

Аой-сан ничего особенного не делала. Она просто сидела, наблюдая, как девочка рисует. Тихое, ненавязчивое присутствие Аой-сан создавало вокруг них спокойную и безопасную атмосферу, словно её молчаливое участие позволяло девочке сосредоточиться на своём рисунке, не обращая внимания на суету вокруг.

Эта сцена тронула меня. Порой, чтобы поддержать человека, не нужно говорить или делать что-то особенное. Достаточно просто быть рядом.

[[image:/storage/reader-images/9c9517c33f89d240ee653b7e8e99530c6cd62d68.png]]
— Аой-сан. Пора идти домой.

— Да, я поняла.

В тот момент, когда Аой-сан уже собиралась встать, маленькая девочка внезапно ухватила её за рукав.

— Э-э?

Мы с Аой-сан удивлённо переглянулись, затем посмотрели на девочку.

— …Не уходи, — тихо пробормотала она, опустив голову.

Мы оба замерли, не зная, что сказать.

Спустя секунду Аой-сан мягко взяла девочку за руку и сказала:

— Прости. Мне нужно вернуться домой сегодня, но я обязательно приду снова, чтобы поиграть с тобой.

— …Правда?

— Да. Хочешь нарисовать что-нибудь вместе, когда я вернусь?

— Да… Мне будет приятно.

— Спасибо. Тогда это обещание.

Аой-сан с улыбкой протянула мизинец, и девочка обхватила его своим, скрепляя обещание. После этого мы покинули приют вместе с сотрудниками под радостные возгласы детей, провожавших нас.

***

Так завершился первый волонтёрский опыт Аой-сан.

На месте мы попрощались с Изуми и отправились домой.

Улицы были залиты мягким багрянцем закатного солнца, и, пока мы шли, я думал о той девочке.

— Кажется, она хотела побыть с тобой ещё немного, Аой-сан.

— Да, думаю, так и есть, — спокойно ответила она.

— Я расспросил сотрудников приюта о ней. Они сказали, что она здесь уже три месяца, но ни с кем не разговаривает. Честно говоря, я удивился, что она сама заговорила с тобой. О чём вы с ней говорили?

— Я не сказала ей ни слова, — тихо призналась Аой-сан.

— Э?

— Я ничего не делала. Просто сидела рядом.

Просто… быть рядом? И этого оказалось достаточно, чтобы девочка хоть немного открыла своё сердце?

Трудно поверить, что ребёнок, который не реагирует ни на кого — ни на сотрудников, ни на других детей, — откроется человеку, который всего полдня провёл рядом.

Пока я раздумывал над этим, Аой-сан продолжала идти рядом со мной.

— Эта девочка напомнила мне меня саму, когда я была маленькой, — сказала она.

— Она была похожа на тебя?

Её взгляд словно был устремлён в прошлое, в детские воспоминания.

— В детском саду я была очень замкнутой. У меня не было ни одного друга. Мои родители тогда часто ссорились, и я чувствовала, что доставляю им только хлопоты. Так же, как и та девочка, я не отвечала никому и всегда сидела одна в углу.

Слушая её, я легко мог представить маленькую Аой-сан — одинокую девочку, которая, как и та малышка, сидела в стороне, погружённая в свои мысли.

— Но, на самом деле, мне было очень одиноко. Я хотела, чтобы кто-то был рядом. Хотела иметь друзей, как все остальные, но даже не могла сказать об этом вслух.

Она посмотрела вдаль, на горизонт, окрашенный в цвета заката.

— Но однажды меня заметил один мальчик.

Её лицо стало спокойным, словно она вспоминала что-то тёплое и дорогое.

— Пока все остальные меня игнорировали, он единственный оставался рядом. Он не разговаривал со мной и не играл — просто сидел рядом, занимаясь своими делами. Думаю, он был рядом, чтобы я не чувствовала себя одинокой.

Эти слова пробудили во мне собственные воспоминания.

Похоже, что Аой-сан чувствовала то же самое, что и я когда-то.

В детстве девочка, в которую я был влюблён, всегда сидела одна в углу комнаты. Я пытался с ней говорить, но она никогда не отвечала и не воспринимала меня всерьёз. Когда она наконец начала понемногу открываться, мой отец получил перевод на новую работу, и мне пришлось переехать. Я так и не смог увидеть её улыбку и всё время жалел об этом.

Тут я вспомнил слова Эйдзи, которые он сказал в торговом центре.

«Акира, ты — тот человек, который протягивает руку, когда это действительно нужно».

Нет, я не такой уж хороший человек.

Если он говорил о той истории, то это был лишь случай, когда я хотел сблизиться с той, кто мне нравился, но в итоге не смог ничего для неё сделать. Всё, что у меня осталось, — это горькое воспоминание о первой любви.

— Для окружающих это, наверное, выглядело странно, но я чувствовала себя очень счастливой, просто потому что он был рядом. Поэтому я сделала для той девочки то же самое, что однажды сделал для меня тот мальчик.

Аой-сан, пережив в детстве то же самое, смогла понять чувства той девочки.

И поскольку её саму это когда-то осчастливило, она знала, что такой же подход может достучаться и до этой малышки.

Возможно, если бы это была не Аой-сан, девочка так и не открылась бы.

— И тот мальчик, и ты очень добрые люди, — тихо сказала она, глядя на меня.

Я знал, что сейчас Аой-сан находится в сложной ситуации, и удивился, что она всё равно так сильно заботится о других.

— Если мы добрые, то и ты тоже, Акира-кун, — добавила она.

— Я? Нет-нет, я совсем не такой.

— Это неправда.

В свете закатного солнца её глаза казались чуть затуманенными.

— Разве ты не сделал для меня то же самое, что и тот мальчик?

— Что ты имеешь в виду?

— В тот дождливый день ты позвал меня. Ты пригласил меня к себе домой, не спрашивая подробностей о моих проблемах. И даже сейчас ты всё ещё рядом. Ты сделал для меня гораздо больше, чем я для той девочки. Поэтому я считаю, что ты тоже очень добрый.

Её слова разбудили во мне странное, но тёплое чувство. Я давно сомневался в своих поступках.

— Я правильно поступил тогда?

— Не было ли какого-то лучшего способа?

— Может, для Аой-сан было бы лучше, если бы рядом с ней оказался кто-то другой?

Эти вопросы не исчезли, но слова Аой-сан немного успокоили меня.

— Давай навестим ту девочку снова.

— Конечно, ведь я обещала ей.

Мы продолжили идти домой. Закатное солнце казалось ярче, чем обычно, когда я поднял голову к небу.

Итак, всем привет, я взял перевод этого замечательного тайтла и теперь вы будете читать мои "перлы перевода" :)Сразу хочу извиниться за возможные грамматические ошибки и непонятные предложения! Я постараюсь выкладывать главы, как можно чаще но не уверен, что у меня это получится.

К слову на данный момент у ранобки 7 томов на японском, на английском переведена только часть 2го тома.

Буду благодарен если кто-то найдет либо оригинал на 7м томов либо на другом языке, для более скорого перевода!

Ну а пока, наслаждаемся первым томом и не забываем лайкать главы и подписываться на мой тг в комментах!

----------

Учебный лагерь на три дня и две ночи

— Тогда я пойду за покупками. Оставлю тебе уборку.

— Хорошо. Я подожду, пока уберу дом и приведу комнаты в порядок.

Наступила пятница после визита в детский дом.

Вернувшись домой после школы, я высадил Аои-сан и отправился в ближайший супермаркет.

Обычно я хожу за продуктами по понедельникам и четвергам, но в этот раз делал исключение, так как с сегодняшнего дня у нас оставались Эйдзи и Изуми на три дня и две ночи.

Для двоих у меня было достаточно продуктов, но на четверых не хватило бы и до понедельника. Поэтому уборку и приведение дома в порядок я доверил Аои-сан, а сам поспешил за покупками.

— Будь осторожен в дороге.

— Всё нормально. Я позвоню тебе, когда выйду из супермаркета.

— Хорошо. Счастливого пути.

— До встречи.

Аои-сан махала мне на прощание у двери. Я обернулся несколько раз, и она всё ещё махала мне, пока я не завернул за угол. Каждый раз, когда я оборачивался, она снова махала.

"...Как-то это напоминает семейную жизнь, где жена провожает мужа на работу," — невольно подумал я, почти чувствуя сладкую атмосферу этой картины.

— Да что это со мной вдруг? Почему я представляю такие радужные сцены?! — одёрнул себя я, пытаясь избавиться от этих мыслей.

Но ведь и правда приятно, когда есть человек, с кем можно попрощаться, сказав просто "до встречи"...

С этими мыслями я направился в магазин. Когда я только начал жить один, на душе было лёгкое чувство свободы, радость от самостоятельной жизни. Но вскоре это ощущение сменилось другим: одиночество стало наваливаться всё чаще.

Честно говоря, было бы неправдой сказать, что я совсем не чувствовал себя одиноко. Однако с тех пор как Аои-сан начала жить со мной, это чувство исчезло.

В суете повседневной жизни иногда вдруг наступали тихие, спокойные моменты. После ужина мы смотрели телевизор или перед сном обсуждали планы на завтра — даже занимаясь каждый своими делами, мы ощущали, что не одни, просто зная, что другой рядом.

Я даже не подозревал, насколько успокаивающим может быть присутствие рядом другого человека.

"Возможно, в конечном счёте именно я нашёл утешение в том, что мы живём вместе…"

Ах, кажется, я отвлёкся.

Причина, по которой Изуми и Эйдзи приезжали к нам, восходит к сегодняшнему обеду.

***

— С сегодняшнего дня мы устраиваем учебный лагерь на три дня и две ночи для подготовки к экзаменам!

Изуми громко объявила об этом, когда мы собрались на крыше во время обеденного перерыва.

Я и забыл, что экзамены уже через десять дней, в последнюю неделю июня.

— Ну да, — признался я, — с тех пор, как мы с Аои-сан уладили все недоразумения, я как-то упустил из виду учёбу.

— Сама рада, что у Аои-сан теперь хорошие отношения со всеми, но мне кажется, что сейчас самое время начать учиться серьёзно! — добавила Изуми, чуть обеспокоенно поглядывая на меня.

Учитывая, что в прошлый раз Аои-сан едва не завалила все предметы, возможно, мы и правда немного задержались с подготовкой.

Однако не так-то просто всё совмещать.

— Вот поэтому давайте встретимся у тебя дома после школы, Акита-кун, — предложила она.

— Без проблем, — кивнул я.

— Отлично! Я поеду домой за вещами и думаю быть у тебя к семи вечера.

— Я постараюсь быть к этому времени тоже.

— Спасибо, ребята, — Аои-сан поклонилась, благодарно улыбнувшись нам.

Так, совершенно неожиданно, у нас был назначен учебный лагерь прямо у меня дома.

Я зашёл в местный супермаркет, держа в руках корзину для покупок. План был купить продуктов на три дня и две ночи, и так как нас четверо, запастись пришлось немалым количеством еды.

Понимая, что ребята затеяли этот лагерь ради помощи Аои-сан, я не мог просто предложить им лапшу быстрого приготовления или еду из магазина.

"Чего бы такого купить?" — думал я, прогуливаясь по рядам, обдумывая ужин.

Внезапно пришла мысль: мы с Аои-сан жили вместе почти месяц, а я всё ещё не знаю, какие у неё любимые блюда. Видимо, не замечал этого, потому что она всегда с удовольствием ела всё, что я готовил.

"Похоже, я ещё не так хорошо знаю Аои-сан…"

Решил, что в следующий раз обязательно спрошу её о предпочтениях.

— Акита-кун!

— Ох! —

Неожиданно меня позвали сзади громким голосом, скорее даже выкрикнули. Я обернулся, слегка вздрогнув от неожиданности, и увидел Изуми в повседневной одежде и с корзиной в руках.

— Эй, Изуми… не пугай меня так.

— Прости, прости, не хотела тебя напугать!

— Ты как всегда весела, где бы ни была.

— Если хочешь сделать мне комплимент, говори сразу, без намёков.

Чувствовал, что если скажу ещё что-то, она опять поймёт всё по-своему, хотя даже половина моих слов не была комплиментом.

— Ты тоже за покупками? — спросил я.

— Конечно! Не могу же я прийти к тебе с пустыми руками.

— Хочешь что-то принести?

— Естественно. Я собираюсь приготовить ужин для всех.

— Да ты не беспокойся об этом, я и так собирался приготовить.

— Так давай готовить вместе? Будет быстрее и веселее!

Изуми, казалось, уже представляла себе этот процесс, словно радостная собака, готовая к прогулке.

— Извини, что доставил тебе хлопот.

— Да брось, я это делаю по собственному желанию.

Болтая, мы с Изуми ходили по магазину, а затем, оплатив покупки, направились домой, неся пакеты с продуктами.

— Кстати, Акита-кун.

— Что?

— Насколько далеко ты зашёл с Аои-сан?

— Что?! — от неожиданности я застыл на месте. Изуми посмотрела на меня серьёзным взглядом, словно и правда ждала ответа.

— Насколько далеко? Аои-сан и я… мы ведь не в таких отношениях.

— Правда? — Изуми прищурилась, как будто была слегка разочарована или даже чем-то недовольна.

— Вы даже не целовались?

— Да о чём ты? Конечно, нет! Мы же не встречаемся!

— Да как такое возможно?! — удивилась Изуми. — Как парень и девушка могут жить под одной крышей, и ничего не происходит?

Пожалуйста, перестань. От этих слов у меня сжалось сердце — я осознал, какой я трус. Хоть и надеялся на что-то большее, но ни разу не решился на первый шаг.

— Да неужели, Акита-кун, ты и правда… Хм? То есть выходит, что ты и правда не... Подожди, ты ведь не хочешь сказать, что… Ха! Я думала, что вы с Эйдзи как-то подозрительно близки... Но извини, Эйдзи — мой, даже тебе его не уступлю, Акита-кун.

— Это вообще не то, о чём ты сейчас подумала.

Хотя я и не хотел уточнять, мне было страшно представить, какие фантазии она себе напридумывала.

— Ну-ну, у тебя ведь нет скрытых намерений, да? Знаешь, как говорят: мужчина, который не пользуется “предложением”, на которое его по факту пригласили, ждёт, пока та сама скажет: “Ты ведь понимаешь, чего я хочу, да?” Вот ты к этому и идёшь?

— С каких пор ты считаешь меня таким человеком?

Правда, не хотелось бы оказаться в подобных ситуациях, как это бывает в некоторых мангах…

Хотя, признаться честно, порой мысли об этом всё же мелькали.

— Ладно-ладно, это была шутка, — ухмыльнулась Изуми. — Но мне давно было интересно: почему Акита-кун решил помочь Аои-сан?

— У всех свои причины для помощи другим.

— Тогда почему помог именно ей?

Сейчас она больше не была той назойливой девчонкой, которая не вылезает из личных дел других. Изуми становилась невыносимо любопытной, когда бралась за такое всерьёз.

Хотя она могла казаться поверхностной, но была на удивление проницательной. Даже когда я говорил всё правильно, она часто замечала то, что я старался скрыть, пока не добиралась до правды.

Сколько раз я пытался её отшутить, но она всегда видела меня насквозь?

Я и не собирался кому-то об этом рассказывать, но всё же не чувствовал, что это то, что стоит хранить в тайне.

— Она напоминает мне девочку, в которую я когда-то был влюблён.

— Девочку, которая была твоей первой любовью?

— Когда я был в детском саду, там была одна девочка, всегда казавшаяся одинокой. Когда я увидел Аои-сан в парке, то вспомнил её… и не смог пройти мимо.

— Хм. Значит, были времена, когда ты был чистым и невинным, Акита-кун.

— Не делай вид, что сейчас что-то сильно изменилось.

— Прости-прости. А что с той девочкой стало?

— Когда я пошёл в начальную школу, моя семья переехала, потому что родителей перевели на новую работу. В итоге я так и не смог ничего для неё сделать, хоть она всегда выглядела такой грустной. Хотел хотя бы один раз увидеть её улыбку, но тогда у меня не получилось… И это чувство досады осталось со мной, даже если я был всего лишь ребёнком.

— Понимаю…

Это было далёкое воспоминание, но ощущение сожаления казалось по-прежнему острым.

— Как её звали? Если помнишь имя, может, получится найти её. Ты ведь говорил, что она была в этом городе, когда ты был в детском саду. Вдруг она всё ещё живёт где-то неподалёку.

— Её звали…

Я пытался вспомнить её имя.

Не уверен насчёт полного имени, но, кажется, её фамилия была Синода.

Как всегда, память подводила меня, и я мог легко её перепутать.

— Я почти забыл о ней, пока недавно не вспомнил. Не могу даже вспомнить её полное имя, был слишком мал тогда.

Не хотелось рассказывать что-то неопределённое, поэтому я решил сменить тему.

— В таком случае, искать её нет смысла.

Но я всё равно надеялся, что у неё всё в порядке.

Не то чтобы я до сих пор испытываю к ней чувства, но иногда представляю, как бы было, если бы мы встретились вновь… хотя понимаю, что подобное случается только в фильмах.

Говорят, что первая любовь может разбить мужчину и заставить женщину повзрослеть.

И даже сейчас, вспоминая свою первую любовь, я понимаю, что в какой-то степени это правда.

— Но теперь понятно… с Аои-сан у вас ничего и не было.

— Не говори это так, будто разочарована.

На самом деле, я тоже немного разочарован.

— Мне кажется, Аои-сан тоже не слишком этому рада.

— Даже если так, я не смогу ничего сделать, учитывая её текущее положение. Если бы я проявил инициативу сейчас, это выглядело бы так, словно я пользуюсь её уязвимостью. Мне такое не нравится.

— Какой же ты у нас джентльмен, Акита-кун.

— А вот “какой” здесь можно и опустить.

Изуми широко улыбнулась, явно ожидая, что я отреагирую на её слова.

— В этот раз постарайся сделать так, чтобы она улыбнулась.

— Э?

— Я не прошу тебя заменить ту девочку, но не хочу, чтобы у тебя остались такие же сожаления.

— Изуми, ты…

— А! А вот и Эйдзи-кун.

Не заметив, как мы подошли к моему дому, я вдруг увидел, как Эйдзи машет нам с ближайшего перекрёстка.

— Так вот где вы были вдвоём.

— Да, случайно встретились в супермаркете.

— Изуми, я не надолго, но давай я понесу твой пакет.

Эйдзи подошёл и взял у неё сумку с продуктами.

— Спасибо, я тебя люблю!

— И я тебя люблю.

Возможно, потому что это разговор о любви… Обычно я на такое не реагирую, но сейчас немного завидую.

Поэтому я тихо погрузился в свои фантазии, представляя себе подобную сцену.

Аои-сан: "Я тебя люблю, Акита-кун."

Я: "И я тебя люблю."

Ааааа! Нет, нет! Просто мысль об этом заставляет сердце бешено колотиться!

Эти двое и вправду так общаются в жизни?

Даже если у меня будет девушка, сомневаюсь, что смогу сказать ей это в лицо.

Ах да, и забудьте о том, что в моих фантазиях была Аои-сан.

— Почему ты покраснел, Акита? — вдруг поинтересовался Эйдзи.

— Заткнись! Не лезь ко мне, чудак!

— Всё равно, мы уже на месте.

Оказывается, пока я взволнованно злился, мы незаметно добрались до дома. С этим настроем я вошёл внутрь вместе с ними, и нас встретила Аои-сан.

— С возвращением.

— Я дома. Встретил этих двоих по пути.

— Извините за беспокойство! — Изуми обняла Аои-сан при входе и, смеясь, они направились в гостиную.

— Эти двое, похоже, хорошо ладят.

— Да. Они такие разные, но всё равно понимают друг друга.

— Вот и отлично.

Честно говоря, я и не ожидал, что они так поладят.

Настоящие противоположности, но, похоже, в каждом из них есть что-то, что притягивает другого.

— Смотря на них, мне кажется, что они как солнце и луна.

— Солнце и луна?

— Да, жизнерадостная Изуми похожа на солнце, а тихая и сдержанная Аои-сан — на луну. Точно так же, как луна светит, отражая свет солнца, мне кажется, что и Аои-сан стала ярче благодаря энергии Изуми.

— Понимаю. Но, как по мне, Изуми вовсе не является солнцем для Аои-сан.

— Почему? — спросил я, но Эйдзи уже направился к гостиной, не ответив.

— Как обычно, оставляет всё с загадочным подтекстом, — пробормотал я себе под нос.

В любом случае, даже если бы я задал ещё пару вопросов, вряд ли он бы ответил. Я отправился вслед за всеми в гостиную и отнёс продукты на кухню.

— Давайте сначала приготовим ужин. Покушаем, примем ванну и после этого уже начнём учиться.

— Точно! Тогда готовим вместе! — воскликнула Изуми, вытаскивая из сумки свой собственный фартук и с энтузиазмом готовясь к делу.

Рядом с ней Аои-сан выглядела несколько обеспокоенной.

— Изуми-сан, я не так много готовила, так что…

— Пустяки! Готовь со мной, не переживай! — весело подбодрила её Изуми.

— Готовить вместе — это, конечно, хорошо, но на нашей кухне вчетвером будет тесновато, — заметил я.

— Ничего, мы будем готовить то, что не требует плиты, и поработаем за столом. Даже без плиты есть множество вариантов, как всё организовать. Акита-кун, а ты займись более сложными делами, вроде варки и жарки.

— Понял. Эйдзи, помоги мне?

— Хорошо.

Сразу после того, как мы это обсудили, разделились на две команды и приступили к готовке.

***

— Уфф! Я объелась… — пробормотала Изуми, сидя на диване и поглаживая животик, страдальчески поморщившись.

— Ты просто переела…

Три стейка за ужином и две порции риса — это, конечно, многовато. Я не привык готовить на четверых, и подумал, что если еды будет слишком много, остатки всегда можно заморозить. Но, увидев лишнюю порцию, Изуми уверенно заявила: «Нас четверо, значит, всё съедим!» — так что я пожарил все стейки, что купил. Однако когда на столе оказалась гора стейков, она с энтузиазмом начала угощаться, в результате чего доела до последнего кусочка и теперь жаловалась на тяжесть.

— Всё в порядке, Изуми? — спросил Эйдзи, заметив её болезненное выражение.

— Да, если немного передохну, станет легче, — ответила она с натянутой улыбкой.

Она напоминала мне хомяка, который набил щёки и не может пошевелиться.

— Я ещё купил сакурамоти на десерт, но, пожалуй, оставим их на завтра.

— Сакурамоти?! Хочу их прямо сейчас! — Изуми тут же подскочила на месте, услышав о десерте.

Глаза её заблестели, будто от боли и следа не осталось.

…Нет, она же шутит, правда?

— Когда говорят об учебном лагере, в голову сразу приходят поздние перекусы, правда, Аои-сан?

— Э? Н-ну… наверное?

Изуми, прекрати, ей же поверится всё, что ты скажешь.

— Ты и правда хочешь их сейчас съесть? — спросил я у Изуми.

— Ещё бы! Нам же ещё три дня вместе, так что, по идее, в магазине надо было бы больше сладостей набрать.

Она на полном серьёзе выглядела разочарованной, как будто вовсе не шутила.

Она — олицетворение ненасытности?

Я слышал, что у девушек всегда найдётся место для сладкого, как бы много они ни съели, но это правда удивительно, сколько они могут съесть, не соответствуя собственным размерам.

— Вот это настрой, Аои-сан! Пойдём в магазин за перекусами?

— Хорошо, — согласилась та, не долго думая.

— Серьёзно?! Ура!

Изуми вскочила, как будто напрочь забыла о переедании.

— Постойте-ка.

— Что? — удивлённо спросила Изуми.

Я посмотрел на часы — уже было за девять вечера. Было неуютно отпускать девочек на улицу одних в такое время, да и как можно доверить перекусившей до отвала идти в магазин?

— Эйдзи и я сами сходим в магазин, а вы пока принимайте ванну.

— Правда? Ты так добр, Акита-кун~ А ты как считаешь, Аои-сан?

— Да. Акита-кун всегда добр.

— Хи~ насколько он добр?

Ну вот, такие вопросы можно было бы задавать, когда меня нет рядом! Это жутко неловко, когда они обсуждают это прямо передо мной.

— М-м? Ну… он всегда внимательно слушает, что я говорю, и замечает, чего я хочу. Когда я жила с мамой, она никогда не слышала моих чувств…

— ………

Мы все невольно замолкли. Аои-сан, вероятно, сказала это случайно, но всё равно её слова приоткрыли кусочек её прошлого, что повергло нас в тишину.

Можно было легко представить, каково ей приходилось, если она постоянно подавляла свои чувства, так и не выразив их вслух.

— Не бойся показывать свои чувства, и не стесняйся быть более открытой, особенно с Акита-куном! — подбодрила её Изуми.

— Почему особенно со мной?! — возмутился я, чувствуя, как щёки начали пылать.

Изуми, повернув Аои-сан к себе, поставила её напротив меня.

— Ну что, скажи Акита-куну, какие перекусы тебе хотелось бы съесть!

— Э-э… ну…

Смущённая, Аои-сан взглянула на меня.

— Пудинг… я бы хотела пудинг…

— О-о, ну, конечно. Куплю тебе пудинг, — кивнул я, стараясь скрыть улыбку.

— Хорошо! Тогда пойдём поболтаем, пока будем вместе принимать ванну, — весело предложила Изуми.

— В-вместе ванну?

Аои-сан вопросительно посмотрела на неё.

— Да! Чтобы лучше узнать друг друга, девочкам просто необходимо принимать ванну вместе!

Изуми, прошу, хватит так влиять на неё.

Аои-сан, наверное, поверит всему, что ей скажет Изуми, ведь она такая наивная и чистая. Хотя… мысль о том, что они будут принимать ванну вместе, вызывает у меня легкую зависть.

Признаюсь, мне немного трудно подавить ревность. Когда же это наше собрание превратилось в девичью вечеринку с ночёвкой?

Конечно, простите, если в мою голову, как и полагается здоровому старшекласснику, иногда закрадываются мысли об этой ситуации. Всё-таки, два симпатичных девушки вместе в ванной… это даже немного радует меня.

Но… а ведь девочки вообще должны вместе купаться?

…Я машинально представил, как вместе купаются парни, и настроение сразу испортилось. Лучше бы мне этого даже не представлять.

— Ну, тогда мы пойдём принимать ванну и подождём вас, — сказала Изуми с лёгкой улыбкой.

— Да, пожалуйста, так и сделайте.

— Акита-кун, я во многом буду первой~♪ — заявила Изуми и, довольно улыбаясь, отправилась в ванную, будто бы говоря: «Ты ведь завидуешь, да?»

Разумеется, я завидую!

— Пойдём в магазин, — сказал я, отводя взгляд.

— Угу, — кивнул Эйдзи, и мы вдвоём вышли из дома за пудингом.

…Пожалуй, не стоит в это вкладывать какой-то особый смысл, но когда мы вернёмся, я первым пойду в душ, раньше Эйдзи.

***

Купив в магазине целую охапку сладостей и пудингов, мы отправились обратно, неся пакеты в руках. На улочках жилого района вдали от главной дороги освещение было слабым, так что я чувствовал себя спокойнее, зная, что девочки остались дома. Местность тут не опасная, но в такие моменты лучше не рисковать лишний раз.

Как только вернёмся, нам стоит приступать к учёбе.

— Похоже, Аои-сан тебе очень доверяет, — сказал вдруг Эйдзи.

— Да не дразни нас так, будто мы пара.

От этого замечания я слегка смутился.

— Я вовсе не издеваюсь. Мне просто любопытно, как вы живёте.

— У нас всё обычно. Сначала было неловко: я, если честно, думал, что Аои-сан — гяру, поэтому изначально держался от неё подальше. А она сама — застенчивая, так что особо не разговаривали. Если бы сегодня Изуми не подняла эту тему, я, наверное, не сказал бы всего, что чувствую.

— Это нормально, сложно находить общий язык с теми, кого плохо знаешь, — кивнул Эйдзи, задумчиво. — Но я понимаю тебя, это правда бывает непросто.

Недавний разговор в торговом центре показал мне, что, общаясь с другим человеком, порой только осознаёшь, как мало знаешь его. Близость людей невозможно поддерживать без слов, и как только ты узнаешь кого-то поближе, понимаешь, что незнания становится даже больше.

Однако, если ты не сделаешь усилие к сближению, рано или поздно поймёшь, что не сможешь оставаться с этим человеком, особенно если это человек противоположного пола.

— В таком случае, похоже, ваше совместное проживание вполне удачно складывается.

— …Я не знаю.

— Есть какие-то сомнения?

Ну, конечно. У меня много сомнений.

— Честно говоря, я всё ещё не уверен, что тогда правильно поступил, пригласив её к себе.

Порой я снова и снова об этом думаю. Словно решаю уравнение без ответа.

— Мне приятно, что Аои-сан мне доверяет. Если я хоть как-то могу ей помочь, это уже здорово. Но я не знаю, как она на самом деле ко всему этому относится. Возможно, есть более правильный способ помочь, а может, то, что я делаю, вовсе не нужно…

— Понимаю…

— Но я не могу прямо спросить её об этом. Знаю, что если спрошу, она скажет: «Нет, это не так». И кто скажет, правда ли это её мнение? Иногда мне кажется, что я совсем не понимаю, что делаю. Это беспокойство… оно никуда не уходит.

— …………

Эйдзи некоторое время молчал. Я попытался рассмотреть его лицо, но темнота скрывала его выражение.

— Мне кажется, то, что ты сделал, не было лишним и не было ошибкой, — заговорил он наконец, подбирая слова с особой осторожностью.

— Правда?

Эйдзи продолжил спокойным, уверенным тоном.

— Как бы там ни было, факт остаётся фактом: ты ведь спас Аои-сан.

Это… так?

— Может, всегда будет существовать лучший способ, ведь возможности бесконечны. Только Аои-сан знает, что она чувствует, но когда она назвала тебя добрым человеком, в этом не было лжи. Думаю, именно потому ты и протянул ей руку.

— …Понимаю.

Слова моего лучшего друга прояснили мне многое.

— Возможно, если другие люди узнают о вашей ситуации, они начнут высказывать свои суждения, кто-то может проявить жестокость или лицемерие. Но самое важное — это то, что чувствуешь ты. И если ты помогаешь кому-то, кому действительно тяжело, то правильнее будет не отступать, потому что другая сторона всегда будет тянуться к тебе сдержанно.

— Ты прав…

— И ещё, важно верить в слова Аои-сан. Я понимаю твоё беспокойство, но в отношениях между мужчиной и женщиной нужно иметь силу, чтобы верить в то, что говорит другая сторона, не пытаясь найти скрытый смысл. Думаю, лучше довериться тому, что перед тобой, чем волноваться о том, чего не видно.

— Иногда я думаю, ты правда старшеклассник, Эйдзи?

— Мы все обычные старшеклассники. Просто у кого-то уже есть девушка, и это помогает быстрее всему научиться.

Если это действительно помогает, тогда разводов на свете, наверное, и не было бы.

— В любом случае, спасибо. Кажется, мне стало немного легче.

— Никто не знает, что такое правильный ответ. Вместо того чтобы слишком об этом беспокоиться, лучше делать то, что можешь, даже если в итоге это окажется ошибкой — ведь эта жизнь не вечна.

— Знаю.

Может, мне не показалось, но в словах Эйдзи прозвучала какая-то грусть.

Вероятно, потому что мы с Эйдзи оба уже видели, как выглядит наш недалёкий будущий путь.

— Пора домой. Оставим эти печальные мысли.

— Да.

Хорошо, что у меня есть такой друг.

Возможно, не всё придётся носить на своих плечах одному.

Я буду верить словам Аои-сан и сделаю всё, что смогу. С такими мыслями я, обновлённый, открыл дверь дома.

— Мы вернулись.

— С возвращением! — из ванной комнаты, словно ожидая нас, выглянула Изуми, уже в халате. А за ней из гостиной выглянула Аои-сан, тоже направив взгляд на нас.

— Добро пожаловать.

— Да, мы вернулись. Вот, держи, твой пудинг.

— Спасибо… Ого?

Когда я передал Аои-сан пакет, который держал в руке, она заглянула внутрь и удивлённо охнула.

— Это всё…?

Пакет был набит пудингами до краёв, будто бы вот-вот лопнет.

— Ну, понимаешь… там было столько разных видов пудинга. Я не знал, какой выбрать, так что решил взять по два каждого, но в итоге набрал больше, чем ожидал.

Хотя изначально я просто планировал взять все возможные пудинги в магазине, честно говоря, не думал, что всё-таки сделаю это… но в итоге вышло именно так.

— Не нужно так стараться и пытаться съесть всё сразу, — заметил я, глядя на пакет, переполненный пудингами.

— Нет, я обязательно всё съем. Спасибо, — ответила Аои-сан, улыбаясь, и я машинально отвернулся, стараясь скрыть смущение. Конечно, я рад, что она так счастлива, но… как-то неловко.

— Подожди-ка, что это~? Акита-кун, ты, случайно, не краснеешь, когда тебе благодарят? — Изуми тут же подхватила момент, не преминув поддразнить меня.

— Я вовсе не краснею! — возразил я.

— Правда? Но лицо-то красное, — с улыбкой продолжала она.

— Ладно, хватит дразнить, — сказал я и, пытаясь перевести тему, достал сладости, — вот, мы ещё и сладости принесли. Давайте начинать учёбу!

— Договорились~! Мы готовы, — бодро ответила Изуми, и мы двинулись в гостиную со всем запасом сладостей.

Когда я оглядел стол, собираясь приступить к учёбе, мой взгляд остановился на пустой упаковке от сакурамоти.

— ………

— Что-то не так? — спросила Аои-сан.

— Да нет, всё в порядке.

Честно говоря, уже устал отшучиваться по этому поводу.

— Кстати, кто будет учить Аои-сан? — спросил я, когда мы все уселись за стол.

Почти забыл, что основная цель нашего учебного лагеря — помочь Аои-сан подтянуться по учёбе. Ей нужно было наверстать упущенное за первую половину семестра, хорошо подготовиться к финальным экзаменам и постараться произвести хорошее впечатление на учителей.

— Ничего, если все будем помогать ей по очереди. Заодно и сами материал повторим, — предложил Эйдзи.

— Хорошо, — согласился я.

Так и начался наш учебный лагерь. Мы начали с первой страницы учебника.

Чтобы подготовиться к экзамену, по идее, достаточно было бы повторить только основные темы. Но Аои-сан, занятая подработкой, пропустила почти все занятия первого семестра, так что без основ ей было бы сложно ответить на вопросы на экзамене.

Мы старались объяснять ей материал, даже немного забыв про собственную подготовку. Я думал, что будет трудно, но когда начал, оказалось совсем не так. Аои-сан хоть и не ходила на занятия, но с пониманием у неё всё было в порядке, и она без труда воспринимала всё, что мы ей объясняли.

Чем больше я её узнавал, тем больше удивлялся, насколько Аои-сан отличается от того образа, который я себе о ней составил. Если так пойдёт, уверен, что она справится с финальными экзаменами.

Пока мы обучали Аои-сан, я и Эйдзи по очереди принимали душ и отдыхали. Но, увлёкшись, мы сами не заметили, как время пролетело — стрелки часов уже показывали, что новый день наступил.

— Ммм… —

Первой заснула Изуми, уже после часа ночи. Она так и уснула за столом, прижимая к себе пакет со сладостями, словно её голод боролся с желанием спать.

— Может, на сегодня закончим? — предложил я, глядя на Изуми.

— Согласен. У нас ещё есть завтра и послезавтра для занятий, — поддержал меня Эйдзи.

— Спасибо вам, ребята, — поблагодарила нас Аои-сан, откладывая ручку и кланяясь Эйдзи и Изуми, точнее той, что уже спала, положив голову на плечо моего лучшего друга.

— Акита, а где мы с Изуми будем спать? — поинтересовался он.

— Комната родителей свободна, так что можете воспользоваться ею. Она в конце коридора.

— Спасибо. Так и сделаем, — сказал Эйдзи, подняв Изуми на руки, словно принцессу.

— Спокойной ночи, до завтра.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Мы с Аои-сан остались в гостиной, провожая их взглядом.

Хотя мы уже провели столько времени вместе, между нами вдруг возникла какая-то сложная атмосфера.

— Давай немного приберёмся и тоже пойдём спать, — предложил я.

— Да. Но сначала…

— Ммм? Что такое?

Аои-сан подошла к холодильнику и открыла его дверцу.

Она достала два пудинга, которые я купил.

— Если ты не против… давай съедим их вместе перед сном?

— Конечно. С удовольствием.

— Спасибо, — ответила она, с лёгкой улыбкой усаживаясь рядом со мной.

Когда я открыл крышечку и поднёс ложку к рту, сладость пудинга приятно разлилась по вкусовым рецепторам.

— Какой вкусный.

— Да… — Аои-сан слегка кивнула. — Я давно не ела пудинг, но он такой вкусный.

— Кстати, я тоже не ел его уже очень давно.

— Правда? — удивилась она.

— Когда мои родители ещё были вместе, отец иногда покупал пудинг после работы. Я обожал те моменты, когда мы втроём ели его после вечернего купания.

В её взгляде мелькнула нотка ностальгии, словно она вернулась в те дни, когда была счастлива со своими родителями.

— Прости. Наверное, это грустная тема… Я не хотела говорить о прошлом, просто рада снова есть пудинг вместе с кем-то. Так что… надеюсь, в будущем мы сможем снова вот так есть его вместе.

— Аои-сан…

С одной стороны, я был рад, что это со мной она поделилась этим моментом. Но в то же время где-то в глубине души чувствовал сожаление из-за её ситуации.

Тем не менее, если для неё наше время вместе — это счастье, пусть будет так.

— Конечно. Если ты захочешь, можем есть его вместе каждый день. И расскажи мне, что ещё тебе нравится, кроме пудинга. С этого момента будем делать много всего, что тебе приносит радость, Аои-сан.

— Да… спасибо.

Если эта улыбка снова засияет, я готов поддерживать её так долго, как смогу.

Мне сложно не чувствовать сильных эмоций по поводу всего этого.

— И… ещё кое-что, — вдруг сказала Аои-сан, её лицо приняло серьёзное выражение.

— Что ещё?

— Спасибо, что так обо мне заботишься.

Она смотрела на меня с искренностью, от которой было невозможно отвести взгляд.

— Этот учебный лагерь… и то, как ты поговорил с Изуми-сан и Эйдзи-куном, чтобы у меня появились друзья. Я давно хотела поблагодарить тебя, но никак не находила подходящего момента.

Её слова проникли прямо в сердце.

— Я была в шоке, когда мама исчезла, и не думала, что смогу когда-нибудь снова так весело проводить дни. Всё это благодаря тебе, за что я по-настоящему благодарна.

Смотря на мягкую улыбку Аои-сан, я подумал, что всё, что я делал, не было напрасным.

— Ты всегда помогаешь мне, Акита-кун, и я бы хотела сделать что-то в ответ, но… готовлю я не очень, и, похоже, всё, что я могу — это помогать с уборкой. Извини за это.

— Мне этого достаточно. Самое главное, чтобы ты наслаждалась этим временем, Аои-сан.

— Да… но если вдруг я смогу сделать для тебя что-то ещё, просто скажи.

— Спасибо.

Так закончилась наша первая ночь учебного лагеря.

Как сказал Эйдзи, я постараюсь ценить то, что вижу перед собой.

***

В следующие два дня, в субботу и воскресенье, наш лагерь продолжился. Мы вместе занимались, ели, гуляли по району, чтобы немного расслабиться.

Общая работа и поддержка друзей помогли мне учиться продуктивнее, чем я ожидал, и значительно улучшили успеваемость Аои-сан, которая заметно отставала в течение первого полугодия.

Конечно, до полного восстановления было ещё далеко, но с оставшейся неделей и планами на дополнительные занятия в предстоящие выходные, у неё появились хорошие шансы наверстать всё к экзаменам.

И вот, в вечер третьего дня:

— Ну что ж, мы пойдём, — сказал Эйдзи, собираясь.

— Было здорово! Давайте встретимся снова в следующие выходные! — добавила Изуми.

Мы с Аои-сан проводили их до двери.

— Спасибо вам обоим, — поблагодарила их Аои-сан.

— Не за что! Ведь мы друзья♪, — улыбнувшись, ответила ей Изуми.

— До завтра в школе.

— Ах, подождите… — сказала Изуми, будто вспомнив что-то, и полезла в свою сумку. — Держи, Акита-кун.

С этими словами она протянула мне коричневый бумажный пакет.

— Что это?

— Купила специально для тебя, подумала, что может пригодиться, но чуть не забыла отдать, — ответила она, загадочно улыбнувшись.

Я заглянул внутрь пакета, чтобы посмотреть, что там.

— Эй…!

Я тут же резко захлопнул пакет, спрятав его за спиной.

— Что-то не так, Акита-кун? — заинтересовалась Аои-сан, пытаясь заглянуть внутрь.

— Нет, всё в порядке! — поспешно ответил я, стараясь скрыть содержимое. Внутри был пакет с резиновыми изделиями, которые обычно используют пары…

— Всегда лучше быть готовым! — подмигнула мне Изуми, показав большой палец. Мне хотелось тут же бросить колкость в ответ, но, чтобы не привлечь лишнего внимания Аои-сан, я с трудом подавил свои слова.

— Пока-пока~♪ — весело произнесла Изуми и скрылась за дверью.

Так закончился наш учебный лагерь, и, как всегда, не обошлось без шуток от Изуми. Ну а пока этот пакет лучше спрятать подальше, на самый задний угол шкафа.

***

После этого мы с Аои-сан продолжили готовиться к экзаменам каждый вечер. Поскольку до них оставалась всего неделя, она даже взяла перерыв в своей подработке, чтобы сосредоточиться на учёбе. После школы она занималась сама, пока я готовил ужин, а затем я помогал ей разбирать трудные темы.

Так прошли несколько дней, и вот, за два дня до начала экзаменов, я проснулся посреди ночи, чтобы выйти в туалет, и заметил, что из комнаты Хиёри, где сейчас жила Аои-сан, свет пробивался через приоткрытую дверь.

— Аои-сан… ты всё ещё учишься в такой час?

Мы занимались до поздней ночи, и я посоветовал ей отдохнуть, но, похоже, она решила продолжить.

Закончив в туалете, я заметил, что на настенных часах уже два часа ночи. Решив сделать небольшой перекус, я налил два стакана чая и взял плитку шоколада, а затем осторожно постучал и приоткрыл дверь.

— Ты отлично потрудилась. Можно побеспокоить тебя ненадолго?

— Извини, я разбудила тебя?

— Нет, я просто встал, а по пути увидел свет. Решил, что тебе не помешает перекус. Как насчёт чёрного чая? И вот шоколад, чтобы перекусить.

— Спасибо. Как раз хотела сделать небольшой перерыв.

— Тогда можно остаться с тобой немного?

— Конечно, — с улыбкой ответила она, отложив ручку и предлагая мне сесть рядом.

— Как идут дела с учёбой?

— Думаю, не так уж плохо. Все так помогли мне, что хочется постараться. Хотя, конечно, сразу хорошие оценки получить вряд ли получится.

— Понимаю…

Её лицо выражало серьёзную решимость, и мне казалось, что она учится не ради оценок, а чтобы отплатить за ту поддержку, которую мы ей дали.

"Понял ли я её настолько, чтобы считать, что это и есть настоящая Аои-сан?"

— Но всё же есть моменты, которые мне не до конца понятны, — пробормотала она, глядя на разбросанные учебники.

— Математика? Сколько задач?

— Две… или, может, три.

— Тогда объясню их сейчас.

— Это… неудобно.

— Не стесняйся. Учиться допоздна — это хорошо, но если ты засиживаешься слишком долго, завтра будет трудно сосредоточиться. Давай разберёмся с задачами и отправимся спать.

Она кивнула, хотя всё ещё немного колебалась.

— Спасибо. Можно мне положиться на тебя?

— Конечно. Давай посмотрим.

Я наклонился, чтобы взглянуть на учебник.

— Ах… — неожиданно прошептала она.

— Мм? Что-то не так? — спросил я, посмотрев на неё и вдруг заметив, что наши лица оказались опасно близко.

Аои-сан, с покрасневшими щеками и удивлённым выражением, застыла на месте.

— П-прости! — воскликнул я, быстро отступая.

Видимо, я слишком увлёкся и подошёл ближе, чем следовало. Если бы я повернул лицо совсем чуть-чуть, могло бы произойти… что-то неожиданное. Жаль, конечно.

— Нет, это я… тоже извини, — ответила она, смущённо отводя взгляд.

Её смущённый вид заставил моё сердце сжаться.

Это плохо.

Сейчас мы занимаемся, и не время для лишних эмоций. Я отпил чёрного чая и отломил кусочек шоколада, чтобы немного отвлечься.

— Ладно, за дело! — сказал я, приводя себя в порядок.

— Да, — ответила она, собравшись с духом.

Я искренне надеялся, что её старания окупятся. Так прошла ещё одна ночь.

----------

Неожиданный гость

— Всё, конец экзаменам!!

Был пятничный день, последний день финальных экзаменов за первый семестр.

Как только закончился последний тест, голос Изуми разнёсся по классу, и остальные студенты, похоже, испытали те же эмоции — радость от освобождения. Некоторые, правда, выглядели удручёнными, а кто-то даже будто "выпускал душу" изо рта… Могу только догадываться, что они чувствовали.

Надеюсь, они справятся с пересдачами и не испортят себе летние каникулы дополнительными занятиями.

Самоуверенно размышляя об этом, я внезапно понял, что мне тоже не стоит об этом забывать.

— Как ты справился, Акита? — спросил Эйдзи.

— Вроде бы нормально. Честно говоря, даже лучше, чем на промежуточных экзаменах.

И всё это благодаря нашему учебному лагерю. Кстати…

— А ты как, Аои-сан?

Я подошёл к её парте и заговорил с ней, как с хорошим другом.

Благодаря Изуми недоразумения, связанные с Аои-сан, в классе в основном разрешились, и теперь её присутствие больше не казалось окружающим странным. К тому же наши одноклассники признали, что мы с Эйдзи общаемся с Аои-сан, и приняли это спокойно.

Кроме того, наши постоянные волонтёрские мероприятия подтвердили, что Аои-сан вовсе не гяру, как некоторые предполагали.

— Думаю, у меня получилось. Хотя бы не завалила… наверное, — с лёгкой улыбкой ответила она.

— Отлично, это замечательно, — обрадовался я.

— Это благодаря всем вам. Спасибо большое.

— Это потому, что ты сама постаралась.

Как тот, кто помнил, каким кошмаром были её промежуточные экзамены, я искренне гордился её прогрессом. Но радоваться рано, пока нет результатов.

— Аои-сан, у тебя сегодня работа, верно? Пойдём домой вместе хотя бы до половины пути?

— Да.

— Постойте! — вдруг воскликнула Изуми, преградив нам путь, раскинув руки.

— Мне нужно поговорить со всеми, так что давайте все пойдём домой вместе.

— Хорошо, но о чём ты хотела поговорить? — спросил я, чувствуя что-то подозрительное.

— Поговорим по дороге♪.

В её тоне слышалось что-то скрытое. Неужели у неё на уме опять что-то необычное?

Когда мы все вышли из школы, Изуми прислала в нашу группу ссылку на веб-сайт.

— Что это?

— Откройте, — ответила она, хитро улыбнувшись.

Я нажал на ссылку, и…

— Это… горячие источники?

На экране появился сайт, рекламирующий онсэн, расположенный на краю долины. Этот комплекс был идеален для однодневной поездки: множество отдельных кабин, окружённых природой, с приватными открытыми ваннами, питаемыми из собственных горячих источников.

Изуми явно интересовалась местами с японским колоритом — онсэнами, храмами, кимоно и всем подобным. В её вкусе, даже во время учебного лагеря, явно доминировали традиционные предпочтения: чай из заварочного чайника вместо чёрного чая, японские сладости вместо западных. У неё даже было увлечение — выращивание бонсаев.

Она что, бабушка?

— Я забронировала номер на послезавтра, в воскресенье, в честь окончания экзаменов, — радостно заявила Изуми.

— Послезавтра? Это слишком неожиданно!

— У тебя есть планы на этот день?

— Нет, но это действительно внезапно. А что, если бы у меня были дела?

— Я заранее попросила Аои-сан не планировать ничего на этот день, а вот тебе забыла сказать, Акита-кун. Но если бы у тебя были дела, мы просто пошли бы втроём, — ответила она с дразнящей улыбкой.

— Почему-то мне кажется, что меня одного исключить было бы несложно…

— Прости-прости, — ответила Изуми, весело высунув язык.

Но я привык к её выходкам, так что не стал придавать этому значения.

— Ладно, тогда решено.

— Я ещё никогда не была в онсэне, так что очень жду этого, — взволнованно добавила Аои-сан.

— Правда? Горячие источники — это здорово! Знаешь, после первого раза можно реально к ним привыкнуть, — начала рассказывать Изуми, объясняя все прелести онсэнов.

Такое путешествие — отличный способ отпраздновать окончание экзаменов и наградить Аои-сан за её усилия. Комплекс находился в полутора часах езды на поезде, идеальный вариант для однодневной поездки.

Пока девочки обсуждали предстоящую поездку, я внимательно посмотрел на сайт и вдруг заметил кое-что.

— Стоимость оплаты здесь указана не за человека, а за комнату. За один номер — четыре тысячи йен. Получается, если мы возьмём две комнаты, для парней и девушек, это будет по две тысячи йен на человека… Весьма недёшево.

Конечно, это приватные ванны, так что цена оправдана.

Однако, когда я озвучил свои мысли, Изуми сказала нечто неожиданное:

— Что? Я забронировала только одну комнату.

— Нет-нет, это нехорошо — брать одну комнату на всех!

— Почему? Мы же все друзья.

— Да, но… — возразил я, начиная беспокоиться.

Даже если мы друзья, одна комната для всех означает, что ванны будут смешанными, верно?

Даже если Изуми не против, уверен, что Аои-сан или Эйдзи это не устроит. А если бы это была моя девушка, я бы не хотел, чтобы её кто-то видел в такой ситуации, даже с полотенцем.

— А тебя это устраивает, Эйдзи?

— Я уже слышал об этом и не против.

— Ты серьёзно…?

Я посмотрел на Аои-сан, пытаясь понять её реакцию, и заметил, что она что-то шепчет Изуми.

— Если это так…

— Всё решено! — радостно воскликнула Изуми, выставив большой палец. — Аои-сан тоже "за"!

Не верится… Я счастлив, но… разве это правда нормально?

— Решено! В эти выходные все едем в онсэн!

Ну, раз уж всё решено, спорить теперь не вижу смысла.

Внутри я понимал, что было бы разумнее разделиться, но, как обычный старшеклассник, ничего не мог поделать со своей радостью.

Я действительно с нетерпением жду этой поездки.

— Кстати, это совершенно другой вопрос, но…

Когда я уже размышлял об этом, Изуми внезапно заговорила:

— Аои-сан, где ты работаешь?

— В кафе у станции.

— Так близко! Тогда, может, все пойдём туда сейчас?

— Прямо сейчас?

— Мне интересно, где ты работаешь, и заодно обсудим планы на поездку. Не возражаешь?

Честно говоря, мне казалось, что лучше не беспокоить её на работе.

— Думаю, это нормально. По будням у нас не слишком много посетителей.

— Отлично~!

Итак, мы решили посетить место работы Аои-сан.

Честно говоря, мне было любопытно, но я не ожидал, что увижу это так скоро.

****

Когда мы прибыли в кафе, Аои-сан представила нас менеджеру.

Я слышал, что это частное кафе, и представлял себе пожилого хозяина, но менеджер оказался совсем не таким, как я ожидал. Это был мужчина лет сорока, из тех, кого называют “икеодзи” — представительный и обаятельный, с спокойной улыбкой.

Менеджер радушно поприветствовал нас и проводил к нашим местам.

Через некоторое время Аои-сан, переодевшаяся в униформу, принесла наши напитки.

— У тебя такая милая форма! Она тебе очень идёт, Аои-сан! — воскликнула Изуми.

— Н-нет, это не так…

Аои-сан слегка покраснела, смущённая комплиментом. На ней был чёрный топ с длинными рукавами, поверх которого белоснежный фартук с рюшами, и длинная юбка. Я впервые видел её с завязанными в хвост волосами. Иногда приятно видеть человека в непривычной обстановке, правда?

— Ну что, как тебе, Акита-кун? — спросила Изуми, ожидая моего согласия.

— Да… действительно тебе идёт, — вымолвил я, хотя слегка растерялся от её вопроса. Похоже, я был так увлечён её видом, что слегка потерял дар речи.

— Спасибо…

Кажется, Аои-сан было так же неловко, как и мне, пока я говорил.

— Ой, простите, что заставила вас ждать, — быстро проговорила она, начав раздавать напитки. Затем, к нашему удивлению, она поставила возле каждого напитка кусочек торта.

— Мы не заказывали торт.

— Это подарок от менеджера.

— Ура! Спасибо, менеджер-сан! — радостно воскликнула Изуми, сияя от удовольствия.

Я слегка поклонился менеджеру, который наблюдал за нами издалека.

— Я знаю, что это не твои любимые японские сладости, Изуми, тебе точно понравится?

— Это не важно. Просто я люблю японские сладости, но это не значит, что мне не нравятся торты, — сказала она, ухмыляясь.

— Понял. В конце концов, ты просто любишь сладкое.

Я взял свой кофе и сделал глоток, чувствуя себя спокойно.

Честно говоря, мне было любопытно, где работает Аои-сан, но теперь я увидел, что кафе здесь приятное, с тёплой атмосферой, а менеджер показался доброжелательным и надёжным человеком. Это придало мне некое спокойствие, как будто я узнал о ней что-то новое.

***

Затем мы с Эйдзи и Изуми стали обсуждать планы на поездку в онсэн. Мы договорились о времени встречи, способах передвижения и нашли несколько достопримечательностей неподалёку.

Время пролетело незаметно, и, пока мы обсуждали наши планы, наступило восемь вечера — время закрытия кафе. Поблагодарив менеджера, мы покинули заведение.

Попрощавшись с Эйдзи и Изуми, которые ушли первыми, я остался подождать, пока Аои-сан переоденется.

— Можно тебя на минутку? — внезапно обратился ко мне менеджер, который уже закрывал кафе.

— Можно я расскажу тебе кое-что об Аои-сан?

Слова "об Аои-сан" тут же привлекли моё внимание.

— Что такое? — ответил я, не скрывая интереса.

— Ты ведь её друг. Ты в курсе её ситуации?

— Её ситуации…?

Не зная, насколько ему известно, я решил держаться осторожно.

Менеджер вовсе не казался плохим человеком, но мне не хотелось обсуждать Аои-сан с кем-то посторонним. Даже если он что-то знал, он не проявлял желания вдаваться в подробности.

Наверное, он уловил мой настороженный взгляд.

— Прости, если показался навязчивым, — с лёгкой улыбкой сказал он, подняв руки в знак миролюбия. — Я ничего не знаю о ситуации Аои-сан. Но если видишь старшеклассницу, которая подрабатывает каждый день после школы, то начинаешь задумываться о её причинах.

Я сразу понял, насколько этот человек заботится о ней, увидев обеспокоенность в его глазах.

Видимо, он понимал, что у неё непростая жизнь, но позволял ей работать, не задавая лишних вопросов, предполагая, что на это есть важная причина.

— Она сама попросила, чтобы я давал ей смены после школы. С тех пор я замечаю, что с каждым днём она становится счастливее. Поэтому сегодня, когда вы пришли в кафе, я подумал, что это, наверное, благодаря вам.

На лице менеджера появилась выражение облегчения.

— Мне странно говорить это, но, надеюсь, вы останетесь хорошими друзьями для Аои-сан.

Я почувствовал укол совести за то, что сначала усомнился в его намерениях.

— Конечно. И мне странно говорить это, но рад, что Аои-сан работает именно в этом кафе. Думаю, она чувствует то же самое.

Если бы к обычному взрослому пришла школьница и попросила смену днём вместо занятий, её бы наверняка сразу отказали. Но он не задавал вопросов и позволил ей остаться. Для меня это было достаточно, чтобы доверять ему.

— Акита-кун, прости, что заставила ждать… Менеджер?

Аои-сан подошла, увидела нас вместе и вопросительно приподняла бровь.

— Мы просто немного поговорили. Хорошей работы, увидимся завтра.

— Да. Спасибо за вашу помощь.

— Будем рады видеть тебя снова, Акита-кун.

— Обязательно зайду. Спасибо за торт.

Я поблагодарил его, поклонившись, и мы с Аои-сан направились домой.

На ночной улице Аои-сан вдруг взглянула на меня, словно собиралась что-то спросить.

— О чём вы с менеджером говорили?

— Ммм? Он сказал, что Аои-сан иногда путается в заказах и что ей нужен совет, чтобы этого избежать.

— …Врёшь. Я никогда не путаю заказы, — надувшись, она слегка нахмурилась.

Она, наверное, притворялась сердитой, но это выглядело скорее мило, чем пугающе. Я даже почувствовал себя немного счастливым, что она показала это выражение.

— Ах, Акита-кун, ты такой вредный.

— Прости-прости. Просто рад, что менеджер у тебя такой хороший человек.

— Да, он действительно добрый человек, — тихо ответила Аои-сан, и в этих словах чувствовалось её доверие к нему.

Меня радовало, что у Аои-сан есть кто-то, кто стремится её понять. В наше время человеческие отношения стали такими хрупкими. Каждый раз, как я менял школу, друзья постепенно становились мне чужими.

Сколько бы я ни старался поддерживать связь, или какие бы обещания не давал увидеться снова, время безжалостно разрушало чувства и отдаляло меня от друзей.

Со временем я даже смирился с тем, что такова природа отношений, и потому я сам удивлялся, как быстро сблизился с Аои-сан.

Разве я такой человек?

Я задавался этим вопросом так много раз, что и сосчитать не смог бы.

Но странное дело… теперь я рад, что сделал это.

И пока мы шли по ночной улице, я не мог не задуматься.

Что я подумаю, когда настанет время перевестись в другую школу и покинуть это место?

Смогу ли я снова отпустить всё так просто?

После встречи с Аои-сан во мне появилась часть, которая совсем не хочет думать о будущем.

С этими мыслями мы с Аои-сан вернулись домой, глядя на слегка затянутое облаками ночное небо.

****

Мы вернулись домой и решили немного отдохнуть в гостиной. Через некоторое время я посмотрел на часы и увидел, что уже было немного больше половины девятого вечера.

В обычное время, когда Аои-сан была на подработке, я готовил ужин и принимал душ, но если начать готовить сейчас, я закончу только ближе к девяти. Хотя сам я ещё не был особенно голоден после кусочка торта, который съел в кафе, с Аои-сан дело обстояло иначе.

Мне не стоит расслабляться, пора приниматься за дело.

— Иди первая в душ, Аои-сан. А я пока приготовлю ужин.

— Нет, будет неправильно, если первой пойду я.

— Всё в порядке. Ты устала после работы, так что не переживай. Иди, прими душ.

— Раз так… спасибо, — неохотно согласилась она.

И тут, как назло, раздался звонок в дверь, ровно в тот момент, когда Аои-сан уже собиралась встать с дивана и идти в ванную.

— Кто бы это мог быть в такое время?… А? — Я взглянул на монитор у двери, и у меня перехватило дыхание.

Почему эта девушка появилась именно сейчас?

— Что-то случилось, Акита-кун? — спросила Аои-сан, уловив моё замешательство.

— Ах, нет, это… — Ситуация была настолько неожиданной, что объяснять всё Аои-сан времени просто не было.

Мне нужно было срочно её спрятать.

— Прости, Аои-сан. Не спрашивай меня ни о чём, просто спрячься в шкаф в моей комнате!

— Э-э… что? — Аои-сан в замешательстве посмотрела на меня, но я подтолкнул её в сторону своей комнаты, не давая ей времени на раздумья.

Я включил фонарик на телефоне, передал его ей и попросил войти в шкаф. После этого я поспешно собрал все её личные вещи, которые были в доме, и перенёс их в свою комнату, прежде чем открыть дверь.

— Ты долго, — сказала девочка с выражением лёгкого недовольства на лице.

— Извини. Просто я не ожидал, что кто-то придёт в такое время… К тому же, ты могла бы позвонить заранее, если собираешься прийти, Хиёри.

— Мне не обязательно звонить, если я возвращаюсь в свой собственный дом, верно?

— В этом есть смысл, но всё равно…

Гостьей оказалась моя младшая сестра, Хиёри Акамори.

Как только Хиёри вошла в дом, она сразу направилась в гостиную и уселась на диван.

— Вообще-то, это весьма неожиданно. Что-то случилось?

— Поскольку ты не звонил маме и папе, они попросили меня тебя навестить.

…Конечно, из-за всего, что произошло с Аои-сан, я полностью проигнорировал попытки родителей связаться со мной.

— Понимаю. Прости, что из-за этого тебе пришлось тратить своё время, чтобы приехать ко мне.

— Не волнуйся. Мне тоже было интересно, как ты тут живёшь.

— Даже если я всего лишь старшеклассник, я вполне справляюсь один, — уверенно ответил я.

Хиёри говорила со мной с таким тоном, будто была моей старшей сестрой, заботящейся обо мне. Хотя она была младше меня всего на год, её поведение часто казалось мне даже более взрослым.

Хиёри редко показывала эмоции, всегда была спокойной и рассудительной. Её можно было назвать человеком с несколько сухим характером, но она по-своему заботилась обо мне и следила за моим благополучием.

Из-за своего характера и внутренней зрелости у неё было мало друзей, но с теми, кто понимал её, она поддерживала очень глубокие и доверительные отношения. Её социальные связи были неширокими, но крепкими.

Мы были почти одного возраста и даже ладили друг с другом, как близнецы.

— Как тебе твоя новая школа, Хиёри? Привыкаешь?

— Да. Всё идёт неплохо.

Я волновался за неё, потому что она всегда с трудом заводила новых друзей, но было приятно знать, что у неё всё в порядке.

— Рад, что у тебя всё хорошо. Комната чистая и аккуратная, — заметила она, осматриваясь. — Я думала, что парню будет трудно жить одному, и он обязательно всё запустит. Но у тебя здесь порядок… ну, если завести девушку, хотя бы ради неё можно будет поддерживать чистоту.

— …Что? — от её неожиданного замечания у меня мурашки побежали по спине.

— О чём ты говоришь? У меня нет никакой…!?

И тут я заметил, что Хиёри держала в руке длинный чёрный волос.

— Он слишком длинный, чтобы быть моим или мамы. И, кроме того, ни у кого из нас нет таких тёмных волос. Это доказательство того, что здесь была другая девушка, верно?

— Это…

[[image:/storage/reader-images/cddfa9cb8bee870864b7cf07dd0f6e5f0a906133.png]]
— Ты так долго открывал дверь, и было ясно, что ты запаниковал. Ты хотел скрыть её от меня, но просто не успел убрать упавший волос, верно?

Волос — это действительно слепая зона. Даже если Аои-сан знала об этом, она ничего не могла бы сделать. Да, моя сестра слишком наблюдательна, чтобы такие вещи прошли мимо неё.

— Я ведь не буду злиться. Пожалуйста, представь её мне, — сказала Хиёри ровным тоном, не подавая виду, что её что-то тревожит.

Что же делать…? Кажется, обмануть её уже не удастся.

Тем более, раз она пришла в это время, она, скорее всего, останется ночевать. Я не могу заставить Аои сидеть в шкафу до завтра, и даже если сейчас удастся выкрутиться, Хиёри обязательно всё расскажет родителям. В этой ситуации продолжать скрывать правду станет только хуже.

— Подожди минутку, — ответил я и вернулся в свою комнату, чтобы открыть шкаф.

— Аои-сан…?

Она выглядела удивлённой.

Хотя, скорее, было видно её смущение, будто я застал её за чем-то непристойным.

— Что-то случилось? — спросил я, заметив её взгляд.

И тут до меня дошло.

В левой руке у Аои-сан был тот самый коричневый пакет, который дала мне Изуми во время учебного лагеря. Пакет был приоткрыт, а в правой руке она с лёгким дрожанием держала его содержимое.

— Н-нет! Я не покупал это и не собирался использовать, но Изуми решила, что мне это пригодится, и положила туда… ну, эти… презервативы! Я совсем не думал о том, чтобы использовать их так, как ты, возможно, представляешь, Аои-сан!

— Ммм…

Аои-сан покраснела как помидор и застыла в молчании.

Как всегда, я сказал что-то лишнее. Я сам себя ненавижу за то, что именно в такие моменты даю слишком подробные объяснения. Как будто я только подтвердил подозрения о том, что это для Аои-сан.

«Язык мой — враг мой» — вот кто придумал это выражение, сказал абсолютную правду.

— Чего ты тут жалуешься? — внезапно раздался голос Хиёри.

Она услышала мой громкий голос и вошла в комнату. Бесстрастно глядя на меня, она посмотрела на презерватив, который держала Аои-сан, и её лицо обрело выражение едва заметного отвращения.

— Ты собирался этим заняться прямо во время моего визита? — сухо спросила она.

— Нет! Это не так! Прошу вас, поверьте мне! Обе!

Ещё чуть-чуть, и я бы закричал: "Я ничего не сделал!" Эта фраза, наверное, прозвучала бы как в каком-то старом фильме, в котором обвиняемый всё равно оказывается виновным… Но нет, я же не виновен!

— Ладно, выслушаю вас. А пока давайте пойдём в гостиную, — холодно сказала Хиёри.

— Д-да…

Следуя за Хиёри, я и Аои-сан покинули комнату.

Мы сели напротив неё в гостиной, и, прочистив горло, я сказал:

— Ещё раз, позволь представить тебе мою одноклассницу, Аои Саотоме.

— Приятно познакомиться. Меня зовут Аои Саотоме, — произнесла Аои-сан, немного наклонив голову, всё ещё сбитая с толку.

Неудивительно, что она выглядела растерянной — ей так внезапно пришлось встретиться с членом моей семьи.

— А это моя младшая сестра, Хиёри.

— Приятно познакомиться. Я его сестра, Хиёри Акамори. Спасибо, что заботитесь о моём брате, — Хиёри вежливо поклонилась, хотя выражение её лица оставалось бесстрастным.

— Напротив, это он всегда помогает мне. Большое ему спасибо, — ответила Аои-сан, смущённо улыбаясь.

Взгляд Хиёри слегка сузился, видимо, она восприняла её замешательство как что-то странное. Хотя в этом не было ничего удивительного — ситуация действительно была смущающей для Аои-сан.

Но скрывать что-то дальше уже не имело смысла.

— На самом деле, мы живём здесь вместе.

— …Что? —

Как я и ожидал, даже Хиёри, которая обычно сохраняет спокойствие, была шокирована.

Её брови слегка нахмурились, и на лице проступило непонимание.

— Я объясню всё, просто выслушай меня.

И я начал рассказывать историю Аои-сан. Я объяснил, как в один дождливый день встретил её в парке недалеко от дома.

Рассказал, как её мать исчезла с другим мужчиной, оставив Аои-сан без жилья и средств. Из-за неоплаченной аренды ей пришлось съехать, и некуда было идти, поэтому я предложил ей остаться у меня.

Я также рассказал, что планировал помочь Аои-сан до моего перевода в другую школу и что Эйдзи и Изуми согласились помочь мне.

— Понятно.

Когда я закончил, Хиёри снова обрела спокойное выражение.

— Прости, что не сказал тебе и родителям заранее, но…

— Всё в порядке, разве нет? — сказала она, прежде чем я успел извиниться.

— Ч-что? Правда?

Её ответ был настолько неожиданным, что я машинально переспросил.

— Ты сделал правильный поступок, Акита.

— Но ведь это…

— Мы должны помогать людям, которые оказались в трудной ситуации. Все так думают, но на практике большинство людей ничего не делает. Они просто проходят мимо, закрывают глаза и делают вид, что ничего не заметили, даже если видят что-то неправильное. А если вдруг помогаешь, тебя называют лицемером.

Действительно, Хиёри права.

За пятнадцать лет я не раз сталкивался с подобными ситуациями.

С другой стороны, редко кто из людей не видел чего-то подобного хотя бы раз.

— Независимо от причины, ты протянул руку помощи, Акита. Это достойно уважения.

— Спасибо, Хиёри.

Как всегда, выражение её лица не передавало никаких эмоций, но я был рад, что она меня поняла. Впрочем, я и не ожидал, что она так легко это примет.

— Честно говоря, я думал, ты будешь больше удивлена.

— Я была удивлена, но для тебя это вполне характерно. Я знаю, какой ты человек с детства, и это не первый раз, когда я вижу, как ты помогаешь. Думаю, это очень в твоём духе.

Не первый раз…

Наверное, Хиёри, как и Эйдзи, вспоминала случай в детском саду.

Она ходила в тот же детский сад, что и я, и, вероятно, видела сцену, где я помогал той девочке.

Хотя она младше меня на год, у Хиёри, в отличие от меня, всё прекрасно с памятью.

Серьёзно, и Эйдзи, и Хиёри помнят такие вещи, которые я уже забыл.

— Но что подумают мама и папа, если узнают?

— Вот именно…

Они точно не одобрят.

Это неудивительно. Вряд ли разумные родители, даже мои, поддержат идею, чтобы мальчик и девочка жили под одной крышей. Это будет ужасно, если не только родители, но и другие взрослые узнают об этом.

Я рассказал Хиёри всё, потому что боялся, что тайное станет явным.

— Хиёри, ты сможешь не говорить об этом маме и папе? — Я склонил голову, стараясь быть как можно искреннее.

Я знал, что если не смогу убедить её сейчас, то не смогу продолжить эту жизнь.

— Я не прошу тебя помогать нам, просто хочу, чтобы ты пока промолчала.

— Даже если я промолчу, нет гарантии, что они не узнают. Мама или папа могут внезапно навестить тебя, как сделала это я сегодня. Ты думал об этом?

— Ты права…

— Почему бы тебе просто не попросить меня о поддержке?

Когда я замолчал, не зная, что сказать, Хиёри вдруг сказала то, чего я никак не ожидал.

— Ты хочешь нам помочь? — спросил я, не веря своим ушам.

— Я знаю, о чём ты думал, Акита. Ты рассказал мне всё с этой целью, верно? Я не думаю, что ты поступил неправильно. И раз уж ты доверился мне настолько, чтобы поведать всё, то и я не могу просто так это проигнорировать. Этого достаточно, чтобы поддержать тебя, — спокойно ответила Хиёри.

— Спасибо, Хиёри, — её слова тронули меня до глубины души.

Такая безусловная доброта по отношению к тем, кому она доверяет — это было так похоже на неё.

— Пока что я скажу маме и папе, что у тебя всё хорошо. Если они снова начнут беспокоиться, что ты живёшь один, я приеду, как сегодня. Думаю, так можно будет выиграть время.

— Ты права. Буду очень тебе за это благодарен.

— Конечно, я помогу, но гарантировать ничего не могу, — добавила она серьёзным тоном. — Так что не теряйте бдительность, пока не перейдёшь во второй класс старшей школы. Постарайся как можно скорее создать более стабильную ситуацию для Аои-сан.

— Спасибо. Постараюсь.

Хиёри была права — откладывать на потом не стоило, но знать, что она готова помочь, было для меня огромным облегчением.

— А как давно вы встречаетесь?

— Что? — одновременно вырвалось у меня и Аои-сан.

В самом начале я представил Аои-сан как одноклассницу, а не как девушку, но… честно говоря, я и не отрицал.

— Нет… я, кажется, забыл упомянуть, но мы не встречаемся.

— Ха-а? —

Теперь Хиёри смотрела на меня с выражением потрясения, как будто её бесстрастное лицо мгновение назад было просто маской.

Её удивлённый и почти недовольный взгляд как бы говорил: "Не могу поверить, что хоть что-то из твоих слов было правдой".

Кажется, это был первый раз, когда я видел такую реакцию у Хиёри.

— Почему вы двое не встречаетесь?

— Да при чём здесь это?

— Возможно, вы не встречались, когда начали жить вместе, но раз прошло уже столько времени, то у вас должно было завязаться что-то похожее на отношения, разве нет? Или… Акита, ты собираешься жить с девушкой, даже не встречаясь с ней? Похоже, я ошиблась в тебе. Это по-настоящему безответственно.

— Нет, как я и говорил, у нас никогда не было таких отношений с самого начала…

— Тогда объясни то, что я видела ранее.

— Изуми дала это мне в шутку. Оно запечатано — можешь проверить, если хочешь.

Было неловко слышать такие слова от третьеклассницы средней школы, но после моих слов, повторяющихся из раза в раз, на лице Хиёри проступило выражение лёгкого обвинения, как будто она говорила мне молча: "Ты лжёшь…"

— Акита, ты ведь парень, верно?

— Ну да, конечно, я парень.

— Тогда как может старшеклассник и девушка жить вместе, и при этом между ними ничего не происходит?

— Да оставь ты меня в покое!

Прошу, не говори таких вещей — это всё как раз из той серии, что любит говорить Изуми. Лучше бы ты похвалила меня за то, что я сдерживаю свои желания!

Серьёзно! Я изо всех сил стараюсь не поддаваться искушениям...

— А ты в порядке с этим, Аои-сан? — внезапно обратилась она к ней.

— Э-э? — Щёки Аои-сан порозовели, и она замялась, не зная, что ответить.

— Я… я чувствую, что Акита-кун спас меня, поэтому мне не подобает становиться его девушкой вот так…

— Это неважно. Что ты думаешь об Аките? — продолжила Хиёри, не обращая внимания на её смущение.

— Он для меня очень важный человек…

Под давлением вопросов Хиёри, Аои-сан начала отвечать в более формальной манере.

Почему это похоже на допрос? Мне не было бы так сложно, если бы все вопросы задавались мне, но я действительно хотел, чтобы Хиёри оставила Аои-сан в покое.

— Что именно ты имеешь в виду под «важным человеком»? Это тот, кого ты любишь? Или тот, кто тебе просто нравится?

— Это… э-э… — Аои-сан всё сильнее смущалась под настойчивыми расспросами Хиёри.

— На сегодня хватит, Хиёри. Аои-сан застенчивая, — сказал я, пытаясь немного охладить пыл сестры.

Она тяжело вздохнула, словно сдалась.

— Тогда давайте ужинать. Я приготовлю что-нибудь.

— После ужина я хочу дослушать всё до конца, — сказала Хиёри, как бы напоминая, что её допрос ещё не окончен.

Хотя обстановка временно стабилизировалась, Хиёри явно не собиралась так просто отпускать нас.

Я был её старшим братом четырнадцать лет, но порой мне казалось, что в ней оставалось так много неизведанного. Сегодняшний день открыл для меня новую грань её характера.

Позже, после ужина и душа, мы остались в гостиной до самой полуночи.

Я приготовился к тому, что Хиёри снова завалит нас вопросами о моих отношениях с Аои-сан, но когда она окончательно поняла, что мы не встречаемся, то лишь сказала: "Как скучно…" и больше не затрагивала эту тему.

Скучно? Что это должно было значить?

Я и представить не мог, что её так заинтересует моя личная жизнь. Хотя, пожалуй, это было нормально для девушки её возраста — даже несмотря на то, что Хиёри всегда казалась старше своих лет, она всё ещё была школьницей. Любопытство к романтике в этом возрасте вполне естественно.

Так было всегда — я никак не мог понять, что движет Хиёри, что заставляет её так неожиданно проявлять интерес или, наоборот, терять его.

Ночь тянулась, и мы обсуждали всё: мои отношения с Аои-сан, как скрыть их от родителей и что делать дальше. К тому времени, как первые лучи солнца коснулись окон, мы наконец закончили наш разговор.

Во всяком случае, я очень благодарен за поддержку Хиёри.

В следующий раз, в качестве благодарности, я угощу её её любимым ёмоги маню.

----------

Если бы желания сбывались

Было воскресенье, через несколько дней после произошедшего случая.

— Что?! Хиёри-тян приходила!? — возмущённый голос Идзуми раздался в поезде по дороге в термальные источники.

— Да. Она приехала позавчера, а уехала вчера утром.

— Почему ты мне ничего не сказал?!

Идзуми, сидевшая по диагонали напротив меня, надула щёки, явно обижаясь.

К слову, Аой-сан устроилась рядом со мной у окна, а Эйдзи — прямо напротив меня.

— Она приехала вечером и уехала в субботу до полудня, так что времени встретиться с тобой у неё просто не было.

— Но ведь она могла хотя бы позвонить! Я хотя бы попрощалась бы с ней!

— Может быть, она просто подумала, что тебе, как обычно, трудно вставать рано утром, и решила не беспокоить? — предположил я.

— Ах, Хиёри-тян, такая холодная~...

Идзуми с разочарованием опустила плечи.

— Но Хиёри говорила, что тоже хотела тебя увидеть, Идзуми, — добавил я.

Я не стал упоминать, что Хиёри действительно думала позвонить, но потом передумала, зная, что утренний подъём для неё — задача почти невыполнимая.

Эйдзи каждый день поднимал её в школу, и она никогда не опаздывала на занятия. Но вот в выходные дни, как рассказывал Эйдзи, она обычно просыпалась только к обеду.

С другой стороны, как-то Эйдзи признался, что находил её очаровательной, даже когда она на свидания опаздывала на час.

Вот и сейчас, если бы он не пришёл за ней, она точно бы пропустила поезд.

— Я уже сказал Хиёри, что всё рассказал вам о её переводе в другую школу, так что скоро ты от неё что-нибудь услышишь. Ещё раз, Идзуми, это моя вина, что Хиёри не позвонила, так что не вини её.

— Мне уже всё равно, — произнесла Идзуми, хотя её лицо всё ещё выражало обиду.

На её надутое лицо, казалось, было написано: «Я просто хочу снова её увидеть!»

— Раз Хиёри-чан вернулась, значит, ты рассказал ей про Аой-сан? — вмешался Эйдзи, утешая огорчённую Идзуми.

— Да, я пытался скрыть, но она сразу догадалась, и мне пришлось ей всё объяснить.

На самом деле, она обнаружила это из-за того, что заметила на полу несколько волосков, оставшихся после Аой-сан.

— Угу, с Хиёри-чан это неудивительно. Она куда более наблюдательная, чем ты.

— Перестань! Не надо говорить, будто я дурак, — пробормотал я, притворяясь обиженным.

— Не переживай. Все парни по природе глупы, и ты, Акира, не исключение, — пожала плечами Идзуми.

— ...Как я могу спокойно это воспринять, услышав такой ответ?

Другие парни могут быть какими угодно, но глуп ли я сам? Я всегда считал, что у меня лишь плохая память, но вот таких вещей о себе я, пожалуй, не знал.

— И что же Хиёри-чан сказала? — поинтересовался Эйдзи.

— Она поняла ситуацию и сказала, что поможет скрыть это от родителей.

— Ну, если это Хиёри-чан, то у вас всё получится. А она не рассердилась на тебя за то, что ты ей ничего не сказал? — уточнила Идзуми.

— Нет, не рассердилась. Хотя…

— Так за что же она тогда злилась?

— Она подумала, что мы с Аой-сан встречаемся, и рассердилась, когда я сказал, что это не так, — вздохнул я.

— Ах... да, в таких вещах Хиёри-чан строга, — кивнула Идзуми.

И действительно, она оказалась гораздо строже, чем я ожидал. Её гнев можно было сравнить с тем, как сердится наш отец, если не ещё более грозный.

— Ну, может быть, она тебя и простит, если ситуация будет развиваться в нужном направлении? — подмигнула Идзуми.

— В нужном направлении…

Иными словами, Идзуми и Хиёри намекают, что раз уж я живу с Аой-сан, то обязан взять ответственность и начать с ней отношения. Я понимаю, что они имеют в виду, и сам бы сказал подобное, если бы речь шла о ком-то другом. Но простите, оправдать ваши ожидания я не смогу: между нами нет таких чувств.

Будучи точнее, можно сказать, что у нас обоих просто нет на это времени, ведь нашему совместному проживанию скоро придёт конец.

Хотя, если честно, иногда мне кажется, что такие чувства у меня к ней всё-таки есть… но я не уверен.

Положив руку на грудь, я попытался понять свои чувства, но ясного ответа не было. Вероятно, когда всё это закончится, мне станет проще понять себя.

Спустя час поезд наконец прибыл на станцию рядом с нашей целью. Через двадцать минут ходьбы мы добрались до места назначения — термальных источников, но…

— Это то самое место? \

— Вроде бы, — пожал я плечами, не будучи до конца уверен.

Перед нами тянулись высокие кедры, а чуть дальше виднелись ворота, похожие на храмовые, и было трудно поверить, что за ними находится термальный комплекс.

— Ну что, пойдём посмотрим? — предложил Эйдзи, возглавляя нашу маленькую группу.

Мы прошли через ворота и по каменной тропинке добрались до деревянного здания, напоминающего старый дом. Но войдя внутрь, я был поражён.

— Ничего себе… вот это да…

— Здесь так красиво! — воскликнула Идзуми.

С потолка свисала изящная люстра, пол был покрыт чёрными камнями, создавая эффект контраста между светом и тенью. Одна из стен была застеклена, что делало пространство визуально ещё больше.

После регистрации сотрудник проводил нас в наш домик. Пройдя по деревянной террасе с солнечными лучами, пробивающимися сквозь листву, мы вскоре добрались до уютного домика, окружённого зеленью и тишиной леса.

Внутри нас ждала небольшая комната на восемь татами с деревянными антикварными столами и стульями. За окном на террасе стояли две деревянные бочки с горячими источниками, и звук воды наполнял помещение.

— Как тут здорово! — радостно воскликнула Идзуми, увлекая Аой-сан к окну.

Действительно, как сказала Идзуми, открытая ванна под открытым небом с живописным видом создавала потрясающую атмосферу. Обстановка была просто невероятной — всё, от конструкции до мебели, как будто скрыто от посторонних глаз.

— Ну что, прямо в источник? — предложила Идзуми.

— Конечно!

— Тогда мы с Аой-сан переоденемся. Вы тоже приготовьтесь! — скомандовала она.

Я, раздевшись вместе с Эйдзи, невольно задумался о том, что же нас ждёт дальше.

Уже поздно, но правда ли всё это нормально?

Конечно, рядом не было других гостей, так что бояться, что нас кто-то увидит, не стоило. Однако мы всё же были компанией подростков, собирающихся вместе принять ванну.

И хотя мы не собирались оставаться совсем без одежды, ведь с собой были полотенца, кто может гарантировать, что они не соскользнут?

Даже если сейчас мне с Эйдзи всё это казалось не таким уж серьёзным, для Идзуми и Аой-сан ситуация была совсем иной... Заметив, что мысли снова идут не в ту сторону, я попытался выбросить их из головы, отчаянно борясь с этими наваждениями. Но полностью избавиться от них, как оказалось, невозможно.

Что поделаешь. Если вдруг случится так, что их полотенца соскользнут, нам с Эйдзи тоже ничего не останется, как...

— Акира, с тобой всё в порядке? — прервал мои мысли Эйдзи.

— А? Да, всё нормально…

Эйдзи спокойно накинул полотенце на бёдра и собрался выходить.

Почему он такой спокойный?

— Ну что, заходим? — спросил он.

— Да, давай.

Мы вышли на террасу и сначала ополоснулись горячей водой, а затем медленно погрузились в ванну. Эйдзи устроился в другой бочке, немного подальше от меня.

— А-а-а! — непроизвольно вырвалось у меня, когда горячая вода окутала тело тёплой волной.

Хотя сначала вода показалась слишком горячей, вскоре я привык к температуре, и она стала ощущаться идеально. Возможно, из-за особой густоты термальной воды казалось, что тепло буквально обволакивает тело. Я почувствовал, что расслабился гораздо больше, чем в обычной домашней ванне.

Со временем горячая вода помогла успокоить то волнение, что я испытывал всего минуту назад.

— Простите, что заставили ждать! — раздался позади меня голос Идзуми, словно перекликаясь с эхом в лесу.

В тот же миг утихшие было эмоции снова поднялись в груди, вспыхнув с новой силой. Моё волнение тут же вернулось на пик, и я почувствовал, как щеки слегка покалывает от напряжения.

Повернувшись к ним, я старался сохранить спокойное выражение лица, но, увидев их, замер, не в силах вымолвить ни слова.

[[image:/storage/reader-images/a6bdf628f281b1defa13613f3ea5954480215133.png]]
— Чего это у тебя за выражение лица?

Идзуми и Аой-сан появились, облачённые в длинные однотонные накидки, которые я раньше никогда не видел.

— Это называется юами, — пояснила Идзуми, — такое носят, когда ходят в смешанные купальни.

— Идзуми-сан и мне такую купила, — добавила Аой-сан, скромно улыбаясь.

Эти слова заставили меня вспомнить кое-что.

Наверное, поэтому Аой-сан и не волновалась, когда узнала от Идзуми, что ванны здесь смешанные. Теперь понятно, о чём они шептались — она узнала тогда, что у неё будет этот юами.

Похоже, Эйдзи тоже заранее знал обо всём этом, и поэтому ему было всё равно. Когда я глянул в его сторону, он просто усмехнулся.

Ты — предатель! Единственный человек, которому я доверял!

— Мм? Может быть, ты ждал чего-то другого, Акира-кун~? — с улыбкой поддразнила меня Идзуми.

— Прекрати!

Конечно, я ожидал чего-то другого. Ну как можно так играть с чувствами подростка?

Да и этот их юами — он ведь закрывает меньше, чем купальник, и хоть и прикрывает почти всё тело, всё равно выглядит откровенно.

Что же мне делать с этим волнением, которое меня пожирает?

— Ну что ж, с вашего позволения, я тоже погружаюсь! — весело сказала Идзуми, облившись горячей водой и запрыгнув в ту же бочку, где уже был Эйдзи.

Подождите-ка. Сами ванны тут рассчитаны максимум на двоих, и точно не хватит места для троих.

Значит, если Идзуми пошла к Эйдзи, то…

— П-простите за беспокойство… — промямлила Аой-сан, немного смущаясь.

— Н-ничего, заходи! — ответил я, чувствуя, как сердце сбивается с ритма.

Аой-сан осторожно погрузилась в ту же ванну, что и я, ещё больше смущаясь.

Неужели… Эйдзи специально пошёл в другую бочку, чтобы это случилось?

Когда я посмотрел на него, он кивнул и сделал выражение лица, будто настоящий мудрец.

Прости, что я назвал тебя предателем… Я всегда тебе верил!

— Вода такая приятная, — проговорила Аой-сан.

— Д-да, согласен, — с трудом выдавил я, чувствуя, как близость Аой-сан заставляет сердце колотиться.

Юами хоть и закрывало тело, но её обнажённые плечи и шея, к тому же собранные на затылке волосы — всё это было так близко, что я никак не мог не замечать её…

— Прости, Акира-кун, что не оправдала твоих ожиданий, но в таком виде я точно буду в порядке? — спросила она тихо, с легкой улыбкой.

— Да, конечно… Это даже хорошо! — поспешил я ответить, внутренне ликуя, но сохраняя спокойный вид. — Всё в полном порядке!

И хотя снаружи я выглядел невозмутимо, внутри кричал: «Отличная работа, Идзуми!»

— Ах~ как же это снимает усталость после экзаменов~♪ — расслабленно протянула Идзуми, набросив полотенце на голову, словно пожилая женщина.

— Тогда давай сюда будем приходить после каждого экзамена, — предложил Эйдзи.

— Эйдзи-кун, какая замечательная идея! Вот и решено!

— Кстати, впереди летние каникулы, так что в следующий раз, наверное, только после промежуточных экзаменов во втором семестре, — добавил он.

— Летние каникулы… — повторил я, глядя вдаль.

Прошёл месяц с тех пор, как мы с Аой-сан стали жить вместе, и до конца первого семестра осталось всего две недели.

— Что-то не так, Акира? — спросила Идзуми, заметив моё настроение.

— Просто задумался, что уже через две недели начнутся каникулы, — ответил я, грустно улыбнувшись. — Только всё начало налаживаться, а тут лето. Не знаю, почему, но мне кажется, что если бы у нас было больше времени, что-то бы изменилось к лучшему.

— Верно. Прежде чем начнётся этот длинный перерыв, хочется, чтобы ситуация хоть немного улучшилась, — поддержал меня Эйдзи.

В самом деле.

Мне было жаль прерывать налаженные отношения Аой-сан с одноклассниками на таком раннем этапе. Хотелось, чтобы она стала ближе к ним и зарекомендовала себя перед учителями. Но каникулы быстро сменятся новым семестром, и не было никаких гарантий, что всё, чего мы добились, сохранится после перерыва.

Да и не только это.

Все наши усилия, потраченные на решение её проблемы, означали, что дни, которые мы могли провести вместе, неумолимо сокращались.

Наверное, из-за этого на душе у меня стало неспокойно.

Не то чтобы у нас осталось два семестра с половиной, а всего два и третий.

Да, до моего перевода в другую школу ещё восемь месяцев, но если не считать каникулы, у нас осталось всего пять месяцев.

Всё это вызывало странное чувство тревоги.

— Не переживай, — сказала Идзуми, подмигнув. — С одноклассниками мы и на каникулах можем встретиться. Организуем что-нибудь, ну или на волонтёрство летом сходим. Оставь это на меня♪

— Спасибо тебе.

Мы действительно многим обязаны Идзуми. По сути, она всё организовала.

Эти слова благодарности сами собой сорвались у меня с губ.

— Да брось, ты мне не обязан. Я же сама хочу это делать.

— Нет, позволь мне сказать это. Спасибо тебе большое.

— Говорю же, не за что. Если скажешь ещё раз, я тебя ударю.

Я говорил это искренне, но почему-то она вдруг рассердилась.

— Акира, я понимаю, почему ты чувствуешь ответственность, — вмешался Эйдзи, поглаживая по плечу хмурую Идзуми. — Мы сами предложили помочь, и мы обязаны были что-то сделать. Я понимаю, что ты не хочешь нас нагружать, но знаешь, мы с Идзуми чувствуем то же самое, что и ты.

— И вы тоже…?

— Мы все стараемся и работаем вместе. Но не потому, что ты нас попросил или мы просто одноклассники. Просто потому, что Аой-сан для нас — тоже важная подруга.

— Эйдзи…

— Если понял, то не нужно нас благодарить, — улыбнулся он.

— Да-да, всё верно, — кивнула Идзуми с лёгким вздохом.

Внезапно, услышав слова Эйдзи, я вспомнил то, что он говорил мне раньше.

─── Люди, в сущности, не могут по-настоящему понять друг друга.

Как бы ты ни был близок с кем-то или долго находился рядом, полностью постичь чувства другого человека невозможно. Поэтому важно говорить, важно оберегать связь с тем, кто дорог.

Это действительно так.

Я и не подозревал, что вы с Идзуми так заботитесь об Аой-сан. Я боялся быть для вас обузой или чрезмерно благодарным, но такие мысли были бы неуважением к вашим чувствам. Поэтому я снова тихо поблагодарил вас про себя, не произнося вслух.

— Аой-сан, а есть какое-то место, куда тебе хотелось бы сходить летом? — спросил я, чтобы сменить тему.

— Э?.. Мне? Хм… — она задумалась, нахмурив брови. Наконец, ответила, слегка смутившись:

— Думаю, мне всё равно, если я буду с вами.

— Акира-кун, давай поменяемся местами, — внезапно сказала Идзуми.

— Э?

Она выбралась из ванны, обошла нас и, взяв меня за руку, вытащила из бочки. Затем быстро обняла Аой-сан.

— Ты такая хорошая, Аой-сан! Давай вместе будем много куда ходить!

— Д-да, спасибо…

— Ах~ какая ты нежная и тут, и там… — щебетала Идзуми, ещё крепче прижимаясь к Аой-сан, которая выглядела немного смущённой, но улыбалась. Я наблюдал за ними из другой ванны, сидя рядом с Эйдзи.

Я редко получаю возможность быть в одной бочке с Аой-сан… хотя, оставим это без комментариев.

Так мы наслаждались горячими источниками, оставаясь там как можно дольше. Когда кто-то чувствовал головокружение, мы отдыхали или переходили в другую бочку. Насладившись купанием под открытым небом, мы покидали комплекс, дав обещание вернуться.

По пути домой я был приятно расслаблен и почувствовал, что лучше узнал, какие чувства у Эйдзи и Идзуми. Я был рад, что мы выбрались сюда — это предвещало замечательные летние каникулы. Но тогда я ещё не знал, что упускаю кое-что важное для Аой-сан.

После завершения нашего времени в комплексе мы отдохнули в лобби, с мороженым в руках.

— Эти термальные источники просто великолепны, — заметил я, охлаждая мороженым своё горячее тело, сидя рядом с Аой-сан.

— Полностью согласна.

К горячим источникам обычно лучше всего подходит молоко, но это мороженое тоже было вкусным.

— Какие у тебя планы дальше, Идзуми? — поинтересовался я.

— Думаю, отправиться к храму и попросить богов исполнить желание.

— Что? Попросить богов? — удивлённо переспросил я.

Но вскоре вспомнил, что странные идеи были для неё не редкостью, и поэтому воздержался от комментариев.

— Акира-кун, твоя семья часто переезжает, так что ты, наверное, не знаешь, но это место — популярная достопримечательность. Здесь недалеко есть храм, включённый в список Всемирного наследия. Это одно из туристических мест нашего региона, и это ещё и духовное место, популярное как среди японцев, так и среди иностранцев.

— Ммм… кажется, я слышал об этом.

— Всегда мечтала побывать там вместе с вами!

— Тогда давай сходим. Это всё же долгожданная поездка.

Мы быстро доели мороженое и направились к храму, полному решимости получить благословение на будущее.

Когда мы прибыли на место, я непроизвольно вырвал:

— Вот это размеры…

Пройдя через торговую зону Омотэсандо и огромные каменные ворота тории, мы увидели обширную территорию. Здесь было не одно святилище — здания располагались в разных частях внутреннего двора. Судя по карте, осмотреть весь комплекс заняло бы пару часов.

Высокие кедры отбрасывали густую тень, и воздух был прохладным, несмотря на раннее лето. От этого места веяло чем-то мистическим.

— Здесь что-то особенное… словами не передать, — сказал я.

— Да… даже не думала, что такое место так близко, — отозвалась Аой-сан, глубоко вдохнув свежий воздух.

— Пойдём дальше, — бодро позвала Идзуми.

Туристов было много, и среди них было даже больше иностранцев, чем японцев.

Поднявшись по пологому склону, мы заметили трёхэтажную пагоду слева от нас. Пройдя мимо неё, вскоре подошли к зданию, которое, похоже, было главным храмом.

Заплатив входной сбор, мы зашли внутрь и вскоре подошли к главному святилищу.

— Здесь будем молиться? — спросил я.

— Можно, но я хочу пройти дальше, — ответила Идзуми, указывая на лестницу.

Мы обогнули главный храм, и перед нами оказались каменные ступени, ведущие куда-то вверх.

— Нам сюда… правда? — неуверенно спросил я.

— Вперёд и с песней! Тут всего-то двести ступенек.

— Двести…

Эйдзи и Идзуми, полные сил, первыми взбежали по лестнице. Спустя некоторое время я заметил, что Аой-сан замедлилась.

— Всё в порядке, Аой-сан?

— Да… спасибо, — улыбнулась она, но было видно, что ей нелегко.

— Не надо гнаться за ними. Пойдём потихоньку, вместе, — предложил я, протянув ей руку.

— Спасибо.

Аой-сан взяла меня за руку, хотя выглядела немного смущённой. И в этот момент я осознал, что совершил абсолютно непродуманное действие.

Что со мной такое? Почему я так легко предложил ей руку?

Нет-нет, мне не за что себя корить. Я просто хотел помочь ей подняться по ступенькам, но её мягкая рука заставила меня мгновенно потерять самообладание.

Кажется, это впервые в моей жизни, когда я держу за руку девушку.

Ну, если не считать того раза в начальной школе, когда мы должны были танцевать народный танец. Тогда мне выпала партнёрша, которая меня ненавидела; мы едва касались друг друга кончиками пальцев, и она смотрела на меня с отвращением.

Почему же я так ясно помню такие вещи?

— Что-то не так? — спросила Аой-сан, слегка склонив голову в сторону.

— А, нет… просто подумал, что тебе, возможно, не очень приятно держаться за руки, — ответил я, стараясь скрыть смущение.

— Э?..

Похоже, она поняла, что я имею в виду, и её лицо покраснело.

— Нет, мне… не неприятно, — тихо проговорила она.

— П-понятно…

Она чуть крепче сжала мою руку.

— У тебя тёплая рука, Акира-кун.

— Эм… ну, это, наверное, потому, что я разогрелся, пока поднимался по лестнице, — поспешно ответил я, не решаясь признаться, что это из-за волнения.

Но благодаря этому я смог перезаписать свои неприятные воспоминания о том, как держался за руку с той девочкой из детства.

[[image:/storage/reader-images/54bc0be29a7cbb3e0865f154df320467db279858.png]]
Пока поднимались по лестнице, мысли переполняли меня, и к тому моменту, когда мы достигли вершины, я вымотался не столько от подъёма, сколько от волнения.

Немного отдышавшись, я заметил, как вдали нам машут Эйдзи и Идзуми.

— Извините, что заставили ждать.

— Да всё в порядке. Лучше скажи, вы держались за руки? — поддразнила нас Идзуми.

— Нет-нет, это совсем не так! Просто Аой-сан было сложно подниматься, вот я и помогал ей, — поспешно оправдался я.

— Да, в этом нет никакого особого смысла, — подхватила Аой-сан.

Мы быстро отдёрнули руки, пытаясь сохранить видимость невозмутимости.

— Всё нормально, не переживайте, — успокоила нас Идзуми. — А теперь идём сюда.

Я ощущал, что это момент для меня был значимым. Следуя за Идзуми, мы подошли к древнему кедру.

— Что это за дерево?

Кедр был срублен примерно на высоте десяти метров, с пустым внутри стволом и практически без ветвей. На первый взгляд дерево выглядело мёртвым, но если присмотреться, из ствола пробивались свежие зелёные побеги. Я поразился жизненной силе дерева, которое продолжало расти, несмотря на столь плачевное состояние.

На стволе был привязан шименава — священная верёвка. Значит, это дерево считается священным?

Вокруг дерева стояло много людей, сложивших руки в молитве.

— Это кедр, которому больше шестисот лет. Его называют «Кана-суги», — объяснила Идзуми.

— Кана-суги?

— Говорят, что если загадать желание у этого кедра, то оно обязательно исполнится.

С этими словами Идзуми посмотрела на дерево с серьёзностью, которую я редко видел у неё. Её профиль выглядел таким сосредоточенным, что трудно было поверить, что это та самая весёлая и бесшабашная Идзуми.

— Я всегда хотела прийти сюда, но так и не получалось, — сказала она.

— Почему?

— Раньше у меня не было того, о чём я действительно хотела попросить богов. Думаешь, можно загадывать любое пустяковое желание? Я не верю, что такие желания могут исполниться. Вот почему я пришла сюда только сейчас, когда у меня появилось настоящее желание.

Это подходило Идзуми, которая так любила храмы.

— И что же ты загадала? — спросил я, с лёгким предвкушением.

— Я хочу, чтобы у Аой-сан было светлое будущее.

— Э?..

С удивлением на неё посмотрела не только я, но и сама Аой-сан.

— Идзуми-сан...

— Нет ведь правила, что желание должно быть только для себя, верно? — ответила Идзуми, улыбнувшись. — Моё желание не такое уж конкретное, чтобы доставить хлопоты богам, но главное, чтобы Аой-сан могла радоваться каждому дню.

Идзуми закрыла глаза и, сложив руки, обратилась к дереву, будто бы продолжая молитву.

— Я не слишком религиозный человек, но если желание может исполниться хоть раз, — сказал Эйдзи, — я тоже хочу присоединиться к желанию Идзуми.

— Вы оба…

Чувства переполняли меня, и я не мог подавить волну эмоций, что подступала к горлу.

Идзуми решила использовать свою единственную возможность для исполнения желания ради Аой-сан. Я закрыл глаза и тоже сложил руки, стараясь скрыть слёзы, грозившие пролиться.

─── Пусть наши желания сбудутся.

Сколько нужно пробыть в молитве, чтобы желание исполнилось? Через какое-то время я услышал тихий всхлип рядом и открыл глаза. Аой-сан, стоя рядом со мной, держала руки сложенными и плакала.

****

Позже мы купили оберег в форме кедра Кана-суги. Это был брелок с колокольчиком, сделанный в виде полого кедра.

Мы решили повесить их на свои сумки и носить до тех пор, пока все трудности Аой-сан не решатся.

Прогулявшись по округе, мы вышли из храма и направились в сувенирный магазин по дороге к станции. После того как мы сели в поезд, трое тут же задремали, устав от долгой прогулки. Я же не мог оторвать взгляда от заката за окном.

Мне хотелось, чтобы такие дни длились вечно─────

Но это, в конце концов, желание, которому не суждено сбыться.

Даже если все проблемы Аой-сан будут решены, меня всё равно ждёт будущее, в котором я окажусь далеко от всех них.

Когда я думаю об этом, внутри меня начинает колоть от боли.

С какого момента─────?

Я привык к сменам школ, привык отпускать слабые привязанности, но не хочу покидать свою нынешнюю школу.

После встречи с Эйдзи и того, как я подружился с Идзуми, я сожалею, что мне придётся перевестись в другую школу, но даже это не вызывало у меня такой яркой, колючей неприязни.

Я думал об этом, глядя на Аой-сан, которая, казалось, мирно спала, положив голову мне на плечо.

Точно.

С тех пор, как я начал жить с Аой-сан, я чувствую глубокое сожаление.

Не знаю, связано ли это с желанием помочь Аой-сан или с чем-то другим, но, несмотря на это, мне хочется провести больше времени с ней.

Осознав это, боль в груди медленно превращалась в грусть и одиночество.

— Хм… — тихо вздохнул я, пытаясь подавить эмоции.

Когда я снова взглянул за окно, закат, который только что видел, показался мне другим.

Возможно, когда-нибудь, глядя на такой же красивый закат, я буду вспоминать этот день.

И с этой мыслью я почувствовал, насколько одиноким и отчуждённым было небо, озарённое багровым светом.

----------

Что значит поддерживать кого-то?

Прошло несколько дней с тех пор, и теперь до конца первого триместра оставалась всего неделя ─────

После полутора месяцев упорных усилий, направленных на то, чтобы изменить отношение к Аой-сан, она уже стала намного ближе с одноклассниками и больше не выглядела такой одинокой.

Это была заслуга Аой-сан и её трудов, а также поддержки Изуми. Возможно, помогло и то, что это был всего лишь первый триместр первого года старшей школы — отношения в классе ещё не успели закрепиться окончательно.

Теперь всё зависело от итогов экзаменов, результаты которых должны были объявить совсем скоро.

Я нервничал, ведь от этих результатов во многом зависел наш изначальный план.

— Извини, что заставила ждать, Акира-кун.

— Ах, спасибо за ожидание.

За день до объявления результатов я ждал Аой-сан у двери кафетерия.

После уроков Изуми пригласила меня зайти на её работу. Я не видел причин отказываться, так что пошёл вместе с ней и снова остался до закрытия.

Честно говоря, я не специально пришёл, чтобы снова увидеть Аой-сан в рабочей форме. И уж точно не потому, что мне нравилась её длинная юбка…

Конечно же, нет.

— Ну что ж, пойдём домой.

— Да, — ответила она.

Мы пошли бок о бок.

— И вот уже конец первого триместра, а кажется, что только всё началось, — задумчиво сказала она.

— Да. Время пролетело слишком быстро.

— Точно.

Ещё полтора месяца назад, до встречи с Аой-сан, я и представить не мог, что моя жизнь изменится так сильно. Всё произошло неожиданно, как будто само по себе. И в то же время это ощущалось так, будто прошло уже очень много времени.

— У нас ведь и планы на летние каникулы есть, так что надеюсь, нам удастся хорошо провести время.

— Да, я тоже этого хочу…

Мы спокойно болтали по пути домой, как вдруг, когда мы уже подошли к дому, я заметил кое-что странное.

— М? Свет в доме горит…

Неужели я забыл его выключить? Нет, утром я даже не включал свет.

Может, это пришла Хиёри?

С этой мыслью я зашёл внутрь и направился в гостиную.

— Хиёри, если ты пришла, могла бы хотя бы предупредить меня…!

Но, войдя в комнату, я застыл на месте.

— С возвращением, Акира.

На диване сидела вовсе не Хиёри. Это была моя мама.

Она помахала мне с привычной улыбкой.

— Мама… Что ты здесь делаешь?

Холодный пот пробежал по спине.

— Я волновалась за тебя, вот и решила навестить, — ответила она.

Волновалась? Прошло всего около десяти дней с тех пор, как приходила Хиёри. Она обещала успокоить родителей и рассказать, что у меня всё в порядке. Даже если ей не удалось остановить маму, она хотя бы могла бы предупредить меня.

Неужели это значит, что Хиёри рассказала им об Аой-сан?

— Что-то не так, Акира? — спросила мама, её тон был спокойным и мягким.

— А, нет-нет… всё в порядке…

— Правда? Тогда не представишь мне юную леди рядом с тобой?

Мама улыбнулась мне той самой доброй улыбкой, что всегда вызывала у меня доверие, но сейчас я никак не мог понять, что она на самом деле думает.

…Неужели Хиёри предала меня?

Нет, этого не может быть. Даже если она и нашла общий язык с родителями, Хиёри никогда бы не нарушила своё обещание.

В таком случае, наверное, это было то, чего Хиёри не смогла предугадать. Пока я не пойму, зачем мама пришла, нет смысла рассказывать всё как есть — ситуация ведь не та, что была с Хиёри.

Что же делать?

Сколько всего мама знает?

Как объяснить это так, чтобы ничего не разрушить?

Если она узнает, что я живу с Аой-сан, это станет катастрофой. Всё, что я сделал для Аой-сан, рухнет, и она снова потеряет свой дом. Это было единственное, чего я не мог допустить.

Мне оставалось только одно — любой ценой сохранить нашу тайну.

Это было всё или ничего.

— Э-э, это моя девушка! — выпалил я первое, что пришло в голову.

Лучше пусть мама подумает, что её сын пригласил девушку, воспользовавшись отсутствием родителей. Да, мне было бы безумно стыдно, если бы родители на самом деле застали меня в такой ситуации, но это лучше, чем признаться, что мы живём вместе.

Пожалуйста, мама, поверь всему, что я сказал.

— Правда!? Молодец, Акира! — воскликнула она.

— Д-да… спасибо.

Мама поверила сразу, без лишних вопросов, радуясь как ребёнок.

Она выглядела так, словно её переполняло искреннее счастье. Типичная моя мама.

— Ну что ж, Акира, в твоём возрасте это уже неудивительно. Не стоило от нас скрывать, что у тебя появилась девушка! Садитесь рядом и представьте меня, наконец, — подмигнула она, похлопав по дивану.

— Э-э… конечно, — пробормотал я.

Когда я посмотрел на Аой-сан, она, кажется, поняла ситуацию и слегка кивнула.

Мы сели рядом друг с другом напротив мамы.

— Как тебя зовут?

— Аой Саотомэ.

— Итак, Аой-сан. Я ожидала, что когда-нибудь Акира заведёт себе девушку, но я никогда не думала, что это будет такая красивая молодая леди, как ты. Прямо не верится!

Мама сложила руки на груди и улыбнулась, казалось, от всей души радуясь за меня.

…И почему-то у меня кольнуло в сердце от её счастливого выражения.

Но я знал, что сейчас не время для сожалений.

— Мы в одном классе, и сначала просто подружились, а потом начали встречаться, — добавил я.

— Понятно. А как долго вы уже вместе?

— С начала прошлого месяца.

— О, так у вас сейчас самый интересный этап отношений.

— Да.

Вопросы мамы не прекращались. Мы с Аой-сан по очереди отвечали на них.

— Так, а кто из вас первый признался?

— Хм… Думаю, это был я, — осторожно сказал я.

— А что ты сказал ей, когда признался?

— Нет, нет, ни за что не скажу, — быстро ответил я.

— Эй~? Ну хоть чуть-чуть расскажи.

— …Я отказываюсь. Как я могу обсуждать свою личную жизнь с родителями?

— Жестоко. Ладно, тогда я спрошу Аой-сан.

Стоп! Подождите секунду ─────

— Аой-сан, а что тебе нравится в Акире?

— Э? Эм… — Аой-сан выглядела растерянной, её глаза заметались в поисках ответа.

Поскольку Аой-сан была очень честной, она не умела лгать.

Хотя мы притворялись, что она моя девушка, у нас не было никакой подготовки к такой ситуации, и мне оставалось только надеяться, что она сможет что-то сказать.

Она могла бы просто ответить, что она видит во мне друга — это устроило бы всех.

— Думаю… всё, — неожиданно ответила она.

Такого я не ожидал.

Вместо того чтобы выделить одно или два качества, ей было легче сказать, что ей нравится всё, чтобы не придумывать ложь.

Неужели она сказала это, потому что правда в том, что ей нравятся все мои качества? Вряд ли…

Говорят, что если человек тебе дорог, тебе нравится абсолютно всё, что он делает… но откуда мне знать, правда ли это.

— Например, когда он всегда говорит со мной мягким голосом, когда каждый раз улыбается, когда наши взгляды встречаются, или когда внимательно слушает, что я чувствую, — начала она говорить. — А ещё, когда мы идем вместе, он всегда идёт с краю, ближе к дороге… и готовит для меня такие вкусные блюда…

Я ожидал, что Аои уклонится от ответа, просто скажет, что ей нравится всё во мне, но она начала перечислять каждую деталь.

— Ты действительно собираешься рассказать всё, что думаешь обо мне?

— И это ещё не всё. В школе я была одинока и не имела друзей, но благодаря Акире-куну я завела хороших подруг. К тому же, он помогал мне с учебой, ведь я не особо в ней преуспевала… не знаю, где бы я сейчас была, если бы не Акира-кун.

Её голос, обычно такой спокойный, был полон искренности и чувств.

— Акира-кун всегда спасал меня своей добротой. Я не могу выразить словами, насколько я ему благодарна. Я ведь не могу ему ничем отплатить… Я только причиняю ему неудобства…

Аои-сан сказала много хорошего обо мне, но мне показалось, что её истинные чувства были спрятаны в последних словах.

— Простите, кажется, я слишком много наговорила…

— Всё в порядке, правда. Аои-сан, теперь я понимаю, что Акира для тебя очень важный человек.

Мама смотрела на неё с доброй, теплой улыбкой.

— Слушая твой рассказ, я невольно вспомнила, как впервые встретила его отца.

— А когда вы с папой познакомились?

— Знаешь, в те времена он тоже был очень застенчивым и не особо умел общаться.

— Правда?

Я был удивлён. В моих глазах папа всегда казался уверенным человеком, и трудно было представить, что когда-то он был нелюдимым.

Мама, задумчиво улыбаясь, начала рассказывать свои воспоминания.

— Когда я ещё работала офисным сотрудником, твой отец был новичком в нашем отделе. С самого начала он был неуклюж и не ладил с остальными, поэтому быстро оказался в одиночестве. Но он был серьёзным, усердным и действительно компетентным, из-за чего коллеги начали завидовать ему. Даже его семпай, который был его наставником, не всегда понимал, что у него на уме.

Я слушал её, но всё равно не мог уловить всей сути. Отец всегда казался мне доброжелательным, пусть и строгим человеком. Он ладил с соседями, часто встречался с коллегами, и если кто-то из подчинённых допускал ошибку, даже в свой выходной он приходил им на помощь. Если бы он действительно был замкнутым, то не смог бы стать региональным менеджером компании, верно?

Так что рассказ мамы звучал для меня, как история о каком-то другом человеке.

— Видя, как он отдалён от остальных, мне стало его жалко, и я предложила ему свою помощь как семпай. Сначала было нелегко, ведь он был слишком застенчив, но, общаясь с ним и помогая ему находить общий язык с коллегами, я постепенно смогла наладить его отношения с окружающими.

— Вот как, — протянул я.

— Если действительно постараться понять человека, можно изменить своё отношение к нему. Отец всегда был старательным, поэтому, когда недоразумения рассеялись, люди стали доверять ему и поручали важные задачи. Даже теперь, вспоминая те дни, он часто говорит мне: «Спасибо, что тогда поддержала меня», но в то время он просто извинялся и говорил: «Извиняюсь за причинённые неудобства».

Когда я слушал её историю, у меня вдруг возник вопрос:

Почему папа тогда говорил «извините», а теперь говорит «спасибо»?

— Эта история — просто воспоминание о любопытной семпай и застенчивом кохае. Да, тогда всё было непросто, но я не считаю, что он был для меня обузой. Именно поэтому, думаю, и ты делаешь для Аои-сан то же самое.

— Конечно.

Я кивнул, и мама удовлетворённо улыбнулась.

— Так вот, Аои-сан…

— Да?

— Не думай, что доставляешь неудобства.

Мама взглянула на неё с нежностью, словно давала совет.

Аои-сан, в свою очередь, сохранила на лице виноватое выражение.

— Я мать Акиры, и потому знаю его с детства. Я не знаю, каким он бывает с друзьями или с девушкой, но если всё, что ты рассказала об Акире, правда, то мне, как его матери, хочется гордиться им.

Это был первый раз, когда мама сказала мне, что гордится мной.

И, если честно, меня это согрело куда глубже, чем вызвало смущение.

— И, кроме того, ты достаточно хороший человек, раз искренне благодаришь за доброту и расстраиваешься, если не можешь ответить на неё тем же. Мне очень приятно, что ты подруга Акиры.

— Мама…

— Пожалуйста, оставайся рядом с Акирой.

— …Спасибо большое, — поблагодарила её Аои-сан, слегка поклонившись, хотя её выражение лица оставалось печальным.

В оставшуюся часть вечера мы ели ужин, который мама приготовила для нас. Сначала Аои-сан немного нервничала, но постепенно начала раскрываться. Я не беспокоился, ведь мама всегда умела находить общий язык с людьми, хотя не так хорошо, как Идзуми, но я заметил, что к Аои-сан она отнеслась с особенной теплотой.

После ужина мама вымыла посуду и начала собираться домой.

— Ты уже уходишь, мама?

— Да. Я и пришла-то ненадолго, да и до последнего поезда у меня ещё есть время.

— Понятно.

Я хотел, чтобы она осталась подольше, но ничего не сказал.

Если бы мама осталась, мне бы пришлось отправить Аои-сан домой.

— Акира, раз уж я пришла, можем попрощаться на улице?

— Да, конечно.

— До встречи, Аои-сан.

— Спасибо вам за всё.

С улыбкой мама попрощалась с Аои-сан и вышла из гостиной.

Как только мы оказались на улице, я заговорил.

— Мама, можешь не говорить об этом папе?

— Конечно. Как и думала, лучше ему не знать, что ты живёшь с девушкой.

— Эм…?

Её неожиданная догадка сбила меня с толку, хотя я только начал надеяться, что всё прошло гладко.

— Тебе не нужно это скрывать. Я не злюсь.

— …Это Хиёри сказала?

— Я лишь предположила, что Хиёри могла об этом догадываться. Можешь быть уверен, Хиёри ничего мне не говорила.

— Но тогда как ты догадалась?

— Когда она вернулась после того, как побывала у тебя, она выглядела немного странно, и это меня насторожило. Вот поэтому я и решила сама приехать, никому не сказав. И, знаешь, кажется, твой отец ничего не заподозрил.

Теперь всё стало на свои места. Спасибо, Хиёри, что не выдала меня, даже на миг я усомнился в тебе.

Хотя странно, что мама заметила изменения в моей обычно спокойной и сдержанной сестре… но, наверное, родителям действительно не утаишь правду.

— Но как ты догадалась, что мы живем вместе?

— Я хотела прибраться в твоей комнате до твоего прихода, но нашла кое-что из вещей Аои-сан, а в ванной увидела женский шампунь. Тогда всё и стало ясно.

Теперь понятно… Видимо, мне стоит быть осторожнее.

— Аои-сан — действительно хорошая девушка, таких сейчас редко встретишь.

— Да… она действительно очень хорошая.

— Но вместе с тем, она и опасна.

Мама продолжила с тревожным выражением лица.

— Я не стану спрашивать, почему Аои-сан пришлось к этому прийти. Но любой взрослый легко догадается, почему девочка её возраста может оказаться в доме парня. У неё, должно быть, нелёгкая жизнь, гораздо тяжелее, чем мы можем представить.

— Да, я думаю, ты права…

— Ты ведь больше обеспокоен, чем рад, правда? Такое впечатление, что она выросла в условиях, где её чувства подавляли. Но, Акира, уверен ли ты в том, что делаешь?

Впервые я увидел маму серьёзной — её улыбка исчезла, и я почувствовал, что она испытывает мою решимость.

И я знал, что должен ответить честно.

— Да, я понимаю.

С того самого дня, как я привёл Аои-сан домой, я осознавал, насколько это ответственно.

— И всё равно, я хочу сделать всё, что могу, чтобы помочь ей.

Я вложил в свои слова всю искренность, заново подтверждая для себя и для неё своё решение.

— Если ты готов к этому, то я не стану тебя останавливать. Не волнуйся, я ничего не скажу твоему отцу, так что делай, что должен.

— Спасибо.

Мама кивнула и, улыбнувшись, сделала пару шагов к выходу, но вдруг остановилась и обернулась.

— Кстати, ты планируешь встречаться с Аои-сан?

— Что? Ты… поняла, что мы не встречаемся?

Мама внезапно сменила тон и улыбнулась так, будто подшучивала надо мной.

— Ну, достаточно увидеть Аои-сан, чтобы понять. Не зря я женщина вот уже более сорока лет. Чувства Аои-сан к тебе скорее как к близкому человеку, чем к парню. Хотя, возможно, дело не только в этом…

Это была женская интуиция или же что-то, что могла угадать только женщина?

Но меня больше смутил её намёк.

— Ты и правда не собираешься с ней встречаться?

— …Нет.

— Понятно. Я подумала, что ты помогаешь ей по вполне мальчишеским причинам, но не буду больше настаивать. Только постарайся разобраться в своих чувствах. Не игнорируй их, иначе потом пожалеешь.

С этими словами мама вышла из дома, на её лице играла лёгкая улыбка.

Я продолжал провожать её взглядом, пока она не скрылась в ночной тени.

Внезапно смартфон в моём кармане завибрировал, оповещая о входящем звонке. Я достал его и увидел имя Хиёри на экране.

— Алло.

— Возможно, мама сейчас направляется к тебе, — в её голосе слышалась сдержанность, но по тому, как быстро она говорила, я понял, что она немного волнуется.

— Да, она только что ушла.

— Я так и думала. Раз её до сих пор нет дома, я догадалась, что она могла пойти к тебе. Ну, как всё прошло?

— Ну, теперь она знает, что я живу с Аои-сан, но, в общем-то, всё в порядке. Можешь попросить её объяснить подробнее, когда увидишь.

— Поняла. Прости, что не смогла помочь тебе.

— Всё нормально. Спасибо, что беспокоилась.

— Я ещё позвоню тебе.

— О, подожди минутку.

— Что?

— Изуми не связывалась с тобой?

— Да, она звонила. Я тоже рассказала ей, что переезжаю.

— Прости… что из-за меня тебе пришлось отложить разговор с ней.

— Всё в порядке. Я понимаю тебя, Акира.

С этими словами Хиёри завершила звонок.

Да, моя младшая сестра и правда заботливая. Но моя семья слишком проницательна.

Пожалуй, можно только поблагодарить их за то, что они помогли избежать трудностей.

После этого я ненадолго остался под ночным ветром, размышляя о будущем, не зная, что Аои-сан слышала разговор с мамой, подслушивая у двери.

****

— Вот результаты финальных экзаменов…

После уроков мы окружили парту Аои-сан и замерли в ожидании.

Её результаты на экзаменах позволяли ей не провалить ни один предмет.

Хотя её оценки не были выдающимися, они достигли минимального проходного балла. Несмотря на то, что мы организовали учебный лагерь, тот факт, что Аои-сан смогла добиться таких результатов за короткое время, был результатом её усердной работы.

Оставалось только дождаться результатов финального экзамена.

Даже если ей удалось не провалить другие предметы, для хорошего впечатления на учителей было бы лучше не проваливать их все.

— Как там у тебя… Аои-сан?

Изуми сложила руки, как будто молясь.

В ответ Аои-сан подняла лист с результатами, прикрывая им половину лица.

— Ого…

Красным цветом на листе значилось шестьдесят три балла ─────

— Ура!!

Изуми радостно вскрикнула и обняла Аои-сан.

Другие ученики оглянулись на нас из-за её громкого крика, хотя мне самому хотелось закричать от радости.

— Ты справилась, Аои-сан!

— Спасибо. Спасибо вам всем.

Аои-сан выглядела облегчённой, обнимая Изуми.

Мы с Эйдзи тоже вздохнули с облегчением, чувствуя то же самое.

— Ты очень старалась, Аои-сан. Надеюсь, это изменит мнение учителей о тебе.

— Определённо изменит, даже если им не нравится. У них была ученица, которая провалила почти все предметы на промежуточных экзаменах, а теперь она улучшила свои оценки.

Слушая слова Эйдзи, я действительно надеялся, что это так.

Изуми, всё ещё обнимая Аои-сан, заговорила:

— Кстати, я слышала, что директор детского дома, который мы посещали, связался с учителем, который нас сопровождал, чтобы передать благодарность Аои-сан.

— Правда?

— Аои-сан, чтобы выполнить своё обещание, которое ты дала той девочке, ты несколько раз навещала её, верно? Директор и другие узнали об этом и позвонили учителю, чтобы поблагодарить тебя.

— На самом деле…

Как я и ожидал, она навещала ту девочку.

— Похоже, мы достигли почти всех целей, которые ставили в начале, не так ли?

— Именно так.

Как и сказала Изуми, почти… нет, пожалуй, даже лучше, чем я ожидал.

Хотя мы много работали, чтобы достичь этого, ощущение удовлетворения было сильным, видя, как результаты обретают форму.

Во время летних каникул Изуми организовала много встреч с одноклассниками, и каждое воскресенье мы участвовали в волонтёрской работе. Поэтому мы не боялись, что долгие каникулы разрушат то, что мы построили.

Тем не менее, оставалась нерешённой одна проблема с начала семестра — проблема с жильём для Аои-сан ─────

Мы ещё не нашли решение этой проблемы, но это не значит, что она неразрешима. Теперь вопрос в том, как найти информацию о бабушке Аои-сан, но пока оставим это в стороне и порадуемся успехам.

— В любом случае, теперь тебе не придётся посещать дополнительные занятия летом.

— Да, верно.

— Тогда всё решено, устроим вечеринку!

— Вечеринка? Но мы ведь уже устроили поход в горячие источники.

— Это была вечеринка в честь окончания экзаменов; а теперь — в честь результатов экзаменов.

Изуми сказала это с довольным выражением лица.

— Чувствую, что тебе просто хочется повеселиться.

— Не отрицаю, но разве не хочется отпраздновать?

Я согласился.

Раз наши усилия дали результат, я тоже хотел праздника.

И когда я подумал, что, возможно, Аои-сан никогда прежде не было возможности праздновать успехи, у меня возникло ещё больше желания устроить для неё настоящий праздник — настолько, что я даже подумывал купить все пудинги по дороге домой.

— Итак, как насчёт того, чтобы после школы пойти к тебе домой, Акира-кун?

— Хорошо. К тому же, у меня есть кое-что, о чём я хочу поговорить с вами, так что это как раз подходит.

— Отлично, тогда всё решено♪ — объявила Изуми, и было решено провести вторую вечеринку у меня дома после школы. Смотря, как они веселятся, я задумался о том, что хочу сделать на летних каникулах.

****

— Ещё раз поздравляю, Аои-сан, с тем, что не провалила ни одного предмета!

После школы в гостиной раздавался звук касающихся друг друга печений, и голос Изуми наполнял пространство.

На столе лежало много разных закусок и напитков, купленных по пути домой, а также любимый пудинг Аои-сан.

— Спасибо, ребята.

— Теперь ты можешь спокойно наслаждаться летними каникулами!

— Да…

Это только мне кажется?

В ответе Аои-сан показалась тень грусти.

— Куда бы нам поехать летом? Море и бассейны — это здорово, но я бы хотела отдохнуть в горах. Если хотите, давайте поедем везде. У нас полно времени!

— Знаете…

Я прервал разговор, извиняясь перед Изуми, чья голова уже была полна планов на отдых.

— Я не только хочу веселиться на каникулах; есть кое-что, что я хочу сделать.

— Что именно?

Изуми наклонила голову.

— Я хочу использовать летние каникулы, чтобы найти бабушку Аои-сан.

Услышав это, Изуми и Эйдзи внимательно слушали, о чём я говорю.

— Кстати, Изуми, с твоей помощью Аои-сан стала ближе к нашим одноклассникам, участвовала в школьных волонтёрских акциях, и даже её результаты на экзаменах улучшились. Проблема, о которой мы волновались в начале, точно решилась в положительную сторону. Честно говоря, я рад, но ведь нельзя забывать о другой важной задаче, правда?

Эта задача касалась жилищной ситуации Аои-сан.

До сих пор я откладывал её решение из-за нехватки времени, но если мы действительно хотим найти бабушку Аои-сан, просто глупо не воспользоваться летними каникулами.

— Конечно, я понимаю, что это будет нелегко, ведь я совсем ничего не знаю о её ситуации. Поэтому хочу использовать свободное время на каникулах, чтобы искать хоть какие-то зацепки.

— Поняла. Тогда так и поступим, — Изуми кивнула, её лицо стало сосредоточенным.

— Но даже если мы будем искать зацепки, с чего начать?

— Вот именно, это-то и проблема…

Простите за то, что я так говорю, не имея чёткого плана. Моё желание помочь появилось раньше, чем я успел всё обдумать.

— Но, может, мы всё же повеселимся немного? — вставил своё слово Эйдзи, пытаясь вернуть разговор на более жизнерадостное русло.

— Да, я не против немного повеселиться, но нужен какой-то план…

— Как насчёт совместить это с отдыхом? Даже если мы не знаем, где живёт её бабушка, она наверняка находится где-то в пределах префектуры. Так что будем путешествовать по городам и деревням, развлекаясь, и, может быть, в процессе что-то вспомнится Аои-сан, — предложил Эйдзи. — Вдруг узнаем места, которые кажутся ей знакомыми?

— …В этом есть смысл.

Мне кажется, это не такая уж плохая идея.

Так же, как я когда-то почти забыл своё первое увлечение, но вспомнил его, когда встретил Аои-сан, возможно, прогулки по знакомым местам тоже вызовут в ней воспоминания о прошлом.

По крайней мере, это гораздо лучше, чем беспомощно сидеть, не зная, что делать.

— Что скажешь, Аои-сан?

Она кивнула, улыбнувшись.

— Спасибо, что так много думаете обо мне. Но мне очень жаль, что из-за меня у вас уйдут все каникулы…

— Не говори так! — Изуми перебила её прежде, чем я успел ответить.

— Мы с удовольствием проведём это время вместе. И не извиняйся, пожалуйста. Мы друзья, и помогать друг другу — это естественно, правда, Акира-кун?

— Ты просто хочешь веселиться, но я с тобой согласен. Не извиняйся, Аои-сан. Нам всем будет весело, и самое главное — мы друзья, так что не стесняйся, — подхватил я.

— Да… Спасибо вам.

На её лице появилась смущённая улыбка, как в день, когда мы только познакомились.

— Раз уж всё решено, давайте сразу же начнём планировать. Хотя у нас есть месяц, времени всё равно может не хватить, если мы будем ездить без чёткого маршрута. Давайте сначала определим места, которые Аои-сан может вспомнить.

— Да, согласна.

Мы сразу же начали искать возможные места с помощью карты на наших смартфонах.

Уверен, нас ждёт насыщенное и полезное лето.

****

Этой ночью ─────

Когда Эйдзи и Изуми ушли домой, мы с Аои-сан поужинали, приняли ванну и, наконец, собрались отдохнуть в гостиной.

Я и не заметил, как стрелки часов перевалили за одиннадцать вечера — самое время отдохнуть.

— Аои-сан, думаю, нам пора спать.

— Эм? Ах, да…

Она замолчала, словно собираясь что-то сказать.

— Что-то случилось?

— Нет, ничего…

Она выглядела немного напряжённой.

Казалось, что она о чём-то размышляет или немного нервничает.

— Если хочешь что-то сказать, я готов выслушать.

— Нет, всё в порядке, спасибо.

Сказав это, мы поднялись и вместе вышли из гостиной.

— Спокойной ночи.

— Да. Спокойной ночи.

Мы попрощались у двери моей комнаты, и я лёг в кровать.

Что-то беспокоило Аои-сан, но что именно?

Она вела себя, как обычно, когда рядом с нами были Эйдзи и Изуми, так что всё, казалось, в порядке.

Значит, если она продолжит себя так вести завтра, мне стоит поговорить с ней.

Погрузившись в эти мысли, я постепенно начал засыпать, как будто поддаваясь мягкой волне, затягивающей меня в сон. Но вдруг…

— Мм…?

Я почувствовал необычное тепло на спине. Открыв глаза, я обернулся и затаил дыхание.

— А-Аои-сан…?

В темноте я не мог видеть её лица, но это была Аои-сан.

Она лежала рядом, прижавшись ко мне.

— Что случилось… Аои-сан?

— ……

Она молчала.

Что происходит? Почему Аои-сан в моей постели?

Не могу позволить себе запутаться в этой странной ситуации.

Она словно пришла ко мне ночью ─────

— Всё хорошо…

Слабо прошептала Аои-сан, но я почувствовал в её словах необычную решимость.

— Аои-сан, скажи мне, что прои…

— Ты можешь воспользоваться тем, что дала Изуми-сан.

— Ч-что─────!?

Другими словами, она имела в виду то, что делают влюблённые, чтобы подтвердить свои чувства друг к другу.

— Л-ладно…

Не могу поверить, что Аои-сан могла сказать что-то подобное.

Должно быть, это сон. Я подумал, что, наверное, это всего лишь очень реальная фантазия, разыгравшаяся в моём воображении, но, ущипнув себя за руку под простынёй, понял, что это вовсе не сон.

«Но… почему вдруг?» — подумал я.

— Я могу отплатить тебе за всё, что ты для меня сделал… только так.

Услышав эти слова, я мгновенно успокоился. Поднявшись, я посмотрел прямо на Аои-сан.

— Разве я не говорил, что тебе не нужно ничего давать мне взамен?

— …Я тебе не нравлюсь? — её голос был тихим, а в тусклом свете луны я заметил тень грусти на её лице.

Но, несмотря на всю её искренность, я не мог принять это предложение.

[[image:/storage/reader-images/9ce356d77027675f2ddc170416a95118392530d3.png]]
— Это тут совсем ни при чём. Я ведь тоже мужчина, и, честно говоря, такое предложение соблазнительно. Кроме того, не могу сказать, что мне не интересно, но… неправильно, чтобы ты предлагала мне своё тело в обмен на помощь, — сказал я ей.

— …

— Мне приятно, что ты готова ради меня на такое, но я хочу, чтобы ты заботилась о себе. Я уже говорил, что помогаю тебе не ради выгоды. Твоих искренних чувств достаточно.

— Поняла…

Меня радовало, что Аой-сан старается сделать что-то ради меня, и я понимал её желание отплатить за помощь. Но в этом не было необходимости — я уже получил от неё достаточно.

Если бы я не стал жить с Аой-сан, я бы так и не понял, каково это — быть одиноким, и не осознал бы, что мне приятно находиться рядом с другими людьми.

Наверное, я просто привык держаться в стороне из-за постоянных переездов и смен школ, поэтому мне даже в голову не приходило, что я не хочу расставаться с близкими.

Возможно, то, что я смог это понять, и есть настоящее благословение, и всё это благодаря присутствию Аой-сан рядом. Поэтому, нет нужды стараться отплатить за это чем-то материальным.

— Ну всё, пойдём. Пора тебе вернуться в свою комнату.

— Да, — тихо ответила она.

Я проводил её до двери и убедился, что она вернулась к себе, прежде чем отправиться в свою кровать.

Я хочу, чтобы Аой-сан чувствовала себя менее обязанной мне.

И с такими мыслями, раздумывая о том, как мог бы помочь ей, я снова погрузился в сон.

****

На следующий день поведение Аой-сан осталось прежним.

После вчерашнего вечера я беспокоился, что между нами возникнет какая-то неловкость, но Аой-сан вела себя, как обычно, словно ничего и не произошло.

Видя её такой, я облегчённо вздохнул и ощутил, как с души словно упал камень.

Однако — позже я начал задумываться.

Возможно, отказавшись от её ночного визита, я допустил ошибку, ведь это был её решительный шаг.

В тот момент я не осознал этого, и, вместо того чтобы всерьёз отнестись к её чувствам, я просто вежливо отказался.

Конечно, даже если бы я понял это тогда, я бы не принял её предложение, но, по крайней мере, я мог бы признать её чувства… Если бы мы поговорили откровенно, возможно, всё сложилось бы иначе.

Хотя Эйдзи не раз говорил мне, что "чем ближе тебе человек, тем важнее открытость в общении," в какой-то момент я решил, что понимаю Аой-сан без слов, и, в итоге, просто проигнорировал её чувства.

Я всегда ненавидел эту свою черту. Каждый раз, когда я осознавал ошибку, было уже слишком поздно.

Через несколько дней, в день торжественной церемонии закрытия учебного года, я пришёл в школу пораньше, чтобы дождаться Аой-сан, как всегда. Но она так и не появилась.

----------

Скрытые чувства

— Где Аой-сан, Акира-кун?

В утро выпускной церемонии Идзуми подошла ко мне с тревогой на лице.

— Я… я не знаю. Она уже должна была прийти.

До начала занятий оставалось совсем немного времени, но Аой-сан так и не появилась.

Я всегда уходил из дома первым, а она выходила чуть позже. Но никогда прежде не было, чтобы она задерживалась до этого времени.

— Может, что-то случилось, — предположила Идзуми.

— Вполне возможно…

Мы продолжали обмениваться тревожными взглядами, и я машинально посмотрел в окно.

Неуютное ощущение пустоты поселилось у меня в груди — чёрные тучи, покрывавшие небо, нагоняли мрачные мысли. В прогнозе говорили, что дождь пойдёт после обеда, но вполне могло начаться и раньше.

— Она ничего не говорила тебе, Акира-кун?

— Нет, совсем ничего. Она выглядела как обычно.

— А ты сам не замечал чего-то странного в последнее время?

— Нет…

«Странного…»

Вдруг в памяти всплыл тот момент, когда Аой-сан попыталась отблагодарить меня через… своё тело.

— Может, она попала в аварию… — проговорила Идзуми, и голос её задрожал от волнения.

— Не стоит делать поспешных выводов. Ещё есть время, подождём немного, — ответил я, стараясь успокоить её.

— Ты прав.

Я взглянул на телефон, надеясь, что пришло какое-то сообщение от Аой-сан, но экран был пуст.

Более того, моё сообщение, отправленное ранее, всё ещё оставалось непрочитанным.

Наконец, прозвенел звонок, и занятия начались без Аой-сан. Я надеялся, что она хотя бы сообщила в школу, но наш классный руководитель был так же не в курсе её отсутствия.

Оставалось лишь предполагать, что случилось что-то серьёзное.

Возможно, авария, как сказала Идзуми?

Как только эта мысль пришла мне в голову, меня охватили самые мрачные опасения.

В это время занятия закончились, и наши одноклассники начали собираться в спортивном зале для участия в выпускной церемонии.

Я тоже должен был пойти, но мысли были совсем не о празднике.

— Эйдзи, Идзуми, можно вас на минуту?

Они уже собирались идти вместе с остальными, но я остановил их.

— Я собираюсь найти Аой-сан, поэтому пропущу церемонию. Пожалуйста, объясните это нашему классному руководителю.

— Понял. Если не найдёшь её, звони нам. Как только закончится церемония, мы сразу присоединимся, — ответил Эйдзи.

— Да, спасибо.

С коротким объяснением я покинул класс.

Я поспешил домой.

Может быть, она внезапно заболела и отдыхает у себя в комнате. Наверное, именно поэтому она не увидела мои сообщения.

Воодушевив себя этой мыслью, я добрался до дома и распахнул дверь.

— …Аой-сан!

Но ответа не было — лишь моё эхо заполнило пустой дом.

Я обошёл весь дом, но следов Аой-сан нигде не было. Более того, все её личные вещи исчезли из комнаты Хиёри, а у входа не оказалось её обуви — стало очевидно, что её здесь нет.

Но, несмотря на это, я не мог остановиться и продолжал искать.

— Аой-сан… Куда же ты ушла?

Я снова проверил телефон, но сообщений не было.

Сможем ли мы увидеться снова?

Эта мысль охватила меня тяжёлым чувством пустоты, словно что-то неведомое сжимало мою грудь.

Я осознал, что начинаю дрожать от одной только мысли об этом, и, как бы я ни старался успокоиться, эмоции переполняли меня. Словно в такт этому чувству, ладони стали холодными, как будто кровь перестала поступать в руки.

Я заставил взять себя в руки, сходил на кухню и выпил стакан воды.

Сделав глубокий вдох, я огляделся по сторонам и заметил листок бумаги на столе в гостиной.

— Что это…?

Я поднял его и понял, что это записка от Аой-сан.

«Спасибо за всё».

Эти слова прозвучали как прощание.

Записка была короткой, но я знал, что Аой-сан, не привыкшая выражать свои чувства словами, вложила в неё всё, что могла сказать.

Когда я подумал о том, сколько мыслей и чувств она, вероятно, сдерживала, прежде чем оставить эти слова, мне стало ясно, насколько тяжело ей далось это решение.

Она ушла, потому что я не понял её истинных чувств.

— Нет, не время жалеть о том, что произошло, — сказал я себе, подавляя подступавшее отчаяние.

Я не понял её… Но теперь я просто должен найти её и спросить.

Как и она, не узнавшая моих чувств, так и я не осознал её. И чтобы понять друг друга, нужно начать с простого разговора.

Поэтому, даже если она не вернётся, я хочу поговорить с ней ещё раз, хотя бы в последний раз.

Как только я осознал это, мои ноги словно обрели силу.

Я начал бегать по городу в поисках Аой-сан.

Первым делом я отправился к её месту работы. Хоть я и понимал, что шансы увидеть её там малы, я не мог отказаться от этой надежды.

— Извините!

Когда я прибежал в кафе, я проигнорировал табличку с надписью «Перерыв» и распахнул дверь.

Менеджер заметил меня и удивлённо посмотрел.

— Акира-кун? Почему такая спешка?

— Аой-сан здесь…?

Я даже не успел перевести дыхание.

— Нет, она не приходила и сегодня у неё нет смены, но… Что-то случилось?

— Она не пришла в школу сегодня.

— Что…?

Менеджер замер, готовый что-то подать, но теперь его лицо выражало тревогу.

— Ты что-нибудь знаешь об Аой-сан?

— Нет, ничего особенного.

— Ясно, ясно…

— Подожди минуту.

Когда я уже собрался уйти, он окликнул меня.

— Я тоже её поищу.

— Нет, оставайтесь здесь. Аой-сан может зайти сюда, и если это случится, пожалуйста, остановите её.

Я оставил ему свой номер на записке.

— Вот мои контакты. Свяжитесь со мной, если узнаете что-нибудь об Аой-сан.

— Понял.

Коротко объяснив ситуацию, я снова выбежал из кафе.

Я отправился наугад по всем местам, где мы бывали.

Парк у моего дома, где я впервые встретил её.

Многоэтажка, где Аой-сан жила с матерью.

Торговый центр, где мы вместе покупали разные вещи.

Я обошёл все места, которые мне приходили на ум, но не нашёл ни единого следа.

Небо оставалось таким же мрачным, как прежде, и, хотя было уже почти полдень, тьма застилала его, словно наступила ночь.

Я так устал от бесконечных поисков, что мои силы начали иссякать.

— …Эйдзи?

Вдруг мой телефон зазвонил, и я увидел, что звонит Эйдзи.

— Нашёл Аой-сан?

— Нет… Когда я вернулся домой, она оставила записку с надписью «Спасибо за всё», и я подумал, что она ушла навсегда. Я обошёл все места, какие мог вспомнить, но так и не нашёл её.

— На самом деле…

Похоже, мы говорили по громкой связи, потому что кроме Эйдзи я услышал ещё один голос. Наверное, рядом была Идзуми.

— Она могла покинуть город.

— Почему ты так думаешь?

— Возможно, она хочет сделать то, что мы планировали на летние каникулы, но одна.

Мы собирались навестить её бабушку.

— Если у неё остался хоть кто-то, кому она может довериться, то это её бабушка.

Эта мысль казалась вполне разумной. Если так, то у нас почти нет шансов её найти.

— Нет, не думаю, что она уехала.

И вдруг раздался уверенный голос Идзуми.

— Аой-сан не та девушка, которая просто так разорвала бы все связи, что построила с нами, и исчезла, — уверенно сказала Идзуми. — Возможно… она просто растеряна и не знает, что ей делать, из-за чего сбилась с пути. Уверена, даже сейчас, где-то там, она продолжает бороться, пытаясь найти ответы на свои сомнения.

Внезапно я вспомнил наш первый случайный разговор в парке. Тогда она стояла одна, выглядя так, будто ей некуда было пойти.

— Найди её, Акира-кун.

Её слова будто дали мне силы.

— Конечно, — кивнул я.

Я буду искать её снова и снова, и приводить домой, пока у меня есть такая возможность.

Даже если она меня отвергнет, даже если мне придётся быть рядом лишь ради неё, я всё равно хочу оставаться рядом с Аой-сан.

— Но я даже не представляю, куда она могла пойти…

— Если Аой-сан всё ещё в этом городе, она могла отправиться в место, которое напоминает ей о прошлом, — сказала Идзуми. — В такие моменты люди, сами того не осознавая, идут туда, где осталось что-то важное для них. Аой-сан живёт в этом городе давно, так что наверняка у неё есть места, о которых ты можешь и не знать.

Место, полное воспоминаний…

Эти слова заставили меня вспомнить кое-что.

— Ты не знаешь, в каком детском саду она училась?

— Не знаю… Я знакома с ней только с начальной школы.

— Понятно…

Если она отправилась в место, где у неё много воспоминаний, то это должно быть именно оно.

Она рассказывала мне когда-то про мальчика, который однажды протянул ей руку, когда она была одинока. Если и есть место, полное для неё таких воспоминаний, я не могу не подумать об этом.

Кажется, мне придётся обойти все детские сады в городе.

— Я знаю, где это, — внезапно вмешался Эйдзи.

— Правда!? Где?

Я отложил вопросы о том, откуда ему это известно. Сейчас не время размышлять об этом.

— Я отправлю тебе адрес. Акира, удачи.

— Спасибо.

Как только мы закончили разговор, на мой телефон пришло сообщение с адресом.

Открыв карту, я проверил местоположение и на мгновение застыл.

— Ты шутишь…

На экране телефона отобразилось название и адрес детского сада, который я посещал в детстве.

— Неужели… мы с Аой-сан ходили в один детский сад?

Но сейчас не время думать об этом.

Отложив вопросы, я поспешил к детскому саду.

По дороге начался дождь.

Сначала лёгкий, он вскоре усилился, и, когда я добрался до сада, дождь лил так, что зонт казался бессмысленным.

— Вот оно…

Добравшись до здания, я осмотрелся, переводя дыхание.

Прошло девять лет с момента окончания детского сада.

Хотя воспоминания о нём давно скрылись в глубинах моей памяти, мне стало удивительно знакомо и тепло от одного только вида этого места. Казалось, мои воспоминания постепенно всплывают на поверхность.

Судя по выключенным светам, сегодня здесь был выходной, и в округе не было ни души.

— Аой-сан…

Я пошёл по мокрому двору и вскоре заметил её возле забора, ведущего в сад.

Восстановив дыхание и успокоившись, я открыл зонт и медленно подошёл, прикрыв его над её головой.

— …Акира-кун?

Аой-сан посмотрела на меня с тревогой, похожей на ту, с которой мы впервые встретились в парке.

— Промокнешь, если будешь стоять здесь без зонта, — мягко сказал я.

Она слегка кивнула и снова посмотрела на детский сад.

— Это детский сад, который ты посещала, да?

— Да. Я хотела увидеть его… в последний раз.

Слово «последний» сразу дало мне понять, что она собралась покинуть этот город. Но вместе с тем я осознал ещё кое-что.

Оказывается, как и говорил Эйдзи, Аой-сан и я учились в одном детском саду.

Значит, мы уже встречались прежде.

Все фрагменты воспоминаний и её рассказы вдруг начали складываться воедино.

Может быть…

В тот период в детском саду была одна девочка. Она была моей первой любовью и всегда оставалась в одиночестве. Мне было жаль её, и я пытался заговорить с ней. Но вскоре нас разлучил переезд отца.

Она была замкнута и одинока, но как-то встретила мальчика, который просто был рядом. И хотя они не общались, ей становилось спокойнее от одного его присутствия.

Но… это ошибка. Та девочка не Аой-сан.

Я чётко помню её фамилию — Шинода.

Я всё ещё не вспомнил её имя, но фамилия стояла на бейдже, который она носила.

Похоже, что мои догадки были ошибочны… но в следующий момент я осознал нечто важное.

— Не может быть…

Вдруг в голове всплыло то, что я упустил.

— Могу я кое-что спросить, Аой-сан?

— Что?

— Когда ты ходила в этот детский сад, у тебя была другая фамилия?

— Да. До развода родителей я носила фамилию отца — Шинода.

Меня охватил шок, когда я услышал её ответ.

— Аой…

Я невольно закрыл рот и прошептал это имя.

Да… её звали Аой Шинода.

— …

Шок, ностальгия и множество других эмоций переполняли меня, не позволяя сказать ни слова.

Я думал, что это как в драме — встретить человека, о котором думал, спустя годы. Но оказывается, что мы уже встретились снова.

Наверное, это и называют судьбой, да?

Среди всех этих эмоций одна мысль пробивалась всё ярче.

Я всё ещё хочу, чтобы Аой-сан осталась со мной.

— Пойдём домой, Аой-сан.

Когда я сказал это, она покачала головой.

— Я не могу вернуться к тебе домой…

— Почему?

— Я не хочу приносить тебе ещё больше хлопот…

Её голос звучал так тихо и беспомощно, что почти тонули в шуме дождя.

— Ты мне не в тягость. Никогда не думал об этом так.

— Я знаю, что ты так считаешь, Акира-кун. И не только ты, но и Эйдзи, и Идзуми — все вы говорите, что я вам не мешаю.

— Тогда…

— Но это неправильно.

Аой-сан прикусила губу, её лицо было полно горечи.

— Я знаю, что вы добры ко мне, и делаете всё ради меня. Но я всё равно чувствую, что доставляю вам неудобства. И даже если ты говоришь, что всё в порядке, я не могу… продолжать принимать это.

Похоже, дело было в том, как она воспринимала всё это.

Она была благодарна, но в то же время считала, что причиняет нам неудобства.

Я никогда не понимал, что наши добрые намерения втайне терзали её. Нет, точнее сказать, она ведь не раз говорила: «Простите за доставленные неудобства» и даже попыталась отблагодарить меня таким способом…

Аой-сан всегда была такой. Просто я не обращал на это внимания.

Я вспоминал слова Эйдзи: «Люди не всегда говорят всё напрямую».

Пусть даже ты кого-то очень ценишь или дорожишь им — не всегда можно выразить это словами. Но несмотря на это, Аой-сан всё же пыталась что-то сказать.

Значит, и я должен сказать то, что не решался.

Благодаря встрече с Аой-сан я осознал свои собственные чувства.

— Несмотря ни на что, я всё равно хочу быть с тобой, Аой-сан.

— Акира-кун…

Может быть, мои слова прозвучали грубо, но, хотя я и чувствовал лёгкое угрызение совести, я попросил её остаться рядом.

Но дело было не в этом. Это не те слова, которые я действительно хотел сказать.

— Я говорю это не только ради тебя, Аой-сан. Я по-настоящему хочу быть с тобой.

Мои истинные чувства, те, что я не мог выразить ни Эйдзи, ни Идзуми, наконец-то вырвались наружу, в этих простых словах.

— Сначала я делал всё это ради тебя, Аой-сан. Зная, в какой ты ситуации, я просто хотел помочь, хотя бы до тех пор, пока не переведусь в другую школу. Но в какой-то момент всё изменилось…

— …Изменилось?

— Это перестало быть только ради тебя. Теперь это ради меня.

— Ради тебя? — Аой-сан повторила мои слова, явно стараясь уловить их смысл.

— В общем, я всё равно собираюсь сменить школу. До встречи с Эйдзи и Идзуми и до того, как начал жить с тобой, я воспринимал это как нечто неизбежное. Но теперь каждый день стал интересным, и… я больше не хочу переезжать. Я хочу, чтобы эта жизнь продолжалась.

Эти слова, которые я произнёс впервые, сжимали моё сердце невыносимо крепко.

— Я так часто менял школы, что привык к разлуке с друзьями. Со временем я перестал чувствовать одиночество. Я и не думал, что когда-нибудь испытаю нечто подобное… Но сейчас мне кажется, что это настоящее счастье — осознать свои настоящие чувства.

Я продолжал говорить, словно выжимая из себя каждое слово.

— Аой-сан, ты сказала, что не можешь дать мне ничего взамен, но это не так. Я бы не чувствовал себя так, если бы не был с тобой. Наверное, я бы просто снова смирился и перевёлся, так и не поняв, что для меня по-настоящему важно. Только благодаря тебе я, наконец, понял это.

Я не знал, как выразить всю глубину своей благодарности.

— Я получил больше, чем достаточно.

— Акира-кун…

Мой голос дрожал, когда я пытался выразить свои чувства. Но я должен был донести их до конца.

— Я понимаю, что ты чувствуешь себя обязанной, Аой-сан. Я знаю, что иначе быть не может. Но я хочу провести оставшееся время вместе с тобой. Поэтому, это не ради тебя — это ради меня. Так что, пожалуйста, останься рядом со мной.

Эти слова — мои настоящие чувства, без единой тени лжи.

— Мне нужна ты, Аой-сан.

Я не уверен, что выразился правильно, и понимаю, что был эгоистичен. Но как только мне удалось донести свои чувства, я почувствовал, как мрачные мысли начинают постепенно исчезать, сменяясь ощущением облегчения.

Наступила тишина, и мне показалось, что звук дождя, который я слышал до этого, стал намного тише.

— Это первый раз, когда кто-то сказал, что я ему нужна…

Я услышал, как Аой-сан тихо всхлипнула.

Она всё ещё склоняла голову, и я не мог видеть её лицо.

— Могу ли я остаться с тобой? — её тихий голос едва пробивался сквозь шум дождя.

— Да. Пожалуйста, оставайся со мной.

Я осторожно положил свою руку на её дрожащую ладонь.

Я не знаю, сколько времени прошло, но в какой-то момент дождь прекратился, и сквозь облака пробился солнечный свет.

[[image:/storage/reader-images/4a258fbe68807bc21c78df4327707a81944892ea.png]]

----------

Эпилог и послесловие автора

— Ну, каково это — встретить свою первую любовь снова?

Несколько дней спустя, сидя в кафе, где Аой-сан подрабатывала, Эйдзи задал мне этот вопрос.

Наверное, из-за начавшихся летних каникул в кафе было полно студентов, и Аой-сан уже долгое время была занята, обслуживая посетителей.

— Да ничего особенного… Ничего не изменилось.

В конце концов, оказалось, что Аой-сан и правда была той самой девочкой из моего детства.

Конечно, это удивило меня, но, даже если бы она не оказалась той девочкой, я бы всё равно поступил так же ради неё.

— Кстати, Эйдзи… С какого момента ты знал, что Аой-сан — это та девочка?

— Ну, конечно, с самого начала.

— С самого начала?

— Возможно, ты и Аой-сан учились в одном детском саду, но и я учился в том же саду. Хотя мы не были в одном классе, потом учились в одной начальной и средней школах. Да и наши дома в одном районе, так что я знал об этом. Разве это не логично?

— Пожалуй… Но если так, почему ты мне раньше не сказал?

— Ну, было бы скучно, если бы я сказал тебе всё сразу, правда?

— Скучно, говоришь… — я посмотрел на него с недоумением, заметив странную улыбку.

— Я подумал, что, если вас свела судьба, вы рано или поздно сами всё поймёте, даже если я ничего не скажу. Когда ты начал жить с ней, не зная, что она — твоя первая любовь, это было весьма забавно для меня, так что я решил просто наблюдать и наслаждаться этим.

— Что с тобой не так? А ты знала, Идзуми?

— Нет, он рассказал мне об этом только после того звонка. Я была в шоке, когда услышала, но одновременно и тронута. Подумала, что, возможно, это и правда судьба♪

Чувствую себя обманутым.

— Так, ты уже рассказал об этом Аой-сан?

Идзуми подалась вперёд с блеском в глазах.

— Нет… я ничего не говорил.

— Ч-что? Почему!?

— Аой-сан всё ещё не понимает, что тот мальчик — это я. И, честно говоря, я бы всё равно поступил так же, даже если бы она не была моей первой любовью. Так что не вижу смысла говорить ей это.

— Ну конечно стоит рассказать! — возразила Идзуми, выражая явное недовольство.

Хотя Идзуми так считает, я не представляю, как теперь можно всё это ей объяснить.

«Ты знаешь, тот мальчик был мной, а моя первая любовь — это ты». Звучит неловко, не так ли? Тогда я был рядом с ней, потому что хотел подружиться, поскольку она мне нравилась…

Нет-нет, даже если бы её первая любовь призналась ей сейчас, это наверняка было бы странно.

— Хорошо, я расскажу ей всё вместо тебя, Аой-сан~! — поддразнивая, произнесла Идзуми.

— Эй, перестань! Она занята, не отвлекай её!

Услышав своё имя, Аой-сан выглянула из-за стойки и посмотрела на нас с любопытством. Я поспешно махнул ей рукой, показывая, что всё в порядке. Она улыбнулась и кивнула.

— Ладно, Идзуми, давай предоставим это решение Акире, — успокоил её Эйдзи.

— Как скучно… — недовольно надулась она.

— Некуда торопиться; впереди всё лето. Веселье только начинается.

— И правда. Давайте думать об этом позитивно! — Идзуми, как всегда, быстро пришла в восторг.

Внезапно к нашему столику подошла Аой-сан, сняв фартук.

— Можно присоединиться?

— Конечно. Ты уже закончила работу?

— Менеджер дал мне перерыв, чтобы перекусить. Он сказал, что приготовит что-то для всех, так что предложил мне поесть вместе с вами.

— Ура! — воскликнула Идзуми.

Я благодарно поклонился менеджеру, который лишь слегка поднял руку в ответ.

— Отлично, раз уж мы все здесь, давайте планировать летние каникулы. Этим летом мы отправимся в разные места и попробуем найти дом бабушки Аой-сан. Кстати, кажется, что Хиёри-чан осталась одна. Разве она не может приехать сюда на лето? Будет веселее с ней, и на нашем небольшом задании нам понадобятся лишние руки, как думаете?

— Отличная идея. Попробуй связаться с ней, Идзуми.

— Хорошо!

Идзуми тут же взялась за смартфон и быстро набрала номер.

— Она согласна!

Ответ пришёл почти мгновенно.

Посмотрев на экран её телефона, я понял, что Хиёри действительно собирается остаться у нас на время летних каникул. Вижу, что прожить лето наедине с Аой-сан мне не суждено… Хотя, пожалуй, это к лучшему.

— Ну что ж, теперь, когда вся команда в сборе, мы будем веселиться до упаду этим летом!

Настроение вокруг стало ещё более радостным, и мы начали обсуждать места, которые хотели бы посетить на каникулах.

Прошло почти два месяца с того дня, как я привёл одинокую гяру из своего класса домой.

Кажется, это лето станет самым насыщенным в моей жизни. А тем временем сезон дождей подошёл к концу, и небо за окном стало ясным.

СЛОВА АВТОРА

Привет всем, это Харуто Юдзумото.

Прошёл целый год с момента завершения моей предыдущей работы, и наконец-то я могу представить вам свой новый проект. Для меня это было не так долго, но время действительно летит, не правда ли?

Как некоторые из вас уже знают, эта история — Class no Bocchi Gyaru wo Omochikaeri Shite Seisokei Bijin ni Shiteyatta Hanashi — изначально была опубликована на YouTube-канале Manga Angel Neko Oka, где я отвечал за сценарий. Теперь я начал адаптировать её в виде романа.

Сейчас серия доступна на Manga Angel Neko Oka, и уже вышло четыре эпизода. История немного отличается от романа, так что, если вам интересно, обязательно загляните.

Кроме того, недавно я опубликовал новое произведение и скоро представлю ещё один оригинальный роман с GA Bunko в ноябре.

Этот роман будет абсолютно оригинальной и не связанной с Manga Angel Neko Oka.

Пока вы читаете эту книгу, возможно, уже появятся новости об этом, так что буду рад, если вы будете следить за обновлениями.

Теперь я хотел бы выразить свою благодарность.

Спасибо талантливой художнице Магако-сама за потрясающие иллюстрации, которые воплотили моих персонажей в жизнь. Надеюсь, ты продолжишь украшать мою историю своими удивительными работами и во втором томе, и дальше.

Кстати, мой любимый персонаж — Хиёри.

Хочу поблагодарить Асагия-сама за дизайн персонажей на Manga Angel Neko Oka. Спасибо за сотрудничество в выпуске романа, включая специальную мангу и реверсивную обложку. Надеюсь, что наше сотрудничество продолжится и в будущем.

И, конечно же, спасибо всей редакционной команде и коллегам за неустанную поддержку.

Огромная благодарность всем писателям и всем, кто участвовал в создании этого произведения. И особенно, спасибо вам, дорогие читатели, за то, что приобрели мою книгу.

Надеюсь увидеть вас снова во втором томе!

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/366a3789cd7f6c9605ac7a904ee850a4c4504a05.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/30086c589e7c4522f5d6d29446202db6dfdffc92.png]]

[[image:/storage/reader-images/4d2d44769c191efd6f9c84cfff49155b36dad7d7.png]]

[[image:/storage/reader-images/2ca6d40a75181e6c3e6cb194c48153a5302fac6b.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/560e6b4c7ebe18d1f57c2bc20d187617d68b67bc.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/8ab5bfe68d2b2fed6efd6ef294478b0ff2ced6d2.jpg]]

----------

Пролог

Был ранний июнь — дождливый день, когда гортензии распустились в полном цвету.

— Ты… Саотоме-сан, верно?

— …Акамори-кун?

Я привёл домой девушку, промокшую до нитки в одном из соседних парков. Её звали Аой Саотоме, она училась в одном классе со мной. Все в школе знали её как гал.

Аой часто пропускала уроки и редко появлялась в школе, что породило множество дурных слухов. Её длинные, броские светлые волосы и особая атмосфера вокруг неё словно отталкивали окружающих, делая её одинокой гяру.

Хотя мы и учились в одном классе, мы ни разу не говорили друг с другом. Обычно я бы и не подумал с ней заговорить, но тогда я не мог просто уйти. В её облике было что-то, что напомнило мне о той девочке, которая была моей первой любовью, — девочке, с которой мы ходили в один детский сад.

Та девочка часто сидела одна в углу класса. Даже когда я пытался поговорить с ней, она почти не отвечала. В ней было что-то, что меня притягивало, и, прежде чем я осознал это, я понял, что влюбился в неё.

— Дождь усиливается. Может, тебе пора домой? — спросил я, пытаясь заговорить с Аой.

— …Мне некуда идти, — тихо ответила она.

Почувствовав, что здесь что-то не так, я пригласил Аой-сан к себе домой, чтобы выслушать её историю. Однако то, что я узнал, было трудно поверить.

Аой-сан не ходила в школу, потому что работала неполный рабочий день, чтобы помочь своей семье.

Однажды, вернувшись с работы, она обнаружила, что её мать ушла с каким-то мужчиной.

Аой не могла заплатить за квартиру, по которой накопились долги, и у неё не было никаких надежд на оплату. В итоге, потеряв дом и не зная, что делать дальше, она оказалась в парке.

Я не мог бросить её, поэтому предложил ей пожить у меня.

Так началась наша совместная жизнь с Аой-сан до моего перевода в другую школу во втором классе старшей школы.

Хотя я и был немного смущён, впервые живя с девушкой, мы постепенно начали узнавать друг друга.

Со временем я понял, что Аой-сан совсем не похожа на типичную гяру или на ту хулиганку, за которую её принимали. И тогда, с помощью моих лучших друзей Эйдзи и Идзуми, я решил помочь ей справиться с её проблемами.

Её проблемы были двух видов.

Первое — улучшить её репутацию в школе.

Второе — вопрос, где ей жить, когда я сменю школу.

Для второго я решил обратиться к единственному родственнику Аой-сан — её бабушке по материнской линии. Однако, так как мы не знали, где находится её дом, я решил сначала сосредоточиться на улучшении репутации Аой-сан, а серьёзный поиск её бабушки начать во время летних каникул.

Аой-сан стала общаться с одноклассниками, чтобы наладить отношения, участвовала в волонтёрских мероприятиях, чтобы произвести впечатление на учителей, и ходила на учебные занятия, чтобы не провалить экзамены.

Благодаря её усилиям, репутация Аой-сан заметно улучшилась за первую четверть.

Казалось, всё шло хорошо, но…

В день выпускной церемонии Аой-сан неожиданно исчезла.

Я выбежал из школы и, наконец, нашёл её в детском саду, где учился в детстве.

Там я открыл для себя, что Аой-сан и была той самой девочкой, которую я полюбил. Когда я увидел её в парке, меня привлекло в ней что-то знакомое, и это оказалась она.

Осознав, что судьба снова свела нас спустя девять лет после детского сада, я начал понимать истинные чувства, которые Аой-сан хранила в своём сердце, а также свои собственные, которых до сих пор не замечал.

Оказалось, что именно Аой-сан испытывала чувство долга за полученную помощь, тогда как я, напротив, лишь притворялся тем, кто помогает. На самом деле это она спасла меня.

Она стала для меня настолько важной, что я не знал, как выразить это словами.

После того как мы подтвердили свои истинные чувства, мы решили продолжать жить вместе.

Так, разрешив некоторые трудности, мы встретили начало летних каникул.

Мы вновь планировали отправиться на поиски дома бабушки Аой-сан, но неожиданно перед нами появилась та, кого мы никак не ожидали встретить.

----------

Стратегия в купальниках

Через несколько дней после начала летних каникул сезон дождей наконец закончился, уступив место жаркому лету.

— Всё равно здесь слишком многолюдно…

— Да, очередь из людей тянется аж до входных ворот.

Вытирая пот, мы с Аои-сан невольно ахнули при виде перед нами.

Перед нами был огромный развлекательный комплекс на обширной территории в сельской местности, с различными спортивными площадками, лагерями, парками для собак и прочими развлечениями.

Среди всех этих мест мы направлялись к бассейну, который мог вместить двадцать тысяч человек и был крупнейшим в префектуре. Считалось, что это одно из самых популярных мест, куда летом приезжают не только местные жители, но и туристы из других регионов.

В результате дорога от ближайшей автобусной остановки до бассейна была буквально забита людьми.

— Ну, лето же. Всем хочется в бассейн♪ — весело заметила наша одноклассница, Изуми Асами.

Изуми — красивая девушка с короткими светло-каштановыми волосами и выразительными глазами, которые привлекают внимание. Она — душа компании, вечно полная энергии.

У неё сильное чувство ответственности: она сама вызвалась быть представителем класса, а если видит, что кто-то нуждается в помощи, то обязательно предложит её, даже если это сверх меры.

Благодаря её доброте мы с Аои-сан получили огромную поддержку.

— Но разве народу здесь не слишком много?

— Думаю, всё же меньше, чем в прошлый раз, когда мы ходили сюда с Изуми, — сказал мой лучший друг, Эйдзи Садзараши, с неизменной улыбкой, будто его совершенно не беспокоила жара.

Мы с Эйдзи знакомы ещё с детского сада. После того как я уехал из города из-за работы отца, мы встретились снова уже в старшей школе, когда я вернулся. С тех пор мы держимся вместе. Эйдзи — один из немногих, кто знает о моём прошлом.

К слову, он встречается с Изуми. В отличие от энергичной Изуми, Эйдзи обладает спокойным характером, всегда уравновешен и предпочитает наблюдать за ситуацией со стороны.

Честно говоря, я до сих пор не понимаю, как эти двое, такие разные, так хорошо ладят.

Но не будем об этом ─────

— Серьёзно? Это и есть «меньше народу»?

Я посмотрел назад на толпу, только чтобы окончательно убедиться в её безмерности.

— В такую жару, да ещё и среди такого количества людей… становится ещё душнее.

Согласно утренним новостям, температура сегодня достигнет тридцати пяти градусов.

Летняя жара в этом году, кажется, особенно невыносима.

Хотя было ещё рано, солнце уже палило вовсю. Моя рубашка насквозь пропиталась потом, прилипая к коже. Я попытался взмахами воротника впустить немного прохладного воздуха, но это была лишь слабая попытка обмануть себя.

Бутылка воды, которую мы купили по дороге, уже почти опустела.

— Акира-кун, ну хватит хандрить! Мы уже пришли, так что поднимай настроение!

— Ты единственная, кто может сохранять бодрость в такой жаре и давке.

Когда я пожаловался, Изуми недовольно посмотрела на меня.

Я думал, что она сейчас начнёт меня отчитывать, но её выражение неожиданно сменилось на хитрую улыбку.

Она наклонилась ближе к моему уху и тихо прошептала:

— Ну, если ты увидишь Аои-сан в купальнике, я уверена, твой настрой сразу изменится.

— Э-э-э!? О чём ты говоришь!?

— Аои-сан в купальнике выглядит потрясающе…

— Что ты сказала─────!?

— Я и представить не могла, что она выберет такой купальник. Она гораздо смелее, чем кажется.

— Ты серьёзно!?

Мои мысли мгновенно вышли из-под контроля.

На меня тут же обернулись люди, услышав мой выкрик. Я поспешно закрыл рот обеими руками.

Когда Изуми сказала, что мы пойдём в бассейн, я знал, что она взяла с собой Аои-сан, чтобы помочь ей выбрать купальник. Но я так и не спросил, какой именно она выбрала.

…Неужели он действительно такой классный?

— Эй, Аои-сан♪

Изуми обернулась и улыбнулась Аои-сан.

— Ммм? О чём вы говорите?

— Н-ничего!

Аои-сан, не подозревающая, о чём шёл разговор, улыбнулась и вежливо поклонилась.

Мне стало немного неловко перед Аои-сан, но мои мысли уже были заполнены дикими фантазиями о ней в купальнике. Для обычного старшеклассника это почти долг, так что прошу меня понять.

…Хотя я всё-таки надеюсь, что это будет бикини.

— Всё равно ты остаёшься парнем, Акира-кун, — с усмешкой добавила Изуми.

— Заткнись…

— Ха-ха-ха♪

Изуми, посмеиваясь, убежала к Эйдзи. Она всегда меня подкалывала, но я уже давно привык.

— На самом деле я не против бассейна или чего-то подобного.

Наоборот, мне бы очень хотелось увидеть Аои-сан в купальнике. Но есть причина, по которой я не могу почувствовать чистую радость.

— Мы же договорились искать бабушку Аои-сан этим летом, помнишь? Когда думаю, что у нас так мало свободного времени, чтобы просто наслаждаться отдыхом, мне становится не по себе.

Несмотря на то что у нас больше месяца каникул, расслабляться было некогда.

Аои-сан также устроилась на подработку в кафе, её график был полон школьных волонтёрских мероприятий. Оставшиеся свободные дни она хотела посвятить поискам дома своей бабушки.

— Мы тоже хотим поставить это в приоритет.

— Если так─────

— Но, знаешь, я думаю, что это последнее лето, которое я могу провести с вами, Акира. Поэтому хочу оставить побольше воспоминаний, пока мы ищем бабушку Аои-сан.

— Верно, верно. Ты ведь согласна, правда, Аои-сан?

— Да. Мне приятно, что вы так думаете. Но я тоже хочу провести время с вами, Акира-кун.

— Ребята…

Это действительно последнее лето, которое я могу провести с ними перед переводом в другую школу.

Я был уверен, что наши отношения не изменятся, даже когда мы станем студентами или взрослыми.

Но от мысли о приближающемся расставании на душе становилось тяжело.

Если бы была возможность, я бы не менял школу. Но раз это неизбежно, я хотел бы запомнить как можно больше хороших моментов.

Наверное, об этом больше всех думаю именно я.

— К тому же, если говорить о поиске бабушки, мы ведь можем совмещать это с отдыхом, не так ли?

— …Наверное, вы правы.

Если они так говорят, то, возможно, и мне стоит постараться насладиться моментом.

Если я буду единственным, кто испортит настроение, это создаст неловкую атмосферу.

— Ну, раз мы уже здесь, давайте хотя бы сегодня повеселимся.

Я поблагодарил их за поддержку и попытался изменить настрой.

— Смотрите, вход уже виден. Пойдём, Аои-сан!

— Да!

— Мы с Эйдзи пойдём за билетами, а вы держите вещи!

— Хорошо. Только не спешите, а то упадёте.

— Мой парень такой заботливый. Я люблю тебя!

— Я тоже люблю тебя.

Изуми, как всегда, громко призналась в любви, передавая свои и вещи Аои-сан нам, и убежала вместе с ней. Настолько привычно, что я даже не счёл нужным что-то сказать.

Эйдзи и я медленно следовали за девушками, неся их вещи.

— Я понимаю, что ты торопишься, но давай не будем спешить. Думаю, для Аои-сан это тоже будет лучше.

— Для Аои-сан?

Эйдзи продолжил говорить, глядя на двух девушек впереди.

— Я понимаю, что ты хочешь как можно скорее найти бабушку Аои-сан ради неё, но если это станет единственной целью твоих летних каникул, Аои-сан может почувствовать себя неловко, не так ли?

Слова Эйдзи застали меня врасплох.

— Аои-сан благодарна за нашу помощь, но она немного сдерживается. Ей кажется, что она в долгу перед нами, и это её тяготит, верно? Мы с Изуми немного переживаем за это.

— …Так вы оба это заметили.

Как сказал Эйдзи, Аои-сан действительно так себя вела.

Вместо того чтобы искренне принять чью-то доброту, она испытывала чувство вины за то, что пользовалась ею. Это была черта её характера.

На церемонии закрытия учебного года Аои-сан ушла именно из-за того, что чувствовала себя обязанной нашей помощи. Наши добрые намерения, сами того не замечая, загнали её в угол.

Я не хотел допустить той же ошибки снова.

— Но в последнее время мне кажется, что Аои-сан изменилась.

— Изменилась?

— По сравнению с тем, когда мы впервые встретились, она стала более разговорчивой, чаще улыбается и делится своими чувствами. Хотя я не знаю, почему.

Честно говоря, у меня было то же впечатление.

Например, совсем недавно, когда она сказала, что тоже хочет оставить со мной воспоминания.

Если раньше она бы просто ответила «Да» и всё, то теперь она конкретно выразила своё желание: «Я тоже хочу оставить с тобой воспоминания, Акира-кун.»

Это может показаться мелочью, но для нас, кто знает её давно, это была значительная перемена.

Если даже Эйдзи и Изуми заметили это, значит, в этом не было сомнений.

— Думаю, это хорошее изменение для Аои-сан. Так что мы повеселимся, чтобы она не волновалась, поищем её бабушку и заодно создадим кучу воспоминаний. Думаю, это будет идеальный баланс.

— Эй, эй, ты говоришь красивые вещи, но что это насчёт воспоминаний со мной?

— Среди всех планов ты — просто второй пункт.

— Ну, это правда.

Мы обменялись шутками, и Эйдзи ответил с улыбкой. Обычно он не так часто шутил, но, видимо, хотел, чтобы разговор не стал слишком серьёзным.

— Как ты сказал, Эйдзи, я чуть было не заставил Аои-сан волноваться снова.

— Забудь об этом. В отношениях с людьми бывает сложно всё учесть, и такое случается. Мы с Изуми тоже через это проходили. Никто из нас ещё не настолько взрослый, чтобы всё видеть наперёд. Поэтому давай помогать друг другу. Для этого и нужны друзья.

— Ты прав… Спасибо, Эйдзи.

— Если хочешь поблагодарить, поблагодари Изуми.

— Изуми?

— Всё, что я тебе сказал, она сама мне говорила. Так же как ты хочешь помочь Аои-сан найти бабушку, Изуми в своём стиле пытается научить её быть более открытой. Она хочет, чтобы Аои-сан могла иногда быть эгоистичной — в хорошем смысле.

— Понятно…

Когда я впервые встретил Аои-сан, я был сосредоточен только на том, чтобы помочь ей. Но теперь я рад, что у неё есть друзья, которые думают о ней так же тепло.

Даже после моего перевода в другую школу, с Эйдзи и Изуми рядом, с Аои-сан всё будет в порядке.

Как только все вопросы решатся, я смогу уехать с лёгким сердцем. Поэтому мне нужно закончить всё, что я должен.

— Раз так, давай сегодня хорошо повеселимся.

— Понял! Если уж развлекаться, то по полной!

Поблагодарив их обоих за их добрые намерения, я последовал за Изуми и Аои-сан.

— Вот это да…

После того как мы переоделись в раздевалках и прошли через вход, я был поражён размерами этого места.

На информационной табличке было написано, что территория бассейна в два раза больше Токийского купола. Неудивительно, что это место может вместить двадцать тысяч человек.

На территории были как большие, так и маленькие бассейны для взрослых и детей, водные горки длиной более трёхсот метров, а также магазины, рестораны и другие удобства.

— Заблудиться в таком месте — сущий кошмар.

— Согласен. Здесь могут потеряться не только дети, но и взрослые.

Тут же громкоговоритель объявил о пропаже ещё одного ребёнка, что звучало как отклик на наши слова.

— Если даже сегодня, когда людей не так много, здесь так шумно, то что же творится в разгар сезона?

— Ты впервые здесь, да, Акира?

Эйдзи спросил, накачивая надувные круги у компрессора возле входа.

— Да. Вы же с Изуми уже бывали тут в средней школе, верно?

— Точно. Мы приезжали сюда на Обон, и народу было раза в два больше, чем сейчас. Мы даже не могли нормально плавать, так что договорились приехать в следующий раз в начале каникул.

— Хороший выбор.

Когда круги были накачаны, Эйдзи резко кинул один мне.

— Ну что, найдём место?

— А разве не стоит дождаться их?

— Пока девочки переодеваются, мы успеем занять место. Потом отправим им сообщение.

— Хорошо.

Мы отправились искать подходящее место.

Как и сказал Эйдзи, сегодня людей действительно было не так много.

Хотя на травяной зоне рядом с бассейном уже были раскинуты палатки и пледы, места ещё хватало. Мы выбрали тенистый уголок, разложили наши вещи и сели ждать девочек.

— Эй! — вскоре раздался знакомый голос Изуми.

Когда я обернулся, Изуми весело хлопала в ладоши:

— Отличное место! И в тени, и отдохнуть удобно♪.

Рядом с ней стояла Аои-сан, которая, смущённо опустив глаза, прикрывала грудь вещами.

— Аои-сан, давай положим твои вещи здесь.

— А─────

Изуми ловко выхватила у неё вещи, оставив Аои-сан в одном купальнике.

— Ого…

Купальник, который носила Аои-сан, был раздельным с оборками и цветочным рисунком на белом фоне.

Возможно, благодаря своему яркому дизайну он выглядел элегантно, а не вызывающе. Белая основа купальника или утончённая аура Аои-сан только усиливали это впечатление.

Хотя ткань купальника прикрывала совсем немного, он подчеркивал её чистоту больше, чем соблазнительность.

А больше всего привлекал взгляд её высокий хвост, открывавший изящный затылок. Этот стиль — один из самых любимых летних образов среди старшеклассников, наряду с открытым животом и прозрачными лямками.

Кажется, это прекрасное начало лета, настолько, что я хочу насладиться каждым его моментом.

Кстати, мой выбор — затылок. Интересно, какой у всех остальных?

— Эй, эй~! Акира-кун, мне кажется, твои губы стали немного опухшими, — с игривой усмешкой спросила Изуми.

— Ничего они не опухли!

Ну, может, на пару миллиметров…

Несмотря на мои протесты, я всё равно не мог отвести взгляд от Аои-сан. Это явно не помогало убедительности.

К слову, купальник Изуми был раздельным с оборками и открытыми плечами, выполнен в ярком жёлтом цвете.

Этот насыщенный оттенок идеально подходил её живому и энергичному характеру, придавая ей вид добропорядочной, но при этом изящной девушки. Оборки подрагивали при каждом её движении, и её лёгкая походка невольно привлекала взгляды даже тех, кто не хотел на неё смотреть.

Судя по всему, мужчины вокруг явно концентрировали взгляд на её фигуре. Кстати, почему я столько знаю о женских купальниках, таких как с оборками или открытыми плечами?

Всё началось с того, как Аои-сан отправилась с Изуми выбирать себе купальник. Мне стало интересно, какой именно она выберет, и я даже начал искать в интернете различные модели, представляя их себе. О нет, даже под страхом смерти я не должен никому в этом признаться.

Если бы я был девушкой, сама мысль о том, чтобы представить себя в купальнике, показалась бы ужасной. Но, как я уже говорил, дикие фантазии — это проклятие старшеклассников. Пожалуйста, держите это в секрете.

— Ну же, Аои-сан, — позвала её Изуми.

— Э-э… да… — Аои-сан робко шагнула вперёд.

Изуми мягко подтолкнула её в мою сторону, так что она оказалась лицом ко мне.

Она выглядела так смущённо, что казалось, вот-вот заплачет.

Что это такое?!

Хотя я ничего не сделал, кроме того, что фантазировал, её смущённый взгляд вызвал во мне чувство вины.

— Мм… ч-что ты думаешь… о моём купальнике?

— Э-э─────?!

Её неожиданный вопрос заставил меня выкрикнуть.

Я никак не ожидал, что она попросит моего мнения.

— Ну… то есть… мм…

Когда я увидел, как её лицо заливается румянцем, я тоже смутился.

Когда Аои-сан смущена, она обычно прикрывает лицо руками. Но сейчас она вместо этого сжала своё предплечье, будто сдерживая себя, и это только подчёркивало её женственные формы.

Купальник ей безумно шёл. Я почти хотел попросить разрешения сделать фотографию, но понимал, что, если заикнусь об этом, потеряю всё доверие, которое строил так долго.

Ладно, обойдусь без фото. Но дай хотя бы посмотреть немного дольше…

— Эй, когда девушки спрашивают твоё мнение, надо отвечать что-то приятное♪ — сказала Изуми, подталкивая меня.

Даже при обычных обстоятельствах комплимент девушке — дело не из лёгких. А уж когда она в купальнике, это вообще высший уровень сложности.

Я чувствовал, что ситуация вышла из-под контроля.

— Т-ты… выглядишь замечательно.

Как только я произнёс это, моё лицо вспыхнуло.

— С-спасибо…

— Н-не за что…

Боже, как же неловко!

Аои-сан тоже прикрыла лицо руками, очевидно, не выдерживая смущения.

— "………."

Что мне теперь делать?

— Вообще-то, я думала над тем, чтобы выбрать что-то более закрытое, — внезапно проговорила Аои-сан. — Но Изуми-сан сказала, что старшеклассницы должны носить бикини… так что я рада, что попробовала.

Я автоматически перевёл взгляд на Изуми.

Она встретила мой взгляд с победной улыбкой и знаком "V" на пальцах, будто говоря: «Не благодари!»

Аои-сан была настолько чистой и наивной, что верила каждому слову.

Например, когда мы устраивали учебный лагерь перед экзаменами, Изуми внушила ей, что ночью на таких сборах обязательно едят снеки, а девочки всегда принимают ванну вместе. И Аои-сан поверила этому.

Так что, скорее всего, идея бикини и просьба о моём мнении тоже пришли от Изуми.

И хотя я чувствовал, что она снова внушила ей что-то странное, на этот раз я искренне был ей благодарен.

Да, вот такие вещи, Изуми, пожалуйста, продолжай внушать ей дальше.

Я с нетерпением жду твоих следующих уроков.

— Ладно! Давайте уже развлекаться. Вперёд! — выкрикнула Изуми, взяв надувной круг и направляясь к бассейну.

Она положила круг на воду и умело прыгнула на него, приземлившись прямо на середину.

— Давайте, не отставайте~!

Изуми махала нам рукой, пока её не унесло течением.

— Пойдём тоже.

— Да. Ты тоже, Аои-сан.

— Да. Но, эм…

— Что такое?

Аои-сан смущённо опустила глаза.

— Я… я совсем не умею плавать.

— Всё в порядке. Здесь не слишком глубоко, ты сможешь достать до дна. Кроме того, есть спасательный жилет. А если что случится, я буду рядом.

— Хорошо. Спасибо.

Мы пошли к бассейну. Я первым зашёл в воду, придерживая надувной круг. Затем Аои-сан, как и Изуми, аккуратно уселась на него, приземлившись в самый центр.

— Ну что, поехали.

— П-пожалуйста, помедленнее…

— Хорошо.

Я стоял позади, толкая круг Аои-сан, и вдруг заметил, что мой взгляд невольно задержался на её затылке.

Как же мне повезло.

Пытаясь скрыть свои мысли, я подошёл к Изуми и Эйдзи, которые уже вовсю развлекались на своих кругах. Глядя, как они с удовольствием играют, я позволил себе поддаться общему настроению.

— Акира, глянь…

— Ммм?

Эйдзи с загадочным выражением указал куда-то вдаль.

Я проследил за его жестом и увидел огромный бак, установленный над бассейном.

Это был тот самый контейнер, который постепенно наполнялся водой, а затем выливал её внушительным потоком.

Издалека было видно, как вода с грохотом обрушивается вниз, полностью заливая тех, кто находился под ним. Люди смеялись, явно наслаждаясь этим необычным аттракционом.

— Ах, понятно…

В голове у меня словно вспыхнула лампочка.

Поняв замысел Эйдзи, я молча кивнул, и мы начали незаметно направлять девушек прямо под этот бак.

— Эй, подождите-ка, вы двое! — внезапно закричала Изуми.

— Ммм? Что случилось?

— А что, если─────

Но прежде чем она поняла, что происходит, было уже поздно. Круги Изуми и Аои-сан плыли по неизбежному маршруту.

Мы всё рассчитали идеально: момент, когда бак перевернётся, и время, чтобы подтолкнуть их прямо под поток воды.

— «Кьяяя!»

Крик обеих девушек разнёсся по бассейну, когда на них обрушилась огромная струя воды.

— Эй! Что вы творите!? — воскликнула Изуми, убирая мокрые волосы с лица. Её голос звучал возмущённо, но улыбка на губах выдавалась.

— Ой, рука соскользнула, — попытался я изобразить невинность.

— Врёшь! Это ты сделал специально!

Смеясь, я передал мокрую и громко возмущавшуюся Изуми в руки Эйдзи и повернулся к Аои-сан.

— Ты как, Аои-сан?

[[image:/storage/reader-images/a1776a5e9529381565193d38cfb1af1139fbb465.png]]
— Да, всё в порядке. Немного удивилась, но это было весело, — с улыбкой ответила Аои-сан, оттирая воду с лица.

— Отлично! Тогда давайте ещё раз!

— Э-э!? Подождите, у меня макияж смоется!

— Он и так смоется, даже если ты ничего не будешь делать, так что не переживай.

— Но я переживаю!

Игнорируя протесты Изуми, мы вчетвером снова нырнули под следующий бак.

Я заметил, как Изуми так разошлась, что упала с круга, и вдруг осознал, что сам искренне наслаждаюсь этим моментом, хотя до поездки сюда совершенно не интересовался бассейнами.

Думаю, что за это я обязан поблагодарить Изуми и Эйдзи. Именно благодаря им этот день стал таким весёлым.

Мы провели утро, играя в бассейне и катаясь на водных горках.

Весёлое время пролетело незаметно, и, прежде чем мы успели оглянуться, часы уже показывали полдень.

Компания голодных старшеклассников направилась в ресторан на территории комплекса.

Каждый заказал то, что захотел, и, устроившись за столиком на четверых, мы принялись есть.

— Прошло всего чуть больше двух часов, а кожа уже красная, — заметила Изуми, глядя на свои загорелые руки и потягивая холодную лапшу.

После её слов я тоже посмотрел на свою руку. И правда, она была заметно красноватой. Я не особо переживаю из-за загара, но, кажется, сегодняшние и завтрашние душевые станут испытанием.

— А ты хорошо выглядишь, Аои-сан, — продолжила Изуми.

— Да. Я нанесла солнцезащитный крем.

— Вот как? Надо было и мне взять.

— Изуми, ты ведь не из тех, кто переживает из-за таких вещей, да? В школе ты всегда возвращалась после лета загорелой.

— Знаешь ли, я уже в том возрасте, когда об этом стоит задуматься! — недовольно ответила Изуми, надув губы.

— Я могу одолжить тебе свой крем после обеда.

— Серьёзно!?

— Да, он в моей шкафчике. Я схожу за ним позже.

— Спасибо, Аои-сан!

Изуми в благодарность обняла её, прижимаясь щеками.

Раньше Аои-сан немного терялась из-за таких всплесков эмоций, но в последнее время, похоже, начала привыкать. Теперь она даже отвечала Изуми взаимным объятием. Это выглядело мило.

Если бы такое произошло между парнями, это выглядело бы странно, но между девушками — совсем другое дело.

— Ладно, давайте немного отдохнём и обсудим наши дальнейшие планы, — предложил Эйдзи после того, как мы закончили обед.

— Как Акира и говорил, нельзя просто отдыхать, — добавил он.

— Да, — согласился я.

Однако пока никаких стоящих зацепок не было.

Мы решили, что сначала нужно проанализировать текущую ситуацию.

— Я хотел бы посетить все города и посёлки в префектуре этим летом, основываясь на воспоминаниях Аои-сан, но… если подумать, за месяц мы вряд ли успеем обойти всё. Нам нужно как-то сузить область поиска. Поэтому, Аои-сан, можно задать ещё несколько вопросов?

Она слегка кивнула.

— Ты точно не знаешь, где живёт твоя бабушка?

— Да. Последний раз я была у неё до развода родителей. Тогда я ещё ходила в первый класс… Я была совсем маленькой и не помню, в каком городе это было и как туда доехать.

— Понял…

Это было девять лет назад. Если вспомнить, я сам тогда был в первом классе и тоже вряд ли смог бы что-то запомнить.

Если так, то нам нужно собрать любую информацию, даже самую незначительную.

— Может, ты вспомнишь что-то ещё? Например, как долго добираться или что было рядом с домом бабушки. Любая деталь поможет сузить область поиска.

— Хм…

Аои-сан задумалась, приложив руку к губам. Её взгляд блуждал, словно она пыталась вытащить из памяти давно забытые образы. Спустя минуту она начала рассказывать:

— Это всего лишь предположение, но… кажется, до её дома было около часа езды от нашего. Дом был окружён рисовыми полями и горами. Рядом был храм, и летом там проводили фестивали. Бабушка часто водила меня туда.

Час езды от нашего города, рисовые поля, горы, храм с фестивалями летом…

Другими словами, типичная сельская местность.

Однако…

— «………»

Мы все замолчали, осознавая, что на основе этой информации найти место будет нелегко.

В нашей префектуре нет моря, а за пределами городов почти всё окружено горами. Большинство посёлков соответствуют описанию Аои-сан, так что вариантов слишком много.

Это как искать иголку в стоге сена.

Тем не менее, если мы будем сужать поиск с имеющейся информацией…

— Скорее всего, это не южная часть префектуры, верно? — предположил Эйдзи.

— Да, я тоже так думаю, — согласился я.

Я открыл карту на своём смартфоне и положил его на стол, чтобы все могли видеть.

— Наша префектура окружена горами, но если ехать на юг, большая часть территории — это города, а не горы. Шанс, что дом бабушки находится там, минимален.

— Восток тоже вряд ли подойдёт. Там, конечно, сельская местность, но больше открытых полей, а не гор. Наиболее вероятные районы — это север и запад префектуры. Однако прошло почти десять лет. Города могли объединиться, а местность — измениться, так что то, что помнит Аои-сан, может выглядеть иначе.

— Да, прогресс есть, но…

Хотя нам удалось сузить область поиска, она всё ещё оставалась огромной.

На карте выделялись северные и западные районы префектуры. Искать что-то в такой большой территории казалось пугающе.

— «………»

Снова тишина. Атмосфера заметно потяжелела.

Сможем ли мы найти её за летние каникулы?

— Эй! Не надо так мрачнеть! — внезапно воскликнула Изуми, пытаясь разрядить обстановку.

— Смотрите, уже хорошо, что мы сузили область поиска! Сначала мы вообще собирались искать по всей префектуре, верно? Аои-сан, возможно, вспомнит ещё что-то, когда мы начнём исследовать места. Информации у нас немного, но это не повод сдаваться! Улыбнитесь! Ты тоже, Акира-кун!

— Ай-ай-ай, больно же!

Я понимал, что она права, но зачем тянуть меня за щёки?

Почему моя очередь страдать? Делай так с Эйдзи!

— Да, Изуми права, — добавил я, потирая пылающую щёку.

В такие моменты её оптимизм действительно выручает. Наверное, больше всех переживает Аои-сан, но если мы будем в упадке, ей станет ещё хуже. Даже если это тяжело, ради неё мы должны держаться бодро.

— Хорошо, я настроюсь на работу и начну искать по этим районам один за другим.

Но всё же… есть кое-что, что меня беспокоит.

— Даже если мы будем сосредоточены на поисках в северной и западной частях префектуры, за один день можно покрыть лишь небольшую территорию, верно? Поездки на поезде или автобусе займут слишком много времени… Жаль, что нельзя найти более эффективный способ.

— Если в этом проблема, у меня есть идея, — тут же ответил Эйдзи, будто только и ждал, чтобы сказать это.

Рядом с ним Изуми улыбалась, словно уже знала, что будет дальше.

— Как насчёт использовать виллу моей семьи в качестве базы?

— Виллу?

У семьи Эйдзи действительно есть вилла?

— В северной части префектуры есть вилла, которую мой дед купил много лет назад. Я подумал, что будет удобнее использовать её как базу, пока мы ищем в северных и западных районах. Ею уже больше двух лет никто не пользуется — дед просто не знал, что с ней делать. Но я договорился с родителями, что смогу её использовать в обмен на то, что мы приведём её в порядок.

— Подожди… ты уже обсудил это с ними? Всё уладил заранее?

Эйдзи кивнул, словно это было само собой разумеющимся.

— Поскольку мы предположили, что дом бабушки Аои-сан находится в сельской местности, мы с Изуми обсуждали, что он, скорее всего, в северной или западной части префектуры. Мы знали, что время в пути станет большой проблемой, поэтому я заранее поговорил с родителями.

— Эйдзи, ты…

Я и не догадывался, что они так тщательно подготовились заранее.

— Мы знаем, как сильно ты хочешь как можно быстрее найти дом бабушки Аои-сан. Мы понимаем, что для тебя это важно, так что мы не просто так пригласили тебя сегодня в бассейн, — сказал он.

— Всё было продумано~♪ — добавила Изуми, бросив на меня довольный взгляд.

Ладно, делайте что хотите.

Я уже потерял счёт, сколько раз думал, что мне повезло с такими замечательными друзьями.

— Спасибо вам обоим, — искренне поблагодарил я.

— И я хочу вас поблагодарить. Эйдзи-кун, Изуми-сан, спасибо большое, — добавила Аои-сан, склонив голову.

Мы с Аои-сан вдвоём поклонились в знак благодарности.

Они так сильно помогали мне во всём.

— Не за что нас благодарить. Лучше скажите, когда хотите начать использовать виллу?

Это хороший вопрос… Я бы хотел начать как можно скорее, но…

— Было бы здорово начать с начала августа. Хиёри тоже собирается помочь, но она вернётся только в конце месяца. Аои-сан, сможешь подстроить свои смены на работе?

— Думаю, смогу, если поговорю с менеджером.

— Отлично. Тогда запланируем выезд утром 1 августа.

Хотя это будет непросто, если не предпринимать действий, ничего не изменится.

На данный момент мы сделаем всё, что в наших силах, шаг за шагом.

— Ну что, раз мы всё решили, собрание закрыто! Давайте проведём остаток дня весело и получим максимум удовольствия!

С этими словами, следуя совету Изуми, мы собрали посуду и покинули ресторан.

Под жарким послеполуденным солнцем мы так увлеклись играми в бассейне, что совсем забыли о зное.

----------

Встреча спустя девять лет

— Тогда я позвоню им.

— Да. Будь осторожна по дороге.

— Вы тоже!

Солнце клонилось к закату, когда мы с Аои-сан вернулись в родной город, оставив Эйдзи и Изуми на автобусной остановке.

Мы веселились в аквапарке до самого закрытия в пять вечера, но пока добрались до остановки, уже перевалило за шесть. Хоть солнце и садилось, из-за летнего сезона на улице было ещё довольно светло.

— Нам тоже пора домой?

— Да, пошли.

Когда силуэты Эйдзи и Изуми исчезли вдалеке, мы покинули автобусную остановку.

Хотя мой дом был недалеко, этот район находился в противоположной стороне от школы и кафе, где работала Аои-сан, так что маршрут казался непривычным.

По этой дороге мы почти никогда не ходили, если только у нас не было особой причины заглянуть сюда, как сегодня.

— Похоже, я вымоталась от всего этого веселья. Чувствую себя немного разбитой.

— Аналогично. Думаю, как только приду домой, сразу завалюсь в кровать.

— Готовить ужин после такого тоже не особо хочется. Ещё не слишком поздно, так что, может, перекусим где-нибудь по дороге? Тогда мы сможем просто принять душ и лечь спать, когда захотим.

— Отличная идея. Давай так и сделаем.

— Что бы ты хотела поесть, Аои-сан?

— Хм…

Я как раз достал телефон, чтобы поискать поблизости подходящее место, когда неожиданно пришло сообщение от Изуми.

Но едва я разблокировал экран, как телефон завибрировал ещё раз… и ещё…

— Что за…!?

Прежде чем я успел открыть чат, мне пришло более десяти сообщений подряд.

Оказалось, что Изуми прислала не текст, а… фотографии.

На экране высветились снимки Аои-сан в купальнике. Один — где она была одна, другой — вместе с Изуми, а ещё парочка кадров, где мы с ней вдвоём.

И, конечно же, несколько тайных фото, сделанных явно без нашего ведома.

В довершение ко всему, последним сообщением было:

«Используй это как гарнир на ужин♪»

— Это вообще не твоё дело!

Но… спасибо! Я всегда верил в тебя, Изуми!

А-а-а… Хочу быстрее добраться домой, запереться в комнате, накрыться одеялом и спокойно всё пересмотреть…

Я буду беречь эти фотографии всю жизнь. Нет, даже больше! Сделаю их фамильной реликвией рода Акамори и передам своим детям, внукам и будущим поколениям на сотни лет вперёд!

Сам не заметив, я настолько воодушевился, что в голове уже давал какие-то абсурдные клятвы.

— Акира-кун?

Чёрт! Я совершенно забыл, что Аои-сан стоит рядом!

Пока я задумчиво пялился в небо, она заглянула в мой телефон.

Я тут же попытался спрятать его, но… слишком поздно.

— Это… фотографии с сегодняшнего дня?

— Н-нет! Это не то, что ты думаешь! Я не просил Изуми об этом, она сама мне их прислала, честное слово!

Звучало это, конечно, как жалкая отговорка, но это была чистая правда.

Другое дело, что мои мысли явно были далеки от невинных… И вот это-то я никак не мог объяснить.

— Я… я сейчас же их удалю!

Теперь, когда она уже всё увидела, скрывать что-то было бессмысленно. Я постарался сохранить спокойное выражение лица, делая вид, что думаю: «Эх, ну и Изуми…», но в душе я уже чувствовал, как готов разрыдаться, стирая эти бесценные снимки.

Вдруг Аои-сан мягко коснулась моей руки.

— Т-то есть… тебе ведь не стоит их удалять, да?

— Э?.. Ты… правда не против?

Хотя она так сказала, её лицо покраснело, а глаза метались из стороны в сторону.

Как ни крути, она выглядела жутко смущённой.

— Но, Аои-сан, мне казалось, тебе было бы неудобно хранить такие фотографии.

— Мне и правда неловко… Это ужасно смущает, но… всё же это память, верно?

И тут я вспомнил наш утренний разговор, когда мы шли в бассейн.

Эйдзи говорил, что хочет оставить как можно больше воспоминаний, раз это наше последнее лето в старшей школе. Изуми и Аои-сан тоже говорили, что хотят создать воспоминания, а ещё найти дом её бабушки.

— Так что… тебе не нужно их удалять. Можешь скинуть их и мне?

— Ты хочешь фотографию себя?

— Не совсем… Я хочу фотографию нас двоих, Акира-кун.

Она опустила голову, краснея так, будто с неё вот-вот начнёт идти пар.

— А-а… понятно. Сейчас отправлю.

Я быстро сохранил все снимки и переслал их на её телефон.

— Вот, вроде бы всё.

— Да… Спасибо. Я буду их беречь.

Хотя она выглядела смущённой, в её голосе звучала лёгкая радость.

Глядя на неё, я и сам вдруг почувствовал, что краснею, и мне стало трудно смотреть ей в глаза.

Моё лицо, наверное, тоже пылало, но, надеюсь, это можно списать на закат.

— Кхм… Так что насчёт ужина?

— А-а, да! Что будем есть?

Я поспешно перевёл тему на еду, пытаясь избавиться от неловкости.

Но вдруг Аои-сан остановилась и огляделась по сторонам.

— Что случилось?

— М-м… Здесь неподалёку был дом, в котором я жила раньше.

— Что? Правда?

Мы даже не заметили, как забрели в тихий жилой район.

По обе стороны улицы стояли новые одноэтажные дома, но среди них попадались и многоквартирные комплексы.

В день закрытия учебного года Эйдзи говорил, что мы с Аои-сан ходили в один детский сад. Я предполагал, что значит, наши дома были не так уж далеко друг от друга, но, похоже, они были даже ближе, чем я думал.

— Кажется, прошло так много времени… хотя на самом деле всего два месяца, — тихо пробормотала Аои-сан, оглядываясь вокруг.

[[image:/storage/reader-images/903fcafbc4e55576913c956bef8ceeb0ab76a848.png]]
Видя её такой, я невольно вспомнил нашу первую встречу.

Я знал, что тогда переживала Аои-сан, и легко мог представить, что она чувствовала сейчас, глядя на это место. Её эмоции определённо были далеки от радостных. В глубине глаз читалась едва уловимая печаль.

— Раз уж мы тут, может, немного побудем?

Но Аои-сан медленно покачала головой.

— Нет, ведь теперь мой дом — это место, где ты, Акира-кун.

— …Понимаю.

Она улыбнулась после этих слов, и я вдруг подумал: через что она только ни прошла… Столько всего случилось за это время. Но, наверное, сейчас самое главное — видеть её вот такой, улыбающейся.

Может, не стоит копаться в её прошлом. Если и придёт день, когда нужно будет оглянуться назад, то точно не сегодня.

Время способно залечить раны. Или, возможно, когда её сердце немного успокоится…

— Что бы ты хотела на ужин, Аои-сан?

— Хм… думаю─────

Я уже собирался спросить её ещё раз, когда вдруг—

— …Аои?

Чужой, но уверенный голос назвал её по имени.

Мы с Аои-сан одновременно обернулись.

Перед нами стоял незнакомый мне мужчина.

На вид около сорока лет, в деловом костюме, он сразу же производил впечатление успешного офисного работника. Его лицо выражало смесь удивления и волнения, а взгляд был прикован к Аои-сан.

…Если он знает её имя, значит, они знакомы?

Но он выглядел слишком взрослым для обычного знакомого.

— …Папа?

— …Э?!

Я даже не сразу осознал услышанное.

Этот человек — её отец…?

— Аои, это правда ты… Слава богу… Я так долго тебя искал. Ты так выросла…

В отличие от облегчения на лице её отца, выражение Аои-сан застыло в растерянности.

— Почему… ты здесь… Папа?

— Твоя мать мне позвонила.

— Мама?

— Да. Она хочет, чтобы ты поехала со мной.

— …Что?

Лицо Аои-сан исказилось, словно её мир треснул на части.

Это был первый раз, когда я видел её такой подавленной.

— Когда я пришёл по адресу, который дала мне твоя мать, хозяйка квартиры сказала, что ты уже давно переехала. С тех пор я раз за разом приходил в этот район, чтобы хоть что-то узнать… И вот, наконец, я тебя нашёл.

Ситуация развивалась так внезапно, что я не сразу смог всё осмыслить, но почему-то внутри всколыхнулось странное, неприятное чувство.

— Давайте не будем обсуждать это прямо на улице. Найдём тихое место… Например, кафе. — Мужчина посмотрел на меня и вежливо спросил: — Ты её одноклассник? Прости, но мне нужно поговорить с Аои наедине.

Он протянул руку, собираясь увести её с собой.

Но—

— …Аои-сан?

Вдруг она схватила меня за руку.

Её пальцы сжались крепко, и я почувствовал лёгкую дрожь.

— …Пойдём вместе, Акира-кун.

— Ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой?

Я не ожидал от неё таких слов.

Видя, как она смотрит на меня с надеждой, я не мог отказать.

— Пожалуйста, позвольте мне пойти с ней.

— Ты тоже?

Я шагнул вперёд, словно встав между ними, и посмотрел её отцу прямо в глаза.

Он смотрел на меня с явным удивлением.

— Я знаю, что пережила Аои-сан. Я знаю, через что ей пришлось пройти за эти два месяца. Думаю, в этом разговоре моё присутствие будет полезным.

Его лицо слегка изменилось, будто он обдумывал мои слова.

— …Ладно. Тогда давайте поговорим втроём.

Я до конца не понимал, что происходит, но точно знал одно: я не оставлю Аои-сан одну в этот момент.

☕☕☕

Мы отправились в кафе, чтобы поговорить в спокойной обстановке.

Время было позднее, посетителей почти не осталось, и официант разрешил нам сесть, где удобно.

Разговор обещал быть тяжёлым — это чувствовалось сразу. Её отец выбрал столик в самом конце зала, подальше от всех.

Я сел рядом с Аои-сан, а её отец — напротив.

Как только принесли наши напитки, он первым нарушил тишину.

— Мы не виделись девять лет… Как ты? Всё в порядке?

— …Да.

— Понятно. Это хорошо.

Над столом повисла тяжёлая, неловкая атмосфера.

Впрочем, ничего удивительного. Они не виделись девять лет.

— …Хотя прошло так много времени, ты сразу меня узнала.

— Мама иногда присылала мне твои фотографии.

— Понимаю…

Аои-сан опустила голову, так и не взглянув на отца.

Об атмосфере тёплого воссоединения не могло быть и речи.

— Думаю, я застал тебя врасплох. Позволь мне всё объяснить.

После короткого обмена фразами, больше похожего на формальное приветствие, он посмотрел в свой стакан и заговорил спокойным голосом:

— В середине июня, чуть больше месяца назад, твоя мать связалась со мной. Она попросила меня забрать тебя к себе. Сказала, что ты живёшь одна. Я сразу же поехал по адресу, который она мне дала, но тебя там уже не было. Хозяйка квартиры сказала, что ты давно съехала из-за задержек с оплатой аренды.

Середина июня…

Это было примерно через две недели после того, как Аои-сан начала жить у меня.

Всё сходилось. Выходит, её мать действительно тогда связалась с ним и он начал поиски.

Но даже понимая это, я чувствовал злость.

Она заставила Аои работать, чтобы обеспечивать семью, а потом просто нашла себе мужчину и ушла, оставив всё на бывшего мужа.

Некоторые могли бы сказать, что лучше так, чем совсем оставить её одну.

Но нет.

Этот поступок был скорее отказом от дочери.

Мне трудно было поверить, что она сделала это из заботы о благополучии Аои-сан.

— Я не знал, куда ты делась, и пытался снова связаться с твоей матерью, хотя и не надеялся на ответ. Она редко отвечала на мои звонки, да и сама вышла на связь лишь тогда, когда это было ей удобно… Но всё же нашла время прийти сюда и искать тебя.

Глядя на него в деловом костюме, я понял, что, похоже, он приехал сразу после работы.

— Пусть и не сразу, но хорошо, что мы встретились.

Он выглядел искренне облегчённым.

Но Аои-сан по-прежнему не поднимала головы.

— Кстати… какие у тебя с Аои отношения?

Видимо, его насторожило её молчание, и он перевёл взгляд на меня.

— Простите, что не представился сразу. Меня зовут Акира Акамори. Я одноклассник Аои-сан.

— Акира-кун, значит… Ты сказал, что знаешь о её ситуации.

— Да.

Я набрал в грудь воздуха и сразу сказал то, что он должен был услышать.

— Сейчас Аои-сан живёт у меня.

— …Живёт у тебя?

Я объяснил ему всё с самого начала.

Как встретил её в дождливый день. Как узнал о её ситуации. Как предложил ей остаться у меня до моего перевода в другую школу. Рассказал о переезде моей семьи и о том, что мои родители знали об этом и не были против.

— …Понимаю.

Его лицо казалось задумчивым, но не испуганным.

И вдруг—

— Спасибо, что позаботился о ней.

— …А?

Он глубоко склонил голову передо мной.

Этот жест был настолько неожиданным, что я даже не сразу понял, что произошло.

— Аои, может, ты переедешь к нам?

— …К вам?

К нам, а не ко мне — эти слова говорили сами за себя.

— На самом деле, после развода с твоей матерью я снова женился.

Я заметил, как Аои-сан сжала руки под столом.

— У нас с женой есть пятилетний сын, и теперь мы втроём живём в соседней префектуре. Я уже рассказал им о тебе, и они согласны принять тебя в наш дом. Так что не волнуйся. Я возьму на себя ответственность за всё, что ты пережила, и поддержу тебя.

Неожиданно всплывший факт.

Сидя рядом, я чувствовал, как её тревога передаётся мне.

Было бы странно, если бы она не расстроилась. Её отец, который не появлялся в её жизни целых девять лет, вдруг заявился и объявил, что у него новая семья. Жена. Ребёнок. Мачеха и сводный брат.

Разумеется, это не могла быть счастливая встреча.

Честно говоря, я с самого начала знал, что Аои-сан не обрадуется возвращению отца.

— …Дай мне подумать.

Спустя паузу, Аои-сан наконец выдавила эти слова.

— Понимаю. Было бы странно, если бы ты сразу приняла решение после такого неожиданного разговора. Но дай мне ответ до конца летних каникул. Если ты согласишься, тем лучше начать переезд пораньше. Нужно будет перевестись в другую школу, оформить документы.

Переезд и смена школы…

Точно. Он же сказал, что живёт в другой префектуре.

Если Аои-сан решит поехать с ним, ей придётся покинуть этот город.

— Хорошо, я поняла…

После этого они обменялись номерами и коротко рассказали друг другу о своей жизни за эти годы.

Перед уходом её отец сказал мне:

— Если с Аои что-то случится, прошу, сразу свяжись со мной.

Он также дал мне свой номер.

Когда мы вышли из кафе, солнце уже скрылось за горизонтом.

Летняя ночь должна быть тёплой, но почему-то я чувствовал пронизывающий холод.

🏠🏠🏠🏠

Дома мы приготовили простой ужин.

Сначала думали поесть где-нибудь в кафе, но после той встречи настроение для этого явно пропало, так что просто отправились домой.

Пока Аои-сан принимала ванну, я мыл посуду и размышлял.

Так вот он какой… её отец.

На первый взгляд — обычный офисный работник. Солидный, сдержанный, вежливый. Однако я никак не мог избавиться от странного чувства, которое он у меня вызвал.

Как бы я ни относился к нему, его появление могло бы решить часть проблем Аои-сан. Теперь у неё был ещё один вариант, помимо поисков бабушки. В этом смысле, можно было считать это хорошей новостью.

Я понимал это.

Но мне не нравилось, что он пришёл за ней только потому, что ему сказала её мать.

Он не искал её все эти девять лет, жил своей счастливой жизнью, а потом вдруг решил взять ответственность просто потому, что ему это сказали.

Если бы её мать не позвонила ему, он продолжил бы жить так же, не задумываясь о дочери.

И почему в итоге дети всегда вынуждены расплачиваться за ошибки родителей?*

*Примечание переводчика: если честно я хоть и понимаю сложные отношения этих детей, но у меня есть жесткое желание послать нахуй отца, типа алло чел) кто ты такой, чтобы спустя девять лет имея ребенка чето у кого-то просить, откровенно, ты даже диалога не заслуживаешь с Аои:)

Мне было невыносимо жаль Аои-сан.

Разумеется, я не знал всех обстоятельств их семьи. Были, наверное, какие-то причины для развода.

Но даже если так… даже если у него были свои обстоятельства…

Я не мог это принять.

— Спасибо, я закончила.

Аои-сан вернулась в гостиную после ванны.

— Я доделаю остальное. Иди принимай душ, Акира-кун.

— Всё уже помыл. Осталось только вытереть и убрать на полки.

— Хорошо.

Оставив остатки уборки на неё, я взял сменную одежду и направился в ванную.

Раздевшись, я включил воду, тщательно промыл волосы и тело, а затем погрузился в горячую ванну.

— …Чёрт.

Говорят, вода смывает не только грязь, но и лишние мысли.

Но в моей голове всё ещё роились вопросы.

Каким бы ни был её отец, в конце концов, решать ей.

Я — посторонний человек. У меня нет права диктовать, что ей делать.

Если жить с отцом действительно лучший вариант для неё, если она этого хочет — то мои личные чувства не имеют значения.

Главное, чтобы Аои-сан была счастлива.

Если так, то это странное беспокойство внутри меня не имеет смысла.

— …Но можно ли просто закрыть на это глаза, если мне что-то не нравится?

Эйдзи много раз учил меня, что недопонимания возникают, когда люди не говорят о своих чувствах.

Люди не умеют читать мысли. Если не говорить, тебя никто не поймёт.

А уж понять друг друга, если вы — не просто знакомые, а противоположного пола, и вовсе в разы сложнее.

Я чувствовал, что если промолчу сейчас, будет уже поздно.

— Ладно…

После того как я достаточно прогрелся, я взял полотенце и вышел из ванны.

🏠🏠🏠🏠

Когда я вернулся в гостиную, Аои-сан сидела на диване.

Телевизор был включён, но она явно не смотрела его. Её взгляд был рассеянным, словно она пыталась убежать от реальности.

— Спасибо, что помыла посуду.

— А? Да…

Она заметила меня только после того, как я обратился к ней, и неловко улыбнулась.

Но по её реакции было ясно, что у неё на душе.

— Налью себе ячменного чая. Тебе тоже принести?

— Да, спасибо.

Я наполнил два стакана и сел рядом, протянув ей один.

— ………..

Неприятное молчание заполнило комнату.

— Спасибо, что пошёл со мной, — первой заговорила Аои-сан.

— Я совсем не против. Думаю, хорошо, что я был там и мог объяснить ситуацию.

— Да… Если бы я была одна, я бы просто не знала, что сказать.

— Это неудивительно. Вы не виделись девять лет.

— …Да.

Она опустила голову, длинные волосы мягко упали на её плечи.

— Мои родители развелись, когда я училась в первом классе.

И Аои-сан начала рассказывать свою историю.

— Когда я была маленькой, они ладили, но ближе к детскому саду их отношения стали портиться. Вдруг в доме появились ссоры… всё чаще и чаще. Я тогда была ребёнком и не понимала, как мне поступить. Я просто хотела, чтобы мама с папой помирились…

Я вспомнил, какой она была в детстве.

Наверное, именно из-за этого тогда она выглядела такой одинокой.

— Я думала, что если буду хорошей девочкой, то смогу как-то помочь. Поэтому я никогда не капризничала, всегда улыбалась, слушалась их… Но это не помогло.

Внезапно всё встало на свои места.

Её привычка скрывать свои чувства. Нежелание полагаться на других. Постоянные попытки не доставлять неудобств окружающим.

Всё это — следствие её детства.

— Потом, однажды, папа просто… перестал приходить домой.

Она горько усмехнулась.

— Вот почему я была скорее ошарашена, чем обрадована, увидев его сегодня.

И я понял, что этот разговор с отцом для неё был не встречей, а возвращением к кошмару, который она давно похоронила.*

*П/п: батя просто сбежал) опять же, я понимаю, что у каждой семьи свои проблемы, но раз у тебя есть ребенок то будь добр, неси ответственность. И тут он появляется спустя девять лет, когда девочка взрослая и с ней меньше всего мороки, удобненько)

— Что мне теперь делать, Акира-кун?

Я посмотрел на неё.

— Я уважаю любой твой выбор, Аои-сан.

Но позже я пойму…

Это был ошибочный ответ.

— Думаю, тут есть над чем поразмышлять. Но главное — чего хочешь именно ты. Вряд ли ты сможешь сразу дать ответ, но не торопись и спокойно всё обдумай. Если понадобится совет, я всегда рядом.

Сказав это, я почувствовал, как внутри нарастает беспокойство.

А если бы я был честнее с собой?

Я бы сказал что-то другое?

Но даже сейчас я не до конца понимаю, что чувствую.

— Ты прав… Я подумаю.

— Хорошо. Если что-то решишь, скажи мне.

— Да. Спасибо.

Я ненавижу это чувство. Ощущение, что в первую очередь приходит не уверенность, а сожаление.

С той ночи Аои-сан больше не говорила о своём отце.

🏠🏠🏠🏠

Вечером последнего дня июля, накануне нашей поездки на дачу семьи Эйдзи…

Я убирался на втором этаже, когда вдруг услышал, как кто-то нажал на звонок.

— Мм? Мне показалось?

Я выключил пылесос и прислушался.

Звонок снова зазвенел, настойчиво требуя, чтобы я открыл дверь. А затем ещё раз, и ещё, раздаваясь чуть ли не непрерывным потоком «дин-дон».

— Ладно, ладно, иду, не нажимай так.

Я быстро спустился вниз и открыл дверь.

Передо мной стояла моя младшая сестра — Хиёри. Как всегда, без единой эмоции на лице.

— Долго.

Я слегка улыбнулся. Хиёри редко выражала эмоции, и со стороны она казалась холодной, даже отстранённой.

Но на самом деле она была очень добрым человеком. Настолько, что даже пожертвовала своими летними каникулами ради Аои-сан.

Из-за её характера друзей у неё было немного, но те, кто её понимали, держались за неё крепко. Она была тем человеком, с кем завязываются редкие, но глубокие отношения.

Мы были погодками, а потому и чувствовали себя скорее не как старший и младший брат с сестрой, а как близнецы.

— Прости, я убирался в комнате, в которой ты будешь жить.

Дежавю.

Я уже слышал этот разговор раньше.

Точно. В тот день, когда Хиёри впервые узнала, что я живу с Аои-сан, всё было так же.

Она неожиданно вернулась домой, я пытался спрятать Аои-сан в шкафу, и, когда наконец открыл дверь, первое, что она сказала, было…

— Долго.

Вспоминая это, я невольно улыбнулся.

— Чего ты лыбишься?

— Нет, просто так.

— Ну ладно. Я дома.

— Да, добро пожаловать.

Лицо у неё было как обычно, но лоб покрылся каплями пота — должно быть, жара на улице нещадная.

Мы не виделись месяц, но мне стало удивительно спокойно от того, что она совсем не изменилась.

Пожалуй, это потому, что я сам в последнее время был слишком напряжён.

— Заходи.

Я взял у неё небольшой чемодан и направился в гостиную.

— Жара невыносимая. Выпьешь чего-нибудь холодного?

— Да, спасибо.

Хиёри, вздохнув, потянула воротник, впуская внутрь прохладный воздух из кондиционера.

Я налил ей холодного ячменного чая. Она одним махом осушила стакан, молча протянула его мне и посмотрела так, будто требовала добавки.

Я взял стакан и налил ещё.

— Я думал, ты приедешь раньше.

— Собиралась, но хотела сначала кое-что закончить.

— И что же?

— Летние задания. Раз уж большую часть каникул мы будем искать бабушку Аои-сан, я решила сделать их заранее.

— …Ты уже всё закончила?

— Да.

…Чёрт.

Я даже не думал о домашних заданиях.

Точнее, напрочь о них забыл.

Впрочем, это же Хиёри. Она всегда всё делала чётко и безупречно.

В отличие от меня.

Я человек, который живёт спонтанно и не строит чётких планов. Мы с ней полные противоположности, но, думаю, это делает нас настоящими братом и сестрой.

Лучше пока не думать о заданиях.

— А где Аои-сан?

— Ушла на подработку ещё утром. Она собирается взять отпуск, чтобы искать бабушку, так что хочет заработать как можно больше заранее. Думаю, скоро вернётся.

— Понятно… Она всё так же переживает.

— Думаю, она просто хочет накопить денег на будущее.

Хиёри тяжело вздохнула.

— Что-то не так?

— Когда я сказала, что она волнуется, я имела в виду тебя, Акира.

— Меня?

— Я поняла это сразу, как только увидела твоё лицо. Ты до сих пор обо всём переживаешь, верно?

— …

Прямолинейность Хиёри не оставила мне шанса на оправдания.

— Ты всё такая же проницательная.

— Ну так сколько лет я являюсь твоей сестрой, Акира?

Её лицо оставалось бесстрастным, но уголки губ чуть заметно приподнялись — будто она смаковала свою победу.

С такой сестрой ничего не скроешь.

— Ну, рассказывай. В конце концов, это же то, что ты не можешь сказать при Аои-сан, верно?

— Да…

Я сел на диван, и мы начали разговор.

Я рассказал о том, как встретил отца Аои-сан по дороге домой после бассейна.

О том, что он искал её по просьбе её матери и предложил переехать к нему. О том, что он женился, у него есть новый ребёнок, и теперь он живёт с новой семьёй.

Что он ждёт ответа от Аои-сан до конца лета, потому что, если она согласится, ей придётся переезжать и переводиться в другую школу.

Что с тех пор она ни разу не заговорила об этом.

— Я понимаю, что это не совсем плохая новость. У неё появился ещё один вариант, кроме как искать бабушку. Если с поисками не выйдет, у неё хотя бы будет, куда пойти. Но…

— Но ты всё равно не можешь это принять.

Хиёри сразу прочла мои чувства.

— Да… что-то внутри меня противится этому.

— Почему?

— Честно? Я не доверяю человеку, который бросил дочь на девять лет.

— …Понимаю.

Хиёри сделала небольшой глоток чая.

— Это нормально.

— …Что?

Я удивлённо посмотрел на неё.

— Пока мы не знаем, что он за человек, вполне естественно его опасаться. Он может оказаться хорошим, но и плохим тоже. Ты ведь не знаешь, что думает Аои-сан, верно? Но это не делает твои подозрения неправильными.

— Так вот как…

— Даже если он её биологический отец, они не виделись девять лет. Может, даже она его не знает по-настоящему. Решать ей, но твоя задача — наблюдать и быть рядом.

Эти слова заставили меня почувствовать себя немного легче.

Раньше я думал, что плохо относиться к её отцу — значит, быть несправедливым.

Но теперь понял: пока я его не знаю, сомневаться в нём — нормально.

— Главное — не отвергать его слепо. Может, он действительно хороший человек.

— Да… Спасибо, Хиёри.

Я почувствовал, что на душе стало немного легче.

Но затем она сказала:

— А ещё…

— Что ещё?

— Есть ещё одна причина, почему ты не можешь это принять, верно?

— …Нет.

— Акира.

Она устало вздохнула.

— Ты всегда ставишь Аои-сан на первое место. Это похвально, но… Может, пора задуматься и о своих чувствах?

— О своих чувствах…?

Есть ли во мне что-то ещё, что я не могу принять?

Я не знаю. Но если есть что-то, что я понимаю хуже всего…

…То это самого себя.

— Эй, Изуми и Эйдзи знают об этом?

— Нет, я не рассказывал им, и, думаю, Аои-сан тоже.

— Тогда, наверное, лучше подождать и обсудить это с ними позже. Мне кажется, Аои-сан что-то обдумывает, но пока молчит, так что не стоит её торопить.

— Ты права.

Разговор плавно подошёл к концу…

— Я дома.

Вдруг от входа донёсся голос Аои-сан.

Как только она вошла в гостиную, её шаги стали чуть быстрее.

— Хиёри-чан, с возвращением.

Очевидно, она заметила обувь Хиёри в прихожей и сразу догадалась, что та вернулась.

Увидев её снова после долгой разлуки, Аои-сан улыбнулась.

— Я дома. Добро пожаловать и тебе, Аои-сан.

— Да, я вернулась.

Если подумать, их первая встреча была совсем не такой дружелюбной.

Хиёри тогда обнаружила, что я живу с Аои-сан, и начала засыпать её вопросами, словно допрашивая, не давая ни передышки, ни возможности избежать темы. Для скромной и застенчивой Аои-сан это было настоящей пыткой.

Но теперь они обменялись контактами и, похоже, часто переписывались. Совсем недавно Аои-сан даже сказала мне, что они с Хиёри и Изуми создали общий чат и стали хорошими подругами.

Что бы они там ни обсуждали, я был рад, что они ладят.

Так я думал, пока…

— Кстати, а как у вас с этим дела?

— …А?

Неожиданный вопрос Хиёри заставил нас с Аои-сан замереть.

Я даже не успел подготовиться к такому повороту.

— Что ты имеешь в виду?

Хотя я прекрасно понял смысл вопроса, всё же решил притвориться непонимающим, надеясь сменить тему.

Но на Хиёри это не подействовало.

— Прошёл уже месяц, и ты не скажешь мне, что между вами ничего не изменилось, хотя вы живёте под одной крышей, верно?

…Ну да, логично.

Ощущение, будто меня заставляют продолжить разговор, который я когда-то намеренно оставил без ответа.

— Я уже говорил, между мной и Аои-сан нет таких отношений…

Но Хиёри проигнорировала мои слова и повернулась к Аои-сан.

— Можно тебя на минутку, Аои-сан?

— Э-это…

Аои-сан немного отпрянула под напором Хиёри.

Но та шагнула ближе, не давая ей отступить. В мгновение ока она прижала Аои-сан к стене, упёрлась ладонями по бокам её плеч, блокируя путь к отступлению, и прищурилась.

— Мы же помогали тебе… И после всего этого ничего не произошло? Что это значит?

— Уу… П-простите…

Постойте-ка…

Эта фраза меня сильно зацепила.

— Что значит «мы помогали тебе»? Аои-сан, ты извиняешься, но за что? О чём вообще речь?

Как только я спросил об этом, лицо Аои-сан приняло странное выражение, и она неловко отвела взгляд.

А Хиёри перевела свой прищур на меня.

— Ты тоже хорош, Акира. Живёшь с такой красивой девушкой и даже пальцем её не тронул. Не думаешь, что это грубо? Поэтому ты до сих пор девственник. Если так и дальше пойдёт, ты останешься девственником до конца жизни. Тебя это устраивает?

— ЭТО НЕ ТВОЁ ДЕЛО!

Я не хочу, чтобы моя младшая сестра всерьёз переживала за то, что её старший брат всё ещё девственник!

И вообще, то, что она так спокойно говорит об этом, меня сильно напрягает.

— Ладно, нам нужно обсудить это с Изуми.

— …Да.

Аои-сан обречённо вздохнула.

В итоге мне так и не объяснили, в чём я «помогал» или что именно они собираются обсуждать с Изуми.

Скорее всего, Хиёри и Изуми специально создавали для нас с Аои-сан ситуации, в которых мы оставались наедине, а она просто не могла отказать.

Я надеялся, что они оставят её в покое.

Но мои надежды оказались напрасными — Хиёри не отпускала эту тему даже за ужином.

Тем вечером мы с Аои-сан, при поддержке Хиёри, начали собираться в дорогу.

Мы собирались провести на даче семьи Эйдзи две недели — до самого конца фестиваля Обон.

На самом деле я хотел остаться там, пока не найду дом её бабушки, но в конце августа нас ждали школьные волонтёрские мероприятия, так что пришлось смириться с этим сроком.

Смотря, как они болтают, весело укладывая вещи в чемоданы и проверяя, всё ли готово, я думал лишь об одном…

Чем закончится это лето, и как оно повлияет на будущее Аои-сан?

Её отец вызывал у меня тревогу, но если мы найдём её бабушку, то всё решится само собой.

Я чувствовал, что не только страхи и тревоги Аои-сан, но и неясные чувства, что бурлили во мне самом, исчезнут, если мы добьёмся успеха.

Поэтому я сделаю всё, что в моих силах.

С этой решимостью я продолжил сборы, а ночь медленно двигалась вперёд.

----------

Лето создано для поездок на курорт

Первого августа с самого утра мы отправились в деревню.

Договорились встретиться у касс вокзала в десять. Оттуда — час на электричке до ближайшей станции, а потом ещё полчаса на автобусе в горы, где и располагалась деревня. Если всё пойдёт по плану, даже с одной остановкой, к полудню будем на месте.

Билеты у нас уже были на руках, оставалось дождаться Эйдзи и Идзуми…

Я мельком взглянул на смартфон — ровно десять.

— Идзуми-сан и Эйдзи-кун ещё не пришли.

— Ага… Впрочем, я примерно догадываюсь, в чём дело.

— Идзуми, как обычно, предсказуема. Уже даже не нервничаю из-за этого.

Мы с Аой-сан и Хиёри переглянулись и слегка усмехнулись. Похоже, Идзуми снова проспала.

Она с трудом встаёт по утрам, и если бы не Эйдзи, опаздывала бы в школу каждый день. По его словам, в выходные она спит до полудня, так что на свидания стабильно приходит с опозданием в час. В итоге они перестали назначать конкретное время — Эйдзи просто забирает её, когда она проснётся.

Не слышал ни об одной паре, где всё так устроено, но… если им нормально, то почему нет? Только вот сегодня это уже не просто их свидание, так что, скорее всего, Эйдзи сейчас в панике тормошит её.

Как раз в этот момент пришло сообщение. Я открыл его — всё подтвердилось:

«Прости... Она вчера так перенервничала, что долго не могла уснуть. Только что проснулась.»

Хоть и хотелось написать: «Она что, первоклашка перед экскурсией?», я сдержался и ответил:

«Не спешите. Главное — приезжайте аккуратно.»

Затем убрал телефон.

— Идзуми проспала. Они опоздают на час.

Аой-сан слабо улыбнулась, а Хиёри даже не изменилась в лице — явно привыкла к такому.

— Может, пойдём в кафе скоротать время?

— Давай, — кивнула Аой-сан.

Мы потащили чемоданы в ближайшее кафе у вокзала.

Заказали любимые напитки, сели у окна и стали ждать, утоляя жажду.

— Знаешь, может, стоило заранее назначить встречу пораньше. Тогда, даже если бы она опоздала, мы бы уже уехали, — произнесла Аой-сан с лёгким сожалением.

Она явно переживала за Идзуми по-своему. И впрямь, если бы знали заранее — лучше бы собрались раньше.

— Но всё не так просто…

— Почему?

Аой-сан, как обычно, слегка склонила голову вбок. Это её жест я особенно люблю — очень мило.

— Думаю, ты не в курсе, но раньше мы специально говорили Идзуми время встречи на час раньше. Если собирались в десять, ей говорили — в девять. Надеялись, что тогда она хотя бы к десяти придёт.

— А-а, понятно.

— Но всё равно не получалось. Даже сегодня Эйдзи сказал ей — в девять. Как видишь, результат тот же…

— Вот как…

— В школе был случай похуже. На экскурсию она проспала, и ей пришлось ехать с классным руководителем позже. На второй и третий день — снова опоздала, из-за неё задержали всех. А в последний день снова не проснулась и возвращалась домой одна — опять с учителем. А одноклассники, между прочим, начали воспринимать это как шутку. Даже ставки делали на конфеты — проспит или нет.

Я тогда поставил, что она вообще не появится — и выиграл.

— Ничего себе… — выдохнула Аой-сан. Похоже, масштаб проблемы её потряс. Она будто даже опустошилась.

А ещё был случай с бассейном — Эйдзи забирал её за два часа до встречи, потому что автобусы ходят редко. Промах — и ждать следующий целый час. Вот уж кому надо памятник ставить.

К слову, Аой-сан тоже не самая бодрая по утрам. Но, в сравнении с Идзуми, это даже мило.

— Главное в планировании встреч с Идзуми — не называть время, — вставила Хиёри, потягивая маття-латте.

Похоже, она придерживается той же тактики, что и Эйдзи: ждёт, пока Идзуми проснётся, и уже потом решает, когда и где встретиться.

Каждый раз, когда они куда-то собираются, Идзуми звонит: «Я только проснулась!», и Хиёри едет за ней домой. Не иначе как договор у них такой.

Кстати, Хиёри недавно начала называть Идзуми просто по имени. Теперь это звучит вполне привычно.

— Ну, давайте уж простим ей эту дремоту. Всё-таки Идзуми для нас многое делает, — сказала Хиёри.

— Да. Конечно, — кивнула Аой-сан.

Мы продолжили ждать.

Через какое-то время в окно показалась Идзуми.

За ней, уставший до предела Эйдзи тащил два чемодана. Бедняга…

Как только Идзуми вошла в кафе, она тут же подбежала и обняла Хиёри.

[[image:/storage/reader-images/fce356c04360a966696695105a1fa47e10b96fc6.png]]
— Хиёри-чааан, сколько лет, сколько зим! Как ты там вообще? —

Идзуми кинулась к Хиёри и обняла её с такой нежностью, словно прижала к себе котёнка.

Хиёри слегка напряглась — подобная близость ей всё-таки казалась немного… чрезмерной.

— Давно не виделись. У меня всё нормально. А у тебя как, Идзуми?

— У меня тоже всё хорошо… вот только по тебе я уже успела соскучиться! У меня нехватка энергии Хиёри-чана! Можно я подзаряжусь?

Не дождавшись ответа, Идзуми уткнулась лицом в гладкие волосы Хиёри и глубоко вдохнула.

— Хаааааа…

Когда-то я видел подобное на видео — кошатники зарываются лицом в шёрстку любимцев, вдохновенно втягивают запах и даже делают вид, будто собираются съесть кошку. Похоже, у Идзуми тот же тип привязанности — только к Хиёри.

Она вела себя так каждый раз, когда они встречались. Видимо, это и есть её способ любить «свою кошку».

— Ааах~ Заряд приняла...

Идзуми наконец отстранилась и блаженно заулыбалась, словно полностью восстановилась.

Хиёри, похоже, давно привыкла к таким выходкам, не сопротивлялась и просто погладила её по голове.

На мгновение мне показалось, что Хиёри будто старше — несмотря на возраст. Но, глядя, как она зовёт Идзуми по имени и ласково гладит, я всё больше понимал: у них действительно особая связь.

Хотя... так ли это нормально?

— Кстати, Хиёри-чан, ты говорила, у тебя был какой-то план?

— Не переживай. Всё готово, потом расскажу.

— Как и ожидалось от Хиёри-чан! Надёжная, как всегда ♪

Они вроде как старались говорить тихо, но я всё прекрасно слышал.

Что за план у них там?

— Всё, я с Хиёри закончила. Теперь очередь Аой-сан!

— Я тоже? — удивлённо вскинулась Аой-сан.

— Конечно!

С этими словами Идзуми вцепилась в Аой-сан точно так же, как только что в Хиёри.

— … Чувствуется совсем не так, как с Хиёри-чан.

— Э-э… Идзуми-сан, не надо… Ммм!

Аой-сан извивалась, словно её щекотали, но Идзуми ничуть не смущалась и продолжала с энтузиазмом «вдыхать».

Честно говоря… На это даже смотреть как-то неловко. Смотря под каким углом — можно подумать, что сцену стоило бы заретушировать или поставить возрастной рейтинг. Точно не для детей.

Глядя на Аой-сан, краснеющую и вздрагивающую, как тогда у бассейна, я почувствовал какое-то странное внутреннее волнение.

— Это лето будет весёлым! Так что давайте сделаем всё как следует!

— Д-да… Я постараюсь, — слабо отозвалась Аой-сан.

— Всё будет супер! Хиёри-чан и я всё устроим, так что не парься!

Опять же… я всё слышу.

— Готово! Зарядка завершена! Простите, что заставила ждать! — бодро заявила Идзуми.

Похоже, она окончательно проснулась и взбодрилась.

Я понятия не имел, что они втроём там замышляют, но обычно, если Идзуми начинала вести себя странно — это значило, что нас ждут… приключения.

С лёгким чувством тревоги мы наконец двинулись в путь — с часовым опозданием.

🏠🏠🏠🏠

— МЫ ПРИ-Е-ХА-ЛИ~!

На час позже плана, вымотанные поездкой, мы, наконец, добрались до ближайшей станции.

Идзуми скинула руки в стороны и радостно закричала, проходя через турникет.

— Мы только до станции доехали. До деревни ещё полчаса на автобусе. Радоваться пока рановато, — заметил я.

— Ну а что, Хиёри-чан, разве не хочется что-нибудь такое воскликнуть, когда попадаешь в новое место?

Она приобняла Хиёри за плечи и посмотрела на неё с надеждой.

— Конечно. Не слушай этого зануду Акиру, — спокойно сказала Хиёри.

Эй, Хиёри, это сейчас ты про родного брата так?

— Точно-точно! Аой-сан, ты ведь тоже согласна?

Теперь Идзуми приобняла за плечо Аой-сан с другой стороны.

— Д-да… ты права, — нерешительно согласилась та.

В окружении двух красавиц Идзуми засияла, полностью довольная собой.

Аой-сан при этом бросила на меня виноватый взгляд — мол, прости, не смогла отбиться.

Не переживай, Аой-сан. Главное — не давай ей перегреть атмосферу.

— И всё же, тут действительно глушь… — пробормотал я.

Перед нами открывалась классическая картина глубинки.

Станция — полуразрушенное здание, без персонала и автоматических турникетов, похоже, собранное из старых панелей. Перроны и лестницы — все с трещинами и изношенными ступенями.

А за станцией начинался лес, или, может, даже холм. Несколько домиков — и больше ничего.

Да уж. Мы явно приехали туда, куда надо.

— Эй, Эйдзи, где автобусная остановка?

— Нужно пройти минут пятнадцать до шоссе. Там рядом супермаркет и остановка. Пока ждём автобус, можно что-то прикупить.

Такие неудобства — обычное дело в провинции. Жаловаться бессмысленно.

Мы пошли вслед за Эйдзи, таща за собой багаж.

— Жарко ужасно…

Солнце припекало даже утром, и жара давила всё сильнее.

Идзуми бодро шла впереди, а вот Аой-сан выглядела измотанной.

— Ты в порядке, Аой-сан?

— Думаю, да…

Я достал бутылку воды, купленную на станции.

— Вот, попей.

— Ты уверен? Спасибо…

Я открыл бутылку и передал ей. Она остановилась, сделала пару глотков — и заметно освежилась.

— Спасибо. А ты сам попей, Акира-кун.

— Да, ты права.

Я взял бутылку обратно… но вдруг замер.

— Что случилось, Акира-кун?

— А? Н-ничего…

Постой… Это ведь почти как поцелуй, хоть и через бутылку.

Аой-сан вела себя как ни в чём не бывало, но… так можно? Это точно не странно?

Да, звучит глупо, особенно в старшей школе. Но, чёрт возьми, для такого парня, как я, это повод для учащённого сердцебиения.

Подобные вещи обычно смущают до красноты, но жара сегодня такая, что обезвоживание — реальная угроза.

Да и вообще… Назовём это «неизбежной силой лета». Да здравствует лето!

Лето — это же сезон косвенных поцелуев, разве нет?

— Г-гидратация* — это важно~, — пробормотал я, делая вид, что мне всё равно, и отпил немного.*Гидратация — это процесс, обеспечивающий организм достаточным количеством воды для поддержания нормального функционирования. Гидратация важна для здоровья, так как она помогает поддерживать баланс жидкости, регулирует температуру тела и способствует правильной работе органов.

— Я тоже хочу, — вдруг вмешалась Хиёри и взяла у меня бутылку.

— ААААААААА!

Крик вырвался сам собой и эхом разнёсся по пустынной дороге.

Хиёри спокойно выпила всё оставшееся — ни капли не пожалев.

— Что с тобой, Акира?

Эйдзи обернулся, услышав мой вопль. Разобравшись в ситуации, он молча кинул мне свою бутылку.

— Я уже отпил половину. Если не брезгуешь — держи.

— …Спасибо.

Но… это не та вода, которой я хотел поделиться.

Не мог же я это вслух сказать?

Я ценю заботу Эйдзи, но мысль о том, что мой первый «косвенный поцелуй» летом — с парнем…

Почему-то вода показалась немного солоноватой. Плакать хочется.

Слегка разбитые, мы всё же дошли до супермаркета.

Холодный воздух внутри мгновенно освежил нас после уличной жары.

— Нам нужны только продукты и базовые вещи?

— Ага. Бытовая техника вся есть. Остались продукты, всякая мелочь, уголь, гриль и средство от комаров.

— БАРБЕКЮ!? — выкрикнула Идзуми, резко обернувшись.

— Да. У меня во дворе есть гриль, места хватает.

— Отлично! Сегодня вечером — барбекю!

Решение было принято единолично. Но никто и не спорил.

— Аой-сан, ты тоже рада, да? ♪

— Очень. Я, кстати, никогда барбекю не устраивала.

— Правда?

— Да. Просто не доводилось…

Идзуми на мгновение задумалась, потом, видимо, вспомнила что-то о семье Аой-сан.

— Всё! Я устрою тебе лучшее барбекю в жизни!

Сказано было с каким-то особым энтузиазмом. У неё правда бывают очень сильные перепады настроения.

— Итак! Аой-сан, Хиёри-чан и я — берёмся за продукты! Акира-кун, Эйдзи-кун — за всё остальное! Встретимся у касс! Вперёд!

Идзуми уже укатила тележку в продуктовый отдел, а Аой-сан и Хиёри поспешили за ней.

Мы с Эйдзи отправились в другую сторону — за остальными покупками.

Через полчаса — мы уже были в автобусе, направляющемся в деревню.

Покупки, чемоданы — на всех хватало.

Проехав полчаса по извилистым горным дорогам ────

Мы добрались до ближайшей остановки возле деревни.

— Вот это да… прямо в самом сердце природы…

Лес, зелень, щебет птиц — пейзаж был потрясающий.

Здесь, под тенью деревьев и на высоте, температура оказалась почти на десять градусов ниже. Прямо спасение.

Сквозь листву солнечные лучи красиво освещали дорогу.

— Пошли, — сказал Эйдзи и повёл нас от остановки.

Неподалёку от дороги стояло здание — похоже на офис.

— Это управление виллами, — объяснил он.

— Управление?

— Да, компания обслуживает такие виллы. Если платить им, они присматривают за домом в отсутствие хозяев: получают посылки, выносят мусор и так далее. Владелец платит — они всё делают.

— Понятно…

В таких местах, похоже, свои порядки.

— А далеко ли отсюда до вашей виллы, Эйдзи?

— Минут десять пешком. Но там в гору — будет тяжеловато.

— Ясно. Ну что ж, пошли.

Пятеро нас начали подниматься в гору, почти у самого финиша.

Но, как и предупреждал Эйдзи, быстро стало тяжело дышать.

Склон был не слишком крутой, но руки у всех были заняты чемоданами и пакетами.

Для таких, как мы — «клуба по возвращению домой», не особо занимающихся спортом, это было непростым испытанием. Аой-сан и Хиёри выглядели уставшими, даже неугомонная Идзуми начала сдавать.

— Аой-сан, давай я понесу твой багаж.

— Правда? Спасибо.

— Хиёри, я возьму пакеты, а ты подержи сумку, хорошо?

— Хорошо.

Я передал ей сумку и собрал все три пакета в руки.

— Угх…!

Из меня вырвался непроизвольный стон. Я недооценил вес — внутри оказались несколько больших бутылок воды. Видимо, чтобы ни один пакет не получился слишком тяжёлым, их раскидали равномерно. Но теперь все три были у меня.

Ручки больно впивались в пальцы. Плохая идея.

— Ты в порядке, Акира-кун? Давай я помогу, — Аой-сан обеспокоенно посмотрела на меня.

Честно говоря, тяжело. Но нельзя же сейчас выглядеть слабаком.

— Всё нормально. Не переживай, — натянул я фальшивую улыбку.

— Аой-сан, не мешай. Акира-кун сейчас изо всех сил пытается казаться крутым, — хмыкнула Идзуми, уставшая, но ехидная.

— Да отстань ты уже! — буркнул я, покраснев. Поймали с поличным — стыдно до ужаса.

— П-прости… Я зря это сказала…

— Не, всё в порядке, Аой-сан…

Вот только как теперь вернуть нормальную атмосферу?..

— Мы на месте, — сообщил Эйдзи.

Перед нами — двухэтажный деревянный дом среди деревьев. Широкая терраса, просторный двор. Трава по пояс — видно, что давно не ухаживали. Дом сам по себе староват, но…

— Это место… Прямо как из фильма про Тоторо*, — пробормотал я.

[[image:/storage/reader-images/b72f918b9459eab1fa985a1f7331efdaba7be6ef.jpg]]
— Какая красота… — восхищённо выдохнула Аой-сан.

— Да, но работы тут, похоже, не меньше, чем красоты, — заметила Хиёри.

— Ну ничего. Ради того, чтобы пожить здесь, можно и поработать, — глаза Аой-сан сверкнули.

— Сейчас, — Эйдзи достал ключ, открыл калитку и повёл нас на участок.

Он отпер входную дверь, и первым внутрь, конечно, вбежала Идзуми.

В нос ударил смешанный запах дерева и пыли — дом явно долго стоял закрытым. Придётся основательно прибраться…

— Ооо! Вот это да! — донёсся крик изнутри.

— Все сюда, быстро!

Мы пошли на голос — и сразу поняли, что её так впечатлило.

Гостиная, выложенная светлым деревом, выглядела как с обложки журнала. Пол, стены, мебель — всё тёплое, уютное, под старину. В углу — дровяная печка. Летом неактуально, но она задаёт настроение.

Место — словно сказка.

— Не ожидала… Здесь даже лучше, чем я думала, — даже у спокойной Аой-сан засияли глаза.

Да уж. Невольно ощущение, что мы правда в отпуске.

— Эй! Сюда тоже загляните!

Идзуми уже куда-то убежала.

Мы пошли за ней — она махала из коридора.

— Быстрее-быстрее!

— Что теперь?

Когда я подошёл — потерял дар речи.

Перед нами открылся… спа.

Ванная как из рёкана: каменная ванна размером с мини-бассейн, окно в сад, из которого можно сделать полуоткрытую купальню. Ночью, наверное, звёзды видно…

— Кстати, тут настоящий источник.

— ЧТО?

— Ого!

— Да, рядом горячий источник, он подаётся в виллы, если есть договор. Я у родителей спросил — договор ещё действует.

— Урааа♪ — Идзуми начала кружиться от счастья, схватив за руки Аой-сан и Хиёри.

Я её понимал. С тех пор как мы втроём (без Хиёри) ходили в частную онсэн после экзаменов, мне не давала покоя мысль вернуться туда снова.

— Вот это уровень…

— Я бы с радостью прямо сейчас в ванну, но… сначала надо прибраться, — напомнила Хиёри.

— Верно. С виду чисто, но если присмотреться — пыль, грязь. Сначала уборка, потом уже вода, — подтвердил Эйдзи.

И правда, сперва — чистка.

Я решил сначала распахнуть окна, выветрить спертый воздух.

— Тут комнат много, всё сразу не осилим. Но и не обязательно. Будем убираться постепенно.

— Согласна. Давайте разложим вещи. Спальни наверху?

— Да, две.

— Тогда делим по полу, мальчики — в одну, девочки — в другую… — начал я.

Но тут:

— Постойте! — вмешалась Идзуми.

— А?

— Ну… у нас же особенная поездка… Я хочу быть с Эйдзи-куном~♪

Может, мне показалось, но голос был уж очень притворно-милым.

Если они будут вдвоём, получается, я, Аой-сан и Хиёри — в одной комнате? Хм. Было бы интересно… если бы не присутствие сестры.

— Если Аой-сан и Хиёри не против… — начал я, но…

— Стоп! — перебила Идзуми.

Что она задумала?

— Я ведь тоже соскучилась по Хиёри-чан. Хочу с ней спать!

— Ни за что.

Ответ вырвался сам собой. Идзуми явно что-то затевала.

Наверняка хотела оставить меня с Аой-сан. И Хиёри вечно ноет про «сохранение невинности»… Видимо, Идзуми тоже заодно.

— Делим строго: мальчики с мальчиками, девочки с девочками. Всё, обсуждению не подлежит.

Я был категоричен. Пятнадцать ночей с Аой-сан в одной комнате? Я бы ни минуты не спал.

И проигнорировал недовольство Идзуми:

— Ладно, распределим, кто что убирает.

— На камень-ножницы-бумага, — предложил Эйдзи. Победитель выбирает первый.

Участки: гостиная, спальни, кухня и ванна, разбор багажа с проветриванием футонов… и самый страшный — прополка сада под солнцем.

Никто его, понятно, не хотел.

— Начали! Камень, ножницы, бумага~!

Первой победила Хиёри — забрала уборку на втором этаже.

Второй — Идзуми, пошла в ванную.

Третьим — Эйдзи, взялся за багаж и футоны.

…И остались мы с Аой-сан.

Выбор — гостиная или сад.

Финальный раунд — победа за мной.

— Беру сад.

— Э?..

Аой-сан удивилась, остальные — тоже.

— Эйдзи, инвентарь где?

— В сарае — серп и ручная газонокосилка. Сорняки срезай серпом, а большую площадь — машинкой.

— Понял. Оставь мои вещи в спальне, — сказал я Аой-сан и пошёл в сад.

Не могу же я позволить Аой-сан страдать на жаре.

Хотя…

— Это серьёзно?..

Я стоял в оцепенении, уставившись на джунгли, держа в руках газонокосилку.

Сначала казалось — милый запущенный сад. А на деле — испытание.

Просто наказание. Я ненавидел себя минуту назад.

— Ладно… поехали.

Нечего ныть.

Натянул соломенную шляпу, которую дал Эйдзи, и начал с одного угла.

На высоте, конечно, прохладнее, но солнце всё равно пекло.

Пот лился ручьём. Трава душила запахом. Через час и пару перерывов на воду я осилил половину участка.

Понял — остальное на вечер. Или на завтра.

Собрал срезанную траву в мешки.

— А?

Поднял голову — и увидел, как Аой-сан моет окно.

Когда наши взгляды пересеклись, она улыбнулась и помахала рукой. Будто подбодрить хотела.

Я тоже поднял руку…

— А-А?..

Вдруг меня накрыла резкая волна головокружения, и всё перед глазами поплыло.

Я попытался удержаться на ногах, но… сил больше не было.

Плохо дело…

— Акира-кун!?

Кажется, я услышал чей-то голос, но сознание угасло быстрее, чем я успел понять, что происходит.

— Ммм…

Открыв глаза, я увидел перед собой незнакомый деревянный потолок.

Похоже, я вырубился. Но что именно произошло — вспоминалось с трудом.

Голова словно налита свинцом. Я снова закрыл глаза, пытаясь восстановить цепочку событий.

Мы с друзьями приехали на виллу Эйдзи, добирались на поезде и автобусе… говорили, что первым делом надо убраться…

А потом… точно! Я должен был чистить сад от травы…!

— Я ещё не закончил─── Ай!

Стоило мне подняться, как головная тяжесть превратилась в пульсирующую боль.

Я медленно разлепил глаза, держась за голову.

— Ты в порядке?..

— Аой-сан?

Рядом — её лицо, полное тревоги.

— Я… вроде как траву косил…

— Акира-кун, ты потерял сознание, когда попытался встать. Похоже, у тебя лёгкий тепловой удар.

Ах… теперь всё складывается. Я косил траву, увидел Аой-сан, встал — и… всё.

Несмотря на воду, я часами трудился под палящим солнцем без остановки.

Неудивительно.

— Прости, что заставил тебя волноваться.

— Нет… я сама виновата.

— Аой-сан, не нужно…

— Ты ведь взялся за сад из-за меня, правда?

Она опустила взгляд.

— Ну, типа того…

Честно — не знал, что ответить. Отмахнуться легко, но чувств бы это не облегчило.

Так что я решил — скажу, как есть.

— Было жутко жарко. И я просто не хотел, чтобы ты страдала в такой зной. Думал, покажусь крутым… А в итоге сам свалился. Не очень-то геройски, да?

— Нет, неправда.

Аой-сан покачала головой.

— Спасибо тебе, Акира-кун.

— Эм… не за что, правда.

От её искреннего «спасибо» стало как-то неловко.

Раньше бы она только извинялась с виноватым лицом. А теперь — улыбается тепло, смотрит прямо. Честно, открыто.

Стало приятно. И неловко. И внутри будто защекотало. Словно стыд от слишком откровенной благодарности.

— Спасибо. Я уже в порядке.

Я попытался подняться — хоть как-то скрыть смущение.

Но Аой-сан аккуратно положила ладонь мне на грудь, не давая встать.

— Полежи ещё немного. Эйдзи-кун и Идзуми-сан закончат с садом, не переживай. Осталось недолго. Так что… пожалуйста.

— Ну… ладно. Раз ты так говоришь.

Я снова опустился на спинку дивана. Но тут заметил что-то странное — затылок упирался не в подушку и не в спинку.

Мягко. Тепло. Очень комфортно.

Я машинально дотронулся — и понял, что чувствую кожу.

— Ммм…

Аой-сан издала тихий звук, будто сдерживая дыхание.

Щёки у неё вспыхнули, тело напряглось — будто она что-то терпела.

— Аой-сан… всё в порядке?

— Эм… ну… это…

Она выглядела так, будто ей ужасно неловко. Смущение буквально витало в воздухе.

И от этого мне вдруг захотелось… увидеть больше таких её выражений. Как тогда, у бассейна.

Я огляделся. Осознал.

— Погоди… Я… лежу у тебя на коленях?

Точно. Я лежал на диване, положив голову… ей на колени.

Причём — на голые бедра.

Я резко убрал руку, осознав, что только что гладил её ногу.

Тепло её кожи всё ещё ощущалось на затылке. Я собирался встать — это же как-то слишком — но…

Аой-сан снова мягко, но уверенно прижала ладонь к моей груди.

— Всё хорошо… Полежи ещё немного.

Её голос дрожал от стеснения.

[[image:/storage/reader-images/0436e5468fc1b4010a67f99a7f706b59ac46df76.png]]
— Так что, скажи прямо: что больше подходит — положить голову на колени или дотрагиваться до голых бёдер?

Честно говоря, я бы выбрал второе. Или, в идеале, оба варианта сразу.

Но сейчас не время для таких глупых мыслей.

— Просто… лежать у тебя на коленях — это как-то…

— Идзуми-сан сказала, что ты быстрее поправишься, если я сделаю так.

Чёрт побери, Идзуми, опять внушаешь Аой-сан всякую ерунду…

Я всегда говорил: Аой-сан такая чистая и наивная, что верит в любое слово.

Хотя, если это приводит к такому результату… может, пусть продолжает учить её этой «ерунде».

Я уже больше часа пахал под палящим солнцем, выкашивая сад. Думаю, я заслужил такую награду, да?

— Ну… тогда я, пожалуй, ещё немного полежу.

— Хорошо. И… если будет щекотно, можешь немного… прикоснуться к моим бёдрам, ладно?

— Понял.

Серьёзно?

Так значит, прикасаться к её бёдрам — не запрещено?

— Первая миссия выполнена.

— УВА?! Х-Хиёри?!

Я подскочил от неожиданности — из-за спинки дивана выглянула Хиёри.

Она смотрела на нас с обычным своим невозмутимым лицом.

— Такого рода сценки оставьте на потом. Когда никого рядом не будет.

Проще говоря, она велела нам не флиртовать прилюдно.

Хотя мы не флиртуем, между прочим.

— Если не можете сдерживать возбуждение, продолжите на втором этаже. Я там постелила свежий футон. Только успейте до ужина.

— Да не будем мы ничего такого делать!!

Нет, она явно подталкивает нас к флирту.

Пожалуйста, сестричка, перестань уже так паниковать по поводу братской невинности…

Рядом Аой-сан прикрыла лицо руками, чтобы не было видно, как она вся пунцовая. А Хиёри, как ни в чём не бывало, прошептала:

— Переход ко второй миссии.

Что она имеет в виду под «миссией»?..

И всё же — глядя, как Аой-сан борется со смущением, я поймал себя на мысли: мне это нравится. Даже слишком. Чувство, будто приоткрыл дверь в запретную зону.

Это уже не просто недоразумение.

В тот день я понял — я шагнул в новый, неизвестный мне мир.

🏠🏠🏠🏠

Когда Эйдзи и Идзуми закончили с садом, солнце уже скрылось за горизонтом.

Я к тому моменту окончательно пришёл в себя — отдых, вода и невероятный комфорт Аой-сановских бёдер сотворили чудо.

С уборкой внутри виллы мы на сегодня закончили, но остались ещё внешние задачи: фасад, листья из водостоков, обрезка деревьев. Этим займёмся завтра.

А пока — подготовка к ужину. А именно: барбекю.

— Как разделим обязанности? — спросил я, наблюдая, как Идзуми достаёт продукты из холодильника.

— Лучше всего, если Эйдзи-кун займётся столами и стульями. Мы же не знаем, где они хранятся.

— Принято. Беру на себя всё снаружи, — кивнул Эйдзи и тут же вышел на террасу через окно в гостиной.

— Хиёри-чан будет со мной делать салат и соусы. Поскольку еда простая — мясо и овощи на гриле — я хочу сделать пару разных соусов, чтобы не было скучно.

— Хорошо. Я помогу, — Хиёри ответила своим обычным тоном, но сделала маленький кулачок у груди, слегка пританцовывая от азарта.

Настроение у неё чаще всего выражалось не лицом, а движениями — так было и сейчас.

— Идзуми, я бы хотела попробовать сделать японский соус, если можно.

— Отлично! Идея принята!

Это был чисто их выбор.

Идзуми и Хиёри обожали японскую кухню, чай и всё, что связано с японской эстетикой. Сладости предпочитали японские, а вместо платьев — кимоно.

По характерам — противоположности, но вкусы у них совпадали. Наверное, поэтому и подружились.

— Значит, мы с Аой-сан нарезаем продукты?

— Точно. На пятерых приготовить — не так уж просто. Так что, пожалуйста, постарайся вместе с Аой-сан ♪

— Мне подходит. Но… Аой-сан не очень-то умеет готовить…

Честно говоря, я иногда переживал, когда она бралась за нож.

И, судя по её немного обеспокоенному выражению, в этом плане ничего не изменилось.

— Вот именно.

— Что — именно?

Я удивлённо склонил голову.

— Аой-сан и Хиёри-чан не умеют готовить, значит, ты и я не можем работать вместе, верно, Акира-кун? Я обучу Хиёри, а ты — Аой-сан. Аккуратно, терпеливо. А если хочешь — можешь приобнять за плечи, талию… или даже за попку ♪

Плечи и бёдра — это уже граничит с харассментом*, а попка — это вообще уголовка!

*Харассмент (от английского harassment – причинение беспокойства, приставание, преследование, домогательство) – это общий термин, объединяющий различного рода действия и поступки, которые затрагивают личное пространство или нарушают неприкосновенность частной жизни, унижают человека, приводят к созданию неблагоприятной ситуации для него, вызывают чувство стыда или страха за свою жизнь.

Что за… Я чувствую, что она это всё специально.

Спальню хотела нам с Аой-сан выделить, потом подстроила «случайную» обморочную ситуацию, теперь снова сводит нас вдвоём.

…Слишком уж подозрительная схема.

— Аой-сан, если тебе неудобно, я попрошу Идзуми дать нам другое задание.

— Нет-нет. Я тоже хочу попробовать.

Она поначалу немного замялась, но в глазах появился огонёк решимости.

Мы заняли места у кухонного стола, приготовились.

Надели фартуки, вымыли руки, разложили доски, ножи, ингредиенты.

— Ну, просто нарезать — ничего сложного.

— Д-да.

Я начал с лука, протянул ей одну луковицу.

Аой-сан сосредоточилась и… взмахнула ножом.

— П-погоди!

— М? Что такое?

Что такое?! Это уже было!

На учебных сборах, когда она готовила с Идзуми, нож ей не давали — и, похоже, не зря. Она держала его боком и размахивала, словно собиралась кромсать лук с плеча.

Одно неловкое движение — и этот ужин станет фильмом ужасов.

В голове заиграла зловещая музыка…

— Рад, что ты стараешься, но ты чересчур напряжена. Плечи слишком зажаты.

— Да?.. Сейчас…

Она положила нож, покрутила плечами.

— Ну вот. Теперь легче.

— Отлично. На этот раз — не размахивай. Просто аккуратно держи нож ближе к луку…

Аой-сан глубоко вдохнула, сосредоточилась, положила лезвие на овощ.

— Вот. Отлично. Сильно давить не надо.

— Поняла. Что дальше?

— Теперь сложи левую руку в «кошачью лапку».

— Кошку?..

Она, как всегда, мило склонила голову. Вопросительный знак будто повис в воздухе.

А потом у неё в глазах вспыхнула идея. Она подняла руку к лицу, подогнула пальчики и… сделала «мяу» позу.

— Вот так?

— Ээээ─────!!?

Ты… правда решила, что я просил тебя изобразить кошку!?

Я же про технику безопасности с ножом, а не про ролевые игры!

Что мне делать… Это было слишком мило, чтобы даже подумать о том, чтобы её остановить.

А ещё фартук у неё — с кошачьим принтом. Судьба, блин.

— Ку-ку-ку…

Из гостиной донёсся сдерживаемый смешок Идзуми.

Я уже хотел вернуться к делу, но…

— Да-да! Идеально, Аой-сан! Если ещё скажешь «ня», то сможешь нарезать всё, что угодно!

Опять внушает ей всякую чушь, как и в прошлый раз.

— Ня─────?

[[image:/storage/reader-images/ce1bd938a3668150e53cbfab1ca845a5b9f6acf4.png]]
— Бу-хаха…!?

Я изо всех сил сдерживал смех, но первой не выдержала Идзуми — разразилась хохотом.

Я думал, Аой-сан не воспримет это всерьёз… но она и правда сказала это!

Ну… она же такая милая. Может, даже хорошо, что всё так вышло?

— Что…?

Увидев наши подозрительные реакции, Аой-сан, кажется, поняла, что её подставили.

Щёки её вспыхнули, как кипящий чайник, и она тут же присела на корточки, закрыв лицо ладонями. С тихим бормотанием сжалась в комочек.

— …

Идзуми, что теперь делать?.. — посмотрел я на неё взглядом, но даже на её лице появилась тень вины. Похоже, она не ожидала, что Аой-сан отреагирует так сильно.

Даже у такой мягкой и спокойной девушки, как она, испортилось настроение. Сидела в углу кухни, надув щёки — редкость для неё.

Это было не совсем злость… но впервые мы с Идзуми увидели её в плохом настроении.

Мы с трудом начали выправлять ситуацию — извинились, подбадривали… старались как могли.

Спустя немного времени, Аой-сан, наконец, пришла в себя и продолжила готовить, будто ничего не было.

На этот раз мы объяснили, что «кошачья лапка» — это техника, а не образ, и нарезка пошла гораздо увереннее.

Честно говоря, я чувствовал вину… но её реакция была настолько милой, что, возможно, оно того стоило.

Когда мы закончили с ингредиентами, я вышел на деревянную террасу.

Наша с Аой-сан часть работы прошла быстро, а вот Идзуми с Хиёри были до странного увлечены своими соусами. Я оставил Аой-сан с ними и пошёл проверить, как продвигается дело у Эйдзи.

— Как идёт, Эйдзи?

Он как раз расставлял столы и стулья.

На террасе висели фонарики, и их мягкий свет отбрасывал тени на деревянный настил. Где-то в саду стрекотали насекомые, наполняя воздух летним настроением. А запах репеллента на краю площадки — ну прям лето в деревне.

— Всё отлично.

— Нужно помочь?

— Гриль в сарае, где косилка. Принеси, пожалуйста. И если сможешь — захвати пару вязанок дров из дровника рядом.

— Сделаю.

В сарае я включил свет. Внутри, кроме косилки, стояли поливочные шланги, надувной бассейн, зонты от солнца… Видно, этим всем пользовались раньше.

Я быстро нашёл гриль и взял две вязанки дров.

— Держи.

— Спасибо.

Мы установили гриль рядом со столом.

Я разложил дрова, поджёг газету, которую дал Эйдзи. Когда огонь стабилизировался, добавил уголь и стал следить за жаром.

В тишине летнего вечера слышны были только треск дров и стрекотание цикад.

— Такая тишина… даже не верится. Это ведь настоящее счастье, да?

— Да. В городе такого не услышишь.

— Там бы на нас уже пожаловались за шашлыки во дворе.

Не то чтобы я против города. Там и транспорт удобный, и инфраструктура, и два торговых центра рядом. Очень комфортно. Но иногда — устаёшь. Всё время что-то происходит.

Если бы меня спросили, хотел бы я жить здесь постоянно… не знаю. Наверное, именно потому такие выезды кажутся настоящей роскошью.

— Спасибо, что пригласил нас сюда.

Я сказал это, переворачивая угли.

— Не за что. Мне тоже нравится.

— Для меня это, скорее всего, последнее лето здесь. Так что я хотел… хоть немного отблагодарить тебя. Но всё равно — это, наверное, последняя такая спокойная ночь.

Мы сюда приехали не просто отдыхать и собирать воспоминания.

Хотя воспоминания важны — это не главное.

— Мы обязательно найдём дом бабушки Аой-сан до конца лета.

— Да. Но сегодня — просто насладимся вечером.

Я смотрел на светящиеся угли, и внутри у меня крепло решение.

Да… если мы найдём тот дом, Аой-сан не придётся ехать к отцу.

— Простите за ожидание ♪

Идзуми и остальные вышли на террасу с тарелками.

Они принесли еду из кухни — одну тарелку за другой. Только вот…

— Мне не кажется, или еды стало больше?

Точно — особенно мяса. Овощей столько же, а вот мясо явно добавили.

— Мы подумали, что на пятерых маловато, — сказала Идзуми. — Я попросила Аой-сан дорезать ещё.

— Да. Было совсем немного.

— Мы сделали японский соус с васаби. Хорошее мясо и с простым васаби вкусное, но мы добавили специи — для баланса и мягкости.

— Никогда такого не пробовала, но вкусно. Освежает.

— Правда~? Там и другие соусы есть! Ешьте-ешьте! Акира-кун, мясо готово?

— Почти. Сейчас принесу.

Я продолжал жарить мясо и овощи, выкладывая всё на тарелку. Но гриль был маловат — столько не приготовишь сразу. Еда исчезала, как только оказывалась на столе.

Чувствовал себя официантом в ресторане с вечно пустыми тарелками.

— Акира, ещё мяса.

Пока я жарил, Хиёри протянула мне свою пустую тарелку. Мяса ещё не было, дал ей грибы — но она посмотрела с обиженным видом.

— Все так быстро едят. Может, хоть немного подождёте?

— Ну а как ждать, когда так вкусно, да, Аой-сан?

— Да, очень вкусно. И весело.

— Вот именно! Вот он — дух барбекю♪

Я хотел бы, чтобы кто-то помог с жаркой, но… глядя на Аой-сан, такую радостную, сразу забываешь об этом.

Когда я узнал, что она ни разу в жизни не была на барбекю, у меня всё внутри перевернулось.

Наверное, у неё просто не было шанса — обычные вещи, как семейный пикник, ей были недоступны. То, что для большинства — норма, для неё было в новинку.

Поэтому, пока я ещё здесь… я хочу, чтобы она успела испытать как можно больше.

Не просто помочь — а разделить с ней эти моменты.

— Мясо — это хорошо, но не забывайте про овощи! И… оставьте мне хоть кусочек!

Я ещё ничего не съел.

— Тогда, Аой-сан, покорми Акиру-куна сама.

— ЧЕГО!?

Мы с Аой-сан в унисон вскрикнули.

— Он ведь весь вечер жарит, даже не ест. Кто-то же должен ему помочь~♪

Идзуми, конечно, дразнилась. А Аой-сан посмотрела на меня с решимостью… и с румянцем.

Взяла палочками кусочек мяса и протянула ко мне.

— П-пожалуйста…

Невероятно. Она правда это делает?! И перед всеми?

А ведь обычно она никогда не играет в такие сценки…

— Если не съешь — соус капнет.

— Л-ладно… тогда… итадакимасу(Спасибо за еду).

Я наклонился и съел.

Мясо было шикарное — васаби как надо.

Но больше всего я думал о другом — ведь это были её палочки. Косвенный поцелуй?

— Ну как?

— Очень вкусно.

— Правда? Я рада.

Улыбка у неё была настоящая — от сердца. И я тут же почувствовал вину за все свои «не те» мысли. Этот момент… я просто тихо запомню. Навсегда.

— Косвенный поцелуй…

— Да. Безупречно сработано.

— Миссия номер два — завершена ♪

Я всё слышу, даже если вы шепчете!

Вот теперь точно испортили атмосферу.

И… что за миссия вообще?!

Интересно было, но я решил сосредоточиться на мясе.

Пока я продолжал жарить, поесть самому всё не удавалось.

Потом меня сменил Эйдзи — и я, наконец, поел.

Через час еда закончилась, и мы, сытые, болтали на ветру. А как и следовало ожидать, Идзуми держалась за живот.

— Всё в порядке, Идзуми?

— Всё норм… если сладкое поем — полегчает.

Она это сказала, глядя на Аой-сан, которая волновалась за неё.

Ты врёшь, да?

— Хиёри-чан… в холодильнике есть охаги* из супермаркета.

*Охаги является популярным блюдом японской кухни. По сути, это рисовое десертное блюдо в виде колобков в сладкой пасте из бобов.

— Сейчас принесу.

Хиёри накормила Идзуми охаги, словно больную. Идзуми постепенно оживала — к концу второго охаги полностью пришла в себя.

Я уже видел такую сцену раньше. Но серьёзно — ты как вообще устроена?..

— Ну что, пора обсудить завтрашний день.

Когда Идзуми повеселела, Эйдзи заговорил — похоже, ждал этого момента.

Завтра и в последующие дни — начнётся наш поиск.

— Да. В прошлый раз Хиёри не было, надо всё повторить.

Я пересказал, что рассказывала Аой-сан у бассейна.

Судя по её воспоминаниям, дом бабушки был примерно в часе езды от города.

Вокруг — горы, рисовые поля. Значит, скорее всего, север или запад префектуры. Там много гор.

Рядом был храм и летом проходил фестиваль.

Когда я всё повторил, понял — информации мало.

— Нам придётся искать всё вручную. Это будет тяжело…

Я выдохнул. Невольно — вслух.

Все притихли. Похоже, думали о том же.

Только Хиёри задумалась, а потом пробормотала:

— Думаю, этого достаточно.

— Серьёзно?

— Да. Подождите немного.

Она ушла с террасы — и вскоре вернулась с каким-то предметом в руках.

Мы убрали со стола посуду, и Хиёри развернула то, что держала в руках. Это была карта — распечатанная в формате плаката.

— Ты принесла карту?

— Да. Можно было бы воспользоваться приложением, но я подумала, что большую карту всем будет удобнее рассматривать. Нашла подходящую в интернете и распечатала перед отъездом. Так будет легче сверяться и отмечать нужные места в приложении на смартфоне.

Я с восхищением наблюдал, как Хиёри, держа в одной руке телефон, другой обводит на карте участки чёрной ручкой.

Она поставила звёздочку в том месте, где находится наша деревня, затем обвела кругом конкретную область и внутри отметила множество «△».

Спустя некоторое время она отложила ручку и подняла голову:

— Смотрите.

Мы склонились над картой.

— Этот круг — это примерно час езды от нашего города. Детским воспоминаниям на сто процентов доверять нельзя, так что я оставила небольшой допуск. А треугольниками я отметила все храмы. Их оказалось больше, чем я ожидала — более восьмидесяти.

— Больше восьмидесяти… — пробормотал я ошарашенно.

Цифра впечатляла.

Это типично для сельской местности, конечно, но всё равно — их слишком много.

Я где-то читал, что по всей стране около 80 000 храмов — даже больше, чем круглосуточных магазинов. Раньше было ещё больше, хотя теперь их число снизилось.

Но ладно, не будем сейчас о японской храмовой перенасыщенности.

— Если исключить участки, где нет ни гор, ни рисовых полей…

Хиёри взяла красную ручку и начала вычеркивать неподходящие районы.

После такой фильтрации остались только те храмы, что соответствуют критериям:

— Осталось примерно семьдесят точек. Думаю, среди них и есть нужное нам место.

— О… — вырвалось у меня невольно.

Сначала казалось, что это почти невыполнимая задача. Но увидев всё это на карте, стало гораздо понятнее.

Семьдесят — всё ещё немало, но за две недели вполне реально обойти.

Всё, что нам нужно — пройтись по ним, и мы найдём дом бабушки Аой-сан.

Как и ожидалось, на Хиёри всегда можно положиться.

— Единственная проблема — транспорт. Даже если использовать автобусы или поезда, будет не очень удобно.

Это правда…

Как и по приезде сюда — автобусы здесь ходят всего раз в полчаса.

— Тогда не волнуйтесь. То здание управления, мимо которого мы проходили, ещё и служит туристическим инфоцентром. Там можно взять велосипеды напрокат. Думаю, это куда эффективнее, чем ждать автобус или поезд.

— Очень полезно.

Теперь всё действительно кажется возможным.

Похоже, у нас правда получится найти её этим летом.

— Но, думаю, всем вместе ехать не стоит. Лучше разделиться на две группы.

— Тогда, Хиёри-тян, пойдём со мной искать!

— Да. Хорошо. Я пойду с тобой, Идзуми.

— Не хочу оставлять двух девушек одних. Я пойду с вами.

— Спасибо, Эйдзи-кун! Люблю тебя!

— Я тебя тоже.

Эйдзи, как всегда, уверенно и спокойно выразил свои чувства, попутно присоединившись к их команде.

— Тогда мы с тобой пойдём вместе, Аой-сан.

— Да.

Так команды и сформировались.

— Вы трое, фотографируйте храмы и улицы рядом с ними. Сегодня вечером покажем Аой-сан — может, она что-то узнает. А ещё, если увидите жильцов поблизости, спросите, живёт ли где-то рядом семья Саотоме. Или просто посмотрите таблички у домов.

— Хорошо ♪

Все, во главе с Идзуми, дружно кивнули.

— Теперь давайте внесём все точки, которые Хиёри отметила, в карты на смартфонах. Их много, конечно, но если вместе — справимся быстро.

Все сразу достали телефоны и начали вносить координаты.

И в этот момент…

— Спасибо вам, — произнесла Аой-сан с улыбкой.

Услышав её, я снова задумался.

Если бы это была та старая Аой-сан, она бы сказала «Простите…» с виноватым лицом. А теперь — благодарит. И делает это спокойно, от всего сердца.

Как Эйдзи и говорил… Аой-сан, похоже, понемногу меняется.

И, думаю, это очень хорошее изменение.

----------

Летний поиск

Том 2 Глава 4 - Летний поиск

На следующий день мы начали поиск дома бабушки Аой-сан.

Так как времени на поиски было ограничено, я хотел бы искать до позднего вечера, если получится. Поскольку сейчас лето и день длинный, мы могли бы искать примерно до 19:00.

Но была одна проблема — жара.

С 13:00 до 15:00, когда солнце в зените, слишком опасно просто гулять на улице. Поэтому нужно делать длинный обеденный перерыв и охлаждать тело.

В итоге, если правильно распределять отдых, времени на сам поиск не остаётся много.

Мы подумали, как лучше поступить, и решили: если не удастся искать днем, нужно начинать с самого утра. Поэтому мы решили взять велосипеды в 8 утра, когда откроется офис управления, который одновременно выполняет функции туристического информационного центра.

Кстати, Аой-сан и я отвечали за западную часть префектуры, а Эйдзи, Идзуми и Хиёри — за северную.

Сегодня, в первый день, мы планировали посетить по пять мест каждый — всего десять.

Может показаться, что мы слишком усердны с самого начала, но так как мы планировали посещать храмы по мере близости друг к другу, вторая половина маршрута будет длиннее, и количество храмов, которое мы успеем посетить, сократится.

То есть в начале нужно много перемещаться, когда расстояния между храмами относительно небольшие.

— Акира-кун, ты в порядке? — услышал я обеспокоенный голос Аой-сан сзади.

— Да. Я впервые еду на двухместном велосипеде, но всё нормально.

Как вы могли догадаться по разговору, мы едем на тандеме, велосипеде, рассчитанном на двух человек.

— А ты сама в порядке? Не боишься?

— Всё хорошо. Спасибо, что беспокоишься.

На самом деле, утром, перед тем как взять велосипед, мы узнали, что Аой-сан никогда раньше не каталась на велосипеде.

Может показаться, что достаточно было взять один обычный велосипед и посадить Аой-сан сзади, но катание вдвоем на обычном велосипеде по дорогам запрещено.

Когда мы растерялись, кто-то в офисе, понимая ситуацию, сказал, что на тандеме ездить разрешено. Так что теперь всё нормально.

Единственное отличие от обычного велосипеда — две рукоятки, два седла и два комплекта педалей.

Если человек впереди держит равновесие, даже тот, кто не умеет ездить на велосипеде, спокойно может сидеть сзади. Плюс, один тандем дешевле, чем два обычных велосипеда.

Кроме того, можно почувствовать себя парой, катающейся вместе, так что в каком-то смысле это «два в одном».

Правда, я совсем не имел скрытых мыслей.

— Всё же здесь очень деревенская местность, да?

— Да. Вокруг одни только рисовые поля.

Недалеко от виллы раскинулись поля на сколько хватает взгляда. Хотя мы знали, что это деревня, увидеть это воочию ощущается сильнее.

Дороги здесь свои, есть рестораны и магазины, но если уйти с главной дороги — пусто… очень деревенская местность.

Но ехать по пустынной сельской дороге приятно.

Педалируя и чувствуя ветер, мы видели несколько домов вдали.

— Первый храм там?

— Да, кажется, за жилым кварталом.

— Хорошо, поехали.

Через некоторое время мы прошли жилой район и нашли маленький храм, как сказала Аой-сан.

Территория была усеяна большими кедрами, а сверчки громко стрекотали.

Когда мы поставили велосипед у входа и прошли через маленькие ворота тории на территорию храма, людей не было — кроме нас.

— Стоит хотя бы поклониться?

— Да, конечно.

После молитвы мы обошли территорию, шурша галькой под ногами.

Как я узнал прошлой ночью, исследуя храм, в последнее время из-за проблем с управлением и нехватки преемников многие священники либо отсутствуют, либо одновременно обслуживают другие храмы.

Хотя было бы здорово поговорить с местным священником, здесь, похоже, никого нет.

— Как, Аой-сан? Узнаёшь это место?

Аой-сан остановилась, всерьёз оглядываясь вокруг, наверное, сравнивая память с тем, что видит.

— Наверное… не здесь.

— Понятно. Тогда обойдём храм вокруг, на всякий случай.

— Да.

Сделав несколько фото для проверки, мы покинули храм и осмотрели окрестности.

Все дома в ряду — старые деревянные, как это типично для деревни.

— Кстати, давно хотел спросить…

— Что именно?

— Какая бабушка Аой-сан?

— Да… она очень добрая.

Аой-сан улыбнулась, погрузившись в воспоминания.

— Каждый раз, когда я к ней приходила, она встречала меня улыбкой, играла со мной, была очень ласковой. В последний раз я видела её, когда училась в первом классе, но помню её мягкую улыбку до сих пор.

Это первый раз, когда я вижу, как Аой-сан улыбается, рассказывая о прошлом.

Когда речь шла о семье и воспоминаниях, обычно на лице Аой-сан появлялась грусть. По крайней мере, когда говорила о родителях, она никогда так не улыбалась.

Как я и думал, для Аой-сан лучше не жить с новой семьёй отца, а оставаться у бабушки.

— Я точно стану «внуком бабушки», если она будет рядом.

[Не знаю точно или нет но выражение «внук бабушки» используется в значении «особо любимый ребёнок бабушки», аналогично выражению «маменькин Сынок».]

— Вот насколько сильно она любит Аой-сан.

— Но знаешь, я немного волнуюсь, если мы найдём её. Девять лет не виделись, и, наверное, у неё своя жизнь… Может быть, она меня уже забыла.

Такое возможно, но…

— Думаю, всё будет хорошо.

Мне хотелось верить в это.

— Даже если давно не виделись, вы всё равно семья. Бабушка будет рада увидеть тебя снова. А если забудет — вспомнит, увидев тебя.

— Да… ты прав. Я буду рад, если так.

Может, это звучит безответственно, но я надеюсь, что это будет приятное воссоединение, а не сложное, как с отцом. Учитывая прошлую ситуацию с семьёй Аой-сан, я не могу не надеяться на это.

— Ну что, осмотрели окрестности, но здесь тоже не её дом?

— Да, не здесь.

— Ладно. Пойдём к следующему храму.

— Жаль, ведь ты уже привёл меня так далеко.

— Не о чём жалеть. Всего 70 мест, так что не стоит спешить. Если хотим посетить всё, давай искать спокойно, наслаждаясь прогулкой.

— Да, ты прав.

Мы покинули первый храм и направились к следующему.

Солнце поднималось всё выше, а температура постепенно росла.

***

Три храма, которые мы могли бы посетить утром, все оказались совсем не такими, какими их помнила Аой-сан.

Когда жара начала усиливаться, мы решили, что пора сделать перерыв и пообедать, но столкнулись с одной большой проблемой.

Место, где мы находились, было настолько глухим, что не было вообще ни одного места, где можно было бы пообедать…

Можно было бы подумать, что хотя бы есть какой-то магазин, но, серьёзно, его не было.

Я часто слышал, что невозможно жить в деревне без машины, но теперь понял — это значит, что идти куда-либо очень далеко.

— Чёрт. А ведь я мог бы догадаться, если бы подумал…

В такой ситуации нам следовало купить что-то в магазине около виллы.

Под палящим солнцем я крутил педали на велосипеде, испытывая жажду и усталость, но всё равно не мог найти ни магазина, ни ресторана, ни супермаркета.

Слишком далеко до центра города, чтобы идти сейчас — это бы утомило…

— Что ж, придётся потерпеть. Придётся долго ехать, но если выехать на главную дорогу…

Когда я собирался это сказать, Аой-сан воскликнула:

— Акира-кун, что это за баннер?

— Хм? Баннер?

Я посмотрел туда, куда она указала.

Немного дальше, на краю рисового поля, стоял дом с баннером.

— Может быть…

— Да, давай попробуем подойти.

С лёгкой надеждой мы с трудом двинули уставшие ноги.

Когда мы медленно приблизились, я увидел надпись «Открыто» на баннере. Я направился к дому, надеясь, что это просто ресторан с таким баннером.

Когда мы пришли, перед нами оказался старый одноэтажный дом. Рядом с ним протекала маленькая речка, по которой плавали несколько уток. Сзади дома что-то росло гидропонным способом, хоть и гораздо меньше, чем рисовые поля.

На входе табличка: «Собa-ресторан — Рюсуй-ан».

— Акира-кун, соба!

— Наконец-то мы нашли!

— Да, получилось!

Я остановил велосипед и невольно сделал «дай пять» Аой-сан.

Обычно спокойная, Аой-сан сейчас была полна энергии.

Возможно, из-за жары и голода я сам не понимал, радоваться мне или огорчаться.

Войдя внутрь, мы увидели весёлую официантку и нескольких посетителей. Женщина-подсобница показала нам место, и мы сели на стулья в задней части зала.

— Ну что же, что будем есть?

После того как мы выпили поданную воду, мы оба посмотрели на меню.

— Так как сейчас лето, я думаю, закажу дзарусоба.

[Дзарусоба – это Японское холодное блюдо из гречневой лапши]

Аой-сан указала на один угол меню:

— Акира-кун, смотри. В этом заведении можно натереть васаби самостоятельно.

— Васаби?

На конце пальца Аой-сан был рисунок васаби и комментарий, что его можно натереть самостоятельно. Похоже, что выращенный гидропонным способом на улице васаби потом подают к лапше.

— Хочу попробовать натереть васаби сам.

— Тогда закажем дзарусоба.

— Да.

Когда мы заказали две порции дзарусоба, нам сначала принесли васаби и тёрку.

Официантка показала, как правильно тереть, сказав: «Натрите васаби, пока ждёте лапшу», но мы… были не просто немного взволнованы — мы сильно нервничали.

— Я попробую первым.

— Ладно, я буду снимать на телефон.

— Снимать? Зачем?

— Изуми-сан и Хиёри-чан любят васаби, думаю, им будет интересно, если я покажу.

Действительно, такое редко увидишь, это интересно.

— Кроме того, это поможет запомнить этот момент.

— …Ладно, попробуем.

Я осторожно положил васаби на тёрку. Следуя инструкции, не давил слишком сильно и тер кружными движениями…

Я серьёзно и молча тер васаби, а Аой-сан наблюдает за мной.

Когда я натёр около трети васаби, остановился:

— Примерно так?

— Да, думаю, у тебя хорошо получилось.

Я посмотрел на натёртый васаби. Не знаю, правильно ли я сделал, но он явно отличается от того, что я видел раньше: мелкий, слегка липкий, с ярким ароматом.

Не терпелось попробовать лапшу с ним.

— Ух!

Когда я попробовал, ощущение остроты сразу ударило в нос, а аромат васаби разнесся вокруг.

— Акира-кун, ты в порядке?

Я поднял руку Аой-сан, которая смотрела на меня с тревогой, показывая, что всё нормально.

Когда острота немного утихла, я выпил воды и передохнул.

— Ну как?

— Это удивительно, острее, чем я ожидал. Но не неприятно… Это совсем другой васаби, чем я пробовал раньше. Трудно объяснить, тебе тоже надо попробовать, Аой-сан.

— Да, я попробую.

Аой-сан взяла васаби палочками и осторожно попробовала.

— Хн!

Когда она положила васаби в рот, её плечи слегка задрожали от неожиданности.

Когда острота спала, она посмотрела на меня:

— Действительно… это совсем не тот васаби, что я знала.

— Верно?

Глаза Аой-сан сияли радостью.

— Ух ты… совсем другой, когда свеженатёртый.

— Похоже, их ещё и продают, давай купим немного на сувенир для Изуми и Хиёри. Они сказали, что вкусное мясо на барбекю можно есть с васаби, и я думаю, им понравится.

— Да, им точно понравится.

Мы наслаждались обедом, пробуя дзарусоба с только что натёртым васаби.

Я подумал, что этот опыт — тереть васаби вместе и быть впечатлённым его вкусом — однажды станет приятным воспоминанием, к которому мы будем возвращаться с теплотой в сердце.

Мы расслаблялись, пока жара немного не спала, прежде чем продолжить поиски.

В первый день мы не нашли места, которое соответствовало бы воспоминаниям Аой-сан, но поиски только начались. Не стоит расстраиваться, сказал я себе.

Когда мы вернулись в район виллы, время уже приближалось к 19:00.

Вокруг всё ещё было светло под лучами заходящего солнца, но, поскольку вилла находилась в горах, закат наступал раньше, чем я ожидал.

Похоже, поиск можно было вести только примерно до этого времени.

В сельской местности не было уличных фонарей, поэтому, когда темнело, становилось опасно.

Когда жара спала и приятные звуки насекомых наполнили воздух, мы толкали велосипеды вверх по горной дороге и почти добрались до администрации, когда заметили знакомые силуэты трёх человек впереди.

— Эйдзи!

Эйдзи, Идзуми и Хиёри шли рядом.

Услышав наш голос, они обернулись.

— Вы тоже только что вернулись?

— Ага. Вовремя, да?

Мы догнали их, и все шестеро пошли вместе.

— Как у вас успехи, Акира-кун, Аой-сан?

— Сегодня мы обошли пять храмов, но ни один не оказался нужным. Хотелось бы осмотреть больше, но между храмами оказалось довольно большое расстояние, и это заняло слишком много времени. На карте всё казалось ближе, а в реальности — далеко. Да и местность я не знаю.

— Верно. Мы тоже едва успели побывать в пяти местах. Когда вернёмся в виллу, хочу показать Аой-сан фотографии, которые сделали.

— Да, спасибо.

Так, разговаривая, мы дошли до администрации.

Пока Эйдзи занимался возвратом ключей на стойке, мой взгляд привлёк плакат на окне.

«Фейерверк, да?..»

На плакате была изображена пара в юкатах, смотрящая на ночное небо — прямо типичные влюблённые.

Праздник устраивался в известном курортном городе неподалёку. Он должен был длиться три дня, начиная с этой пятницы, а завершиться грандиозным фейерверком из 20 000 залпов.

Для сельской местности это было довольно масштабное мероприятие, вероятно, рассчитанное на туристов.

— Да, да! Скоро же праздник фейерверков! —

Идзуми воскликнула, глядя на плакат рядом со мной.

— Жду не дождусь~

— Ждёшь? Ты что, собираешься туда пойти?

— Конечно. Эйдзи-кун уже рассказывал мне об этом.

— Эх… — я вздохнул. — Мы ведь только начали искать дом бабушки Аой-сан. Если успеем найти его до фестиваля — другое дело. Но если нет, у нас не останется времени отдыхать.

— Ну, знаешь, отдых ведь тоже важен.

— Это да, но времени-то мало…

Я понимал, что Идзуми не из злого умысла.

И отдых действительно нужен.

Но если мы не найдём бабушку Аой-сан до конца летних каникул, ей придётся жить с отцом —

— Успокойся немного, — сказал Эйдзи и положил руку мне на плечо.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, Акира. Поэтому мы все здесь. Но у нас впереди ещё две недели. Думаю, один день отдыха нам не повредит. Мы же не собираемся на все три дня — пойдём только в последний, на фейерверк.

Я глубоко вдохнул. Эйдзи, как обычно, был прав.

Всё это мы делали ради Аой-сан, не из обязанности, а по доброте.

Каждый беспокоился о ней и хотел помочь.

Я был благодарен им, и не мог запретить это только из-за своих принципов.

— К тому же, даже если мы не найдём её во время каникул, до твоего перевода в другую школу ещё будет время, — добавил Эйдзи.

Разумеется, он не знал, что всё не так просто…

Я не мог сказать.

— Извини… похоже, я просто поторопился.

— Да всё нормально.

— Верно, мы ведь понимаем, что ты чувствуешь, Акира, — улыбнулась Идзуми.

От их доброты мне стало тяжело на сердце.

— Если мы будем слишком серьёзны, Аой-сан может почувствовать себя виноватой. Чтобы этого не случилось, нужно показать ей, что мы тоже умеем веселиться.

— Да, ты прав… — ответил я.

И ведь я, кто живёт рядом с ней, должен был понять это первым.

— И ещё, — продолжил Эйдзи. — Мы ведь тоже хотим провести с тобой хорошие воспоминания.

Те же слова, что он говорил в бассейне.

Я ведь всё равно уйду.

Я часто менял школы и привык считать расставания неизбежными.

Но встретив Эйдзи, Идзуми и особенно Аой-сан, я впервые почувствовал — не хочу уходить.

Не хочу прощаться.

Но время прощания всё равно придёт.

И всё же — я тоже хочу насладиться этим временем с ними.

Просто… пока я не мог примирить долг помочь Аой-сан с желанием провести остаток лета со всеми.

Наверное, причина в её отце.

— Что случилось? —

Аой-сан и Хиёри, ждавшие снаружи, зашли в здание.

Наверное, забеспокоились, что мы долго не выходили.

Я резко сменил настроение и улыбнулся:

— Нет, ничего. Мы просто нашли плакат фестиваля и решили, что пойдём вместе на день фейерверков. Что скажешь?

— Да! Думаю, это отличная идея. Я тоже хочу посмотреть фейерверк! —

Аой-сан улыбнулась.

Эйдзи и Идзуми посмотрели на меня с облегчением.

— Вот и отлично. Кстати, я уже кое-что подготовила.

— Подготовила? Что именно?

— Секрет~ Поэтому завтра давайте тоже постараемся в поисках!

Идзуми, как обычно, взяла инициативу.

Я, как всегда, не понимал, что у неё на уме, но её бодрость помогла разрядить атмосферу.

Никакого напряжения больше не осталось.

Так мы и решили — в выходные пойти все вместе на фестиваль фейерверков.

Когда мы вернулись на виллу, Аой-сан сразу же начала просматривать фотографии, которые сделали Эйдзи и остальные.

Похоже, они сделали довольно много снимков, чтобы немного облегчить ей представление о месте, ведь она сама особо его не посещала. Фото оказалось больше пятидесяти.

Аой-сан внимательно просматривала каждое фото одно за другим.

— Ну как? — Спросила Идзуми после того, как Аой-сан посмотрела фотографии. Аой слегка покачала головой.

Рядом Хиёри отмечала на карте храмы, которые они посетили сегодня.

— Понятно. Значит, завтра снова будем стараться!

— Верно.

Поиск дома бабушки только начался. В первый день не стоит расстраиваться.

— Тогда, может, начнём готовить ужин?

— Сегодня ужин приготовлю я, а вы трое сначала сходите помойтесь.

— Э? Ты уверен?

— Вы ведь вспотели после целого дня на жаре, освежитесь перед ужином.

— Спасибо! Все, давайте послушаем Акиру-куна!

Аой-сан и Хиёри кивнули рядом с Идзуми.

— А завтра ужин будет готовить Идзуми.

— Оставьте это мне. Тогда, Аой-сан, Хиёри-тян, идите мыться.

Когда трое ушли из гостиной, я направился на кухню.

— Ну… начнём.

Я проверил содержимое холодильника и стал думать, какое блюдо подойдёт к васаби.

Хотя руки двигались ловко, в голове я снова обдумывал то, что произошло в администрации.

Хотя я сказал Аой-сан, что мы будем искать без спешки, на самом деле внутри я был совсем нетерпелив. Я сказал это, чтобы не волновать Аой-сан, но, возможно, именно я был самым нетерпеливым.

Почему я так думаю? Конечно, из-за отца Аой-сан.

Срок для решения о том, с кем жить, истекал в течение летних каникул.

Если мы не найдём дом бабушки, у Аой-сан не останется выбора — жить с отцом.

…Что же думает сама Аой-сан?

Может, причина, по которой она не рассказывала остальным про отца, не говорила обо мне с той ночи и ищет дом бабушки — в том, что она не хочет жить с отцом?

Её настоящие чувства находятся глубоко в её сердце. Сколько бы я ни пытался понять — я не узнаю.

— Я тоже помогу тебе.

Я снова погрузился в мысли о вопросах, на которые нет ответа.

Вдруг Эйдзи позвал меня, и я вернулся в реальность.

— Ах… спасибо.

Я расчистил половину кухонного стола и дал место Эйдзи.

Он без вопросов помогал готовить.

— …Извини за то, что было раньше.

— Мы только начали. Не стоит так заморачиваться.

— И я сделал кое-что не так с Идзуми… Думаю, позже извинюсь перед ней.

— Не переживай. Идзуми не из тех людей, она поймёт. Я потом скажу ей.

— Извини и спасибо.

Эйдзи говорил это с привычной спокойной улыбкой, держа в руках овощи.

— Акира, ты более импульсивен, чем я думал, но ты не эмоционален без причины. Мы с Идзуми это знаем. Что-то случилось?

— …

Пока Аой-сан не скажет, я не могу открыть это.

Мне хотелось кому-то рассказать о своей тревоге.

Я знал, что если это будет Эйдзи, он не ухудшит ситуацию.

Но поиск дома бабушки только начался. Думаю, говорить об этом с Эйдзи сейчас было бы плохо — он стал бы волноваться без необходимости.

Ах… наверное, Аой-сан тоже испытывает то же самое.

— Я не буду тебя заставлять. Но если сам не справишься, говори со мной.

— …Хорошо. Когда придёт время, я полагаюсь на тебя.

Эйдзи понял, что я волнуюсь.

При этом он не пытался выведать мои мысли, а уважал мою оценку ситуации.

Иметь друга, который говорит «ты всегда можешь на меня рассчитывать» — настоящее благословение.

Проблема в том, что… я не знаю, что делать.

Неопределённое нетерпение, которое мучило меня с появления отца Аой-сан.

Я не знаю, как избавиться от этого чувства.

Кстати, на ужин сегодня я использовал васаби, купленный в соба-ресторане на обед.

Как и ожидалось, Идзуми и Хиёри, любящие японскую еду, были впечатлены свеженатёртым васаби и устроили шумиху.

Хорошо, что они быстро съели весь васаби, хотя я не ожидал, что они будут есть его прямо так.

Картина, как Идзуми каталась по полу от остроты, была забавной, и я тихо записывал это на видео.

Если она узнает, может пожурит, но можно сказать, что это тоже для создания воспоминаний.

После прогулки можно будет снова заехать и купить ещё немного васаби.

***

Поиск дома бабушки Аой-сан продолжался с следующего дня и далее.

Мы посещали храмы по очереди, начиная с ближайших, но результатов не было, и прежде чем я успел опомниться, прошло уже шесть дней с начала поисков.

За это время мы успели обойти примерно сорок храмов.

Это означало, что более половины храмов уже отсеклись.

— Всё идёт не так, как планировалось… —

Мрачно пробормотала Идзуми в субботу вечером, облокотившись на диван с телефоном в руках.

Настроение Идзуми было непривычно низким для её обычно энергичной натуры, но что тут поделаешь.

Все чувствовали то же самое, просто не показывали это ни в лицах, ни словами.

— Ведь вы столько старались ради меня… —

Пожала плечами Аой-сан, словно извиняясь.

— Мы с самого начала знали, что это будет непросто, так что не переживай.

— Как сказал Акира, давай искать спокойно.

— Да, спасибо.

Тем не менее, честно говоря, тяжело оставаться без какой-либо зацепки.

Осталось около тридцати возможных мест.

Если мы не найдём никакой информации после стольких поисков, есть два варианта.

Либо нужный храм среди этих тридцати, либо мы ищем в совершенно неправильном месте.

Я не могу сказать, что вероятность ошибки равна нулю, ведь это воспоминания детства Аой-сан. Если же ошиблись — тогда второй вариант возможен.

Но другого выхода нет, кроме как полагаться на память Аой-сан.

Если нужного храма нет среди этих тридцати…

Возможно, пора подумать о том моменте.

Но —

— Пока что давай насладимся завтрашним фестивалем и начнём поиски всерьёз с послезавтра.

— Да, ты прав!

Идзуми наконец обрела энергию и встала.

— Хорошо. Тогда давайте подготовимся к завтрашнему дню!

Таким образом, поиск дома бабушки Аой-сан был временно приостановлен.

Всё ещё летние каникулы. Я хотел создать хотя бы одно воспоминание, и я не лгал, когда говорил: «давай насладимся фестивалем».

Но всё равно моё настроение не позволило по-настоящему получать

удовольствие от фестиваля.

----------

Мысли в ночь фейерверка

Том 2 Глава 5 — Мысли в ночь фейерверка

День фестиваля —

Все проснулись поздно, ведь давно не было выходных.

Возможно, из-за недосыпа или усталости — ведь мы с самого утра ежедневно искали храм.

Я тоже устал, сам того не замечая, и, очнувшись, понял, что уже почти полдень.

К слову, неудивительно, что последней проснулась Идзуми.

В итоге я был рад, что мы, как и предлагали Эйдзи и Идзуми, взяли выходной.

Если бы мы продолжали искать в таком же темпе под палящим солнцем, кто-нибудь обязательно заболел бы.

Так что мы решили пойти на фестиваль вечером.

Пока оставалось время, я разложил тетрадь на столе в гостиной, чтобы заняться летним домашним заданием, но...

не успел опомниться, как уже вместе с Эйдзи сидел у телевизора, глядя бейсбол среди старшеклассников — и, конечно, не продвинулся ни на шаг.

Когда время выхода стало приближаться, сверху начало доноситься оживлённое шумное движение.

— ...Что они там делают? —

я услышал девичий смех.

Через некоторое время по лестнице раздались лёгкие шаги.

А в следующий момент дверь в гостиную распахнулась.

— Та-да♪

Я потерял дар речи от увиденного.

— О-о...

Девушки были в ярких юкатах.

Идзуми надела жёлтую юкату с белыми цветами гибискуса.

Хотя на первый взгляд цвет казался немного броским, сочетание жёлтого и белого создавало утончённое впечатление.

Пожалуй, спокойный желтовато-зелёный оби придавал всему образу мягкости и изящества.

В отличие от неё, Хиёри выбрала фиолетовую юкату с узором ипомеи

Тёмный, глубокий цвет отлично подходил Хиёри — девушке сдержанной, редко выражающей эмоции.

Эта атмосфера очень точно отражала её внутренний облик.

Наверное, не совсем правильно говорить такое о собственной сестре,

но я почувствовал в ней очарование, которое превосходило её возраст.

— Ну как? Мне идёт?

— Да... Думаю, выглядит отлично...

Я не лгал — они обе выглядели замечательно.

Но, простите, девочки...

Мой взгляд был прикован к другой — к Аой-сан.

[[image:/storage/reader-images/5e33734c0a2749e42a1585c124c935376705687e.png]]
— Ч-что ты думаешь...? —

спросила Аой-сан с лёгким смущением.

На ней была небесно-голубая юката с узором гортензий.

Прекрасный голубой фон и пёстрые цветы напомнили мне тот день,

когда я впервые встретил Аой-сан под дождём — тогда гортензии тоже расцветали повсюду.

Меня охватила лёгкая ностальгия, смешанная с восхищением её красотой.

Длинные чёрные волосы, собранные в высокую причёску, подчёркивали изящество её шеи.

Я не видел этот изгиб со времени похода в бассейн,

и, честно говоря, мечтал увидеть снова до конца лета.

Сейчас мы стояли лицом друг к другу, и я не мог разглядеть его снова,

но позже, на фестивале, я обязательно обращу внимание.

— Это выглядит странно...? —

встревоженно спросила Аой-сан, видимо, заметив, что я молчу слишком долго.

Но у меня был только один ответ:

— Совсем нет. Тебе очень идёт.

В такие моменты я ненавижу, как беден мой словарный запас.

Но всё же — Аой-сан улыбнулась с явным счастьем.

— Эй~, Акира-кун, у тебя лицо слегка красное, да?

— Оно красное? Я бы сказала — он ещё и рот открыл.

— Ничего я не красный! И не открывал! —

Я так сказал, но... ну а как тут не покраснеть, видя Аой-сан в юкате?!

Хотелось сказать это вслух, но я изо всех сил старался держать лицо, чтобы не выдать себя.

— Ты так хорошо подготовилась, даже юкату привезла.

— Я же говорила, что Эйдзи-кун рассказал мне про фестиваль поблизости.

Я попросила Хиёри-тян взять юкату, а у Аой-сан не было, так что мы пошли и купили ей.

Я хотел поблагодарить Идзуми за то, что она позволила мне увидеть нечто столь прекрасное —

сначала купальник, теперь юката.

И извиниться за то, что раньше был против идеи идти на фестиваль.

Прости... и спасибо!

— Всё готово, пойдём?

— Да! Let’s go♪ —

Мы вышли из виллы и направились к месту проведения фестиваля.

***

Локация летнего фестиваля находилась недалеко от территории виллы.

Это был большой фестиваль, рассчитанный не только на местных жителей, но и на туристов, которые съезжаются сюда в это время, поэтому он был больше, чем летние фестивали в нашем родном городе.

По пути на фестиваль мы проезжали несколько парковок, но почти все они были заняты машинами с номерами из других префектур. Вероятно, это туристы, которые приехали посмотреть на фейерверк или посещают свои виллы, как и мы.

По словам сотрудников управляющей компании, каждый год множество людей из других префектур приезжают только ради фейерверка. Действительно, это крупное туристическое мероприятие летнего сезона.

— Тут много людей, да.

— Да. Если мы разойдёмся, будет трудно собраться снова…

Когда мы прибыли на место фестиваля, людей там было столько, что я не смог удержаться от комментария.

Территория была заполнена людьми: от пар до семей и групп, которые, судя по всему, были школьниками.

Если на начале фестиваля людей так много, то, когда придёт время фейерверков, их станет ещё больше.

— Думаю, лучше сначала пройтись по лавкам, а потом заранее занять место для просмотра фейерверка.

— Наверное, как сказала Хиёри.

Я повернулся, чтобы ответить, и увидел, что Хиёри облизывает яблочную карамель.

Эй, эй, с каких пор ты её купила?

— Да. Давай повеселимся, пока можем.

Изуми, говоря это, жевала креп с кремом, который прилип к её носу.

Уже говорила, когда вы успели это купить?

— Я хотела есть строганый лёд.

[Строганый лед (англ. shaved ice, буквально «бритый лёд») — десерт изо льда, политого различными фруктовыми сиропами. Десерт считается классическим на Гавайях, завезён японскими иммигрантами]

Аой-сан, говоря это, ела якитори. Разве ты не хотела строганый лёд, а ешь что-то совсем другое?

— Все, слушайте!

Изуми встала перед нами и повысила голос:

— Слушайте, фестиваль — это поле битвы. У нас нет времени думать о том, что поесть или во что поиграть потом. Если хотите смотреть, есть или играть — просто делайте это, хорошо?

Аой-сан и Хиёри кивнули серьёзно.

— Отлично. Тогда пошли!

Изуми схватила за руки Аой-сан и Хиёри и начала бежать.

Можно быть воодушевлённой, но опасно бегать в юкате и гэта.

— Опасно в толпе, так что будь осторожна.

— Да.

Сказала Изуми, чей энтузиазм был на максимуме — вряд ли она её услышала. Они просто кивнули в ответ и направились в другую сторону улицы.

Они начали обходить лавки с одной стороны на другую.

— Наверное, трудно тебе, что всегда сопровождаешь Изуми, Эйдзи.

— Да. Но мне никогда не скучно с ней.

— Если так, я согласен, но это немного опасно.

— Сегодня мы словно охрана, да?

— Да. Ну, ничего страшного, если все будут наслаждаться.

Мы наблюдали за ними, ведя подобный разговор.

Время пролетело незаметно, и мы тоже наслаждались фестивалем.

Говоря о фестивалях, такие лавки, как стрельба по мишеням, ловля золотых рыбок, лотерея, практически не изменились.

Когда я был маленьким, я очень любил это, но с возрастом перестал участвовать, и редко появлялась возможность посетить фестиваль… Было приятно попробовать это снова после стольких лет.

Я был удивлён, насколько мне весело среди детей.

Неплохо также играть с друзьями, которые хорошо тебя знают и ведут себя как дети.

[[image:/storage/reader-images/b9aa46577537d83883bf78c866ac03ccf81ffe1d.png]]
Более всего меня радовало, что Аой-сан наслаждалась фестивалем, и видеть, как она весело проводит время с Изуми и Хиёри, заставляло меня благодарить судьбу, что мы пришли сюда.

Пока я думал об этом, наблюдая за тремя девушками, которые играли невинно, время пролетело незаметно — до начала фейерверка, основного шоу фестиваля, оставался всего один час.

— Ещё рано, но нам нужно занять место.

— Да. Нужно найти хорошее место.

— Можно мне сначала купить еду и напитки?

Изуми хотела купить еду и напитки, пока ела большой панкейк.

Нет, нет, ты уже достаточно ела и сейчас ешь…

Я хотел это сказать, но у Изуми, похоже, другой уровень аппетита.

Все разошлись по лавкам, покупая якисобу, кальмаровые кольца, окономияки и другие блюда вместо ужина.

Когда мы собрали всё, что купили, количество было немаленьким.

…Если что-то останется, можем забрать домой.

— Теперь нам нужны напитки. Аой-сан, что ты хочешь?

— Думаю, я хочу апельсиновый сок.

— Хорошо, я куплю его тебе тоже.

— Не переживай, всё в порядке.

Наконец, все купили напитки, и покупки были завершены.

Мы начали идти, чтобы занять хорошее место возле места запуска фейерверка.

По пути Аой-сан шла рядом с Изуми и Хиёри, разговаривая с ними, и было видно, что ей весело.

— Похоже, людей стало больше.

— Верно. Думаю, многие хотят занять место заранее, как и мы.

Как говорил Эйдзи, люди начали стекаться к месту запуска фейерверка.

Из-за большого потока людей трудно было двигаться вперёд. Много людей проходило мимо, и если не быть внимательным, можно было столкнуться с кем-то.

— Кьяя!

Аой-сан, шедшая впереди меня, потеряла равновесие.

Похоже, она столкнулась с проходящим человеком, и я быстро схватил её за плечо, чтобы она не упала.

К счастью, она не упала, но Аой-сан уронила напиток, который держала в руках, и сок пролился на землю.

— Аой-сан, ты в порядке?

— Да… всё в порядке.

— Юката не промокла?

Мы отошли с потока людей и проверили юкату в тени дерева.

Похоже, ничего не промокло и не запачкалось.

— Кажется, всё нормально.

— Да. Но я уронила свой напиток…

— Не переживай. Главное, что ты не пострадала.

— Но, Акира-кун, ты ведь купил его для меня…

Плечи Аой-сан опустились с сожалением.

— …Эйдзи, веди Изуми и Хиёри вперёд.

С этими словами я передал еду, что была в руках, Эйдзи.

— Я пойду куплю напиток с Аой-сан. Отправьте сообщение, когда найдете место.

— Хорошо. Людей много, будь осторожен.

— Да. Аой-сан, пошли.

— Да…

Мы временно расстались с Эйдзи и остальными, а я и Аой-сан вернулись в сторону, откуда пришли.

— Акира-кун, извини. Думаю, я слишком увлеклась и не посмотрела по сторонам.

Плечи Аой-сан всё ещё были опущены.

Видеть её расстроенной напомнило мне наши первые дни совместного проживания.

Аой-сан, которая каждый раз, когда что-то случалось, выглядела виновато и опускала голову. В последнее время она была довольно жизнерадостной по сравнению с тем, когда я её впервые встретил, поэтому видеть её расстроенной было немного необычно.

Я думал, что сказать.

Нет, не нужно слишком размышлять — просто скажи то, что думаешь.

Нет смысла утешать её наполовину. Главное — выразить свои мысли словами.

— Всё в порядке, разве не нормально, если немного увлечься?

— Э…?

Аой-сан удивлённо посмотрела на меня.

— Наверное, давно ты не ходила на фестиваль?

— Да. С детства, ещё до школы, когда отец водил меня на фестивали.

До школы… наверное, так оно и есть.

Без лишних объяснений, причина понятна, учитывая ситуацию в семье Аой-сан.

— Если так давно не была, любой увлекался бы.

Я старался говорить спокойно и ободряюще:

— Я тоже давно не ходил на фестиваль, поэтому сейчас наслаждаюсь. И, как видишь, Изуми наслаждается всеми силами. Хиёри, она такая — не показывает эмоции на лице, но внутри ей весело. На фестивале невозможно не увлечься, и, конечно, можно пролить один-два напитка.

— Но…

Однако лицо Аой-сан не изменилось.

Тогда я решил рассказать о своей неудаче.

— И неважно, если ты прольёшь сок. По сравнению со мной…

— По сравнению с Акира-кун?

— Когда я был в начальной школе, мама купила мне мороженое на семейном отдыхе. Я был так рад, когда продавец дал мне мороженое, что, возвращаясь к машине, прыгал от радости и уронил всё мороженое.

— Э…

Конечно, оно упадёт, если прыгать.

Продавец и я замерли от удивления.

— Продавец, жалевший меня, сделал новое мороженое, но…

— Но?

— Я был так рад, что уронил мороженое снова.

— Э…

Действительно жалко. Моя мама тогда тоже выглядела так же, как Аой-сан сейчас.

Я подумал, что это конец детства.

— Я думал, она больше не даст мне мороженого, и, конечно, не дала. Но, оглядываясь назад, это был хороший момент. И теперь это забавная семейная история.

Даже сейчас, когда кто-то видит мороженое, кто-то рассказывает эту историю.

Все мы совершали одну-две ошибки в жизни, верно?

— Так что не переживай об этом, Аой-сан. Через три-четыре года, когда мы снова придём на фестиваль, думаю, мы будем смеяться и вспоминать, как ты пролила сок. Даже забавные истории становятся драгоценными воспоминаниями. Так что не стоит слишком расстраиваться.

— Забавная история… да. Это тоже воспоминание.

— Да, это воспоминание.

— Мы ещё сможем приходить на фестиваль вместе?

— Конечно. Я, может, не смогу каждый год после переезда, но уверен, что Изуми пригласит меня, даже если я не хочу. Этот ребёнок очень любит весёлые и шумные мероприятия.

Аой-сан немного опустила голову и пробормотала:

— Каждый год… можно приходить…

— Хм? Что?

Я плохо слышал из-за шума вокруг.

Когда я посмотрел на лицо Аой-сан, её щеки слегка покраснели.

— Даже если не каждый год, могу ли я снова прийти на фестиваль с Акира-кун…?

— Э?

Что это значит?

Нет, не нужно искать скрытый смысл — просто воспринимай её слова как есть.

Даже если неизбежная разлука наступит рано или поздно, это не изменит наши отношения. Это выражение желания Аой-сан снова провести время вместе со мной, Эйдзи, Изуми и Хиёри.

Я рад, что она открыто выразила это словами.

— Конечно. Давай придём снова вместе.

— …Да. Обещаю.

— Да. Обещаю.

Аой-сан подняла голову и наконец улыбнулась, пусть и немного неловко.

— Но…

Я знаю, что говорил это много раз, но людей слишком много, и трудно идти.

Менее чем за час до начала фейерверка людей стало ещё больше. И, пробираясь против потока людей к месту запуска, трудно продвигаться вперёд. Если так продолжится, я не знаю, когда мы сможем встретиться с Эйдзи и остальными…

— Аой-сан, я пойду куплю их сам, так что отойди с дороги и подожди меня.

— Э…? Но…

— Так будет быстрее. Можно купить такие же?

— Да, можно.

— Хорошо. Тогда я скоро вернусь.

Я оставил Аой-сан и пошёл один, пробираясь через толпу.

Подошёл к лавке, купил апельсиновый сок, как и обещал, и вернулся к тому месту, где была Аой-сан.

Когда я наконец добрался до Аой-сан, через толпу людей, которую я пробирался…

— …Аой-сан?

Аой-сан окружили двое парней, похоже студенты.

Оба приблизились к Аой-сан с явным замешательством на лице и подошли очень близко.

Я сразу понял, что происходит.

— Ты одна, да? Пойдем смотреть фейерверк с нами.

— Я не одна…

— Но ты одна с самого начала, да?

— Я жду кого-то.

— Вместо того чтобы ждать того, кто не придёт, веселее пойти с нами.

Я хотел возразить, но вокруг много людей.

Я понял, что если вмешаюсь грубо, будет шумно и проблематично, и когда я собирался спокойно поговорить…

Моё спокойствие улетучилось, когда один из парней схватил Аой-сан за руку и потянул силой.

— Эй, что вы делаете…

С этими двоими проблем нет.

Я схватил руку парня,

держащего Аой-сан, оттолкнул его и встал перед Аой-сан.

— …Чего ты творишь!

— Эй, эй, зачем вы мешаете нам?

Возможно, это просто ловеласы, использующие фестиваль, чтобы познакомиться с девушками.

Двое смотрели на меня враждебно.

— Я должен это сказать. Вы не видите, что ей это не нравится?

— Это не имеет отношения к тебе. Если не хочешь проблем — не мешай нам.

Они подошли угрожающе, но я не боялся ни капли — моя злость кипела.

Посетители вокруг, которые поняли, что происходит, начали шуметь, наблюдая за нашей сценой.

Если уж так, лучше устроить настоящую драку. Эти ребята, наверное, не хотят проблем и полиции, поэтому не смогут легко меня тронуть. Возможно, уйдут до того, как всё выйдет из-под контроля.

И как только я подумал об этом —

— —!?

Меня сильно ударили по лицу.

— Я же сказал, ты, сука…

— Акира-кун!

Голос Аой-сан, кричавшей моё имя, звучал где-то вдали, наверное, потому что я почти терял сознание.

Не ожидал, что они так легко ударят меня в такой ситуации… я даже не мог думать.

— Я же сказал вам, не мешайте, если не хотите проблем.

— Теперь пошли.

Когда один из парней встал передо мной, а второй пытался дотронуться до Аой-сан:

— Не трогай её!

Я почувствовал взрыв эмоций и сбросил на землю парня перед собой.

Я схватил за шею того, кто держал Аой-сан, и потянул его вниз.

— Аой — это моя девушка! Не смей просто так её трогать!

— Акира-кун…

— Готовься принимать последствия.

Пока они не успели подняться, я схватил руку Аой-сан и мы побежали.

— Аой-сан, беги!

— Да!

Мы бежали как можно дальше от этого места.

Не знаю, сколько времени мы бежали через толпу, чтобы уйти от них.

Когда я понял, что снова уронил напиток где-то, и вокруг никого нет, а мы далеко от места запуска фейерверка —

Мы наконец остановились, задыхаясь.

Я посмотрел на Аой-сан, пытаясь перевести дыхание:

— Думаю, теперь безопасно… Аой-сан, ты в порядке?

— Да… я в порядке.

— Прости, что испугал тебя. Это потому что я оставил тебя одну…

— Нет. Я знала, что Акира-кун придёт и спасёт меня.

— Аой-сан…

Аой-сан выдохнула и мягко улыбнулась.

— Спасибо, что спас меня…

Когда Аой-сан благодарила меня, фейерверки взлетели в ночное небо, и их громкий звук заглушил её голос.

Мы с Аой-сан невольно остановились и завороженно смотрели на фейерверки.

— Потрясающе, они такие красивые…

— Да… очень красиво.

Когда Аой-сан восхищённо воскликнула, фейерверки, раскрашивающие ночное небо, действительно были прекрасны.

Но я был больше очарован лицом Аой-сан, смотрящим на небо, чем самими фейерверками.

***

Это закончилось через два часа---

В конце концов, Аой-сан и я продолжали смотреть фейерверки до самого конца здесь.

Из-за того, что было слишком много людей, чтобы встретиться с Эйдзи и остальными, я просто отправил им сообщение, чтобы они не волновались, а Аой-сан и я наслаждались шоу фейерверков вдвоём до конца.

После окончания мероприятия я собирался встретиться с Эйдзи и остальными где-то, но подумал, что будет трудно встретиться с ними в толпе по дороге домой. Я решил вернуться в виллу отдельно, наблюдая за ситуацией.

Спустя некоторое время, когда количество людей уменьшилось---

— Пойдём домой тоже?

— Да.

Когда я встал, чтобы покинуть место---

— Ах....

Аой-сан остановилась с тихим вздохом.

— Что случилось?

— Кажется, ремешок моих сандалий развязался.

Когда я посмотрел вниз на ноги Аой-сан, я увидел, что ремешок её гэта развязался у основания.

— Наверное, потому что ты бежала, убегая от этих плейбоев.

— Возможно......

— Твои ноги в порядке? Не болят?

— Да. Всё в порядке.

Я проверил её гэта, почувствовал облегчение, что она не пострадала, но, думаю, я не смогу это починить.

Тем не менее, невозможно заставить её идти босиком......так что есть только один способ.

— Акира-кун......?

Когда я присел, повернувшись спиной к Аой-сан, она наклонила голову.

— Я тебя понесу.

— Эй, но.......

Аой-сан выглядела озадаченной.

— ..... Да. Спасибо.

После небольшой паузы она положила руки мне на плечи, когда сказала это.

Аой-сан поднялась ко мне на спину, и я начал идти к вилле.

— Акира-кун, тебе удобно? Я не слишком тяжёлая?

[[image:/storage/reader-images/c9354b439343a127935cb2138e589c99b5dc7d5d.png]]
— Да. Всё нормально.

Она не так тяжела, как Аой-сан переживала.

Наоборот, она довольно лёгкая, так что мне удобно, но другая часть тела не совсем в порядке.

Когда я нёс Аой-сан, моя спина касалась некоторых частей её тела......и честно говоря, я не особо понимал, как это ощущается, но сама ситуация уже возбуждала меня.

Я был слишком не сдержан в такой момент......и пока шёл, стараясь не концентрироваться на своей спине как можно больше, Аой-сан внезапно обвила руками мою шею и сильно прижалась.

— Акира-кун. Можно я кое-что спрошу?

— Хм? Что?

— Это, то, что только что......моя девушка это.......

— Эй---!?

Я не ожидал, что она затронет это сейчас.

— Ах, нет......ты знаешь, я думала, если у тебя есть девушка, они бы сдались перед тобой.

— Так? Да, ты права.......

Я не лгу, говоря это. То есть, в комиксах или фильмах бывают такие ситуации, верно?

Но......если это всё, что она имела в виду, это немного сложно.

Я был зол на людей, которые пытались причинить вред Аой-сан, и эти слова просто вырвались у меня изо рта.

Я мог бы потом объяснить причину, но если меня спросить, думал ли я на самом деле об этом тогда, когда я не был спокоен......честно говоря, я не могу сказать.

Иными словами, я не совсем понимаю, почему сказал это просто так.

Единственное, что ясно, это то, что я не могу терпеть, когда Аой-сан трогает другой мужчина.

В тот момент это было всё.

***

Когда я поднимался по холмистой дороге с Аой-сан на спине, Эйдзи и остальные ждали нас возле виллы.

Эйдзи и остальные уже прибыли раньше нас, но они волновались, что я и Аой-сан могли попасть в неприятности, так как мы опаздывали и не отвечали на их звонки, поэтому они искали нас.

Я нёс Аой-сан на спине, поэтому не мог проверить телефон.

Видя нас в такой ситуации, Изуми и Хиёри обсуждали «Третья миссия выполнена случайно» и «Теперь переходим к четвёртой миссии», но я был слишком устал, чтобы об этом думать.

Мы благополучно добрались до виллы и решили принять ванну раньше и лечь спать.

Я думал, что девочки войдут первыми, как обычно, поэтому лег на диван в гостиной.

— Акира-кун, можешь сначала помыться.

Изуми обычно так не говорит.

— Э? Разве не вы должны были войти первыми?

— Да. Ты, наверное, устал после того, как нёс Аой-сан вверх по холму, да? Не стесняйся, погрузись в ванну, расслабься и избавься от усталости.

На самом деле, как сказала Изуми, я устал и сильно вспотел.

Если она говорит, что я могу помыться первым, так тому и быть.

— Спасибо. Я последую твоему совету.

— Да. Наслаждайся собой~…… фyфy♪

Поблагодарив Изуми, я направился в комнату, подготовил сменную одежду и полотенце, а затем отправился в ванную.

Я уже не раз принимал здесь ванну, но, как и ожидал, возможность купаться в онсэне каждый день — это роскошь. Я снял одежду, вошёл в ванную, помыл голову и тело как обычно, а затем окунулся в горячую воду.

— Это лучшее……

Без сознания пробормотал я, пока наслаждался онсэном, глядя на луну, парящую в ночном небе.

Я почти подумал, что просто насладившись онсэном, уже стоило сюда приехать……нет-нет, потом я передумал. Если я удовлетворюсь только онсэном, это будет всё равно что поставить телегу впереди лошади.

Я собирался подумать о поисках дома бабушки Аой-сан, которые продолжатся завтра.

— Э—?

Внезапный вид заставил меня замереть.

— Аой-сан…?

Аой-сан стояла, прикрывая тело полотенцем.

— Т-т, эмм—извини!

Слова вырвались у меня автоматически, хотя на самом деле не было нужды извиняться в этой ситуации.

Если бы мне нужно было объяснить, почему я извиняюсь, то это было бы за то, что я увидел её с полотенцем, но, если подумать, лучше поблагодарить, чем извиняться. Большое спасибо.

Я поблагодарил её мысленно, но отвёл взгляд от обнажённой Аой-сан.

— Почему ты вошла в ванную, Аой-сан?

— Изуми-сан сказала, что я могу войти первой, она сказала, что войдёт после……

— Изуми? Нет……меня тоже попросили войти первой.

Я наклонил голову, пытаясь понять смысл.

Вдруг я вспомнил, как Изуми и Хиёри ранее говорили о «миссии здесь и миссии там». Не один или два раза, а несколько раз с тех пор, как мы приехали на виллу.

Когда я заново обдумал ситуацию каждый раз, когда появлялась эта фраза---

— Вот оно что……чёрт, эти двое.

Я наконец понял смысл этой ситуации.

— Акира-кун, что случилось?

— Ах, ничего. Всё в порядке. Я выйду, Аой-сан, так что мылься и наслаждайся временем.

— Но……

— Мы не можем мыться вместе.

Это не вопрос размера ванны, а дело в нижней части тела подростка-мальчика.

Когда я собирался выйти из онсэна, я почувствовал небольшое сожаление к себе.

— Н-нельзя ли нам мыться вместе?

— Э—

Аой-сан произнесла слова, которых я совсем не ожидал услышать.

— То есть, мы ведь раньше уже вместе ходили в онсэны с остальными, верно?

— Да, действительно…….

Я вспомнил, как мы ходили в горячие источники с остальными после экзаменов.

Но тогда они носили юами, так что всё было нормально……и я понимал, что ситуация с полотенцем немного отличается, но если Аой-сан не против, я полностью принимаю это.

Действительно ли всё будет в порядке, если мне позволят насладиться такой приятной ситуацией?

Я был так рад, что, возможно, завтра умру от счастья.

— С-считай это тоже как воспоминание, хорошо?

И не только это, кажется, Аой-сан выглядела странно?

Будто она решила не дать мне выйти из ванны ни при каких условиях.

Затем Аой-сан села на стул и начала мыть себя, не слушая моего ответа.

---Если ты сейчас обернёшься и увидишь её обнажённой, она не заметит.

Дьявол под названием мирское желание шептал в моей голове, но ангел, управляющий здравым смыслом, наставлял меня не смотреть.

Следуя либо мирским желаниям, либо здравому смыслу, ангел и дьявол начали бесконечную борьбу в моём мозгу, не уступая ни шагу. Интенсивный обмен ударами, как в комиксах про бокс.

Со временем ангел стал сдавать позиции, и это был момент, когда дьявол готовился нанести последний удар.

Аой-сан, закончившая мыться, вошла в ванну, и поединок закончился вничью.

Я почувствовал одновременно облегчение и разочарование, мои чувства были очень противоречивы.

— Простите за беспокойство.

— П-пожалуйста……

— Вода такая приятная.

— Д-да……

Хотя ванна была просторной, мы купались в одной горячей воде, и я слишком сильно за ней следил, поэтому разговор прервался.

Мы купались вместе некоторое время, но я не мог сдерживать пустоту внутри, и, оказавшись в трудной ситуации, задавался вопросом, что происходит.

— Акира-кун, спасибо за всё.

Аой-сан произнесла слова благодарности странным, почти формальным образом.

— Тебе не стоит переживать из-за сегодняшнего дня.

— Нет. Не только это.

— Не только это?

— В последнее время я думала……что мне очень повезло.

Аой продолжала, глядя на луну за окном.

— Поехать на фестиваль со всеми, как сегодня, пойти в бассейн, устроить барбекю, если бы это была я раньше, я бы не смогла сделать это. Если бы Акира тогда меня не позвал, я бы не смогла провести такие счастливые дни.

— Аой-сан…..

— Сейчас я очень счастлива.

Аой-сан сказала это, закрыв глаза и погрузившись в воспоминания.

— Это счастье дал мне Акира-кун, поэтому……я хочу снова поблагодарить.

Слушая слова Аой-сан, честно говоря, мои чувства были смешаны.

Учитывая, кем была Аой-сан до сих пор, ясно, что хорошо, что теперь она счастлива.

Тем не менее, если она может быть счастлива из-за таких маленьких вещей, это доказывает, что её жизнь до этого была слишком далека от счастья. Возможно, поэтому она может радоваться даже самым маленьким вещам.

Поэтому---

— ……Это ещё не всё.

— Э……?

Я снова обдумал это.

— С этого момента, если мы решим все эти проблемы, ты сможешь жить более спокойно и весело со своими друзьями. Настанет день, когда ты будешь чувствовать себя гораздо счастливее, чем сейчас.

Если ради этого, я хочу помочь любым возможным способом.

— Итак, сначала давай попробуем найти твою бабушку.

— Да……ты прав.

Я думал об этом, глядя на ночное небо и погружаясь в горячую воду.

***

— …Хаа.

После того как я принял ванну, мне было трудно уснуть.

Было уже за два часа ночи, когда я посмотрел на телефон на тумбочке рядом с кроватью.

Причина моего бессонного состояния была ясна: я переживал из-за поиска дома бабушки Аой-сан, который продолжится завтра. И, пожалуй, ещё из-за волнения после купания с Аой-сан… хотя, честно говоря, это, наверное, главная причина.

Тело устало и требовало отдыха, а голова, наоборот, была странно бодрой.

Если так будет продолжаться, я не смогу уснуть, сколько бы времени ни прошло.

Я решил сменить обстановку, вдохнув ночной воздух, и тихо вышел из комнаты, чтобы не разбудить Эйдзи, который спал рядом со мной.

Я спустился вниз, взял напиток из холодильника и сел на деревянной террасе.

Хотя было лето, место находилось на высоте, и когда ночной ветер дул, воздух казался холодным. В этот момент прохлада и звук насекомых из двора словно очищали мою голову.

— Осталась всего неделя…

Прошла уже неделя с тех пор, как мы приехали в виллу.

Оставалась всего неделя до отъезда.

Это значит, что срок поиска дома бабушки Аой-сан тоже ограничен.

Хотя оставалось примерно 30 кандидатов на возможное место, нет никакой гарантии, что среди них есть нужный.

Как и следовало ожидать, нужно было обдумывать, что делать, если мы не сможем её найти.

Если мы не найдём бабушку Аой-сан во время летних каникул —

— Что же тогда будет с Аой-сан…?

Я невольно пробормотал это вслух и тут же внутренне сделал себе цуккоми. [Цуккоми (ツッコミ) — это комедийная роль в японском юморе, особенно в жанре мандзай, где один персонаж (цуккоми) реагирует преувеличенными и часто физическими действиями на глупость или нелепость другого персонажа (бокэ), пытаясь вернуть его к реальности]

Что бы ни случилось, если мы не найдём бабушку Аой-сан, выбор уже предопределён.

Если бабушка Аой-сан не найдётся, единственный надёжный человек — её отец. Для решения вопроса с жильём и опекой другого выбора нет.

Но я очень хотел этого избежать…

— Не можешь уснуть?

— …Эйдзи.

Знакомый и успокаивающий голос раздался позади, и я обернулся.

Там стоял Эйдзи с мягкой улыбкой на лице.

— Прости, я разбудил тебя?

— Нет. Я тоже не могу уснуть.

Я не знаю, правда это или нет, но даже если это была ложь, это, наверное, его способ проявить заботу.

Эйдзи подвинул стул и сел рядом со мной, слушая шум насекомых, не говоря ни слова.

— Фестиваль немного помог тебе успокоиться?

— Да. Он расслабил меня больше, чем я ожидал.

— Рад слышать. Ты выглядел немного раздражённым.

Вот так… я понял, что не могу это скрывать.

— Честно говоря… как ты и сказал, я думаю, что немного не терпелив. Нет, даже сейчас так. Иногда я не могу уснуть, как сегодня, думая о том, что будет, если мы не найдём бабушку Аой-сан.

— Как я и говорил ранее, даже если мы её не найдём, у нас есть шесть месяцев до твоего переезда в новую школу. Я не думаю, что есть причина торопиться, но… что-то же случится, правда?

Чёрт, я не могу скрыть своё нетерпение.

И сейчас, и раньше, и, конечно, в будущем, я думаю, что не смогу ничего скрыть от Эйдзи.

— Можешь держать это между нами?

— Конечно. Я обещаю оставить это при себе.

Больше я не мог держать это при себе.

— На самом деле… я встретил отца Аой-сан.

— Отца Аой-сан?

Рядом с Эйдзи, который обычно спокоен, но сейчас выглядел удивлённым, я начал объяснять подробности происшествия.

Я рассказал о встрече с отцом Аой-сан после похода в бассейн с Эйдзи и Изуми.

О том, что отец Аой-сан пришёл, потому что мать просила забрать Аой-сан, но он не смог её найти, так как Аой-сан уже переехала из квартиры, и с тех пор искал её в районе.

О том, что он снова женат и имеет новую семью, и предложил Аой-сан жить с ним. Также о том, что Аой-сан должна дать ответ летом, и если она останется с ним, ей придётся сменить школу, потому что отец живёт в другом префектуре.

После долгого объяснения я вздохнул.

— Так вот что произошло…

Как и ожидалось, Эйдзи, похоже, потерял дар речи.

— Я не хотел скрывать это от тебя. С тех пор я не говорил об этом с Аой-сан, и так как… Аой-сан, похоже, не собиралась говорить, я не мог рассказать сам.

— Да. Я понимаю ситуацию.

— Я думаю, причина, по которой Аой-сан молчала о своём отце и продолжала искать бабушку, возможно, в том, что она не хочет жить с отцом. Но это предположение, что она найдет бабушку, поэтому если не найдёт, придётся опереться на него…

Мир недостаточно добр к несовершеннолетним, чтобы жить без опеки.

Если бабушка не найдётся и отец ненадёжен, в худшем случае ей придётся жить в подходящем месте, как дети в детских домах, куда Аой-сан ходила во время волонтёрских мероприятий.

С улучшением окружающей среды Аой-сан я хочу этого избежать.

— Могу я задать один вопрос?

— Да. Какой?

— Разве не будет плохо, если Аой-сан будет под опекой своего отца?

— Э…?

Эйдзи спросил с крайне серьёзным выражением лица.

— Я расскажу это как третье лицо, объективно, исходя из ситуации, так что, пожалуйста, спокойно слушай…

Наверное, потому что я явно показал своё несогласие.

Эйдзи начал рассказ, требуя, чтобы я был спокоен.

— Отец появился перед Аой-сан, оставленной матерью, и сказал, что будет заботиться о ней. Если смотреть только на ситуацию, это не плохая история для Аой-сан. Конечно, я знаю о проблемах с новой семьёй, но думаю, что для будущего Аой-сан есть больше преимуществ. Потому что с родным отцом решатся не только вопросы жилья, но и все вопросы опеки.

— Я знаю это…

Например, согласие родителей или опекунов при поступлении в вуз, гарантии при съёме комнаты после школы, или другие вопросы, которые возникают у несовершеннолетнего, будут решены.

Но всё равно я —

— Ты не уверен, да.

— Да…

Я не собирался скрывать свои чувства от Эйдзи сейчас.

— Я не могу доверять отцу, который оставил свою дочь на девять лет, а потом создал новую семью и живёт счастливо. Если бы он не получал известий от матери Аой-сан, он оставил бы её одну и сейчас. Я не думаю, что Аой-сан сможет быть счастлива с кем-то таким… даже если это её отец.

— Я понимаю.

Я уверен, что Аой-сан очень осторожна с отцом и семьёй.

Она не может говорить то, что хочет, продолжает притворяться сильной и однажды устанет. Учитывая характер Аой-сан, будущее ясно, как огонь.

— Я понимаю твои чувства, но думаю, тебе не стоит так сильно быть негативным.

— Почему ты так думаешь?

— Я не собираюсь принимать сторону отца Аой-сан. Но с нейтральной точки зрения, мне кажется, неправильно нам, кто ничего не знает о нём, чрезмерно его осуждать. Конечно, многие люди будут чувствовать то же, что и ты, услышав ситуацию. Но мы видим лишь один аспект сложной семейной ситуации.

Эйдзи говорил своим обычным спокойным тоном.

— Возможно, есть обстоятельства, о которых ты и Аой-сан не знаете. Нет, они должны быть. Было бы несправедливо отвергать отца, не посмотрев на это, верно?

Эйдзи прав.

Точнее сказать, я видел лишь один аспект, почти ничего.

— Если тебе небезразлична Аой-сан, ты должен узнать, какой он человек, не позволяя эмоциям вмешиваться. То есть, лучше взглянуть на него нейтрально, чем через призму Аой-сан.

Узнать, какой человек отец Аой-сан… да… хотя слова отличаются от тех, что я обсуждал с Хиёри, суть та же.

— …

Я понимаю.

Да, я понимаю это.

Но… похоже, я не могу держать баланс между разумом и эмоциями.

— Но я думал…

Нежность вернулась в голос Эйдзи, который до этого говорил спокойно.

— Я хочу, чтобы ты действовал по сердцу, не думая о том, что я сказал.

— По сердцу?

То, что он только что сказал, было объективным мнением, а не из сердца. Я просто рассуждал о плюсах и минусах. Но я вверил это сердцу.

— Ты смущён и переживаешь, потому что тебе небезразлична Аой-сан. Если бы тебе было всё равно, тебя бы это не волновало. Я хочу, чтобы ты игнорировал детали и действовал по своему желанию, и ты так делал до этого.

— Эйдзи…

— Если ты ничего не сможешь сделать из-за этого, я буду рядом, чтобы помочь.

Эти слова словно успокоили шум в моём сердце.

Я никогда не чувствовал себя так рад, что посоветовал Эйдзи, как сейчас.

— Спасибо. Благодаря тебе я смог немного охладить голову.

— Правда? Рад это слышать.

Эйдзи улыбнулся, как обычно спокойно.

— Так что, о чём вы с Аой-сан говорили?

— Сначала она спросила, что делать, и я сказал, что уважаю её чувства. Я сказал, что она может советоваться со мной, если что-то будет… но с тех пор мы не говорили… интересно, не доверяет ли она мне.

— Не говорить — не значит не доверять.

— Правда?

— Я понял это после того, как Изуми сказала мне…

Эйдзи продолжил с такого вступления.

— Думаю, Аой-сан стала гораздо честнее в выражении своих чувств, чем когда мы встретились впервые.

— Да. Я тоже так думаю.

Когда мы впервые встретились, она была молчалива во всём и никогда не выражала своих желаний.

Но теперь она начала говорить, чего хочет, и чаще благодарит, хотя обычно в конце дня извиняется.

Думаю, после летних каникул она начнёт меняться.

— Отложи в сторону прежнюю Аой-сан. Если сейчас она не говорит о своём отце, это не из-за нежелания, а, возможно… она уже нашла ответ.

Она уже нашла ответ…?

— Нам не о чем волноваться. Она, наверное, хорошо думает о своём будущем. Я и Изуми почувствовали это, когда видели Аой-сан в последнее время.

— Понимаю… если вы оба так говорите, значит, наверное, это правда.

— Поэтому, Акира, не переживай всё время и будь спокойнее. Когда Аой-сан больше не сможет справиться сама, самым надёжным человеком для неё будешь ты. Если ты будешь слишком переживать и не сможешь помочь в этот момент, это не будет выглядеть круто, верно?

— Ты прав…

— Важно говорить об этом. Я уже говорил тебе это много раз. Но не обязательно рассказывать обо всём. Иногда важно просто наблюдать, и я уверен, что сейчас именно то время.

Как сказал Эйдзи, у Аой-сан есть собственные мысли.

Нам нужно быть решительными, чтобы всегда иметь возможность помочь.

— И ещё одно…

Эйдзи продолжил, будто добавляя что-то.

— Важно сталкиваться с чувствами Аой-сан, но тебе также нужно сталкиваться со своими чувствами. Давно так, но ты слишком игнорируешь свои эмоции.

— Что ты имеешь в виду?

Я понял, что Эйдзи хочет сказать, но не осмеливался сам.

— Именно так. Почему у тебя такое сильное отторжение к отцу Аой-сан, хотя ты знаешь, что у него есть свои обстоятельства? Почему так, да? Думаю, пришло время дать имя своим чувствам к Аой-сан.

Эйдзи покинул деревянную террасу, когда сказал это.

Я остался один и повторил слова Эйдзи про себя.

— Пора дать имя своим чувствам, да…

Я это осознавал.

Я понял это, когда заметил, что Аой-сан ушла из дома в день закрытия школы.

Я думал, что протяну руку Аой-сан, но оказалось, что это она протянула руку мне. Более того, факт, что Аой-сан была моей первой любовью, поразил меня.

Когда я узнал об этом, произошла сильная эмоциональная перемена во мне, это точно.

— Но…

Мне всё ещё не ясно, какое имя дать этим эмоциям.

Почему я забочусь о Аой-сан…

это дружба или доброта, желание защитить, самодовольство, чувство справедливости или другое неизвестное чувство? У меня всё ещё нет ответа.

Я продолжал задавать себе этот вопрос снова и снова посреди ночного ветра.

Только звук насекомых эхом раздавался в темноте.

----------

Летний поиск: Часть 2

Том 2 Глава 6 - Летний поиск: Часть 2

После летнего фестиваля у нас оставалась всего неделя.

Летние каникулы ещё продолжались, но Аой-сан и Изуми планировали участвовать в школьной волонтёрской деятельности после фестиваля Обон, так что даже если мы не найдём её бабушку, продлить поиски не получится.

Кроме того, нет смысла затягивать поиски, если ситуация останется такой же, как сейчас.

Осталось всего 30 храмов, которые мы проверили как потенциальные места.

Оставшиеся храмы были достаточно далеко от виллы, потому что мы начали поиски вокруг неё, но даже так, мы могли бы посещать по три храма в день, а учитывая, что мы разделились на две группы — шесть.

Если предположить, что мы сможем её найти, то по расчётам —

— Ещё пять дней, и мы получим результат…

На следующее утро мы обсудили ситуацию за завтраком.

Как и следовало ожидать, все начали терять терпение, и та радость, что была после фестиваля, постепенно улетучилась. Ничего удивительного — сейчас это явно не лучшая ситуация, если смотреть на неё спокойно.

Да… хотя, пожалуй, самый нетерпеливый здесь — это я сам.

Прошлой ночью я, наконец, лёг в постель, но не мог успокоиться и уснуть до рассвета.

— А что если…

Изуми начала вопрос с предположения.

— Если мы не найдём её, что мы будем делать?

Изуми, наверное, осторожничала ради Аой-сан, чтобы не расстроить её слишком сильно.

Благодарно кивнув на заботу Изуми, я понял, что пора обсудить и эту возможность. Конечно, речь шла о том, как найти бабушку Аой-сан, а не о том, чтобы обращаться к её отцу.

— В таком случае, нам придётся пересмотреть объём поисков и начать с начала.

— Хотя, я думаю, придётся дождаться второго семестра, чтобы продолжить. У Изуми и Аой-сан есть планы по волонтёрской деятельности, так что мы не можем оставаться здесь всё время. Как только начнётся школа, будет трудно найти время для совместных поисков, поэтому я хочу найти её именно во время летних каникул… это непросто.

Как сказал Эйдзи.

Однако это произойдёт только после того, как Аой-сан даст ответ своему отцу.

— …

В голове снова всплыла растерянная мимика Аой-сан, когда она встретила отца.

Я не знаю, какой ответ она даст, но для меня было бы лучше найти дом бабушки до того, как ей придётся принимать решение о том, чтобы жить с отцом.

А если среди оставшихся тридцати мест не окажется дома бабушки?

— Худший сценарий… если бы я мог воспользоваться виллой, я бы остался один и продолжал искать.

Неосознанно рука, держащая палочки, сжалась сильнее.

Я не могу вернуться с пустыми руками после всего, что мы уже сделали.

— Я тоже останусь. У меня нет других планов.

Сказала Хиёри без колебаний.

— Мы обсудим это позже. Пока же нужно сосредоточиться на поисках.

Эйдзи повысил голос, чтобы разрядить обстановку, которая стала тяжёлой.

— Главное — нам нужна информация. Давайте активнее спрашивать в окрестностях храмов.

— Верно. Если решили так, надо есть побольше, чтобы не уступить жаре! Так что, Акира-кун, ещё одна большая порция!

— Нет. Ты слишком много съешь и не сможешь двигаться, так что нельзя.

— Акира-кун злой!

Изуми надулa щёки, как выброшенный на берег фугу, и обиделась.

После завтрака и уборки мы сразу покинули виллу.

***

Однако, несмотря на спешку, время шло своим чередом.

Когда мы продолжили поиски, несколько дней подряд ничего не находилось, и постепенно наше нетерпение начало расти.

Если ситуация будет продолжаться, воздух станет тяжёлым, даже если мы этого не захотим, и, как и ожидалось, дух Изуми тоже начал угасать.

Хотя никто не говорил об этом вслух, что ещё оставалось, кроме как думать: «Похоже, найти её невозможно, да?» Даже сказать, что всё будет хорошо, было слишком оптимистично в такой ситуации.

Однако время продолжало идти без остановки, и это был уже четвёртый день с тех пор, как мы продолжили поиски.

Я, как обычно, обходил храмы вместе с Аой-сан.

— Думаю, это место тоже не подходит…

Когда солнце начало садиться, мы с Аой-сан пришли к третьему храму за сегодняшний день.

Храмы находились почти в часе езды на велосипеде, так что даже добраться туда было утомительно. К сожалению, этот храм, к которому мы добрались после долгой поездки по деревенским дорогам, не соответствовал воспоминаниям Аой-сан.

— Понятно. Давай посмотрим также район с жилыми домами, просто чтобы убедиться, прежде чем возвращаться.

— …Да. Ты права.

По какой-то причине улыбка Аой-сан не имела силы.

Нет, наверное, у меня тоже так… Я старался улыбаться, чтобы не тревожить Аой-сан, но если спросить, не показывал ли я признаков беспокойства, я не уверен, что могу сказать, что мне совсем спокойно.

Однако я не должен сдаваться.

Толкая велосипеды, мы осматривали окрестности жилого района, освещённые вечерним солнцем.

На улице никого не было, возможно, потому что уже почти время ужина.

— В таком случае нам не у кого спросить.

Мы прогуливались среди домов.

— …Хмм?

Внезапно вид, открывшийся передо мной, заставил меня замереть.

— Акира-кун, что случилось?

— Нет, это…

Я осматривал жилой район вместе с Аой-сан, которая обеспокоенно позвала меня.

После того как я осмотрел все дома, в голове возникла одна мысль.

— …Аой-сан, можно я спрошу кое-что?

— Да. Что такое?

— Фамилия твоей бабушки тоже Сотомэ, верно?

— Думаю, да. Сотомэ — фамилия со стороны моей матери, так что бабушка тоже должна быть Сотомэ.

Правильно.

Если нет каких-то особых обстоятельств, фамилия бабушки точно Сотомэ.

В таком случае… я решил проверить возможность и сделал поиск на своём телефоне.

И результаты поиска в целом совпали с моими ожиданиями, и когда я прочитал несколько страниц в интернете, моё предчувствие превратилось в нечто большее — почти уверенность.

— Аой-сан, возможно, мы сможем найти дом твоей бабушки.

— Правда!?

— Давай обсудим детали, когда встретимся с Эйдзи и остальными.

Я не ожидал получить подсказку таким образом.

Но это предчувствие могло сломать нынешнее положение вещей.

Мы вернулись домой, сдерживая волнение от надежды.

***

Когда мы прибыли в виллу, Эйдзи и остальные уже вернулись.

Похоже, они вернулись пораньше, так как я заранее сказал им, что хочу кое-что обсудить.

Когда все собрались в гостиной, Эйдзи сразу начал основную тему.

— Ты сказал, что у тебя есть хорошая идея?

— Да. Но мы говорим о возможности, так что я хочу, чтобы вы выслушали и вместе приняли решение.

Я разложил карту на столе и начал объяснять.

— В общем, возможно, мы ищем не там.

— Не там?

Аой-сан переспросила с тревогой. — Это значит, что воспоминания Аой-сан неправильные?

Изуми подняла голос, следуя за Аой-сан:

— Я не могу утверждать наверняка, но я уверена, что вероятность этого не равна нулю.

— Акира, звучит так, будто у тебя пока нет доказательств.

— Да. Вот почему я хочу, чтобы мы обсудили это вместе.

Начав с этого, я изложил свою гипотезу.

— Я впервые заподозрил, что мы ищем не там, когда гулял по жилому району. Вдруг мое внимание привлекла входная дверь одного из домов, и фамилия, которую я не знал, бросилась в глаза. И это было не одно — шесть из десяти домов в этом районе имели одинаковую фамилию.

— Так много!?

— Да. Я сам не мог поверить своим глазам.

— Понятно…

Рядом с Изуми, которая наклонилась вперед от удивления, Эйдзи сделал вид, будто уже предугадывал это.

Эйдзи, должно быть, понимал это в определённой степени, даже при таком кратком объяснении.

— Верно, что иногда несколько одинаковых фамилий концентрируются в определённом районе. Я слышал, что много фамилий происходит из этих мест или связано с названиями мест. В крайних случаях треть учеников начальной школы могла иметь одинаковую фамилию.

Как сказал Эйдзи, в сельской местности это случается нередко.

— Когда я увидел ряд домов с одинаковой фамилией, у меня возникла мысль: мы не часто встречаем фамилию Сотомэ, и я задумался, не берет ли она своё начало из определённого района.

— И что дальше?

Хиёри поспешила ответить:

— Бинго. Я провела подробное исследование и выяснила, что фамилия Сотомэ встречается в районе Канто, особенно в окрестностях этой префектуры. Кроме того, она концентрируется в определённой зоне.

— В каком районе?

Эйдзи сказал это, а я показал на карте.

— Я хотел найти более надёжную информацию, поэтому искал слово «Sotome» в приложении карт. Я обнаружил несколько магазинов и частных компаний с этой фамилией. Судя по всему, они сосредоточены в этом районе. Только…

Слово само собой затерялось.

Существует одно серьёзное противоречие для доказательства гипотезы.

— Это район, который мы исключили, потому что поблизости нет храмов.

Эйдзи и остальные понимали это, так как видели карту.

Место находилось примерно в часе езды от нас, и хотя оно соответствовало критериям сельской местности, окружённой горами, оно не подходило по условию близости к храму.

— Другими словами, если бы там был храм, район подошёл бы.

— Да…

По воспоминаниям Аой-сан, храм был рядом.

Если полагаться на её воспоминания, этот район не входит в число кандидатов, но если память Аой-сан ошибается, он может стать подходящим местом.

— Я не сомневаюсь в воспоминаниях Аой-сан. Просто если отбросить условие «рядом с храмом», этот район выглядит наиболее вероятным, так что стоит его проверить.

— Ты прав. Это воспоминания детства, так что я, наверное, не могу утверждать точно…

Аой-сан перевела взгляд, словно пытаясь вспомнить всё заново.

И потом—

— Только потому что на карте нет храма, это не значит, что воспоминания Аой-сан ошибочны, верно?

— Хмм? Что ты имеешь в виду?

Изуми пробормотала спокойно, и я рефлекторно переспросил:

— Возможно, раньше храм там был, а теперь его нет, да?

— Эх…?

Все, кроме Изуми, были в шоке.

Это была слепая зона — я не думал о такой возможности, но именно поэтому вероятность не равна нулю. Возможно, храм изначально был, но по какой-то причине он разрушился и теперь отсутствует на карте.

— Изуми, храм может разрушиться?

— Не знаю, но, возможно, его разрушило какое-то бедствие.

— Верно. И если никому не осталось управлять храмом, его просто уничтожают?

Хиёри и Изуми рассматривали различные варианты.

Слушая разговор, я внезапно вспомнил что-то, что исследовал несколько дней назад.

— Когда я изучал храмы в интернете, я заметил, что из-за проблем с управлением и нехватки преемников становится всё больше храмов без настоятеля, а многие настоятели совмещают работу сразу в нескольких храмах. При этом я читал, что в некоторых случаях, если не хватает священнослужителей, храмы объединяют.

Иными словами, храмы в этом районе могли быть объединены с другими храмами по объективным причинам.

Если это так, это может объяснить, почему воспоминания Аой-сан верны, а мы не можем найти храм, и с большой вероятностью этот район именно тот, что помнит Аой-сан.

Но есть одна большая проблема—

— Мы не можем точно узнать, как обстояли дела тогда…

— Есть способ.

Хиёри сразу же сказала:

— Я распечатала карту из интернета, но когда искала на другом сайте, я нашла место, где можно посмотреть аэрофотосъёмку по дате. Если отмотать назад, возможно, мы сможем убедиться, что храм там был.

— Хиёри, поделись ссылкой. Мы все проверим.

Я попросил Хиёри дать ссылку и начал проверять.

Начали с района, где сосредоточились дома с одинаковой фамилией.

На основе этой информации мы исследовали возможности, обсуждали противоречия и вопросы, и наконец пришли к ответу.

Проверяя сайт в спешке, я заметил, что карта обновляется не каждый год, а раз в пять-десять лет, хотя частота обновлений зависит от района.

Я стал проверять более старые карты, и сердце моё билось всё сильнее, когда я двигался в прошлое. В тихой гостиной оно стучало так сильно, что казалось, я слышу собственный пульс.

— Нашла!

В самый разгар этого Хиёри одним словом прервала тишину.

Мы все посмотрели на её телефон.

На экране была карта пятнадцатилетней давности, на которой была видна структура, похожая на храм, хотя это аэрофотосъёмка, так что точности нет.

А на карте, разложенной на столе, была пустая земля.

— Здесь… не ошибся!

Гостиная взорвалась от радости, когда мы наконец получили ответ.

— Мы сделали это, Аой-сан!

— Да!

Аой-сан и Изуми закричали от радости, похлопали друг другу по ладоням, а Хиёри принесла пудинг из холодильника, словно празднуя, и они втроём начали его есть. Возможно, хотели устроить небольшой тост.

Смотря на них, я развалился на диване с чувством облегчения.

— Акира, отличная работа.

Эйдзи протянул бутылку с соком вместе со словами благодарности.

— Да… хотя это ещё не окончательное подтверждение.

Я думал об этом, принимая сок.

[[image:/storage/reader-images/8a4352059c5c7431ddf8bd8129ae0c19f45c5af2.png]]
Да. Мы ещё не можем успокоиться.

Мы не узнаем точно, пока не приедем туда завтра.

Но мы уже прошли большой путь с того момента, как вообще не имели никаких подсказок.

Я не хотел сказать что-то неосторожное Изуми и остальным, кто радовался, и решил, что могу тоже немного порадоваться.

— Ладно. Завтра идём туда все вместе.

— Да! Впервые с момента приезда на виллу мы ищем вместе, я с нетерпением жду!

Яркая атмосфера окутала гостиную, будто уныние до сегодняшнего утра было ложью.

С тремя оставшимися днями я почувствовал, что наконец могу видеть надежду.

***

На следующее утро мы встали раньше обычного.

Возможно, нам всем не удавалось сдерживать тревогу, потому что мы собрались в гостиной за час до завтрака, хотя заранее не договаривались об этом. Я был удивлён, что даже Изуми, которая обычно проспала бы, тоже проснулась.

Что ж, я понимаю её чувства. В конце концов, я встал первым.

Все с нетерпением ждали этого дня.

После завтрака и подготовки, как обычно, мы вышли из виллы вовремя открытия администрации, арендовали велосипеды и выехали.

По пути к цели, который занял около сорока минут на велосипеде, нам приходилось сдерживать тревогу —

Сначала мы разговаривали весело, но по мере приближения к цели всё меньше говорили. Тот факт, что Изуми была так спокойна, показывал, насколько она нервничала.

Наконец мы прибыли в это спокойное место, окружённое сельским пейзажем у подножия гор.

Посреди этой живописной сельской местности, будто вырезанной из летнего аниме, транслируемого по телевизору, старики с утра трудились на рисовых полях и огородах.

— Хиёри, где примерно был храм?

— У подножия горы. Отсюда это в противоположном направлении от жилого района.

Мы оставили жилой район позади и направились к предполагаемому месту храма.

Прибыв на место, напряжение было трудно описать словами.

— …Вот здесь.

Перед нами была достаточно большая пустая площадка.

До сих пор оставались следы того, что храм когда-то стоял здесь: аккуратно сложенные каменные стены и большой кедр посреди земли.

Но все здания были разрушены.

Лишь когда я подумал об этом, стало трудно понять, совпадает ли это место с воспоминаниями Аой-сан.

— …Аой-сан?

Аой-сан отошла от места, где был храм.

Она шла по грунтовой дороге к жилому району, а я следовал за ней, рассматривая таблички с фамилиями домов. Фамилия «Сотомэ» попалась мне на глаза.

Как я и думал, вот оно.

И едва я об этом подумал —

— Окружающий вид кажется знакомым…

Аой-сан слегка кивнула и затем ускорила шаг.

Наконец. Наконец мы смогли добраться до дома бабушки Аой-сан, которого так долго искали.

Следуя за Аой-сан и сдерживая собственное волнение, она несколько раз останавливалась на поворотах и бросала мне быстрый взгляд, словно была удивлена и охвачена ностальгией.

В конце поля зрения появился двухэтажный деревянный дом недалеко от нас.

Когда Аой-сан подошла к дому, она остановилась и обняла себя руками, словно боясь чего-то.

— Это дом?

— Да…

Что тут ещё скажешь.

Наконец она нашла дом своей бабушки.

Естественно, что она чувствовала больше тревоги, чем радости, видя его после девяти лет разлуки.

Будет ли она помнить меня?

Даже если вспомнит, примет ли меня?

Будет ли она рада снова меня видеть после стольких лет?

Ничего не ясно.

Если бы я был на месте Аой-сан, я бы застыл на месте, если бы бабушка меня не приняла.

Сердце Аой-сан, наверное, было переполнено чувствами, сложнее, чем я мог предположить.

— Отсюда идём только мы с Аой-сан.

Я повернулся к остальным с лёгким чувством вины.

— Если мы придём всей толпой, я думаю, что напугаем бабушку.

— Понимаем. Тогда мы вернёмся к старому месту храма и будем ждать вас.

— Да. Пожалуйста, так и сделайте.

Эйдзи понял ситуацию и ушёл с Изуми и Хиёри.

После того как они ушли, я снова повернулся к Аой-сан.

— Ты в порядке?

Невольно я протянул руку к Аой-сан.

— Да… спасибо.

Аой-сан нежно сжала мою руку.

Обычно я бы смущался, держась за руки, но сейчас было иначе.

Тревога и нервозность Аой-сан, которые я ощущал через её ладонь, удерживали меня в спокойствии. Сейчас мне не нужно было стесняться. Я нежно держал её руку, чтобы хоть немного снять напряжение.

Но когда мы подошли всего в нескольких метрах к дому её бабушки,

Постепенно начало появляться чувство дискомфорта.

— Это…

Когда мы подошли к дому, тревожное чувство превратилось в уверенность.

— Аой-сан, ты уверена, что это её дом? — Да. Но…

На дверной табличке было написано «Sotome».

Не осталось сомнений, что это совпадает с воспоминаниями Аой-сан.

Не вызывает сомнений, что бабушка Аой-сан жила в этом доме. Но, как я уже сказал, слово «жила» здесь в прошедшем времени: дом сильно разрушен, и трудно поверить, что кто-то живёт в нём сейчас.

Сорняки заполнили сад, а почтовый ящик был забит листовками.

Некоторые окна были разбиты, вероятно, из-за ветра и дождя, а черепица на крыше осыпалась и валялась вокруг, что говорит о том, что дом пустует уже несколько лет.

Кроме того, на внешней стене висела табличка «Продаётся».

— …На данный момент давай проверим.

Вряд ли кто-то здесь живёт, но я всё равно не мог не проверить.

Я подошёл к входной двери вместе с Аой-сан и нажал кнопку домофона.

— …

Я нажимал несколько раз, но звука не было, вероятно, электричество отключено.

Хотя это было ожидаемо, всё равно было тяжело принять.

— Похоже, здесь действительно никто не живёт.

— Ты права…

Никто не ожидал такого исхода.

Мы наконец нашли улику, соответствующую воспоминаниям Аой-сан, и я думал, что сможем встретиться с её бабушкой — но дома никого не было.

Куда она могла уйти?

Так что мы вернулись к исходной точке… Когда я так подумал,

— Вы знакомы с Сотомэ-сан?

Мы обернулись и внезапно услышали голос.

Там была пожилая женщина.

— Эм…

Когда к тебе подходит незнакомый человек, трудно решить, сколько рассказывать о ситуации.

Но я решил, что лучше говорить правду, чем что-то придумывать.

— Да. На самом деле…

Мы объяснили, что Аой-сан — внучка человека, который жил в этом доме.

Мы также рассказали о ситуации Аой-сан: что она пришла к бабушке по этой причине, и что мы наконец нашли дом, но бабушки нигде не было. Мы были в растерянности.

Ты можешь подумать, что я слишком откровенен с незнакомым человеком.

Но я считал, что если эта женщина знает что-то о бабушке, она сможет сообщить нам, если я буду честен. Даже если она не знает, я надеялся, что она сможет навести нас на кого-то, кто знает, ведь слухи быстро распространяются в деревне.

— Да. Я слышала, что у неё есть внучка, и это ты…

Когда мы закончили объяснение, женщина с тяжёлым взглядом посмотрела на Аой-сан.

— Вы знаете, как она сейчас?

Но, вопреки нашим ожиданиям, женщина покачала головой.

— Прошло уже более семи лет с тех пор, как Сотомэ-сан жила здесь.

— Более семи лет назад?

Женщина с ностальгией продолжила:

— Сотомэ-сан рано потеряла мужа и долго жила здесь одна. Но семь лет назад её родители заболели и нуждались в уходе. Тогда она покинула этот дом, полный воспоминаний о муже, и вернулась к родителям.

Так вот…

— Кто-нибудь знает, где живут её родители или как с ними связаться?

Женщина снова покачала головой.

— Нет, она родом из далёкого места.

— Понятно…

Женщина любезно попросила соседей узнать, знает ли кто-то контактные данные бабушки Аой-сан, но никто не знал.

К сожалению, продолжать поиск было бессмысленно.

Мы поблагодарили соседей и покинули район.

Когда я вернулся к храму вместе с Аой-сан, трое остальных уже ждали нас у входа.

Издали я видел их лица, полные надежды, но они, должно быть, уже догадались о случившемся по атмосфере между мной и Аой-сан. Когда мы подошли к ним, на их лицах не было улыбок.

С тяжёлой атмосферой в воздухе мне всё же пришлось сказать правду:

— Бабушка Аой-сан больше не живёт в этом доме.

— Понимаю… можешь объяснить ситуацию?

В ответ на вопрос Эйдзи я начал объяснять всё вместо Аой-сан.

— Коротко говоря, это действительно был дом бабушки Аой-сан. Но сейчас он разрушен, и я не думаю, что там кто-то живёт. Когда мы осмотрели его и растерялись, к нам подошла соседка и сказала, что она уже вернулась к дому своих родителей примерно семь лет назад.

Хотя это правда, уже одно лишь объяснение давило на меня.

Постепенно я ощущал, как воздух вокруг нас становился всё тяжелее.

— Мы спрашивали соседей, знают ли они, где живут родители бабушки Аой-сан или как с ними связаться, — продолжил я, — но они сказали, что бабушка не из этого района, поэтому никто ничего не знает.

Я никогда не ожидал, что мы столкнёмся с тупиком после того, как пришли сюда.

Всего час назад, когда мы ехали сюда, мы были полны надежды, а теперь чувствовалось, будто мы оказались в безысходности. Впервые я понял значение слова «отчаяние».

Все полностью осознали, что искать дальше бесполезно.

Результат, которого мы так долго ждали, оставил нас молчаливыми, и единственное, что двигалось — это время.

Пение сверчков, которое до этого я не замечал, вдруг показалось чересчур громким.

На следующий день мы решили вернуться в город на два дня раньше запланированного срока.

Так как местонахождение бабушки Аой-сан было полностью неизвестно, оставаться на вилле не имело смысла.

Хотя мы решили не сдаваться и начать всё сначала, никто из нас уже не мог скрывать, что мы были действительно потрясены.

Шаги по дороге домой давались с трудом.

----------

Оставленные чувства

Том 2 Глава 7 - Оставленные чувства

— Ну, я пошла.

— Да. Будь осторожна по дороге.

Это было утром, через несколько дней после возвращения из виллы. Я проводил Аой-сан до входа.

Сегодня в школе проходила волонтёрская акция.

С тех пор как Аой-сан впервые посетила детский дом в первом семестре, она регулярно участвовала в волонтёрских мероприятиях.

Обычно с ней ходит Изуми, поэтому я присоединяюсь только тогда, когда есть время или желание. Если бы мог, я бы пошёл и сегодня, но решил остаться дома и спокойно заняться делами.

Ведь из-за поисков дома бабушки Аой-сан я совсем не продвинулся с летними домашними заданиями.

Хотя нет, винить в этом поиски неправильно.

Если бы захотел — мог бы всё сделать заранее, как Хиёри. Даже Эйдзи закончил всё до поездки, а Изуми с Аой-сан делали по чуть-чуть перед сном.

Иными словами, нынешняя ситуация — результат только моей собственной лени…

Как и следовало ожидать, с оставшимися менее чем двумя неделями я не мог позволить себе участвовать в волонтёрстве.

Проводив Аой-сан, я заперся в комнате и начал делать домашку.

— Хаа…

Причина моих вздохов была вовсе не в том, что дела не идут.

Главное в том, что я до сих пор совсем не знаю, где находится бабушка Аой-сан.

С тех пор как мы вернулись, я постоянно обдумываю, как её найти, но ни одной толковой идеи так и не появилось.

На всякий случай я попросил женщину, которую встретил у дома бабушки, сообщить мне, если кто-то что-то узнает, и оставил ей свои контакты, но, если честно, не особо рассчитываю на это.

Я думал и о других способах — например, обратиться к профессионалам, которые ищут людей. Но, хоть шансы на успех и выше, цена для старшеклассника абсолютно неподъёмная.

Можно было бы обратиться к властям, но тогда, когда всё станет известно, Аой-сан, скорее всего, возьмут под официальную опеку. А если вмешаются госслужбы, это уже будет последний вариант, на крайний случай.

Проще говоря, чем больше я об этом думаю, тем меньше остаётся реальных способов.

— В итоге… выходит, есть только один путь решить вопрос с жильём для Аой-сан.

Не знаю, в который уже раз, но в голове всплыло лицо её отца.

Отец Аой-сан сказал, что ждёт ответ во время летних каникул.

А ведь до конца каникул меньше двух недель — значит, у Аой-сан столько же времени, чтобы дать ответ.

С момента нашей первой встречи с ним она ни разу не поднимала этот вопрос.

Интересно, что она сейчас думает об этом, особенно после того, что мы так и не нашли бабушку?

Связывалась ли она с отцом с тех пор?

Пожалуй, мне стоит хотя бы раз поговорить с ней об этом.

И в тот момент, когда я так подумал…

— Э…?

Вдруг зазвонил мой телефон.

На экране высветилось имя — отец Аой-сан.

От неожиданности я глубоко вдохнул и ответил:

— Да, слушаю. Это Акира.

«Это отец Аой. Надеюсь, не помешал?»

Его голос в трубке звучал спокойно и сдержанно.

— Нет, всё в порядке. Что случилось?

«Я сейчас неподалёку от твоего дома. Прости за внезапность, но можем ли мы встретиться и поговорить?»

Это действительно было неожиданно.

Он, похоже, не подумал о моих обстоятельствах.

Хотя… зачем он вообще звонит мне?

— Простите, но Аой-сан сейчас ушла на школьное мероприятие.

«Нет, ты не так понял. Извини за недоразумение.»

— Недоразумение?

«Я хотел поговорить не с Аой, а с тобой, Акира-кун.»

На секунду я даже подумал, что ослышался.

— Со мной…?

«Да. Я хотел бы поговорить с тобой с глазу на глаз.»

На линии повисла тишина.

Я не знал, зачем он это затеял, но причин отказываться не было.

Наоборот — может, даже удобнее поговорить с ним, пока Аой-сан нет.

Как сказала Хиёри и Эйдзи — сначала узнай позицию другой стороны, а потом уже решай.

— Понял. Давайте встретимся.

Так я принял приглашение её отца.

Домашнее задание тут же вылетело из головы.

***

После звонка от отца Аой-сан я сразу отправился к месту встречи.

Местом, которое он назначил, оказалось то самое кафе, куда мы втроём ходили в день, когда впервые встретили отца Аой-сан.

Когда я вошёл, то увидел его, сидящего за тем же самым столиком у окна в глубине зала.

Я сказал официанту, что у меня назначена встреча, и направился прямо туда.

— Извините, что заставил вас ждать.

— И тебе спасибо, что пришёл, извини, что позвонил так внезапно.

Он выглядел спокойным, улыбка у него была мягкая — не было видно ни раздражения, ни холодности.

Но всё равно я не мог расслабиться, пока не узнаю, чего он добивается на самом деле.

Я заказал айс-кофе, и, когда официант ушёл, повернулся к нему.

— Так в чём же дело?

Я не собирался тянуть с разговорами.

Пусть сразу говорит, зачем позвал.

— Я хотел узнать, как там Аой, — произнёс он.

Расследование о ней, значит…

Ну, я ожидал чего-то подобного.

— Разве не проще было спросить у неё самой, а не у меня?

— Да, но… — он замялся, — мы с тех пор совсем не связывались.

— Совсем не связывались?.. — переспросил я.

То есть с той самой встречи Аой-сан ни разу не выходила на контакт с отцом?

Я думал, они хотя бы обсудили, будет ли она с ним жить…

Похоже, теперь ясно, почему он решил позвонить мне.

— Я хотел бы попросить тебя убедить Аой, — сказал он прямо.

Как я и думал.

Он не может найти общий язык с дочерью, которую не видел девять лет, и теперь просит помочь кого-то ближе — её одноклассника и соседа по дому.

Что ж… в его положении неловко обращаться к ней напрямую, но всё же…

— Хотя сейчас Аой живёт у тебя, это ведь не может продолжаться вечно, — продолжил он. — Если подумать наперёд, для неё было бы лучше переехать ко мне как можно раньше. Если она переживает из-за этого, можешь ли ты подтолкнуть её к этому решению?

Он произнёс это без колебаний, спокойно и уверенно — будто действительно верил, что делает это ради её блага.

Он, наверное, считает, что только он способен «спасти» бедную девочку, брошенную матерью.

Что он поступает правильно, движимый чувством долга и справедливости.

…Не имея ни малейшего представления о том, что сама Аой-сан чувствует.

— Я отказываюсь, — ответил я.

— Э…? — в его глазах мелькнуло удивление.

— Вам нужно поговорить с Аой-сан лично, а не просить об этом меня.

Кроме того… —

Я и не планировал говорить это вслух,

Но не смог сдержаться — слишком раздражало, что он совсем не думает о её чувствах.

— Я против того, чтобы Аой-сан жила с вами.

Я посмотрел ему прямо в глаза и сказал это без колебаний.

Отец выглядел растерянным.

— …Могу я спросить, почему?

— А вы серьёзно думаете, что я мог бы быть «за»? — ответил я, не давая ему времени.

Он хоть понимает, что натворил?

— Вы оставили её одну на девять лет, так и не навестив ни разу. За это время у вас появилась новая семья, и вы жили счастливо…

А потом, только когда мать Аой попросила вас позаботиться о ней, вы вдруг решили вспомнить, что у вас есть дочь.

Если бы не это, вы бы так и не пришли к ней, ведь так?

— Это… — он не успел договорить.

Но меня уже понесло. Эмоции вышли наружу, и я не собирался останавливаться — даже если передо мной взрослый человек.

Отец, который когда-то бросил свою дочь, теперь говорит о том, как «заботится» о ней.

— По крайней мере, именно так это выглядит со стороны.

И уверен, сама Аой-сан чувствует то же самое.

Если она до сих пор не дала вам ответ — это тоже выражение её чувств.

Поэтому я против того, чтобы вы её забирали.

Он опустил взгляд, лицо стало тяжёлым и усталым.

Я сказал всё, что хотел.

Но почему-то на душе легче не стало.

— Акира-кун… ты, похоже, и правда очень заботишься об Аой, — произнёс он после паузы, тихо, почти с улыбкой.

На его лице появилось выражение, в котором странным образом смешались усталость и удовлетворение.

— Конечно, с твоей точки зрения я выгляжу ужасным отцом.

Да и с точки зрения самой Аой, которая не знает всей правды, тоже.

Ты не ошибся в своих словах.

Но всё же… я не лгу, когда говорю, что искренне забочусь о ней.

Как он вообще может такое говорить… — я уже открыл рот, чтобы ответить,

Но он опередил меня:

— Поэтому я хочу рассказать тебе всё, Акира-кун.

Чтобы ты понял.

— Всё…?

— Да. Послушай меня до конца, прежде чем решать, будешь ли ты убеждать Аой или нет.

Я уже хотел сказать, что это ничего не изменит,

Но, глядя в его глаза, полные решимости, всё же промолчал.

— Только… не смейся, пока не дослушаешь, — добавил он. — Это история, стыдная для мужчины, который так и не смог стать настоящим отцом.

***

После разговора с отцом Аой-сан и возвращения домой —

Я сидел на диване в гостиной, ожидая, когда Аой-сан вернётся.

Когда я взглянул на часы, было чуть позже пяти вечера.

Когда я вернулся из кофейни, было около трёх, так что, не заметив, я просидел больше двух часов.

Все эти два часа я снова и снова прокручивал в голове рассказ отца Аой-сан.

То, что он сказал мне, оказалось полной противоположностью тому, что я себе представлял —

Если слова её отца правда, то я невольно начинаю задаваться вопросом, что же я всё это время делал.

Хотя солнце уже зашло, и вокруг стало темно, я всё ещё ждал Аой-сан, не включая свет.

И вдруг из прихожей донёсся звук открывающейся двери.

— Я дома.

Аой-сан сказала это, включая свет в гостиной.

Её спокойный голос, который обычно приносил мне облегчение, сейчас только тревожил.

— Свет не горел, я подумала, что ты куда-то вышел.

— А… прости. С возвращением.

— …Акира-кун, что случилось?

Аой-сан села рядом и с беспокойством посмотрела мне в лицо.

Интересно, как я выгляжу сейчас, если она так встревожена?

Прости, что заставил тебя волноваться, но я просто не мог скрыть свои эмоции.

— Сегодня я встретился с твоим отцом.

— Э…

Аой-сан онемела от удивления.

— Он позвонил мне после того, как ты вышла, и мы поговорили.

— …Понятно. И о чём вы говорили?

Я поднял взгляд и посмотрел на Аой-сан.

На её лице было удивительно спокойное выражение.

Мне было трудно выговорить следующие слова.

— Думаю, тебе… стоит пожить с отцом.

Это прозвучало так, будто я говорил полную противоположность тому, что говорил раньше,

Но именно так я чувствовал сейчас, из глубины сердца.

Почему же я, тот, кто всегда был против того, чтобы она жила с отцом, теперь думаю иначе?

Чтобы объяснить это, мне нужно рассказать всё, о чём мы говорили с её отцом.

***

— Но, пожалуйста, не смейся, пока я не закончу. Это позорная история мужчины, который так и не смог стать отцом.

Глаза её отца выражали сильное желание рассказать свою историю.

— Это давняя история, так что прости, если будет немного долго.

Отец начал с этих слов, сделал глоток кофе, утолил жажду и заговорил.

— Как ты знаешь, я развёлся с матерью Аой, когда она была в первом классе начальной школы. Но наши отношения с её матерью были разрушены ещё до этого.

Насколько я помнил, Аой-сан тоже говорила что-то подобное.

Она упоминала, что между родителями всё было плохо ещё со времён детского сада.

— Причиной… были её отношения с другими мужчинами.

Почему-то я и сам догадывался об этом.

Одна из самых частых и серьёзных причин развода родителей.

— У матери Аой была… не самая лучшая привычка к отношениям с мужчинами. Наверное, это моя ошибка, что я не понял этого до брака. Но даже после свадьбы, после рождения Аой, она стала встречаться с другими. Когда я узнал об этом, я попытался обсудить всё с ней, но она была слишком эмоциональна, чтобы говорить спокойно.

— …

Вспоминая причину её исчезновения, я подумал, что и развод был по той же причине.

Но даже если это и правда, я не мог сочувствовать отцу.

Даже если он и был жертвой, это не оправдывало того, что он бросил Аой-сан.

Это была их проблема, но не причина, чтобы оставить дочь одну.

— После этого она сказала, что хочет развестись, даже не обсудив всё как следует. Я предлагал сохранить семью ради Аой, но она отказалась. Я понял, что не могу оставить дочь с ней, и хотел получить опеку над Аой, но…

Отец сжал кулак, поставленный на стол.

— В большинстве случаев суды склоняются на сторону матери. Я сделал всё, что мог, но, к сожалению, не смог получить опеку и не смог вернуть Аой.

Из его спокойного тона неожиданно проступила глубокая печаль.

Нетрудно было представить, как он страдал.

— Я мог бы потребовать от матери Аой компенсацию за измену, но не стал. Если бы я это сделал, жизнь Аой стала бы сложнее. Я отказался от этого ради неё — и все эти годы продолжал платить алименты в том размере, в каком хотела её мать.

После этих слов моё мнение о нём начало меняться.

Я начал понимать, через что он прошёл, и чувство неприязни, которое я испытывал к нему, стало исчезать.

— Только… стыдно говорить, но тогда жизнь была очень тяжёлой. Тянуть себя и при этом платить алименты было слишком сложно. Я даже работал на двух работах одновременно. Но… все эти девять лет, хотя я исправно платил алименты, я не мог встретиться с Аой ни разу.

— Что?.. — слова вырвались сами.

— Вы платили алименты всё это время?

— Да.

— Хотя вам не позволяли видеть Аой-сан?

— Потому что, даже если я не мог её видеть, я всё равно её отец.

Услышав это, я ясно понял — я заблуждался насчёт него.

— Но однажды, после нескольких лет такой жизни, у меня начались проблемы со здоровьем. Врач сказал, что это из-за переутомления, и я был вынужден взять отпуск.

Ну, это неудивительно.

Странно было бы, если бы он не заболел после всего этого.

— Тогда я встретил свою нынешнюю жену. Она знала обо мне и поддержала меня. Не то чтобы я не чувствовал вины за новую семью… Нет, я не пытался забыть Аой. Всё, что я делал, я делал ради того, чтобы однажды снова встретить её. Все эти девять лет я жил только ради этого.

Его рука, сжимавшая чашку, задрожала.

Кто вообще сможет осудить такого человека?

Измена жены, потеря дочери, отказ от компенсации ради её будущего, девять лет выплат без единой встречи…

Он просто человек, который из последних сил пытался исполнить долг отца.

И ведь у него тоже есть право на счастье.

Мне стало стыдно за себя — за то, что я ненавидел его, даже не попытавшись понять.

— Наверное, для тебя и для Аой я выгляжу как ужасный отец. Возможно, ты считаешь, что я мог бы найти способ увидеться с ней, и, если сказать, что я её бросил, это, наверное, похоже на правду. Но… я думал по-своему. Может, это звучит как оправдание.

— Нет, вовсе нет…

— Но теперь, когда я наконец смог увидеть Аой, я хочу поддерживать её как отец, насколько смогу. Если я упущу этот шанс, я, возможно, больше никогда не увижу её. Поэтому… пожалуйста, помоги мне и Аой начать всё заново, как семья.

Взрослый мужчина склонился в поклоне перед школьником без тени гордости.

Видя это, я не знал, что сказать.

Я понял лишь одно — этот человек не бросал Аой.

Наоборот, он девять лет отчаянно пытался быть отцом.

Теперь, когда я всё знал, когда услышал его чувства прямо, я понял.

— Что бы я ни чувствовал…

— Аой-сан должна жить со своим отцом.

Нет, я и так знал это с самого начала.

Но почему… почему мне так не хотелось этого признавать?

Почему-то я ненавидел эту мысль, даже после того как всё понял.

— Вот так вот… —

Когда я закончил рассказ, Аой-сан неожиданно тихо произнесла эти слова.

Правда о разводе.

Чувства её отца. Причина, по которой он не мог её видеть.

Я знал, что, возможно, не стоило рассказывать ей всё это.

Но я чувствовал, что обязан — ведь отец доверил мне эту историю.

— Я подумал об этом, пока мы разговаривали. Я уверен, что этот человек, как отец, теперь сможет поддерживать тебя. Поэтому… думаю, тебе стоит пожить с ним.

Я действительно так думал — это лучшее для Аой-сан.

Теперь, когда я знал, что он не плохой человек, у меня не было причин возражать.

Мы так и не нашли её бабушку, не знали, где искать дальше — и потому решение было очевидным.

Если бы я спросил десять человек, все десять сказали бы, что это правильно.

— Давай пойдём к твоему отцу и скажем ему, что ты согласна жить с ним.

И всё же… почему мои настоящие чувства противоречат моим словам?

— Акира-кун, спасибо, что рассказал мне историю моего отца.

Хотя Аой-сан улыбнулась мягко, мне стало больно, словно грудь сжали рукой.

Да… если я могу видеть эту улыбку, мои чувства не имеют значения.

Главное — будущее Аой-сан.

А боль в сердце — всего лишь мелочь.

Я повторил это себе, готовясь проглотить все эмоции.

— Но, знаешь… я не собираюсь жить с отцом.

— …Что?

Она сказала это спокойно, без колебаний.

— Почему? — не удержался я.

Ведь другого выбора у неё вроде не было…

— Из-за того, что у него теперь новая семья?

Если и было что-то, что её беспокоило, то только это.

— Не совсем. Конечно, если бы я переехала, это бы создало трудности для его новой семьи. Но даже без этого — я решила так с самого начала.

— С самого начала? То есть с того дня, когда ты снова встретилась с отцом?

Аой-сан покачала головой.

— В день церемонии закрытия. Тогда я решила, что что бы ни случилось, я останусь с Акирой-куном, пока ты не переведёшься в другую школу.

От этих слов мне стало так тепло, будто меня обняли изнутри.

Боль, что терзала меня минуту назад, исчезла, словно её и не было.

— Но почему?

— Потому что в тот день Акира-кун сказал, что я ему нужна.

Эти слова вернули в память тот момент.

Тогда мы помогли Аой-сан, думая, что так будет лучше,

Но она, чувствуя, что только получает помощь и не может отплатить,

Решила просто исчезнуть из нашей жизни.

Мы искали её повсюду, и я нашёл её в детском саду, где мы когда-то учились.

Там я осознал свои чувства и сказал Аой-сан, что хочу, чтобы она осталась рядом со мной.

— …Значит, ты это запомнила.

— Конечно. Это были первые слова, когда кто-то сказал, что я нужна ему. Я не забуду этого никогда.

Я так часто менял школы, что уже перестал бояться расставаний.

Но, встретив Эйдзи, Изуми и начав жить с Аой-сан,

Я впервые почувствовал, что не хочу терять то, что имею сейчас.

И это стало возможным только потому, что Аой-сан была рядом.

Без неё я, возможно, снова бы всё принял как должное и просто ушёл бы дальше.

Я не хотел больше сдаваться — эти слова отражали все мои чувства.

— Поэтому я останусь с тобой, Акира-кун, до тех пор, пока ты не переведёшься.

Даже если я найду бабушку и решу жить с ней, подожду до второго года.

Я не мог сказать ни слова.

Я не думал, что Аой-сан думает обо мне так.

Выходит, причина, по которой она не говорила о своём отце,

Была не в том, что она сомневалась – Она просто уже решила всё с самого начала.

Как сказал Эйдзи, она уже давно дала себе ответ.

— Если я так и не найду бабушку, мне придётся подумать, что делать дальше…

Но до тех пор, пока ты здесь, я буду с тобой, что бы ни случилось.

Не важно, что произойдёт — она будет рядом со мной…

Услышав это, я одновременно почувствовал счастье и понял, почему раньше мне было так тяжело слушать её отца.

Да… я просто хотел, чтобы её отец оказался плохим человеком.

Если бы она зависела от бабушки, ей, возможно, пришлось бы уехать,

Но она бы не сменила школу, и я всё ещё мог бы её видеть.

Но если бы она решила жить с отцом,

Она бы переехала в другой префектуре сразу после летних каникул.

Конечно, ей пришлось бы сменить школу…

И я бы больше никогда её не увидел.

Я этого не хотел.

Я не хотел расставаться с Аой-сан.

Поэтому я бессознательно сделал её отца «плохим»

И хотел, чтобы она не любила его.

Ведь тогда она бы не ушла.

Всё ради того, чтобы остаться рядом с ней.

— Я отвратителен… —

Меня затошнило от собственных слов.

Я почувствовал, как кружится голова от мерзости своих мыслей.

— Акира-кун…?

Аой-сан смотрела на меня встревоженно.

Я не знал, как сейчас выгляжу, но уверен — ужасно.

— Аой-сан…

Я понял, что должен рассказать ей, что чувствую.

Возможно, она возненавидит меня.

Может, это просто жалкая попытка оправдаться.

Но я не хотел лгать ей — той, кто сказал, что останется со мной.

Если бы я соврал, я бы не смог потом смотреть ей в глаза.

Даже если она возненавидит меня, я должен был сказать.

— Есть кое-что, что я хочу, чтобы ты услышала…

— Да.

Это было как признание, но звучало как исповедь.

Я рассказал, что, хотя и считал её дорогой,

Не поступал ради неё правильно.

Что хотел, чтобы она осталась со мной,

И поэтому бессознательно сделал отца плохим в своих глазах.

Я вывалил всю грязь своей души.

Аой-сан молча слушала до конца.

— Прости… я отвратителен.

Я сказал это, готовый к тому, что она отвернётся.

Но Аой-сан мягко взяла мою руку.

— Это неправда. Наоборот, мне приятно, что ты так чувствовал, Акира-кун.

Она прижала мою руку к груди, словно обнимая её.

— Кроме того, я такая же.

— Такая же?

— Я знаю, что если бы я пошла жить к отцу, всё бы решилось. Но причина, по которой я не сделала этого, не только в том, что ты сказал, что я тебе нужна. Просто… я не хотела расставаться с тобой, Акира-кун. Я тоже следую только своим чувствам.

— Аой-сан…

— Поэтому не делай такое виноватое лицо.

Она сказала это с доброй, тёплой улыбкой.

И я снова подумал —

Что это я всё время был тем, кого спасают.

Но, наверное, и Аои-сан чувствовала то же самое.

Я вспомнил её слова, сказанные в ванной на вилле:

— Я сейчас очень счастлива…

Я тоже.

У меня есть человек, с которым я могу говорить от всего сердца.

Я и не знал, что это — И есть настоящее счастье.

[[image:/storage/reader-images/82218ebca6b11fa590efd3561ab19b67ceede37c.png]]
***

Одним вечером, когда до конца летних каникул оставалось всего несколько дней —

Я был с Аой-сан в кафе, где она подрабатывала.

Мы пришли туда не просто «в гости на её работу», как обычно,

А потому что сама Аой-сан выбрала это место для встречи, чтобы дать ответ своему отцу.

Мы с Аой-сан сидели напротив него за тем же столом, за которым обычно сидели вместе с Эйдзи и остальными.

— Хорошее кафе, — заметил отец.

— Я тут подрабатываю, — ответила Аой-сан с мягкой улыбкой, словно полностью разобралась в своих чувствах.

Хотя, возможно, мне только казалось — ведь это я разобрался в своих.

Перед тем как перейти к сути разговора, Аой-сан глубоко вдохнула.

— Я слышала твою историю от Акиры-куна.

— Понятно… Тогда можно узнать твой ответ, Аой?

Она кивнула уверенно.

— Я… не буду жить с тобой, папа.

Её взгляд и голос были полны решимости.

— Я знаю, что ты обо мне заботишься, и мне приятно это знать. Но я хочу ещё немного пожить так, как сейчас. Пока Акира-кун не перейдёт в другую школу. А потом… я подумаю, что делать дальше.

Но… —

Она говорила спокойно, но твёрдо.

— Мне нравится моя нынешняя жизнь. Впервые у меня появились друзья, я встретила дорогих мне людей. Было трудно — и, уверена, трудности ещё будут. Но сейчас я действительно счастлива. И именно поэтому… я не хочу потерять это счастье. Прости, папа, но я не могу жить с тобой.

— Понимаю… — произнёс он, будто проглотив слова.

— Прости меня.

— Не нужно извиняться. Думаю, тебе стоит ценить тот момент, когда ты чувствуешь себя счастливой.

Возможно, потому что Аой-сан сказала это без колебаний,

Отец выглядел спокойным и, кажется, принял её чувства.

— Я рад, что смог снова увидеть тебя.

И хотя ты не можешь жить со мной…

Если у тебя что-то случится или тебе будет тяжело,

Можешь поговорить со мной, хорошо?

— Да. Конечно.

Девять лет — это не короткий срок.

И за это время они, безусловно, изменились.

Но это не повод, чтобы отец и дочь больше не могли быть вместе.

— Аой, можно я задам тебе вопрос?

— Да.

— Как ты говорила раньше, что ты собираешься делать, когда Акира-кун переведётся в другую школу?

Если у тебя нет плана, я могу снять для тебя комнату и платить за аренду.

— На самом деле… я думала, не смогу ли я пожить у бабушки.

— У бабушки?

— Да. Я искала её всё лето и нашла её дом…

Но она там больше не живёт.

Соседи сказали, что она вернулась в родительский дом,

Но я не смогла её найти.

Отец немного задумался.

— Хм… я ведь когда-то был у её родителей.

— Правда?

— Да. Я приезжал познакомиться с ними до свадьбы с твоей матерью. Думаю, я вспомню, где это.

Он достал телефон и стал искать адрес.

Через некоторое время он отправил Аой-сан сообщение с картой.

— Думаю, это то самое место. Можешь туда съездить.

— Спасибо… Акира-кун, у нас получилось!

— Да, спасибо, папа!

Я не ожидал, что мы найдём дом её бабушки таким образом.

Но теперь всё, кажется, начало налаживаться.

Мне показалось, что наконец-то появился луч надежды.

— Когда встретишь бабушку, передай ей и от меня привет.

— Хорошо.

— И ещё одно… мне нужен номер твоего банковского счёта.

— Банковского счёта?

— Всё это время я переводил алименты на счёт твоей матери.

Но, как сказал Акира-кун, теперь, наверное, лучше будет переводить деньги прямо тебе.

Я начну с этого месяца.

— Всё в порядке. Я живу в доме Акиры-куна, поэтому не плачу за жильё.

У меня есть подработка, и я понемногу откладываю деньги.

— Всё равно прими их. Даже если сейчас не нужно — однажды эти деньги пригодятся.

Пока можешь просто их хранить и не трогать.

— Но…

Аой-сан всё ещё пыталась отказаться.

— Аой-сан, прими, — сказал я.

Я понимал, что не моё дело вмешиваться.

Но теперь, зная, что чувствует её отец, я хотел, чтобы она приняла его заботу.

— …Спасибо.

После этого они с отцом ещё немного поговорили —

В основном о том, как у кого дела, и о разных мелочах.

Возможно, нужно время, чтобы заполнить девятилетнюю пропасть,

Но время у них ещё есть.

Когда разговор подошёл к концу, мы решили закончить встречу.

— Я зайду поговорить с менеджером, подождите меня снаружи.

— Хорошо.

Мы с её отцом вышли на улицу.

И тут он вдруг низко поклонился.

— Ч-что случилось?!

— Акира-кун, пожалуйста, позаботься об Аой.

Он сказал это, низко склонив голову.

Я видел, как люди кланяются,

Но никогда не видел, чтобы кто-то делал это с таким чувством.

Я почувствовал, что он доверяет мне — не как школьнику, а как мужчине.

— Да. Я сделаю всё, что смогу.

— Спасибо. Если что-то случится, свяжись со мной.

Он поднял голову и протянул руку.

Я пожал её.

— Можно спросить?

— Да?

— Ты любишь Аой, Акира-кун?

— Э-э?..

Я не ожидал такого прямого вопроса.

Подумал, что он шутит, но лицо было серьёзным.

И я понял, что нельзя уклоняться.

— Честно говоря, я не знаю…

Но она для меня очень дорога.

— Понятно… спасибо.

Похоже, это был не тот ответ, которого он ждал.

— Простите, что заставила ждать.

О чём вы тут говорили?

Аой-сан вышла из кафе и с любопытством посмотрела на нас.

— Да ни о чём, — ответил я.

— Верно, — добавил её отец.

— Вот как… ну ладно тогда.

Она улыбнулась и сказала:

— Тогда я пойду. Папа, до встречи.

— Да. До встречи, Аой.

«До встречи» — слова, что звучали как обещание.

Отец выглядел счастливым и, уходя, несколько раз оглянулся.

Мы с Аой-сан смотрели ему вслед, пока он не скрылся из виду.

— Ну что, пойдём домой?

— Да.

— У нас ещё есть время, может, куда-нибудь зайдём?

— Хм… как насчёт того, чтобы где-то провести время до ужина, а потом поесть и вернуться домой?

— Конечно. Но странно слышать такое предложение от тебя, Аой-сан.

— В тот день, когда мы ходили в бассейн, мы говорили о том, чтобы поужинать,

Но не смогли — потому что я встретила отца. Может, восполни

м это сегодня?

— Да, давай так и сделаем.

Мы пошли в здание у станции, чтобы провести там остаток дня.

Так закончились летние каникулы.

----------

Слёзное воссоединение

Том 2 Глава 8 — Слёзное воссоединение

Прошло несколько дней после начала второго семестра. Пятница, обеденный перерыв.

— Вот как… значит, и такое тоже случилось…

Мы с ребятами обедали в классе и говорили об отце Аой-сан.

Раньше мы эту тему не затрагивали, но теперь, когда всё разрешилось, решили рассказать обо всём. Всё-таки без этого трудно было бы объяснить, как именно мы узнали, где живёт её бабушка.

Сама Аой-сан сказала, что не хочет ничего скрывать, так что это был подходящий момент.

Ну… я уже объяснил всё Эйдзи, так что думаю, он уловит суть разговора.

— Я не хотела, чтобы вы волновались, поэтому ничего не говорила… прости.

— У тебя ведь были свои причины, — спокойно ответил я. — Так что извиняться не за что.

— Да-да. Я рада, что ты всё рассказала, пусть и не сразу, — добавила Изуми и мягко потрепала Аой-сан по голове.

Аой не возражала, наоборот — чуть наклонила голову вперёд, будто сама просила продолжить.

Даже за летние каникулы я заметил, как сильно она изменилась… но если подумать — кто бы мог представить, что та замкнутая блондинка, что сидела одна, теперь так искренне улыбается?

Одно лишь воспоминание об этом вызывало у меня улыбку.

— И всё же, — сказал я, — никогда бы не подумал, что мы узнаем, где живёт бабушка Аой-сан, вот так, случайно.

— Да… если подумать, логично, что отец знал, где дом её родителей… но тогда я так растерялась, что даже не подумала об этом, — ответила Аой.

Если бы мы не рассказали её отцу, что ищем дом бабушки, то, наверное, до сих пор бы ничего не нашли.

Так что я рад, что всё сложилось именно так.

— Когда собираешься поехать к ней?

— Думаю, завтра. С тобой и с ребятами.

— Понятно. Надеюсь, на этот раз вы сможете встретиться.

— Да. Спасибо.

Как сказала Изуми, теперь-то уж точно всё получится.

И от этой мысли мне самому захотелось, чтобы завтра пришло скорее.

— Получается, мы достигли того, к чему стремились, — подытожил Эйдзи. — Даже если Аой не сможет жить с бабушкой, ведь теперь у неё есть отец, а значит, и проблема с жильём решена?

— Да, верно. Хотя, конечно, лучше всего было бы, если бы она смогла поселиться у бабушки.

Так или иначе, два самых больших беспокойства — плохая репутация Аой-сан в школе и вопрос, где ей жить после моего перевода, — наконец решены.

— Фух… даже есть захотелось от облегчения, — выдохнул я.

— Эй, ты ведь только что поел, нет?

Эта фраза обычно подходит тем, кто был так занят, что забыл поесть, а не тем, кто только что закрыл крышку бенто.

— Аой-сан, может, сходим в столовую за десертом? В честь того, что нашли дом твоей бабушки! Или это будет «предварительный праздник»? В любом случае, я угощаю!

— Правда? Спасибо!

— Я пойду с ней! — радостно вскрикнула Изуми.

— Хорошо, идите. Только поосторожнее, — сказал я.

Девчонки вышли из класса, держась за руки. Мы с Эйдзи проводили их взглядом.

Надеюсь, Изуми не заставит Аой переесть сладкого…

— Что-то беспокоит? — спросил Эйдзи, заметив, что я задумался.

— Нет, просто ерунду в голове кручу. А вообще — благодаря тебе всё хорошо, волноваться не о чем.

— Рад слышать.

Мы остались вдвоём.

Я столько раз заставлял Эйдзи волноваться, что теперь хотел объясниться честно.

— Знаешь… я не хотел, чтобы Аой уезжала. Поэтому чувствовал себя мерзко, будто отбираю её у отца, который просто хотел вернуть дочь.

Это подло, да?

Я думал, что для неё будет лучше жить с ним, но… не смог отпустить.

Эйдзи, как обычно, молча слушал, пока я не выговорился.

— Но Аой всё поняла. Она приняла меня, даже с такими противоречивыми чувствами.

Если честно, я не хочу переводиться. Не хочу уходить — ни от Аой, ни от тебя, ни от Изуми.

Аой, зная это, сказала, что останется со мной до самого моего перевода.

Ты был прав, Эйдзи, — она уже тогда знала, чего хочет.

Когда я это произнёс, вдруг вспомнился тот вечер с фейерверками на вилле.

— Эйдзи, ты ведь говорил, что мне нужно дать имя этому чувству, да?

— Говорил, — кивнул он.

— Я не настолько тупой, чтобы не понять, что ты имел в виду.

Другими словами — я должен чётко осознать, что именно чувствую к Аой.

Когда мы только познакомились, это было сожаление и сострадание.

Мне было жаль, что я ничего не сделал ради своей первой любви, и, видя в Аой нечто схожее, я просто протянул ей руку.

Ни больше, ни меньше — никаких других чувств.

Но чем больше времени мы проводили вместе, тем дороже она мне становилась.

Возможно, потому что напоминала ту первую любовь.

— Но… если спросить, любовь ли это, — я не уверен, — сказал я.

Это были мои искренние слова.

— Не то чтобы совсем ничего нет, — продолжил я, — и, наверное, я не был бы против, если бы всё пошло в этом направлении.

Но сейчас я просто не могу точно сказать, что чувствую.

Поэтому я хочу спокойно разобраться в себе за полгода, что остались до перевода.

— Думаю, это правильно, — сказал Эйдзи.

К счастью, проблемы Аой-сан наконец-то начали решаться.

А значит, теперь я смогу впервые подумать и о таких вещах.

Я посмотрел в окно.

Солнце всё так же жарко светило, но ветерок стал чуть прохладнее — и я понял, что лето подходит к концу.

***

На следующий день мы с Аой-сан отправились в небольшой сельский городок, где находится дом семьи её бабушки.

Этот дом располагался дальше на север от того, в котором мы были раньше.

До него — около полутора часов на поезде от нашего города, так что, даже если Аой-сан решит пожить с бабушкой, она всё ещё сможет ходить в ту же школу, хоть это и будет немного утомительно.

С лёгким волнением и беспокойством мы следовали по навигатору в телефоне.

Свернув за несколько углов, мы увидели старый дом в конце открытой улицы.

Согласно карте, это и был тот самый дом, о котором рассказывал отец Аой-сан.

Перед домом стояла пожилая женщина, подметавшая двор.

— Аой-сан… — тихо сказал я.

— Да… — ответила она едва слышно.

Я взглянул на Аой-сан — её глаза слегка заблестели. Женщина перед нами, несомненно, была её бабушкой.

— Всё в порядке? — спросил я.

— Да. Я не так волнуюсь, как раньше. Но… — она протянула ко мне руку. — Можешь… подержать её, как тогда?

— Конечно.

Я взял её ладонь, и мы вместе направились к дому.

Когда мы подошли ближе, бабушка заметила нас и прекратила уборку.

Увидев нас, она улыбнулась — немного удивлённо, но по-доброму.

— Добрый день. Чем могу помочь? — спросила она.

Рука Аой-сан, сжимавшая мою, дрожала от волнения.

— …Бабушка, — с трудом произнесла она, сдерживая нахлынувшие эмоции.

Повисла тишина. И в следующее мгновение —

— Аой?.. Аой, это ты?

Бабушка выронила веник и бросилась к ней, схватив внучку за руку.

— Это правда ты?

— Да… Я так хотела тебя увидеть…

— Ах… вот уж не ожидала…

Обе не смогли сдержать слёз и крепко обняли друг друга.

Я отступил на шаг, чтобы не мешать их долгожданной встрече.

— Я сейчас приготовлю чай, подождите немного, — сказала бабушка, вытирая глаза.

— Спасибо, — ответила Аой-сан.

После эмоционального воссоединения нас пригласили в дом.

Пока бабушка ставила чайник, я осматривался.

Снаружи дом выглядел старым, но внутри всё было обновлено — видимо, недавно отремонтировано.

Я знал, что бабушка вернулась сюда, чтобы ухаживать за своими родителями — то есть за прадедушкой и прабабушкой Аой-сан, — но, судя по обстановке, сейчас она жила одна.

— Простите, что заставила ждать, — сказала бабушка, ставя чашки с чаем на стол и садясь напротив нас.

— Даже во сне не думала, что Аой когда-нибудь придёт ко мне, — улыбнулась она.

— Простите, что пришла так внезапно, — тихо произнесла Аой-сан.

— Всё в порядке. Я вернулась сюда ухаживать за своими родителями, но они умерли несколько лет назад. С тех пор я живу одна. Так что… мне было одиноко. Я очень рада, что ты пришла, — сказала она, с улыбкой глядя на внучку.

— А как ты узнала, где я живу? — спросила бабушка. — Тебе мама сказала?

— Нет. Я ходила к твоему старому дому, и соседи рассказали, что ты вернулась в родительский. Найти его было непросто, но… папа помог.

— Папа?.. — переспросила бабушка, и выражение её лица изменилось.

С улыбки оно стало серьёзным.

— Понимаю… Раз ты пришла сама, значит, что-то случилось, да? Если можешь — расскажи, что произошло.

— Да. На самом деле… — Аой-сан начала рассказывать всё, не скрывая правды.

Она поведала, как в начале июня мать ушла с другим мужчиной, бросив квартиру и оставив долги по аренде.

Как Аой осталась без дома и случайно встретила меня.

Как начала жить у меня, хотя знала, что сможет остаться лишь до марта — до того, как я переведусь в другую школу.

И как решила обратиться к бабушке, чтобы найти место, где сможет жить спокойно.

Она также рассказала, как спустя девять лет впервые встретила отца, которого мать попросила забрать её, и как именно благодаря ему они нашли адрес бабушкиного дома.

Я помнил, что тогда всё объяснял её отцу я, но теперь Аой рассказала всё сама — своими словами.

— Вот оно как… бедное дитя, — прошептала бабушка, вытирая глаза платком.

Её лицо выражало глубокую грусть — ведь она даже не знала, через что прошла внучка.

Но в то же время — и огромное облегчение.

Наверное, в этом и есть настоящее счастье — когда есть человек, который плачет за тебя, потому что ему не всё равно.

— Если не слишком обременительно… я хотела бы пожить с бабушкой, — несмело сказала Аой-сан.

— Конечно! Конечно, можешь, — сразу ответила та, не раздумывая.

— Спасибо. Но… я хотела бы переехать к тебе со второго года обучения.

— Почему не раньше? — удивилась бабушка.

Аой-сан смутилась.

— Я… хочу побыть с Акирой-куном, пока он не переведётся в другую школу.

— Понимаю, — с тёплой улыбкой кивнула бабушка.

После этого она угостила нас обедом, и мы долго разговаривали.

Аой и её бабушка беседовали без остановки — словно пытались восполнить девять потерянных лет.

Это была обычная сцена семьи.

Но для них — редкая, почти чудесная.

Бабушка, потерявшая родителей и мужа, и внучка, потерявшая мать, наконец снова обрели семью.

Мы провели у неё почти весь день, и, прежде чем мы успели заметить, солнце уже клонилось к закату.

— Аой-сан, нам пора, — сказал я.

— Да, ты прав, — кивнула она.

Бабушка вышла проводить нас к воротам.

— Тогда я свяжусь с тобой позже, — сказала Аой.

— Конечно. Звони в любое время, не стесняйся, — улыбнулась бабушка.

Перед уходом они снова обнялись.

— И… Акира-сан, — обратилась ко мне бабушка.

— Да?

— Благодаря вам я снова встретилась с Аой. Спасибо вам большое.

— Пожалуйста, не стоит благодарности, — ответил я.

Она взяла меня за руки — крепко, по-доброму.

— Прошу вас… продолжайте заботиться о ней.

Я ответил тем же — с тем же теплом и уверенностью.

— Обещаю. Я буду защищать Аой

-сан, пока она не переедет к вам.

Мы попрощались, пообещав навещать её снова.

Так, в конце долгого лета, все испытания наконец подошли к концу.

----------

Эпилог и послесловие автора

Эпилог и послесловие автора

Эпилог

Несколько дней спустя, после школы, я всё ещё сидел в классе за одной из парт.

— Не плохо, что стараешься ради Аой-сан, но хоть работу по дому свою делай, — подшучивала Изуми, сидевшая передо мной.

— Эх… — пробормотал я.

Да, причина, по которой я остался после уроков, проста: я был единственным в классе, кто ещё не сдал домашку за лето. Учитель сказал, что нужно сдать до конца дня, вот я и остался.

— Что поделать… — вздохнул я.

— Говоришь «неподъёмно», а ведь можно всё успеть.

— Угх… — я не знал, что ответить на такое.

Но, э…

— Все проблемы Аой-сан решены. Если считать это компенсацией, не так уж страшно остаться после школы из-за незаконченной домашки. Так что, Эйдзи, давай я спишу у тебя.

— Нельзя.

— Почему?

— Я, Изуми и Аой-сан уже сдали работу. Могу научить, но списать всё не выйдет.

Рядом Аой-сан выглядела виновато, сложив руки и глядя на меня извиняющимися глазами.

— Ладно. Осталось только домашку доделать… я скоро справлюсь.

Я пытался собраться с мыслями, когда вдруг:

— Ах! Про незаконченные дела! — громко вскрикнула Изуми, внезапно встав со стула.

Я оказался прямо перед ней, и звон её голоса заставил уши звенеть.

— Что за… что случилось?

— Миссия ещё в процессе…

Её рёв сменился на унылое «уф…» и она снова села.

— Я же знаю про это, — добавила она.

— Эээ… что ты имеешь в виду? — я пытался увернуться.

Нет смысла скрывать правду после того, как она уже сказала это.

Оказалось, что они с Хиёри пытались «свести» меня и Аой-сан:

1.	Первое — посадить Аой-сан ко мне на колени.

2.	Второе — «непрямой поцелуй».

3.	Третье — сблизить нас на ночном фестивале.

4.	Четвёртое — организовать совместное купание.

Вдобавок, они пытались посадить нас в одну комнату.

Оглядываясь назад, становится ясно: Изуми и Хиёри всё время вмешивались в наши дела, чтобы продвинуть отношения между мной и Аой-сан.

— Уже ясно, — подумал я.

Хотелось пожаловаться, но как сказать прямо: «Не пытайтесь сводить меня с Аой-сан»?

— Пожалуйста, оставь меня в покое, — ограничился я, намекая, что не хочу странного вмешательства.

— Потому что… Аой-сан попросила меня об этом.

— Ха…? — я не поверил своим ушам.

Аой-сан выглядела куда более смущённой и растерянной, чем когда-либо, хватаясь за рукав Изуми.

Я видел: она смущена, краснеет и вот-вот заплачет. С её лицом, полным смущения, она словно говорит: «Я же говорила, не рассказывай ему!»

— Эээ… что это значит? — я еле соображал.

— Иными словами, Аой-сан хочет стать ближе к тебе, Акира, и обсудила это с Изуми и Хиёри. Те, увлекшись, сделали больше, чем она ожидала.

— Ты тоже в курсе, Эйдзи!?

То есть я был последним, кто узнал!

Если подумать, я и сам догадывался: когда мы встретились в ванной, Аой-сан вела себя смело. Обычно она бы закричала, но не сделала этого, значит, она знала, что я рядом.

Она слишком доверчива, а Изуми и Хиёри легко её убедили: «Если хотите сблизиться, раздевание — лучший способ!» — и она поверила.

[[image:/storage/reader-images/7500fa3d4ac1b30ff08ffc763e951132d40b9933.png]]
— Не совсем так… ну, почти, но не совсем… — бормотала Аой-сан, наполовину плача, будто было бесполезно что-либо объяснять.

Она держала Изуми за рукав, глаза закатились от смущения, а я понял: лучше пока не лезть в детали.

У меня ещё полгода, прежде чем я сменю школу — нет смысла торопиться.

Пока остальные продолжали болтать, я работал над домашкой.

Лето закончилось, наступала осень. Мы все рады, что проблемы Аой-сан решены, но даже сейчас я не подозревал, что впереди нас ждёт ещё больше приключений.

Послесловие автора

Всем привет!

Как вы, наверное, уже знаете, Юдзумото Харуто в последние месяцы буквально на грани выживания: в прошлом месяце он выпустил новый роман “Damesuka”, а в этом — “Bocchi Gal, том 2”. ЧЕРТОВСКИ тяжёлое время.

Прежде всего, огромное спасибо всем, кто купил второй том после первого!

В истории Акира и Аой наслаждаются летними каникулами, а я… проводил всё лето за писанием. С утра до вечера, и прежде чем я понял, лето уже закончилось.

Кажется, я выходил из дома всего дней на три в августе. Планировал прокатиться на велосипеде по большой дистанции после долгого перерыва — но батарея села, давление в шинах было низким, а тормоз почему-то заклинило.

Ещё я начал бегать, чтобы сбросить лишний вес после сидячего образа жизни… и, разумеется, наткнулся на травму колена из-за недостатка тренировок. Две недели восстановления — не ожидал такого.

Тем не менее, я рад, если вам понравился этот второй том, написанный ценой моего лета (😭).

Как я уже писал в предисловии к первому тому, эта история — роман, основанный на видео-манге, за сценарий которой я отвечал на канале YouTube “Manga Angel Neko Oka”.

Если вы ещё не видели видео-мангу, буду рад, если сможете посмотреть оригинал на Manga Angel Neko Oka (сейчас серия идёт до пятого эпизода).

Даже одна и та же история может восприниматься по-разному в зависимости от формата. Я надеюсь, что вам понравятся и версия романа, и видео-манга.

И, конечно же, спасибо:

Магако-сан, который всегда создаёт иллюстрации для романа;

Асагия-сан, отвечающий за видео-мангу на Manga Angel Neko Oka;

Редакторам и старшим коллегам, которые поддерживают меня;

Всем, кто участвовал в создании романа совместно с Manga Angel Neko Oka;

И, главное, спасибо всем читателям, купившим роман.

Надеюсь, мы встретимся снова в следующем томе!

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/bf25b6549cdf3dd8278b6a5de91600a6799f78fd.png]]

[[image:/storage/reader-images/889070ef8c45f75df72d67ecf7a8bac9363ce7fd.png]]

[[image:/storage/reader-images/b852f3460a6b74e3bdec007fa006a31a96972565.png]]

[[image:/storage/reader-images/9770b1870b114280551b227bf41309929b91cbd7.png]]

[[image:/storage/reader-images/4035f99049a372a16477868e883bd0e263bcc24e.png]]

----------

Пролог

Был дождливый день в начале июня.

Я привёл домой мокрую насквозь девушку, которую встретил в парке рядом с домом.

Её звали Сотомэ Аой, она училась в моём классе и была известной гяру в школе.

Она часто прогуливала и редко приходила на занятия, а благодаря своим длинным и ярко-светлым волосам была объектом множества слухов и казалась замкнутой, не желающей, чтобы к ней кто-то подходил.

Когда я заметил, что с ней что-то не так, и пригласил Аой к себе домой поговорить, я узнал, что её мать пропала вместе с каким-то мужчиной. Она больше не могла жить в своей квартире из-за долгов по аренде, и теперь сидела в парке в растерянности.

Я не мог оставить её в таком состоянии и предложил переехать ко мне домой.

Так началась моя жизнь вместе с Аой, которая продлилась до моего переезда в другую школу.

Сначала нам обоим было непросто. Я обнаружил, что Аой вовсе не была плохой или проблемной девочкой, и решил помочь ей вместе с моими друзьями — Эйдзи и Изуми.

У Аой было две основные проблемы:

1. Исправить плохую репутацию в школе.

2. Решить вопрос с жильём после моего переезда.

Первая проблема почти полностью решилась за первый семестр благодаря нашим усилиям и стараниям Аой.

А в летние каникулы мы начали искать дом её бабушки, чтобы решить вторую проблему.

И тут внезапно появился отец Аой, с которым она была разлучена целых девять лет.

Мать попросила его забрать Аой, и он предложил, чтобы она жила с ним. Он хотел получить ответ до конца летних каникул.

Мы были в замешательстве после внезапной встречи с отцом, и продолжали искать дом бабушки вместе с Эйдзи, Изуми и Хиёри, но безуспешно…

Когда я уже думал, что придётся положиться на отца, он сам позвонил и объяснил ситуацию семьи Аой, поделившись своими настоящими чувствами.

В то же время я осознал свои тёмные эмоции и понял, почему так ненавидел его.

Я хотел быть с Аой, и потому хотел, чтобы отец был «злодеем».

Если бы он был плохим, это стало бы поводом для меня остаться с Аой.

Но на деле отец оказался не злым, а заботился о счастье Аой больше всех.

Я желал ей счастья, но одновременно понял свои ошибки — мою собственную неприязнь к отцу из-за своих желаний. Я не мог подавить эту ненависть к себе и признаться Аой в своих настоящих чувствах.

Но Аой не отвергла меня, а приняла.

Более того, она пообещала оставаться со мной до моего переезда.

И это было не только потому, что я хотел быть с ней, но и потому, что она сама этого хотела.

Аой рассказала о своих чувствах отцу, и он понял её, а затем, вспомнив адрес дома своей матери, она наконец встретилась с бабушкой.

Лето закончилось, наступили спокойные дни, и сейчас уже конец сентября.

Все проблемы Аой были решены, а оставшееся до расставания — меньше полугода — я проводил, пытаясь понять и дать имя своим чувствам к Аой.

Так и должно было быть… но я совсем не ожидал, что впереди нас ждут новые проблемы. Я никогда не сомневался, что мы сможем провести спокойные дни до неизбежного расставания.

----------

Комитет школьного фестиваля

В одну обычную среду, спустя некоторое время после начала второго семестра —

Как раз в самом конце урока, когда началась долгая классная часовая.

— Как вы все знаете, во вторые выходные ноября у нас проходит школьный фестиваль!

Изуми, староста класса, стояла у кафедры, написала на доске «Школьный фестиваль уже скоро!» и, повернувшись к нам, громко объявила это, сияя глазами как первоклашка перед экскурсией.

— Поэтому сегодняшняя тема — обсуждение фестиваля. Мы решим, что наш класс будет показывать, и выберем двух представителей в комитет фестиваля!

В то же мгновение класс взорвался аплодисментами и радостными возгласами.

Все одноклассники почему-то были возбуждены, будто поддались энергетике Изуми.

Можно подумать, что мы слишком шумим ради какого-то фестиваля, но наш школьный фестиваль особенный и каждый год является большим событием.

Есть две причины:

Во-первых, он проходит в один день с городским фестивалем.

Из-за этого люди, пришедшие на городской праздник, заглядывают и в школу — поэтому посетителей гораздо больше, чем в обычных школах.

Практически любой местный житель бывал на нашем фестивале хотя бы раз.

Во-вторых, вся прибыль от мероприятий возвращается классу.

Школьный комитет выделяет бюджет, класс устраивает своё мероприятие, а потом любая прибыль после вычета расходов остаётся классу и может быть потрачена как угодно.

Поэтому ученики относятся к фестивалю очень серьёзно.

Ну и плюс, в нашем классе есть Изуми — главный заводила — так что неудивительно, что мы уже сейчас такие активные.

Все обсуждали с таким рвением, словно фестиваль уже начался.

Я даже слегка переживал, что наш шум мешает соседним классам.

— Для начала поговорим о том, что именно мы будем делать. Конечно, мне хотелось бы узнать мнение каждого, но с нуля придумать что-то сложно, правда? Поэтому я заранее подготовила предложение. Если вы не против, послушайте его, а потом уже будем обсуждать…

Изуми говорила скромно, но подбирала слова так, будто собиралась озвучить гениальную идею.

Она улыбнулась многозначительно.

— Как насчёт кафе с блондинками-гяру в японском стиле!?

Что ещё за переполненное атрибутикой кафе!?

Если бы мы были не в классе, я бы сразу съязвил вслух.

[[image:/storage/reader-images/7e1a353673d9010116eb468cd0b00878865d29a0.png]]
Изуми обожала всё «японское»: предпочитала кимоно платьям, зелёный чай — чёрному, вагаси — тортам. Да и хобби у неё — выращивание бонсай — крайне редкое для школьницы.

Поэтому понятно, почему она предлагает кафе в японском стиле.

Легко понять и часть с блондинками-гяру.

В манге и аниме часто показывают западных девушек-официанток с блондом и формой горничной — чистые гяру. Если поискать, можно найти и реальное кафе с подобным концептом.

Но зачем совмещать японское кафе и блондинок-гяру!?

Это же странная смесь! Прямо японско-западный эксперимент, который даже звучит как-то криво.

— Почему нет? Блондинки-гяру прикольные!

— Обычное кафе скучно, хочется чего-то необычного!

— В стиле Изуми — сделать всё по-японски.

— Тогда давайте все будем блондинками-гяру!

Особенно девочки были в восторге.

— Вот как…

Видя, как Изуми довольно кивает, я невольно пробормотал.

Похоже, она заранее поговорила с несколькими одноклассниками и собрала нужное количество сторонников.

Если начинать обсуждение с нуля, можно потратить кучу времени. Так что заранее обеспечить поддержку — действительно грамотный ход.

Наверное, с мальчиками она не обсуждала, но большинство парней будет только за то, чтобы девчонки надели костюмы или кимоно — так что никто особенно не сопротивлялся.

Но этот метод работает только потому, что Изуми заботится о всех и всегда старается помочь окружающим.

Если бы это делал кто-то другой, это вызвало бы недовольство.

В итоге единогласно решили делать «японское кафе с блондинками-гяру».

И всё равно я не мог поверить, что это решение всерьёз.

— Тогда переходим к следующему: выбору двух представителей в комитет фестиваля!

Изуми успокоила класс и продолжила.

— Вообще говоря, представителей нужно выбирать до выбора темы.

Да, я тоже об этом подумал.

Обычно всё наоборот: сначала выбирают комитет, затем он решает мероприятие.

Но раз она решила наоборот — значит, у неё уже был план.

— Честно говоря, я уже выбрала тех, кого хочу попросить.

Я так и знал.

— Если быть точной, я выбрала «кафе блондинок-гяру в японском стиле» именно потому, что хотела пригласить этих людей. Грубо говоря, именно благодаря им эта идея может быть реализована!

Звучит слишком внушающе… Что она задумала?

Неужели эти люди настолько важные? Но ко мне это точно не относится.

Я уже отводил взгляд в окно, как вдруг…

— Акира-кун, Аой-сан, вы двое, можете быть членами комитета!?

— Хааа!? —

Я резко повернулся, не успев даже отвернуться к окну.

Мой возглас эхом прозвучал по всему классу.

Я взглянул на Аой — она выглядела не шокированной, а… смущённой, с ноткой вины. Когда наши взгляды пересеклись, она слегка сжалась, словно извиняясь.

И всё сразу стало ясно.

— Эй-эй, ты мне ничего не сказала, между прочим.

Мне — значит, она уже говорила с Аой заранее.

— Прости. Но у меня есть причины, по которым я подумала, что именно вы двое подойдёте.

— …Ладно. Послушаю объяснение.

Изуми начала объяснять не только мне, но и всему классу.

— Во-первых, я хочу выбрать Аой-сан, потому что она работает в кафе с первого года старшей школы. Никто не разбирается в кафе и обслуживании клиентов лучше неё. И кроме того — когда думаешь о блондинке-гяру, первая, кто приходит на ум, это Аой-сан, верно?

Класс рассмеялся.

Не злобно — просто «ага, логично».

Аой теперь нормально общается со всеми благодаря помощи Изуми, так что сейчас это звучало забавно, а не как издёвка.

Аой покраснела, но явно эта атмосфера была во много раз лучше, чем когда она была одинокой и изолированной.

— Поэтому она идеально подходит на роль одного члена комитета.

Все согласно кивнули.

— А теперь про Акиру-куна. Это немного поздно говорить, но…

И снова тот «подозрительный» тон.

— Когда речь идёт о человеке, который поддерживает Аой-сан — это, конечно, Акира-кун.

Класс закивал ещё сильнее.

— …Я так и знал.

Я вздохнул — без вариантов.

Все знали, что я постоянно помогаю Аой.

С начала второго семестра одноклассники даже начали спрашивать, встречаемся мы или нет.

Одна девочка даже прямо спросила, когда мы были вместе.

Мы растерялись, не зная, что ответить, но Изуми предложила «лучше рассказать всё честно, чем дать повод для странных слухов» — и объяснила всё, что могла.

В итоге теперь весь класс считает, что я — опекун Аой-сан.

Ну да, звучит стыдно…

Но хотя бы никто не подозревает, что мы живём вместе. Это наш секрет.

— Итак, вы согласны?

Как будто я могу отказаться в такой атмосфере.

Если Аой согласится, то я автоматически тоже должен согласиться.

Изуми мастерски создаёт ситуации, в которых «нет» сказать невозможно.

Я тихо вздохнул.

— …Ладно.

— Правда!? — Изуми аж подпрыгнула от радости.

— У меня нет клуба и подработки, так что время есть. Если Аой-сан не против.

— Я не против. Наоборот, с Акирой-куном будет легче.

— Тогда… спасибо вам обоим!

Изуми улыбнулась и захлопала в ладоши, а остальные одноклассники тоже присоединились.

Я подумал: если Аой-сан согласна, почему бы и другим не согласиться…

— Сразу после школы сегодня будет первое собрание комитета, так что постарайтесь изо всех сил! — сказала Изуми.

— Что? — я не поверил своим ушам.

— Сразу после школы? Нет, погодите. Разве это не слишком внезапно?

Если бы она предупредила меня вчера, было бы нормально, но сегодня — это слишком.

Я посмотрел на Изуми с прищуром, а она отвела взгляд, явно смущённая.

— Ты, неужели… забыла? — спросил я.

— Я не забыла про выбор членов комитета, но я забыла, что собрание будет сегодня…

— Нет, это значит, что ты забыла половину дела!

— Я уже сказала Аой-сан!

— Когда?

— Сегодня утром!

— Ну вот, я и подозревал! — воскликнул я, не удержавшись.

Все одноклассники засмеялись, наблюдая за нашей перепалкой.

Они говорили что угодно, ведь это не их дело: «Да, вот такая Изуми-чан», «Всё нормально, так даже веселее», «Здорово, что она помнит про день собрания», и так далее.

А громче всех смеялся Эйдзи… Чёрт, он твой парень, так перестань и сделай что-нибудь полезное!

Ну, факт, что все просто смеются — это хорошо: значит, Изуми пользуется доверием одноклассников. С моей стороны же казалось, что я сам спровоцировал смех, но, честно говоря, я благодарен Изуми.

И, секретно, я с нетерпением ждал, чтобы снова увидеть Аой-сан в образе блондинистой гяру, и внутри я почти прыгал от радости, так что согласился без раздумий.

Так я стал членом комитета школьного фестиваля, притворяясь равнодушным снаружи, но на самом деле радостным внутри.

***

После школы, после долгого классного собрания—

— В комитете фестиваля школы много людей, да? — сказал я.

— Ну, там же представители от каждого класса каждого года, — ответила Аой.

Я пошёл в многофункциональный класс в здании для занятий, чтобы присутствовать на первом собрании комитета фестиваля вместе с Аой.

В каждом классе было по два представителя.

В нашей школе десять классов на год, значит: два на класс × три года = шестьдесят человек, и это без учёта исполнительного комитета.

Так что не только все места были заняты, но кое-кто стоял, не имея возможности сесть.

Среди этого шума я и Аой сели рядом за столом.

— Тогда начнём наше первое собрание по фестивалю школы, — сказал председатель.

Когда все собрались, заседание открыл председатель исполнительного комитета третьего курса.

Повестка шла по очереди, но из-за большого количества людей было трудно раздать все листовки.

Были уточнены даты и время, крайние сроки подачи презентаций. Основное внимание уделялось дедлайнам и напоминаниям: нужно заранее подать заявку на использование спецкласса, а если возникнут конфликты с другими классами — будет жребий.

Также на первом заседании подробно объяснили бюджет для каждого класса.

Вместе с сессией вопросов и ответов встреча длилась около 40 минут.

Неожиданно первое заседание закончилось раньше.

— Хорошо, каждый класс, заполните форму и сдайте мне к следующим выходным, — сказал председатель, закрывая собрание.

— Акира-кун, что ты делаешь? — спросила Аой, заметив, что я продолжаю смотреть на листовку, пока все остальные встают со своих мест.

— Они сказали, что крайний срок подачи презентаций — к следующим выходным, но наш класс уже решил, что будем показывать.

Я вписал «японское кафе с гяру» в форму и встал.

Когда я передал форму председателю, он вместе с другими членами комитета посмотрел на неё с удивлением… или скорее с замешательством, словно хотели что-то сказать.

— Тогда прошу вашей поддержки, — сказал я.

— П-прошу поддержки… — пробормотал я.

Надо было уйти, прежде чем они начали задавать вопросы.

Мы с Аой покинули многофункциональный класс, попрощавшись.

— Ах, молодцы! — сказала Изуми, когда мы вернулись после собрания.

Она и Эйдзи, похоже, ждали нас, пока остальные ученики уже шли домой.

— Как прошло собрание? — спросила Изуми.

— Я объясню детали завтра на классном собрании, а пока просто получили инструктаж. Сказали, что форму презентации нужно сдать к следующим выходным, но я не вижу смысла откладывать, так что сдал сегодня. Теперь пути назад нет.

— Как и ожидалось от Акира-куна, работаешь быстро, это очень помогает~ — Изуми явно пыталась меня похвалить.

Она, наверное, чувствовала себя неловко, потому что забыла о собрании до сегодняшнего утра.

Мы собрались уходить, и впервые за долгое время мы четверо шли домой вместе.

— Но я рада, что Акира-кун согласился~

— В чём дело, что «согласился»? Ты устроила так, что мне пришлось согласиться, а сама даже не подумала, что я могу отказаться.

— Ах, ты заметил?

— Конечно, заметил.

Изуми улыбнулась, пытаясь уйти от объяснений.

То есть она с самого начала рассчитывала на меня и Аой, и после того, как решила полагаться на нас, была так спокойна, что забыла об этом до дня Х.

— Но я удивлён, что Аой-сан согласилась.

— Правда?

— Есть причина?

— Э-это… — Аой отвернулась, пытаясь увернуться.

Я почувствовал смешанные предчувствия.

— Эй, Изуми… ты ведь больше ничего странного Аой не говорила, да? — шепнул я, чтобы Аой не услышала.

— Э-эх~? О-о чём ты говоришь~? — она зашипела, глаза бегали, но вышел только слабый звук.

Оставим её жалкое уклонение в стороне, я уже догадывался, что будет именно так.

Всё это время Изуми пользовалась наивностью Аой и её доверием, подбрасывая всякие странные идеи.

Во время учебного лагеря говорила что-то вроде: «Раз уж о лагере речь, обязательно нужны сладости!» Когда мы готовили в вилле Эйдзи, говорила: «Можешь нарезать отлично, если руки сложишь как кошка и скажешь няя» или «Лучший способ познакомиться — голышом!» и отправляла её в ванную, пока я принимал душ… спасибо ей за это.

То есть странное поведение Аой часто было из-за Изуми.

— Ладно-ладно, я не хочу навязывать тебе что-то неудобное.

— Я так не думаю, но что же ты хотела этим добиться?

Почему Изуми хотела, чтобы я стал членом комитета, и даже говорила об этом Аой?

— Она хочет, чтобы Акира сделал что-то, что оставит впечатление, — ответил Эйдзи вместо Изуми.

— Что-то, что оставит впечатление?

— Если во втором году была школьная поездка, а в третьем — выпускной и прочие большие события, то единственное мероприятие перед твоим переходом в другую школу — это фестиваль, верно?

— Да.

— Она хочет, чтобы это событие стало запоминающимся, сделав тебя членом комитета.

— Понятно…

…Это нечестно.

Если так сказать, я не могу жаловаться.

— Простите, что я так много думаю о вас… Нет, спасибо.

Я почти извинился, но потом поблагодарил.

Слова извинения звучали бы грубо для троих, кто так о нас подумал.

Вдруг вспомнил Аой: раньше она всегда извинялась за всё, а теперь постепенно стала говорить «спасибо».

Я тоже хочу как можно чаще говорить спасибо.

Но вместе с этим… мои слова всегда идут с чем-то большим, чем просто благодарность.

— Если хочешь поблагодарить, скажи Аой.

— Аой?

— П-постой, Изуми-сан!

Аой выглядела встревоженной, пытаясь закрыть рот Изуми.

Изуми легко увернулась и встала передо мной.

— Я решила это после консультации с Аой. Она хотела сделать памятное событие для Акира-куна, но не знала как, сказала она. Фестиваль близко, так что я предложила ей стать членом комитета вместе.

— Изуми-сан, тебе не следовало это говорить… — Аой обняла Изуми, смущённо опуская взгляд.

— Я же говорила, не надо было…

— Э-эх~? Я не помню~

Изуми явно притворялась, Аой держала её, смущённая.

Когда я смотрел на них, не мог скрыть удивления: оказывается, это Аой сама предложила стать членом комитета.

Потому что, если Изуми говорит правду, Аой согласилась по собственной воле.

Конечно, часть причин могла быть из-за того, что Изуми сказала лишнее.

Но даже сейчас, когда Аой стала более открытой, она всё же застенчива и не привыкла быть на виду, но согласилась стать членом комитета, чтобы сделать памятное событие для меня…

— Аой.

Я остановился перед ней.

— Спасибо. Ты многое сделала ради меня.

— Н-не… я тоже, ты всегда мне помогаешь.

Аой была очень неловко после того, как Изуми всё раскрыла.

Она прижала руки к груди, словно пряча себя, взгляд опустила.

— Ты должна стараться не только ради меня, но и ради всего класса.

— Да. Конечно.

Но мне приятно видеть её улыбку, когда она краснеет.

— Ну что ж, пойдем к месту работы Аой сейчас!

— Место работы Аой? Зачем?

— Расскажу, когда придём, но если мы собираемся открыть кафе, нужно поговорить с профессионалом. На самом деле, Аой уже попросила менеджера уделить время после закрытия кафе.

А, понятно.

То есть всё было решено заранее, кроме обсуждения со мной.

Чёрт, даже не знаю, хорошо ли это, пока не увидим… Идём к кафе, где Аой работает.

***

— Добрый день~♪ — прозвучало, когда мы вошли в кафе.

Мы с Изуми открыли дверь и шагнули внутрь, а Аой шла впереди.

И сразу заметили, что кафе сегодня намного оживленнее обычного — клиентов было больше.

— Добро пожаловать, — встретил нас менеджер с улыбкой, жестикулируя руками, занятый своей работой.

— Я пойду переоденусь, — быстро сказала Аой, заметив, что в кафе оживлённо, и исчезла за прилавком.

Мы втроём — я, Изуми и Эйдзи — сели за наш привычный стол.

Через некоторое время менеджер принес нам воду и полотенца.

— Как и планировалось, мы можем обсудить всё после закрытия кафе, это удобно?

— Конечно. Хотя извините за внезапность моего запроса.

— Нет-нет, не беспокойтесь об этом, отдыхайте, пока ждёте.

— Спасибо.

Менеджер спокойно кивнул и вернулся к прилавку.

Через некоторое время Аой, уже переодевшись в униформу, принесла нам заказанные напитки.

— Спасибо, что дождались, — сказала она.

— Спасибо, — ответили мы.

Я взял кофе из рук Аой, которая была полностью в роли обслуживающего персонала, и сделал глоток.

— В любом случае, Аой, тебе очень идёт эта форма~♪

— П-правда? Когда ты так говоришь… мне неловко… но спасибо, — ответила она, слегка смутившись и краснея, наверное, не привыкшая к похвалам.

На ней была чёрная рубашка, длинная юбка и белый фартук с рюшами. Я часто видел её с длинными волосами, собранными в хвост с помощью резинки, но… этот наряд отличался от обычного, и создавалось ощущение чего-то нового.

Честно говоря, девушка в такой форме — настоящий подарок для глаз.

— Этот костюм смотрится на тебе так, что, кажется, его можно было бы надеть и для школьного фестиваля.

Изуми кивала, соглашаясь с собственной репликой.

Тогда почему она выбрала японское гяру-кафе…

Я хотел было вставить «а не лучше ли выбрать кафе в стиле мэйд», но это было бесполезно.

Мы провели время до закрытия, следя за тем, как хвост Аой слегка раскачивается при ходьбе, и за её шеей, выглядывающей из-за фартука, одновременно ведя обычный разговор с Эйдзи и Изуми.

Было бы неловко, если меня заметят, поэтому я наблюдал тихо.

После восьми вечера, когда ушёл последний клиент…

Аой и менеджер подошли к нашему столику с напитками.

— Извините, что заставили вас ждать, — сказала Аой.

— Нет, это мы должны извиниться, что пришли в такое время.

— Аой сказала, что у вас есть что обсудить.

Менеджер сел за стол, выдвинув стул.

Судя по всему, он знал, что Аой хотела совет, но не знал деталей — то есть он ещё не догадывался, что мы собираемся провести кафе на фестивале и хотим его участия.

— На самом деле, у нас есть просьба к вам… — начала Изуми.

Я уже догадывался, но…

— Мы хотим, чтобы вы взяли Акиру-куна на работу!

— — А?! — Изуми так энергично заявила, что я чуть не выплюнул кофе.

— П-подожди, Изуми! — я зажал рот рукой, чтобы успокоиться, и повысил голос.

Мне почти не хватало контекста, чтобы это остановить.

Менеджер тоже слегка наклонил голову, выглядя озадаченным.

— Почему я должен работать здесь? Я думал, мы просто просим вас показать нам, как организовать кафе для фестиваля или дать советы по оборудованию… а тут сразу — работа.

— Именно так, — спокойно сказала Изуми менеджеру, будто всё уже объяснять не нужно.

Менеджер кивнул, будто понял.

— То есть вы хотите, чтобы Акира-кун пришёл к нам учиться и помогал вам, чтобы успешно провести фестиваль.

— Как и ожидалось от менеджера, быстро понял, это очень помогает, — добавила Изуми.

— Подождите, — сказал я, чувствуя, что события развиваются слишком быстро. — Объясните хотя бы мне сначала, что у вас на уме.

Изуми вздохнула и начала рассказывать.

— Даже если мы откроем кафе на фестивале, многие из класса не знают, что им делать. Мы сами толком не знаем.

— Да, наверное.

— Поэтому нужен кто-то, кто покажет, как работать с клиентами и управлять кафе. Я подумала, что Акира-кун может подрабатывать и учиться, а потом вы с Аой научите остальных.

— Понятно.

Да, у слов Изуми есть смысл. Это логично: я как член комитета должен помогать.

Но…

— Я буду занят работой в комитете и подготовкой презентации после школы, не уверен, что смогу совмещать это с подработкой… — сказал я. — То же касается Аой.

— Не переживай, — тут же ответила Изуми.

— Мы с Эйдзи тоже будем помогать. В классе будет как будто четыре члена комитета, так что вы сможете работать.

— Тогда, наверное, это реально… но… — я сомневался. — Разве я должен работать здесь? Не лучше ли тебе или Эйдзи, чтобы у меня было больше времени?

Я думал, это разумно, но Изуми надула щеки и недовольно посмотрела.

— На самом деле, ты прав, это эффективнее, — сказала она.

Эйдзи вставил свои пять копеек:

— Но иногда важнее не эффективность. А ещё, ведь ты можешь работать с Аой, разве не лучше, если ты сам будешь?

Он говорил с лёгкой насмешкой, что было необычно.

Теперь я понял, зачем Изуми хотела, чтобы я подрабатывал: как Аой хотела оставить воспоминания, так Изуми хотела, чтобы я создавал эти воспоминания вместе с Аой.

Я почувствовал лёгкий стыд, будто меня немного разыграли…

— Менеджер, — я выпрямился. — Можно мне работать здесь? Я хочу многому научиться, чтобы успешно провести фестиваль. Конечно, если вам неудобно, могу работать бесплатно.

— Конечно, я помогу чем смогу. Но работать бесплатно ты не будешь, так что твоё желание работать без оплаты я выполнить не могу.

— Спасибо большое! — я поклонился менеджеру, который улыбнулся.

Так я стал подрабатывать в кафе вместе с Аой.

Не только ради одноклассников, но и ради Аой, Изуми и Эйдзи, которые заботились обо мне. И ради себя самого: я пообещал сделать фестиваль успешным как член комитета.

Позже, консультируясь с Изуми и другими о работе кафе, Аой и я обсудили с менеджером мой график подработки.

Аой обычно работает после школы, но теперь готовится к фестивалю, поэтому я предложил перенести её смены на субботу.

Я тоже подумал, что так смогу привыкнуть к работе, совмещая будни и субботу, и вскоре мы решили, что начну работать уже в эту субботу.

То есть всё произошло всего через день после обсуждения фестиваля.

Презентации, комитет и подработка решились в мгновение ока.

***

Мы вышли из кафе уже после 21:30.

— Уже поздно, да.

По тёмной ночной дороге мы с Аой-сан шли домой бок о бок.

Конец сентября — конец лета.

Днём ещё жарко, но после захода солнца прохладный ветер приятно касается кожи, и кажется, будто вечность прошла с тех пор, как мы в изнуряющую жару искали дом бабушки Аой-сан.

— Комитет школьного фестиваля, да… Похоже, внезапно станет довольно хлопотно.

— Да. Но Изуми-сан и Эйдзи-кун помогут, так что всё будет хорошо.

— Верно. И, пожалуй, быть занятым даже лучше.

Я говорил это не Аой-сан, а самому себе.

То, что я смутно чувствовал до летних каникул, но старательно игнорировал…

Во время каникул стало совсем ясно, и я уже не мог себе лгать.

— Мне жаль, что осталось всего шесть месяцев, которые я смогу провести вместе с ними.

— Если бы можно было… я бы не хотел переводиться в другую школу.

С детства мне приходилось много раз менять школы из-за работы отца, и поэтому я привык к расставаниям.

Я снова и снова прощался с хорошими друзьями, убеждал себя, что выбора нет, и в какой‑то момент вообще перестал сближаться с людьми — и перестал переживать из-за расставаний.

Но сейчас… я не хочу терять Эйдзи, Изуми — и особенно Аой-сан.

Я ясно понял это в тот момент, когда появился её отец.

Я не хотел расставаться с Аой-сан, поэтому бессознательно желал, чтобы её отец оказался плохим человеком.

Когда я понял, что думал так, я понял — больше я не могу прятать свои чувства.

С тех пор, как я осознал нежелание расставаться, каждую свободную минуту я думал о времени, которое мне осталось.

Пока песок в песочных часах утекает, я чувствую лишь раздражение и бессилие, но понимаю: всему есть предел.

Когда Изуми заговорила о школьном фестивале, я на секунду даже подумал, что речь идёт о ноябре.

Поэтому я даже рад, что буду настолько занят, что не смогу думать о лишнем.

Но больше всего я благодарен Аой-сан.

— Аой-сан, спасибо тебе, что стала членом комитета ради меня.

Щёки Аой-сан порозовели, и она опустила голову.

— Я же просила Изуми-сан тебе не говорить…

— Она просто рассеянная и проболталась. Она не хотела ничего плохого.

— Да, но… она ещё и рассказала тебе о том, что я просила её и Хиёри-тян сделать для меня на каникулах…

Она слегка надула щёки, недовольно поджав губы.

Похоже, Аой-сан довольно сложная девушка.

Когда мы были в вилле у Эйдзи, они всё время повторяли слово «миссия», и я думал, что они что-то замышляют.

Но, когда всё раскрылось, оказалось, что Аой-сан попросила их просто помочь нам стать ближе, а они слишком активно вмешались и всё выдали.

Вспоминая тот момент, я до сих пор чувствую неловкость… даже какое‑то неописуемое чувство.

Но Аой-сан наверняка тогда было ещё стыднее — она была растеряна и ужасно смущена.

И даже сейчас я вижу, что её уши покраснели, несмотря на то что мы идём по тёмной улице.

И хотя мне немного неловко перед Аой-сан, но…

— Я рад, что Изуми тогда рассказала.

— Э…?

— Если бы она не сказала, я бы, возможно, так и не понял твоих чувств, Аой-сан.

— Акира-кун…

— Поэтому я благодарен и Изуми, и тебе, Аой-сан.

— …Да.

Это напомнило мне слова, которые Эйдзи когда‑то сказал.

— По сути, люди не могут понимать друг друга.

— Без слов понять друг друга невозможно.

— Поэтому важно говорить то, что думаешь.

Удалось ли мне хоть немного выразить словами то, что у меня внутри?

Удалось ли разделить мысли и чувства с Аой-сан, чтобы мы могли понять друг друга?

…Нет, пока нет.

Но если мы сможем понять друг друга хотя бы чуть лучше, чем сейчас — до того момента, когда придётся расстаться…

Наверное, мне хочется слишком многого.

----------

Первая подработка

На следующий день на утреннем классном часе мы начали распределять роли для школьного фестиваля.

Чтобы запустить японское гяру-кафе, сначала нужно было подготовить три основные вещи:

— костюмы, оборудование и меню.

Перед самым фестивалем ещё понадобится потренироваться в сервировке, подаче напитков и обслуживании гостей, но сейчас это можно оставить на потом и сосредоточиться на трёх подготовительных пунктах.

За костюмы отвечала Изуми и команда девочек, хорошо умеющих шить.

Они решили сделать наряды в стиле кимоно — символе древней японской культуры. Изуми сказала, что попросит у бабушки несколько старых кимоно и немного их переделает, чтобы костюмы напоминали учеников эпохи Тайсё-романтизма.

Мне казалось расточительством использовать настоящие кимоно, но бабушка Изуми сказала:

— Будет куда лучше, если моя внучка применит их на школьном фестивале, чем если они будут просто лежать без дела.

Бабушка, вы не слишком добрая к своей внучке?..

Далее было оборудование, и тут главным стал Эйдзи.

Инвентарь для приготовления чая и посуда были из дома Изуми, так что проблем не возникало. Но нужно было сделать вывеску, украсить кафе, расставить столы и стулья, закупить всё необходимое и так далее.

Так как часть работы тяжёлая, мы собрали сбалансированную команду с достаточным количеством парней.

Честно говоря, оформление кафе — дело вкуса, но думаю, Эйдзи вполне можно довериться.

Скорее всего, эта команда устанет больше всех.

Третьим пунктом было меню.

Похоже, Изуми уже имела представление о том, что хочет, и мы решили обсудить это позже.

Большая часть бюджета уходит на чай и сладости, поэтому если сначала не определить сумму, то невозможно распределить деньги на остальное… Я так и не услышал подробностей, поэтому всё ещё переживал.

Изуми лишь сказала:

— Не волнуйся, всё будет хорошо!

И одноклассники почему-то успокоились, услышав её оптимистичный тон… но они ошибались. Когда Изуми говорит такое, она как раз наиболее опасна.

Однако срок она назначила — до следующей субботы, так что я решил просто довериться и подождать.

Почему именно в выходной день, я не знаю, но у неё, наверное, есть причина.

Мне же вместе с Аой-сан поручили организационные задачи: встречи, документы и прочие административные дела.

Также мы следили за прогрессом команд, помогали тем, кому не хватало сил или людей, и в целом работали гибко.

И, кроме всего, я помогал Аой-сан в её подработке в кафе — чтобы мы могли научить одноклассников работе с клиентами и основам японского блонд-гяру-кафе.

Так роли и были распределены.

Мы разбились на команды, работа началась плавно… или мне так казалось.

— М-п-прошу помощи…

Сразу же возникла проблема.

— Я-я тоже прошу твоей помощи…

Несколько дней спустя мы с Аой-сан сидели друг напротив друга в гостиной нашего дома.

Если бы это было всё — ничего странного. Но…

Проблемой было то, что Аой-сан была в купальнике.

В том самом разноцветном купальнике с воланами, который она надевала, когда мы летом ходили в огромный бассейн.

Несмотря на яркость, он не выглядел вызывающе — возможно, благодаря белой основе или благодаря самой Аой-сан.

Хотя он почти ничего не скрывал, казался не столько откровенным, сколько… милым.

Я не ожидал, что снова увижу этот купальник в конце лета… Мои глаза вот-вот взорвутся от этого прекрасного вида.

Если отбросить мыслишки, причина была простой: Изуми поручила мне снять мерки с Аой-сан, чтобы шить для неё костюм.

Я сразу сказал, что лучше бы это сделала сама Изуми, но…

— Я завтра выхожу на работу, так что снимите мерки сегодня вечером.

— Тогда приходи ко мне домой и сама измерь.

— Не могу, у меня планы.

— Разве Аой-сан не может измерить себя сама?

— Есть места, куда ей самой не добраться, и будет неточно.

— Но… Аой-сан ведь неудобно, если её будет мерить парень…

— Аой-сан уже дала согласие, так что всё норм~.

— Серьёзно?..

— …Да. Всё нормально.

И мы оказались вот в такой ситуации.

Я не думал, что она придёт именно в купальнике.

Я сказал ей:

— Если одежда не мешает, то вовсе не обязательно купальник…

Но Изуми заранее заявила ей:

— Во время снятия мерок нужно быть в нижнем белье или в купальнике, понятно?♪

Естественно, Аой-сан смутилась и сказала:

— В белье… слишком стыдно. Тогда лучше купальник…?

Нет-нет, купальник — это тоже… но я не возражаю!..

Изуми постоянно говорит Аой-сан странные вещи, из-за чего та верит каждому слову. Но я сам никогда раньше не снимал мерки с девушки, так что не был уверен, шутка это или правда.

И нет, я не надеялся, что она придёт в одном белье.

Мы молчали.

Настолько неловко, что мы даже не могли смотреть друг на друга.

Но если я отворачивал взгляд от её лица — попадал глазами на другие места… И я понял, что фраза «не знаю, куда смотреть» — это именно про такие ситуации.

Однако вечно так сидеть нельзя.

И Аой-сан не может вечно стоять в купальнике.

Хотя на самом деле… я бы не прочь немного подольше…

— Ты уверена, что всё в порядке?

— …Да.

Я уточнил ещё раз, и Аой-сан кивнула, покраснев до корней ушей и прикусив губу.

Она закрыла глаза и слегка развела руки в стороны — будто говоря: «Делай, что нужно».

— П-прошу прощения…

Я взял сантиметровую ленту и начал снимать мерки.

Нужно было записать всё, что просила Изуми, но первым делом — три основные измерения. Поэтому я начал сверху.

Я провёл ленту у неё под руками, обхватил грудь… и всё стало очень плохо.

Плохо — в смысле слишком близко. Настолько близко, что я терял фокус.

Не спрашивайте меня «что». Вы и так прекрасно понимаете. На сто процентов.

Главное, сейчас бы никто не толкнул меня. Никто, слышите? Ни в коем случае.

Ладно… я соврал. Можете даже пнуть, толкнуть — мне всё равно. Я хочу уткнуться туда лицом.

Мой мозг кипел, руки дрожали, я боялся случайно коснуться её, и одновременно очень хотел коснуться… Нервничал так, что весь вспотел.

Так — в напряжённой, розовой атмосфере — и проходил вечер, пока я снимал с неё мерки.

В ту ночь мне казалось, что я сделал один шаг по лестнице к взрослой жизни.

[[image:/storage/reader-images/5d24f93448c223d3a1c838fb35d479cb06de11df.png]]
***

А затем, в выходные, в последнюю субботу сентября, на которую обещала Изуми, я находился в задней части кафе, где я работал подработкой, в своей форме.

— Как я выгляжу…?

— Да. На тебе это смотрится хорошо.

Наконец-то с сегодняшнего дня мы будем работать вместе в кафе, где работает Аой-сан, и я пришёл раньше открытия, надев форму, подготовленную менеджером.

Белая рубашка сверху, галстук и чёрный жилет, снизу — чёрные брюки и кожаные туфли. В отличие от милой женской формы, мужская форма выглядела намного более официально.

Мне казалось, что я вынужден её носить, и отражение в зеркале не совпадало с моими ожиданиями.

— Хотя… мне кажется, это совсем не идёт мне…

— Нет, это не так. Просто ты не привык выглядеть так, но я думаю, тебе идёт.

Она сказала это с искоркой в глазах, так что, думаю, это не просто комплимент.

— Акира-кун в форме… такой новый вид…

Аой-сан, бормоча это, выглядела более смущённой, чем я.

Вместо того чтобы быть смущённой, скорее, она просто не могла успокоиться?

— Эм… знаешь…

Потом Аой-сан пробормотала что-то.

Что такое, что же… подумал я.

— Можем сфотографироваться вместе?

Аой-сан подняла взгляд и держала телефон обеими руками.

— Фото?

— Да. На память о твоём первом рабочем дне.

Не дожидаясь моего ответа, Аой-сан встала рядом со мной, одной рукой держала телефон, а лицо приблизила так, чтобы мы оба вошли в кадр.

В этот момент запах Аой-сан щекотал мне нос.

Обычно она бы слишком смутилась, чтобы быть так близко, но теперь была сосредоточена на фото и, похоже, только я краснел от неловкости.

Я перевёл взгляд на объектив, стараясь скрыть своё смущение, чтобы оно не отразилось на фото.

Аой-сан проверяла снимок с довольным выражением, но вдруг наклонила голову и удивлённо спросила:

— Хм? Акира-кун, у тебя лицо кажется немного красным.

— Д-Действительно? Это просто твоя фантазия, да? Или из-за света?

— Правда? Ты не заболел? Всё в порядке?

Аой-сан внимательно смотрела на меня с заботой.

Мы были так близко друг к другу, а запах был невероятно приятный, что только усиливало моё сердцебиение.

— Всё в порядке, спасибо, что переживаешь.

Я отошёл немного от Аой-сан, сдерживая лёгкое сожаление.

Если я буду ещё сильнее волноваться, это помешает моей работе.

— Тогда пойдём.

В это время менеджер готовился открыть кафе на прилавке.

— Тебе идёт эта форма.

— Аой-сан тоже так сказала, но мне самой не кажется, что она подходит.

— Ты скоро привыкнешь. И к форме, и к работе.

Надеюсь на это, хотя немного переживаю.

— Сегодня первый день работы Акира-куна, и давно Аой-сан не работала утром, так что проведём утреннее собрание и объясним все обязанности.

— Хорошо. Пожалуйста.

Менеджер остановился и встал перед нами.

— Я и Аой-сан объясним детали и дадим инструкции. Если что-то будет непонятно, спрашивай, даже во время работы, но пока сосредоточься на работе в кафе.

— Понятно.

— Пока клиенты приходят, ты предлагаешь воду и полотенце, а Аой-сан принимает заказы, так как нужно немного запомнить меню. Думаю, будет лучше, если вы вдвоём будете делить обязанности по доставке заказов.

Сейчас я буду приносить воду, полотенца и заказы… да.

— Да. Думаю, это подойдёт.

Как и ожидалось, даже без опыта в сервисе это вполне реально.

— Тогда откроем кафе.

После открытия количество клиентов постепенно увеличивалось, и расслабленность первого дня быстро исчезла.

Я знал, что нужно просто приветствовать клиентов и предложить воду и полотенце, как Аой-сан всегда делала для меня, но я не справлялся.

Поскольку это был выходной, клиенты приходили непрерывно, и я не понимал, кому уже предложил воду и полотенце, делал ошибки и приходилось повторять. В то время как я это делал, заказы уже готовы, а менеджер зовёт.

Так как я ещё не привык, не мог сразу определить, для какого стола что.

Час прошёл в панике.

— Акира-кун.

Я пришёл в себя, когда вдруг меня позвали мягким голосом.

Когда я обернулся, Аой-сан улыбалась, держа в руках стакан воды.

— Вот, выпей это и немного успокойся.

Я принял стакан.

— А-а… спасибо.

Попив холодной воды и глубоко вдохнув, я почувствовал себя немного спокойнее.

— Я займусь клиентами сейчас, Акира-кун, ты отдохни немного.

Аой-сан сказала это, улыбнувшись, и вернулась к своей работе.

Я наблюдал за тем, как работает Аой-сан, стараясь не попадаться на глаза клиентам.

Я видел Аой-сан с другой стороны, которую раньше не замечал.

Когда я был обычным клиентом, этого не замечал.

Стоя в этой части зала, я видел, как профессионально Аой-сан справляется со своей работой.

Она предлагала воду и полотенца, улыбалась клиентам, которые хотели сделать заказ, принимала их заказы и сообщала менеджеру.

Она плавно проводила новых клиентов к местам и в некоторых случаях уточняла заказы заранее.

Гладкое обслуживание, невиданное от обычно тихой и застенчивой Аой-сан.

Кроме того, она поддерживала и меня…

Когда я был впечатлён её работой, вдруг подумал:

— Спасибо, Аой-сан. Я тоже вернусь к работе.

— Да. Если будут вопросы, можешь сказать мне всё.

Возможно, я ошибаюсь.

Я подумал, что нужно продолжать помогать Аой-сан.

Так как я протянул ей руку, я должен быть ответственным и продолжать заботиться о ней до окончания школы — так я думал про себя.

Но когда видел, как хорошо она работает, понял:

Возможно, мне не нужно быть слишком опекающим.

Я точно не смогу быть чересчур заботливым вечно.

— Да. Надеюсь на тебя, сэмпай.

— С-сэмпай? Я, сэмпай…

Возможно, я назвал её так неожиданно.

Аой-сан тихо сказала это с удивлённым и смущённым выражением.

— Не скромничай. Мне полезно, если ты научишь меня больше.

— Да.

Мы с Аой-сан вернулись в кафе.

Я продолжал работать с её поддержкой, и уже почти подошло время обеда.

— Добро пожаловать…

Я услышал открытие двери и, как рефлекс, начал приветствовать, но затем замолчал.

— …Почему вы здесь?

Это были Эйдзи и Изуми в обычной одежде.

— Акира-кун, на тебе форма выглядит здорово! Правда, Эйдзи-кун?

— Да. На самом деле это неплохо.

Не нужно добавлять лишние слова перед комплиментом.

Я не привык носить её, и вы не привыкли видеть меня так.

— Зачем вы сюда пришли?

— Конечно, чтобы посмотреть, как Акира-кун работает.

Изуми внимательно посмотрела на меня в форме и сказала с поддразнивающим тоном:

— Если хотите просто отдохнуть, идите домой. Сейчас обед, мы заняты.

— Мы пришли наполовину, чтобы проверить тебя, а наполовину просто поболтать.

— О чём вы хотите говорить?

— О школьном фестивале, конечно.

— Мы можем обсудить это в школе.

— Можно, но тогда у меня не было бы причины увидеть Акира-куна на работе. Кроме того, я уже сказала, что буду ждать до субботы, чтобы обсудить меню.

Так оно и есть.

Она пришла сегодня, чтобы посмотреть на меня, подразумевая, что хочет поддразнить, или изначально так планировала, чтобы я ждал до субботы для обсуждения меню.

— Мы подождём до вашего перерыва, можно проводить нас к месту?

— …Пожалуйста, сюда.

— Ммм-хм♪

Я проводил Эйдзи и Изуми, которые были довольны, что их обслуживают как клиентов, к местам.

Я предложил им воду и полотенца, спросил заказ и вернулся на прилавок… но, как ни странно, они оказались первыми, у кого я принял заказ.

Чувства смешанные, но я рад, что это знакомые люди.

— Значит, мы будем обсуждать меню, верно?

Примерно в 13:30, после обеденного пика…

Менеджер велел Акира-куну и Аой-сан отдохнуть, и мы присоединились к Изуми и Эйдзи за их столиком с неаполитанскими блюдами, подготовленными менеджером.

Во время обеда я уточнил тему с Изуми.

— Да. Я хочу обсудить закуски, которые будут подаваться с чаем.

— Закуски? А чай мы не должны выбрать тоже?

— Я уже решила с чаем, так что не волнуйтесь. Буду использовать матча как основу, а потом подумаю о напитках для молодёжи. Я могу обучить остальных заваривать чай, так что это не проблема. Сейчас я думаю о меню еды.

— Верно, нужны лёгкие закуски для чая.

— Закуски… я в этом не сильна, но почему бы не купить всё в японском кондитерском магазине?

— Легче, но я хочу, чтобы мы сделали сами, если сможем.

— Своими руками?

Я невольно повторил слова Изуми.

Я об этом даже не думал.

— Если хочешь сделать кафе, как ты сказал, обычно хватает готовой еды. Не то чтобы это плохо, но раз мы дошли до этого, я хочу попробовать сделать с нуля, пусть и труднее.

— Понимаю…

Даже если что-то пойдёт не так, воспоминания о совместных усилиях станут чем-то, чем можно будет посмеяться на встрече выпускников.

Эйдзи рядом продолжил:

— В нашей школе есть кухня, где можно готовить закуски, и если мы решим, что готовим, ингредиенты легко подготовить. Думаю, это реалистично — людей хватит.

— Если класс поддерживает, давайте так и сделаем.

— Правда!?

Изуми взволнованно наклонилась, словно собирается взобраться на стол.

— Как член комитета, у меня два вопроса.

— Спроси, что хочешь!

— Первый: хватит ли у нас бюджета. Сколько видов вы думаете сделать?

— Я думаю сделать один сет с разными предметами, например, пирожное матча, дайфуку, ёкан. Будет интересно иметь несколько вариантов.

Изуми показала сайт чайного магазина на телефоне.

Там красиво и артистично выложены несколько сладостей на одной тарелке.

Понятно. Красиво, и девочки будут рады.

Сделать самим дешевле, чем покупать готовое.

Мы посчитаем подробнее позже, но есть ещё один вопрос:

— Сможем ли мы сделать сами закуски?

— Не волнуйтесь. Когда мы с Хиёри пили чай дома, мы готовили их вместе.

Раньше в средней школе они уже делали что-то в кухне вместе.

Теперь понятно.

— Конечно, если хотите идеально — не получится…

— Совершенно не обязательно. Как ты сказала, главное попробовать самому. Пока вкус нормальный для клиентов — не нужна идеальность.

— Значит, мы действительно можем это сделать!?

— Я не против. Если класс согласен, я не имею проблем. Обсудим на следующем уроке, и если нет возражений — сделаем сами.

— Да!

Изуми радостно закачала телом, держась за руки с Аой-сан, голос весёлый.

Видно, что она уже согласовала с Аой-сан.

— И ещё я хочу попросить вас, Акира-кун и Аой-сан.

— На этот раз что?

— Я хочу, чтобы вы вместе выбрали закуски для чая.

— Я и Аой-сан? Но я почти ничего не знаю об этом.

Я посмотрел на Аой-сан, чтобы понять её мнение.

Аой-сан выглядела неуверенной.

— Я хочу, чтобы вы вдвоём посетили разные чайные и решили. Можно в выходной или когда нет подработки, а затем…

Изуми шепнула мне:

— Почему бы не использовать визит в чайные как повод сходить с Аой-сан на свидание?

— Эй, ты…

Я почти воскликнул от её слов.

Но если я скажу слишком много, Аой-сан может спросить, о чём речь.

— Я думаю, посмотреть чайные интересно, но тебе это больше подходит, не так ли?

— Я бы с радостью, но руки заняты костюмами. Надо закончить, прежде чем делать закуски, а это займёт время, поэтому хочу попросить вас двоих помочь.

— Честно говоря, я не уверен, что справлюсь.

— Я тоже…

Сейчас между мной и Аой-сан может быть неловкость.

— Не волнуйтесь. В конце концов, Хиёри-чан и я дадим своё мнение. А пока вы вдвоём пройдёте по чайным и возьмёте несколько понравившихся печенек и чая.

— Ну… если так. Аой-сан, ты пойдёшь?

— Не уверена, что сама, но с Акира-куном попробую.

— Спасибо вам обоим!

Так я не только работал в комитете и подрабатывал в кафе, но ещё и отвечал вместе с Аой-сан за выбор закусок и чая для меню.

Несмотря на все сомнения, я был удивлён, что начинаю получать от этого удовольствие.

***

С начала недели работа над школьным фестивалем наконец-то началась всерьёз.

После уроков ученики оставались в классе и с радостью выполняли свои роли вместе с друзьями.

Наш класс был очень дружным, ведь Изуми — представитель класса и душа компании, так что я думал, что мы тот тип класса, который объединён сильным чувством единства и энтузиазма на фестивале.

Аой-сан в первой половине семестра была единственной, кто оказался в изоляции… но…

— Аой-сан, можно я кое-что спрошу?

— Да. Что такое?

— Аой-сан, если тебе не трудно, мне было бы очень полезно, если бы ты помогла мне!

— Конечно. Если для меня это не проблема.

— Аой-сан, я хотел бы задать несколько вопросов про бюджет.

— Можешь подождать немного?

Сейчас она совсем не такая, и даже как член комитета фестиваля её окружают одноклассники.

Аой-сан — застенчивая, но мягкая, добрая и заботливая, так что я понял: когда люди её узнают, она понравится и мальчикам, и девочкам. Так оно и оказалось.

Когда я увидел, что на Аой-сан полагаются все в классе, я вдруг подумал:

Возможно, Изуми включила Аой-сан в комитет именно для этого.

Причина, по которой Аой-сан согласилась быть в комитете, в том, что она хотела, чтобы я получил воспоминания.

Но в голове Изуми, если Аой-сан станет членом комитета, я тоже обязательно соглашусь. Но я также думаю, что Изуми рекомендовала её, потому что считала, что Аой-сан сможет лучше общаться с одноклассниками.

Неосознанно я провёл рукой по груди с облегчением.

В таком случае после моего перехода в другую школу беспокоиться не о чем.

Это должно было радовать меня… но почему-то…

Мне стало немного одиноко.

***

В первое воскресенье октября, когда я готовился к школьному фестивалю и подрабатывал…

Дома мы с Аой-сан встали немного раньше обычного и собрались, чтобы выйти.

— Аой-сан, ты готова?

— Да, скоро буду.

Когда я позвал её к двери, Аой-сан сразу ответила.

Спустя несколько мгновений дверь открылась, и Аой-сан, закончившая приготовление, вышла из комнаты.

— Извини, я не знала, что надеть…

Она была в кремовом свитере и длинной юбке спокойного цвета. Цветовая гамма и более взрослая, спокойная одежда привлекли моё внимание.

Одежда явно подходила для осени, и при этом прекрасно подходила аккуратной и красивой Аой-сан.

После того как Аой-сан несколько раз огляделась, будто проверяя свой внешний вид, она немного смущённо спросила:

— Ну как, тебе нравится?

— Думаю, это тебе идёт. Это ведь первый раз, когда я вижу тебя в таком наряде, да?

— Да. Недавно я ходила по магазинам с Изуми-сан.

Аой-сан расслабила щеки и выглядела довольной.

— Ну что, пойдём?

— Да.

Мы проверили, чтобы ничего не забыть, прежде чем выйти из дома.

Погода была солнечной и тёплой для октября — идеальный день для прогулки.

— В какой магазин пойдём первым?

Аой-сан сразу спросила.

— На самом деле я попросил рекомендации у Хиёри.

— Хиёри-чан?

— Когда Хиёри была здесь, она и Изуми обычно ходили в чайные. Я спросил её, есть ли какие-то рекомендации, и она выбрала несколько мест для меня. И даже забронировала место в первой чайной, которую мы собираемся посетить, так что начнём с неё.

— Нужно будет потом поблагодарить Хиёри-чан.

— Я планирую посещать чайные в выходные и после школы на некоторое время, но также хочу заглянуть в японские кондитерские возле вокзала и отдел сладостей в торговом центре, если будет время.

— Понятно. С нетерпением жду.

Мы направились в первый магазин, продолжая разговор.

— Кажется, где-то здесь…

Я ввёл адрес, который дала Хиёри, в навигацию на телефоне и шли около двадцати минут.

Говорили, что это место в жилом районе, и, как я уже говорил, район был полон домов, и я сомневался, действительно ли там есть чайная, где можно выпить чашку чая.

Через некоторое время система навигации показала, что мы прибыли.

— Здесь…?

Не удивительно, что Аой-сан с сомнением повысила голос.

Перед нами стоял одноэтажный дом с историческим антуражем, окружённый каменной оградой.

На первый взгляд трудно поверить, что это чайная, но на воротах была вывеска с названием, так что сомнений не осталось.

— Чувствуется немного странно, но давай войдём.

— Да…

Атмосфера явно отличалась от привычных нам кофеен.

Когда мы вошли, сначала думали, что уйдём, не заходя внутрь, но увидели красиво ухоженный сад, напоминающий японский сад.

Переходя по каменным плитам к входу, нас встретил администратор.

Когда я сообщил, что у нас есть бронь, нас сразу проводили в комнату в глубине.

— О…

Когда дверь раздвижного типа открылась, я невольно воскликнул от восхищения.

Комната была маленькая, в японском стиле, примерно на шесть татами, с видом на сад, с низким деревянным столом и стульями по центру, а шодзи открывались на сад с осенней листвой.

Хотя комната находилась в жилом районе, создавалось впечатление, что время здесь течёт медленно.

Мы устроились тихо, стараясь не выделяться

— Почему-то мне кажется, что мы пришли не в то место…

— Да… но Хиёри-чан и Изуми-сан уже были здесь, так что всё в порядке.

Аой-сан почти согласилась, поспешно продолжив:

Да, я уверен, что мы так думаем только потому, что нам непривычно.

— Ладно. Давай закажем.

— Верно.

Мы взяли меню и начали смотреть вместе.

Даже для чая здесь было несколько видов, и все марки нам были незнакомы.

Так как мы мало что знали о чае, решили попросить рекомендацию у официанта и выбрать чайные сладости, которые хотим попробовать.

Были стандартные блюда: аммицу, матча-дайфуку и для ёкана — сет из зелёного чая и каштанового ёкана. Мандзю было популярно с пастой из зелёного чая, смешанной с пастой из бобов.

Хотя сейчас их не подавали, летом здесь подавали и зелёный шёрбет.

От начала до конца меню — полный спектр блюд с матча.

— Что будешь есть, Аой-сан?

— Давай… аммицу и сет с ёканом. Ах, но мне тоже интересно попробовать мандзю.

Глаза Аой-сан заблестели, когда она посмотрела на меню.

— Что же… я хочу попробовать всё.

Она подняла взгляд с растерянным выражением.

Очень мило видеть, что ей трудно выбрать.

— Тогда я закажу мандзю и матча-дайфуку, чтобы мы могли делиться. Так мы сможем попробовать всё, а если будем выбирать чайные сладости для кафе, будет удобнее.

— Да. Спасибо!

Аой-сан обрадовалась, зашла заказ на рекомендованный официантом матча и свои выбранные сладости, и мы ждали около 15 минут.

— Ох…

Когда заказ поставили перед нами, я невольно издал звук восхищения.

Чай только что заварен, его аромат щекотал нос, а сладости были поданы в красивой посуде, каждая словно маленькое произведение искусства.

— Ммм…

Когда официант ушёл, мы впервые попробовали аутентичный матча и слегка волновались.

— Как это… Я ничего не знаю об этикете чаепития…

Я подумал, что стоило бы спросить Хиёри или Изуми.

— Только мы вдвоём, так что не нужно слишком строго, верно?

Аой-сан, наверное, тоже не очень разбирается в этикете.

Но, когда она сказала это, я почувствовал, как плечи расслабились.

— Верно. Никто за нами не наблюдает, так что можно пить, как нравится.

— Да.

— Тогда давай попробуем.

— Ах, подожди.

Аой-сан достала телефон из сумки.

— Как насчёт того, чтобы сделать несколько фото, чтобы потом показать Изуми-сан и Эйдзи-кун?

— Отличная идея. Давай.

Мы оба достали телефоны и сделали несколько снимков.

— Хорошо. Тогда…

Держа чашку обеими руками, я посмотрел внутрь и увидел пузырьки на поверхности.

Хотя я не мог представить вкус, так как пробовал матча впервые, я приложил рот к краю чашки и сделал глоток.

За лёгкой горчинкой сразу последовала мягкая сладость и свежий аромат.

— …Вкусно.

Слова вырвались сами собой.

Я был удивлён, так как думал, что будет более горько.

На самом деле это было намного мягче и приятнее, чем я ожидал.

— Да. Вкусно.

Аой-сан, похоже, чувствовала то же самое, расслабила щеки.

— Я думала, что матча будет иметь более взрослый вкус, но он такой вкусный… наверное, у всех свои предпочтения, но не удивительно, что Изуми и Хиёри его любят.

Передо мной Аой-сан радостно делала глотки матча.

Если он такой вкусный, одной чашки явно недостаточно.

Я подумывал о ещё одной чашке, но потом вспомнил о главной цели визита.

Можно было бы выпить ещё чашку, но сначала нужно попробовать чайные сладости.

Цель визита — найти подходящие сладости для японского кафе.

…Хотя, честно говоря, само название звучит немного странно.

Когда я размышлял об этом, Аой-сан нарезала каштановый ёкан на мелкие кусочки и положила в рот.

— Нн…!

Она слегка удивилась и задержала еду во рту.

— Вкусно?

Аой-сан кивнула, пробуя ёкан.

Когда она закончила, сделала глоток матча и выдохнула, чтобы успокоиться.

— Акира-кун, попробуй половину.

Она протянула мне кусочек ёкана на шпажке.

Её глаза сияли, словно говоря: «Это действительно вкусно».

— Ммм…

Я рад, что делим порцию, но…

— Ты уверен…?

Одним словом, она точно поняла, что я имел в виду.

Щёки Аой-сан покраснели, она смотрела на меня с удивлением.

Даже если принять это как есть, это будет косвенный поцелуй…

— …Всё в порядке. Это ведь не впервые.

— А-а… Тогда я приму без стеснения.

Как сказала Аой-сан, это действительно не первый раз.

Но это не значит, что мне было легко, поэтому я с волнением откусил предложенный ёкан… я так смущался, что не мог почувствовать вкус.

— Как тебе?

Аой-сан спросила меня с застенчивым, но полным надежды взглядом.

[[image:/storage/reader-images/61b70e185e37b0192cf2f6a713a361c663a71faf.png]]
Конечно, я не мог просто сказать, что вкусно, не попробовав.

В голове я повторял себе, чтобы успокоиться и отбросить посторонние мысли, и, немного собравшись, я наконец почувствовал вкус ёкана.

Скрытая сладость смягчала горечь после матча.

Безусловно вкусно, и, главное, идеально сочеталось с матча.

— Да. Вкусно.

— Видишь?

Я также заинтересовался мандзю и матча-дайфуку.

Я взял шпажку, разрезал матча-дайфуку пополам и попробовал.

— …Вкусно?

Я кивнул, отвечая так же, как Аой-сан с ёканом.

Разумеется, проще сразу дать ей попробовать, чем обсуждать вкусы.

— Аой-сан, попробуй половину тоже.

— Да. Спасибо.

Я предложил ей маленькую тарелочку с матча-дайфуку.

— …

Но почему-то Аой-сан просто смотрела на него.

Видя, что она не берёт, в голове мелькнула мысль:

Может, она ждёт, пока я дам ей кусочек?

Нет, она уже делилась со мной половиной, так что логично, что ждёт того же от меня. Наоборот, было бы странно не сделать этого.

Серьёзно… уже смущает, когда тебя угощают, а теперь ещё и самому угощать…

С сердцем, бешено колотящимся от волнения и смущения, я взял кусочек матча-дайфуку и поднёс к Аой-сан.

Она слегка наклонилась вперед и взяла его.

Она держала щёку пустой рукой и прищурилась от удовольствия.

Похоже, люди теряют дар речи, когда едят что-то вкусное.

— Давай попробуем и другое.

— Да.

Мы общались и наслаждались матча и сладостями некоторое время.

Обсуждали впечатления друг о друге, делились заказанными блюдами и брали ещё матча, потому что одной чашки было недостаточно.

Я был удивлён, что мы уже провели здесь два часа.

Так мы провели утро в чайной, рекомендованной Хиёри.

***

Мы покинули первую чайную и сразу направились во вторую.

— Думаю, она где-то здесь…

Первая чайная была той, которую посоветовала Хиёри, а вторая — рекомендованной Изуми.

Первая чайная находилась в необычном месте, в жилом районе, а теперь мы шли по местности, где возникали сомнения, действительно ли здесь может быть чайная.

Причина проста: мы шли по деловому району на противоположной стороне станции.

Конечно, район был заполнен офисными зданиями, и здесь не было ни одного ресторана, не говоря уже о чайной.

Но навигация показывала, что именно здесь находится нужное место.

— Акира-кун, ты думаешь, она здесь?

Я отвёл взгляд от телефона и посмотрел вверх.

Между офисными зданиями стояло небольшое двухэтажное здание.

— Похоже, да… но…

Место выглядело скорее как стильное кафе, чем традиционная чайная, как я себе представлял.

Не было очарования японской культуры, как в первой чайной.

— Как думаешь… это совсем не похоже на чайную.

— Да. Скорее современно, или, точнее, так, чтобы хорошо смотрелось в социальных сетях.

Хотя эту чайную рекомендовала Изуми, мастер по японскому стилю, я чувствовал небольшое смущение.

Нет, возможно, снаружи она в западном стиле, но внутри это удивительное сочетание Японии и Запада, полное японских элементов.

Когда я открыл дверь с небольшой надеждой…

— Добро пожаловать~♪

Совсем не так.

Женщина в униформе, похожей на повседневную форму, встретила нас с улыбкой.

Нас проводили к столу у окна, рассчитанному на двоих.

Большинство клиентов были женщины лет двадцати, с парой мужчин, которых привели сюда девушки. Я был единственным старшеклассником-мальчиком и, честно говоря, немного смущался.

Я волновался, всё ли будет в порядке.

— Акира-кун, смотри.

Аой-сан протянула мне меню с сияющими глазами.

Взглянув на него, я сразу понял, почему Изуми рекомендовала эту чайную.

Меню содержало множество напитков на основе матча, таких как матча-латте и матча-флоат, а в еде — матча-тирамису и матча-ролл.

— Понятно…

Иными словами, это, похоже, специализированная кофейня по матча.

Матча и чайные сладости в первой традиционной чайной были вкусными, но совсем не привычными для молодёжи вроде нас.

Или проще сказать, они интересные, но слишком необычные.

Однако, если подавать матча в модном кафе, людям будет проще зайти, а напитки вроде латте и флоат позволят тем, кто не любит горчинку матча, насладиться им.

Главное, это послужит ориентиром для создания нашего японского кафе в стиле гяру.

— Может, добавим матча-латте в меню нашего класса?

— Верно. Сочетание матча и сладостей отлично, но молодые девушки любят такие напитки с матча и десертами, так что это удобно и приятно.

Если Аой-сан согласна со мной, сомнений не остаётся.

Следующий вопрос: подойдёт ли такое меню с матча для концепции японского гяру-кафе… Ну, добавление гяру-элемента решает это.

Благодаря гяру-элементу, и японское, и западное вписываются.

— Тогда давай закажем?

— Да.

Я заказал матча-флоат и матча-ролл, а Аой-сан — матча-латте и матча-тирамису.

Напитки подали сразу, а сладости чуть позже — красиво оформленные, так что явно будут популярны среди девушек и отлично смотрятся в соцсетях.

Аой-сан с радостью фотографировала, как в первой чайной.

Так мы наслаждались чаем в обстановке, отличной от первой чайной.

***

После этого мы зашли только в одну лавку, прежде чем стемнело.

Мы хотели посетить ещё несколько мест, но проблема была не во времени, а в желудке.

Наверное, из-за того, что первая чашка матча была такой вкусной, мы не могли насытиться — мы заказали две чашки матча и съели несколько видов сладостей и закусок, которые насытят любого.

Честно говоря, я не ожидал, что буду есть и пить так много.

Наверное, это связано с сочетанием матча и чайных сладостей.

Сладкий вкус десертов смягчал уникальную горечь матча в нужной степени, и я снова и снова пил и ел, образовывая бесконечный цикл, из которого невозможно выбраться.

То же самое было и с Аой-сан — судя по всему, она была так же сыта, как и я, а может, даже больше.

—У нас уже достаточно материала для референсов, думаю, на сегодня хватит, — сказал я.

—Ты прав. Ах, но… — Аой-сан как будто хотела что-то сказать и закрыла рот.

Когда я сказал, что ей не нужно стесняться, она открыла рот, немного колеблясь.

—Потому что мы уже зашли так далеко к станции, я хочу заглянуть в японскую кондитерскую в здании станции.

—О, давай, можно посмотреть хоть немного.

—Да. И если что-то привлечёт моё внимание, я куплю и попробую.

—Э?

—Хмм?

Её слова заставили меня изобразить вопросительный взгляд.

Аой-сан тоже повернула на меня такой же взгляд.

—Нет, не надо покупать, но конечно не сегодня, верно?

—Э…?

Когда я подтвердил, что сегодня это вряд ли возможно, Аой-сан слегка вздрогнула и сказала:

—Т-точно. Я уже много поела сегодня!

Она отмахнулась руками, отрицая.

Неужели мне показалось, что она выглядит так отчаянно?

С любопытством мы отправились в японскую кондитерскую в подземном этаже здания станции.

—Вау… столько всего!

Когда мы добрались, Аой-сан с радостью осматривалась, глаза её сияли, словно ребёнок в отделе игрушек, глядя на витрину с десертами.

В какой-то момент продавец предложила ей попробовать образцы, и она сжала глаза от удовольствия, когда попробовала.

Она несколько раз обходила магазин, не зная, что выбрать.

—Акира-кун, что делать… я не могу решить.

Аой-сан пробормотала взволнованно. Её выражение лица было таким серьёзным, что я невольно чуть не рассмеялся.

—Не нужно выбирать только одно, можешь купить всё, что тебе интересно.

—Но это же будет стоить много денег.

—Я за это заплачу, так что тебе не нужно волноваться.

—Н-нет, так нельзя.

Аой-сан выглядела стеснительно.

—Я сегодня не потратила много денег, хотя посетила несколько магазинов, и не нужно беспокоиться о карманных деньгах на следующий месяц — я буду получать зарплату за подработку в кафе. И к тому же я хочу немного съесть.

—Ты уверена?

—Да. Давай есть всё, что захотим.

—Спасибо.

Когда мы так разговаривали:

—Повезло тебе с такой хорошей девушкой, да?

—Э…

Продавец-женщина, слушавшая нас, улыбнулась.

Мы застеснялись и опустили взгляд на витрину.

—Нет… Я не его девушка, — пробормотала Аой-сан, краснея

Да, на самом деле это так, и что тут поделаешь, но я немного расстроился, подумав про себя.

—Она слишком хороша для меня…

Причина, по которой Аой-сан отрицала, отличалась от того, что я думал.

Когда она так говорила, мне самой становилось неловко.

—Понятно. Но я думаю, что вы подходите друг другу, — улыбнулась женщина.

—Спасибо…

Мы оба стояли рядом, смущённые и опустив взгляд на витрину, пока продавец наблюдала за нами.

В итоге мы купили несколько японских сладостей после примерно получаса пребывания там и с благодарностью отправились домой с Аой-сан, которая широко улыбалась.

Я был удивлён, что продавец приняла нас за пару, но мне это не мешало.

Я наслаждался этим днём и был немного благодарен Изуми, что предложила такой план.

…Это было весело, но…

—А? Эта коробка…

На следующее утро, готовя завтрак, я открыл мусорное ведро и обнаружил, что одна коробка с японскими сладостями была выброшена.

Когда я проверил, не веря своим глазам, я понял: ни одной из сладостей, купленных нами вчера по пути домой, не осталось.

По всей видимости, это сделала Аой-сан, но когда она успела их съесть?

Не важно, когда, но после того, как она так наелась днём, она явно очень любила японские сладости, раз съела их даже ночью.

Я не мог скрыть удивление — у неё, как у Изуми, отдельный желудок для сладостей.

—Аой-сан, ни одной сладости не осталось… это…?

Когда я спросил Аой-сан, которая уже проснулась, что случилось:

—П-прости… я пыталась удержаться, но когда поняла, уже всё съела…

Она просила прощения с лицом, будто это конец света.

Сначала она собиралась съесть только одну.

Но когда съела одну, захотела вторую, а потом третью. Потом осознала, что съела больше половины и пожалела.

Более того, она очень волновалась, что съела и мою долю, поэтому решила съесть всё и сделать вид, что сладости никогда не было.

Даже если бы это было тайно поздно ночью, смелость её поступка поражала.

Мне было неловко, что Аой-сан извинялась почти со слезами, но вместо гнева я пытался сдерживать смех.

Если бы это была та Аой-сан несколько месяцев назад, она бы ни за что не попросила сладость с самого начала и не съела бы её одна из стеснения.

Я уверен, что такие изменения — это хорошо для Аой-сан.

Думаю, в следующий раз я куплю ей ещё больше.

[[image:/storage/reader-images/cd36777d48cffe9da6ca24285bc40b4105faa8d2.png]]

----------

Встреча

— Готово!

Как-то раз после школы —

Когда все были заняты подготовкой к школьному фестивалю — радостный голос Изуми прокатился по классу.

— Акира-кун, Аой-сан, подойдите ненадолго!

Услышав её, я остановил работу и посмотрел на Аой-сан.

Когда я подошёл к Изуми, размышляя, что же такого произошло, что она так громко зовёт, она, радостно взмахнув рукой, показала то, что прятала за спиной.

— Та-даа!

— Ну как? Ну как!?

— Это… костюм!?

— Да! Первый костюм наконец готов!

В руках у Изуми была форма, которую будут носить в «японском блонди-гяру кафе».

На чисто-белой ткани цвели крупные голубые и фиолетовые гортензии. Плавный переход лепестков от насыщенно-голубого к мягкому светло-фиолетовому выглядел по-настоящему красиво и притягивал взгляд.

По словам Изуми, ширина рукавов и длина подола были изменены для удобства во время работы, а традиционный пояс-оби переделан в удобный ремень, чтобы можно было самостоятельно переодеваться.

Кимоно было сделано из настоящего кимоно — ткань дорогая, и это заметно сразу.

Честно говоря, костюм выглядел слишком роскошным для школьного фестиваля.

— Это всё ещё образец, я потом ещё подправлю мелочи.

— Хотя, по-моему, даже так это выглядит отлично. Раз уж он тут, может, попросим кого-нибудь примерить?

— Конечно! На это я и рассчитывала.

Изуми протянула костюм Аой-сан.

— Э?

Аой-сан, мило склонив голову, издала полный сомнений звук.

— Аой-сан, примерь, пожалуйста?

— Э? Я? М-Мне надевать?

— Разумеется. Я же для этого вас и позвала.

Похоже, она даже не представляла, что её попросят мерить.

Аой-сан с растерянностью посмотрела на Изуми.

— Первый костюм я и делала для Аой-сан. Если говорить о рисунке гортензий — это ведь ты, Аой-сан, правда?

Девушки, которые помогали Изуми, говорили: «Аой-сан точно подойдёт узор гортензий!», но настоящий смысл её слов понимал только я.

Вспомнился день летних каникул, когда мы искали бабушку Аой-сан и жили на вилле семьи Эйдзи.

Когда мы не нашли дом её бабушки и пошли на местный летний фестиваль, Аой-сан была в юкате с узором гортензий.

Изуми наверняка вспоминала именно ту ночь — она произвела впечатление.

А я…

Для меня гортензии связаны с Аой-сан ещё сильнее.

В тот день, когда я впервые позвал её…

Шёл дождь, и она стояла в парке посреди клумб, полностью покрытых цветущими гортензиями.

С тех пор каждый раз, видя гортензии, я вспоминаю именно тот момент.

— Ну всё, пошли переодеваться!

— Д-Да. Я поняла.

Изуми ушла с Аой-сан из класса, держа костюм.

Все вернулись к работе, думая, что переодевание займёт какое-то время.

Но через некоторое время Изуми вернулась одна.

— Э? А где Аой-сан?

— В коридоре. Она слишком смущена, чтобы войти.

Изуми удивлённо посмотрела на дверь.

Я взглянул туда же — и увидел, как Аой-сан выглядывает ровно наполовину, показывая только часть лица. Даже с такой дистанции было видно, что она вся красная.

Это… ну, слишком мило.

— Ладно, давайте тащить её внутрь.

Изуми, устав ждать, подошла к Аой-сан, взяла её за руку и полупризывом-полупринуждением потащила в класс.

— Ну же, Аой-сан!

— П-Подожди, я ещё не готова!

Но её сопротивление было тщетным, и она всё же оказалась внутри.

Бурный поток возгласов накрыл класс.

— Оооо!..

Одноклассники одновременно ахнули.

Аой-сан стояла в костюме с узором гортензий, поверх которого был белый фартук, идеально подходящий к образу.

Изуми говорила про «стиль японской блонди-гяру», и я не до конца понимал, каким он должен быть, но увидев Аой-сан сейчас — всё стало ясно.

Красота настоящего кимоно сохранена, но платье стало удобнее.

Размер идеально подходил Аой-сан — похоже, все мучения с измерениями той неловкой ночью окупились.

Класс смотрел на неё восхищённо.

— Осталось только сделать её блонди-гяру, и всё!

Ах да. Это ведь кафе блонди-гяру, я и забыл.

— Эй, может, без блонди-гяру?

— Ни за что! Убрать гяру — значит изменить концепцию!

Изуми была непреклонна.

Я лично не против гяру. И даже хотел бы снова увидеть Аой-сан в образе блонди-гяру…

Но в таком нежном костюме она выглядела невероятно красиво.

Хотя, наверное, лучше увидеть обе версии и сравнить.

— Ладно, Акира-кун. От лица всего класса — выражай мнение.

— Ч-Что? Почему я!?

Изуми подтолкнула смущённую Аой-сан ко мне.

[[image:/storage/reader-images/7e8f17ca0389dd0b0c57c70ac8420d51420a3e38.png]]
Одноклассники смотрели теплыми взглядами, будто наблюдали за милой сценкой.

— Но она же будет блондинкой в день фестиваля… Зачем мнение сейчас?

— Сейчас — мнение о костюме. А потом — мнение о полном образе.

— Угх…

Сказать похвалу перед всеми — это пытка.

Но отвертеться не выйдет.

— Я… эээ… думаю… тебе идёт…

— С-Спасибо…

Класс буквально окутала тёплая, добрая атмосфера.

Мы с Аой-сан стояли, отвернувшись друг от друга, красные как помидоры.

— Эй, эй~~♪

Изуми подошла и заглянула мне прямо в лицо, сияя.

— Акира-кун, ты что, смутился?

— З-Заткнись! Нет!

— Правда?

Она попала ровно в цель.

Ну всё, хватит.

— Ладно, всем — вернуться к работе!

— Дааа~. Хорошо, продолжайте работать!

Мне казалось, что мои одноклассники — начиная с Изуми — постепенно устраняют барьеры между нами.

Но… раз уж я увидел нечто настолько прекрасное, то можно и простить.

***

Несколько часов спустя мы работали до тех пор, пока школьные ворота почти не закрылись, прежде чем покинуть класс.

Я попрощался со всеми в классе, а по пути домой вместе с Аой-сан, Изуми и Эйдзи, как обычно, мы обменивались новостями о подготовке к школьному фестивалю и планами на будущее.

— Кстати, Акира-кун, какие впечатления у тебя от выбора чайных сладостей для меню? — внезапно спросила Изуми, будто только что вспомнила.

— Мы ходили по трём магазинам в прошлое воскресенье. Я планирую закончить посещение всех чайных к концу этих и следующих выходных, а после этого составлю список, — ответила она, проверяя календарь на телефоне.

— Отлично. Кажется, мы ещё успеваем по графику. Я попрошу Хиёри показать, как их готовить, когда мы определимся с меню. Судя по всему, в следующие субботу и воскресенье это будет нормально.

— Хиёри будет учить готовить? — удивился я.

— Да. Ты ещё не слышал?

— Нет, думал, что это будешь делать ты.

— Я хорошо готовлю, но со сладостями совсем не умею.

— …Что за разница?

Я наклонил голову, пытаясь понять. Изуми взмахнула руками перед лицом и начала объяснять:

— В готовке, если можешь подобрать вкус с помощью приправ, всё можно делать на глаз, верно? Главное, чтобы вкус был правильным. А в сладостях нужно всё отмерять в граммах, ни одной ошибки — слишком детальная работа, поэтому это не для меня…

— Ах… понятно.

Я кивнул, соглашаясь с ней, и тут же вспомнил одну деталь:

— Подожди, но разве недавно ты не говорила, что делала сладости с Хиёри?

— Я помогала ей. Хиёри отвечала за приготовление, а я — за поедание!

Хотя она гордо подняла большой палец, с надменным видом, мне было трудно сдерживать реакцию.

Но если Хиёри помогает, я могу быть спокоен.

Не знаю, насколько Хиёри умело готовит сладости, но, в отличие от Изуми, у неё серьёзный характер и аккуратность. Это идеально подходит для такой работы.

— Если Хиёри согласится работать с нами над сладостями, думаю, всё будет в порядке. Костюмы тоже, похоже, не проблема. Форма заявки уже готова… есть что-то ещё, что нужно уточнить?

Мы вчетвером обдумывали, что могли пропустить.

— Как твоя подработка в кафе, всё нормально?

— Ну… я только пару раз работал. Думаю, со временем привыкну, но пока не уверен, что полностью освоил обслуживание клиентов, чтобы учить других.

— Я планирую в ноябре немного потренироваться с остальными, поэтому хочу, чтобы к тому времени ты уже умел обслуживать клиентов. Аой-сан не сможет учить всех сама, так что я думаю, что Аой-сан будет учить девушек, а Акира — мальчиков. Что думаешь об этом с её точки зрения?

— Она работает серьёзно и быстро учится, поэтому мне проще всё организовать. Менеджер тоже сказал, что хочет, чтобы Акира-кун работал подольше, даже после окончания фестиваля.

— Вот как… Повезло тебе, Аой-сан, что есть такой надёжный младший, — вкрадчиво сказала Изуми.

Я был рад, что Аой-сан и менеджер так считают.

Но…

— Самое долгое, что я смогу работать, это до следующей весны.

Когда я сказал это, не подумав, понял, что совершил ошибку.

Все трое замолчали, с выражением на лице, будто им стало тяжело.

— Извини, я не хотела это так… — извинилась Аой-сан.

— Нет, я сама не хотела, чтобы это так получилось.

Воздух стал тяжёлым, и я попытался продолжить разговор, но было ясно, что трое почувствовали неловкость.

Переезд неизбежен. Даже если они стараются сделать для меня приятные воспоминания, говорить это вслух может ранить их чувства.

— Что же мне сказать… — подумал я.

Но уже было поздно.

— Ладно, хватит об этом думать.

Я хотел донести свои мысли ясно:

— Я больше не буду отлынивать. Мы уже несколько раз обсуждали это, но честно говоря, я не хочу менять школу. Иногда грустно об этом думать, но я принял это по-своему.

Я смешал правду с ложью, продолжая говорить, будто всё в порядке. Возможно, это было нужно, чтобы убедить самого себя.

— Я рад, что вы хотите создать для меня воспоминания, и благодарен вам за это. Так что давайте перестанем грустить каждый раз, когда это возникает. Ведь это не значит, что мы расстанемся навсегда, так что не стоит грустить больше, чем нужно, верно?

Первой ответила Аой-сан:

— Да… ты прав.

Я не обманывал их.

Я не хотел скрывать свои чувства.

Говоря это вслух, я мог принять свои эмоции. Это как утверждение, которое поможет мне действительно осознать это в будущем, даже если сейчас это невозможно.

— Верно, как сказал Акира, — тихо добавил Эйдзи, будто мягко снимая тяжесть с воздуха.

— Да… это правда! — подхватила Изуми, снова оживившись.

Затем мы подошли к перекрёстку:

— Ну что, Изуми и я идём сюда.

— Да. Будьте осторожны.

— До встречи, Аой-сан!

— Да. До завтра.

Мы с Аой-сан попрощались с ними и пошли домой.

— Так… что будем ужинать? — сказал я, стараясь вернуть обычный тон.

Аой-сан улыбнулась, как обычно, и мне не пришлось переживать:

— Верно… я хочу стейк-бургер, который приготовил Акира-кун. Давно его не ела.

Я почувствовал доброту Аой-сан.

В её взгляде было что-то, что она хотела сказать, но она молчала. При этом молчание было не из нежелания, а из-за доброты.

Что говорить, что не нужно говорить и что нельзя — я уже мог судить по близости наших отношений.

Эйдзи говорил мне раньше:

— В принципе, люди не могут полностью понять друг друга.

— Без слов невозможно понять.

— Поэтому важно выражать свои мысли словами.

Я понимал это, но только сейчас осознал глубже.

Мысли не передадутся, если их не озвучивать, но иногда они передаются и без слов.

До полного понимания друг друга нужно много разговоров. Но когда взаимопонимание есть, многое можно передать, просто находясь рядом.

Возможно, Аой-сан и я достигли такого уровня.

…Я буду счастлив, если это так.

— Отлично. Тогда давай зайдём в супермаркет и купим продукты.

— Да. С нетерпением жду.

Хоть немного позволю себе радость в этих отношениях.

Когда мы собирались уходить, я тихо пробормотал свои мысли:

— …Аой?

Вдруг я услышал, как кто-то позвал Аой-сан.

Повернувшись, я увидел пожилую женщину.

Её волосы коричневые с золотистым оттенком, а одежда была яркой и немного неуместной для её возраста.

Но важнее то, что это была женщина, зовущая Аой-сан.

Её лицо, которое сначала выражало сомнение, постепенно расслабилось:

— Аой, это ты? Верно!?

Она подошла к Аой-сан на удивительно близкое расстояние, почти как к знакомому человеку:

— Я не узнала тебя из-за изменения цвета волос. Но слава богу… я тебя искала.

В отличие от её уверенности, глаза Аой-сан расширились от удивления.

И тут в моей голове возникло самое худшее предчувствие:

— Мама… что ты здесь делаешь?

Слова Аой-сан подтвердили мои мысли.

Тот момент, когда предчувствие плохого становится явью… я чувствовал это сильнее, чем когда-либо.

***

Той ночью —

Я и Аой-сан поужинали раньше обычного и проводили время в гостиной без особого разговора.

На самом деле мы собирались зайти в супермаркет, купить ингредиенты для гамбургера и вернуться домой, и именно в это время должны были есть гамбургеры вместе… но мы даже забыли про супермаркет и сразу вернулись домой.

В итоге мы поужинали тем, что было под рукой, и вот сейчас так.

Возможно, я готовил это наугад, а может, из-за того, что произошло по пути домой, но честно говоря, я даже не знаю, как это на вкус.

В отличие от спокойной атмосферы в комнате, наши с Аой-сан чувства были одинаково сложными.

Нет, это слишком мягко сказано — «сложные».

Не стоит объяснять, почему: всё дело в том, что по пути домой из школы перед нами появилась мать Аой-сан.

Я не знаю, сколько прошло времени, пока я пытался понять, что сказать Аой-сан.

— …Аой-сан?

Вдруг Аой-сан поднялась с дивана.

— Немного рановато, но… я пойду спать.

Аой-сан смущённо улыбнулась.

Она явно старалась выдавить улыбку.

— А… спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Аой-сан ушла из гостиной, и глухой звук закрывающейся двери отозвался в комнате.

Оставшись один, я невольно прислонился к дивану и посмотрел на потолок.

— Я никогда не думал, что это случится…

Как я уже говорил, я даже чуть-чуть не мог представить такого.

Решить все проблемы, связанные с Аой-сан, провести оставшиеся дни в мире до переезда, сделать школьный фестиваль успешным… и… наконец назвать свои чувства к Аой-сан, когда мы расстанемся.

Я думал, что такие дни будут маленькими, но счастливыми… но…

Когда появилась её мать, меня охватил страх, будто вся моя повседневная жизнь рушится.

— Нет, сейчас не время для отчаяния…

Это не время для пессимизма.

Если я ничего не предприму, все наши старания могут пропасть зря.

Что мне делать —?

Я вновь вспоминаю момент, когда появилась мать Аой-сан, и отчаянно пытаюсь успокоить свои мысли.

***

—…Я искала тебя, Аой.

—Мама….почему ты здесь?

В отличие от выражения лица матери, полное облегчения, лицо Аой было покрыто растерянностью.

—Разве не ясно? Я искала тебя, потому что хочу снова жить с тобой, Аой.

—Э…?

Эти слова были настолько неожиданными, что удивление появилось и у Аой, и у меня.

—На самом деле я уже рассталась с тем мужчиной.

—Рассталась?

Аой не могла вымолвить ни слова, а мать продолжала говорить, почти не замечая напряжения в воздухе.

—Когда мы начали встречаться, я думала, что он хороший человек. Но когда мы стали жить вместе, он оказался ужасным…… бросил работу, не хотел работать, пил и был груб… Он — воплощение настоящего мерзавца. Я старалась изо всех сил, чтобы всё получилось, но больше не могла…

Первое, что пришло мне в голову, когда я слушал мать Аой, это:

—Что она вообще говорит?

Она рассказывала всё так, словно была трагической героиней, обманутой ужасным мужчиной.

Неважно, сколько жалоб о том, какой её партнёр был жестокий, мне было невозможно хоть немного её пожалеть.

Она оставила Аой, исчезла с мужчиной, заставила отца заботиться о дочери, а потом, когда рассталась, внезапно вернулась, меняя своё отношение так быстро.

И при этом жаловалась на трудности, которые сама создала.

Я не мог сдержать сжатые кулаки от отвращения к словам, которые казались неправдоподобными.

—Понимаю…

Когда мать закончила свой монолог, Аой наконец произнесла несколько слов.

Мать же продолжила:

—Ты уже съехала из квартиры, так что было сложно тебя найти, но я рада, что смогла встретиться с тобой

—Могла бы просто позвонить.

—Э? А-а…ну… мой телефон сломался, и я потеряла все контакты.

Мать улыбнулась горькой улыбкой, словно смягчая свои слова.

—Мама могла бы приходить в школу, тогда не пришлось бы так искать меня.

—Если бы я это делала… то мешала бы тебе в школе, понимаешь?

—Ты могла бы приходить в школу, тогда не пришлось бы так меня искать

—Если бы я так сделала, то, наверное, мешала бы тебе в школе, понимаешь?

Простая ложь. Она стерла контакты, потому что никогда не собиралась видеть Аой, и единственная причина, по которой не пришла в школу, была в том, что знала: если Аой расскажет учителям, это создаст проблемы. Аой это понимала.

—Я слышала, что Аой решила не жить с отцом. Я знаю, через что она прошла, но давай оставим прошлое в прошлом и попробуем снова!

Мать говорила это так, будто молила о семейной гармонии, держала Аой за руку.

Аой не убрала руку и не ответила, просто молчала.

—Кстати, Аой, я хочу кое-что спросить…

—…Что?

Мать изменила тон и стала вести себя неловко, словно стесняясь.

—Алименты от твоего отца теперь поступают на твой счёт, верно?

Когда я услышал это, всё стало ясно: вот зачем она пришла.

И одновременно моя неприязнь к ней превратилась в гнев.

—Мама связалась с твоим отцом, потому что не получила алименты в этом месяце. Он сказал, что перевёл деньги на счёт Аой, без консультации со мной. Чёрт… ей срочно нужны деньги, можешь пойти со мной, чтобы их отправить прямо сейчас?

—…Но эти деньги…

Это были деньги, которые отец перевёл на счёт Аой для её будущего.

Даже если Аой попытается объяснить ситуацию матери, она всё равно не поймёт.

—Мама сейчас немного в затруднении и спешит, у неё есть обязательства, которые нужно оплатить. Алименты — это деньги для вашей жизни вместе, Аой, можно?

Я неосознанно встал между Аой и её матерью.

—…Не смей шутить.

Я не мог сдержать эмоции перед матерью Аой, которая говорила такие эгоистичные вещи.

Нет, это неправильно — я не планировал удерживать себя.

—Акира-кун…?

Слова Аой, произнесённые с тревогой, пронзили мне ухо.

На секунду я позволил себе надеяться.

Я думал, что даже такая мать могла прийти, чтобы наладить отношения с Аой.

Я думал, что она хочет вернуться ради дочери, единственной дочери, и начать всё с начала.

Но нет.

Она не вернулась ради дочери, она пришла за деньгами.

Я был настолько расстроен и огорчён, что глаза чуть не наполнились слезами.

Я даже не мог представить, как себя чувствует Аой, потому что даже мне было так плохо.

—Ты ушла с мужчиной, оставив дочь, которая работала ради семьи и даже пропустила школу, а потом исчезла…… И как только алименты переведены, ты тут с фразой «давай жить вместе»? Алименты — это деньги для вашей жизни вместе? Ты, должно быть, шутишь.

Мой голос дрожал, эмоции переполняли меня, я сжал кулаки, почти не контролируя себя.

Но……

—Кто ты такой?

—Я одноклассник Аой.

—Если ты просто одноклассник, не вмешивайся в семейные дела——

В тот же миг в голове что-то лопнуло.

———Ты не имеешь права говорить о семье!

Автоматически я произнёс это вслух.

Слово «семья», произнесённое матерью, взорвало мой разум.

—Человек, который оставил свою дочь, не имеет права называться матерью!

Эти отношения нельзя было назвать семьёй.

—Аой, пойдём.

—Эй, постой——!

Игнорируя попытки матери остановить нас, я взял Аой за руку и побежал.

Не знаю, сколько времени мы бежали.

Когда усталость дала о себе знать, я остановился и посмотрел назад — матери не было.

После глубокого вдоха я постепенно успокоился и осознал, что сделал то, что раньше казалось невозможным.

—Аой-сан, извини……

То, что я сделал, полностью игнорировало чувства Аой.

Моё сердце страдало от ненависти к себе.

Я не мог простить матери Аой за её слова о семье, но это всё же был её семейный вопрос. Если бы я сказал, что это не моё дело, она была бы права.

Но чувства и мысли Аой нельзя было игнорировать.

И всё же я не смог сдержаться……

—Я не знаю, что чувствует Аой, а всё равно поступил так по-своему.

—Ничего страшного. Не волнуйся об этом.

Аой слегка покачала головой.

—Я рада, что ты сказал это ради меня.

Аой улыбнулась, и на удивление эта улыбка была такой же обычной, как всегда.

Но в тот момент я не знал, серьёзна ли она на самом деле.

***

После того как мы вернулись домой, Аой не говорила о своей матери.

Мы оба думали о том же, но не могли выразить это словами, и время шло своим чередом.

И всё же — что поделать.

Это случилось так внезапно, что мы оба не смогли спокойно принять ситуацию. Даже если бы мы заговорили о её матери, Аой потребовалось бы больше времени, чтобы успокоиться, чем мне.

—Аой, что же она будет делать… — пробормотал я.

Когда я произнёс эти слова, тревога, которую я испытывал, когда появился её отец, снова охватила моё сердце.

Если Аой придётся жить с матерью, я не смогу быть рядом с ней.

Мы все так старались, и с помощью отца и бабушки Аой мы могли оставаться вместе до её выпуска… Мне было обидно думать, что все наши усилия могут оказаться напрасными.

Я почти снова погрузился в прежнее беспокойство.

—Нет, этого никогда не случится, — убедил я себя, глядя в потолок и прогоняя страх.

Аой когда-то сказала мне, когда я сообщил ей, что ей придётся жить с отцом:

—Я решила, что что бы ни случилось в будущем, я останусь с Акира-куном до твоего переезда.

Я верил этим словам.

Даже если Аой решит начать новую жизнь с матерью, она останется со мной до выпуска.

Аой сама решает, как поступать дальше, но теперь у неё есть поддержка бабушки и отца, и нет причин слушать мать, которая оставила её и вернулась только ради денег.

Похоже, Аой расстроена внезапной встречей.

Поэтому я решил хотя бы оставаться спокойным.

Даже если сейчас это невозможно, я надеюсь поддержать Аой, когда она снова обретёт спокойствие и попросит совета.

Я понял, что всё, что я могу сделать сейчас — это доверять Аой и наблюдать за ней.

***

—Что с тобой такое с утра?

На следующий день я сразу после прихода в школу позвал Эйдзи и Изуми на крышу.

Чтобы никто из одноклассников не узнал, что мы с Аой живём вместе, я всегда выхожу из дома раньше, а Аой приходит в школу чуть позже.

Поэтому я решил рассказать им о том, что произошло вчера, до прихода Аой.

Конечно, я колебался, стоит ли им рассказывать, ведь это личное дело Аой.

Но, возможно, они сами заметят изменения в ней, даже если я ничего не скажу.

Даже если другие одноклассники не заметят, Эйдзи и Изуми точно заметят. Они будут переживать за Аой и спросят о ситуации, а Аой будет переживать за них.

Если так, лучше рассказать им заранее.

В конце концов, если Аой сама расскажет им, ничего страшного.

Более того, мне показалось нечестным скрывать от них то, что касается Аой.

—На самом деле, есть кое-что, о чём я хочу с вами поговорить.

—Что-то случилось, да? — спросил Эйдзи, хотя его голос уже звучал с уверенностью.

Он, наверное, почувствовал по мне, что что-то не так.

—Вчера после школы, когда мы с Аой расстались с вами, внезапно появилась её мать. Кажется, она рассталась с парнем и снова хочет, чтобы Аой жила с ней… Ну, думаю, она просто из-за денег.

—Худшее из всего… — Изуми выразила своё раздражение на лице.

Если подумать, это был первый раз, когда я видел Изуми по-настоящему злой.

—Что сказала Аой? — спросил Эйдзи, положив руку на плечо Изуми, чтобы её успокоить.

—Ничего… Я сразу же увёл Аой оттуда, так что она не дала никакого ответа. Думаю, рано или поздно нам всё равно придётся обсудить это, но сейчас ей нужно время, чтобы прийти в себя, так что я просто оставлю это на потом.

—Согласен. Я не думаю, что ты поступил неправильно, Акира.

—Спасибо. Тогда хочу попросить у вас помощи…

—Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь.

Я поблагодарил Изуми за готовность помочь, кивнув ей.

—Я хочу, чтобы вы поддерживали Аой, пока она не разберётся со своими чувствами. Это займёт время, и в течение этого времени ей, возможно, будет трудно заниматься подготовкой к фестивалю. Я знаю, что не смогу обо всём позаботиться сам, поэтому хочу, чтобы вы помогли мне поддерживать Аой.

Я поклонился им и попросил о помощи.

—Конечно. Мы сделаем это, даже если бы ты не просил.

—Мы все поддержим Аой.

Они ответили без колебаний.

Изуми сказала: —Я постараюсь не оставлять её одну и всегда быть рядом, — а Эйдзи добавил: —Если Акира спокоен, беспокоиться не о чем, — слова, которые вселяли доверие.

В такие моменты доброта этих двоих действительно доходила до сердца.

Я понял, что нам нужны настоящие друзья, как для меня, так и для Аой.

И вот как Аой пришла в школу…

Как и ожидалось, она выглядела иначе, чем обычно.

Её улыбка для всего класса была обычной, но в её глазах, казалось, потускнел свет… Надеюсь, это лишь из-за того, что я слишком переживаю.

Я не мог не думать об этом, хотя не должен был.

----------

Несмотря на всё, мы — семья

Прошла уже неделя с тех пор, как появилась мать Аой-сан…

—Хорошая работа, вы оба. На сегодня достаточно.

—Да. Спасибо за работу.

—Спасибо за работу.

До школьного фестиваля оставался меньше месяца, а мы всё ещё были заняты подготовкой: шили костюмы, посещали чайные домики, работали неполный рабочий день, чтобы научиться обслуживать клиентов.

—Когда переоденешься, я буду ждать тебя у задней двери.

—Да. Увидимся позже.

С того дня мать Аой-сан больше не появлялась.

И с Аой-сан тоже не происходило ничего странного.

Точнее, на следующий день она была немного иной, но с последующих дней снова стала обычной Аой-сан.

По крайней мере, со стороны одноклассников не казалось, что с ней что-то случилось.

Она всё так же усердно готовилась к фестивалю и даже сегодня работала на подработке. Более того, с оставшимся месяцем до фестиваля она, казалось, работала даже усерднее, чем раньше.

Если смотреть на это нормально, я бы почувствовал облегчение, что с Аой всё в порядке.

Но для меня, именно из-за того, что всё как обычно, становилось неудобно.

Потому что «как обычно» уже само по себе было ненормальным.

Она снова встретилась с матерью, и естественно, что она могла быть потрясена. Но при этом она живёт обычной жизнью, словно ничего не произошло — и, по крайней мере для меня, это выглядело странно.

Что она на самом деле думает за этой улыбкой?

—Акира-кун, извини, что заставила тебя ждать.

—Пойдём домой?

—Да.

Наверное, поэтому.

После работы на подработке мы шли домой, наблюдая за небом вдали.

Луна, плавающая в ночном небе, мягко освещала городской пейзаж. Обычно это выглядело так красиво, что хотелось вздохнуть… но её эфемерность, казалось, отражала сложные мысли Аой-сан.

—До школьного фестиваля остался всего месяц… время пролетает так быстро, не правда ли?

—Да. Так много дел, я переживаю, успеем ли мы вовремя.

—Думаю, справимся, но нужно ускориться, чтобы немного разгрузить себя. Нам нужно будет практиковаться в обслуживании клиентов в ноябре, а до этого приготовление чаепитий займёт много времени.

—Говоря о чаепитиях, Хиёри-тян придёт нас обучать, верно?

—Да. Она придёт сюда в субботу и воскресенье следующей недели, поэтому нужно закончить обход чайных до этого.

—Ты прав. Жду не дождусь, когда сможем собраться вместе.

Когда мы шли домой, ведя такой непринуждённый разговор, вдруг Аой-сан остановилась.

—Аой-сан?

Её улыбка исчезла, и она смотрела в одну точку.

Я взглянул туда, куда она смотрела, и сразу понял причину.

—Мама…

На месте была мать Аой-сан.

В отличие от прежних раз, на этот раз её лицо выражало решительность.

Я мгновенно встал перед Аой-сан, словно защищая её.

—Что вы хотите?

Я ответил на её взгляд решительнее, чем она сама.

После короткого обмена взглядами…

—Не ожидала, что вы вдвоём живёте вместе.

В тот момент я потерял дар речи, а по спине побежал холодный пот.

Мне казалось, что сердце сжали одним лишь словом, сказанным матерью Аой-сан.

—Она знает, что Аой и я живём вместе?

То, о чём никто не должен был знать до этого и не должен будет знать в будущем… но мать Аой-сан, из всех людей, знает. Что делать?

—…О чём вы говорите?

Нет, я не должен признавать это, пока ситуация не станет ясной.

Я подумал, что возможно, мать просто пытается запугать, шансы на это не равны нулю.

—Бессмысленно это отрицать. Я потратила последнюю неделю, чтобы всё выяснить.

Её слова были полны уверенности.

—Я следила за вами домой и убедилась, что вы живёте вместе. Я не знала, где живёт Аой, но не ожидала, что она живёт с одноклассником-мальчиком.

Я готовился к тому, что мать может появиться в любой момент.

Но я не предполагал, что нас будут преследовать.

—Аой, пошли со мной.

Она протянула руку и схватила запястье Аой-сан.

—…Что?

—Я не собираюсь отдавать Аой-сан.

Я схватил запястье матери Аой-сан, удерживая её руку, которая держала Аой.

Я не пытался её защитить, или выглядеть круто перед Аой, или что-то в этом роде.

Я просто не хотел, чтобы мать поступала по-своему без желания Аой.

—Не отдавать? Ты, похоже, не так поняла.

—Не поняла?

Мать смотрела на меня с подозрением.

Затем она произнесла слова, которых я никак не ожидал.

—Ты пытаешься похитить Аой?

—…Похитить?

Не понимая, что это значит, я невольно повторил это слово.

Даже обдумав всё в голове, я не мог понять, что имеет в виду мать.

—Ты не понимаешь? Если взять ребёнка без разрешения родителей, это не отличается от похищения.

Она продолжила, словно не имея другого выбора, кроме как объяснить.

—Я — мать Аой. Другими словами, я её законный опекун. Чужак вроде тебя не имеет права препятствовать родителям забрать ребёнка домой, верно? Если будешь вмешиваться дальше, ты ничем не отличаешься от похитителя.

—Мать… — почти сорвалось с губ в порыве гнева.

Не важно, какой плохой человек эта женщина, не было сомнений, что она — единственная мать Аой-сан.

Неважно, как сильно я настаивал, что хочу защитить Аой, если кто-то посторонний увидит ситуацию со стороны, я могу показаться злодеем, пытающимся забрать ребёнка от матери.

—Я не хотел этого…

Я не мог решить, правильно ли я поступил.

Если слова матери верны, тогда… что я делал всё это время?

—И это недопустимо, чтобы два старшеклассника-живущие вместе. Родители об этом знают? Неужели ты забрал девочку, не сказав родителям?

—Это…

Моя мать знала и согласилась.

Но… я скрывал это от отца, потому что боялся, что будет плохо, если он узнает.

С чувством вины я не мог ответить.

—Ну, независимо от того, знают ли твои родители, это всё равно проблема.

—…

—Возможно, это не преступление, так как вы ещё несовершеннолетние. Но если бы ты был взрослым, жить с несовершеннолетним стало бы преступлением, даже если ребёнок согласен. Понимаешь?

—…

—Возможно, ты думаешь, что герой, потому что спас Аой, но подумай о значении своих действий. Тем не менее, если ты всё равно будешь вмешиваться, я приму соответствующие меры. Ты не против?

Вероятно, это значило: связаться с родителями, полицией, школой — с кем угодно, кому она не хочет раскрывать ситуацию.

Если подумать трезво, слова матери казались нелепыми.

Но тогда я не мог сосредоточиться на абсурдности её слов и терял рассудок от того, что взрослый обвиняет меня в «преступлении», и не мог понять, правильно ли я поступил.

Когда я уже почти терял понимание…

—Мама, не говорите плохо об Акира-куне.

—Аой-сан…

Аой-сан встала передо мной и посмотрела на мать.

—Акира-кун помог мне, когда мне было некуда идти. Я сама захотела жить в доме Акира-куна. Я не знаю, является ли это преступлением, но, по крайней мере, он не злой, как вы думаете. Поэтому, пожалуйста, не говорите о нём плохо.

—Понятно. Но если после всего этого он будет нам мешать, значит, он злой, не так ли?

Глаза Аой-сан на мгновение опустились.

Затем она подняла голову и произнесла слова, которых я совсем не ожидал.

—Дай мне один день.

Всего один день…?

—Завтра я снова свяжусь с мамой… пожалуйста.

—Хорошо. Один день, но обязательно свяжись со мной.

Мать сказала это, обменялась контактами с Аой-сан и ушла.

Когда я смотрел на спину матери, уходящей прочь, я думал: как всё могло так сложиться?

С головой, полной смятения, я едва понимал происходящее и не находил ответа.

Я её ненавидел… В тот момент я даже не осознавал, что Аой-сан защищала меня.

***

После того как мы оставили её мать, мы молча вернулись домой.

Воздух между нами был тяжёлым и не рассеялся даже после того, как мы пришли, а время, проведённое в гостиной, тянулось медленно и без звука.

Обычно, как только мы приходили домой, я начинал готовить ужин, а Аой-сан принимала душ и ждала, пока еда будет готова. После ужина Аой-сан мыла посуду, а я принимал душ — это была наша рутина.

Но теперь нам даже не хотелось этим заниматься, мы просто сидели на диване.

Будто оба готовились к тому, что должно произойти.

Неизвестно, сколько времени прошло с того момента.

Аой-сан нарушила тишину.

—Прости, мама сказала ужасные вещи.

—Нет… Аой-сан, тебе не нужно извиняться.

—Неважно, что сказала мама, я благодарна тебе за то, что ты меня спас, так что не переживай об этом, Акира-кун. Она что-то говорила вроде угрозы, что предпримет соответствующие меры, но я не думаю, что она действительно что-то сделает, так что не волнуйся. Она всегда такая, когда злится…

—Понимаю…

Она всегда такая, когда злится… Судя по словам и тому впечатлению, которое я получил, реально столкнувшись с её матерью, мама Аой-сан, наверное, человек, который тщательно выискивает слабости и ошибки других.

Легко представить, что Аой-сан, возможно, до сих пор получала подобные выговоры.

—Я думаю, я пойду к маме.

Моё сердце подпрыгнуло при этих словах.

Я почувствовал рефлексивное желание остановить её.

—…Понимаю.

Но я сдержал эмоции и слова, которые готовы были прорваться наружу.

Я понимал, что Аой-сан сама примет решение вернуться к матери.

Она сказала матери: «Дай мне один день».

Другими словами, это означало, что после этого дня она выполнит желание матери.

Мама это тоже понимала, и поэтому легко отступила.

Я знал это, поэтому готовился с того момента до настоящего времени… Но всё равно не мог избавиться от тревоги.

—Я думала, что больше никогда не увижу маму. Но теперь, когда она вернулась, думаю, нам нужно обсудить, что будет дальше.

Слова Аой-сан звучали яснее, чем обычно.

Я, возможно, действительно больше никогда не увижу свою мать…

Говоря это, она, казалось, приготовила сердце к этому дню… и выглядела спокойно, уравновешенно и решительно.

—С точки зрения других, она, возможно, плохая мать. Для других мы, возможно, разрушенная семья. Я бы соврала, если бы сказала, что не думаю об этом. Но… мы всё ещё семья, и если можно, я хочу начать всё заново как семья.

Эти слова ошеломили меня.

Действительно, как сказала Аой-сан, мама Аой-сан — худшая с нашей точки зрения.

Я могу думать только о том, что она худшая: предала мужа, оставила дочь и разорвала связи с родными.

Но это её мать в глазах Аой-сан, и для Аой-сан она — единственная мать.

Не важно, как плохо она себя вела, Аой-сан не может её игнорировать, не может отказаться быть семьёй, и есть причина, почему она хочет восстановить семью.

Не все 15 лет, которые они провели вместе как семья, были болезненными.

Должны быть счастливые моменты и воспоминания о доброте матери.

Ранее Аой-сан уже говорила о счастливых воспоминаниях с семьёй.

Конечно, мы видим лишь часть.

—Конечно, я знаю, что это, возможно, невозможно. Но даже если невозможно, я хочу сделать всё по-своему. Поэтому хочу снова встретиться с мамой.

Я попытался представить себя на месте Аой-сан.

И этого было достаточно, чтобы понять её чувства.

—Я понимаю. Если Аой-сан хочет это сделать, я поддержу её.

Конечно, мне грустно.

Я хочу быть с ней как можно дольше.

Но… я думаю, я должен уважать чувства Аой-сан.

Я должен поддержать спину Аой-сан, которая смотрит вперёд.

—Спасибо, я не знаю, что будет, но…

Аой-сан нежно сжала мою руку обеими своими руками.

—Я обязательно вернусь, независимо от результата, ты будешь ждать меня?

—Э…

Я не ожидал этих слов, и невольно вырвался вопрос.

—Ты вернёшься?

—Да.

—Правда?

—Да. Конечно.

—Даже если ты и твоя мама помиритесь?

Мой голос дрожал от удивления, смятения, радости и множества других эмоций.

Видя, что я задаю детский вопрос, Аой-сан улыбнулась мягко.

—Акира-кун, ты что забыл?

—Э…?

—Я же говорила, верно? Что бы ни произошло, я останусь с Акира-куном до твоего переезда.

Когда я услышал это, грудь сжалась, дыхание перехватило.

Кончик носа дернулся, глаза слегка запотели, пальцы дрожали.

Я наконец осознал свои чувства, когда пытался что-то сказать, но слова не шли.

Да… я не грущу сейчас, но хочу плакать.

—Акира-кун, ты не веришь моим словам?

Я не ответил, лишь покачал головой.

Нет, это не так.

Я ни разу не сомневался в словах Аой-сан.

Тем не менее, если Аой-сан выберет жить с матерью, я должен уважать её решение и скрывать свои чувства.

Даже если она обещала мне, желание Аой-сан важнее всего.

При этом Аой-сан не забыла своё обещание мне, даже будучи в смятении из-за матери.

Наоборот, мне приятно, что она думает о моём обещании.

—Это похоже на то, как мой отец просил меня остаться с ним. Я сейчас самая счастливая, так что что бы ни случилось с мамой, я вернусь. Ты будешь ждать меня?

Вместо ответа я крепко сжал руку Аой-сан в ответ.

—Я буду ждать Аой-сан и приготовлю твой любимый гамбургер-стейк.

—Правда? Мы пропустили его на днях, так что я жду с нетерпением.

Её улыбка была ещё мягче обычной.

На следующий день, в субботу…

—Тогда я пойду.

Я проводил Аой-сан до двери, когда она шла к матери.

—Да. Позвони, если что-то случится.

—Не знаю, сколько времени это займёт. Думаю, я буду временно пропускать школу, и раз я буду с мамой, то, возможно, не смогу много связываться с тобой. Думаю, ей не понравится, если она узнает, что я пишу Акира-куну. Но я свяжусь с тобой, если смогу, так что, пожалуйста, жди меня.

—Да. Я понял.

—И…

Аой-сан опустила глаза, как будто извиняясь.

—Прости, что не смогу готовиться к фестивалю.

—Не волнуйся. Я сделаю всё возможное, а ещё есть Эйдзи, Изуми и все в классе. Не переживай за нас, думай только о маме.

—Да. Спасибо.

Аой-сан ушла, неся свои вещи.

—Я пошла.

—Да. Береги себя.

Постепенно её фигура становилась всё меньше.

Аой-сан не раз оборачивалась и махала мне рукой, улыбаясь.

Смотря на её спину, я продолжал думать, что могу сделать сейчас.

***

—Так вот…

—Если Аой-сан однажды сказала, значит, это действительно Аой-сан.

Два дня спустя после того, как Аой-сан ушла из дома, в понедельник утром…

Я позвал Эйдзи и Изуми на крышу и рассказал им о ситуации с Аой-сан.

Её мать снова появилась перед нами.

Аой-сан хочет наладить отношения с матерью и вернуться домой, чтобы встретиться с ней ещё раз. Я также сказал им, что она пообещала вернуться до школьного фестиваля и доверила нам подготовку.

Они оба в целом приняли выбор Аой-сан.

—Мы никогда не встречали маму Аой-сан, так что не знаем точно, но по тому, что слышали, она не кажется человеком, которому можно доверять… я немного переживаю.

—Да. С самого начала я чувствовал, что это не будет просто обсуждением…

Естественно, что они так думают.

На самом деле, я тоже так думал.

—Было бы лучше, если бы Аой-сан смогла помириться с мамой, но что если нет? И что важнее, что ты будешь делать, если помириться не удастся и мать не позволит Аой-сан вернуться к Акире?

Конечно, я думал и об этом.

—Я сделаю всё возможное в тот момент. Я ещё обдумываю конкретные способы, но неважно, будет ли мать устраивать скандал насчёт похищения или преступления — если Аой-сан захочет, я сделаю всё, чтобы вернуть её.

Сказав это перед ними, я ещё раз подтвердил свою решимость.

В следующий раз, когда я столкнусь с матерью Аой-сан, я больше не буду бояться ничего.

—Ну, извините, что один из членов комитета отсутствует, это касается не только Эйдзи и Изуми, но и всех в классе, но я буду работать за Аой-сан тоже.

—О чём ты говоришь?

Изуми надул щеки от недовольства.

Я думал, что уже высказал всё, что думал, но похоже, ей это не понравилось.

—Мы не позволим Акире-куну справляться с пустотой, которую оставила Аой-сан. Правда, Эйдзи-кун?

—Да. Я понимаю ваши чувства, но передайте нам половину работы, Акира.

—Да, да. Давайте все постараемся, чтобы Аой-сан смогла спокойно вернуться.

—Вы двое…

Я почувствовал, будто их слова разбудили меня.

Я пытался оставаться спокойным, но, наверное, где-то внутри я не был спокоен.

Сейчас было безумие пытаться справляться в одиночку.

—Простите. Я сказал что-то холодное.

Ещё раз я осознал, как мне повезло с двумя друзьями, на которых можно положиться.

—Вы двое, одолжите нам свои силы ради Аой-сан.

—Конечно♪

Я всегда думал.

В такие моменты жизнерадостность Изуми нас спасает.

—Но, Акира-кун, ты в порядке?

—Конечно, мы беспокоимся о Аой-сан, но мы тоже переживаем за тебя, Акира.

—Если у тебя есть проблема, всегда можешь нам рассказать. Мы на вашей стороне.

—Да… спасибо.

Дело не только в Аой-сан.

Я рад, что им достаточно небезразлично, чтобы переживать и за меня.

После этого мы вернулись в класс, и я встал на подиум, чтобы объяснить ситуацию одноклассникам.

Все глаза были устремлены на меня, и я сразу перешёл к сути.

—Есть кое-что, что я должен вам сообщить.

Я пытался не выглядеть слишком серьёзным.

Но с подиума было ясно, что выражения лиц всех напряглись.

Возможно, они что-то догадались, заметив отсутствие Аой-сан.

—На самом деле, Аой-сан временно не будет ходить в школу.

Конечно, в классе раздался шум.

Реакции одноклассников были разными.

Некоторые выглядели обеспокоенными, думая, что случилось что-то плохое, другие были так обеспокоены подготовкой, что не могли удержаться от волнения. Некоторые были настолько удивлены, что потеряли дар речи и просто смотрели на меня.

Они казались более сбитыми с толку, чем я ожидал.

Через некоторое время все понизили голос и ждали, чтобы я продолжил.

—Причина личная, так что прошу прощения, но я не могу объяснить всё подробно. Я понимаю, что все будут переживать и отвлекаться из-за того, что один из членов комитета отсутствует в такой важный момент перед фестивалем… Я действительно извиняюсь за это.

Я положил руки на подиум и склонил голову.

—Она планирует вернуться к фестивалю, но честно говоря, я сам не знаю, как это будет. Но Аой-сан пообещала мне, что обязательно вернётся. Я верю её словам. Поэтому… я хочу, чтобы у Аой-сан было место, куда она сможет вернуться.

Я сказал это со всей искренностью, всё ещё склонив голову.

—Конечно, я понимаю, что кто-то может не согласиться. Бросить подготовку фестиваля, уйти домой в разгар событий и просто участвовать… это может показаться удобной ситуацией, я понимаю, если кто-то так подумает. Но… я, Эйдзи и Изуми сделаем всё возможное, чтобы заполнить пустоту Аой-сан, поэтому я хочу, чтобы вы все, как обычно, помогли.

Я продолжал держать голову склонённой, не зная, какие лица у всех остальных.

Но тишина в классе передавала замешательство всех.

Обычно в такие моменты Изуми берет инициативу и начинает говорить.

Изуми, староста и душа класса, многократно оживляла атмосферу и объединяла класс.

Но, вероятно, она понимала, что сейчас не сможет этого сделать.

Она знала, что не сможет насильно сделать обстановку позитивной, как всегда.

Примут они ситуацию или нет, будут жаловаться или нет, помогут ли нам или нет…

Это будет решение каждого.

После короткой тишины, окутывающей класс,

— О чём ты говоришь сейчас?

Один мальчик поднял голос.

Изуми сказала:

— Все знают, что Аой-сан усердно трудится ради успеха фестиваля. Мы понимаем, что если такая, как она, временно отсутствует, это точно связано с чем-то важным. Кто-то хочет изо всех сил восполнить её отсутствие, но никто не думает, что это удобно для неё.

Её слова заставили внутреннюю часть моих глаз вспыхнуть теплом.

—Верно. До сих пор она брала на себя инициативу делать всё возможное для всех, поэтому я хочу, чтобы она отдала оставшееся нам и отдохнула. Потому что это Аой-сан, я хочу, чтобы её отсутствие не мучило её.

—Да, это Аой-сан, о которой мы говорим, она, наверняка, такая.

—Акира-кун, если сможешь связаться с Аой-сан, передай ей. Скажи, что мы все говорим: «Мы в порядке, так что не переживай».

—Раз уж всё решено, мы должны распределить работу Аой-сан между всеми.

Все спонтанно собрались и начали обсуждать дальнейшие действия.

…Как мне это выразить… я потерял дар речи.

Я хотел, чтобы все поняли как-то.

Но я не ожидал, что они будут так понимающими.

Я был тронут добрыми словами всех настолько, что потерял способность поблагодарить.

—Наши волнения были необоснованны, да?

—Это показывает, как усердно трудилась Аой-сан.

Когда я это осознал, Эйдзи и Изуми стояли рядом со мной.

Действительно, как они и сказали.

—Я хотел бы показать это Аой-сан.

Хотя я знаю, что это невозможно, я не мог не думать об этом.

И ещё одно, что я подумал, глядя на эту картину — если есть люди, которые понимают Аой-сан так глубоко, мне, возможно, больше не о чём будет переживать после перехода в другую школу.

В то же время я чувствовал радость, настолько сильную, что не мог её выразить словами.

И я чувствовал лёгкую грусть... настолько, что не хотел её озвучивать.

----------

Что я могу для неё сделать

Во время отсутствия Аой-сан время продолжало идти, будто ничего не произошло.

Я проводил дни, готовясь к школьному фестивалю и работая на подработке с новым настроем.

Чтобы Аой-сан могла спокойно вернуться.

И прежде всего — чтобы защитить то место, куда она сможет вернуться.

Погружённые в дела, мы и не заметили, как время пролетело — и до фестиваля осталось всего три недели.

Благодаря Изуми, Эйдзи и одноклассникам подготовка шла отлично.

Кажется, моя «миссия» научиться обслуживать клиентов тоже успешно продвигалась благодаря подработке.

Кстати, именно я сообщил менеджеру, что Аой-сан придется взять отпуск.

Он только сказал «Хорошо» и больше ничего не спрашивал. Видимо, и сам понимал, что происходит что-то неладное — он уже беспокоился, когда она пропускала школу.

В такие моменты я особенно благодарен ему за такт.

В принципе, проблем не было — кроме одной: выбора меню.

Мы уже должны были обойти все чайные, но в последний закусить не успели: Аой-сан уехала к матери, а я остался единственным членом комитета — и был загружен по горло.

Я думал сходить один, но времени всё равно не нашёл, и вот наступила суббота.

Пока я один на кухне готовил посуду и инструменты, резко зазвонил домофон.

— О, пришла.

Через секунду он зазвонил снова.

И снова. И опять — будто торопя меня открыть дверь как можно скорее.

— Да иду уже, хватит жать…

— Долго.

Передо мной стояла моя младшая сестра — Хиёри. Невозмутимая, как всегда, но при этом недовольная.

В такие моменты её неизменное выражение лица почему-то успокаивает.

— Спасибо, что приехала.

— Не переживай. Я тоже этого ждала.

Голос у Хиёри обычно ровный и без эмоций, но сейчас он был чуть выше обычного — значит, она правда ждала этого.

Я взял её вещи, и мы прошли в гостиную.

— Ты взяла всё, что я просил в сообщении?

— Да. Я всё подготовила с помощью Изуми.

— Отлично.

Инструменты, о которых говорила Хиёри, — это всё необходимое для приготовления сладостей к чаю.

Сегодня и завтра мы собирались провести дома «лагерь по изготовлению сладостей» — два дня и одну ночь, чтобы под руководством Хиёри научиться готовить десерты для меню на фестиваль.

План был такой: сначала определиться с меню, потом купить продукты. Поэтому я и попросил Хиёри заранее написать список инструментов — что-то мы одолжили у Изуми, что-то купили.

— Честно, я удивлён, что ты умеешь делать сладости, Хиёри.

— Я ни разу не делала их тебе. Зато Изуми часто просит меня приготовить что-нибудь.

— Даже так? А готовить обычную еду ты умеешь?

— Нет. Там ведь «соль по вкусу», «добавить немного» — я такое не могу. Сладости — другое дело: всё по граммам, ничего не перепутаю.

В этом она действительно права.

Изуми говорила почти противоположное, но я и так давно заметил, что они — полные противоположности. И, наверное, именно поэтому они так хорошо ладят.

— Изуми и Эйдзи ещё не приехали?

— Да. Вообще-то уже должны быть, но…

— Изуми же соня. Для неё это нормально.

Похоже, Хиёри прекрасно знает привычки Изуми.

— Эйдзи написал, что слегка задержатся.

— Вот и хорошо. Это как раз в её стиле.

Удивления уже ни у кого нет.

Даже наоборот — если бы она пришла вовремя, это бы насторожило.

— Пока они не приехали, я хотела бы обсудить меню с тобой и Аой-сан, но…

Хиёри оглядела комнату.

И, наконец, заметила, что Аой-сан нет.

— Где Аой-сан?

Я ответил максимально спокойно, чтобы не пугать её.

— Её сейчас нет дома.

— Нет?.. В смысле?

Холодная, спокойная реакция Хиёри исчезла — она нахмурилась.

— Что произошло?

Она подошла ближе — показывая, что скрывать от неё не получится.

Я и не собирался скрывать, поэтому сел рядом и рассказал всё как есть.

Мать Аой-сан появилась перед нами внезапно.

Потребовала, чтобы Аой-сан снова жила с ней. И, судя по её словам, ей были нужны деньги — выплаты от отца. Узнав, что мы живём вместе, она попыталась использовать «я родитель» как оправдание, чтобы забрать её силой.

Аой-сан ушла к ней временно — чтобы разобраться с матерью.

Мы просто ждали. Верили в неё. И прошла уже неделя.

— Понятно…

Когда я закончил, Хиёри впервые явно проявила эмоции.

Лицо оставалось почти без выражения, но руки, лежащие на коленях, крепко сжали ткань юбки.

Хиёри редко показывает чувства. И если показывает — только так, действиями.

Если не знать её, это можно и не заметить.

Но я знал — и понимал, что так она выражает тревогу.

Глубоко вдохнув, Хиёри разжала руки и спросила:

— А ты… как? Справляешься?

Хиёри, как и Изуми, беспокоилась обо мне.

Их сходство в такие моменты вызывало лёгкую улыбку.

— Спасибо. Но не переживай, со мной всё нормально.

— Хорошо… А Аой-сан—

Домофон внезапно зазвонил.

Похоже, пришли Изуми и Эйдзи. Я встал, чтобы встретить их.

— Хиёоори-чааааан!

Не успел я сделать и шага, как у входной двери раздался звонкий голос Изуми.

Через секунду дверь гостиной распахнулась.

— Я пришлаа! Я соскучилась!

Изуми тут же бросилась к Хиёри и обняла её.

— Я дома. Как ты?

— Теперь хорошо! Я же не видела тебя столько времени, у меня дефицит «витамина Хиёри»!

И начался их обычный «ритуал».

— Хаааа…

Изуми прижалась носом к голове Хиёри, словно нюхает котёнка. Обняла её ещё крепче, поглаживая по голове.

— Какой успокаивающий аромат у Хиёри…

Честно говоря, иногда непонятно, кто из них старше.

Но сейчас эта сцена просто успокаивала.

Эйдзи, вошедший следом, тоже улыбнулся, глядя на них.

— Ну что, все в сборе. Можно начинать.

— Да! Давайте!

Мы расселись вокруг стола. Изуми первой взяла организацию на себя.

— Итак, сегодня и завтра мы здесь, чтобы выбрать меню нашего японского матча-кафе и приготовить пробные сладости. Но… Акира-кун, ты успел обойти все чайные?

— Все, кроме одной. Но я посетил достаточно — думаю, нам хватит. Я сфотографировал всё, что мы пробовали, и загрузил в облако. Сейчас скину ссылку.

— Спасибо♪

Я отправил ссылку в чат, и все сразу уткнулись в телефоны.

— Ты, похоже, неплохо поел.

— Да. Я теперь и правда полюбил сладости к чаю.

— Это отлично!

Мы обсуждали фото.

— Аой-сан вообще стала фанаткой матча-десертов. Хотела посетить ещё больше мест — ходила везде: в выходные, после школы, после смены… Поэтому я в одно место так и не попал.

— Понимаю~. Аой-сан действительно полюбила эту тему.

Изуми кивнула, довольная — ей нравилось, что у неё стало больше единомышленников.

— Когда Аой-сан вернётся, я обязательно свожу её в своё любимое место.

— Она будет счастлива.

— Итак, сколько видов сладостей планируем делать?

— Я думаю… пять.

Изуми явно заранее это продумала — ответила сразу.

— Пять? Много?

— Если делать маленькими порциями — нормально. Важно дать людям выбор. Это ведь сладости к чаю — лучше больше разнообразия, чем много одного.

Логично. Когда мы ходили по чайным, я тоже хотел пробовать всякое. Одному это сложно — не съешь столько. А маленькие порции — идеальны.

Но есть проблема…

— Главное — вписаться в бюджет.

— Я предлагаю цену 500 йен за набор: чай и тарелка сладостей.

— Пятьсот? Это же слишком дешево… Мы вообще выйдем в плюс?

— Если не гнаться за прибылью, то да. Всё зависит от стоимости продуктов. Обычная матча на одну чашку стоит около 70 йен.

— Серьёзно? Так дёшево?

Я даже переспросил у Хиёри.

— Бывает и дешевле. Если брать не премиум-класс.

— Но в чайной одна чашка стоит 500–600!

— Потому что накручивают цену: аренда, персонал, обслуживание.

Да, так и есть.

Я ещё подумал о том, сколько стоит кофе в кафе, где я работаю.

— А ещё мы добавим матча-латте, матча-флоат. Цена ингредиентов чуть выше, но если не брать дорогую матча — нам хватит бюджета на пять видов сладостей.

— Звучит разумно…

Мы с Изуми и Хиёри начали выбирать.

В итоге остановились на:

• сет с матча-ёканом и каштановым ёканом,

• манадзю с матча-анко,

• матча-тирамису,

• матча-мороженое и ванильное.

Аммицу мы тоже рассматривали, но отказались — слишком много ингредиентов и времени, и слишком дорого.

И тогда Изуми сказала:

— Вообще-то… я хочу включить одно блюдо, которое особенно любит Аой-сан.

— Любимое? Хм… Она всё ела с удовольствием… но конкретное, кажется, не называла. Мы и не успели обсудить.

— Понятно…

Тут Хиёри встала.

— Времени мало. Давайте начнём готовить те, что выбрали. Когда решите последний пункт — скажете. Я приду и научу.

Она взяла сумку и направилась к выходу.

— Как сказала Хиёри-чан!

— Тогда нам нужно купить продукты.

Мы вышли из дома за покупками.

Последний пункт меню мы решим уже вместе с Аой-сан, когда она вернётся.

И только от этой мысли у меня снова сжалось сердце.

***

— Хиёри-сэнсэй, пожалуйста, помогите нам!

— Оставьте это на меня.

После похода за продуктами наконец начался «урок по приготовлению сладостей к чаю» с Хиёри-сэнсэй.

Все собрались на кухне: фартуки, закатанные рукава — готовы к работе.

Изуми, которая не слишком внимательна к деталям, взяла на себя техническую часть, я помогал ей с измерениями и подготовкой инструментов, а Эйдзи записывал рецепт и всё необходимое.

Честно говоря, до начала урока я думал, что готовить сладости будет настоящим испытанием.

Но оказалось, что всё довольно просто, если не ошибаться в количестве ингредиентов и порядке действий.

Например, приготовление матча-ёкана.

Нужно всего шесть ингредиентов: агар-агар, вода, белая фасолевая паста, молоко, сливки и порошок матча.

Когда агар-агар растворён, все ингредиенты добавляются по порядку и тщательно перемешиваются, затем варятся на среднем огне пять минут, снимаются с плиты и выкладываются в форму.

[[image:/storage/reader-images/ec0a3f57f146a3a19be40ae757bd7c94d2ed40d2.png]]
После этого заготовку охлаждают и ставят в холодильник на несколько часов до застывания — и готово.

Я даже не мог представить, как сделать матча-мороженое, но оказалось, что и это очень просто.

Кроме матча, нужны молоко, сливки, желтки, белки и сахар.

Сначала смешивают матча с сахаром, затем добавляют тёплое молоко и желтки по порядку, тщательно перемешивая.

Далее аккуратно вводят меренгу из белков и сливок понемногу, перемешивая венчиком, после чего массу помещают в контейнер и оставляют в морозильнике на восемь часов до застывания.

Главное в обоих рецептах одно: точное количество, правильный порядок и время, чтобы смесь застыла.

Хотя в каждом процессе есть свои важные мелочи, основные три правила таковы.

Честно говоря, это так просто, что даже кажется антиклимаксом, и любой желающий сможет приготовить это.

Мы немного переживали, сможем ли сделать сами, но страх оказался напрасным.

Урок продолжался до вечера, и мы сели за стол в гостиной: перед нами четыре готовых сладости и свежезаваренный зелёный чай.

— Ну что, давайте пробовать!

— Да, попробуем.

Изуми едва могла дождаться, чтобы попробовать матча-тирамису, она с восторгом поднесла его ко рту.

В следующую секунду она поднесла руки к щекам и прищурилась, её лицо было расслабленным.

— Нн… вкусно.

Изуми, обычно устраивающая шумные сцены в такие моменты, почти не говорила — значит, десерт действительно удался.

Я откусил кусочек матча-тирамису и посмотрел на Изуми, которая была погружена в радость.

— Это… это действительно вкусно!

Вкус превзошёл мои ожидания, и я не смог сдержать удивление.

Насыщенные крем и сыр с лёгкой горчинкой матча давали ощущение свежести. Сладость десерта прекрасно уравновешивалась матча.

Текстура таяла во рту, так что можно было есть сколько угодно.

Вкус, который, похоже, понравится даже тем, кто обычно не любит японские десерты для взрослых.

— Довольно неожиданно, что мы сделали это сами…

— Да. Думаю, это уже на уровне, чтобы можно было брать деньги за такой десерт.

Эйдзи тоже, похоже, был в восторге и не мог остановиться.

— Логично, что вкусно: мы же ориентировались на десерты из кафе. Я уже пробовал почти все, что на фото Акиры, помню вкус, так что повторить было несложно. Конечно, точные ингредиенты и процесс неизвестны, так что это не идеально, но авторский элемент сильнее.

— Но и так вполне хорошо.

— Да, мне очень нравится♪

Воссоздать такой вкус по памяти — это впечатляюще.

Я словно увидел намёк на талант Хиёри.

— Следующий десерт — матча-мороженое♪

Изуми выглядела счастливо каждый раз, когда ела что-то вкусное.

Так прошёл первый день нашего лагеря по приготовлению сладостей к чаю.

***

— …Я больше не могу. Я могу съесть только ещё десять матча-мандзю.

— Независимо от того, бодрствует она или спит, эта Изуми всё равно ест.

После ужина и душа Изуми лёг на диван и начала бормотать во сне что-то в таком духе.

Днём она ела сладости, которые мы приготовили, за ужином добавила ещё порцию, после душа съела три ёмоги-мандзю, купленные неизвестно когда. Если продолжать в том же духе, ей, наверное, будут сниться кошмары.

Каждый раз, когда я об этом думаю… ты что, олицетворение аппетита или что?

— Мы сначала отдохнём.

Эйдзи встал и, словно настоящий принц, аккуратно унёс Изуми.

— Хорошо. Можете воспользоваться кроватью моих родителей, как раньше.

— Спасибо. Тогда спокойной ночи.

Когда я увидел, как они уходят из гостиной, я перевёл взгляд на настенные часы.

На часах уже было полночь.

— Нам тоже пора спать.

Я сказал это Хиёри.

— Да. Но перед этим продолжи рассказ о том, что было днём.

— Продолжение с обеда?

Хиёри отложила телефон, которым смотрела что-то, и повернулась ко мне.

— После того, что было, Аой-сан как-нибудь выходила на связь?

Если подумать, Изуми и Эйдзи пришли днём, прямо во время нашего разговора.

Хиёри, похоже, всё это время волновалась по-своему.

— Не каждый день, но хотя бы раз в два дня она со мной связывается. Аой-сан сказала, чтобы я не беспокоила её слишком часто — если мать узнает, это будет проблемой. Пока что достаточно знать, что с Аой-сан всё в порядке.

— Понятно. Хорошо, что есть новости.

— Теперь я должна верить, что Аой-сан вернётся, и готовиться к школьному фестивалю.

Для меня это было очевидным.

Я говорил, что защищу место возвращения Аой-сан любыми способами.

Я сказал это с таким чувством, чтобы обновить свою решимость перед Хиёри.

— Но Акира, тебе правда всё равно?

Несмотря на мою решимость, Хиёри задала мне вопрос.

Её взгляд выражал больше заботу, чем любопытство.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты осознаёшь, что если продолжишь так, можешь больше никогда не увидеть Аой-сан?

— Ээ…?

Меня охватило неприятное ощущение, когда она произнесла эти слова.

Сжимая ладонь в кулак, Хиёри продолжала, словно не давая мне уйти от правды.

— У Акиры, кажется, неправильный порядок приоритетов.

— Приоритеты…?

Я повторил её слова, а Хиёри решительно кивнула.

Я пытался понять смысл её слов, но пока не мог найти ответ. Тогда Хиёри осторожно переформулировала:

— Аой-сан хотела решить отношения с матерью самостоятельно. Пока ты отвечаешь за подготовку к фестивалю, я понимаю, что ты стараешься защитить место её возвращения. Но действительно ли сейчас твоя задача — охранять это место?

Что я должен делать…

— Думаю, все считают, что лучшее для Аой-сан — помириться с матерью, и она сама вернулась к ней ради этого. Но это не проблема, с которой Аой-сан может справиться одна… Если бы могла, всё было бы иначе.

Её слова поразили меня.

— Результат вряд ли изменится, даже если Аой-сан ещё раз попробует сделать то, что ей самой не под силу. Пока мать не изменится, всё будет повторяться. Это уже не дело, которое можно оставить только на Аой-сан.

Когда Хиёри сказала это, я понял и невольно закрыл рот левой рукой.

Как я мог игнорировать очевидное?

— Возможно, Аой-сан это понимает. Я не знаю, зачем она вернулась к матери одна, но у неё есть причины стоять на своём, даже если это почти невозможно.

…Если это так.

Хотя Хиёри не знала причины, я понимал.

Чтобы защитить меня…

Чтобы не втянуть меня в это, Аой-сан вернулась к матери одна.

Чтобы враждебность матери не обрушилась на меня, она решила встретиться с ней одна.

— Подготовку к фестивалю можно сделать без Акиры. На самом деле, тебе помогали не только Изуми и Эйдзи, но и все в классе, верно? Но только Акира может поддержать Аой-сан. Так что я думаю, что твоя задача сейчас — не просто верить Аой-сан и ждать.

— …

— Верить и ждать не всегда благо. Иногда помощь, даже если её не хотят, тоже добро. По крайней мере один раз Акира уже помогал Аой-сан таким образом.

Я вспомнил, как однажды забирал Аой-сан под дождём, не спрашивая, как она.

Да, тогда я не мог не протянуть ей руку, даже игнорируя её состояние.

— …Как ты говоришь, Хиёри.

Когда я рассказал Эйдзи и Изуми, что Аой-сан вернулась к матери, Эйдзи спросил: «Что ты будешь делать, если они не помирятся?» Я ответил: «Тогда я выберу любой способ».

Нет, это неправильно — если так думать, уже будет поздно.

Сейчас время действовать, любым способом.

Моё дело — не защищать место возвращения Аой-сан.

Не готовиться к тому, что она не помирится с матерью, и не поддерживать её, когда она уходит, а идти вместе.

Но я невольно отпустил Аой-сан одну…

Она решила встретиться с матерью одна, чтобы меня не вовлекать.

Я думал, что защищаю Аой-сан, но на самом деле защищают меня.

Меня кружит от собственной глупости, но времени на жалобы нет.

— Спасибо, Хиёри. За то, что открыла мне глаза.

Произнеся это, Хиёри прикусила губу и опустила взгляд.

— Акира действительно верит словам Аой-сан.

Именно поэтому я колебалась, стоит ли говорить. Не только Акира, но и Изуми с Эйдзи верят Аой-сан и делают всё возможное, но я думала, стоит ли сказать что-то, что может показаться, будто уменьшает их усилия. Но я не хотела, чтобы всё закончилось поздно без слов.

— Хиёри…

— Я хочу оставаться подругой Аой-сан.

Из-за сухой натуры и мышления Хиёри её часто считают холодной.

Она человек, который общается глубоко и узко, поэтому с теми, кто её понимает, у неё хорошие отношения, но с теми, кто не подходит — она отдаляется.

Я понимал, что ей было трудно в отношениях с другими.

Но в душе Хиёри заботлива, ответственна и гораздо взрослее меня. Я рад, что она так тщательно подбирает слова и выражает чувства.

Хиёри всегда остаётся самой спокойной в таких ситуациях.

Я не могу сосчитать, сколько раз её взгляд спасал меня, в отличие от Эйдзи.

— Не волнуйся. Я создам много возможностей, чтобы ты и Аой-сан стали ближе.

— …Да.

— Спасибо.

Я мягко похлопал Хиёри по голове и поблагодарил.

Мало сестёр в мире, на которых можно положиться так, как на Хиёри.

И как старший брат я хочу помочь своей сестре стать ближе с Аой-сан.

Я никогда не ощущал себя братом Хиёри так сильно, как сейчас.

После того как Хиёри вернулась в свою комнату, я остался один в гостиной, чтобы привести мысли в порядок.

Аой-сан сейчас решает своё будущее вместе с матерью.

И наверняка она старается одна, чтобы вернуться сюда.

Я снова подумал о своём.

Моё дело — не защищать место возвращения Аой-сан, а решать проблему вместе с ней, чтобы мы могли идти к будущему, которое хотим оба.

Проблема её матери уже не только проблема Аой-сан.

Если я хочу быть с Аой-сан, это должно стать моей проблемой тоже.

— Подумай об этом…

Как сказала Хиёри, Аой-сан, наверное, не сможет исправить отношения с матерью.

Но отношения Аой-сан и её матери должны быть как-то решены.

Даже если результат будет не таким, как хочет Аой-сан, чтобы я и Аой-сан могли проводить время вместе в будущем — нет, чтобы Аой-сан проводила счастливые дни без перемен после моего переезда в другую школу — я должен убедиться, что мать не будет мешать.

Я не позволю ей вмешиваться в жизнь Аой-сан снова.

— Но пока она остаётся её матерью…

То есть, как законному опекуну, полностью не вмешиваться невозможно.

— …Нет, подожди.

Мысль промелькнула, и я замер.

Я осознал одну возможность и быстро проверил её на телефоне.

— Я могу…

Слова сорвались сами собой, когда я увидел результаты поиска.

Не невозможно освободить Аой-сан от матери.

Но для этого недостаточно только меня и Аой-сан.

Я открыл приложение для сообщений и пролистал список друзей.

Прошло два месяца с нашего последнего контакта, и впервые инициатором связи был я.

Я возложил надежду на один шанс и отправил сообщение определённому человеку.

***

Следующей ночью —

— Спасибо за эти два дня.

— Свяжись со мной, когда решишь насчёт последнего блюда.

— Да, понял.

После двух дней и одной ночи на лагере по приготовлению чайных сладостей я пришёл на станцию, чтобы проводить Хиёри.

— Передавай привет маме. Береги себя на дороге.

— Да. Акира, тебе тоже удачи.

— До встречи.

Проводив Хиёри через турникеты, я направился к следующей цели.

Следующее место находилось на крытой улице, примерно пятнадцать минут пешком. Это была последняя чайная, которую я и Аой-сан планировали посетить вместе.

Похоже, это заведение давно стало любимым местом местных жителей и существует с эпохи Мэйдзи.

Фасад здания, создающий впечатление старинного японского дома, имел историческую атмосферу.

Раньше я бы сомневался, стоит ли туда заходить, но после посещения множества чайных я мог с нетерпением ожидать, какой чай здесь можно попробовать.

Но я пришёл не для того, чтобы наслаждаться чаем.

Я приготовился, прежде чем открыть дверь.

— Добро пожаловать.

Сразу подошёл официант.

— Меня зовут Акамори, я договаривался о встрече с одним человеком.

— Человек, с которым вы встречаетесь, уже здесь. Пожалуйста, я проведу вас.

Следуя за официантом, я оказался в личной комнате в глубине заведения и открыл раздвижную дверь.

Там сидел мужчина средних лет.

— Извините за опоздание.

— Не переживайте. Я пришёл слишком рано.

Я вошёл в комнату и сел.

Мы не встречались так с тех пор, как закончились летние каникулы.

— Спасибо, что нашли время, чтобы встретиться, хотя всё было спонтанно.

— Моя работа свободна по выходным, так что всё в порядке. Кроме того, если это касается Аой, я всегда найду время, даже если это внезапно.

Мужчина, который называл Аой-сан по имени без уважительной приставки, уже ясно, кто он.

Это отец Аой-сан.

— Но я не ожидал, что место встречи будет в «Кагэцу», так что был удивлён.

— Вы знаете это место?

Отец с волнением кивнул.

— Это место известно не только чаем, но и матча-пудингом. Когда Аой была маленькой, я часто покупал ей его по дороге с работы домой.

Я вспомнил, что говорила Аой-сан.

Когда она была маленькой и их семья ещё была в мире, отец часто покупал ей пудинг по пути с работы, и они втроём ели его после купания.

Для Аой-сан это было одним из немногих счастливых воспоминаний о семье.

— Аой-сан говорила мне, что всегда ждала пудинг, который покупал отец.

— Я боялся, что пудинг может не понравиться детям из-за вкуса матча, но Аой его очень любила. Она всегда просила купить его…

Отец вспоминал с сияющими глазами.

Хотя семейное воссоединение уже не состоится, по крайней мере, он может немного помечтать о прошлом.

Слушая его воспоминания о Аой-сан и пудинге, я…

— Верно…

Мысль пронзила мой разум.

— Что случилось?

— Ах… нет, ничего.

Мысль была хорошей идеей, но сейчас важнее было другое.

Отодвинув её на задний план, я заказал чай и занял удобную позу.

— Но почему выбрали это место для встречи?

— На самом деле, скоро будет школьный фестиваль в нашей старшей школе.

— Ах, понятно. Уже пора, да?

Отец раньше жил в этом городе, так что естественно, что он знает о городском школьном фестивале.

— Наш класс будет вести японскую кофейню, и мы с Аой-сан посещали разные чайные, чтобы выбрать сладости, которые подадим гостям. На самом деле я тоже собирался прийти сюда с Аой-сан…

Отец, наверное, уже понял из этих слов.

Его спокойное выражение лица слегка напряглось.

— Обстоятельства не позволяют Аой-сан прийти на встречу с вами.

— Ты имеешь в виду, что речь сегодня о ситуации…?

— Да. На самом деле…

Да, вот главный момент.

— Появилась мать Аой-сан.

— Что ты сказал…?

Улыбка полностью исчезла с лица отца.

— Аой-сан сейчас вернулась к матери.

— Можете рассказать подробнее?

— Конечно.

Я начал рассказывать отцу обо всём, что произошло.

О том, как мать Аой-сан появилась в начале октября. О том, что хотя ситуация утихла, она снова пришла и пыталась забрать Аой-сан домой, используя родительские права как щит. О том, что её цель — детские алименты.

Я также рассказал о желании Аой-сан начать семейную жизнь заново с матерью.

Стыдно… но я также сказал ему, что послушание Аой-сан словам матери, возможно, было направлено на защиту меня от угроз со стороны матери с юридической ответственностью.

— Эгоистка, как всегда…

Отец сжал ладони на столе.

Отец Аой-сан — спокойный, мягкий и добрый человек, но это не значит, что он может оставаться спокойным в такой ситуации.

Он пытался сдерживать гнев, но, похоже, не мог контролировать себя.

Затем отец закрыл глаза, глубоко вздохнул и поднял взгляд.

— Извините. Немного потерял контроль.

— Нет, я понимаю ваши чувства.

Я заметил отличие от себя — его способность быстро вернуться к спокойствию.

— Честно говоря, я думаю, что Аой-сан и её мать не смогут помириться.

— Да. Я тоже так думаю, Акира-кун.

— Конечно, было бы лучше, если бы они смогли начать с чистого листа, но это вряд ли возможно. Я уверен, что Аой-сан тоже это понимает… но, думаю, она всё же верит хоть в малую вероятность и возвращается к матери.

Отец печалился, узнав о чувствах Аой-сан.

Наблюдая за отцом, который так хорошо понимает Аой-сан, я невольно подумал:

— Если бы этот человек получил опеку, всё было бы иначе.

— Независимо от результата, важно, чтобы Аой-сан завершила отношения с матерью. Чтобы её жизнь больше не была в руках матери.

Нет смысла обсуждать «если бы».

Я объяснил отцу, зачем просил его прийти сюда.

— Я хочу сделать всё, что могу, для Аой-сан.

— Вот почему ты позвал меня сюда, верно?

Я кивнул.

В конце концов, моё дело не сработает без сотрудничества отца.

— У меня есть просьба к вам, отец.

Я рассказал отцу о своём плане.

Метод, вероятно, удивил его.

Во время объяснения он всё время выглядел поражённым.

Но, хотя он был удивлён, я думаю, он понял.

После того как я всё объяснил, он кивнул.

— Возможно… другого способа защитить будущее Аой-сан нет, кроме этого.

— Понимаю…

— Я понимаю, какой тяжёлый груз вы несёте. Но, пожалуйста, одолжите мне свою силу ради Аой-сан. Если я могу что-то сделать, я сделаю всё, что вы скажете.

Теперь, когда я всё рассказал, мне оставалось лишь продолжать кивать.

Пока в комнате была тишина, официант принёс чашку чая.

Он подал её мне и отцу, и сразу после того, как официант покинул комнату —

— Акира-кун, подними голову.

По просьбе отца я посмотрел вверх.

— Думаю, слова «я сделаю всё для Аой» должен говорить я, как её отец. Я, может, не идеальный отец во многих вещах, но мои чувства такие же, как у тебя, Акира-кун. Если я могу что-то сделать для Аой, я буду стараться вместе с тобой.

— Тогда…

— Как сказал Акира-кун, думаю, это лучший способ изменить ситуацию. Если думать о будущем Аой, рано или поздно этот вопрос придётся решать, и я уверен, что сейчас — подходящее время.

Отец сделал глоток матча-чая и спокойно расслабился.

— Спасибо, что серьёзно думаешь о Аой. Ещё раз, я очень благодарен, что Акира-кун рядом с Аой. Мы с Аой не устанем благодарить тебя.

— Нет, это…

— Я хочу, чтобы остальное ты оставил на меня.

— Да… прошу вашей помощи.

Так я добился сотрудничества отца.

И мы начали готовить подходящий момент.

----------

Её решение

Прошло несколько дней с тех пор, и до конца октября оставалось всего несколько дней —

Однажды после школы, почти через две недели после того, как Аой-сан вернулась к матери, я позвал Эйдзи и Изуми на крышу.

— Извини… в разгар подготовки к школьному фестивалю.

— Я хочу, чтобы ты рассказал, что произошло.

Эйдзи сказал это с полной уверенностью, не задавая вопрос.

Эйдзи очень внимателен, поэтому, возможно, он уже догадывался, зачем я его сюда вызвал.

Когда я звал их на крышу, это всегда было что-то серьёзное. Эйдзи и Изуми, похоже, это понимали, и их лица лишились привычных весёлых улыбок.

На самом деле то, что я собирался им сообщить, было наихудшим сценарием.

— Я не получал вестей от Аой-сан последние четыре дня.

Оба посмотрели на меня серьёзно.

Это был знак, что они правильно поняли значение моих слов.

— Обычно я получал от неё сообщения каждые два дня, но это первый раз, когда я не слышал о ней четыре дня подряд.

— Ты уже отправил Аой-сан сообщение? Она прочитала его?

— Нет. Либо с Аой-сан что-то случилось, либо мать узнала и забрала её телефон… Что бы ни было, раз она не отвечает, мы должны предположить, что происходит что-то непредвиденное.

— Нет смысла говорить что-то успокаивающее в такой ситуации. Я тоже согласна с тобой, Акира.

— Если подумать спокойно, это правда…

Изуми обхватила себя руками, выглядела взволнованной.

— Я попробую сходить в квартиру, где сейчас живут Аой-сан и её мать.

— Ты знаешь, где это?

— Да. Я спрашивала у Аой-сан на всякий случай.

— Тогда я тоже пойду с тобой… —

Эйдзи удержал Изуми, когда она хотела это сказать.

— Всё в порядке, если мы не пойдём?

Наверное, Эйдзи остановил Изуми, потому что знал, что я планирую идти один.

Мне приятно, что, хотя он и знает, что я собираюсь сказать, он всё равно проявил заботу, спрашивая меня.

— Да. Я пойду один. Мне нужна ваша помощь с подготовкой к школьному фестивалю. Кроме того, я надеюсь, что ничего не случится… но если завтра вы не услышите от меня или Аой-сан, пожалуйста, помогите мне.

— Понятно. Изуми, доверим это Акире.

— Да… Акира-кун, позаботься о Аой-сан.

— Спасибо вам обоим.

Я передал подготовку к фестивалю им двоим.

***

Квартира, где Аой-сан живёт с матерью, находилась примерно в сорока минутах езды на автобусе.

Как часто бывает в сельской местности, доехать на автобусе до ближайшей автобусной остановки к месту назначения быстрее, чем ехать на станцию и садиться на поезд, ведь ближайшая станция находится довольно далеко.

Тем не менее, дорога заняла 40 минут, так что странно было бы говорить, что это быстрее.

— Аой-сан…

Когда автобус ехал, я смотрел в окно на незнакомые виды.

Солнце садилось раньше обычного, ведь через несколько дней наступит ноябрь, и хотя было всего 16:30, солнце уже опускалось за западный горизонт, окрашивая пустой салон автобуса в оранжевый свет.

Через 30 минут солнце совсем скроется за горизонтом, и когда я доберусь, станет темно.

Я с тоской прижимал к себе чувство спешки и снова и снова проверял телефон до самого приезда.

Но я прибыл на ближайшую автобусную остановку, так и не получив вестей от Аой-сан.

— Рад, что приехал, но…

Так как я впервые посещал этот жилой район и плохо ориентировался в местности, да ещё и темнота ночи усугубляла ситуацию, найти нужный дом было сложно, даже с навигатором на телефоне.

Я наконец добрался до квартиры после 20 минут блужданий, хотя навигатор говорил, что путь займёт десять минут.

— Здесь…

Это был уголок жилого массива с несколькими арендными домами.

Судя по всему, большинство зданий, стоявших рядами, были старыми — явно это был район с давней историей.

Из всех домов квартира, где жила Аой-сан с матерью, выглядела особенно старой и мрачной — то ли из-за старости здания, то ли из-за тусклого ночного освещения, то ли из-за моего собственного состояния.

— Ладно.

Я глубоко вдохнул, чтобы успокоиться.

Поднявшись по лестнице со скрипом, я оказался перед дверью с номером, который дала Аой-сан, и нажал на домофон. Возможно, он сломан, потому что внутри не слышалось никакого звука, сколько бы раз я ни нажимал кнопку.

Я постучал в дверь и позвал, но ответа не последовало.

— Никого дома, что ли…

Я проверил дверную ручку рукой.

— Не заперто…

Я слегка надавил — и ручка без препятствий провернулась.

Хотя я знал, что не должен этого делать, удержаться от открытия двери не смог.

Снова проверив номер на табличке, я открыл дверь.

Комната была темной, света не было.

Сквозь открытую дверь свет из общего коридора освещал часть комнаты.

Прохладный воздух из комнаты коснулся моей щеки, и я почувствовал чьё-то присутствие в темноте.

— Аой-сан?

Я позвал её, но ответа не последовало.

Когда я шагнул внутрь и коснулся стены рукой, передо мной оказался выключатель, и я нажал его. Когда лампа загорелась, меня ослепил яркий свет.

— …

Комната выглядела безжизненной, трудно было поверить, что кто-то здесь живёт.

Был холодильник, шкаф и кухонная утварь, но не было признаков их использования. Казалось, что хотя здесь есть всё необходимое для жизни, комнату почти не используют.

Перемещаясь в тёмное заднее помещение, я заметил следы присутствия человека.

С тревогой я медленно вошёл туда.

Там на полу сидела девушка, бессильно опустившаяся.

— Аой-сан…?

Почему я всё ещё колебался, хотя передо мной без сомнения была Аой-сан? Потому что она выглядела совсем иначе, чем в последний раз.

Её глаза были пустыми, смотрели в пустоту — как в тот дождливый день в парке.

Взгляд был расфокусирован и сух, в нём не было жизни, словно сердце её уже разбито.

Аой-сан даже не осознавала, что я стою рядом.

— Аой-сан.

Я присел перед ней и осторожно положил руки на её плечи.

Когда я медленно позвал её, Аой-сан слегка подняла голову.

— …Акира-кун?

— Да. Ты в порядке?

Цвет постепенно возвращался в её глаза.

Момент, когда цвет полностью вернулся.

— Я не в порядке…

Слёзы потекли по её щекам.

— …Я провалилась.

[[image:/storage/reader-images/21f370bfaa08207b1f61b1b8668cbfcba6dd1104.png]]
Аой-сан пробормотала, не вытирая слёзы.

— Бесполезно… я больше ничего не могу сделать.

Я мягко поддержал её падающее тело, дрожащее, и прижал к себе.

Когда я крепко обнял её, плечи Аой-сан начали слегка дрожать. Дрожь усилилась, и вскоре Аой-сан зарыдала, как будто сдерживаемое ею вырвалось наружу.

Несколько мгновений её голос эхом раздавался по старой квартире.

Он звучал как плач потерянного ребёнка.

Я не мог остановить её слёзы — я мог только продолжать обнимать её.

***

— Шоколад, пей, это тебя согреет.

— …Спасибо.

После этого я отвёл Аой-сан домой.

Было много всего, о чём хотелось поговорить, но сначала я должен был успокоить её.

Я так и думал, и по приезду домой приготовил ванну, велев Аой-сан зайти в неё.

Говорят, что купание очищает разум, и Аой-сан, казалось, стала постепенно приходить в себя, когда вышла из ванны.

Возможно, это лишь впечатление — её тело согрелось, цвет лица улучшился — но она выглядела живее, чем в тот момент, когда я видел её в последний раз в квартире.

И ещё одно: лучший способ вернуть себе силы — это вкусно поесть.

Я приготовил что-то лёгкое, так как она, возможно, не имела аппетита, а после ужина и купания мы устроились на диване в гостиной.

— Это вкусно…

Аой-сан держала чашку шоколада обеими руками и поднесла её ко рту.

Сделав глоток, она пробормотала себе под нос, глубоко вздохнув.

— Аой-сан, я хочу, чтобы ты рассказала, что произошло.

— …

Аой-сан опустила взгляд, словно колеблясь.

То, что она сомневалась даже в такой ситуации, возможно, из-за её доброты: она не хотела вовлекать меня в это.

Я уже решил, что, как бы Аой-сан ни относилась к этому, я не позволю ей нести это в одиночку.

— Я не хочу просто защищать твоё прошлое, Аой-сан.

— Акира-кун…

— То, что случилось с твоей матерью, возможно, является проблемой только между вами двумя. Но если мы не сможем быть вместе, не решив её, это уже не только твоя проблема. Я считаю, что это моя тоже. Поэтому я хочу бороться вместе с тобой.

Аой-сан задумалась.

Спустя некоторое время она посмотрела мне в глаза и кивнула.

— Спасибо, Акира-кун.

Затем Аой-сан начала рассказывать о последних двух неделях.

— Ты знаешь, моя мать… ушла к другому мужчине.

— Э…?

Я, конечно, не ожидал, что услышу что-то хорошее.

Но это было действительно ужасно.

— В первый день, когда я вернулась к матери, я хотела с ней поговорить. Но прежде чем я успела это сделать, она потребовала дать алименты. Я сказала, что дам их после разговора, но она не стала слушать… и ушла из дома, забрав с собой банковскую карту, куда откладывались алименты.

Я изо всех сил сдерживал ярость, бурлящую в животе, чтобы сохранить рассудок.

Я понимал, что она лишь жаждет денег, но всё равно не мог удержаться от гнева.

— Она приходила домой каждый день первые несколько дней, потом стала заходить реже, а через неделю почти не появлялась. Когда она была дома, она разговаривала по телефону с каким-то мужчиной, поэтому, думаю, шла к нему. Я пыталась с ней говорить, но она даже не слушала меня.

Через неделю она почти перестала приходить домой.

Это значило, что Аой-сан была почти всё время одна в квартире.

Каково ей было ждать возвращения матери?

— Прости, что я не могла с тобой связаться… Я хотела, но в последний раз, когда мать пришла домой, она застала меня с тобой, Акира-кун… и сказала, чтобы я не встречалась с мужчинами.

Ты не имеешь права так говорить.

Сама же ты контактируешь с мужчинами.

— Я думаю… что это уже невозможно…

Аой-сан пробормотала тихо, словно её голос мог исчезнуть.

Она, вероятно, сама понимала, что примирение с матерью невозможно.

Она знала, что придётся принять реальность, но не могла найти ясного решения. Причина этого не в словах — это семейные связи.

Связь семьи часто описывают как нечто прекрасное и ценное.

И это не ложь. На самом деле, я считаю, что любовь семьи — это прекрасная вещь.

Но также верно, что даже самое прекрасное может выглядеть иначе в зависимости от того, как на это смотреть. Когда семейные отношения разрушаются, то, что когда-то было ценным и прекрасным, превращается в проклятие, которое будет преследовать тебя всю жизнь.

Просто так.

— Аой-сан, хватит…

Хватит, просто перестань думать о матери…

Когда я собирался это сказать,

Телефон Аой-сан на столе получил сообщение.

Текст на экране сразу попал в поле моего зрения, и я невольно выдавил звук, словно пытаясь его проглотить.

— Хватит с этого…

Губы дрожали от кипящей злости — никакого слова о безопасности дочери, просто написано: «Алименты в начале месяца, попроси больше денег у отца».

Задняя часть глаз жгла, зрение мерцало и расплывалось.

Я сжал кулаки, сдерживая эмоции, даже не чувствуя боли от вдавленных в ладонь ногтей.

Когда Аой-сан ушла, я всё время думал об одном.

Хотя я собирался использовать любые средства, чтобы решить проблему с её родителями, насколько возможно, я всё же хотел, чтобы решение соответствовало её желанию.

Если Аой-сан захочет помириться, даже если это невозможно, я буду бороться, чтобы они могли это сделать.

Если Аой-сан простит мать, я тоже закрою глаза на то, что она сделала.

Но это уже невозможно.

Я не могу простить её мать, как бы Аой-сан ни относилась к ней.

— Аой-сан, я дам тебе возможность поговорить с твоей матерью.

— Э…?

Аой-сан подняла голову, удивлённая.

— Как это?

— У меня есть идея. Но даже если вы поговорите, результат, возможно, будет не таким, как ты хочешь. Нет… я уверен, что результат не будет таким, учитывая всё, что произошло до сих пор. Но если ты хочешь шанс поговорить с матерью, я это устрою.

Аой-сан закрыла глаза и задумалась.

Нормально, что она не смогла сразу ответить.

Она понимала — независимо от того, будет ли результат таким, как ей хочется, это первый и последний шанс поговорить с матерью.

Она понимала, что больше никогда не будет возможности поговорить с ней.

Один вариант — не использовать шанс сейчас, а встретиться с матерью позже.

Другой — отложить решение в надежде, что когда-нибудь мать изменится.

Но…

— …Пожалуйста. Я хочу шанс поговорить с матерью.

Аой-сан сказала это, смотря на меня серьёзным взглядом.

В её глазах, полных решимости, была видна печаль, которую нельзя скрыть.

— Понимаю. Остальное оставь мне.

Я подумал это, отвечая Аой-сан.

То, что я собирался сделать, возможно, будет жестоким.

Со стороны непосвящённого может показаться, что я злодей, пытающийся разрушить отношения между дочерью и матерью.

Мне всё равно.

Если я могу освободить Аой-сан от проклятия под названием «мать», мне всё равно, что говорят.

— Впервые в жизни я сдался… чтобы не прощать кого-то.

***

Месяц сменился, и было уже после полудня 1 ноября.

Я и Аой-сан отправились в квартиру, где она живёт с матерью.

К слову, это был рабочий день, и школа шла своим чередом, но мы прогуляли уроки из-за нашей собственной ситуации.

Мне было неловко перед всеми в классе за прогул, ведь до школьного фестиваля оставалось всего две недели, но сегодня я поставил Аой-сан на первый план, оставив подготовку на Эйдзи и Изуми.

Хотя они говорили, что объяснят всё одноклассникам, я всё равно волновался…

Но, к моему удивлению, они честно сообщили, что причина нашей прогулки — Аой-сан.

Хотя они не объяснили подробности, я думал, что это не примут, но, вопреки моим опасениям, одноклассники очень воодушевленно сказали: «Если это так, то прогуливай спокойно!»

Это чувство энтузиазма напомнило мне Изуми, и я мог только благодарить их.

Но сегодня в последний раз я собирался их тревожить.

— Всё будет в порядке, да? — с тревогой спросила Аой-сан рядом со мной.

Естественно, она волновалась о том, что будет дальше.

— Не переживай. Оставь это нам, — мягко сжал я её руку, надеясь немного успокоить.

— Да… — ответила она, сжимая мою руку в ответ.

Дверь медленно открылась, раздался скрип ручки.

— …Что это значит?

Голос, полный подозрения, эхом разнесся по комнате.

И на пороге стояла мать Аой-сан.

Её взгляд, полный враждебности, был очевиден.

— Почему ты здесь? Какого чёрта ты делаешь в чужом доме?

— Чужой дом? Та, кто бросает собственную дочь и проводит всё время у мужчины, явно не имеет своего дома.

Я понимал, что это невежливо.

Но меня уже не заботили правила приличия.

Я ответил на её враждебность вдвойне.

В отличие от прежних раз — я не собирался отступать ни на шаг.

— Ты думаешь, что защищая чужую дочь, можешь врываться в чужой дом без разрешения? Кажется, ты хочешь встретиться с полицией.

— Если можешь, вызывай. Тогда я расскажу обо всех случаях твоего пренебрежения Аой-сан. Если позвонишь в полицию, мне и самому не придётся беспокоиться.

Она, наверное, чувствовала, что угроза больше не сработает.

Мать продолжала молча смотреть на меня.

— Ладно… мне некогда разбираться с детьми, — сказала она и обернулась к Аой-сан, полностью игнорируя меня.

— Аой, ты слышала что-то от отца, да?

Её лицо выражало нетерпение.

— Отца… о чём?

— Алименты за ребёнка, которые должны были прийти сегодня, ещё не переведены!

Её истерический крик, превосходящий простое нетерпение, разнёсся по всей комнате.

— Они должны были быть переведены 1 числа каждого месяца, и ты сказала что-то этому мужчине, да?

— Я… не знаю…

Аой-сан съёжилась от угрожающей манеры матери.

Я сделал шаг вперёд, встал между ними и занял её место.

— Я попросил отца Аой-сан приостановить перевод денег.

— Ха…?

Мать посмотрела на меня с подозрением.

— Как ты узнал отца Аой?

— Потому что я встречался с ним несколько раз.

— Так почему ты это сделал… что ты хочешь этим добиться?

— Чтобы дать Аой-сан шанс поговорить с тобой.

— Поговорить?

Судя по её выражению, она не понимала, что происходит, и ждала моих слов.

Мои эмоции бурлили от того, что она даже не пыталась понять.

— Просто Аой-сан хочет с тобой поговорить, но если ты не придёшь домой, это невозможно. Поэтому я попросил отца Аой-сан остановить перевод денег. Я думал, что если деньги не придут, ты придёшь сама и спросишь у Аой-сан, что произошло.

— Так надоело… что вы вообще хотите обсудить?

— Конечно же — ваше будущее, — спокойно сказал я, зная, что мои слова для матери пусты.

Но всё равно я объяснил, чтобы закончить это дело.

— Аой-сан хочет начать как семья с тобой с нуля. Она вернулась к тебе и продолжала давать алименты, как ты требовала… но вместо того чтобы ценить это, ты снова оставила Аой-сан и ушла к другому мужчине. Ты предала её дважды.

Я старался сохранять спокойствие, но всё равно испытывал дискомфорт, говоря с ней.

Может, я был эмоциональнее, чем сама мать.

— И всё же, Аой-сан пыталась тебе доверять. Она ждала одна в этой квартире, не зная, когда ты вернёшься. Она могла уйти в любой момент, но не сделала этого… потому что хотела восстановить отношения родителя и ребёнка.

— Хм…

Мать ухмыльнулась.

— Что смешного?

Мои зубы сжались от злости.

— Начать с нуля? Семья и так семья, разве нет?

Она говорила так, словно это было естественно.

— Мы семья, но чужие. Я сама решаю, как жить, и Аой сама решает, как жить. Через несколько лет она будет жить самостоятельно, так что слишком утомительно зависеть от меня сейчас. Её обязательное образование закончено, дальше всё зависит от неё самой.

То, что она говорила, было настолько нелепо, что у меня закружилась голова от злости.

Когда она впервые появилась перед Аой-сан, она говорила: «Давай жить вместе как семья», но когда нашла другого мужчину, она стала рассматривать Аой-сан как помеху, словно перевернув ладонь.

Нет смысла просить её о здравом смысле.

Эта женщина заботится только о деньгах и мужчинах, не имеет нормального рассудка.

Но… возможно, не слишком неправильно сказать, что даже члены семьи — это чужие.

В такие моменты в голове всплывают слова Эйдзи:

— Без слов невозможно понять друг друга. Даже члены семьи не понимают друг друга, так что не ждите понимания от чужих, и тем более — от вашего партнёра.

Это он сказал мне, когда впервые увидел меня с Аой-сан.

Я, наконец, понял смысл этих слов.

Понимание друг друга — вот что делает нас близкими, будь мы семьёй, друзьями или возлюбленными. Без него даже родня остаётся чужой.

Теперь, когда она игнорирует общение, для матери Аой-сан, вероятно, ничем не отличается от чужой.

Если это так…

— Если ты называешь членов семьи чужими, тогда ты, чужая, не имеешь права на алименты Аой-сан.

— Это не одно и то же. Даже если мы семья, мы чужие. Я имею право как опекун Аой на алименты!

Просто вздор, не так ли?

— Какая ещё семья… Ты говоришь только то, что удобно тебе. Вы семья, но также чужие, а ты хочешь алименты как опекун? Ты просто гонишься за деньгами и используешь семью как щит…

Сразу после этих мыслей эмоции переполнили меня.

— Хватит! Прекрати говорить о семье!

Я встал перед Аой-сан и встал между ней и матерью, как она делала раньше, чтобы защитить меня.

— Лай сколько хочешь. Лай ребёнка ничего не изменит — я её опекун!

Когда мать закричала в полном триумфе,

— Думаешь, так?

Голос мужчины разнёсся по комнате.

Аой-сан замерла, потеряв голос от удивления.

Когда мать обернулась, на пороге стоял отец Аой-сан.

— Девять лет мы все трое собираемся вместе… — сказал он, посмотрев на них.

— Почему ты здесь…? — сказала она, повернувшись к нему.

— Потому что Акира-кун сообщил мне о ситуации.

Я уже связывался с отцом Аой-сан, как рассказывал ранее.

Я был уверен, что мать была в бешенстве, не ожидая, что я приведу его сюда

— …Приезд сюда избавляет меня от лишних хлопот. Быстро заплати алименты!

— В дальнейшем я не намерен платить тебе алименты.

— Что?

Когда отец отказался, лицо матери сморщилось от гнева.

— Что значит! Я имею право на опеку над Аой, а ты обязан платить алименты!

Отец дал ей визитку.

— …Что это?

— Визитка адвоката, который работает со мной.

— Адвокат?

— Я попросил его помочь мне получить опеку над Аой у тебя.

— Э…?

Лицо матери выразило удивление и замешательство.

Да — это был ответ на вопрос, что я могу сделать ради Аой-сан.

Я вспомнил разговор с отцом Аой-сан в чайной Кагэцу.

***

После того как мы заказали напитки, я начал обсуждать с отцом Аой основную тему.

— У меня есть просьба к вам, — сказал я.

— Какая? — спросил он.

— Пожалуйста, заберите у матери право опеки над Аой-сан.

— Забрать право опеки…?

Эти слова стали для него полной неожиданностью.

Отец был так поражён, что на мгновение потерял дар речи.

— Я думаю, что это единственный способ освободить Аой-сан.

— Но… вернуть опеку будет нелегко.

— Я понимаю. Вы уже говорили, что при разводе отцу трудно получить опеку. Верно, что суд чаще отдаёт предпочтение матери. Но то, что делает мать Аой-сан, — это пренебрежение и оставление дочери.

— Конечно, если удастся доказать это, тогда возможно…

— Если это можно доказать, значит, можно действовать. Если свидетельства самой Аой-сан не будут достаточны, её менеджер на подработке подтвердит, что Аой-сан пропускала школу, чтобы работать и помогать семье финансово. Конечно, я и другие, кто знает о ситуации Аой-сан, тоже будем сотрудничать.

Отец положил руку на рот и задумался.

— Возможно… нет другого способа защитить будущее Аой-сан, кроме как так.

— Понимаю…

Я не знал, насколько тяжело будет вернуть опеку и какие финансовые нагрузки это влечёт.

Но ради будущего Аой-сан, я считал, что лучше, чтобы право опеки было у её отца. Пока мать владеет опекой, Аой-сан не будет свободна.

— Я понимаю, какая тяжёлая ноша на ваших плечах, но, пожалуйста, позвольте мне воспользоваться вашей силой ради Аой-сан.

Права, которые должны защищать родителей и ребёнка, теперь стали для них проклятием.

Я хотел освободить Аой-сан от этого проклятия любым способом.

Единственный, кто мог это сделать — её отец.

— Если я могу чем-то помочь, как я уже сказал, я сделаю всё, — ответил он.

После того как я всё рассказал, мне оставалось только опустить голову.

В комнате стало тихо, и официант принёс нам по чашке чая.

Он поставил её передо мной и отцом, а затем вышел из комнаты.

— Акира-кун, подними лицо, — сказал отец.

Я поднял взгляд по его просьбе.

— Я думаю, что слова «Я сделаю всё ради Аой» должен произнести я, как её отец. Если я могу что-то сделать ради Аой, я приложу все усилия.

— Тогда… — сказал я.

— Как сказал Акира-кун, я думаю, что это лучший способ изменить нынешнюю ситуацию. Если думать о будущем Аой, рано или поздно придётся решать этот вопрос, и я уверен, что подходящее время — сейчас.

Он сделал глоток маття и мягко расслабил взгляд.

— Спасибо, что всерьёз думаешь о Аой. Ещё раз говорю, я очень благодарен, что Акира-кун рядом с Аой. Мы с Аой не можем достаточно поблагодарить тебя.

— Нет, это… — начал я.

— Я хочу, чтобы ты оставил остальное мне.

— Да… пожалуйста, помогите нам.

Это было обещание, которое мы с отцом Аой-сан дали в тот день в чайной Кагэцу.

Отец решил вернуть право опеки над Аой-сан, и именно сегодня он приступил к этому.

***

— Не шути! Я не отдам опеку над Аой!

Когда отец сообщил матери о своём намерении вернуть опеку, она вспыхнула и повысила голос.

— Будут выдаваться опека или нет — мы решим это через адвокатов. Давай получать решение там, где следует.

— Что ты несёшь?! Отец, который девять лет был в стороне, не имеет права претендовать на опеку сейчас! Это Я растила Аой! Ты просто плати алименты и молчи! — мать категорично отказалась, не допускав и мысли уступить.

— Ты права… — спокойно ответил отец.

В его голосе слышались сожаление и тяжелая вина.

— Я искренне благодарен тебе за то, что все эти девять лет ты растила Аой. И, если ты считаешь, что я недостоин называться её отцом, потому что был далёк всё это время… возможно, это так.

Но в его взгляде горел твёрдый, непоколебимый свет.

— Однако я с гордостью скажу: я люблю Аой сильнее, чем мать, которая дважды оставила её ради мужчины и довела до того, что ребёнок вынужден был бросать школу ради подработки.

— Хх… — мать сжала губы, не найдя слов.

— Но есть одно «если». — сказал отец. — Всё это мы решили вместе с Акирой-куном. Если сама Аой будет против — вопрос автоматически снимается.

Да. Всё это было моим предложением, принятом отцом.

Но воля самой Аой-сан ещё не прозвучала — это было впервые, когда она услышала о решении.

— Аой-сан.

Я посмотрел ей прямо в глаза.

— Как сказал твой отец — это наше решение. Самое важное — твоё собственное желание. Если ты этого не хочешь, мы остановимся прямо сейчас. Всё зависит только от тебя.

Если хочешь поговорить с матерью — сейчас твой момент.

Этот выбор мог стать первым и последним шансом.

Аой-сан положила руку на грудь, глубоко вдохнула.

— Аой… — мать попыталась приблизиться, будто чувствуя, что момент ускользает.

Она полностью сменила тон — от высокомерного к умоляющему.

— Аой выберет маму, правда? Я больше не оставлю тебя, никогда. Мы справимся, только ты и я. У нас ведь только наша маленькая семья… правда?

Но в этих словах не было любви — только страх потерять источник денег.

Аой-сан это знала — а потому слова не могли её тронуть.

— Мама… — тихо произнесла она.

Она смотрела прямо, честно, без попыток уйти от ответа.

— Я больше не могу быть с тобой.

Глаза блестели, но в них не было сомнений.

— Я всё ещё люблю и думаю о тебе. Но… я правда верю, что нам лучше порознь. Ради счастья каждой из нас.

— Аой… не говори так, — голос матери сорвался.

— Спасибо за всё, мама. Прости, что мы не сможем быть вместе. Даже если мы больше не увидимся… ты навсегда моя мама.

Я всегда буду тебя любить.

Она сказала это с лёгкой улыбкой — как будто тяжесть, годами лежавшая на сердце, наконец исчезла.

Мать видела этот взгляд.

И поняла — переубедить её больше невозможно.

Плечи её опали, и она осела на пол без единого слова.

Так завершилась встреча семьи, впервые за девять лет.

Оставив квартиру, мы направились к парковке, где стояла машина отца.

— Остальное оставь мне. Как будут новости — я свяжусь с вами.

— Спасибо вам. И извините, что втянули вас во всё это.

Отец уверенно кивнул и повернулся к дочери.

— Не нужно благодарить, Аой. Если я могу помочь тебе — этого достаточно.

— И… насчёт мамы…

— Я понял. Я не буду давить на неё больше, чем нужно.

Аой облегчённо кивнула.

— Тогда я поеду.

— Да. Спасибо вам.

Мы смотрели, как машина медленно скрывается за углом.

Когда она исчезла из виду, мы всё ещё стояли неподвижно — молча, переваривая всё, что произошло.

***

После этого мы вернулись домой и решили провести остаток вечера спокойно.

В последнее время Аой-сан пережила куда больше, чем я.

А завтра нам снова предстоят приготовления к школьному фестивалю, поэтому сегодня ей нужно хотя бы немного отдохнуть.

И, главное, учитывая её состояние после расставания с матерью, я хотел дать ей выдохнуть.

Аой-сан наверняка устала от необходимости постоянно держаться.

Посидев немного на диване, она уснула прямо там — будто напряжение наконец-то отпустило.

— Хорошо потрудилась… — тихо сказал я.

Я аккуратно накрыл её пледом, лежащим рядом.

Это уже второй раз, когда я вижу её так спящей. Первый был утром, когда Аой-сан впервые осталась у меня на ночь — тогда я переживал, почему она так долго не просыпается, и заглянул в её комнату.

И вот уже прошли пять месяцев с того дня.

Теперь — по-настоящему — всё, что мучило Аой-сан, закончилось.

Конечно, не без помощи Эйдзи, Изуми, её отца, менеджера на подработке и вообще всех в классе.

Мы вместе смогли убрать препятствие, которое стояло на пути будущего Аой-сан.

Я благодарен каждому.

Но больше всех — самой Аой-сан.

Наверняка были моменты, когда она опускала руки.

Были ночи, когда она не могла уснуть из-за тревог.

Но она не сдалась. Она продолжала меняться — и люди вокруг увидели это и протянули ей руку.

Когда я подумал об этом, меня одновременно переполнили тёплые чувства… и внезапно мелькнула мысль.

Я опоздал.

Это долго сидело во мне — и сейчас я понял:

Моя роль, возможно, закончилась.

Я не заметил, как начал гладить её по голове.

Радость, облегчение, чувство выполненного… и где-то глубоко — лёгкая грусть.

Все эмоции, кроме злости, перемешались внутри.

Но я сказал себе:

Это лучший итог.

Тот, которого я хотел ради неё.

Все эти пять месяцев были ради этого.

— Нн…

Аой тихо, почти по-детски, вздохнула, будто её приятно пощекотало.

Я хотел смотреть на её спящее лицо ещё долго, но заставил себя отвести взгляд и встал.

— Ну что… пора готовить ужин.

Я переключился и ушёл на кухню.

Хотел успеть приготовить до её пробуждения.

Достал продукты, включил плиту.

Обычно я долго думаю, что готовить, но сегодня решение было готово заранее.

Я обещал ей.

Поэтому ужин мог быть только один.

Через час всё было накрыто на столе.

— …Пахнет вкусно.

Будто почувствовав аромат, Аой-сан проснулась.

Сонно потерла глаза, повернулась ко мне.

— Ты только встала, может поешь позже?

Она слегка погладила живот.

— Нет… всё в порядке. Я, кажется, проголодалась.

Я поставил перед ней тарелку с рисом.

Аой подошла к столу, увидела блюда — и застыла.

— Акира-кун… это…

— Я обещал, помнишь?

Ты говорила, что хочешь ещё раз попробовать мои гамбург-стейки.

Те самые, которые я впервые приготовил, когда ждал её дома.

Которые делал ещё несколько раз.

И которые она попросила накануне встречи с матерью.

— Спасибо… Я очень рада.

Она улыбнулась — так же, как раньше.

Как будто впервые за долгое время.

Мы сложили ладони.

— Приятного аппетита.

— Приятного.

Она отрезала кусочек, попробовала — и слегка прикрыла рот рукой.

— Вкусно. Почему-то… так тепло и знакомо.

Последний раз было совсем недавно, но за эти недели произошло слишком многое, и время без неё показалось бесконечным.

Я тоже почувствовал облегчение:

Мы снова сидим рядом.

Как обычно.

После ужина мы приняли душ и снова устроились на диване.

Телевизор тихо фонил.

Время подходило к одиннадцати вечера — значит, пора.

— Аой-сан, я приготовил для тебя десерт.

— Десерт?

Она наклонила голову — мило, как всегда.

[[image:/storage/reader-images/4639cead254c31a993578ac9b8c668524365e275.jpg]]
Я встал, ушёл на кухню.

Вернулся с двумя стаканчиками.

Протянул ей один.

Она замерла.

Глаза расширились.

— Это… тот самый пудинг, который папа покупал мне в детстве…

Да.

Пудинг из чайной лавки Кагэцу, где я встречался с её отцом.

— Почему ты его купил?..

— Мы говорили с твоим отцом там — в Кагэцу.

Он сказал, что раньше всегда брал тебе этот пудинг.

Поэтому… я решил принести его тебе.

Она тихо открыла крышку.

Осторожно взяла ложкой — и закрыла глаза, наслаждаясь.

Мы ели молча.

Пудинг таял во рту.

И вдруг — тихий всхлип.

Я повернулся —

Аой плакала.

Но это были не горячие, отчаянные слёзы, как в тот день.

Это были слёзы тихие.

Сдержанные.

Слёзы человека, который отпускает прошлое.

Может, она прощалась с воспоминаниями о семье.

Только она знает, что чувствовала — но я понял.

— Вкусно, правда?..

— Да.

Возможно, они больше никогда не будут есть его втроём.

Но я верю — однажды она сможет съесть его с отцом, вспоминая не боль, а тепло.

Она доела и долго смотрела внутрь баночки.

— Хочешь ещё?..

— Нет… не поэтому. Хотя… я бы и не отказалась… но…

Я понял, что она хотела сказать — раньше, чем она произнесла.

Мы думали об одном и том же.

— Я тоже хотел того же, — сказал я.

Пудинг был не просто сладостью.

Он стал границей — между прошлым и тем, что ждёт дальше.

И, возможно, тот день, когда Аой снова будет есть его вместе с отцом, наступит раньше, чем кажется.

----------

Затем мы полностью посвятили всё время подготовке

На следующий день, придя в школу и ещё до начала утреннего класса—

Мы с Аой-сан стояли у кафедры, а взгляды всех одноклассников были прикованы к нам.

Прошло уже две недели с тех пор, как Аой-сан не посещала школу, и я уверен, у всех накопилось множество вопросов, которые они хотели бы ей задать.

Но, не создавая шума, они спокойно ждали, когда мы сами начнём говорить.

Хотя, естественно, все были удивлены, увидев Аой-сан в школе.

— Эмм…

Аой-сан выглядела напряжённой, слова давались ей тяжело.

И это неудивительно.

Пусть сейчас она уже чувствует себя гораздо спокойнее среди одноклассников, но по своей природе Аой — страшно застенчивая.

Всего несколько месяцев назад, когда она ещё была блондинкой, она не могла поговорить ни с кем и держалась в стороне ото всех.

Она не из тех, кто легко выходит и говорит перед толпой.

Все это знают — поэтому никто и не давил, не создавая тяжёлой атмосферы.

Но, несмотря на всё, Аой-сан решила обратиться ко всем и сказать сама.

Она положила руку на грудь, медленно вдохнула.

— Ребята… простите.

Голос был тихим, но ясным и уверенным.

— Несмотря на то что я являюсь членом комитета школьного фестиваля, я отсутствовала две недели… Наверное, я доставила всем много неудобств. Начиная с сегодняшнего дня, я постараюсь всё исправить, поэтому прошу — простите меня.

Аой-сан глубоко поклонилась.

В классе воцарилась тишина,

Все смотрели на неё с искренним участием.

— Всё в порядке, Аой-сан.

Первой мягко откликнулась одна из девушек.

— Мы знаем, что ты очень старалась. Мы знаем, что ты обходила кафе и выбирала меню — не только после уроков, но даже в выходные. Ты работала, даже когда мы этого не видели. Тебе не нужно извиняться.

Аой-сан прикусила губу, словно стараясь сдержать эмоции от добрых слов.

— Точно-точно. Ты могла бы и дольше отдыхать, если нужно.

— Не перенапрягайся. Если тебе снова потребуется пауза — смело рассчитывай на нас.

И один за другим одноклассники начали поддерживать её — слова тепла и заботы заполняли класс.

С каждым разом выражение Аой-сан становилось мягче.

Сдержанные чувства прорывались, и благодарность наполняла глаза слезами.

— Аой-сан.

Я, стоявший рядом, протянул ей платок.

— Спасибо…

Она приняла его, улыбаясь — пусть щеки были мокрыми.

В последнее время Аой-сан часто плачет.

Но слёзы — не всегда знак печали.

Я будто впервые понял,

Как прекрасны слёзы, рождающиеся от счастья.

***

Вот плавный художественный перевод этой части на русский язык:

Таким образом, Аой-сан вернулась к подготовке к школьному фестивалю, и до самого события оставалось меньше двух недель.

Это был последний рывок, поэтому я решил проверить, как продвигается работа каждой команды на данный момент.

Сначала — команда костюмов под руководством Изуми.

Я немного волновался насчёт этой команды, ведь их производство, вероятно, самое дорогое.

Но на деле всё шло хорошо: к этому моменту они уже завершили около пяти костюмов, выполненных из японских кимоно.

— В день фестиваля мы будем по очереди выступать группами по восемь человек, так что нам осталось сделать всего три костюма.

— Три костюма? По одному на каждую девочку?

— Конечно, нет. Мы будем комбинировать.

— Комбинировать? А тогда зачем ты попросила меня снять мерки Аой-сан?

— Э…

— Нет, не «Э…».

Не обязательно делать костюм точного размера Аой-сан.

Наоборот, будет удобнее, если костюмы будут подходить всем.

— А-ах… теперь понимаю.

Изуми слегка покраснела, отвернулась и тихо пробормотала, взгляд её метался.

— Ты… неужели…

Она сделала это специально!?

Нет, это точно было намеренно!

Спасибо тебе за такие яркие воспоминания!

— Спасибо за это… то есть, у меня один вопрос…

Но тут Изуми позвала одноклассница, и она поспешила уйти.

Я хотел снова спросить о том, о чём она шептала, но забыл — так и не задал вопрос.

Наверное, это была важная деталь, но как ни стараюсь — не вспомню.

Да, если упустить момент, его уже не вернёшь.

Далее — команда по подготовке реквизита, которой руководил Эйдзи.

Столы и стулья, которые будут использоваться на фестивале, уже расставлены, а посуда принесена из дома Изуми.

Сейчас они обсуждали интерьер, и как только решение будет принято, планировали закупать необходимые предметы.

— Каким будет интерьер?

— Я вдохновляюсь дизайном чайных, которые видел в интернете. Если описать одним словом — ретро в японском стиле.

— Наши костюмы будут с мотивами кимоно или романтики периода Тайсё, так что это подойдёт идеально.

Конечно, присутствие блондинистых элементов в костюмах означает, что они не будут чисто японскими, но Изуми планировала продолжать работу, ориентируясь на собственное видение.

Я же в плане вкуса не слишком уверен, так что доверился Эйдзи.

Что касается инструкции по обслуживанию гостей — это наша с Аой-сан ответственность.

Мы запланировали провести половину следующей недели, где я буду обучать мальчиков, а Аой-сан — девочек.

Я удивился, когда понял, что неплохо справляюсь с этим.

Раньше мне было тяжело улыбаться гостям, а теперь я получаю удовольствие, действуя по-своему.

Если уж я могу обслуживать клиентов, уверен, что и все остальные справятся.

Дальше — подготовка сладостей для меню.

Так как они быстро портятся, мы забронировали кулинарный кабинет школы на день-два перед фестивалем.

Чтобы приготовить четыре выбранных вида десертов, мы попросим помощи того, кто умеет готовить.

На данный момент запланировали закупку ингредиентов в первой половине следующей недели.

Эйдзи и Изуми уже поделились со всеми методами приготовления, которым учила Хиёри.

Мы с Аой-сан тоже планировали присоединиться, чтобы не отстать.

Дни подготовки пролетели быстро, и вот, в пятницу вечером, накануне фестиваля:

— Готово!

— Невероятно, что мы уложились в срок.

Голос Изуми, слишком радостный, раздавался перед рядом выстроенных на столе чайных сладостей в кулинарной мастерской.

За день до школьного фестиваля занятий не было — вся школа готовилась к нему, — и пока каждая команда занималась финальной подготовкой, мы с Аой-сан и Изуми провели уже второй день подряд в кулинарной мастерской вместе с другими участниками.

Нам удалось завершить приготовление чайных десертов для меню японского кафе «Блонди-гяру».

Четыре вида десертов были выложены на квадратных тарелках с рисунком сакуры, позаимствованным из кафе, где мы работали неполный день.

В набор входили: ёкан из матча и каштана, мандзю из матча, матча-тирамису и мороженое из матча и ванили.

Хотя порции были небольшими, большой набор позволял гостям насладиться разнообразием вкусов, идеально сочетающихся с матча.

Всего за два дня было приготовлено двести порций.

Смотря на всё это, аккуратно разложенное на столе, невольно испытываешь восхищение.

Кажется, все ощущали то же самое, удовлетворённо рассматривая чайные десерты.

— Ну что, давайте попробуем.

— Да!

Под руководством Изуми девушки рассмеялись и начали выбирать себе то, что им нравится.

— Какой выберешь, Аой-сан?

— Не знаю… Слишком много вариантов.

— Акира-кун, можно я съем всё?

Изуми заговорила несколько чересчур.

— В плане эмоций, наверное, можно, но у нас нет времени переделывать то, что мы пробуем, а ингредиентов тоже немного. Извини, но придётся делиться с остальными.

— Понятно! Тогда я возьму ёкан… ммм~вкусно!

— Изуми-сан, а матча-тирамису тоже вкусное.

— Правда? Где? …Ага. Этот больше для взрослых.

Радостно видеть, как не только Аой-сан и Изуми, но и остальные весело общаются и пробуют понравившиеся сладости, хотя пока ещё слишком рано расслабляться.

— Остальное мы с Изуми и Аой-сан положим в холодильник, так что дегустаторы могут уходить первыми.

Время к окончанию занятий стремительно приближалось.

Когда все попробовали, я попросил их идти домой.

После того как мастерская опустела, Эйдзи, готовивший класс к фестивалю, подошёл к нам с другой стороны комнаты.

— Отличная работа, ребята.

— А как там всё прошло?

— Без проблем. Осталось лишь лёгкое завершение завтра утром.

— Отлично. Нам тоже останется только поставить десерты в холодильник и всё.

— Я помогу.

Мы втроём с Аой-сан и Эйдзи аккуратно убрали десерты в холодильник.

Через некоторое время всё было убрано, и мы вернулись в класс, чтобы забрать сумки и осмотреть помещение.

— О… это потрясающе.

— Великолепно…

Мы с Аой-сан невольно восхищённо воскликнули.

Столы и стулья из дерева расставлены в классе, скатерти зелёного и коричневого цвета из льна.

В центре стола стоят небольшие вазы с различными цветами.

Это сильно контрастировало с интерьером чайной, в которой мы побывали с Аой-сан.

Помещение было красочным, но при этом сохраняло спокойную атмосферу.

— Как и ожидалось от Эйдзи. Совершенно идеально.

— Спасибо. Хотя в основном я только черпал идеи из кафе, которые находил в интернете.

— Нет, нет. Идеи — это одно, а воспроизвести их — совсем другое. Так что это действительно впечатляет.

Мне кажется, Эйдзи был рожден с хорошим вкусом.

Похоже, Бог дал ему многое: лицо, ум, хороший характер и даже вкус. Сколько же добродетелей нужно было накопить в прошлой жизни, чтобы родиться с такими способностями?

Серьёзно, немного поделись этим с нами.

— Вы должны увидеть заднюю часть класса.

Примерно треть класса была отделена шторами с двухтонной расцветкой, совпадающей со скатертями. За шторами явно находилась кухня и рабочее пространство.

Когда Эйдзи попросил открыть шторы, мы увидели аккуратно и чисто организованную рабочую зону.

В комнате было достаточно места, чтобы люди могли спокойно проходить мимо друг друга, а рядом располагались рабочие зоны для приготовления чая и сервировки меню — всё продумано для тех, кто действительно выполняет работу.

Одной из самых заметных вещей оказался горизонтальный холодильник внизу комнаты.

— Эйдзи, что с этим большим холодильником?

Невозможно было не заметить — он явно для коммерческого использования, не так ли?

— На самом деле его прислал наш менеджер по работе неполный день.

— Менеджер?

Я даже не слышал ни слова об этом.

— Он сказал, что если вы собираетесь открыть кафе, лучше иметь такой холодильник сзади. Изначально у нас должны были быть просто ящик с охлаждением и маленький холодильник для напитков и чайных сладостей, но с этим мы сможем хранить гораздо больше. А значит, меньше беготни туда-сюда, чтобы пополнять запасы из кулинарной лаборатории.

Спасибо…

За те две недели, что Аой-сан была у матери, она пропускала работу по неполной занятости.

Она не объясняла менеджеру, что это из-за семейных проблем, но, конечно, он понял, что что-то происходит. Вероятно, это была его идея помочь нам.

Не только все в классе оказывали помощь Аой-сан.

— Аой-сан, сможешь пригласить менеджера на школьный фестиваль?

— Да. Я хочу, чтобы он попробовал наши чайные сладости. Попробую связаться с ним позже.

После того как мы проверили всё, мы приготовились идти домой и покинули класс.

По пути домой я искал подходящий момент, чтобы поговорить с Эйдзи и Изуми.

Ведь мне нужно было обсудить с ними кое-что важное.

— Кстати, мы ещё не выбрали пятый десерт, верно?

Изуми заговорила с небольшим сожалением.

Да, именно это я и хотел обсудить.

— На самом деле я хотел обсудить этот вопрос с вами вдвоём.

— О пятых чайных сладостях?

— Да. На самом деле мы уже решили, что будет за пятый десерт, после обсуждения с Аой-сан.

— Эй!? Тогда нужно было сказать нам!

Изуми упрекнула меня, почему я не сообщил.

— Уверен, была причина, правда?

Эйдзи, пытаясь успокоить Изуми, спросил:

— Мы решили, что будем готовить сразу после возвращения Аой-сан. Я хотел попросить Хиёри показать нам рецепт, но она тоже учится и не может прийти в выходной, поэтому я не мог попросить её научить нас заранее. Всё получилось внезапно, но Хиёри должна прийти и показать нам после этого.

— То есть мы будем готовить его у тебя дома сейчас?

— Да.

Это было так неожиданно, что и Эйдзи, и Изуми выглядели поражёнными.

Особенно Изуми, которая только что занималась приготовлением сладостей, и поэтому, вероятно, понимала, насколько это сложно.

Их удивлённые лица смешались с лёгкой тревогой.

— Причина, почему я не сказал вам заранее, — я подумал, что если скажу, вы предложите готовить вместе. Вы оба так усердно работаете ради меня и Аой-сан, поэтому я решил, что сейчас наша очередь работать.

Я не хотел перегружать их ещё больше.

Аой-сан рядом кивнула с твёрдой решимостью.

— Только, ну… я решил сказать вам об этом заранее, чтобы вы не были шокированы, когда мы принесём десерт в школу завтра внезапно. Так что просто ждите.

Я сказал это, чтобы отблагодарить их за всю доброту.

— Акира-кун, знаешь…

Изуми уставилась на меня с самым недовольным выражением лица, которое я когда-либо видел.

Смотря с другой стороны, это можно назвать разочарованием.

— Хватит, прекрати эту ерунду.

— Нет, я же не говорил ерунду…

— Верно. Думаю, я согласен с Изуми.

— Эээ…

Не только Изуми, даже Эйдзи пожал плечами, словно говоря: «Боже мой».

— Забота о других важна, но не нужно так себя вести среди нас. Тебе не нужно чувствовать, что ты обременяешь нас или что мы должны отблагодарить тебя. По крайней мере, мне грустно, когда вы оба ведёте себя так со мной.

Изуми, обычно весёлая, говорила серьёзно.

Это делало её слова ещё сильнее.

— Акира, у тебя странное чувство ответственности, и в некоторых вещах оно делает тебя похожим на настоящего мужчину. Как говорится, «соблюдай этикет, даже когда близок», и я благодарна, что ты следишь за нашими отношениями. Конечно, я понимаю, что это одна из твоих добрых черт. Но знаешь…

Эйдзи осторожно продолжал свои слова.

— Я хочу, чтобы ты был осторожен с нами, но не слишком осторожен.

— Осторожен, но не слишком осторожен…

Эти слова отозвались в моём сердце сильнее, чем я ожидал.

— Думаю, мы все будем осторожны в отношениях с людьми всю жизнь. Это нормально, не повод для пессимизма. Но есть люди, с которыми можно общаться без излишней осторожности. Возможно, таких людей встретишь лишь несколько раз в жизни. Я думаю, что мы четверо — именно такие люди.

— Эйдзи…

— Возможно, «соблюдай этикет, даже когда близок» имеет смысл, но такой этикет не нужен в дружбе, когда люди полностью понимают друг друга. Человеческий разум не может это объяснить полностью, но я думаю, что такие отношения называются «дружбой». Так Эйдзи и Изуми называют наши отношения — между нами четверыми.

Я понял, что должен вдумчиво осмыслить слова Эйдзи и Изуми.

Не только потому, что Изуми говорила с серьёзным взглядом, но и потому что Эйдзи, обычно объективный, говорил от себя, от своего разума.

Я был уверен — это делает счастливым и меня, и Аой-сан.

Прежде всего, я давно считал их своими друзьями.

Я поднял взгляд к небу и глубоко вдохнул, прежде чем встретиться глазами с Аой-сан.

Она улыбнулась и медленно кивнула.

Она, должно быть, уже поняла, что я хочу сказать.

— Спасибо… вам двоим.

В последнее время мы с Аой-сан часто говорили «спасибо».

Но это совсем не казалось лишним.

— Извините, что я всегда так осторожен, как сказал Эйдзи… Но я постараюсь перестать быть чрезмерно осторожным, как вы говорили, хоть это и непросто сразу. Но…

Да, но…

— Если я снова буду слишком осторожен в своих действиях, говорите мне обо всем, как сделали сейчас.

В конце концов, мне слишком стыдно прямо высказывать свои чувства словами, как делает Эйдзи.

Но они, похоже, уже поняли мои запутанные слова.

— В таком случае, я буду говорить сто или двести жалоб, как обычно♪ — Изуми лукаво улыбнулась.

Я не мог сказать, что у неё особый талант в дипломатии и тактичной болтовне.

— Так что же будет последним пунктом меню?

— Матча-пудинг из Kagetsu.

— Матча-пудинг из Kagetsu?

По её реакции было видно, что Изуми уже догадывается.

— Да, он вкусный, но почему вы выбрали именно его?

— Матча-пудинг из Kagetsu — это пудинг, полный воспоминаний для Аой-сан.

Затем мы с Аой-сан объяснили им причину выбора.

О том, как отец Аой-сан часто покупал матча-пудинг из Kagetsu, когда она была маленькой.

О том, как трое членов семьи всегда ждали момента, чтобы съесть пудинг вместе.

О том, что сама Аой-сан забыла, из какого магазина пудинг, но когда я поговорил с её отцом, он сказал, что это матча-пудинг из Kagetsu.

Конечно, мы понимали, что, возможно, не сможем полностью повторить вкус Kagetsu.

Но я хотел, чтобы Аой-сан и её отец могли съесть его вместе, как раньше, пусть даже наш пудинг будет приготовлен нами.

Мы также сказали, что пригласили отца Аой-сан для этой цели.

— Возможно, вы думаете: «Зачем нам готовить его сами? Можно купить в Kagetsu и есть вместе». Но как это объяснить… я чувствую, что в приготовлении есть свой смысл.

Возможно, они этого не поймут, возможно, подумают, что это ради собственного удовольствия.

Но если бы не школьный фестиваль, мы бы не обошли чайные магазины, и если бы её мать не появилась перед нами, я бы не посетил Kagetsu с её отцом и, возможно, никогда бы не узнал его.

Когда я об этом подумал, мне показалось, что есть особый смысл в том, чтобы отец попробовал матча-пудинг, приготовленный своими руками.

— Это не займёт всю ночь, но, думаю, мы будем работать до позднего вечера. Пожалуйста, помогите нам.

Я обратился к ним после объяснения всей ситуации.

— Хорошо. Мы вернёмся домой, подготовимся к ночёвке и поедем к тебе, Акира.

— Спасибо. Изуми, а ты… эээ?

Когда я думал, что Изуми тоже пойдёт, она вдруг заплакала.

Вдруг я вспомнил, как впервые пошёл в торговый центр с Аой-сан. Тогда, рассказывая им о ситуации, она тоже рыдала, как сейчас.

Я всегда думал, что она слишком добрая.

Изуми обняла Аой-сан, похоже, она больше не могла сдерживаться.

— Аой-сан, постараемся, чтобы твой отец сказал: «Вкусно!»

— Да. Спасибо.

— Раз так, я должен спешить домой и подготовиться к ночёвке. Вторая совместная подготовка к чайным угощениям!

Предыдущая проходила без Аой-сан, но на этот раз собрались все участники.

Это первый раз, когда мы все пятеро собираемся вместе с летних каникул в вилле.

И не только Изуми, но и я чувствовал прилив энтузиазма.

***

— Матча-пудинг из магазина Kagetsu?

Когда мы вернулись домой, Хиёри уже была дома, а Изуми и Эйдзи присоединились к нам через некоторое время.

Собравшись в гостиной, мы рассказали Хиёри о ситуации, и её брови слегка нахмурились.

— Ты пробовала его тоже, Хиёри?

— Да. Он мне очень нравится. Матча-пудинг там просто потрясающий.

Я полностью согласился с впечатлением Хиёри.

Действительно, этот матча-пудинг был очень вкусным.

— Но воспроизвести его вкус невозможно.

Хиёри сказала это спокойно.

— Я уже пыталась несколько раз, но не могу добиться точной копии. Было бы проще, если бы был рецепт, но пытаться воспроизвести вкус «на ощупь» очень сложно. Тем более у нас нет много времени.

— Понятно…

Честно говоря, с самого начала я тоже не думал, что нам удастся воспроизвести его идеально.

Даже четыре блюда из сегодняшнего меню вряд ли получится полностью повторить.

Вместо этого, обход чайных магазинов служил лишь ориентиром — цель заключалась не в точной копии вкуса, а в том, чтобы выбрать что-то, что хорошо сочеталось бы с матча.

Но только этот пудинг… мог вновь воссоздать вкус воспоминаний Аой-сан и её отца.

В тот момент гостиную почти окутала тяжёлая атмосфера.

— Я не могу его воспроизвести. Но это не значит, что невозможно.

— Что ты имеешь в виду?

— Суть в том, что если мы сможем создать что-то вкусное и близкое к Kagetsu, то это реально.

Мы замерли, не сразу понимая, что она имела в виду.

Эйдзи уточнил сказанное Хиёри:

— То есть, ты говоришь, что то, что нельзя точно повторить… или точнее, именно потому, что мы не можем его копировать, мы можем заменить недостающие элементы и сделать так, чтобы получилось вкусно?

— Верно. Это реалистичнее, чем пытаться воспроизвести идеально.

Я немного переживал, что это может оказаться сложнее, чем кажется.

Но времени больше не было, и другого выхода, кроме как довериться Хиёри, не было.

— В конце концов, вкус — это вопрос предпочтений, он не абсолютен. Поэтому ориентиром должна быть Аой-сан.

— Я…?

— Самое главное, чтобы Аой-сан считала вкус хорошим. Если цель — чтобы её отец попробовал пудинг, думаю, это лучший вариант. Конечно, лучше воспроизвести Kagetsu, но не стоит слишком зацикливаться на этом.

Аой-сан решительно кивнула.

— Хорошо. Раз так, давайте начнём.

Мы надели фартуки, встали на кухне и сразу приступили к приготовлению матча-пудинга.

Процесс был следующим: сначала взбить яйца с сахаром, затем добавить порошок матча и сливки в указанном порядке и снова перемешать.

Потом постепенно добавлять тёплое молоко, чтобы не было комков, и процедить через мелкое сито — чтобы избавиться от остатков комков или пузырьков и сделать пудинг нежным.

Разлить по формочкам, накрыть фольгой и запечь на водяной бане в микроволновке около 40 минут.

И в конце охладить в холодильнике минимум два часа до застывания.

Но у нас не было времени ждать, поэтому решили попробовать через час.

— Первый прототип.

Мы все замерли перед пудингом, который Хиёри достала из холодильника.

— Хорошо, давайте попробуем.

Мы взяли маленькую порцию и ложку.

Как только мы с волнением попробовали его, я невольно выдохнул:

— Вкусно.

Пудинг был действительно вкусным, баланс сладости и лёгкой горчинки распределялся по рту. На мой вкус, это было сравнимо с коммерческим пудингом.

Только…

— Вкусно, но отличается.

Хиёри, похоже, это полностью понимала.

На мой взгляд, качество вкуса отличалось от вкуса Kagetsu.

— Как тебе, Аой-сан?

— Мне нравится, но, похоже, это как сказала Хиёри-тян.

— Понятно…

Как и ожидалось, сразу воспроизвести вкус с одного раза невозможно.

— Теперь я попробую изменить количество взбитых сливок. Мне кажется, это сильно меняет ощущение во рту.

Хиёри закатала рукава и начала работать, показывая, что нет времени на сомнения.

Её лицо оставалось невозмутимым, как всегда, но я мог видеть её заботу о Аой-сан в том, как она бралась за дело.

— Хиёри, если мы будем работать вместе, не теряем времени, сделаем несколько вариантов одновременно. Если нужно будет что-то изменить, просто скажи нам, и мы сделаем точно так, как ты хочешь.

— Хорошо.

Таким образом мы могли делать несколько прототипов одновременно.

— Эйдзи, записывай все пропорции, которые Хиёри указывает. Если мы будем делать разные варианты вдвоём без тебя, будет трудно вести записи, ты не против?

— Нет, всё нормально.

— Отлично. Начнём!

После нескольких часов проб и ошибок, более десяти прототипов было приготовлено, и уже почти перестали различать вкусы.

— Вот этот…

Когда я попробовал один из прототипов, невольно встретился взглядом с Аой-сан.

— Да. Мне кажется, этот.

Они трое выбрали тот же прототип в ответ на нашу реакцию с Аой-сан.

Изуми и Эйдзи сказали, что вкусно, Хиёри тоже кивнула в знак согласия.

— Да. Немного горчит по сравнению с матча-пудингом из Kagetsu, но вкус и нежность сопоставимы. Возможно, это не идеально для профессионалов, но для нас это лучший вариант.

Если так говорит Хиёри, сомнений нет.

— Отлично. Тогда сделаем пудинг именно по этому образцу.

Осталось лишь бороться со временем.

Приготовление матча-пудинга продолжалось до поздней ночи.

***

Около двух тридцати ночи, немного после того, как дата сменилась…

После того как мы закончили готовить пудинг, мы ненадолго приостановили работу.

Порции были маленькие, ведь это для меню, и хотя готовили мы всего 200 штук, это не было слишком трудоёмко. Мы остановились после того, как сделали около 150 порций, и немного отдохнули перед тем, как закончить оставшиеся.

С этими мыслями мы все отправились спать…

Я уже лёг на футон, но не мог уснуть, поэтому тихо вернулся на кухню один.

Обычно в это время я уже спал, и хотя после целого дня подготовки к школьному фестивалю с самого утра я должен был быть уставшим, сна всё равно не было.

Наоборот, уснуть было сложнее, возможно, потому что я с нетерпением ждал сегодняшнего дня.

— …Чёрт, что я вообще за ребёнок, будто на школьную экскурсию еду…

Я сам себя хотел немного поругать.

— Ладно, ну что же, займусь этим.

В конце концов, если не можешь спать, лучше немного поработать.

Примерно через тридцать минут после того, как я вернулся и продолжил готовить пудинг в одиночку,

— Акира-кун.

Я услышал тихий голос и поднял голову.

Там стояла Аой-сан в пижаме в гостиной.

— Прости… я не разбудила тебя?

— Нет. Я проснулся, чтобы сходить в туалет, и увидел свет.

Аой-сан вошла на кухню и сказала это.

Конечно, было ясно, чем я занимаюсь.

— Я тоже хочу помочь.

— Спасибо. Но тебе нужно отдыхать, Аой-сан. Я занимаюсь этим, потому что не могу уснуть.

Потом по какой-то причине Аой-сан отвела взгляд, слегка смущённая.

— На самом деле… я тоже не могу спать.

— Аой-сан тоже?

— Когда я думаю о сегодняшнем дне, у меня сердце бьётся быстрее. Мне неловко, как будто я маленькая первоклашка, которая идёт на школьную экскурсию.

Я не мог удержать улыбку.

Не ожидал, что она чувствует то же, что и я.

— Понятно. Тогда давай сделаем это вместе.

— Да.

Ночь становилась всё глубже, уже было после трёх.

Я готовил пудинг вместе с Аой-сан на кухне.

В тишине ночи раздавался лишь звук кухонной посуды, слегка подсвеченной светом кухни.

После окончания школьного фестиваля оставалась всего с половиной месяца до конца этого года…

Даже сейчас, занимаясь этим, я понимал, как безжалостно время отсчитывает дни до расставания.

Но когда я думал о том, что провожу время, готовя пудинг вместе с дорогим мне человеком, это однажды останется воспоминанием, которое нельзя будет заменить, — чувство, наполнявшее моё сердце, было не только грустью.

Вдруг я понял.

Возможно… Нет, я уверен.

— Я уверен, что это называют счастьем.

----------

История о превращении красивой и изящной девушки в классе в блондинистую гяру

Наступило утро субботы, день школьного фестиваля.

— Та-да!

Когда все ученики проверяли свои зоны перед началом фестиваля, звонкий голос Изуми разнёсся по классу.

Все обернулись и увидели Изуми в её костюме.

Она была одета в традиционный японский стиль, но в концепции блондинистой гяру для японского кафе.

Верх костюма был белым с цветной вышивкой, низ — длинная юбка-хакaма. Волосы окрашены в блонд, как и задумывалось по концепции.

Изуми повернулась на месте, показывая наряд.

— Эйдзи-кун, как?

— Выглядит здорово.

— Спасибо! Мой парень такой хороший~ Я тебя люблю!

— Я тоже тебя люблю.

Это мероприятие уже не первый раз в классе.

Неважно, что они так публично выражали свои чувства — они действительно выглядели гармонично.

Я немного волновался насчёт сочетания кимоно и образа блондинистой гяру, но в жизни это выглядело идеально. Первый раз видел Изуми с блондом — и это ей очень шло.

Но не только Изуми…

— Аой-сан, давай, заходи.

— Д-да.

Аой-сан заглянула в класс. Изуми вышла и взяла её за руку, чтобы войти.

— Оооо…

Все в классе удивлённо смотрели на неё.

Если Изуми выглядела гламурно, то у Аой-сан был костюм с гортензиями синего и фиолетового цветов на белом фоне.

Цвета спокойные, но красивые, с плавным переходом от синего к бледно-фиолетовому.

Хотя я видел этот костюм раньше, красота всё равно поражала.

И это был первый раз за пять месяцев, когда я видел Аой-сан с блондом.

Я невольно вспомнил день в парке, когда увидел её впервые.

Тогда она была отстранена, редко приходила в школу и почти не общалась с классом.

Теперь её тепло приняли все.

Особенно после того, как она стала членом комитета фестиваля, расстояние между ней и остальными сократилось.

Аой-сан говорила, что вступила в комитет ради меня, но думаю, это было и для её собственного блага.

Даже с блондом, всё выглядело иначе, чем раньше.

Я почувствовал лёгкую грусть и радость одновременно.

— Акира-кун, как думаешь, идёт мне?

Я сдержал лёгкую дрожь в груди.

— Очень идёт.

— Правда?

— Да. На самом деле я хотел ещё раз увидеть тебя с блондом.

— Эй? Акира-кун, тебе больше нравится блонд?

— Нет, я больше люблю твои чёрные волосы, но…

— Но?

Аой-сан наклонила голову мило, как обычно.

— Потому что это напоминает мне о нашей первой встрече.

— Понятно.

Аой-сан слегка улыбнулась.

— Отлично! Теперь остаётся только дождаться начала фестиваля!

— Подожди.

Я остановил Изуми.

— Почему я тоже одет как блондинистая гяру с кимоно!?

Я до этого не говорил, но я тоже надел парик и костюм девушки.

Другими словами, обмен образами, который мы делали с Аой-сан раньше, теперь был и со мной.

— Ладно, Акира, успокойся.

Эйдзи, тоже в костюме блондинистой девушки, взял мой парик со стола и передал его мне, пытаясь успокоить.

— Эйдзи, почему тебе так идёт костюм девушки…?

Он выглядел очень убедительно в кимоно и с длинным блондинистым париком. Даже если бы он серьёзно захотел быть девушкой, выглядел бы хорошо.

Мы все, включая меня, смотрели на него с удивлением.

[[image:/storage/reader-images/ff7b98451a77e823219b6b1bb9dc82483f6a12d0.jpg]]
— Ты тоже хорошо выглядишь, Акира. Ты очень мило смотришься.

— Перестань. Не хвали меня так.

Аой-сан тоже взяла телефон:

— Мне кажется, ты очень мило выглядишь, хочу сделать фото вместе.

— Окей, станьте рядом.

Изуми и Эйдзи с нетерпением сделали фото с Аой-сан, делая множество снимков до начала фестиваля.

Аой-сан сказала, что будет использовать фото как обои на телефоне, но я надеюсь, что это не станет слишком памятным…

После этого в 10:00 начался школьный фестиваль, и наше кафе «Гяру блондинка в японском стиле» открылось для посетителей.

Фестиваль длился с 10:00 до 17:30.

Смена длилась полтора часа для одной команды из восьми человек с пятью ротациями.

Первая команда начинала с меня и Аой-сан, как членов комитета, Изуми и Эйдзи, плюс четыре наших одноклассника. Работа распределялась так: пятеро из нас работали на передней линии, трое — на задней.

Мы с Аой-сан решили не работать по сменам во второй день, а работать три часа подряд.

Мы выбрали такую систему смен, потому что было сложно сразу включиться в работу. Было логично, что мы с Аой-сан, которые уже привыкли обслуживать посетителей, будем работать вначале.

Начали приходить посетители, и я оставил Изуми и Эйдзи отвечать за заднюю часть, пока мы с Аой-сан работали на передней линии.

Через некоторое время начали приходить и обычные посетители, и стало довольно многолюдно.

— Изуми, один набор матча и матча-латте.

— Окей♪

— Акира, как обстановка на передней линии?

— Принесли больше людей с семьями, чем я ожидал. Так будет примерно до обеда.

— Понятно! Места еще достаточно.

Затем Аой-сан, которая принимала заказы, подошла к задней части.

— Изуми, два набора матча.

— Окей-окей♪ Кстати, Аой-сан, как реакция посетителей?

— Всем очень нравится, они с удовольствием всё едят.

— Значит, все наши усилия того стоили!

Как сказала Изуми, действительно приятно видеть посетителей с улыбкой на лице.

Когда я работал неполный день в кафе, мне уже нравилось, когда посетители говорили, как вкусно всё приготовлено или благодарили за блюда. Но сейчас я чувствовал удовлетворение гораздо сильнее.

Я уверен, что остальные тоже так думают, потому что мы сами всё приготовили. Все наши совместные усилия вознаграждались улыбками на лицах посетителей.

— Ладно, я вернусь на переднюю линию, займусь этим.

— Давай!

В середине смены закончилась работа Изуми и Эйдзи, и они сменились командой, продолжая обслуживать оставшуюся часть.

Кафе стало ещё более оживлённым к обеду, но нам удалось держать ситуацию под контролем. Почти к часу дня мы прошли пик — и это было как раз перед тем, как закончилась наша смена с Аой-сан.

— Здравствуйте,— я хотел поприветствовать, но остановился, увидев нового посетителя.

— Эм… Акира-кун, да?

— Да… а!?

Я поспешно снял парик, вспомнив, что я переодет в блондинистую гяру.

— Извините… я не привык одеваться как женщина.

— Не волнуйся. Аой сказала, что так задумано.

— Извините.

Сейчас мне было стыдно, но не так уж сильно. Мы позвонили отцу Аой-сан заранее, и он знал о ситуации.

Но меня волновало не то, что я выгляжу как девушка. Проблема была в том, что с отцом пришли ещё люди.

Рядом с отцом стояла женщина, а у его ног находился мальчик

— Можете проводить нас к нашему столику?

— Да, проходите сюда.

Я проводил их к столу, пытаясь осознать происходящее.

Нет, я понимал, кто они, зная о прошлом Аой-сан и её отца. Но я не ожидал, что он приведёт их сюда.

— Можно заказать два набора матча?

— Да, пожалуйста, подождите немного.

Я поспешил к Аой-сан на задней линии.

— Аой-сан…

Когда я раздвинул занавеску, я увидел Аой-сан прямо перед собой. Она, видимо, собиралась вернуться на переднюю линию.

«Как раз вовремя», — подумал я, успокаивая себя.

— Аой-сан, твой отец только что пришёл. Но…

Я на мгновение потерял дар речи. Не знал, что сказать.

Тогда Аой-сан мягко взяла меня за руку и кивнула.

— Всё в порядке. Я знала.

— Ты знала?

— Извини, что удивила. Я тоже пригласила семью отца.

Да — с ним была его вторая жена и их ребёнок. Но почему Аой-сан пригласила и их?

— Я не могу объяснить словами, но… мне хотелось встретиться с ними.

Тон Аой-сан был спокоен. Хотя словами она не смогла передать всё, чувства внутри неё были ясны.

Теперь, когда она воссоединилась с отцом и рассталась с матерью, естественно, что её отношение к семье изменилось. Только Аой-сан знала, что у неё на сердце, но видя её глаза без колебаний, я понял — волноваться не о чем.

Главное, я рад, что Аой-сан старается двигаться вперёд.

— Понял. Я пойду с тобой.

Я немного нервничал из-за внезапности, но у меня не было причин отказываться.

— Спасибо.

Мы с Аой-сан подошли к их столику с двумя наборами матча в руках.

— Извините, что заставили вас ждать.

Аой-сан передала заказ отцу, я — жене, после чего мы сели напротив. Аой-сан села перед отцом, я — напротив жены, а мальчик сидел на коленях, пряча лицо за мамой.

— Спасибо, что пригласили меня сегодня.

— Нет, спасибо тебе, что пришла, и что отец тоже смог прийти.

Аой-сан и отец обменялись мягкими улыбками. В сравнении с их первой встречей, их поведение стало гораздо более семейным.

— Я представлю их. Это моя жена, Юкари.

— Приятно познакомиться. Спасибо, что пригласили нас тоже.

Юкари поклонилась вежливо.

— А это наш ребёнок — младший брат Аой, Аоши.

— Аоши-кун.

Имя записано так: «Ао» от Аой и «Кокорозаси» (стремление). Факт, что часть имени взята от Аой-сан, — это выражение чувств отца.

На самом деле, даже если в будущем он больше никогда не встретит Аой-сан, он никогда её не забудет. Он хотел быть уверенным, что никогда не забудет, даже на мгновение, что у неё есть двое детей.

Только отец знал, о чём он на самом деле думал, но именно так я это почувствовал.

— Аоши, поздоровайся с Онэ-чан.

Когда Юкари подтолкнула его, глаза Аоши-куна на мгновение встретились с глазами Аой-сан.

Но тут же он спрятал лицо на груди у Юкари.

— Извини, он очень застенчивый.

— Не волнуйся об этом.

Похоже, он ещё не понимает всей ситуации и может зажаться, когда вокруг него много людей, старше него.

— Пожалуйста, наслаждайтесь чаем, пока он не остыл.

— Да, спасибо.

— А про пудинг в меню… мы приготовили его, подражая матча-пудингу из Kagetsu, который обычно покупал папа.

— Пудинг из Kagetsu?

— Да. Мы не смогли сделать вкус точно таким же, но я хотела снова съесть его вместе с папой.

— Понятно…

Отец взял миску и ложку с матча-пудингом и попробовал.

Покивав головой и улыбаясь от удовольствия, он сказал:

— Возможно, вкус отличается от пудинга из Kagetsu, но для меня этот гораздо вкуснее.

Я понял, что это его настоящие чувства.

Юкари тоже взяла пудинг рядом с собой.

— Хочешь, Аоши?

Аоши-кун взял пудинг из рук Юкари.

— Это матча-пудинг, возможно, тебе не понравится, Аоши, но это не страшно?

Юкари передала ему пудинг с ложкой, и Аоши удивительно быстро съел его полностью. Не было видно, что вкус ему не по вкусу, и он смотрел на пустую миску, словно этого было мало.

— Аоши-кун, хочешь ещё?

— …

Аой-сан мягко спросила, и Аоши-кун скромно кивнул.

Аой-сан вернулась в заднюю часть и вскоре вернулась с двумя матча-пудингами в руках.

Один для Аой-сан, а другой, когда она подала Аоши-куну, он снова быстро съел.

Возможно, порции изначально были маленькими, поэтому этого оказалось мало.

— Аоши, скажи спасибо Онэ-чан.

— …

Аоши-кун посмотрел на Аой-сан, всё ещё немного смущаясь.

Затем, вместо слов благодарности, он достал конфету из кармана и положил на стол.

— …Ты мне это даёшь?

— спросила Аой-сан, а Аоши снова спрятался, прижимаясь к груди Юкари.

Отец и Юкари удивлённо наблюдали за ними.

— Аоши, ты правда это даёшь Онэ-чан?

Аой-сан осторожно взяла конфету, предложенную ему.

— Эта конфета — его любимая, он всегда берёт её с собой, когда выходит из дома. Он очень её любит и редко делится…

Он дал что-то очень ценное Аой-сан, которую встретил впервые.

— Спасибо, Аоши-кун.

Аой-сан развернула конфету и положила её в рот.

— Да. Вкусно.

Аоши-кун посмотрел на Аой-сан, когда она улыбнулась.

Наблюдая за их милым общением, я подумал:

Если вкус, который запомнился Аой-сан и её отцу, это пудинг из Kagetsu, то когда Аоши-кун вырастет и вспомнит детство, я надеюсь, что запомнит вкус этой конфеты вместе с Аой-сан.

После этого мы с Аой-сан и её отцом ещё около получаса беседовали.

Радостно видеть, что они могли спокойно поговорить, но у них будет ещё много возможностей в будущем.

Мы с Аой-сан проводили их троих до выхода из класса.

— Я пошла.

— Хорошо. До встречи.

Отец обратился ко мне:

— Спасибо, Акира-кун. Моей благодарности тебе словами не передать.

— И я благодарен за всё, что вы сделали.

— И в будущем… пожалуйста, продолжай заботиться об Аой.

Отец глубоко склонил голову.

Рядом Юкари тоже поклонилась.

«Подними голову», — хотел я сказать, но проглотил слова.

Конечно, нужно понимать, что значит поклон для взрослого человека.

Я должен не только понять, почему они вежливы со старшеклассником, но и почему стараются быть предельно вежливыми в словах и мыслях, и принимать их чувства.

Мне доверили благодарность, уважение, доверие и, что важнее всего, их чувства.

— Конечно.

В ответ на это я вложил всю искренность в свои слова.

— Пока я рядом с ней, я буду защищать её, что бы ни случилось.

— Спасибо…

Мы наблюдали, как они трое уходят из класса.

Затем Аоши-кун, которого несла Юкари, посмотрел на Аой-сан.

Когда их взгляды встретились, Аоши-кун стеснительно спрятал лицо и слегка помахал рукой.

Видя, как Аой-сан радостно помахала ему в ответ, я подумал:

— Аоши-кун похож на Аой-сан не только как её младший брат.

— Правда? В чём именно?

— В том, что он прячет лицо, когда смущён.

— Эм…?

Аой-сан выглядела удивлённой и с вопросительным выражением лица.

— Я не хотел это говорить…

Похоже, сама Аой-сан не осознавала.

— Но знаешь, сейчас ты прикрываешь половину лица руками.

— Эм…?

Да, Аой-сан спрятала лицо, покраснев, когда мы разговаривали.

Когда я слегка подразнил её, Аой-сан быстро убрала руки.

— …Акира-кун, дурак.

Аой-сан посмотрела на меня с надувшейся миной.

Я почувствовал себя немного счастливым, что увидел её обычное, редкое выражение лица.

— Ну, наша смена закончилась, давай переоденемся и посмотрим на фестиваль.

— Да, ты прав.

Когда мы собирались вернуться на заднюю линию класса за вещами…

— Слышала, что вы двое в затруднении!?

Изуми вернулась в класс с паническим выражением лица.

Позади неё был Эйдзи.

— Что? Что случилось?

— Мне позвонили с дежурства. Сказали, что наше кафе слишком переполнено, они не успевают обслуживать всех посетителей, много людей ждёт, и попросили помощи.

— «Эм?»

Невольно мы с Аой-сан повысили голос.

Я посмотрел на вход и увидел очередь ожидающих посетителей.

— Серьёзно…

Класс был полностью забит, и слово «переполнен» точно описывало ситуацию.

— Извини, я не заметил, что пришёл отец Аой-сан.

— Акира, что будем делать?

Эйдзи передал решение мне.

Тут был только один выход.

— Моя смена закончилась, но я останусь, пока ситуация не стабилизируется. Даже если я буду единственным, кто работает на передней линии, проблем не возникнет. К счастью, я всё ещё в костюме, так что как только надену парик, вернусь на место.

— А если это не прекратится? Даже если Акира-кун, опытный в этом деле, останется, если сейчас так много людей, то к вечеру, когда придут отдыхающие, будет ещё более многолюдно.

То, что сказала Изуми, я понимаю и сам.

— Я буду работать до последней минуты как член комитета.

— Я не могу позволить Акира-куну тянуть это в одиночку, так что я тоже помогу!

Действительно, на Изуми можно полностью положиться на таких мероприятиях, как фестиваль.

Я уже ожидал, что она скажет это, поэтому заранее сказал: «до тех пор, пока ситуация не стабилизируется».

— Изуми-сан, всё в порядке.

Затем Аой-сан, стоявшая рядом со мной, сказала:

— Я останусь здесь с Акира-куном.

Тем не менее, Изуми надулa щеки и выглядела недовольной.

Когда я собирался спросить, почему она так недовольна…

— Ах, да ну! Мне всё равно, не хватает ли людей или нет, я всё равно присоединюсь!

Она капризничала, как ребёнок, который не хочет оставаться в стороне.

Ладно, если это то, чего ты хочешь, просто скажи прямо.

— Ведь с нашей презентацией класса мы так заняты, что нет времени обойти весь фестиваль, правда?

— Это тоже способ насладиться фестивалем. Я не хочу пропустить.

— Да уж, вы, ребята…

Ну что ж, я глуп, если буду пытаться их останавливать сейчас.

— Хорошо. Тогда Изуми и Эйдзи займитесь кухней. Мы с Аой-сан будем работать на передней линии.

— Понятно!

С этими словами мы вернулись на свои места.

В итоге, в этот день кафе «Гяру блондинка в японском стиле» оставалось оживлённым до конца школьного фестиваля.

***

После того как первый день школьного фестиваля закончился, все убрались и разошлись…

Кроме нас четверых, Хиёри, которая пришла проведать нас, осталась с нами в задней части класса и устроила встречу на завтра.

Скорее это была не встреча, а обсуждение возникших проблем.

— Не думала, что за первый день продадим почти сто пятьдесят порций…

— Да, это, наверное, можно назвать криком радости~

Изуми вздохнула и присела на стул.

Я, Аой-сан и Эйдзи, которые считали продажи рядом с Изуми, все чувствовали то же самое.

Причина, по которой мы не могли полностью радоваться, даже несмотря на высокий объём продаж, была ясна — запасов на завтра не хватало.

— А как насчёт напитков, достаточно ли у нас запасов?

— С этим всё в порядке. Мы подготовили больше матчa по сниженной цене.

Хотя бы это немного успокаивало.

— Расчёты готовы. Сто сорок две порции, точно.

— В любом случае, запасов на завтра не хватит.

— Да. В конце дня времени не хватало, так что нам пришлось отпустить несколько человек с просьбой вернуться завтра…

— Если они вернутся завтра, хватит ли нам запасов?

— Акира-кун, что скажешь?

Изуми попросила меня принять решение.

Как член комитета, это действительно моя обязанность.

— У нас остался бюджет. Если мы купим как можно больше ингредиентов на оставшиеся деньги, возможно, сможем сделать 50 порций. Но…

Проблема — время.

Я посмотрел на часы: 18:00.

Время, которое мы можем провести в школе, до 18:30, так что сделать это не успеем.

Члены комитета остаются на час дольше обычных учеников, чтобы убрать и обойти всё, но если только Аой-сан и я будем работать дольше на час, мы всё равно не успеем вовремя.

— Даже если мы сделаем это дома, как с пудингом раньше, тогда получилось только потому, что мы готовили только пудинг. Невозможно нам пятерым сделать пятьдесят порций из пяти разных блюд за это время.

Хиёри дала точную оценку ситуации.

То есть, если быть точнее, нам нужна не только время, но и больше рук.

— …

Вот что значит оказаться в тупике со всех сторон.

Может показаться, что нам просто нужно было бы закончить продажи, когда всё будет продано, без добавления новых порций. И если бы кто-то так сказал, возражать было бы нечего.

Но никто здесь не говорил об этом варианте, потому что никто не хотел сдаваться.

Возможно, потому что им было приятно, что то, что они сделали, понравилось людям, и они хотели предложить это ещё большему числу посетителей.

Я уверен, что все в классе чувствуют то же самое.

— Мы не можем больше колебаться.

Нужно принимать решение.

Иногда одних эмоций недостаточно.

— Завтра, с тем, что осталось…

Я хотел было продолжить, как вдруг…

— Запасов на завтра не хватает?

Когда я оглянулся, одна из наших одноклассниц стояла позади нас.

Неужели она пришла забрать что-то забытое?

Я не ожидал, что кто-то ещё из класса остался в школе.

— …На самом деле…

Теперь, когда меня спросили, я понял — скрывать это бессмысленно.

Даже если я попытаюсь умолчать, все быстро узнают правду.

Мы все усердно работали вместе, так что лучше поделиться текущей ситуацией.

И тогда…

— Если у нас будет помощь, мы справимся, да?

— Не могу точно сказать, но думаю, что возможно…

— Тогда я помогу.

Она сказала это без колебаний и достала телефон из кармана.

Вскоре на наши телефоны пришло уведомление.

— Это…

Сообщение в групповом чате, куда входят все наши одноклассники.

Это был призыв помочь с тем, о чём мы только что рассказали.

— Уверена, все помогут.

Будто подтверждая свои слова, мы постепенно стали получать отклики от всех.

Большинство одноклассников ответили, что помогут, чем смогут.

Некоторые извинились, что не могут прийти, но пообещали сделать всё возможное, чтобы обслуживать посетителей завтра.

— Акира-кун…

Аой-сан улыбнулась и кивнула.

Даже без слов я почувствовал то же самое.

— Давайте сделаем это вместе прямо сейчас!

— Вот так и нужно!

Изуми, как обычно, вздохнула с облегчением и тяжестью одновременно.

— Акира, подожди.

Хиёри вмешалась и немного охладила пыл Изуми:

— Даже если все придут, у нас просто нет места. Наш дом не сможет вместить так много людей

— Тогда у меня есть идея.

Я достал телефон и позвонил.

Когда я рассказал, что случилось, человек на том конце согласился, хотя просьба была срочной.

— Кому ты звонил?

— В наше место работы на подработке. Менеджер сказал, что закроет на час раньше и даст нам использовать помещение.

— Там действительно есть всё оборудование, которое нам нужно, и много места!

— Отлично. Отправим адрес заведения в группу и быстро туда направимся. Аой-сан и Изуми, прошу вас пойти первым и организовать всех. Я, Эйдзи и Хиёри поедем после того, как купим ингредиенты.

— Понятно.

— Окей!

Я могу только искренне поблагодарить всех.

Я рад, что мы все смогли объединиться, даже так.

***

Когда я пришёл в кофейню, где подрабатываю, после покупок — почти все уже были на месте.

Напряжение ощущалось такое, будто вот-вот начнётся какое-то событие. Наверное, потому что всем было необычно собраться здесь в неожиданное время и в непривычном месте.

— Менеджер, спасибо, что согласились на нашу внезапную просьбу, — сказал я, не успев даже поставить покупки.

— Не переживай. Если могу помочь, почему бы и нет.

— Нет, правда, спасибо. Особенно за холодильник — это очень выручило.

— Я подготовил оборудование, которое вам может понадобиться. Проверьте, всё ли на месте.

— Хорошо.

Я поручил Хиёри заняться проверкой и пошёл искать Аой-сан.

— Акира-кун, спасибо за продукты, — первой окликнула она меня.

— Да не за что. Похоже, собрались почти все?

— Да. Честно, я не ожидала, что придёт столько людей.

Одними словами благодарности здесь не отделаешься. Сказать по-настоящему спасибо мы сможем после того, как всё закончится.

— Итак, слушайте…

Все разговоры сразу стихли, и взгляды повернулись ко мне.

Это будет последняя просьба от меня как от участника школьного фестивального комитета.

Первый и последний наш школьный фестиваль, который мы проводим вместе, подходит к концу — и это чувство немного кололо изнутри.

— Сейчас нам нужно приготовить пятьдесят порций меню на завтра. Если разделимся на группы, управимся быстрее. Максимум работаем до 22:00. До этого времени — рассчитываю на вас.

Ребята дружно ответили, и работа началась.

Хиёри занялась ёканом, Идзуми — матча-тирамису, Эйдзи — мороженым, Аой-сан — пудингом, а я — мандзю. Всех распределили на пять команд.

Через час.

Работа шла гладко, и у меня появилось немного свободного времени. Я наблюдал за Аой-сан издалека.

— Акира, как продвигается? — подошёл Эйдзи с напитком.

Похоже, он хотел немного передохнуть.

— Хорошо. Скоро закончим.

— Повезло тебе. Я, кажется, задержусь чуть дольше.

— Тогда нам тут сидеть и сидеть.

— Верно.

Я взял стакан, который он протягивал, и сделал пару глотков.

— Думаешь об Аой-сан?

Он сразу понял, что я смотрел именно на неё.

Иногда он замечал всё слишком чётко.

— Не то чтобы думаю… просто пытаюсь сформулировать.

Я не знал, правильно ли смогу это объяснить.

Но это ведь Эйдзи — почему бы просто не сказать прямо?

— Кажется, Аой-сан больше не нуждается в моей помощи.

Эйдзи выглядел удивлённым, поэтому я продолжил:

— Я много для неё делал, правда?

— Да. Наверное, даже лучше знаю это, чем ты сам.

— Но всё это время где-то внутри у меня было беспокойство. Правильно ли я поступаю? Не слишком ли вмешиваюсь? Не игнорирую ли её собственные чувства? Она принимала мою помощь, но я всё равно сомневался.

Да, мы говорили достаточно, чтобы я мог понять её. Но людям всегда сложно тянуться к кому-то первыми.

— Но сейчас, глядя на неё… я понял, что это не было ошибкой.

То, что она изменилась, — её заслуга. Я лишь подтолкнул.

Не каждый, кому помогают, меняется. И даже если человек принимает протянутую руку, многое может не получиться.

Но тот, кто всё равно идёт вперёд и работает над собой — обязательно добивается своего.

Аой-сан приняли все — и это результат её собственных усилий.

— Поэтому я думаю, что дальше она справится сама.

— Да… и это, я думаю, хорошо. Настоящее «спасибо».

Я кивнул.

— Помнишь, летом, в тот вечер фестиваля, ты сказал мне: «Пора назвать свои чувства к Аой-сан»?

— Конечно. Я и сейчас так считаю.

— И я понял, что чувствую. Эти три месяца я пытался честно разобраться. И пришёл к выводу…

Только наблюдая за её ростом, я смог это осознать.

— То, что я чувствовал до этого — это не любовь.

Это могло звучать неожиданно, но это была правда.

— Она для меня важна. Как девушка, да — она мне нравилась. Но сильнее всего были чувство ответственности, чувство справедливости и желание защитить её.

Думал, что без меня она не справится. Думал, что только я могу её спасти.

Сейчас вспоминаю — и смешно. Даже немного стыдно.

— А теперь… она самостоятельна. И это значит, что мы можем строить новые отношения — без роли спасателя и спасаемой.

Аой-сан больше не та, кого нужно защищать. И если называть мои чувства — то это не прежняя связь, а та, которая может появиться дальше.

Её независимость важна для нас обоих.

— Думаю, ты прав, — сказал Эйдзи.

— Отношения должны быть равными. Если всё продолжится как раньше, Аой-сан будет чувствовать долг перед тобой выше, чем нужно, и тогда ваши отношения перекосит.

— Я тоже так думаю.

— Особенно важно, чтобы она сама разобралась со своими родителями.

— Да. В этом корень всех её проблем.

— Честно говоря, мне немного грустно. Но, наверное, так и должно быть.

Грусть правильная, тёплая.

— Акира, отличная работа. Жду, какими станут ваши отношения.

— Не знаю, что будет дальше, но постараюсь.

Мы продолжали смотреть на Аой-сан и разговаривать.

— Акира-кун, попробуешь на вкус? — позвала она.

— Сейчас подойду, — ответил я.

Не обязательно сразу. Я разберусь в своих чувствах постепенно.

23:00.

— Готово! — громко объявила Изуми.

Мы не уложились в срок и отпустили всех одноклассников, а сами пятеро продолжили ещё час — пока всё не доделали.

Я не думал, что смогу почувствовать такое удовлетворение дважды.

— Если этого будет мало — просто примем как есть.

— Да. Мы сделали всё, что могли.

Аой-сан кивнула, тоже довольная.

— Завтра будет жарко. Что с расписанием смен?

— Я уже всё продумал.

— И ты не скажешь что-то вроде «я возьму смену, а вы отдыхайте», верно? — сузила глаза Изуми.

Теперь уже нет.

— Я тоже буду работать. Но хочу, чтобы и вы трое были. Особенно Аой-сан — два дня подряд полный рабочий день. Извини, ты не сможешь гулять по фестивалю.

— Мне нормально. Такой способ тоже ничего, — спокойно улыбнулась Аой-сан.

Кажется, они и без меня собирались работать.

— Конечно! Правда, Эйдзи-кун?

— Мы бы всё равно остались.

— Ну, тогда единственное, чего стоит бояться…

— Чего?

— Опять быть блондинкой-гяру. Я наигрался.

Один раз в жизни достаточно.

— Почему? Тебе шло!

— Дело не в том, шло или нет. Ты знаешь, сколько людей меня сегодня фотографировало? Почти каждый. Даже отец Аой-сан видел!

Мне хотелось провалиться под землю от воспоминаний.

— Аой-сан, помоги подбодрить его!

— Эм… я тоже хочу увидеть снова.

Моё лицо явно перекосилось. И приятно, и стыдно одновременно.

— Сегодня был короткий парик. Значит, завтра — длинный.

— Ещё требования??

— Не волнуйся. Я тоже наряжусь.

— Тебе-то зачем? Ты же на кухне работаешь!

Если я открыл дверь — ты, Эйдзи, бери ответственность.

— Ладно-ладно, костюмы потом. А сейчас — домой. Менеджер завтра сам отвезёт сладости в школу. Поблагодарим и пойдём.

Мы попрощались и вышли — уже почти наступало утро.

Вчера мы с Аой-сан полночи делали пудинг. Сон накрыл мгновенно. Я уснул на диване, даже не раздеваясь.

***

Второй день школьного фестиваля пролетел очень быстро.

Как и ожидалось, он прошёл не менее удачно, чем первый.

Десерты раскупили ещё до обеда, но поток посетителей не прекращался — многие заходили просто выпить чаю и отдохнуть, и люди приходили без остановки вплоть до 17:30, когда фестиваль официально завершился.

Когда все одноклассники вернулись в кабинет, мы вместе проводили последних гостей.

Сразу после этого объявили о закрытии фестиваля, и по классу прокатился радостный крик — все хлопали друг друга по ладоням, улыбались, делились эмоциями.

Да, было много хлопот и нервов, но этот фестиваль точно останется в памяти каждого.

Оставалось только одно — большой праздничный салют в честь завершения праздника.

[[image:/storage/reader-images/94202fcb87221a575b44cacd1e58a213ef9c957d.png]]

----------

Эпилог и послесловие автора

Эпилог

— Так… думаю, на этом всё».

После окончания школьного фестиваля мы немного отдохнули, закончив убирать класс.

Все одноклассники уже ушли домой — многие спешили посмотреть салют. Хиёри тоже ушла ещё до завершения фестиваля, так что в классе остались только мы четверо.

Мы могли бы уйти вместе со всеми, но почему-то остались. Наверное, просто не хотелось сразу отпускать то ощущение, что осталось после двух дней фестиваля.

Я сидел на стуле, лениво перебирая какие-то мелочи и наслаждаясь мягким светом в классе.

— Ну… пора и нам собираться».

Но мы действительно не могли сидеть здесь вечно.

Время, когда обычным ученикам нужно покинуть школу, уже подходило.

— Акира-кун, можно тебя… на минутку? После этого?

Аой-сан тихо позвала меня, её щёки чуть покраснели, а взгляд опустился.

Я хорошо знал эту манеру — так она обычно говорила, когда ей было трудно что-то произнести.

— Конечно. Но время почти вышло, нам скоро придётся уходить из школы.

— Члены комитета могут оставаться ещё на час, так что всё нормально, правда?

Она была права — членам комитета разрешено задержаться на час дольше для уборки и прочих дел. Хотя, если честно, когда дел больше нет, оставаться не обязательно.

— Ладно. Нужно что-то сделать?

— Есть место, куда я хочу пойти вместе с тобой…

Почему-то она выглядела взволнованной.

— Мы пойдём домой первыми. Увидимся позже~♪

— Да, до встречи.

— Акира, школьный фестиваль ещё не закончился.

— Э? Что ты имеешь в виду?

Они ушли, не ответив.

В классе, где снова стало тихо, остались только я и Аой-сан.

Не знаю, из-за того ли, что мы остались вдвоём в такое позднее время, или из-за ощущений после фестиваля… но выражение её лица казалось задумчивым, хотя не в плохом смысле.

— Эм… мы же куда-то собирались?

— Да. Пойдём.

Мы вышли из класса и прошли по практически пустому школьному зданию.

То ли потому, что в школе уже никого, то ли потому, что мы шли вдвоём… но атмосфера между нами ощущалась иначе, чем обычно.

Аой-сан привела меня на крышу. Место знакомое, но закат превращал его в нечто новое.

— Ты привела меня… смотреть салют?

— Да. Отсюда видно лучше всего.

Я проверил телефон — почти 18:30.

Салют начинался ровно в это время и должен был длиться около часа. А членам комитета разрешено оставаться до 19:30. В каком-то смысле возможность смотреть салют с крыши — привилегия.

Мы сели рядом на скамейку и стали ждать.

Рядом со мной Аой-сан тёрла руки и аккуратно дышала на них.

В середине ноября после заката становилось резко холодно.

— Я принесу куртку.

— Не надо. Просто руки холодные.

— Но ведь на улице действительно холодно?

— Тогда…

Она на мгновение собралась с духом.

— Э?

— Так будет теплее.

И она взяла меня за руку.

Её пальцы были холодные — но вместе с этим внутри меня будто стало жарче.

Мы держались за руки и раньше, но сейчас всё ощущалось по-другому. Словно это было впервые… нет, даже сильнее. Сердце билось так, будто я впервые держу её руку.

Но я понимал почему.

Дело было не в том, что мы изменились.

А в том, что изменились мои чувства.

…Мы сидели так, пока наши руки постепенно не согрелись, будто тепло смешалось между нами.

В этот момент в небо взметнулся первый салют. Затем — второй, третий… и вскоре небо расцвело яркими огнями.

— Красиво…

— Да.

[[image:/storage/reader-images/f12c46f94de0b2a9514c46aa1fa00f9902315e52.png]]
Это был уже второй салют, который мы смотрели вместе.

Он казался ещё красивее, чем тот летний — возможно, из-за холодного чистого воздуха… а может, из-за того, что изменились мои чувства. Или из-за всего сразу.

Мы молча смотрели на небо, пока Аой-сан вдруг не заговорила:

— Я очень хотела посмотреть его с тобой, Акира-кун.

— Почему?

— Мне Изуми-сан сказала.

— Изуми?

— Когда мальчик и девочка из комитета смотрят салют на крыше…

Она запнулась, щёки порозовели.

— …они будут вместе навсегда.

Она сказала это немного смутившись.

Я знал, что это обычная шутка Изуми. Аой-сан слишком доверчивая — если ей не сказать прямо, что это шутка, она поверит.

Изуми не раз так делала. Видимо, и сейчас — тоже.

Но благодарность я всё равно ощущал.

Мы снова посмотрели на салют.

— В последнее время я хочу, чтобы такие дни никогда не заканчивались…

— …

Аой-сан тихо продолжила:

— Я подружилась со всеми в классе, снова встретилась с папой и бабушкой, смогла разобраться со своими чувствами к маме… и набралась сил встретиться с папиной семьёй. Я правда счастлива. Если бы ты не нашёл меня тогда, я бы не стала такой, какая я сейчас.

Она продолжала говорить, будто выпуская то, что держала внутри.

— Ты так много для меня сделал. И сколько бы я ни благодарила — этого недостаточно.

— Ты сама всё сделала своим усилием.

— Нет… ты правда сделал очень много. И не только то, о чём я сейчас сказала.

— Не только это?

Она кивнула.

— Акира-кун всегда был рядом со мной. Даже когда мы были в детском саду.

— …!?

Эти слова застали меня врасплох.

— Ты… помнишь?

— Я… долгое время всё забыла. Даже когда встретила тебя заново, не могла вспомнить. Но когда ты нашёл меня у детского сада в последний день первой четверти… я вспомнила всё.

Она посмотрела на меня:

— Мальчик, который был рядом со мной тогда — это был ты.

Я думал, что только я помню то время. И не представлял, что она когда-то вспомнит обо мне.

— Когда мы расстались, перейдя в начальную школу, я всё равно думала… может, однажды мы снова будем вместе. Я хотела, чтобы такие дни длились вечно.

Даже зная, что это невозможно, она всё равно надеялась.

Мы с ней думали об одном и том же.

— Мне нужно только одно — чтобы Акира-кун был рядом.

— …Я тоже хочу быть рядом с тобой.

Я сказал это так прямо, как мог.

— …Да. Спасибо.

Её улыбка была тёплой и искренней. В груди поднялось чувство, похожее на лёгкую тоску. Не грусть — скорее, что-то светлое, знакомое. То самое чувство, что я когда-то испытывал к ней в детстве.

Кажется… я больше не мог скрывать свои чувства.

Теперь, когда все проблемы позади, когда мы понимаем друг друга и знаем прошлое…

Я понял, как на самом деле к ней отношусь.

То, что люди называют одним словом — любовь.

Но…

Когда я наконец осознал, что влюбился в неё вновь, у меня появилось маленькое беспокойство.

Слишком незначительное, чтобы назвать его проблемой… но всё же.

Фраза, которую она сказала — «Мне достаточно, если Акира-кун будет рядом» — задела что-то внутри.

У меня нет доказательств.

И всё же…

Мне показалось, что наши пути могут однажды разойтись — не так, как мне бы хотелось.

Пока в небе осыпались последние вспышки салюта, я лишь надеялся, что это — всего лишь моё воображение.

Послесловие автора

Всем привет. Я — Юдзумото Харуто.

Незаметно «Bocchi Gal» уже добралось до третьего тома.

Первый том вышел в прошлом году, в сентябре, так что это уже третий том за семь месяцев. За это время также вышло два тома «Damesuka», получается — пять книг за семь месяцев… Неудивительно, что прошлый год вспоминается слегка размыто.

Я рад, что смог выпустить столько книг и дать читателям больше возможности познакомиться с моими работами, и что часть из них даже переиздавалась. Но, как и следовало ожидать, думаю, я слишком сильно перенапрягся в прошлом году.

Здоровье — это основа для стабильного и качественного творчества.

Создать здоровую среду — и в физическом, и в психологическом смысле — тоже важная часть моей работы. Поэтому в этом году я планирую переехать за город, немного расслабиться и работать в более спокойном темпе (во всяком случае, я на это надеюсь).

Теперь — как я писал в послесловии ко второму тому — эта история была изначально создана как новеллизация манга-видео, сценарий к которому я писал для YouTube-канала Manga Angel Neko Oka.

Сейчас на Manga Angel Neko Oka уже вышло шесть эпизодов продолжения.

Буду рад, если вы посмотрите и версию в формате манга-видео.

И, как уже было объявлено во время выхода второго тома, по этой истории будет выпущено и комикс-издание.

Я не знаю, сколько новой информации станет доступно к моменту выхода третьего тома (поскольку пишу это заранее), но мы будем сообщать всё важное по мере поступления.

Следите за официальным аккаунтом GA Bunko в Twitter (тот самый гурман), за аккаунтом Дзё-си (тот самый вкусный розовый птичка), который отвечает за этот проект, и за моим аккаунтом, и ждите дальнейших новостей.

Надеюсь, вам и дальше будут нравиться новелла, комикс, манга-видео и другие связанные материалы.

И напоследок — слова благодарности.

Спасибо Magako-сан, которая продолжает работать над иллюстрациями к этой новелле.

Спасибо Asagiya-сан, отвечающему за манга-видео на Manga Angel Neko Oka.

Спасибо редакторам и всей команде, которая всегда нас поддерживает.

Спасибо старшим авторам.

Спасибо всем, кто участвовал в создании новеллы на стороне Manga Angel Neko Oka.

И, прежде всего, спасибо всем читателям, которые купили эту книгу.

Надеюсь, мы встретимся снова в следующем томе.

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/f051068e02d1d6a8df9afa36df28ed7952c152f3.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/bcdac98538a4e82f5dfe8fd780a686b10a546d9f.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/228a76bdb3799572dd8f9be3890aab3c0055335d.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/c8792db16ebd2679d8876a5a163cdba7ef2d453d.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/628a447a190ac505a7ebf18eb158f7c33558b239.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/869744fc94213c16e7ae73fda33bf2d9f9a3437a.jpg]]

----------

Пролог

Прошло полгода с тех пор, как я впервые встретил Аой — светловолосую гяру, которую однажды увидел сидящей в парке под дождём.

Полгода — всего одно слово. Но за этим словом скрывается столько событий, что нет смысла пытаться уместить всё в одно определение.

Я помогал Аой привыкнуть к её классу, мы вместе усердно готовились к экзаменам, участвовали в школьных мероприятиях, чтобы исправить её репутацию. А летом мы отправились в деревню, чтобы найти её бабушку.

Все эти усилия не прошли даром — к концу летних каникул все проблемы Аой были решены.

Она даже смогла впервые за девять лет встретиться с отцом и восстановить с ним отношения.

Но радость продлилась недолго.

— Мама Аой, которая не появлялась на протяжении долгого времени, вдруг снова оказалась перед ней.

Она умоляла дочь вернуться и снова жить вместе.

Но было совершенно ясно: её интересовали только деньги — детские выплаты, которые получает Аой.

Она пыталась прикрыться словом «семья», чтобы добиться своего.

Поняв истинные намерения матери, Аой всё равно решила встретиться с ней и разобраться сама — чтобы попытаться начать свою семью заново.

Перед уходом она сказала мне: «Я обязательно вернусь».

Но… всё пошло не так, как хотела Аой.

Мать так и не услышала её. Разрушенные отношения невозможно было восстановить — и Аой попрощалась с ней ради своего будущего.

Так, наконец, все проблемы Аой были решены.

Её окружение полностью изменилось — не узнать, если сравнить с тем, как всё начиналось.

Но изменилась не только жизнь Аой.

Проведённые вместе дни изменили и наши отношения.

Вначале я видел в Аой только свою первую любовь.

В памяти передо мной стоял образ девочки, которая всегда сидела одна в углу класса, такая тихая и одинокая.

Вот почему в тот день под дождём я не смог пройти мимо, когда увидел её на скамейке.

Тогда я ещё не осознавал, что она — моя первая любовь. И помог ей только из-за этого смутного чувства.

Что бы ни послужило толчком, после этого я продолжал помогать Аой не из романтики, а из желания защитить её и чувства ответственности.

Даже когда я узнал, кто она на самом деле, мои чувства не изменились.

Но…

Проводя с ней время, наблюдая, как она сама делает шаг вперёд, как становится сильнее и уже не нуждается в моей помощи, я почувствовал лёгкую тоску — и понял это.

А когда мы вдвоём смотрели на ночном школьном крыше салют, меня накрыла давняя, почти забытая ностальгия.

Будто я вновь почувствовал то, что когда-то пережил ребёнком, но давно потерял.

Это был ответ на чувство, которому я так и не мог дать имя.

Во второй раз в жизни я переживал это.

— Люди называют это чувством «любви».

Теперь, когда я понял, что влюбился в Аой, — каким должно быть моё решение?

Что мне сделать с нашими отношениями, если впереди нас ждёт разлука, пусть даже я этого и не хочу?

Оставалось всего три месяца.

И я, с одной стороны, был счастлив, что вновь полюбил Аой…

Но вместе с этим появились новые тревоги — потому что я наконец понял свои чувства.

И где-то глубоко внутри оставалось маленькое беспокойство, слишком слабое, чтобы назвать его тревогой.

— Мне достаточно того, что Акира-кун рядом со мной.

Несомненно, эти слова были сказаны с пониманием, что так не будет всегда.

Наверное, именно потому, что она знала это, она и смогла их произнести.

Если так, то что на самом деле скрывалось за словами Аой?

Хотя бы оставшееся время мы могли бы провести спокойно — так я думал.

Но тогда я не знал, что это маленькое беспокойство всё-таки оправдается.

Я ненавижу это…

Почему-то всегда именно плохие предчувствия сбываются.

----------

Точно, давайте устроим выпускное путешествие

Вечер субботы, начало декабря.

— Может, сделаем перерыв? — устало протянула Изуми, развалившись в гостиной.

— Уже? — я удивился. — Мы же едва два часа занимаемся.

— Ага, но сейчас как раз время для перекуса, и я голодная. Правда ведь, Аой-сан?

— Да, правда, — согласилась она.

Я взглянул на часы — стрелки показывали ровно три часа дня.

Обычно в такие субботние дни мы собирались вместе и готовились к контрольным.

В первом семестре мы даже устраивали учебный лагерь на две ночи, чтобы Аой-сан не схватила очередную дво… кхм, красную отметку. С тех пор это стало нашей традицией: перед экзаменами собираемся у меня и учимся.

И, кстати, благодаря тому учебному лагерю и её стараниям, Аой-сан без двоек сдала и промежуточные экзамены второго семестра. Поэтому сейчас мы снова устроили мини-лагерь — на этот раз ради итоговых экзаменов, которые начнутся на следующей неделе.

— Раз уж Аой-сан тоже согласна… — протянула Изуми. — И вообще, я кое-что хотела обсудить…

«Ага, конечно, сама она тут ни при чём…» — подумал я.

Когда Изуми так многозначительно намекает, это обычно означает одно: она что-то замышляет.

И, честно говоря, у меня уже заранее было плохое предчувствие.

Но, раз уж она хочет поговорить…

— Ладно, сейчас сделаю перекус.

— Спасибо! Если будет сэнбэй — буду счастлива~♪

— Я как раз купил. Сейчас ещё чаю заварю.

— Вот это сервис! Настоящий идеал мужчины! — радостно выпалила Изуми.

Усталости как не бывало.

— Аой-сан, Эйдзи, вам тоже чай?

— Да, пожалуйста.

— Акира-кун, я помогу, — сказала Аой-сан, поднявшись.

Мы с ней пошли на кухню, забрав пустые кружки.

Я поручил ей чай, а сам достал из шкафа несколько упаковок сэнбэя.

Когда я только начал жить один, закуски особо не покупал. Но потом Хиёри стала часто приходить домой, Изуми тоже зачастила… и я незаметно привык держать дома запасы.

Но, наверное, главная причина — мы с Аой-сан подсели на чай после школьного фестиваля.

Когда всё было готово, мы вернулись в гостиную и разложили чай и сэнбэй на столе.

Изуми тут же распечатала пакет и заговорила:

— На самом деле… я подумала, что нам стоит съездить в выпускное путешествие на Рождество!

— В… выпускное? Сейчас? — я чуть не подавился чаем.

— Я понимаю рождественскую поездку, но какое выпускное, мы же в первом классе старшей школы.

Пока я пытался понять её логику, Эйдзи спокойно объяснил:

— Понимаешь, Акира… Ты ведь в марте переводишься. Так что для тебя наша школа — по сути выпускная. И мы подумали: почему бы не устроить небольшое путешествие на память, перед твоим уходом. А раз уж скоро зимние каникулы и Рождество, то поездка в это время запомнится сильнее.

Вот оно что.

Это просто типичная ситуация: Изуми придумывает странную идею, а Эйдзи подбирает к ней человеческое объяснение.

Иногда я даже завидую их гармонии как пары…

Наверное, я стал обращать на такое внимание только потому, что сам влюбился второй раз в своей жизни.

— В таком случае я только «за». Даже благодарен, — сказал я честно.

Раньше такие разговоры вызывали бы у меня одновременно радость и грусть — ведь я бы снова ощутил, что скоро уеду.

Но теперь, когда я принял своё решение о переводе, мне действительно было приятно.

— Вы уже придумали куда и когда? — спросил я.

— Конечно! — улыбнулась Изуми и достала из сумки туристический гид «Топ лучших горных онсэнов».

Она открыла разворот с пометкой «Снежный фестиваль Юки Акари». Фотографии были шикарные — горы, огни, снег, уютные горячие источники…

— Поедем сюда! Две ночи, с 23 по 25 декабря. Там зимой проходит фестиваль снега. Очень популярное место — и у парочек, и у семей!

— Выглядит круто… Но разве там вообще есть свободные места? Сейчас же сезон.

— Я всё забронировала ещё месяц назад! — гордо заявила Изуми.

— Если не бронировать заранее, все номера на такие даты разлетаются.

— Профессионально подходите, — усмехнулся я. — Но что если бы у меня не получилось?

— Тогда мы поехали бы втроём, — совершенно спокойно ответила она, хрустнув сэнбэем.

Вот тут у меня реально возникло желание швырнуть в неё подушкой.

— Это моё выпускное, а ты тут «втроём поедем»…

— Да ладно тебе. Всё равно у Акира-куна нет планов на Рождество.

— Э-э… — я не нашёлся, что ответить.

Она что намекнула, что у меня нет девушки?

Или что я хотел бы провести Рождество с Аой-сан?

Хотя… скорее первое.

Но в любом случае — я был им благодарен.

— Ладно, раз решили, пора снова за учёбу. Если кто-то получит красную отметку, ему придётся ходить на дополнительные занятия в начале каникул. А это значит, что в путешествие он не едет.

Я сказал это, чтобы подбодрить всех…

Но стоило мне обернуться — Аой-сан уже дрожала как потерянный олень.

— Н-не волнуйся. Ты же без двоек сдала промежуточные экзамены! Мы всё повторим, я тебе помогу.

— П-правда? — её глаза увлажнились.

И вот тут, между прочим… мне стало неловко. И как-то… жарко.

Хотя вроде я не тот человек, которого заводит плачущая девушка…

— Эй, Акира-кун, хватит думать странные вещи, — фыркнула Изуми.

— Н-ничего я не думаю!!

Мы продолжили заниматься — и чай, и сэнбэй не спасали от учебной нагрузки.

Так прошёл весь наш мини-лагерь: два дня, почти без отдыха, одни учебники.

А впереди нас ждала поездка в онсэн на Рождество.

И как ни крути… я уже начал её ждать.

***

Дни пролетели, и финальные экзамены закончились.

В один из вечеров, когда оставалось только дождаться оглашения результатов и церемонии окончания семестра, которая должна была пройти в выходные…

— Рурун-рурун-ру~н♪.

Выйдя из ванной, я услышал приглушённое напевание какой-то незнакомой мелодии из гостиной.

Говоря «кто-то напевает», я немного лукавил. В этом доме живём только я и Аой-сан — значит, это определённо она. Да и по голосу слышно: поёт именно она.

Но я всё равно сказал «кто-то»… по одной причине.

Дело в том, что я ещё ни разу в жизни не слышал, чтобы Аой-сан напевала.

Открыв дверь гостиной, я увидел Аой-сан: она сидела на диване в прекрасном настроении, тихонько напевала и, покачивая головой в такт, перебирала вещи и укладывала их в сумку.

— Сборы к поездке? — спросил я.

— Да. Хотя… наверное, ещё рановато, — беззаботно улыбнулась она, как ребёнок.

— Ты так радуешься, что не можешь не начать собираться?

— Э? Откуда ты знаешь?

— Потому что Аой-сан напевает от счастья.

— Эээ—!?

Аой-сан в изумлении округлила глаза, а спустя секунду вся покраснела.

— Я… я напевала?..

Похоже, она сама не замечала.

— Да. Ты была настолько воодушевлена, что я слышал из коридора.

— Уууух…

[[image:/storage/reader-images/85843a6b6179323d818380edc3f80adb58758aa0.jpg]]
Аой-сан прикрыла лицо руками, тихо постанывая от смущения. От этой реакции я не удержался от улыбки — и желание подшутить всплыло само собой.

— Кстати, можно вопрос?

— …Какой?

— Почему ты напевала именно «Мори-но Кума-сан»?

— Э?

Она на секунду застыла.

— «Мори но… Кума-сан»?

Слегка наклонив голову, удивлённо переспросила.

Похоже, она не осознавала не только то, что пела, но и что именно напевала.

Впрочем, я предполагал это заранее.

Аой-сан немного посидела с серьёзным лицом, обдумывая, потом подняла голову:

— …Наверное… потому что я подумала, что могу встретить медведя. Мы же едем в горы, в район с горячими источниками.

Сказала так, что было непонятно — шутит она или правда так думает.

— П-Понятно…

Что тут вообще ответить?..

Каждый в детстве пел «Мори-но Кума-сан» — в милой японской версии, где медведь добрый и приносит потерянные вещи. Но если вспомнить реальность… медведь — это ни разу не милый персонаж.

На самом деле, «Mori no Kuma-san» — переработанная японская версия американской народной песни, где были строки вроде «я думал, что умру, когда медведь погнался за мной».

Явно не та добрая концовка, которую сделали в Японии.

Но говорить такое Аой-сан у меня язык не повернулся.

— Возможно, медведи сейчас в спячке, так что встретить не получится?

— Понимаю… жаль…

Судя по тихому разочарованию, она действительно ожидала увидеть медведя.

Ну да, образ медведей в поп-культуре слишком милый: Винни-Пух, Рилаккума…

Невольно начинаешь думать о них как о забавных существах.

— Ну да ладно. Главное — ты так ждёшь поездку, что даже напеваешь. Я тоже хочу поскорее туда попасть. И спасибо Изуми и Эйдзи, что организовали выпускную поездку.

Чтобы не продолжать смущать Аой-сан, я решил плавно сменить тему.

— Аой-сан, что-то не так?

Она задумчиво опустила взгляд, потом сказала:

— На самом деле… эту выпускную поездку… предложила я.

— Э…?

— Эйдзи-кун взял на себя бронирование. Но… идея была моя. Я хотела, чтобы у Акиры-куна осталось побольше приятных воспоминаний перед твоим переводом в другую школу.

— Аой-сан…

Честно говоря, я был поражён.

Это был не просто приятный сюрприз — он был огромным.

Я знал, какой раньше была Аой-сан. Она никогда бы не сказала мне прямо, что что-то планирует ради меня. Она бы всё обсуждала с Изуми за моей спиной — как летом, когда хотела стать ко мне ближе, или на школьном фестивале.

А теперь — говорит открыто.

Это мелочь для окружающих, но для неё… это огромный шаг вперёд.

— Спасибо, Аой-сан…

— Не за что. Мне приятно это делать.

Она мягко улыбнулась.

— Если Акира-кун хоть немного рад — я тоже рада.

Я едва удержался, чтобы не растаять от её улыбки.

— Я давно не была в горячих источниках. С тех пор, как мы праздновали конец первого семестра… так что с нетерпением жду.

— Да. Но и Рождество тоже интересно.

— Там же фестиваль снега?

— Да! Специальная рождественская версия. Я так давно не праздновала Рождество… последний раз — ещё до развода родителей. Почти ничего не помню…

Аой-сан сняла свою неизменную заколку-гортензию.

— Это последний подарок, который я получила от мамы с папой.

Эта заколка — её единственная память о счастливой семье.

Теперь, когда она снова встретилась с отцом и рассталась с матерью… как она смотрит на эту вещь?

— Ах…

Я задумался и вспомнил кое-что важное.

— Акира-кун? Что-то случилось?

— Н-Нет, всё нормально!

— Правда?

— Да. Пойду тоже паковать вещи!

Вернувшись в комнату, я закрыл дверь — и только тогда выдохнул:

— Чёрт… я же полностью забыл про рождественский подарок…

Я достал телефон и проверил баланс.

После работы в кафе у меня были сбережения, и в выходные я был свободен — можно сходить и купить подарок.

Кстати, в конце ноября я уволился из кафе.

И менеджер, и Аой-сан расстроились, но мы изначально договаривались, что я останусь только до окончания школьного фестиваля.

Но это сейчас не важно.

— Где и что мне купить?..

Я никогда не выбирал подарков девочке, кроме Хиёри — и то там всё было иначе.

Я забил в поиск «какой подарок нравится девушкам» — и, само собой, ничего полезного не нашёл.

И, кстати, прошу без комментариев вроде «Она тебе не девушка». Сейчас не время.

Три часа я тупо пялился в экран.

— Бесполезно…

В голове — каша.

— Остался только один человек, к кому можно обратиться…

Мне было страшновато писать ей, но выхода не было.

Я отправил сообщение с просьбой помочь выбрать подарок для Аой-сан. Ответ пришёл мгновенно:

«Ок~! Тогда в субботу пойдём по магазинам»

— Ладно… хоть что-то.

То ли потому что засиделся допоздна, то ли от облегчения… стоило мне лечь в постель, как я понял, что уже рассвело.

----------

Первый подарок

В субботу, ровно после часа дня…

— Как и ожидалось… людей сегодня больше, чем обычно…

Я стоял у входа в торговый центр.

Это один из двух крупных комплексов в нашем городе — место, где мы с Аой-сан впервые начали делать совместные покупки, когда стали жить вместе.

Здесь есть кинотеатр, магазины электроники, горячие источники и прочие развлечения для людей всех возрастов и полов. Неудивительно, что по выходным сюда стекаются толпы.

Сегодня здесь особенно многолюдно: семьи с детьми, студенты, пары. Возможно, причина частично в том, что поблизости нет других мест для досуга, а частично — в преддверии Рождества.

Наверное, многие такие, как я, откладывают покупку подарков до последней минуты.

— Но… прошло уже больше полугода с того времени… — пробормотал я себе под нос.

Пока ждал человека, я наблюдал за потоком людей и погружался в воспоминания.

В тот день я пришёл за вещами вместе с Аой-сан, когда у неё ещё были светлые волосы.

Меня беспокоило состояние её волос, поэтому я отвёл её к парикмахеру. И вместо прежнего образа она предстала передо мной красивой и аккуратной девушкой с чёрными волосами, которые ей невероятно шли

Этот случай заставил меня понять смысл выражения «внешность обманчива». Всё началось вскоре после того, как я рассказал Эйдзи и Изуми о ситуации с Аой-сан.

Если бы я не встретил их тогда… возможно, всё было бы иначе сейчас.

— Как же это ностальгично… — вздохнул я.

Мне и Аой-сан было приятно думать об этом без стеснения. Мы оба могли позволить себе такие воспоминания.

Мои мысли неумолимо витали вокруг прошлого, и уголки рта сами собой потянулись в улыбку.

— …Ты чего улыбаешься один, как дурак? — раздался рядом голос.

Я поднял глаза — передо мной стояла Изуми.

Она смотрела с какой-то странной дистанции, будто наблюдала за подозрительным человеком. Достаточно было только немного изменить положение, и можно было притвориться незнакомцем и пройти мимо.

— Лучше держи свои грязные фантазии при себе, — сказала она.

— Да ладно! Я просто думаю о хорошем! — рефлекторно ответил я.

Не знаю, как выглядел со стороны, но мне точно казалось, что я был в здравом уме и твёрдо настроен.

— Ну да… можно сказать, ты совсем не против того, чтобы мальчик выбирал рождественский подарок для девушки и надеялся на положительный ответ, да? — продолжила она с лёгкой улыбкой.

Кажется, даже из её слов непонятно, что именно правильно, а что нет. Возможно, она понимала меня потому, что уже имела опыт отношений, а может, просто внутренне была старше, чем казалась.

В любом случае, было приятно, что она понимала подростка. Но не будем отвлекаться: Изуми пришла, чтобы помочь мне с подарком для Аой-сан — я попросил её об этом вчера вечером.

— Я не против, если меня подшучивают или дразнят, но сегодня я пришёл исключительно за подарком для Аой-сан. Не жди от меня ничего неприличного.

— Э? Даже чуточки?

— Ну… — начал я.

С её строгим взглядом я не мог соврать:

— Ладно, могу признаться… не совсем «ни миллиметра».

— Отлично, что честно. С точки зрения девушки, если парень совсем не думает о подобных вещах, это может запутать. Конечно, зависит от конкретного человека.

Я и сам толком не понимал… что у девушек на уме.

История знает немало случаев, когда кто-то доверчиво приближался к объекту симпатии, а в ответ слышал что-то вроде: «Что? Фу, отвратительно», и сердце разрывалось.

Главное — понять, подходишь ли ты девушке. А у меня пока опыта нет.

— Ещё раз спасибо, что согласилась меня сопровождать, — сказал я.

— Со мной всё будет в порядке, не переживай, — ответила Изуми, слегка похлопав меня по спине, будто подбадривая.

Мы вошли в торговый центр. Народу оказалось больше, чем я ожидал: семьи с детьми, пары, студенты — все наслаждались шоппингом.

Я шёл рядом с Изуми, думая, что лучше бы не встретить одноклассников.

— Ты уже решила, что хочешь купить? — спросила она.

— Нет… пока нет.

— Совсем нет?

Я кивнул с сожалением.

— Я много думал, искал в интернете, что нравится девушкам, но никогда раньше не дарил подарок кроме Хиёри… и чем больше я думаю, тем меньше понимаю, и тем больше увязаю в сомнениях.

— Понятно.

— Если возможно, хочу выбрать что-то, что можно носить.

Изуми слушала, кивала, внимательно выслушивая. Сегодня она была особенно внимательной.

— Честно говоря, я полагаюсь на тебя как на последнюю надежду… — признался я.

Изуми улыбнулась своей привычной невинной улыбкой:

— Не стоит так переживать. Ты не должен чувствовать себя виноватым передо мной.

— Правда? — удивился я.

— Конечно. Я понимаю твои чувства, ведь сама тоже была в такой ситуации.

— Ты тоже?

— Когда я дарила свой первый подарок Эйдзи-куну, мне было трудно выбрать подходящий.

Она сказала это с необычно задумчивым тоном.

— Удивительно слышать, что Изуми тоже сталкивалась с трудностями.

— Ты ведь не знаешь, когда мы с Эйдзи начали встречаться… — продолжила она.

И правда, я ничего не знал о начале их отношений. Когда я перевёлся в новую школу в середине первого года, они уже встречались открыто и без стеснения, как делают сейчас. Я думал, что так было с самого начала.

— В начале наших отношений, конечно, я даже не слышала, как вы познакомились, — добавила она, слегка смущаясь.

— Эйдзи-кун не любил обсуждать такие вещи с друзьями, и я тоже никогда не упоминала.

Затем она неожиданно сказала:

— На самом деле, однажды меня отверг Эйдзи-кун.

— Чего…!?

Мои ноги невольно остановились.

— Удивлён?

— Конечно, я удивлена. Серьёзно…?

Я сказал это, снова делая шаг вперёд.

Трудно поверить, что у них с Эйдзи была такая история.

— Ты ведь знаешь, я человек, который сразу действует, если в голове возникает мысль или желание, да? — продолжила Изуми.

— Да. Хорошо или плохо — это твоя черта характера, Изуми.

— Считаю, что это и достоинство, и недостаток одновременно. Я могу действовать, но часто делаю это импульсивно. Так было и с любовью: я призналась Эйдзи-куну ещё до того, как мы толком узнали друг друга. Конечно, он меня тогда отверг.

Ах… да, теперь легко понять, почему она так говорит.

Не потому, что Эйдзи отверг её, а потому что она призналась раньше, чем он успел узнать её достаточно хорошо, чтобы начать встречаться. У него просто не было другого выбора.

Эйдзи всегда справедлив во всём, он не будет встречаться с кем-то наполовину.

Если посмотреть с другой стороны, тот факт, что Эйдзи в итоге выбрал девушку по имени Асамия Изуми, доказывает, что она действительно привлекла его.

— Потом я начала сближаться с ним снова. Он стал узнавать меня лучше, а я узнавала больше о нём. И я влюбилась в него ещё сильнее, чем когда меня отвергли.

Изуми — человек, который никогда не сдаётся, даже после отказа. Наверное, поэтому Эйдзи позже откликнулся на её чувства.

— Но после того первого отказа я думала, что не смогу признаться второй раз, даже если узнаем друг друга получше. И тут я узнала, что скоро у Эйдзи день рождения, и решила: «Подарю ему подарок и снова признаюсь!» Но, как и у тебя, Акира-кун… я не знала, что именно выбрать.

— Поэтому ты так хорошо понимаешь меня.

— Я искала, спрашивала друзей Эйдзи о его вкусах, посещала магазины снова и снова. В конце концов, я так и не смогла выбрать подарок, и наступил его день рождения.

— И что тогда произошло? — спросил я с замиранием сердца.

— Я призналась без подарка.

Серьёзно…

— Я собиралась подготовить подарок и признаться вместе с поздравлением, но не смогла выбрать. Я сказала ему честно, что мне жаль.

Она могла бы отложить признание.

Но она не сделала этого — типично для Изуми: она никогда не изменяет принятому решению.

— Иногда сомневаться полезно. Когда я была в растерянности, почти плакала, думая, что это точно не сработает… Но Эйдзи ответил взаимностью.

— Почему Эйдзи согласился?

— Он сказал, что то, как усердно я старалась выбрать подарок, уже многое значило. «Факт, что ты не смогла выбрать подарок, показывает, как серьёзно ты относишься ко мне. На самом деле, твоя неспособность выбрать подарок заставила меня понять силу твоих чувств ко мне», — сказал он.

Вот как…

Такой подход — это, конечно, фирменная черта Эйдзи.

Если бы Изуми сосредоточилась только на том, чтобы вручить подарок и признаться, жертвуя своими настоящими желаниями, Эйдзи мог бы не понять её чувств. Подарок — всего лишь повод выразить свои чувства.

Главное — искренне думать о другом человеке.

— Ты сейчас, Акира-кун, как я тогда. Конечно, я помогу тебе.

— …Спасибо.

Когда я дослушал рассказ Изуми, странным образом моё нетерпение куда-то исчезло.

— Верно… дело не в самом подарке, а в том, что ты думаешь о человеке, которому собираешься его подарить.

— Да. Но если я буду помогать тебе, не переживай, что получится так же, как тогда со мной: ты не сможешь подготовить ничего. Так что можешь быть спокоен!

Изуми положила руку на грудь и с гордостью похлопала себя по ней.

Я всегда считал её более надёжной, чем обычно.

— И вот мы на месте.

— А? Уже пришли?

Изуми остановилась перед магазином.

Я остановился вместе с ней.

Перед моими глазами открылось красочное пространство.

Изуми привела меня в магазин женского белья — запретный сад для мальчиков.

Хотя это место, куда мечтает попасть каждый старшеклассник-мальчик, им запрещено даже проходить мимо, и всё, что им остаётся — смотреть издалека или украдкой заглядывать с боку.

Если бы сюда пускали мужчин, они, наверное, были бы либо очень смелыми, либо развратными с какими-то специфическими наклонностями. Либо это настоящий парень с «паспортом» под названием «бойфренд», но захочешь ли ты идти с ним — это уже другой вопрос.

Иными словами, для большинства парней это место — словно другой мир.

Но всё равно это место поражает воображение… Стены, уставленные нижним бельём в аккуратных рядах: сверху, снизу, слева и справа. Цветной лес белья на 360 градусов. Я шагнул внутрь и почувствовал себя как Алиса в Стране чудес.

Почему я нахожусь в магазине женского белья вместе с девушкой моего друга?

Честно говоря, это очень неловко.

— Давай просто зайдём внутрь♪

— П-подожди!

Я в панике схватил Изуми за плечо и удерживал её изо всех сил.

Из-за удивления, неловкости и смущения я буквально ослабел.

— Что случилось?

— Что что? Почему мы в магазине женского белья?

— Я подумала, что будет неплохо купить бельё в подарок для Аой-сан.

— Ха…?

Моя мысль замерла, услышав такой неожиданный совет.

Она серьёзно…?

— Это любимое место Аой-сан. Помнишь, когда мы впервые втроём пили чай? После этого Аой-сан и я купили бельё здесь. С тех пор мы часто приходим сюда за покупками вместе.

Ах да… действительно был такой случай.

После того как я спросил Аой-сан, есть ли что-то, что она хочет купить после того, как привела себя в порядок в салоне, она как будто колебалась, не желая говорить прямо, хотя на самом деле что-то имелось.

Позже, встретившись с Изуми и Эйдзи, я рассказал им, что произошло.

Аой-сан осталась с Изуми, а я вернулся домой раньше… В ту ночь, когда я открыл стиральную машину, чтобы сушить её вещи, которые она оставила включёнными во сне, я обнаружил несколько новых комплектов белья.

То есть, похоже, это тот магазин, где Аой-сан покупала бельё тогда.

По какой-то причине это вызвало у меня ностальгию… Нет, не только это!

— Я знаю, что именно нравится Аой-сан, так что всё будет в порядке. А, или нам не выбирать по её вкусу, а по твоему, Акира-кун?

— Ч-так… что?

Я был так смущён, что не смог удержаться и возмутился.

Да, это удовлетворяло бы моё любопытство, но это совсем не то, что я имел в виду под словом «можно носить».

Нет, это что-то значит, но… не так.

— Хотя я и думал, что бельё может быть подарком.

— Нет, ну…

Конечно, если посмотреть в интернете, бельё — это вариант.

Это не стандартный подарок, но некоторые дарят его как сюрприз, чтобы удивить партнёра или разнообразить долгие отношения. Конечно, парень будет рад, если его девушка наденет выбранное им бельё.

Просто представить это — уже приятно и захватывающе.

Так что можно сказать, что подарок должен быть в её вкусе, но реально вручить его почти невозможно, если вы не пара…

Для некоторых людей это просто невозможно, даже если вы вместе.

— Подумай спокойно. Было бы очень странно, если бы парень, который не твой бойфренд, подарил тебе бельё, не так ли?

— Правда?

— Изуми, как бы ты себя почувствовала, если бы кто-то, кроме Эйдзи, подарил тебе бельё?

— Это было бы отвратительно. Я бы не приняла.

— …То есть Аой-сан сочтёт меня отвратительным, да?

Просто представить это — и у меня уже сердце сжалось от боли.

Если так произойдёт, оставшиеся три месяца будут сущим адом.

— Хмм…

Похоже, я объяснил это простым способом, сравнив с историей Изуми и Эйдзи.

Тем не менее, Изуми, похоже, не совсем понимает, и, положив палец на подбородок, задумалась.

— Всё же, как ты сказал, думаю, с вашими отношениями сейчас это не проблема. Но я понимаю. Если так, то нет нужды заставлять Акира-куна дарить подарок Аой-сан.

— Благодарю за понимание.

Я тоже подросток, это время, когда мысли могут быть одновременно здоровыми и не совсем здоровыми.

Честно говоря, мне было бы приятно, если бы Аой-сан надела выбранное мной бельё. Я бы соврал, если бы сказал, что у меня никогда не было таких фантазий, и, если честно, я хотел бы когда-нибудь увидеть её в нём. Но дарить это в качестве подарка — совсем другой вопрос.

Когда я похлопал себя по груди, я внезапно понял: мой первый подарок в жизни для девушки не будет бельём.

— Вместо этого я дам Аой-сан бельё, а ты, Акира-кун, просто выбирай!

— Почему так?!

Изуми повысила голос, будто это была отличная идея.

Я немедленно возразил.

— Что? Есть другой вариант?

Наверное, я выглядел как будто много жалуюсь.

Её щеки надулся от раздражения, а брови сдвинулись.

— Не обязательно, чтобы я выбирал, да?

Затем Изуми вздохнула с лёгким разочарованием, словно говоря: «Ты совсем не понимаешь, Акира-кун».

— Слушай, Акира-кун, представь себе…

— Д-да…

Изуми подняла на меня указательный палец.

— Разве тебе не приятно просто представить, что девушка, с которой ты живёшь, носит бельё, которое ты выбрал? Я дам тебе такую возможность в качестве рождественского подарка, Акира-кун. Уверена, тебе будет приятно проводить дни, думая: «Интересно, носит ли она бельё, которое я выбрал сегодня?»

Изуми похлопала меня по плечу с выражением удовлетворения на лице.

— Изуми, ты… гений?

Я невольно выдал свои настоящие чувства в её предложении, которое так точно понимало скрытые мотивы подростка-мальчика.

Затем Изуми положила руку на меня, как будто говорила, что не нужно продолжать говорить вслух.

— Тебе неудобно дарить бельё Аой-сан. Но если ты выберешь бельё, которое я дам Аой-сан, ты сможешь реализовать свои фантазии без неловкости.

— Ох…

— Конечно, ты можешь подумать, что нет смысла выбирать, но взамен за то, что я помогу тебе выбрать подарок Аой-сан, я попрошу тебя помочь мне выбрать подарок для неё.

— Понимаю… так это условие обмена.

Хотя я и не ожидал такого исхода, раз уж я просил Изуми помочь выбрать подарок, я не мог проигнорировать её просьбу.

Могу ли я быть таким жестоким к другу? Нет, не могу.

Даже если Аой-сан узнает, что это я выбирал бельё, у меня есть законная причина — предложение Изуми было обменом.

Не ожидал, что всё дойдёт до такого, но выбирать бельё для Аой-сан…

Честно говоря, я оказался в полном замешательстве, но раз это условие обмена, выбора нет.

— Хорошо, я понял. Если это так, придётся сотрудничать.

— Спасибо. Тогда давай зайдём внутрь♪

Хотя формально выбора не было, в глубине души я с энтузиазмом пошёл за Изуми в магазин.

Однако напряжение от скрытого мотиватора тут же рухнуло, когда мы вошли внутрь. Оказавшись в окружении белья, я вынужден был быть максимально сдержанным из-за смущения.

Глаза покупателей, женщин, нещадно наблюдали за мной — это был самый неловкий момент в моей жизни.

Я оказался в ловушке, и ни малейшей возможности насладиться первым визитом в магазин женского белья.

— Давай, Акира-кун, не стой как вкопанный, пойдём смотреть вместе.

— Д-да…

Я осторожно шагнул к Изуми, следя за взглядами окружающих.

— Какое бельё ты хочешь, чтобы носила Аой-сан, Акира-кун?

— Даже если ты спрашиваешь, я никогда серьёзно не сталкивался с женским бельём такого уровня…

— Ты живёшь с Аой-сан, значит, ты, наверное, видел это, когда стирал её вещи или что-то такое, верно?

— Не буду скрывать, видел только один раз. Мы разделили бельё в корзинах, и когда сушили, бельё было только в комнате, так что мы друг другу не мешали.

— Даже если корзины разделены, ты всё равно не пробовал подсматривать ночью, да?

— До такого я не дошёл!

— Акира-кун, оказывается, ты смелее, чем я думала.

— И что ты обо мне думаешь…

— Если бы я жила с Аой-сан, я бы точно подсматривала…

— …

Я уже говорил, что её слова звучат как что-то от старика.

Эйдзи, прости, но твоя девушка, похоже, старик в душе.

— В любом случае, думаю, ты можешь решать по своему вкусу, Акира-кун. Если говорить о деталях, есть разные серии одного бренда, но если будешь слишком переживать, не примешь решение.

— Мой вкус…

Когда спрашивают о вкусе, разумеется, он у меня есть.

У мужчин безграничный вкус к женскому белью — можно сказать, четыре миллиарда вариантов.

Лично мой вкус — кружевные трусики, розовые, с белыми кружевами. Представлять контраст бледно-розовой ткани и белого кружева уже достаточно, чтобы не спать ночью.

Но, несмотря на мои предпочтения, при словах Изуми в голове всплыла другая цветовая ассоциация.

Впечатление о цвете Аой-сан для меня.

— Думаю, синий будет хорош.

Всё было связано с синим, с тех пор как мы встретились.

Когда мы встретились в парке под дождём, синие гортензии, расцветающие повсюду, будто окружали Аой-сан…

Юката с синими гортензиями, которую она носила на летнем фестивале…

Красивый костюм на школьном фестивале, градиент от синего к фиолетовому…

И воспоминание о заколке с цветком гортензии, о которой Аой-сан рассказывала недавно.

Если мне позволят выбирать, я хочу бельё с узором гортензий синего цвета. С тех пор как Аой-сан рассказала про заколку, хочу подарить что-то связанное с гортензиями.

— Думаю, это будет хорошо. Аой-сан любит синий, верно?

— Да, и я хочу бельё с узором гортензий.

— Да, да. Наверняка найдём подходящее.

Определив цвет и узор, мы разошлись искать по магазину.

Сначала я волновался из-за взглядов других покупателей, но был слишком занят поиском. Я выбирал, проверял и спрашивал сотрудников, и незаметно для себя забыл о скрытой неловкости.

Через более десяти минут тщательного поиска подходящего белья для Аой-сан…

— Вот оно…

Я взял комплект белья, который привлёк моё внимание, и невольно пробормотал.

Это комплект белья с узором гортензий бледно-голубого цвета.

Кроме синего, лепестки красиво раскрашены в белый и фиолетовый, а по краю использована блестящая нить, создавая впечатление блеска цветов гортензии, намоченных дождём.

Качество изготовления безупречно, но не только текстура делает его особенным — аппликации на лепестках создают трёхмерный эффект.

Среди нескольких кандидатов это бельё самое красивое.

— Изуми…

Я позвал Изуми с повышенным голосом и закрыл рот рукой.

Цена на ценнике оказалась выше, чем я ожидал.

— Нашёл что-то подходящее?

— Да, но…

Изуми заметила, что я её позвал, подошла и посмотрела на бельё в моей руке.

— Это тоже неплохо. В чём проблема?

— Цена немного… ты понимаешь…

Цена была настолько высокой, что я даже не смог закончить фразу.

Я, как мужчина, вообще не знаю рыночной цены на женское бельё.

Самое дорогое бельё в магазине, насколько я понял по ценникам, именно в этом ряду. Возможно, оно дороже других серий.

Цена сильно отличалась от двух мужских комплектов за 1000 йен, что заставило меня содрогнуться.

— Цена? Давай посмотрим.

Изуми взяла ценник и внимательно посмотрела.

— Думаю, цена ещё приемлема.

Серьёзно?

— Это же рождественский подарок, и я хочу немного побаловать себя.

— Да, когда думаешь о рождественском подарке, конечно хочется выбрать что-то хорошее.

— Как считаешь? Если Акира-кун согласен, я его куплю.

Самое главное — не забывать заботиться о своём здоровье и благополучии.

Смотря снова на бельё, я пытался представить его на Аой-сан в своей голове.

Да… Когда я представлял, как Аой-сан носит это бельё, моё сердце бешено колотилось, я ощущал, что рад, что родился в этом мире, словом, просто был счастлив. Нет сомнений — я точно представлял это, ведь я уже видел её в купальнике несколько раз.

— Думаю, вот это подходит.

— Тогда нужно проверить размер—

— Ах, думаю, размер подходит.

— Эээ?

— Хмм?

Мы невольно встретились глазами.

— Как Акира-кун узнал размер Аой-сан?

Ах, чёрт.

— Неужели ты можешь определить размер девушки, просто посмотрев на неё?

— Нет, у меня нет никаких особых способностей, о которых мечтает каждый подросток-мальчик.

— К сожалению.

— Ты же просила меня замерить Аой-сан для костюма на школьный фестиваль, не так ли? Помимо трёх размеров, есть ещё очень мелкие детали… я просто случайно это запомнил.

— О… вот оно что. Да, действительно так~

Изуми нарочно кивнула.

— Забыла, да?

— Эээ~ это не так.

Она совсем плохо умеет врать, но что поделать.

Поскольку кимоно носили все, измерять было не обязательно — я просто попросил Аой-сан дать повод сделать это, что само по себе было неловко.

Когда я позже понял, что измерять вовсе не обязательно, я был слегка растерян.

Ну, я понимаю, что Изуми так заботится о наших отношениях.

Кажется, она пытается подтолкнуть наши отношения с Аой-сан вперёд, потому что они не развиваются. Как соседка, которая пытается устроить свидание для пары, что никак не получается. Хотя нельзя исключать, что Изуми просто веселилась.

— Другими словами, это твой «опыт на сегодня»!

— Даже если так говорить, всё равно неприятно вспоминать этот неловкий момент…

— Гнннн…

Ну, я и сам благодарен за это.

— Тогда я пойду и оплачу.

— Да, пожалуйста.

Я облегчённо выдохнул, наблюдая, как Изуми идёт к кассе.

Кстати, я совсем не хотел раскрывать конкретный размер.

— В любом случае, я рад, что Изуми смогла выбрать подарок без инцидентов.

После того как я выдохнул с облегчением, снова нахлынули взгляды — женщины в магазине смотрели на меня.

— Почему здесь мальчик в женском бельевом магазине?

— Молодёжь теперь выбирает бельё вместе с партнёром, ну и ладно.

— А у меня даже нет парня, чтобы показать бельё!

— Я уже много лет не покупаю ничего, кроме бежевого белья!

Помимо завистливых комментариев, были и острые взгляды, как будто они видят распутного человека.

Я действительно был сосредоточен на выборе подарка для Аой-сан, но это место изначально запрещено для мальчиков.

После того как подарок выбран и я почувствовал облегчение, неловкость и смущение внезапно вернулись.

К сожалению, время, когда мужчина может вести себя спокойно, ограничено.

Я не стал ждать, пока Изуми завершит оплату, и выскользнул из магазина, словно хочу убежать.

Но, с другой стороны, это был ценный опыт, поэтому я решил воспринимать это как что-то хорошее.

С тех пор как я измерял Аой-сан для купальника, я снова ощущал, что поднимаюсь по лестнице взросления.

***

— Ну что ж, теперь тебе придётся выбрать подарок, Акира-кун.

— Да, я на тебя рассчитываю.

Выйдя из магазина женского белья, мы прогуливались по торговому центру.

— Но что же выбрать… — задумчиво пробормотал я.

— Честно говоря, Аой-сан будет рада любому подарку. В крайнем случае, даже если бы ты пришёл голым и завязал на себе ленточку, говоря: «Я — твой подарок», ей бы всё равно понравилось.

— Нет, это уж точно невозможно… — пробормотал я.

Хотя пример был гипотетическим, я понял мысль Изуми: Аой-сан ценит внимание, и любой подарок от сердца её порадует. Мы с Изуми знали это, потому что видели, как она радуется даже самым маленьким вещам.

Когда мы только познакомились, Аой-сан почти всегда отвечала лишь извинениями. Теперь же она чаще говорит «спасибо». Я думаю, что эти слова — проявление искренних чувств, хотя выражать их словами многим людям бывает труднее, чем кажется. Аой-сан не умела красиво выражать эмоции словами, но то, что она могла искренне говорить «спасибо» и «извини», вызывало во мне уважение.

— Она будет рада любому подарку, — пробормотал я, — а это только усложняет выбор.

— Верно, — согласилась Изуми.

Мы оба замялись, пытаясь придумать что-то подходящее.

— Если говорить о стандартных вариантах, это скорее аксессуар, — сказала Изуми.

— Я тоже об этом думал, но аксессуар от парня, который не твой парень… Это слишком странно, да?

— Как я уже говорила, если ваши отношения такие, как сейчас, переживать об этом не стоит.

— Но это же мой первый подарок… — пробормотал я.

Изуми приободрила меня и взяла за руку:

— Не переживай. Пойдём со мной.

Мы направились в ювелирный магазин. Внутри витрины сияли изысканные украшения, а персонал выглядел почти как модели. Я почувствовал лёгкую неловкость — всё-таки всегда ли красивые люди должны работать с красивыми вещами?

— Не стесняйся, заходи, — подбодрила Изуми.

Я с сомнением шагнул внутрь. Нас сразу поприветствовали несколько сотрудников, и я слегка напрягся.

— Изуми, тебе не страшно тут?

— Я уже несколько раз была здесь с Эйдзи-куном.

Я понял, почему ей так легко и привычно.

— Надеюсь, найдёшь что-то интересное, — подмигнула она.

— Да, надеюсь.

Мы осматривали витрины вместе. Цены варьировались от доступных до очень дорогих, а различия казались почти незаметными для моего неискушённого глаза. Изуми объяснила, что дело в материалах и камнях.

— Вот это… — я остановился на паре кулонов с мотивом гортензии. Мужской — фиолетовый, женский — синий, в знак лепестков гортензии. Камни — аметист и сапфир, цепочка из белого золота. Дизайн изящный и элегантный.

— Нашёл что-то? — спросила Изуми.

— Да, как насчёт этого?

— Покажи.

Изуми наклонилась, разглядывая кулон вместе со мной.

— Классный, правда? Думаю, ему быть.

— Ты думаешь?

— Да. После выбора белья и этого кулона, мне кажется, Аой-сан действительно ассоциируется с гортензиями. Не так ли, Акира-кун?

Я чуть вздрогнул. Да, я слишком увлечён гортензиями, но теперь понимал, почему.

— Я хочу, чтобы гортензии ассоциировались с радостью, а не с грустью, — сказал я.

— Понимаю… — кивнула Изуми.

Я решил выбрать именно этот кулон. Благодаря помощи сотрудника магазина, я смог представить, как он будет выглядеть на Аой-сан.

— Хорошо, берём этот, — сказал я.

— Парные? — удивилась Изуми.

— Нет, лучше не парные, это будет слишком очевидно.

Мы попросили сотрудницу примерить женский кулон. Она с удивлением согласилась, когда я объяснил, что хотим представить, как Аой-сан будет его носить.

— Ну как? Видишь её образ? — спросила Изуми.

Кулон идеально сочетался с образом Аой-сан: цвет кожи, волосы, обычные украшения и привычный аксессуар на голове.

— Отлично, возьмём этот, — сказал я, довольный результатом.

После оплаты Изуми пошла подождать на скамейке, а я сам получил свой пакет.

— Всё хорошо упаковано? — спросила она, подходя ко мне.

— Да, спасибо тебе, теперь я точно знаю, что подарок отличный.

— Отлично! А теперь пойдём в кафе — заслуженный отдых после шопинга.

— Договорились!

***

— Приятного аппетита!

Когда мы пришли в кафе, заказали всё, что хотели, и сели за столик.

Изуми была в приподнятом настроении: она наслаждалась пирожными и напевала что-то себе под нос. А я, напротив, смотрел на неё с усталостью.

Почему, спрашивается?

Да потому что так всегда со мной бывает.

Стол был уставлен таким количеством десертов, что места почти не осталось.

— Какое же пирожное съесть следующим~♪ — размышляла Изуми, выбирая очередной кусочек.

Я уже чувствовал сытость, глядя на это, но раз она радуется, я решил купить ей что-нибудь попить.

[[image:/storage/reader-images/4144710c2edad1e00961e7a7e465b135af592051.jpg]]
— Кстати, Акира-кун, — сказала она, выбирая пирожное, — как там дела с Аой-сан?

Снова включился режим любопытной соседки. Она заглядывала мне в глаза с интересом.

— Что ты имеешь в виду? — сделал вид, что не понял.

Хотя я прекрасно понимал, о чём она спрашивает, решил пока притвориться невинным.

— В последние полгода произошло много всего, включая школьный фестиваль. И, самое главное, Аой-сан помнит, что ты — её друг с детского сада. Когда вы стали жить вместе, твои чувства к Аой-сан, наверное, изменились, верно?

Изуми выбрала пирожное с матчей, обдумав свой выбор, и жадно его съела, ожидая моего ответа.

Я ненадолго задумался. Может, уже нет смысла скрывать свои чувства.

— Я уже рассказывал об этом Эйдзи, но… — начал я.

— Мои чувства к Аой-сан до сих пор не были романтическими, — продолжил я.

— Я понимаю, — ответила Изуми, как будто догадалась.

Я слегка переформулировал, чтобы подчеркнуть:

— Я всегда заботился о ней.

— Меня тянет к ней, я осознаю это даже без того, что она — моя первая любовь. Но, кроме этого, мои чувства к Аой-сан — это чувство ответственности и справедливости.

И, что важнее всего —

— Желание защищать её сильнее всего.

Без меня Аой-сан, возможно, не справилась бы. Я — единственный, кто может ей помочь.

Хотя это почти эгоистично, я искренне протягиваю ей руку помощи.

— Думаю, это неизбежно, учитывая, как вы встретились, твой характер и ситуацию Аой-сан. Но раз ты говоришь в прошедшем времени, значит, сейчас всё иначе, верно? — спросила Изуми.

Я кивнул.

— Сейчас все её проблемы решены. Она больше не нуждается в защите, и мои чувства к ней изменились. Я могу двигаться вперёд в наших отношениях.

В наших новых отношениях прошлые роли «защищающий и защищаемый» теперь не мешают. Для меня важно, что я могу назвать свои чувства к Аой-сан «любовью», благодаря её свободе.

— Тогда, Акира-кун…

— Я понимаю, что люблю её, — сказал я впервые вслух.

Это чувство не просто стыд, оно странное, почти как удивление самим собой — я осознаю свои эмоции, произнеся их словами.

— Но это не значит, что желание защищать Аой-сан исчезло. Любовь лишь усилила это чувство в некоторых моментах.

Например, я иногда ощущаю лёгкую грусть от того, что Аой-сан стала самостоятельной. С одной стороны — радость, с другой — немного жаль, что ей больше не нужна моя помощь.

Недавно мне было сложно принять эти чувства.

— Понимаю… Ты сложный человек, но я рада, что ты смог разобраться в себе. И больше всего я рада слышать это от тебя, Акира-кун, — сказала Изуми, улыбаясь с облегчением.

— Думаю, мне не о чем волноваться, — промелькнуло у меня в голове.

И хотя я слишком много размышлял, глядя на слегка серьёзную Изуми, я почувствовал: она хотела что-то добавить.

— Я поддерживаю вас обоих. Держитесь, — сказала она и улыбнулась привычной доброй улыбкой.

— Спасибо… — тихо ответил я.

В тот момент я понял, что, возможно, слишком много думаю.

***

После этого мы повеселились и покинули кафе уже после шести вечера.

Когда мы вышли из торгового центра, на улице уже стемнело.

Я изначально планировал закончить покупку подарка пораньше и заехать в супермаркет по пути домой, но не ожидал, что задержусь так надолго, поэтому теперь спешил.

Если бы я зашёл в супермаркет сейчас, то вернулся бы домой слишком поздно, но я не мог прийти с пустыми руками.

Беспокоясь о том, что Аой-сан, которая осталась дома, может проголодаться, я быстро отправился в супермаркет после того, как сообщил ей, что скоро буду дома. Купив еду, я поспешил домой.

— Я дома!

Я пришёл почти в восемь вечера.

— Добро пожаловать, — улыбнулась Аой-сан, несмотря на поздний час.

— Прости, что задержался. Ты голодна? Я скоро приготовлю что-нибудь.

— Спасибо, спешить не нужно.

Хотя Аой-сан так сказала, сегодня я должен был ходить с Изуми за подарком, поэтому мы обедали раньше обычного. Я сам почти не голоден после сладкого в кафе, но Аой-сан наверняка проголодалась.

Чувствуя лёгкое сожаление из-за её заботы обо мне, я вошёл в дом и сразу направился на кухню.

Я положил продукты для ужина в холодильник, помыл руки, надел фартук и приготовился взять нож, чтобы начать готовить.

— …Хмм?

В конце моего взгляда Аой-сан стояла неподалёку, наблюдая за мной.

— Аой-сан, что случилось? — спросил я.

— Ничего… ммм, знаешь… — она выглядела смущённой и колебалась.

— Можно мне завтра ненадолго выйти?

— Выйти? Конечно. Я тоже собирался выйти сегодня, поэтому попросил тебя присмотреть за домом, а завтра я сам буду дома. С кем пойдёшь? С друзьями?

— Эмм… да. Она пригласила меня за покупками.

Аой-сан собирается идти с друзьями… Это немного трогательно. После окончания школьного фестиваля она часто проводит время с одноклассниками. Раньше она больше общалась со мной и Изуми, но теперь у неё появилось больше людей, которых она может назвать друзьями. Это радость не только для неё, но и для нас.

Я хотел проводить её с улыбкой, чтобы она не переживала обо мне.

— Не думай о времени, получай удовольствие.

— Спасибо. Ещё есть кое-что, о чём хочу с тобой поговорить.

— Поговорить?

— Я хочу купить подарки на Рождество для Изуми-сан и Эйдзи-куна.

Для них двоих.

— В этом году я очень благодарна им обоим, поэтому хочу должным образом отблагодарить. Если ты не против, Акира-кун, я хотела бы сделать это как наш совместный подарок.

— Отлично. Давай так и сделаем.

— Я куплю подарки завтра, так что хотела бы, чтобы мы заранее обдумали, что именно хотим подарить.

— Можно я подумаю и заплачу половину?

— Конечно, это было бы большой помощью.

— Хорошо. Тогда я приготовлю ужин, а ты можешь пока искать идеи подарков в интернете. После ужина и душа мы сможем выбрать всё вместе.

— Спасибо.

Аой-сан уселась на диван и с радостью стала искать подарки на телефоне. Я улыбнулся ей и принялся готовить ужин, наблюдая, как она старается подобрать что-то для друзей.

----------

Первый день выпускной поездки

— Приеехали!

Вечером 23 декабря, на следующий день после торжественного закрытия семестра, мы вышли из поезда на ближайшей к месту назначения станции. Пройдя через турникеты, Изуми раскинула руки и радостно закричала.

— Нам ещё полтора часа ехать на автобусе. Рановато ты радуешься.

— Да знаю я! — надулось Изуми. — Но когда едешь в дальнюю поездку, прям хочется так сказать! Правда ведь, Аой-сан?

— Да. Я так ждала этой поездки, что тоже вся на взводе, — тихо улыбнулась Аой.

Мне даже показалось, что я где-то это уже видел.

Точно такие же разговоры у нас были на станции летом, когда мы ехали в загородный дом семьи Эйдзи.

Но всё-таки одно отличие было.

В этот раз… Изуми не проспала.

Тем, кто знает, как она любит валяться в постели до последнего, это могло бы показаться настоящим чудом.

Хотя, если честно, у неё просто не было шансов проспать. Поэтому ещё вчера, сразу после закрытия семестра, мы пригласили Изуми и Эйдзи переночевать у нас.

Причина проста: чтобы добраться до города с горячими источниками, нужно полтора часа на автобусе, но город находится глубоко в горах, и автобусы туда ходят всего три раза вечером. Если бы кто-то из нас встал поздно — мы бы безнадёжно опоздали на заселение.

Утром нам втроём пришлось буквально вытаскивать Изуми из постели — и вот мы здесь.

Кстати, как именно мы её разбудили?

Когда мы уже отчаялись, потому что Изуми в упор не реагировала ни на что, я вдруг вспомнил видео, где спящая собака мгновенно просыпалась, когда ей клали еду в рот. Ну… я и попробовал сунуть Изуми её любимое лакомство — полынный хлеб.

И что вы думаете?

Как только она, всё ещё спящая, шумно втянула носом воздух, она тут же распахнула глаза и одновременно принялась жевать этот хлеб.

Ну честно… Я еле сдержался, чтобы не сказать: «Ты у нас точно не собака, нет?»

Хотя, чего уж скрывать — ведёт она себя часто именно как пёсик.

— Погода хорошая, но холод собачий…

Ещё секунду назад полная энергии, Изуми сникла, обняла себя руками и поёжилась.

Сейчас было всего семь градусов тепла. Небо ясное, но всё-таки середина зимы, да ещё и горы неподалёку.

А дальше нам предстояло углубиться ещё выше в горы. И, судя по тому, что я проверял заранее, ночью и под утро температура там падает ниже нуля.

Представить это было даже как-то неприятно.

— Ну ладно! Главное — мы все добрались сюда без приключений, так что надо держаться бодрячком! ♪

Под «без приключений» Изуми имела в виду то, что никто из нас не схватил красную оценку на финальных экзаменах.

Аой в последние дни училась буквально в панике — ей нельзя было провалить ни один предмет, иначе бы она не смогла поехать на выпускную поездку. Но в итоге она сдала всё на удивление хорошо.

Учёба у Аой вообще поднялась на такой уровень, что за неё уже и волноваться не нужно.

Так что до сегодняшнего дня мы добрались спокойно и без проблем.

— Уже почти время, пойдём на остановку.

— Ага.

Эйдзи двинулся вперёд, как какой-то классный руководитель, а мы втроём пошли следом, таща свои сумки.

Через несколько минут подошёл автобус, и мы уселись на самый задний ряд.

Первые минут десять мы просто болтали и смеялись, стараясь не слишком шуметь, чтобы не раздражать пассажиров.

Сначала в автобусе было довольно много людей, но чем дальше мы уезжали от города, тем больше пассажиров выходило. Минут через тридцать кроме нас осталось всего несколько человек.

Дорога стала круче, автобус начал трясти сильнее — и спустя ещё примерно полчаса мы окончательно въехали в горный серпантин.

— Акира-кун, смотри!

— М? Что такое?

Аой позвала тихим, но взволнованным голосом. Я посмотрел туда, куда она указывала, — и сразу понял.

— О… снег.

Похоже, мы поднялись уже достаточно высоко.

Горы вдали были полностью покрыты белой пеленой.

— Вон там, — сказала Аой, — как раз и находится тот самый город с горячими источниками, куда мы едем.

— Когда же я в последний раз видела снег…

Глаза Аой сияли от восторга и любопытства.

Наш родной город стоит на равнине посреди префектуры — снег там почти не выпадает.

Обычно его просто нет, а если и случается сильная зима раз в несколько лет, то выпадает лишь тонкий слой, который еле заметен.

Даже если утром немного и намело, к полудню всё тает без следа.

Если только специально не поехать куда-нибудь в горы, тронуть настоящий снег просто негде.

И… честно говоря, у меня самого внутри что-то приятно вздрогнуло — давнее детское желание снова ожило.

Когда я был маленьким, я мечтал хоть раз попасть в место, где снега много — чтобы играть в снежки, лепить, валяться в сугробах…

— Как я уже говорил, — напомнил Эйдзи, — прямо рядом с нашим онсэном проходит фестиваль снега. Так что с его количеством проблем точно не будет.

Изуми облегчённо выдохнула.

— Не могу дождаться фестиваля…

— Он начинается в пять вечера и идёт до девяти. Так что когда приедем, просто закинем вещи, искупаемся в горячих источниках, поужинаем — и пойдём. Всем подходит?

— Да!

— Мне тоже. Даже если будет свободное время — это туристическое место, можно просто прогуляться.

Спустя полтора часа после того, как автобус начал карабкаться в горы, наша болтовня прервалась — автобус наконец въехал на терминал горячего курорта. Мы по очереди вышли наружу.

И сразу же… замерли.

— Вот это да…

Перед нами раскинулся целый белый мир, укрытый снегом словно огромным мягким пледом.

Горные склоны сверкали под лучами заходящего солнца, окрашенные в нежное золото. Контраст чистого белого снега и золотистого света был настолько красивым, что мы просто не могли отвести взгляд.

Одно только это зрелище уже оправдывало всю поездку.

— Какая красота…

— Невероятно…

Аой и Изуми даже не пытались скрывать свой восторг.

Изуми, обычно шумная и экспрессивная, неожиданно затихла. Наверное, перед такой красотой иначе и не получится.

— Простите, что прерываю такой момент… — осторожно вмешался Эйдзи. — Но время заселения близко. Пейзаж вы ещё успеете увидеть из окна номера. Так что давайте пойдём.

— Ах, точно!

Под руководством Эйдзи мы взяли багаж и двинулись в сторону рёкана.

Пять минут осторожной ходьбы по заснеженной дороге — и перед нами возникла наша гостиница.

Она выглядела как старинный японский дом, будто перенесённый из прошлого.

— Вживую она куда более атмосферная, чем на фото.

— Да… место просто потрясающее.

Казалось, будто мы шагнули в другую эпоху.

Аой, хотя и говорила спокойно, смотрела на здание с сияющими глазами.

— Ладно, давайте зайдём.

В отличие от меня, который нервничал — впервые всё-таки ночую в таком рёкане, — Эйдзи вошёл уверенно, будто делает это каждый день.

Внутри нас встретило сочетание современности и традиций: интерьер обновлён, но дух старого японского дома сохранён.

Высокие потолки, массивные деревянные балки, татами, которое, судя по запаху, недавно перестилали…

Воздух был наполнен мягким ароматом свежего тростника.

— Спасибо, что проделали долгий путь, — поприветствовала нас служащая, изящно поклонившись.

Мы сдали багаж, как нам сказали, и прошли к столу у стойки регистрации.

Через пару минут нам принесли маття и сладости к чаю.

— Фууух… — выдохнул кто-то, едва сделав первый глоток.

Когда я поднёс матча ко рту, аромат свежезаваренного чая и его приятное тепло разлились по всему телу.

От лёгкого расслабления и прохлады сами собой сорвались слова:

— Какой вкусный матча!

— Да. Интересно, какой это сорт.

— Потом спрошу у прислуги.

С тех пор как на школьном фестивале Аой-сан впервые попробовала матча, она его очень полюбила, так что она и Изуми живо обсуждали чай.

Сладости, которые подали вместе с чаем, были достаточно нежными и сладкими, чтобы прогнать усталость после долгой дороги.

Кстати, знаешь ли ты, что напитки и сладости, которыми угощают гостей сразу после прибытия в гостиницу — «оцуки-но огащи» — нужны не только для утоления жажды и отдыха?

В городах с горячими источниками давно известны случаи, когда люди чувствовали себя плохо после купания из-за низкого уровня сахара в крови или нехватки воды. Поэтому такой чай и сладость подают заранее, чтобы гости сначала немного подкрепились, а уже потом шли купаться.

Многие ведь действительно хотят сразу бежать в онсэн, так что это вполне естественный знак заботы.

Откуда я всё это знаю?

Да просто заранее изучал всё о горячих источниках — уж очень я ждал этот день — и случайно наткнулся на такую информацию.

После того как мы допили матча и доели сладости…

В комнату вошёл сотрудник отеля — будто ждал, пока мы закончим отдыхать. Эйдзи привычно оформил заселение, и нас отвели к нашим комнатам.

Мы прошли по коридору с татами, поднялись по лестнице и оказались у двух японских комнат примерно по десять татами каждая.

Эйдзи и я поселились в передней комнате, а Изуми и Аой-сан — в соседней, задней.

Похоже, они специально распределили нас так, чтобы мальчики и девочки жили рядом, но в разных комнатах.

Не то чтобы я надеялся оказаться в одной комнате с Аой-сан… вовсе нет.

— Давайте сначала оставим вещи, переоденемся и пойдём в горячие источники?

— Согласен.

— А после того как переоденемся, мы с Аой-сан зайдём к вам!

Мы разошлись у дверей, и я вошёл в комнату вместе с Эйдзи.

— О-о-о…

Стоило мне открыть раздвижную дверь, как из груди непроизвольно вырвалось восхищённое восклицание.

В центре просторной японской комнаты стоял длинный стол с креслами, а за ним тянулась веранда. Если бы дело было только в этом, то это была бы обычная комната… но настоящим потрясением оказался вид, открывающийся с веранды.

Пейзаж, что я видел недавно у автобусного терминала — смесь чистого белого и мягкого золотого — теперь был обрамлён широкими окнами. Для японских комнат такая застеклённая стена редкость, и из-за неё пейзаж казался словно парящей картиной.

Это роскошь, которой могут насладиться только те, кто арендует именно эту комнату.

— Днём тут красиво, но утром и вечером, думаю, вид будет совсем другим.

— Ещё бы. Высота, чистый воздух… небо ночью наверняка будет потрясающим.

Я уже не мог дождаться.

Мы начали переодеваться в юкаты, обсуждая, насколько хороша комната.

Я надел хаори поверх юкаты, подтянул непривычный оби и был готов идти. Мы с Эйдзи решили, что девушкам понадобится больше времени, поэтому заварили чай и спокойно ждали.

Через какое-то время раздался стук, и в комнату вошли Аой-сан и Изуми.

— Простите, что заставили ждать!

Весёлый голос Изуми прозвенел, едва дверь сдвинулась.

Я поднял на них взгляд, держа чашку чая… и не смог не залюбоваться.

Они были в тех же юкатах, что и мы.

Причина, по которой взгляд сам собой прилип к Аой-сан, совсем не в том, что она была как-то особенно нарядно одета.

Она просто подняла свои длинные волосы в высокий пучок — и из-под него открылась её изящная шея.

Я не видел шеи Аой-сан с того самого летнего фестиваля.

Честно говоря, после четырёх месяцев я просто не мог не залюбоваться.

— Акира-кун, ты чего?

— Э? А… ниче. Ну что, идём?

[[image:/storage/reader-images/648394e61c9f1cd32d5ad454be03da54241bb14c.jpg]]
Изуми удивлённо спросила, но я встал и перевёл разговор.

С полотенцем в руках я вышел в коридор и последовал за всеми к онсэну. Шёл позади Аой-сан, наблюдая за её шеей, пока она болтала с Изуми… и только надеялся, что она не заметит этого.

Но счастливый момент длился недолго — вскоре мы подошли к входу в раздевалки.

— Ужин будет в шесть, так что нужно вернуться в комнату до этого.

— Окей. Эйдзи-кун, до встречи♪

— До встречи, Акира-кун.

— Ага.

Проводив Аой-сан — и её прекрасный затылок — взглядом, мы с Эйдзи направились в раздевалку.

Пока я снимал хаори и юкату, в голове всплыл последний раз, когда мы вчетвером ходили в комплекс с горячими источниками.

Мы тогда арендовали домик с открытым онсэном, и я почему-то решил, что купание будет смешанным. Один радовался и строил надежды… а они вышли в купальниках и разнесли мои юношеские фантазии в пух и прах.

Ну, в своём роде я всё равно получил удовольствие…

— Разочарован, что в этот раз купание не смешанное? — спросил Эйдзи вдруг, холодным тоном.

— …Хватит читать чужие мысли как попало.

— Мне и читать не нужно. У тебя всё на лице написано, Акира.

Не знаю, считать ли плюсом то, что он мой лучший друг и знает меня слишком хорошо… или минусом — что мои тайные мысли слишком легко заметны.

Если второе, то рядом с Аой-сан мне нужно быть особенно осторожным.

Надеюсь, Аой-сан не поняла, что я всё это время пялился ей в затылок…

— Ладно, пошли уже.

— Д-да…

Чувствуя лёгкое смущение, я вышел из раздевалки и направился к открытому онсэну.

— Ого…

Стоило открыть дверь, как я не удержался и пробормотал это вслух.

Перед нами — белые стволы берёз, а за ними тянутся заснеженные горы.

Каменный открытый онсэн был построен так, чтобы гармонировать с пейзажем: молочно-белая вода тихо стекала, пар клубился, словно лёгкий туман, окутывая площадку.

На камнях виднелись крошечные белые кристаллы — признак высокой минерализации источника.

— Красота… просто невероятно.

Фотографии на сайте гостиницы были хороши, но реальность оказалась куда впечатляющeе.

— Наслаждаться видом хорошо, но заходи уже. Тут холодно.

— Ах, точно…

Я так заслушался и загляделся, что совсем забыл — на улице ведь зима.

Хотя было только четыре часа дня, здесь, в горах, уже почти стемнело. Температура, наверное, ниже нуля — после заката стало ещё холоднее.

Я медленно опустил ноги в горячий источник после того, как обмылся,

И меня сразу обдало жаром — тело ведь совсем продрогло. Но постепенно я согрелся, и когда вода дошла до плеч, температура стала идеальной.

Горячая вода, тишина, отсутствие других гостей… и весь онсэн — только для нас двоих. Приятнее и быть не может.

— …Какой же тут хороший источник.

— Было бы ещё лучше, если бы он был смешанный.

— Что-то ты сегодня чересчур ехидный…

— Правда? Может, я просто на взводе от самой поездки.

Я не припомню, чтобы от хорошего настроения кто-то становился таким троллем.

У нас уже есть одна «озорница» — Изуми. Не хватало, чтобы он стал второй.

— Ладно, есть кое-что, о чём я хотел с тобой поговорить, Акира.

— Чего это ты так резко?

— На этой выпускной поездке мы, по сути, должны разделиться: я с Изуми, а ты с Аой-сан.

Разделиться…?

Эйдзи продолжил, пока я молчал, не понимая, что он имеет в виду.

— Мы хотим, чтобы вы с Аой-сан использовали эту поездку как шанс получше узнать друг друга. Конечно, будут моменты, когда мы все вместе, но сегодня вечером на фестивале снегa и завтра днём — вы будете вдвоём.

И, думаю, ты сам понимаешь, что это не только наше с Изуми желание… верно?

Он сказал это с видом человека, которому и не нужен ответ — он его уже знает.

Причина проста: и Эйдзи, и Изуми отлично знают, что я чувствую к Аой-сан.

Конечно, выпускная поездка — это воспоминания…

Но не только воспоминания.

Как и говорил Эйдзи, я хочу воспользоваться этой возможностью, чтобы продвинуть свои отношения с Аой-сан.

Это не обязательно должно привести к какому-то результату… Мне достаточно просто чувствовать, что между нами появилась связь, и наслаждаться тем днём, когда мы снова увидимся перед неизбежным расставанием.

Я не хочу снова что-то упустить, как тогда, когда в прошлом пришлось сменить школу.

Поэтому внимание Эйдзи действительно делает меня счастливым.

— Спасибо. Я постараюсь оправдать твои ожидания.

— Даже если мы пойдём четвером, а потом я с Изуми по пути куда-то исчезнем, я хочу, чтобы вы вдвоём смогли хорошо провести время без лишних переживаний. Если что-то случится — сразу звони. Я помогу с радостью.

— Приятно, что ты о нас беспокоишься. Но, Эйдзи, ты тоже постарайся хорошо провести время с Изуми.

— Естественно. Надеюсь, нам обоим поездка понравится.

— Ага.

Впервые мы с Эйдзи оказались голыми вместе в одной бане, но иногда такие моменты не так уж и плохи.

После этого, наслаждаясь горячими источниками, мы долго о разном разговаривали. И, наверное, потому что я пробыл в онсэне больше часа, уже выйдя из воды, я всё ещё чувствовал на себе лёгкий запах серы.

Ну… пожалуй, это тоже часть прелести горячих источников.

***

Было примерно 17:30, когда мы вернулись в комнату после выхода из горячих источников.

Я поспешил обратно в комнату, полагая, что Аой-сан и Изуми уже закончили, но оказалось иначе. Как правило, девушкам нужно больше времени, чтобы помыться и привести себя в порядок.

В конце концов, они вернулись в комнату за пять минут до ужина.

По их словам, ванна была настолько хороша, что они просто потеряли счёт времени, и извинились.

Мы тоже не были против, так что извиняться было не за что. Наоборот, приятно было начинать поездку с таких приятных моментов.

— Ну что~ Интересно, что у нас сегодня на ужин~

Следуя за Изуми, мы направились в столовую, где нас проводили в полностью приватный и уютный зал.

Сегодня на ужин подавали кайсэки — традиционный японский ужин из нескольких блюд, главным образом из местных продуктов: жареный сиг, разнообразные горные деликатесы и сябу-сябу с маркой говядины.

Названия блюд уже звучали аппетитно, и в душе у нас поселилось предвкушение.

— Я никогда не пробовала кайсэки… — тихо произнесла Аой-сан.

Как и Аой-сан, я тоже новичок в этом деле и не очень понимал, что и как делать.

Когда мы растерялись, видно было, что девушки чувствуют наше замешательство.

— Не переживайте. Блюда будут подаваться по очереди, так что наслаждайтесь ужином и не думайте о мелочах, — сказал Эйдзи.

Он был прав: я практически не знал правил поведения за столом для кайсэки, но мы были здесь четверо, хорошо знакомые друг с другом. Не было смысла переживать и мешать себе наслаждаться едой.

— А я никогда не заморачиваюсь по поводу правил, — спокойно сказала Изуми.

Это типично для весёлой Изуми, но при этом она всегда вела себя вежливо и аккуратно.

Как вы знаете, Изуми любит всё японское и с детства изучает чайную церемонию и японские танцы под влиянием своей бабушки, так что естественно владеет приличиями и умеет держаться в обществе. Более того, у неё отличный стиль, осанка и манеры.

Пока я размышлял об этом, подали первые блюда.

— Тогда, давайте есть.

Мы сложили руки перед собой.

— Приятного аппетита.

Мы сразу начали наслаждаться едой, держа в руках палочки.

Изуми и Аой-сан восхищались красивыми блюдами: не только вкусом, но и подачей. Они с удовольствием фотографировали еду, пока официант рассказывал о каждом блюде. Я не совсем уловил все детали, но вкус был по-настоящему замечательный.

Через некоторое время, когда они попробовали первое блюдо кайсэки и продолжали есть, Аой-сан, сидящая рядом со мной, тихо потянула меня за рукав юкаты.

— Акира-кун, подойди сюда.

— Ммм? Что случилось?

Аой-сан протянула мне форму для дополнительного заказа, в её глазах был лёгкий блеск.

— Есть что-то, что ты хочешь попробовать?

— Там есть блюдо, которое немного привлекло моё внимание.

Я посмотрел туда, куда она указала пальцем. И правда, одно из блюд выглядело особенно интересно.

— Что там? Ты нашла что-то интересное?

Аой-сан подняла меню и показала блюдо Изуми.

— Оленина?

Страница содержала так называемые блюда из дичи.

Помимо стейка из оленины, там были указаны другие блюда — хот-пот из кабана и татаки из кабана. Рядом с фото сообщалось, что управляющий гостиницей сам охотится на добычу.

Гостиница не хранит мясо кабана в течение дня, чтобы сохранить свежесть, а подаёт его вечером, если кабан был пойман утром.

Иными словами, в те дни, когда кабанов не ловят, это редкий ингредиент, который нельзя подать.

— Интересно, какой у него вкус, — пробормотал я.

— Да! Это действительно интригует! — глаза Изуми засияли от любопытства.

В сторону Аой-сан — её не остановить, а вот Изуми, с её невинным выражением лица, и подавно. Эйдзи знал, что если попытается остановить её, Изуми устроит каприз, как избалованная девчонка, поэтому он молча нажал кнопку вызова и спросил у официанта, можно ли заказать стейк из оленины и хот-пот из кабана.

Как и следовало ожидать от заботливого парня, он действовал быстро.

К счастью, кабанов удалось поймать этим утром, так что мы без колебаний сделали заказ.

— Жду не дождусь~♪

— Да, я тоже.

Когда они обе с нетерпением ожидали еды, через несколько минут блюда были поданы.

На стол поставили два керамических горшка: в одном — маленькая кастрюля с кабаном и овощами, в другом — железная тарелка со стейком из оленины. Официант разжёг твёрдое топливо под горшками.

Через несколько минут кастрюля закипела, и аромат мисо разнесся по воздуху.

Шипение оленины на сковороде и бурлящий бульон вызывали аппетит. Мы пробовали всё впервые, поэтому смотрели на мясо, будто следили за ним — это выглядело забавно, и, если бы кто-то наблюдал со стороны, мог бы подумать, что мы проводим какой-то ритуал.

Когда мясо приготовилось, его разложили по маленьким тарелочкам.

— Ну что, давайте попробуем.

С лёгким волнением и предвкушением мы начали со стейка из оленины.

Были соль, васаби-соевый соус и специальный соус, но я решил попробовать мясо без ничего и положил кусочек прямо в рот.

— …Вкусно.

Я был поражён: мясо оказалось гораздо вкуснее, чем я ожидал.

Если попробовать с солью или васаби-соевым соусом, вкус раскрывается совсем по-другому.

— Честно говоря, я думал, что мясо будет более пахнущим дичью, но оказалось, что нет.

Запаха практически нет, а мясо очень нежное.

Если сравнивать по текстуре, я бы сказал, что оно больше похоже на говядину.

— Я уже пробовал такое несколько раз, и мне оно кажется довольно вкусным. Похоже, что мясо поймано сегодня утром, так что оно наверняка свежее, но кроме этого, мясо явно хорошо подготовлено.

Так что весь этот вкус — заслуга людей, работающих в гостинице.

Только… Нет, давай сначала попробуем хот-пот из дикого кабана.

— Мясо кабана тоже вкусное. Оно вкусное, но как бы это описать…

Аой-сан тоже осталась довольна вкусом, но, похоже, у неё свои впечатления.

Я подумал, что она, возможно, ощущает то же, что и я, поэтому решил поделиться честным мнением.

— Вкус хороший, но есть что-то необычное… Как будто передаёт дикость, знаешь?

— Да, да, если выразить словами, это прямо-таки дико!

Изуми громко подтвердила, а Аой-сан и Эйдзи кивнули в знак согласия.

После этого мы продолжили есть, периодически восклицая «дико, дико, дико!», а так как этого было недостаточно, мы добавили ещё два блюда, а потом даже заказали татаки из дикого кабана и сукияки, чтобы насладиться блюдами из дичи.

Хотя мы ели всё вместе, было понятно, что при таком количестве заказанных блюд нам бы всё равно пришлось много есть.

К концу ужина Изуми, как обычно, переела и едва могла пошевелиться.

Я удивился, что она осталась прежней, но факт, что Изуми наелась и, как обычно, застонала после того, как впервые попробовала блюда из дичи в своей первой поездке, наверняка станет ценным воспоминанием когда-нибудь.

Я тихо записал это в свой альбом воспоминаний, чтобы никогда не забыть.

***

После этого, когда мы поели и вернулись в номер —

На часах было около 19:30, и мы решили отправиться на Снежный фестиваль.

Однако солнце уже село больше трёх часов назад, и температура сильно упала.

Я подумал, что будет холодно, даже в хаори поверх юкаты, и предложил переодеться в обычную одежду, но Изуми быстро отклонила эту идею, сказав:

«Неловко ходить в обычной одежде на территории онсэна».

Онсэн — это место, где принято гулять в юкате или хаори, звеня гэта.

Я понимал её заботу о внешнем виде и мог понять, почему Изуми так тщательно выбирает одежду.

Но я всё равно переживал, что этого может быть недостаточно, чтобы согреться, и пытался убедить её надеть хотя бы что-то под юкату. Изуми, как будто это было само собой разумеющееся, ответила:

«Старшеклассницы носят мини-юбки и ходят босиком даже зимой, так что всё нормально».

Для старшеклассника это, конечно, приятно — видеть босые ноги даже зимой, но для девушек это настоящее испытание.

Я, ради интереса, спросил, почему старшеклассницы ходят босиком зимой, и она объяснила, что это ради моды и чтобы выглядеть мило… Девушки стараются быть стильными, не так ли?

В итоге мне удалось убедить её хотя бы надеть тёплое бельё, чтобы они не простудились.

Когда всё было готово, мы встретились в лобби — и вот мы здесь.

— Они ещё не готовы?

— Девушки всегда готовятся дольше, знаешь ли.

Но прошло уже пятнадцать минут с нашего прихода в лобби.

Я боялся, что Изуми уснёт от переедания, но этот страх оказался напрасным.

— Простите, что заставили вас ждать!

Обернувшись, я увидел Изуми и Аой-сан.

— Все пришли, давайте отправляться.

— Да. Пойдём♪

Когда мы собирались выйти из главного входа:

— Вы хотите выйти?

Нас остановил служащий на ресепшене.

— Да, мы хотим посмотреть Снежный фестиваль.

— В таком случае, подождите немного.

Служащий исчез за стойкой, а через минуту вернулся с двумя фонарями в руках.

— До деревни Юкиякари недалеко, но дорога слабо освещена, ведь уличных фонарей почти нет. Солнце уже село, а кое-где земля может быть скользкой. Возьмите эти фонари, чтобы безопасно идти.

Фонари были не свечами, а небольшими светодиодными лампами, сделанными так, чтобы юката и светильники не нарушали атмосферу онсэна и одновременно обеспечивали безопасность.

— Спасибо.

Служащий проводил нас, и мы покинули гостиницу, направляясь в деревню Юкиякари.

Я поделился фонарём с Аой-сан, а Эйдзи — с Изуми, и мы шли по каменной дорожке.

— Аой-сан, тебе не холодно?

— Нет, я поддевала тёплое бельё, так что всё в порядке.

— Отлично. Но для прогулки я дам тебе свой нагреватель.

Я достал грелку из рукава хаори и передал Аой-сан.

— Это единственная, что у меня осталась. Я собирался купить ещё в магазине по пути, но мы ехали на поезде и автобусе, так что не успел — поэтому только эта.

— Спасибо. Но если я буду пользоваться ею, то что насчёт тебя, Акира-кун…?

— Со мной всё в порядке.

— Но…

Аой-сан нахмурилась, вид у неё был обеспокоенный.

В следующий момент на её лице промелькнула тень эмоции, а щеки мгновенно покраснели.

Я сначала подумал, что это игра света фонаря, но свет был белым, а выражение её лица явно застенчивое. Так что это точно не просто моя фантазия.

Только тогда я это понял.

— Эх…

Вдруг моя левая рука ощутила тепло.

Когда я посмотрел на неё, Аой-сан держала мою руку, зажав между нами грелку.

— С-с этим нам обоим будет тепло, да…?

— Д-да… Ты права…

Чёрт, моё тело мгновенно накрыло волной жара от неожиданности и смущения.

Даже на холодном зимнем воздухе я чувствовал себя раскалённым и напряжённым.

И ещё жарче стало из-за того, что под юкатой я надел тёплое бельё для защиты от холода — я и представить не мог, что это сыграет со мной злую шутку.

Я даже не понимал, мерзну ли я или перегрелся.

[[image:/storage/reader-images/8d44a0176a91458e873fdaa4dd612787e6dc724b.jpg]]
Я боялся, что если буду слишком напряжён, мне скажут: «Вы уже держались за руки и даже поцеловались косвенно, так что не стесняйся больше»,… Но к этому невозможно привыкнуть мгновенно.

Но нельзя же всю жизнь краснеть каждый раз, когда держишься за руки.

— Я вижу!

В этот момент Изуми, которая шла впереди, закричала от радости.

Она указала на маленький огонёк, мерцающий в темноте.

Когда мы подошли, перед нами был вход с табличкой «Деревня Юкиякари».

— Так много людей…

— Должно быть, это популярное место для туристов.

Как и ожидалось, вход был переполнен туристами.

Люди всех возрастов и профессий: студенческие группы вроде нас, работающие пары, семьи с маленькими детьми — всё это показывало популярность фестиваля.

— Мы пойдём вперёд. А вы потом наслаждайтесь~

Изуми сказала это сразу после того, как появилась, и скрылась в толпе вместе с Эйдзи.

…Я понимал, что Эйдзи и Изуми оставили нас для свободы действий, как он советовал, но… манера Изуми была слишком открытой, слишком шумной и слишком навязчивой.

Чувствовалось, будто мы оказались под присмотром соседских тётушек, которые устраивают сватовство.

Похоже, Аой-сан уже догадалась и слегка смущённо посмотрела на свои ноги.

— Нам тоже идти?

— Да.

Я крепко сжал руку Аой-сан, чтобы мы не потерялись, и мы направились к главной площадке.

Когда мы прошли через вход, я невольно выдавил:

— Как красиво…

— Да… Это потрясающе…

По обеим сторонам снежного коридора, что тянулся перед нами, стояли маленькие камакуры, словно указатели.

Внутри их освещали фиолетовые огоньки, а яркость регулировалась так, что мерцание напоминало живой свет огня, создавая фантастическое пространство, уходящее далеко за пределы поля зрения.

Похоже, что главная часть фестиваля находится прямо впереди.

Шагая, я погрузился в эмоции и заметил, что свет огней постепенно меняет цвет.

Лампы, которые ещё несколько минут назад светились фиолетовым, постепенно меняли цвет на жёлтый, словно показывая течение времени, а затем стали зелёными.

Это напоминало иллюминацию снега и света камакуры.

Не только камакуры были освещены, но и белые берёзки вдоль коридора переливались рождественскими огнями.

— Интересно, сколько здесь маленьких камакур? — спросила я.

— В брошюре в гостинице сказано, что их тысячи.

— Тысячи? Значит, их очень много.

— Но, говорят, их ещё больше.

— Ещё больше?

Аой-сан наклонила голову, как обычно мило, и поставила на лице знак вопроса.

Тем временем мы подошли к главной площади.

— Вау…

Аой-сан издавала звук удивления.

Перед нами стояли ледяные скульптуры.

Это тоже было в буклете, но, похоже, каждый год на фестивале снега проводится конкурс ледяной скульптуры, куда съезжаются искусные мастера со всей страны, чтобы посоревноваться в мастерстве.

Все работы выставляются здесь на время фестиваля, и туристы могут выбрать свои любимые, а результаты публикуются позже в интернете.

— Давай посмотрим их по порядку?

— Да!

Глаза Аой-сан сияли так ярко, что это было заметно даже в темноте.

С её невинной улыбкой, как у детей в парке аттракционов.

Затем мы рассматривали ледяные скульптуры, делясь впечатлениями друг с другом.

Грациозные лебеди с расправленными крыльями, дракон с каждой аккуратно вырезанной чешуёй, перед Санта-Клаусом и его оленями, созданными для Рождества, стояли родители, фотографировавшиеся с детьми, с улыбками на лицах.

— Я тоже хочу сфотографироваться.

— Я тебя сфоткаю.

Аой-сан пошла за детьми, которые стояли в очереди.

Когда пришла наша очередь, я встал перед скульптурой и сделал снимок.

— Что такое, Аой-сан?

Она смотрела на пару, фотографировавшуюся у другой скульптуры.

— Акира-кун… эм… я тоже хочу сфотографироваться с тобой.

Она произнесла это, заглядывая в телефон и сжимая его обеими руками.

— Разве нельзя?

Я покачал головой.

— Давай сфотографируемся вместе.

Я попросил кого-то рядом и дал свой телефон, чтобы нас сфотографировали вместе у скульптуры. Потом мы сразу же посмотрели снимок, и Аой-сан с довольным видом посмотрела на экран.

— Фото получилось хорошее?

— Да. Думаю, оно очень удачное.

Мы оба смущались, но снимок действительно был хорошим, с отличной атмосферой.

— Акира-кун… если я поставлю это фото на фон своего телефона, ты не против?

— Э? Мне это не мешает, но…

Аой-сан потом поставила фото на экран ожидания и показала мне.

— Тогда, думаю, я сделаю то же самое…

Честно говоря, мне было немного стыдно, но я сделал так же.

Единственный, кто не должен это видеть, — Изуми…

— Фу-фу…

— Ха-ха…

Кроме того, мы оба были слишком стеснительны, чтобы смеяться или отворачиваться друг от друга.

— Л-ладно. Пойдём посмотрим и другие места!

— Да.

После этого, с телефоном в руках, мы продолжили осматривать ледяные скульптуры и окрестности.

Мы наслаждались фестивалем снега, выбирали интересные нам скульптуры и снова фотографировались, но… было немного непривычно отпускать сцепленные руки ради фото.

— …Аой-сан?

Я так увлёкся фотографированием, что внезапно заметил: Аой-сан, которая всё это время стояла рядом, исчезла.

Мы разошлись… Нет, она всё ещё была рядом, значит, где-то здесь.

Я осмотрелся, но не смог её найти из-за большого числа туристов и темноты.

Кроме того, среди людей было больше тех, кто в юкатах, чем я ожидал, поэтому я не мог определить Аой-сан с первого взгляда.

Я положил телефон и стал искать её, лавируя между толпой.

— Аой-сан—!

Вдруг я заметил её, стоящую в одиночестве в углу залы.

Я подошёл к Аой-сан, с облегчением похлопал себя по груди, и она посмотрела на меня и подняла голову.

— Слава богу. Я сразу смог найти… э?

Это было слишком внезапно.

Аой-сан прыгнула ко мне быстрее, чем я успел что-либо сказать.

— Аой-сан…?

Я ошеломлённо коснулся её плеча.

Её маленькое плечо слегка задрожало.

— Аой-сан, с тобой всё в порядке? Что случилось?

— …Я не знаю, что делать, если не смогу больше тебя увидеть.

Рука Аой-сан, сжимающая мой хаори, была необычайно сильной.

— …Я думала, что делать, если Акира-кун исчезнет.

Она приблизила лицо к моей груди и прошептала так тихо, что казалось, её слова вот-вот растворятся в воздухе.

— …Если я не смогу больше тебя видеть.

Хотя мы были разделены всего на несколько минут в чужом месте, её тревога и невысказанная печаль ударили по мне с такой силой, что я понял: Аой-сан была так грустна, что у неё навернулись слёзы.

Сколько времени она была в таком состоянии?

— Прости… что я так разрыдаюсь…

Глаза Аой-сан, поднятые ко мне с извиняющимся взглядом, покраснели так, что это было видно даже при тусклом свете.

Словно её улыбка, с которой она наслаждалась фестивалем снега, была лишь обманкой.

— Сейчас всё в порядке.

Аой-сан улыбнулась, говоря это.

Но я не мог просто принять эти слова.

— Давай продолжим и посмотрим всё остальное.

— …Да.

Я снова крепко сжал руку Аой-сан, чтобы мы больше не разлучались.

В конце концов я так и не осмелился спросить её, почему она была так огорчена.

***

— С возвращением.

Когда мы вернулись в рёкан, нас в комнате встретил Эйдзи.

Похоже, они вернулись раньше нас.

— Тебе понравился Снежный фестиваль?

— Благодаря вам.

Я старался выглядеть как можно спокойнее.

— Ты выглядишь немного расстроенным.

Спрятать это от Эйдзи было невозможно, он сразу всё заметил.

Я на мгновение не знал, что сказать, но потом решился промолчать.

— Я не хотел тебя волновать…

Похоже, я больше не могу лгать Эйдзи, и мне не хочется этого делать.

Причина, по которой я до сих пор спотыкаюсь в словах, может быть в том, что моя тревога — всего лишь недоразумение.

Вдруг в голове возник образ растерянной Аой-сан — возможно, из-за путешествия и эмоциональных взлётов и падений, или потому что ей было одиноко в темной ночи.

Я не мог судить по её улыбке, которая вскоре снова засияла на лице.

Я решил пока промолчать, хотя бы до тех пор, пока не найду ответ внутри себя.

— Но я ценю, что ты заботишься обо мне.

— Если тебе что-то нужно, можешь сказать мне. Не стесняйся.

— Да… я знаю, спасибо.

Поведение Эйдзи в такие моменты всегда помогало мне. Он не навязывался, а предлагал руку, учитывая ситуацию другого человека.

В отличие от Изуми, которая не может пройти мимо нуждающегося и протягивает руку без разбору, мне кажется, именно поэтому они так хорошо уравновешены.

— Изуми в соседней комнате?

— Да. Она, наверное, устала после всех развлечений и сразу легла спать.

— Понятно… А Аой-сан тоже вернулась в свою комнату, чтобы отдохнуть. А мы что будем делать?

— Я составлю тебе компанию, Акира.

— Отлично. Тогда пойдем ещё раз в ванну перед сном.

— Согласен. Давай не откладывать.

Эйдзи, возможно, тоже устал, но всё равно пошёл со мной — таким образом проявляя заботу.

Когда я подумал, что у меня осталось всего три месяца, чтобы ощущать такую дружбу, я понял, что хочу, чтобы он сопровождал меня без всяких условий.

Мы вышли из комнаты с полотенцами в руках и направились к открытой ванне.

После этого, лишь к 23:00, мы покинули онсэн и вернулись в комнату.

Эйдзи сразу же уснул, а я, залезая под одеяло, начал просматривать буклет о курорте с горячими источниками.

Завтра — 24-е декабря, канун Рождества. Я собирался передать всё, связанное с Рождеством, Изуми, которая, похоже, планировала всё на вечер, а днём мы с Аой-сан будем свободны делать всё, что захотим, как сегодня вечером.

Я ломал голову, куда бы пойти с Аой-сан.

— Аой-сан… надеюсь, завтра она будет в порядке.

Если ей станет плохо, я хочу поддержать её и заставить улыбнуться.

С такими мыслями я продолжал изучать туристические места и вскоре заснул.

----------

Второй день выпускной поездки

На следующее утро, когда часы показывали 6:30,

Я встал раньше Эйдзи и оказался у двери в комнату девушек.

Причина, по которой я поднялся так рано, проста — завтрак был в 7:30.

Может показаться, что это слишком рано, но общеизвестный факт:

Режим сна и пробуждения у Изуми — просто ужасен.

Я помнил, как во время летних каникул, когда мы жили в вилле Эйдзи,

Мне приходилось каждый день буквально вытаскивать Изуми из постели.

Тогда можно было позволить себе ждать, пока она встанет,

Но сейчас время завтрака фиксировано.

Я не позволю Изуми пропустить еду, поэтому заранее привёл себя в порядок

И пришёл её будить.

Хотя… я всё ещё страшно сонный…

— Вы двое уже проснулись?

Подавляя зевоту, я постучал в дверь и заглянул внутрь.

Сразу ответа не последовало, но спустя несколько секунд

Я услышал шаги.

Заскрежетал замок, и дверь медленно открылась.

— Акира-кун… доброе утро…

[[image:/storage/reader-images/11f6246fce364d4ebc7477f73db5bc4e2a30a22c.jpg]]
— Да, доброе утро— уоох!?

Сон как рукой сняло, когда передо мной появилась Аои-сан

С сонными глазами.

Причина проста — её юката была совершенно не поправлена.

Похоже, она только что проснулась и вышла, не заметив,

В каком беспорядке находится её одежда.

Две округлости, выглядывающие из распахнувшейся юкаты,

Образовывали долину куда красивее любой горной, окружающей этот онсэн,

А кожа была белее свежего снега, покрывающего вершины вокруг.

Аой-сан, не понимая, что происходит, сонно покачивалась,

Словно ещё наполовину спала.

Чересчур возбуждающее утро — смесь милоты заспанной девушки

И откровенной, почти опасной привлекательности.

Это что, ранний рождественский подарок от бога похоти?

— …Что такое?

Конечно, я не мог сказать Аой-сан, что именно сейчас увидел.

Честно… что мне делать?

Если скажу — она умрёт со стыда.

Если промолчу — позже поймёт сама и тоже провалится сквозь землю.

— Эм…

Если всё равно обоим краснеть, то…

Можно хотя бы полюбоваться этим чуть подольше.

И, сам того не замечая, я снова опустил взгляд.

Аой-сан уловила направление моего взгляда, наклонила голову,

А затем медленно опустила глаза вниз — следуя за моим взглядом…

И в следующую секунду, резко покраснев,

Зажала грудь руками и отпрянула.

— Н-нет, это… прости!

— Нет, это мне стоит извиниться… что показала тебе такое странное.

— Это совсем не странно! Наоборот, это было очень красив—

Не то я говорю!!

Что я вообще несу!?

Я что, бредить начал!?

— …

Атмосфера повисла неловкая — ужасное утро получается.

Хотя сон как рукой сняло, говорить было слишком стыдно.

— Уже почти время завтрака, так что… сможешь разбудить Изуми? Я подожду в своей комнате, пока приведу себя в порядок. Если вдруг не получится её поднять — позови меня, я приду…

— Да… поняла…

Я медленно закрыл дверь и отошёл от комнаты девушек.

Хотя мы живём вместе уже полгода,

Такое со мной произошло впервые.

Ты, возможно, скажешь:

«Да брось, вы живёте под одной крышей — наверняка раньше тоже попадались подобные моменты».

Но клянусь — ничего подобного никогда не случалось.

Когда она только переехала ко мне, я, конечно, видел её бельё,

Когда развешивал стирку,

Но, думаю, понятно, что смотреть на бельё

И видеть настоящее тело — ощущения совершенно разные.

Доказательство?

Образ этих роскошных «двух холмов»,

Которые до сих пор отпечатались в моих глазах,

Ещё долго не давал мне покоя.

Один эротичный мудрец как-то сказал:

— Женская грудь утопила больше мужчин, чем все морские боги вместе взятые.

И, честно говоря, я полностью с этим согласен.

— Чего это ты так ухмыляешься в потолок?

— Уооох!?

Стоило мне только выйти в коридор и наслаждаться остатками своего счастья, как из ниоткуда объявился Эйдзи.

— Я не ухмылялся!

Я тут же выключил тумблер вожделения и попытался выглядеть максимально спокойным.

— Правда? А то с утра ты какой-то слишком… оживлённый.

— Да нет же… наверное…

Ну серьёзно, хватит уже читать мои мысли!

— Так что, они там проснулись?

— Аой уже встала. А вот Изуми… ну, как обычно.

— Понятно.

— Я попросил Аой разбудить её. Но если не получится — сказала позвать меня.

— Тогда давай чайку попьём, подождём, пока Аой придёт звать.

Эйдзи, как обычно, заранее предполагал, что Изуми не проснётся.

И, разумеется, так и вышло — Изуми упорно отказывалась вставать…

Аой пришла за помощью, и Эйдзи понёс её в столовую на спине, как бесжизненный мешочек.

Это уже не забота — это транспортировка.

— Ааа~ всё-таки утро по-японски — это обязательно мисо-суп…

Когда мы добрались до ресторана, аромат мисо-супа наконец-то привёл Изуми в чувство.

Глядя, как она прихлёбывает суп с выражением абсолютного блаженства, я подумал:

Если на этом выпускном путешествии я получил что-то ещё, помимо вида Аой в полурасстёгнутой юкате…

То это знание, как будить Изуми.

Её собачья натура раскрылась полностью — стоит ей учуять еду, и она мгновенно просыпается.

Если отбросить такие шуточки—

— Сегодня до ужина у каждого свои планы. Вы что думаете делать?

Жареный лосось, мягкое варёное яйцо, натто, тофу и набор маринадов — типичный японский завтрак.

— Мы хотим устроить тур по горячим источникам.

— Пройтись по онсэнам, значит… звучит отлично.

Онсэн-тур — это буквально обход местных купален.

Здесь их много, и если заплатить тысячу йен за абонемент, можно ходить по всем сколько душа захочет.

Неудивительно, что это так популярно.

Некоторые приезжают сюда даже на один день только ради купален.

— Я хочу обойти их все! Так что пойду прямо с утра! ♪

Изуми, наконец полностью проснувшаяся после дозы супа, сияла глазами, как ребёнок.

— Акира-кун, а что нам делать?

— Я уже кое-что придумал. Не переживай.

— Спасибо. Буду ждать с нетерпением.

Увидев её обычную тёплую улыбку, я почувствовал, как у меня камень с души упал.

После вчерашнего фестиваля снега я беспокоился о ней, но, похоже, зря.

Я тихо вздохнул с облегчением.

Сегодня середина нашей поездки.

Значит… просто забудем о времени и будем наслаждаться днём.

***

После завтрака я с Аой-сан покинули рёкан раньше Эйдзи и Изуми.

Погода была ясная, и по прогнозу к середине дня температура должна была немного подняться.

Но в горах зимний воздух всё равно был прохладнее, чем на равнине. Я хотел прогуливаться по курорту в юкате, как вчера вечером, но это было бы слишком неудобно для короткой прогулки, да и на целый день.

В итоге я сдался и пошёл неспешно по курорту в повседневной одежде.

— Акира-кун, а куда мы идём сначала?

— Я думал, сначала посмотрим на болото Юномото.

— Болото Юномото?

— Говорят, это место, где в курорте бьют горячие источники. Это редкость — увидеть, как вода буквально бьёт из земли, и туристы, особенно любители онсэнов, приезжают сюда издалека.

— Из земли… звучит интересно!

Глаза Аой-сан засверкали от ожидания.

— Кстати, сегодня утром ещё прохладно, да?

Я подумал, что солнце, если бы встало раньше, сделало бы воздух теплее, но…

— Акира-кун, дай руку.

— Руку? Ах, вот так?

Когда я протянул руку, как она попросила, Аой-сан достала из кармана грелку и вложила мою руку между своими руками, так же, как прошлой ночью.

— Это согреет тебя, да?

Она слегка смутилась.

— А вчера… это ведь не та причина, да? Как так?

— Я видела её в магазине и купила.

— Да, она тёплая, но если она продаётся, почему ты не купила две?

Чтобы нам не пришлось делиться и согревать друг друга.

Я задал вопрос просто так, без скрытого смысла.

— Э-э…

Аой-сан смутилась и отвернула лицо.

— Я подумала… если куплю две, я не смогу держать тебя за руку, Акира-кун…

— Ап…

Серьёзно…

Я не мог поверить, что она купила только одну специально, чтобы мы держались за руки.

Я никогда не думал, что причина может быть такой, и это заставило Аой-сан покраснеть.

Честно говоря, мне нравится видеть, как она смущается, и если бы меня спросили, нравится ли мне это, я бы сказал — да, мне стало немного приятно в последние дни. Но вместе с этим я слегка расстроен.

Отложив свои мысли, я понял: это не только моё воображение, что Аой-сан стала такой напористой и милой после начала поездки, когда она что-то говорит с лёгкой стеснительностью.

Возможно, все эти путешествия повысили её эмоциональное напряжение на двадцать процентов.

— Извини… мне следовало купить две.

Аой-сан улыбнулась с лёгкой горечью, чуть извиняясь.

Я чувствовал себя смущённым, и ещё больше — виноватым за то, что заставил её извиняться.

Если бы я сказал, что не хотел, чтобы так получилось, это выглядело бы натянуто.

Тогда…

— Если бы купила две, я всё равно смог бы держать тебя за руку завтра.

— …Акира-кун.

Хотя это я и сказал, мне показалось, что это слишком аккуратно даже для меня.

Но это не значит, что чувства Аой-сан можно игнорировать.

Если мы сможем снова держаться за руки завтра — разве это не замечательный ответ?

— Тогда, когда вернёмся, давай купим это на завтра.

— Да. Точно.

Во время этой поездки я ни за что не хочу видеть грустное или обеспокоенное лицо Аой-сан.

Я понимаю, что фразы типа «не волнуйся» мне не слишком подходят, но надеюсь, что в этот момент она меня простит.

Мы шли рядом, держась за руки, и вдруг Аой-сан приподняла голос:

— Акира-кун, этот запах…

— Да.

Сильный запах серы доносился с ветром.

Это был тот самый характерный аромат горячих источников, который я почувствовал вчера, когда мы шли к источнику.

Но сегодня он был ещё сильнее — густой, резкий, буквально пробивающий нос.

Как только я подумал, что мы почти подошли к источнику, пейзаж резко изменился: вместо извилистых улочек курорта перед нами раскинулась обширная болотистая местность.

Пар поднимался со всех сторон, словно утренняя дымка.

Разбросанные по болоту водоёмы, очевидно, были источниками горячей воды: вода не замерзала, имела белесоватый оттенок, а из поверхности поднимался пар.

Если приглядеться ближе, можно было заметить пузырящуюся воду — горячие источники, которые не бьют прямо из земли, а словно кипят в небольшой глубине.

Для прогулки в болотистой местности устроена дорожка из досок, похожая на грибы, по которой можно безопасно пройти.

— Акира-кун, а что это?

Аой-сан указала на низенькие домики, раскиданные по болоту.

На крыше каждого дома висели сосульки и слой снега.

— Говорят, в этих домиках расположены источники, и отсюда вода подаётся в рёканы. Домики защищают оборудование от дождя и ветра. Каждый рёкан управляет своим источником отдельно, а на домиках висят таблички с названием рёкана, чтобы туристы могли ориентироваться.

— Значит, наш рёкан тоже берет воду отсюда?

— Давай найдём его!

— Да.

Мы поспешили по деревянным настилам через болото.

Доски немного шатались, и между ними были щели, поэтому нужно было идти осторожно, чтобы не оступиться.

— Аой-сан, будь осторожна.

— Да, спасибо.

Я крепко держал её за руку, чтобы она не упала, и шёл очень внимательно.

Проверяя таблички на каждом домике, мы быстро нашли нужную — с названием нашего рёкана.

— Аой-сан, вот оно.

— Значит, горячая вода идёт из этого места к рёкану.

Я никогда раньше не задумывался, откуда берётся горячая вода.

— Кстати, неподалёку есть ванна для ног, и там продают яйца, сваренные в горячих источниках. Так как мы здесь, почему бы не попробовать, пока ноги парим?

— Да! Я хочу!

— Тогда давай сделаем это нашей следующей целью.

После этого мы покинули болото Юномото и направились к ванной для ног.

Она располагалась ближе к центру курорта, всего в пяти минутах ходьбы от болота.

Место популярно среди туристов: оно бесплатное, простое в использовании, а ещё здесь можно попробовать фирменные яйца, сваренные в горячих источниках.

Несмотря на утреннее время, здесь уже было много посетителей.

— Акира-кун, это что, очередь за горячими яйцами?

Очередь тянулась от магазина у входа.

— Похоже на то. Давай встанем в очередь.

Мы заняли место в конце и стали ждать своей очереди.

То, что так много людей стоят в очереди только ради одного яйца из горячего источника, говорит о том, насколько оно вкусное.

И не только я с нетерпением ждал — Аой-сан рядом со мной тоже ёрзала, словно не могла дождаться, но её движения были такими милыми, что я не мог сдержать улыбку.

Она была похожа на маленькую девочку, которая ждёт своей очереди в парке аттракционов.

— Акира-кун, ты такой счастливый.

Я не мог сказать, что это потому, что мне приятно наблюдать за Аой-сан.

— Ах, я не могу дождаться яйца.

— Да! Я тоже!

Я подумывал немного подшутить, но если я это сделаю, она, скорее всего, закроет лицо руками и смутится, как обычно, поэтому я промолчал и тихо позволил ей наслаждаться моментом.

Через десять минут наша очередь наконец подошла…

— Извините, остался только один.

— Э…

Мы собирались купить по одному для каждого, но остался только один. Плечи Аой-сан опустились.

— Что ж, возьмём. Можешь есть, Аой-сан.

— Но, извини, Акира-кун…

— Не волнуйся обо мне.

Я понимал, что Аой-сан переживает из-за того, что я сказал.

Так что пришлось уступить друг другу.

Я купил последнее яйцо и повёл Аой-сан к ванной для ног.

Мы сняли обувь и носки у входа, положили их в ящик и прошли дальше, выбрав место подальше от толпы туристов. Сели, закатали штанины и медленно опустили ноги в воду.

— О… как жарко.

Мои замёрзшие ноги приятно пощипывало от тепла воды.

Но, когда тело постепенно привыкло, ощущение стало очень комфортным.

— Аой-сан, всё в порядке? Не слишком горячо?

— Да, я в порядке.

Мы оба облегчённо выдохнули, наслаждаясь теплом воды.

После того как устроились, я протянул Аой-сан только что купленное яйцо из горячего источника.

Она выглядела смущённой — быть единственной, кто ест, — и сначала отказывалась подносить чашку и ложку к рту.

Когда я удивлённо посмотрел на неё, Аой-сан как будто что-то внезапно пришло в голову.

Затем она ложкой взяла яйцо и положила его в рот, и на её лице расцвела счастливая улыбка.

— Вкусно?

— Да. Очень вкусно.

Её мягкая улыбка заставила меня с облегчением похлопать себя по груди.

— Э…?

Аой-сан протянула мне ложку с яйцом из горячего источника.

— Акира-кун, пожалуйста.

— Разве можно?

— Да, давай поделимся.

Что ж, значит, это как бы «поцелуй» через ложку… Уже поздно об этом думать.

Конечно, немного неловко это осознавать, но мы уже не первый раз это делаем, так что теперь это почти естественно — не смущаться.

— Ну что ж, я съем.

Когда я откусил кусочек яйца, его мягкая текстура растеклась во рту.

Аромат горячего источника и нежный вкус яйца оставили легкий запах, но говорить я не мог — вместо слов я просто смотрел на Аой-сан и многократно кивал.

Она тоже улыбнулась и многократно кивнула в ответ.

— Очень вкусно, правда?

— Да… это немного удивительно.

Я наконец проглотил и сказал вслух:

— Жаль, что мы купили только одно… Если останется, я куплю ещё для Эйдзи и Изуми.

— Если они тоже захотят, мы можем вернуться и купить их завтра перед отъездом.

— Да, верно. Давай так и сделаем.

После того как мы поделились яйцом пополам, остаток утра мы провели, расслабляясь и согреваясь в ванной для ног.

Мы говорили о снежном фестивале, о вчерашнем ужине, о горячих источниках.

Время текло спокойно, мы беседовали так, как нам хотелось.

Прошло сколько времени, мы просто болтали…

Вдруг Аой-сан прислонила голову мне на плечо.

— Аой-сан?

Я заглянул на её лицо — глаза закрыты, слышно тихое дыхание.

— Наверное, она задремала…

Я понимал, почему она сонная.

Если тело согрето так, что приятно и тепло, хочется закрыть глаза.

Вчера Аой-сан устала не только от долгого пути, но и от постоянного возбуждения и радости.

Возможно, она сама этого не замечала, но для тихой и обычно спокойной девушки, которая весь день так активно двигалась, вполне нормально быть немного уставшей.

На самом деле, я тоже слегка засонный от усталости и приятного комфорта.

Мне было жалко будить Аой-сан, поэтому я просто продолжал давать ей плечо, чтобы она могла немного отдохнуть.

И в этот момент я внезапно подумал:

— Я рад, что могу провести такое приятное время.

…Но у меня осталось всего три месяца на счастливые моменты.

Я не был пессимистом.

Я примирился с собой.

Я знал, что все проблемы Аой-сан разрешились, что ей больше не нужно беспокоиться обо мне после перевода школы, и что моя связь с Эйдзи, Изуми и, конечно же, Аой-сан не прервется из-за моего переезда.

Следующий переезд школы будет отличаться от тех, что я переживал раньше.

Я уверен, что этот переезд не будет похож на прощания, когда приходится отпускать всё.

Но всё это благодаря Аой-сан.

Аой-сан сказала: «Благодаря Акира-куну я могу быть здесь сейчас», и я чувствовал то же самое.

Причина, почему я могу быть спокоен, — встреча с Аой-сан в парке в дождливый день.

Я снова подумал: я сам был спасён Аой-сан, когда протянул ей руку.

Теперь мне больше не о чем беспокоиться.

Я надеюсь, что смогу провести оставшееся время спокойно и продвигать наши отношения с Аой-сан, пусть даже на маленький шаг.

— Да, я так думаю…

Я всё ещё не могу забыть слёзы, которые Аой-сан показала прошлой ночью.

Я видел, как Аой-сан плакала несколько раз раньше.

Когда Изуми и Эйдзи загадывали её счастье у священного дерева в храме, где мы останавливались после целого дня прогулок по горячим источникам… или когда она встречалась с бабушкой, с которой была разлучена долгие годы…

И даже тогда, когда мы вместе ели пудинг вечером, и она прощалась с мамой.

Но я никогда не видел её настолько печальной, настолько разрывающейся слезами, как прошлой ночью.

Её слёзы отличались от всего, что я видел раньше, и я не мог не почувствовать лёгкое беспокойство — маленький шип, воткнувшийся в угол моего сердца.

— Но я не могу не волноваться…

Возможно, это остатки какого-то защитного инстинкта во мне.

Желание заботиться о Аой-сан, оберегать её больше, чем нужно, хотя на самом деле поводов для тревоги нет, заставляло меня чувствовать себя словно родитель, который не может отпустить ребёнка.

Возможно, мне стоит ненадолго отойти от Аой-сан.

— Ннн…

Аой-сан проснулась, когда я думал об этом.

— …Кажется, я задремала.

Она всё ещё была сонной, голова её покоилась на моём плече.

— Ты много готовилась к тестам в последнее время, а ещё вчера мы целый день гуляли, так что, наверное, ты устала.

— Сколько я проспала?

— Примерно 30 минут.

— Прости… ведь мы в отпуске. Ты должен был разбудить меня.

— Не нужно извиняться. Благодаря этому я смог расслабиться и насладиться ванной для ног.

— …Спасибо.

Но, глядя на её улыбку, я понял, что все мои опасения — лишь плод моего воображения.

Я был уверен в этом — бормотал про себя, чтобы убедить самого себя.

— Пойдём на обед?

— Да. Но прежде…

Аой-сан достала телефон и подняла его перед нами.

— Это тоже важный момент, поэтому хочу запечатлеть его на фото.

После того как мы сделали снимок, мы вышли из ванны для ног и продолжили идти рядом, рука об руку.

***

После этого мы пообедали в гостевом доме на берегу озера.

Озеро, которое мы видели из-за окна, было наполовину покрыто льдом — наверное, из-за высоты и низкой ночной температуры. На льду отдыхали дикие птицы, а в открытой воде плавали утки, пытаясь поймать рыбку.

Было настоящее удовольствие наслаждаться обедом, любуясь такой фантастической панорамой.

После еды мы немного прогулялись по территории курорта, и прежде чем мы это осознали, уже стемнело.

Когда наступил вечер, мы наткнулись на магазин ёкан, стоящий одиноко вдоль дороги.

— Магазин ёкан прямо на курорте с горячими источниками… странноватое сочетание, — пробормотал я.

— Да, — сказала Аой-сан. — Это не сувенирный магазин, а настоящий магазин, где продают только ёкан.

Я посмотрел в телефоне и выяснил, что этот магазин ёкан очень известен на всём курорте.

Некоторые фанаты приезжают сюда издалека только ради ёкана, а горячие источники — это уже бонус. Самым популярным считается солёный ёкан, где сладость и соль идеально сбалансированы.

— В таком случае я хочу попробовать, — сказал я.

— Да, да ещё и подарок будет хорошим для Хиёри, — добавила Аой-сан.

— Точно. Хиёри будет рада.

Сомнений не оставалось.

— Пойдём, — сказал я.

— Да, — подтвердила Аой-сан.

Когда я открыл дверь, внутри стояли несколько столиков и стульев. Оказалось, что магазин не только продаёт еду на вынос, но и позволяет перекусить прямо здесь.

Я огляделся, чтобы найти тот самый солёный ёкан.

— Извините, — вдруг раздался голос.

Помощник магазина вышел с задней части помещения и извинился, прежде чем я успел поздороваться.

— На самом деле, мы только что всё продали на сегодня…

Серьёзно…?

— Это нормально, но вы имеете в виду, что не осталось ни одного?

— Да. Остался только тот, что заказан одним клиентом…

Мы с Аой-сан переглянулись.

— Ну что ж, ничего не поделаешь.

— Верно.

Похоже, место действительно популярное, а мы опоздали.

Я хотел было зарезервировать ёкан на завтра, но, к моему удивлению, мне сказали, что магазин завтра закрыт. Придётся сдаться и искать другой подарок для Хиёри.

— Хмм? А вы двое тоже пришли за ёканом?

Я услышал знакомый голос сзади и обернулся.

Передо мной стояли Изуми и Эйдзи.

— Почему вы здесь?

— Мы пришли купить солёный ёкан.

— Мы тоже хотели взять его в подарок для Хиёри, но, похоже, остался только для тех, кто сделал предварительный заказ.

— Не беда, — сказала Изуми. — Мы уже сделали заказ.

— Эх?

Мы с Аой-сан одновременно вскрикнули от удивления.

Изуми, поняв ситуацию, удовлетворённо посмотрела на нас.

— Вы думаете, я пройду мимо знаменитого солёного ёкана? — заявила Изуми. — Я позвонила за неделю до поездки и сделала заказ не только для всех нас, но и для Хиёри. И, конечно, я выяснила, что завтра магазин закрыт.

Как и ожидалось от Изуми.

Это же она — Изуми, которая любит японские сладости больше, чем три раза в день, и даже ищет сувениры на туристических маршрутах.

— Честно говоря, на этот раз это просто впечатляет, — сказал я.

— Фуфуфу, можешь ещё похвалить меня, — Изуми поставила более самодовольное лицо, чем обычно.

Ну что ж, пусть хоть сегодня почувствует удовлетворение.

— Давайте поедим вместе после ужина, — предложила я.

Мы рассчитались, забрали заказанный ёкан и вышли из магазина.

Когда я посмотрел на время в телефоне, было 16:00 — ещё оставалось время до ужина, но солнце уже садилось, и я хотел вернуться в гостиницу чуть раньше, чтобы успеть сходить в ванну до ужина.

Мы спокойно шли по улице.

— Оо~♪ — вдруг весело воскликнула Изуми, идущая сзади.

— Что случилось? — спросил я.

— Да ничего, но мне кажется, вы вдвоём уже хорошо умеете держаться за руки♪

— —!?

Когда Изуми так сказала, я почти рефлексом хотел отпустить руку, но сдержался.

С тех пор, как вчера мы были на фестивале снега, держаться за руки стало для нас настолько естественно.

Мы с Аой-сан полностью забыли, что идём перед ними и держимся за руки.

Но если я отпущу сейчас, Аой-сан может подумать, что мне не хочется держать её за руку. Я не хотел бы, чтобы она неправильно поняла, поэтому крепко сжал её ладонь.

— …Ничего страшного, да? Если просто держаться за руки.

— Акира-кун… — Аой-сан слегка удивлённо посмотрела на меня и мягко сжала мою руку.

Изуми, наблюдая за нами, улыбнулась.

— Конечно, не стесняйтесь, что мы рядом. Продолжайте держаться за руки. Так Эйдзи-кун и я сможем обниматься прямо перед вами, не боясь никого!

— А разве вы когда-нибудь старались обниматься осторожно? — парировал я.

Не только перед нами, но и перед одноклассниками, да?

— Хаха, действительно, никогда! — ответила она.

Когда она это сказала, я почувствовал смущение до предела, но понял одно: теперь нам не нужно стесняться.

Мне кажется, что мы достигли цели этой поездки — «сделать шаг вперёд в отношениях», просто сумев держаться за руки естественно, без волнений о том, кто нас видит.

Тепло её руки — лучшее тому доказательство.

***

— К-как… так получилось…?

Той ночью, когда часы показали 21:00…

Передо мной стояла Аой-сан в костюме Санты — мини-юбка, голые ноги и открытый пупок.

— Д-да… тебе идёт, — пробормотал я, пытаясь не выдать, насколько поражён.

Причина всей этой ситуации проста: мы были прямо посреди шумной рождественской вечеринки.

После этого мы вернулись в гостиницу, и после душа и ужина мы собрались в мужской комнате, чтобы перекусить, когда вдруг Аой-сан и Изуми начали шуметь и вернулись в женскую комнату.

Легко представить, что Изуми что-то замышляла, но через десять минут…

Аой-сан и Изуми, обе в костюмах Санты, вернулись с тортом и праздничными аксессуарами, распахнули раздвижную дверь и закричали «С Рождеством!» с очередной порцией хлопушек.

Я был так ошеломлён от увиденного и услышанного, что мне показалось, будто сердце остановилось.

— Как же мило, Аой-сан~ Эйдзи-кун, а как насчёт меня?

— Конечно, тебе тоже идёт, Изуми.

— Спасибо! Мой парень такой милый~ Я тебя люблю.

— Я тоже тебя люблю.

Их любовь звучала не только в школе, но и здесь, во время отпуска — они кричали друг другу «люблю» прямо посреди комнаты.

— Впрочем, Аой-сан, ты выбрала костюм довольно откровенный, да?

— Я-я знала, что ты так подумаешь… — Аой-сан выглядела очень смущённой и закрывала лицо руками.

— Я тоже думала, что это слишком открыто и немного кричаще, но… Изуми сказала, что по правилам девушки в костюме Санты должны показывать пупок, так что я постаралась, хотя мне было стыдно…

Аой-сан уже привыкла скрывать лицо, когда стесняется, но пупок она почему-то не скрывала.

Оставим это. Эта Изуми снова что-то объясняет Аой-сан, а та смотрит на меня с победным взглядом, словно говорит: «Благодари меня».

Я хотел сказать что-то про «правила девушек в костюме Санты» или про «культурные традиции», но сегодня я простил её, учитывая милый пупок Аой-сан.

Да и грудь у костюма достаточно открыта, так что я просто тихо поблагодарил её.

— Так, а почему я одет как олень?

В отличие от костюмов Санты у девушек, мы с Эйдзи были в костюмах северных оленей.

— Странно, если есть Санта, а оленей нет, да?

— Ну, я понимаю, что ты хочешь сказать… — сказал я, но это было не то, что я спрашивал.

Неважно, что я сказал, мне сейчас не хотелось говорить.

— Ну, ничего. Иногда неплохо и в таком наряде, — сказал Эйдзи с лёгкой улыбкой, красным вязаным носиком, настроение у него было приподнятое.

Я вспомнил, как в школьном кафе в японском стиле с блондинистой аниме-героиней я примерял женский костюм, и понял: парни с нейтральной внешностью в любом костюме выглядят хорошо.

Что за чертовщина… Эйдзи даже в костюме оленя выглядит отлично.

Я почувствовал лёгкое раздражение, как будто мне показали разницу между мной и Эйдзи.

— Слушай, Аой-сан, скажи своё впечатление о костюме оленя на Акира-куне!

— Впечатление? — подумал я. Вряд ли тут можно что-то сказать.

— Мне нравятся медведи, но я люблю и оленей, можно я сфотографируюсь с тобой? — глаза Аой-сан загорелись, и она нервно держала телефон в обеих руках.

Собственно, мы уже обсуждали возможность встретить диких медведей во время поездки, так что… олени — это тоже нормально.

— Хорошо, я сфотографирую тебя! — сказала Изуми-сан, беря телефон, который Аой-сан протянула ей, и садясь рядом со мной.

— Аой-сан, не так…

— Не так?

Изуми повернулась ко мне:

— Акира-кун, ползи сюда немного.

— Зачем?

— Просто делай, — сказала Изуми решительно.

Я почувствовал дурное предчувствие, но спорить с Изуми бесполезно.

Пришлось делать так, как она сказала, чтобы не создавать лишних проблем и не жаловаться на всё подряд.

— Да, Аой-сан, садись на Акира-куна…

— Я знал, что так и будет!

Я изо всех сил пытался возразить.

— Ну, Санта же должен ехать на олене, верно?

— Что ты говоришь… — Аой-сан сказала это так, словно это было совсем ничего.

— Кроме того, в косплее важно быть самим персонажем, так что не стесняйся.

Ну… с одной стороны, она права, с другой — не совсем.

К тому же, Санта едет на санях, а не на спине оленя. Какую игру она вообще решила с нами разыграть?

— Акира-кун, ты не против, если я сяду?

Аой-сан, которая не умеет сомневаться в словах других, поверила Изуми и попыталась сесть мне на спину.

И почему-то я выгляжу странно, когда жалуюсь…

Ну и пусть.

— Да, всё в порядке.

— Тогда… прошу.

Аой-сан элегантно устроилась у меня на спине боком.

— Ооо…

Когда я почувствовал мягкость её бёдер на своей спине, вырвался странный звук.

Нагрузка на спину была ощутима, но вместе с теплом её тела это было очень приятно.

— Акира-кун, тебе не тяжело? Должно быть тяжело, да?

— Нет-нет, совсем не тяжело. Всё нормально.

На самом деле, было бы даже приятнее, если бы было чуть тяжелее — так я лучше ощущал бы её форму.

Честно говоря… простите, но если можно получать такое удовольствие от простого ощущения, я не возражал бы быть оленем каждый год. А если захотеть, я готов посвятить себя роли «эксклюзивного оленя» Аой-сан в будущем.

Как это… я снова открыл дверь в совершенно новый мир.

— Акира-кун, я ведь сказала, что важно быть персонажем в косплее, но не нужно строить такое неприличное лицо, ладно?

— Я не строю неприличного лица, ни на миллиметр!

— Ладно, тогда я сделаю фото. Скажите «чиз»!

Вот так мы запечатлели новые воспоминания с Аой-сан на фото.

После того как мы посмотрели снимки с удовлетворением, Аой-сан сразу же поделилась ими с нами.

Фото Аой-сан в костюме Санты с мини-юбкой, голыми ногами и открытым пупком выглядело немного сюрреалистично.

Как и фото Аой-сан в купальнике, которое прислала мне Изуми во время летних каникул, это фото станет семейной реликвией рода Акамори на сотни лет, передаваясь из поколения в поколение.

[[image:/storage/reader-images/9e2d3e96ead26ba028dbc8f972f9502ad8fcb2db.jpg]]
— Тогда давайте все вместе съедим торт!

Так закончилась рождественская «драма с оленями», которая случается только в этот день.

Изуми достала торт из коробки и, с помощью Аой-сан, разрезала его на четыре одинаковые части.

Раздав кусочки всем, мы начали рождественскую вечеринку с напитками в руках.

Пока мы немного болтали, я вдруг понял одну вещь.

Возможно, это был первый раз, когда мы говорили о чём угодно просто так, без какой-либо цели.

До этого, когда мы собирались втроём, а точнее все четверо, разговор всегда был о делах Аой-сан.

Конечно, это не значит, что мы совсем не обсуждали другие вещи, но если и обсуждали, то в основном административные вопросы: ситуация Аой-сан или школьные фестивали.

Вот почему это был первый раз, когда я действительно наслаждался временем, проведённым вместе всеми четверыми.

Честно говоря, я был этому очень рад.

Говорят, чем больше времени проводишь весело, тем быстрее оно летит.

Мы съели весь торт и сладости, и прежде чем успели заметить, стрелки часов показали смену дня.

— О, уже 25-е.

Изуми достала свою сумку, которую принесла в комнату, затем вытащила красивый пакет с знакомой лентой и протянула Аой-сан:

— Вот, Аой-сан, с Рождеством.

— Э… для меня?

Аой-сан с удивлением приняла подарок — это было нижнее бельё, которое я выбирал вместе с Изуми.

Я подумал, что давать это при всех немного глупо, ведь я знал, что внутри, но решил, что ничего страшного, если она не откроет сейчас, так что наблюдал за обменом.

— Спасибо… Можно открыть?

— Конечно, открывай, открывай.

Можно открыть!?

Не успев возразить, Аой-сан сняла ленту с пакета.

Я собирался остановить её, но если бы сделал это, она бы догадалась, что выбор был мой. Я попросил Изуми молчать и решил притвориться, что ничего не знаю, и дать ситуации пройти.

Просто пусть всё идёт своим чередом.

— …Э?!

Когда Аой-сан заглянула внутрь, она прижала пакет к себе, а её лицо стало ярко-красным.

— Изуми-сан, это…

Аой-сан смущалась, понимая, что внутри нижнее бельё, но спешить не нужно.

Когда я подумал, что просто проигнорирую ситуацию и сделаю вид, что ничего не знаю, —

— Знаешь, это Акира-кун выбрал!♪

— …Эээ?!

Мой странный возглас эхом разнёсся по всей комнате.

— Т-так нельзя, э-э?!

Я уже не знал, что сказать.

— Э? Э?.. Э?

Аой-сан продолжала строить недоумённые и смущённые глаза, полный вопросов и удивления.

Что мне делать… Я уже так эффектно среагировал, что теперь не смогу ничего оправдать, а говорить, что я к этому не причастен, будет слишком.

А теперь, когда она уже всё поняла, я чувствовал вину за то, что солгал Аой-сан.

Прежде чем объяснять ей что-либо, я хотел сказать несколько слов Изуми.

— Изуми… ты же обещала не говорить Аой-сан, правда?

— Хмм~? А разве я обещала?

Я почувствовал дежавю, глядя на то, как Изуми отнекивается.

На самом деле, это даже не дежавю, а скорее ситуация, которую я видел уже не раз.

— Фуфу…

Вдруг, к моему удивлению, Аой-сан рассмеялась.

— Акира-кун, у тебя не получится закрыть рот Изуми-сан.

Похоже, Аой-сан уже догадалась, что происходит, и улыбалась смущённо, но весело.

— Я тоже просила Изуми-сан не рассказывать тебе, но она всё равно уже несколько раз проболталась.

Как сказала Аой-сан, я не раз видел, как Изуми раскрывала её секреты, и как она страдала от этого.

Я никогда не думал, что окажусь в такой ситуации, но теперь понимаю, что чувствовала Аой-сан.

Недавно, во время летних каникул, когда Аой-сан просила Изуми и Хиёри помочь ей лучше познакомиться со мной, они слишком буквально восприняли просьбу, а затем Изуми выдала её секрет мне.

Я могу представить её смущённое лицо тогда.

Да… я уверен, что сейчас у меня такое же выражение.

— Подожди немного!

Изуми тут же повысила голос, будто отказывалась.

— Если так, значит я человек, который не умеет хранить секреты.

— Не «кажется», а действительно так.

Когда я ответил прямо, щеки Изуми надулось в знак протеста.

— Я же знаю, какие секреты можно раскрывать, а какие нельзя!

Что за нелепое заявление? Я бы с радостью сказал ей заглянуть в словарь слова «секрет».

—Ладно, забудем детали. Аой-сан, как тебе подарок, который выбирал Акира-кун?♪

— Э—!?

Аой-сан несколько раз взглянула в пакет, явно нервничая.

Спустя некоторое время, всё ещё сильно смущаясь, она наконец сказала:

— С-спасибо… за гортензию, мне она очень нравится.

— П-пожалуйста…

Мы с Аой-сан так покраснели, что казалось, будто из наших голов идёт пар.

Изуми и Эйдзи смотрели на нас, улыбаясь.

***

После этого мы обменялись подарками, которые приготовили заранее.

Похоже, Изуми и Эйдзи тоже подготовили для меня подарок, и когда я достал из пакета, что мне досталось, это оказались дорогие боксерские трусы.

Они подарили мне и Аой-сан нижнее бельё — что это вообще должно значить?

Я чувствовал, что в этом есть какой-то скрытый смысл, но постараюсь пока не думать об этом.

А от меня и Аой-сан — пара носовых платков для них обоих.

Подарок, который мы выбрали вместе с Аой-сан в тот вечер, когда ходили за покупками.

Хотя они давно встречаются, похоже, у них нет ничего общего в подарках, так что они были очень довольны.

После радостного обмена подарками…

Изуми, вероятно, устала играть, и незаметно свернулась клубочком на полу и заснула.

— Я отнесу Изуми обратно в её комнату.

— Думаю, так будет лучше.

Эйдзи взял Изуми на руки и отнёс её в девичью комнату.

— Пожалуй, это лучшее время, чтобы завершить вечер, когда Эйдзи вернётся.

— Да, верно.

Пока мы с Аой-сан ждали возвращения Эйдзи, мы начали убирать пустые банки и пакеты от сладостей.

Однако, когда мы закончили уборку, Эйдзи так и не вернулся из девичьей комнаты, даже после того как мы с Аой-сан переоделись из костюмов оленей и Санты в юкаты.

— Это слишком долго… я загляну туда.

— Да.

Я подошёл к девичьей комнате и постучал, но ответа не последовало.

Я начал волноваться и попытался открыть дверь.

— Ха?

Как бы я ни крутил ручку, дверь не поддавалась.

— …Невозможно.

В этот момент у меня возникло дурное предчувствие.

Нет, это не «невозможно».

— Как бы я ни думал, я могу только предположить, что…

Когда я понял это, моё сердце заколотилось.

Чёрт… что же это…?

Если так, мне придётся провести ночь в одной комнате с Аой-сан.

Ты можешь подумать: «Зачем ему нервничать, ведь они живут вместе?»

Но хотя мы находимся под одной крышей, у нас отдельные комнаты, и мы спали в одной комнате всего один раз.

Это случилось в первом семестре, за несколько дней до церемонии закрытия.

— Тогда Аой-сан пыталась позволить мне физическую близость с ней…

Я вспомнил тепло Аой-сан, которое ощущал на кровати, и воспоминание было странно реалистичным.

Нет, нет, почему я вспомнил это именно сейчас!

Чистое раздражение внутри меня вот-вот вырвалось.

— Спокойно… сейчас нужно объяснить ситуацию Аой-сан.

Я несколько раз глубоко вдохнул у двери мальчишеской комнаты, стараясь унять напряжение внутри.

Поддавшись сильному желанию, я вошёл в комнату.

— Как дела?

— Дверь закрыта, и никто не отвечает, когда я зову.

— Э…?

Аой-сан, наверное, сразу поняла ситуацию.

…Мужчина и женщина в маленькой комнате, так тихо, что слышно тикание часов.

В комнате остались только мы двое до утра, и если придётся проводить время вместе, то будет очень тихо.

Нет, нет, мы не будем спать на одной кровати, так что всё в порядке, дорогой я.

— Что же поделать… Аой-сан, сегодня ты спишь в этой комнате.

— Да… верно.

Почему-то Аой-сан сильно кивнула.

Неужели это только моя фантазия, или её выражение лица действительно говорит о том, что она приняла решение?

В такие моменты лучше всего просто лечь и уснуть, не думая ни о чём другом.

Я открыл шкаф, чтобы достать футон, и застыл от увиденного.

— Да что ж…

В шкафу лежал всего один комплект футонов.

Нет, нет, ведь утром их было два — для меня и Эйдзи, так почему теперь только один?

Как бы там ни было, возможно, это тоже проявление их заботы.

— Акира-кун, что… э?

Аой-сан тоже поняла ситуацию и воскликнула.

— Они всё ещё ведут ресепшн в такое время?

В любом случае, я подумал, что нам не стоит спать на футоне вместе.

— Если уж один футон, почему бы нам не поспать вместе…

Неожиданное предложение от Аой-сан.

Всё же я почувствовал странную решимость в её словах.

— Ты серьёзно? Можно ли нам спать вместе?

— Если только Акира-кун не против…

— Я вовсе не против…

И вот мы легли спать на одном футоне.

Я уже застелил футон и приготовился ко сну, но не мог забраться под одеяло.

Если мы будем вместе под одним одеялом в такой ситуации, я буду так нервничать и возбуждён, что не смогу уснуть до утра.

Лучше поговорить о чём-нибудь другом и успокоиться друг с другом.

— Верно.

В таком случае всё нормально.

— У меня есть кое-что для Аой-сан.

— Кое-что для меня?

Я достал из сумки маленькую коробочку с лентой сверху.

— Мне неловко было дать её перед Изуми и Эйдзи, поэтому я не был уверен, когда лучше вручить… Это, рождественский подарок для тебя, Аой-сан.

Когда я передал подарок, Аой-сан закрыла рот рукой и выглядела удивлённой.

— Честно говоря, я не знал, что подарить… поэтому попросил Изуми помочь выбрать подарок в прошлую субботу. Я сам выбирал нижнее бельё, которое Изуми вручила раньше, но на этот раз Изуми помогла мне выбрать подарок.

После объяснения Изуми про «Почему подарок выбирал Акира-кун?» я решил пояснить, чтобы Аой-сан не поняла это неправильно.

В общем, звучало это как разумное объяснение.

— Можно открыть?

— Конечно.

— Это…

Внутри была подвеска с мотивом гортензии.

Аой-сан аккуратно вынула её, взяла в руки и удивлённо ахнула.

— Надеюсь, тебе понравится…

Но Аой-сан застыла с подвеской в руках.

Она смотрела на неё с выражением, которое можно было понять и как удивление, и как замешательство.

…Неужели ей не нравится?

Но сразу после этой тревоги —

— Это подарок для тебя, Акира-кун.

Аой-сан достала из своей сумки что-то, чего я совсем не ожидал.

Это была такая же коробочка, как та, что я подарил ей. Всё было одинаково: размер, цвет коробки, узор на ленте с рождественской зелёной строчкой на красном фоне.

— Открой.

Я никак не ожидал такого, но когда развязал ленту и открыл коробку, я ахнул.

— Это…?

Внутри была мужская версия той же подвески, которую я подарил Аой-сан.

Конечно, подвеска, которую я дарил Аой-сан, изначально предназначалась как парная, и хотя Изуми советовала купить одинаковые для нас обоих, я стеснялся и купил только женскую версию как подарок.

Но…

— Я тоже удивлён.

Аой-сан, похоже, поняла ситуацию и заговорила спокойно:

— В прошлую субботу Акира-кун попросил Изуми-сан помочь выбрать подарок, да?

— Да.

— На самом деле, я ходила за подарком с Изуми-сан в воскресенье.

— Э…?

С этим словом я понял всё.

— В субботу Изуми-сан сказала мне: «Пойдём завтра искать подарок для Акира-куна!» Когда мы пришли в магазин, она порекомендовала его мне и сказала: «Тебе точно понравится!» Я удивлялась, почему она так настойчиво советует именно этот магазин, но теперь поняла…

Вдруг я вспомнил — когда я покупал подарок для Аой-сан в ювелирном магазине вместе с Изуми, она что-то обсуждала с продавцом, а потом вышла из магазина, сказав, что позвонит другу.

Я не обратил на это внимания тогда, но…

Иными словами, Изуми, должно быть, попросила продавца оставить подвеску и на следующий день пойти за ней вместе с Аой-сан, чтобы мы с Аой-сан могли подарить друг другу парные подвески.

Если бы она этого не сделала, всё бы так не получилось.

Неожиданно она подготовила такой сюрприз… Я немного сомневался после того, как выяснилось, что именно я выбирал нижнее бельё, но если она так всё устроила, я не могу не простить.

Наоборот, я только могу быть благодарен.

— Акира-кун, можно мне примерить её сейчас?

— Конечно. Я тоже надену свою.

Мы примерили подвески друг другу.

Мне было легко надеть её, а Аой-сан немного затруднялась с этим.

— Хочешь, я помогу тебе надеть её?

— Да. Пожалуйста.

Аой-сан протянула мне подвеску и встала спиной ко мне, закидывая волосы назад, чтобы открыть затылок.

Затылок Аой-сан… красивый, и я не мог не заметить его, когда она собирала волосы в бассейне, когда носила юкату на летнем фестивале или когда переодевалась в юкату в гостевом доме.

Я никогда не думал, что когда-нибудь смогу так спокойно восхищаться им…

— Акира-кун, что случилось?

— А-а… прости!

Когда я так растроганно и с восхищением смотрел на неё, Аой-сан с тревогой спросила меня.

Я закашлялся, чтобы отвлечься, и аккуратно надел подвеску на её шею, защёлкнув замок.

Аой-сан снова обернулась ко мне.

— Ну как?

Между воротником её юкаты на шее была подвеска с гортензией, украшенная сапфировым камнем.

Когда я видел, как продавец демонстрировал её в ювелирном магазине, я был уверен, что она будет хорошо смотреться на Аой-сан, но в реальности она выглядела на ней ещё лучше, чем я представлял.

— Да… очень тебе идёт.

— Спасибо. Акира-кун, тебе тоже идёт.

Я смотрел на улыбающуюся Аой-сан и думал про себя.

Я буду рад, если это добавит ещё одно приятное воспоминание в её жизнь, связанное с гортензией.

Хотя я не могу забыть прошлое и болезненные воспоминания, я хочу дарить ей как можно больше моментов счастья каждый раз, когда она видит гортензию.

— Эй, Акира-кун, давай сфоткаемся вместе?

— Да, давай.

Мы подошли ближе и сделали фото, затем посмотрели на результат.

Фиолетовая гортензия на моей шее и голубая на шее Аой-сан сияли на снимке.

[[image:/storage/reader-images/b34df7bb0cbc3cea37925ef2115e6970f8c2e16c.jpg]]
Я уверен, что это станет одним из самых незабываемых и красивых воспоминаний.

— …Может, нам уже спать?

— Да.

Мы сняли подвески, аккуратно положили их в коробки, выключили свет и легли под одеяло.

Возможно, благодаря этому спокойному времени, проведённому вместе, я чувствовал себя гораздо спокойнее, чем несколько минут назад.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Теперь я мог спокойно заснуть.

Но… оказалось, что не всё так просто.

Мы оба лежали в одном одноместном футоне, и расстояние между нами было очень близким, почти соприкасаясь.

Кажется, слух и обоняние обострились в темноте. Я слышал дыхание Аой-сан во сне, а запах горячих источников смешивался с её ароматом.

Из-за этого я не мог подавить те желания, которые пытался сдерживать.

Сколько прошло времени, пока я замер, не смея шевелиться?

— Нн…?

Аой-сан повернулась, издавая сладкий сонный вздох, и обхватила мою руку.

Я хотел издать странный звук, но почти сдержался, и отвёл взгляд, чтобы разглядеть Аой-сан при свете луны, просачивающемся сквозь шторы.

Её губы были на расстоянии, с которого я мог поцеловать её одним движением.

— …

Она спит… да?

На мгновение здравый смысл пошатнулся, и внутренний дьявол желаний шептал мне.

В такой ситуации даже если кто-то увидит поцелуй — это «случайность» и есть оправдание, а с самого начала это положение допускало всё, верно? Наоборот, разве было бы невежливо не коснуться её?

Но ангел разума внутри меня продолжал убеждать:

«Аой-сан спит спокойно и доверяет тебе. Даже если она не знает, если ты поддашься мгновенному желанию и сделаешь что-то, ты больше никогда не сможешь смотреть ей в лицо правильно».

Разве это не важно?

— … Спокойной ночи.

Я накрыл Аой-сан одеялом до плеч и закрыл глаза.

Я не знаю, правильно это или нет, но Армагеддон, сражение между ангелом и дьяволом в моей голове, выиграл ангел с минимальным перевесом.

Но это не гарантирует, что в следующий раз ангел победит.

----------

Третий день выпускной поездки

На следующее утро—

— Нн… уже утро, да…

Меня разбудил утренний солнечный свет, пробивавшийся сквозь щель в занавесках.

Сонный после пробуждения, я взял телефон с тумбочки у кровати и посмотрел на время — было шесть утра.

До завтрака ещё оставалось достаточно времени, будильник я заранее поставил, так что можно было не бояться проспать. Думая, что можно ещё немного подремать, я, лёжа, перевернулся на бок.

— АП—И?!

Картина перед моими глазами мгновенно смыла остатки сонливости.

Я едва не закричал, но поспешно закрыл рот рукой и сдержался.

Причина была проста: прямо передо мной находилась Аой-сан, мирно дышащая во сне.

Её юката распахнулась, и обнажились пышные «две вершины». Хоть то, что нельзя было видеть, ещё оставалось прикрытым, я всё равно видел мягкую, белоснежную кожу куда ближе, чем вчера — и кровь мгновенно прилила к голове… и не только к ней.

Да, выражение «кровь прилила к нижней части тела» звучит странно, но, думаю, любой парень поймёт, о чём речь.

Проще говоря — типичное утреннее физиологическое явление, усиленное процентов на тридцать.

Почему мне достался такой «подарок»… то есть — такое происшествие с самого утра?

Подумав об этом, я вспомнил события прошлой ночи.

Вчера мы вчетвером устроили рождественскую вечеринку в косплее.

Увидев Аой-сан в костюме Санты с мини-юбкой и открытым пупком, я открыл в себе новую грань: оказывается, пупок — это довольно-таки неплохо. Так в моей системе предпочтений появилась новая страница.

Эйдзи отнёс уснувшую Изуми в женскую комнату и так и не вернулся.

В итоге у меня не осталось выбора, кроме как спать в мужской комнате вместе с Аой-сан… Я и представить не мог, что это произойдёт два дня подряд. Чёрт, да это же настоящий подарок от бога похоти.

Я столько всего вынес за последние полгода…

Если так — тогда давай наслаждаться этим без всякого стеснения.

Мой взгляд снова почти затянуло в ту глубокую ложбину.

— Нн…

Я заметил, что лицо Аой-сан, которая должна была спать, слегка покраснело.

Более того — её губы дрожали, будто она изо всех сил что-то сдерживала.

— Аой-сан… ты, случайно, уже не проснулась?

Когда я прошептал это, Аой-сан вздрогнула плечами.

Затем она извинилась и медленно открыла глаза.

— Прости, что притворялась спящей… Просто, ну… Акира-кун выглядел таким счастливым… точнее, более счастливым, чем я когда-либо видела, и я подумала, что, может, мне стоит поспать ещё немного…

Она выразилась завуалированно, но если говорить прямо — похоже, она толком не осознавала ситуацию… Я и представить не мог, что Аой-сан уже давно проснулась и всё видела.

Оправдываться тут было бессмысленно.

— Мне… мне самому стоит извиниться…

— Ничего страшного. Ты же парень, так что это естественно. Изуми-сан тоже так говорила…

Что именно рассказывала Изуми — не знаю, но именно благодаря ей Аой-сан понимала, что происходит с возбуждённым парнем, несмотря на то, что я был пойман с поличным, уставившись на её грудь.

Я думал, что это потому, что Изуми вчера уснула, но если подумать — именно благодаря Изуми я оказался в одном футоне с Аой-сан и мог два дня подряд с радостью наслаждаться этим «пейзажем».

С искренней благодарностью я хотел бы угостить её десертом.

— Акира-кун… тебе уже достаточно?

Аой-сан сказала это так, будто больше не могла терпеть. В её глазах стояли слёзы от смущения.

— Д-да! Спасибо!

Аой-сан осторожно поправила распахнувшуюся одежду на груди.

Это была моя вина… но что мне теперь делать с этой атмосферой?..

— Ладно… Я пойду разбужу их двоих. Аой-сан, ты пока приготовься и подожди.

— Хорошо. Спасибо.

Я резко выскочил из-под одеяла и вышел из комнаты.

Поблагодарив про себя бога похоти, я отправился будить их обоих.

После этого мы все вместе позавтракали.

— Эй, можно спросить кое-что?

Изуми, держа в руках палочки и миску, поочерёдно посмотрела на меня и на Аой-сан.

— Что такое?

— Почему вы с утра выглядите такими… отстранёнными?

— Угх…

У меня из глубины горла невольно вырвался странный звук.

Причина была более чем очевидна, но говорить об этом я не мог.

— …

Не найдя слов, мы с Аой-сан одновременно остановили палочки и опустили головы.

— Ха-хаа. Понятно♪

Увидев нас такими, Изуми подняла голос, будто всё поняла. Но позволь мне сказать вот что.

Ничего из того, что ты себе вообразила, не произошло, и по сравнению с твоими фантазиями это было до смешного невинно… хотя, признаюсь, мне было немного обидно.

Ну да, всё сложно — тут не поспоришь.

— Ладно, оставим это. Аой-сан, кстати, это ожерелье тебе очень идёт♪

— Э…?

Я посмотрел на Аой-сан — на её груди красовалось ожерелье с гортензией, которое я подарил ей прошлой ночью.

Наверное, она надела его, когда я пошёл будить этих двоих.

— Это подарок, который я получила, и я хочу носить его как можно чаще.

— Мм-хм. Понятно, — протянула Изуми, глядя на меня.

— А вот ты, Акира-кун… честное слово.

— У-угх…

Из моего горла снова вырвался странный звук.

— Акира-кун, ты ведь ни разу не дарил девушке подарок, не получал подарок от девушки и не покупал что-то парное, так что я тебя не виню… но вот как оно есть, ясно?

Она была абсолютно права — возразить мне было нечего.

— Акира-кун, я надела его просто потому, что он мне нравится, так что не переживай.

— Думаю, Изуми права. К тому же это парное ожерелье… если можно, я тоже хочу его носить.

Я надену его сразу, как вернусь в комнату.

— Да… спасибо.

Изуми наблюдала за нашим разговором и с довольным видом кивала.

Она говорила с поддразнивающей интонацией, но я чувствовал, что на самом деле она указывает мне на нечто очень важное.

Я был ей за это благодарен — мужчине, который ни разу не был с женщиной, непросто самому осознать такие вещи.

Тем более что парни часто бывают на удивление небрежны к аксессуарам и подобным мелочам.

— Изуми, это тебе.

Не говоря лишнего, я протянул ей десерт в знак благодарности.

— Э? Серьёзно? Спасибо!

Благодаря Изуми два невероятных события произошли два дня подряд, и именно благодаря ей у нас появились парные ожерелья. Домашний йогурт на десерт, возможно, и не выглядел чем-то особенным, но я был искренне признателен.

Я думал об этом, глядя на Изуми, которая с удовольствием ела йогурт.

Оставшееся время поездки я собирался носить это ожерелье как можно чаще.

Вернувшись в комнату, первым делом я надел его.

***

Последний день выпускной поездки — три дня и две ночи, которые одновременно казались и длинными, и короткими.

Мы выписались, поблагодарили персонал и покинули рёкан.

По пути мы купили онсэн-яйца на перекус в том самом комплексе с горячими источниками, где вчера были с Аой-сан, после чего чуть позже одиннадцати утра сели на автобус до ближайшей станции.

Автобус вот-вот должен был тронуться, и эта выпускная поездка подходила к концу.

Осознав это, я вдруг почувствовал странную пустоту.

Конечно, у всего есть конец, но осознание того, что оставшееся время неумолимо уходит, вызывало раздражение и тоску. Возможно, похожие чувства я испытаю и при переводе в другую школу.

Похоже, не я один думал о завершении поездки.

И Аой-сан, и Эйдзи молча смотрели в окно, словно каждый из них по-своему переживал этот момент.

— Ну… говорят, что поездка заканчивается только тогда, когда ты возвращаешься домой, так что давайте ещё повеселимся.

Эту выпускную поездку они тщательно спланировали ради меня.

Я понимал, что, возможно, не имею права так говорить, но всё же решил попытаться немного разрядить атмосферу.

— Если ты так говоришь, Акира-кун, выходит, поездка закончится только после того, как ты вернёшься домой?

Изуми поддразнила меня с игривой интонацией.

Я не сделал ничего плохого, но, как всегда, только Изуми была полна энергии.

Каждый раз, когда я об этом думаю, понимаю, как сильно её жизнерадостность выручает в такие моменты.

— Тогда вперёд — к сегодняшнему пункту назначения!

— Пункту назначения?..

Вдруг Изуми сказала нечто совершенно неожиданное.

Мы трое почти одновременно переспросили её.

— Разве мы сегодня не возвращаемся домой? — Э? Так нельзя же!

Изуми наклонила голову, словно над ней появился знак вопроса.

Нет… это нам хотелось поставить над собой знаки вопроса.

А затем Изуми хлопнула в ладони, будто что-то вспомнила.

— Ой, я что, не рассказывала вам план на сегодня? — …

Услышав это, мы наконец всё поняли.

Вот ведь… ну конечно, всё как всегда.

— Я не знала, что у нас сегодня есть какие-то планы.

— Эмм…

То есть, Изуми действительно забыла нас об этом предупредить.

Я хотел было сделать какое-нибудь ехидное замечание, но это уже происходило не в первый раз.

Честно говоря, это слишком обычная вещь, чтобы обращать на неё внимание, и вполне естественно для Изуми.

Невольно я вспомнил школьный фестиваль, когда она забыла выбрать членов комитета до самого дня собрания.

Тогда Аой-сан и Эйдзи уже знали, а я оставался в неведении, но на этот раз, судя по реакции Аой-сан и Эйдзи, их тоже не предупредили…

И даже хуже того!

— Мы будем где-то останавливаться?

— Да. Жалко сразу домой возвращаться в последний день, правда?

— Верно, но мы не будем возвращаться слишком поздно, да?

— Сейчас зимние каникулы, завтра у нас нет планов, так что никто не пострадает, если мы вернёмся поздно или даже ночью, правда? К тому же это наша выпускная поездка, так что давайте играть до самого конца!

Изуми закричала с энтузиазмом, забыв, что мы находимся в автобусе.

К счастью, в салоне пока не было других пассажиров, так что всё обошлось, но Изуми была права.

— Так куда же ты планируешь нас вести?

Изуми достала телефон и отправила в групповую переписку ссылку.

Когда страница открылась, перед нами показалась главная страница какой-то фермы.

На самой верху красовалась фотография спелой и аппетитной клубники.

— Как видите, я подумала, что мы можем сходить на сбор клубники.

— Сбор клубники!?

На этот раз голос Аой-сан прозвучал громче всех в автобусе.

Аой-сан, сидящая рядом со мной, была первой, кто отреагировал на предложение Изуми.

— На этой ферме сбор клубники начался на прошлой неделе. Можно есть сколько угодно в течение часа, можно забрать упаковку клубники домой в качестве сувенира, а ещё там продают конфеты и джем из клубники!

Изуми с радостью рассказывала о всех прелестях клубники, а Аой-сан слушала, затаив дыхание.

Они оживлённо обсуждали клубнику, словно той тишины, что была несколько минут назад, никогда и не было.

Изуми снова забыла предупредить нас о своих планах, но я всё же был благодарен ей за то, что «разрядила атмосферу».

Тем временем к автобусу постепенно подъезжали другие пассажиры, и через несколько минут он тронулся.

И мы отправились на зимнее мероприятие, которое пользуется большой популярностью, — собирать клубнику.

***

Полтора часа спустя после того, как мы покинули горный район с горячими источниками,

Вернувшись на ближайшую станцию и пересев на другой автобус, мы ехали по сельской местности около получаса. Пройдя пешком пятнадцать минут от автобусной остановки, мы наконец добрались до пункта назначения — клубничной фермы.

Вся территория была окружена полями и огорожена множеством теплиц из пластика.

— Вот мы и здесь…

Очередь людей шла к теплицам, а сквозь прозрачный пластик можно было увидеть, как внутри двигаются люди.

Судя по множеству плакатов с надписью «Сбор клубники в процессе!», процесс уже шёл полным ходом.

— Я не могу дождаться!

— Да, точно.

Аой-сан явно была слишком возбуждена, чтобы спокойно ждать. С самого момента входа в автобус она была в предвкушении.

— Сначала давайте подойдём к стойке регистрации.

— Да, пошли.

Старый деревянный домик стоял возле теплиц.

Судя по тому, что к нему подъезжали люди на личных машинах, это должна быть регистрация. Следуя за Эйдзи, я вошёл внутрь и сразу заметил уголок с сувенирами рядом с входом, где продавались разные продукты из клубники, а рядом находилась зона для перекуса.

Контора в задней части магазина оказалась стойкой регистрации для сбора клубники.

— Мы с Эйдзи займёмся регистрацией, а вы пока посмотрите сувениры.

— Да, спасибо♪

Пока они смотрели сувениры, я встал в очередь вместе с Эйдзи, чтобы оформить нас четверых, и ждал своей очереди, наблюдая за информационной доской рядом с конторой.

После регистрации другой сотрудник проводил нас в теплицу.

Когда мы вошли, две группы уже увлечённо собирали клубнику.

— Вот как это выглядит внутри теплицы…

Аой-сан воскликнула, удивлённо оглядываясь вокруг.

Впереди стояли столы и стулья, зона отдыха, которая также служила для хранения вещей, а сзади простирались четыре ряда клубничных грядок длиной около двадцати метров.

На кустах висело бесчисленное количество ярко-красных спелых ягод.

Но что удивило меня больше всего — температура в теплице.

— Так тепло, что сложно поверить, что сейчас зима.

Как сказала Аой-сан, снимая пальто, солнце внутри светило и грело.

На улице было холодно, если не надеть куртку, а в теплице было так жарко, что куртку даже нельзя было оставить. Температура, наверное, доходила до 20 °C.

Мы оставили вещи, сняли верхнюю одежду, и тут подошла женщина-сотрудник, чтобы объяснить правила и меры предосторожности при сборе клубники:

— Сбор клубники разрешён неограниченно в течение одного часа.

— Можно использовать сгущённое молоко и мёд сколько угодно.

— Вам разрешено собирать клубнику из первого и второго ряда слева из четырёх.

Каждому посетителю отводился свой ряд, чтобы не возникало споров за ягоды.

Это был мой первый опыт сбора клубники, но, судя по всему, система была именно такой.

После объяснений наконец начался долгожданный час «всё, что влезет».

— Мы с Изуми займём второй ряд, а вы двое — первый.

— Да, давай так. Тогда, Аой-сан, готовься!

— Давай быстрее, Акира-кун! — закричала она, и я понял, что пора начинать сбор клубники.

Глаза Аой-сан сияли, и она уже была готова — в обеих руках у неё были сгущённое молоко и мёд.

Передавая мёд мне, она бегала, раскачивая края юбки.

На самом деле, Аой-сан держала сгущёнку и мёд с особой осторожностью с тех пор, как сотрудница объяснила правила, но не могла усидеть на месте: она нервничала и раскачивала верхнюю часть тела, явно не в силах ждать конца объяснений.

Когда я подошёл к Аой-сан с улыбкой, она смотрела на клубнику с самой серьёзной концентрацией, которую я когда-либо видел.

Её взгляд был прикован к двум ярко-красным ягодам, лежащим рядом.

— Акира-кун, как думаешь, какая вкуснее?

Аой-сан спросила с выражением лёгкой растерянности.

Эмм… извини, если мне показалось, что я немного недооцениваю твою серьёзность.

— Здесь можно есть сколько угодно, так что почему бы не съесть обе?

— Ах… да, точно. Верно.

Аой-сан смущённо провела рукой по волосам, пытаясь скрыть свою ошибку.

Похоже, она была так возбуждена мыслью о том, чтобы съесть как можно больше вкусной клубники, что решила действовать разборчиво, забыв, что здесь можно есть сколько угодно.

— Тогда я возьму клубнику справа, а ты можешь взять слева, Акира-кун.

— Спасибо. Ладно, я соглашусь с твоим выбором…

Мы взяли клубнику вместе.

Когда я взял первую ягоду, её мякоть была плотной и блестящей, почти сияющей под солнцем.

Первую ягоду я попробовал без всяких добавок, чтобы почувствовать её настоящий вкус.

— Приятного аппетита.

Мы одновременно положили клубнику в рот.

— —!?

Когда я её откусил, сладость разлилась во рту, а аромат ударил в нос.

Сок, льющийся из ягоды, был таким свежим и сладким, что почти выливался, если не быть осторожным, и был гораздо слаще, чем клубника, которую я иногда покупал в супермаркете.

Неужели свежесобранная клубника может быть настолько вкусной…?

— Аой-сан, как тебе…?

Я позвал Аой-сан, ожидая, что она тоже будет поражена вкусом.

Она встала рядом, держала клубнику и закинула голову к небу, словно молилась Богу.

— Кажется, я родилась, чтобы есть эту клубнику…

Впрочем, мне показалось, что это всего лишь её воображение.

С фестиваля в школе у Аой-сан заметно вырос интерес к еде.

Ну, это хорошо, и клубника действительно была вкусной.

— Я удивлён, насколько эта клубника отличается от той, что я пробовал раньше.

— Говорят, что всё вкуснее, когда только сорвано, но почувствовать это самому — совсем другое дело, не так ли?

В таком случае можно сказать: «Тысяча слов не заменит вкуса на языке»?

— Боюсь, сегодня я не смогу сдержаться.

— Ничего страшного, ешь, сколько хочешь.

— Да…

Впрочем, мы не собирались переедать и терять сознание, как Изуми.

Мы продолжали есть, используя пакет для мусора, чтобы выбрасывать обрезки и остатки сгущёнки на руках.

Однако, как и следовало ожидать, после того как мы съели по 20–30 ягод, мы насытились.

Времени оставалось ещё много, но мы решили сделать небольшой перерыв.

— Акира-кун—!

Вдруг Аой-сан громко позвала меня, словно просила о помощи.

— Что случилось!?

Я почувствовал, что что-то не так, и поспешно обратил внимание на Аой-сан.

Она замерла, протянув руку к клубнике.

— Аой-сан…?

— На моей руке… пчела…

— Пчела?

Я подошёл к Аой-сан, у которой дрожал голос и тело не двигалось, и внимательно посмотрел на её руку.

И действительно — на тыльной стороне её ладони сидела пчела.

— Аой-сан, всё в порядке. Не шуми и не кричи.

— Но…

— Пчела просто устала летать и решила немного отдохнуть на твоей руке.

— Она отдыхает?

Аой-сан слегка наклонила голову, заинтересованно наблюдая за насекомым.

— Это пчела, которая разводится в теплице.

Аой-сан подняла голову и огляделась.

Пчёл держат внутри пластиковых теплиц, и они собирают нектар и пыльцу с цветков клубники.

— Зачем их разводят в теплице?

Она спросила с любопытством, словно страх, который она испытывала минуту назад, полностью исчез.

— Не только клубника, но и другие цветы и фрукты опыляются насекомыми, которые при сборе нектара разносят пыльцу. В теплице диких насекомых нет, а если бы всё делали люди вручную, это было бы слишком тяжело. Поэтому пчёл разводят, чтобы они помогали с опылением.

Конечно, не все фермеры делают так.

Некоторые опыляют вручную, хотя это очень тяжёлая работа.

Когда я снова посмотрел вокруг теплицы, я заметил несколько больших ящиков, похожих на улей, из которых бесчисленное множество пчёл суетливо выходили и возвращались.

Говорят, пчёлы здесь ручные, и привыкли к людям, поэтому не станут жалить, если их не беспокоить. А если присмотреться — они довольно милые.

Аой-сан внимательно наблюдала за пчелой на своей руке.

— Понятно… Благодаря их работе мы можем есть вкусную клубнику. Тогда им нужно дать немного отдохнуть.

Она перевела дружелюбный взгляд на остальных пчёл.

— Но… мне их немного жаль.

— Жаль?

— Они заперты в теплице, чтобы работать, хотя должны быть на свободе.

Аой-сан сказала это с лёгкой печалью на лице.

— Возможно, это правда…

Я подумал, что её рассуждение очень доброе и чуткое — прямо по-Аой-сански.

Хотя речь идёт о выращивании клубники, её слова тоже верны.

— Но Аой-сан, можно посмотреть на это вот так?

Я присел рядом с ней и продолжил наблюдать за пчёлами вместе с ней.

— У пчёл есть много врагов, и некоторые семьи уничтожаются. Да, они не так свободны, как в дикой природе, но им не нужно бояться внешних врагов — человек подготовил для них безопасное место. Они могут брать столько нектара и пыльцы, сколько захотят, и спокойно выращивать потомство. Если использовать человеческую аналогию, это как жить в роскошной квартире, а в обмен за «аренду» они помогают нам с опылением.

Можно провести аналогию с пословицей: «сладкая связь» между медоносными пчёлами, собирающими мёд, фермерами, выращивающими клубнику с помощью пчёл, и посетителями, которые платят за возможность самим собрать ягоды.

Когда я закончил объяснение, выражение лица Аой-сан стало ясным и довольным.

— Понимаю… Мы тоже можем так думать, да?

Вот так. И оказалось, что то, что я только что сказал, действительно совпадало с информацией на табличке.

Аой-сан улыбнулась с облегчением и достала телефон, направив его на пчелу.

— Пусть это тоже станет воспоминанием.

Как только она нажала кнопку камеры, пчела улетела прочь.

Аой-сан выглядела слегка разочарованной и следила глазами за улетающим насекомым, пока оно полностью не исчезло.

— Отдохни немного, Аой-сан. Не переживай и просто наслаждайся.

— Хорошо. Я расслаблюсь.

Я сказал это Аой-сан и вернулся на место отдыха, усевшись на стул.

Я достал из сумки чай и утолил жажду, а пока отдыхал, наблюдал, как Аой-сан, Изуми и Эйдзи наслаждаются сбором клубники издалека. Через несколько минут Эйдзи подошёл к месту отдыха.

— Слишком много съел?

— Нет, это так вкусно, что не можем остановиться.

— Давайте просто отдохнём, пока они обе не насытятся.

— Хорошо.

Времени оставалось больше получаса, но, как бы там ни было, они должны были вернуться до окончания часа.

Вот что мы думали… однако, вопреки нашим ожиданиям, они не вернулись в ближайшее время.

Напротив, неужели это только моё впечатление, что скорость их поедания, кажется, увеличивается по мере того, как остаётся меньше времени?

Нет, скорость была явно выше, чем в начале.

Причина в ограничении времени или они просто ещё не насытились? Это похоже на напряжённое соревнование, будто демонстрируется безграничный аппетит девушек к сладкому.

Шестьдесят минут пролетели, а они всё ещё не остановились —

Время оказалось побеждённым аппетитом девушек.

***

После этого мы купили несколько сувениров и направились домой.

— Чувствую, что наелась клубники на целый год, но всё равно хочу ещё больше~

— Да. Но у нас ведь есть по пакетику на сувениры, так что нужно их принять, верно?

— …

Я и Эйдзи не смогли сдержать горькую улыбку.

В автобусе по пути на станцию было страшно видеть, что они обе выглядят так, словно совсем не наелись.

[[image:/storage/reader-images/327505cfb612d0b3a791dc5926981725ba3a4963.jpg]]
После того как мы наелись вдоволь, мы посмотрели в мусорные пакеты, чтобы прикинуть, сколько ягод каждая съела. И это нас удивило: Аой-сан съела сто три ягоды, а Изуми — сто семнадцать

Кстати, я съел двадцать шесть, а Эйдзи — тридцать два.

По словам сотрудницы фермы, для взрослых это среднее количество.

Иными словами, девушки съели в четыре раза больше средней нормы, но всё ещё не были довольны.

Оставим в стороне Изуми, но есть подозрение, что и Аой-сан слегка прожорлива.

Нет, раньше уже был случай, когда Аой-сан ночью съела все японские сладости одна, так что я сразу это понял. Но… ладно, допустим, что мы все ещё растём и сейчас период «кушать много».

Опять же, я вспомнил, что имели в виду девушки, когда говорили о «раздельных желудках».

Тем временем автобус прибыл на станцию.

Когда мы пересели на поезд, солнце начало садиться, и сельские пейзажи за окном окрашивались в оранжевые тона.

Изуми и Эйдзи, вероятно, устали после игр или расслабились в поезде, или и то, и другое — они прислонились к заднему ряду и мирно спали.

Вдруг я вспомнил первый семестр, когда мы ездили на однодневную экскурсию в горячие источники после экзаменов.

Тогда тоже, когда все спали, я один наблюдал закат и сельский пейзаж из окна.

Но есть две отличия от того раза.

— Во-первых, я не так пессимистично настроен, как тогда.

— А во-вторых, я не одинок — Аой-сан тоже не спит.

Она не закрывает глаза, как раньше, а смотрит в окно вместе со мной.

— Какой красивый закат…

— Да…

Лицо Аой-сан, освещённое солнцем с запада, выглядело красиво, но немного хрупко.

Не из-за заката и не из-за оранжевого света на щеках.

И это не только моё впечатление — у Аой-сан с момента выхода из клубничной фермы на лице явно была лёгкая меланхолия.

Доказательство — она постепенно стала молчаливее, когда мы садились в автобус по дороге домой.

— Выпускная поездка… скоро закончится… — пробормотала Аой-сан тихим голосом.

— Три дня и две ночи пролетели так быстро, да.

— Да… хотелось бы совершать ещё больше поездок.

Аой-сан сложила руки на коленях.

— Мы можем ещё поехать.

— …Мы правда можем поехать ещё раз?

— Конечно. Это не будет последний раз.

Аой-сан опустила взгляд с окна на колени.

Через несколько секунд она подняла голову и мягко улыбнулась.

— Правда… давай поедем вместе ещё раз.

— Да. Обещаю.

Когда я увидел эту улыбку, я вздохнул с облегчением и похлопал себя по груди.

Но в тот момент я…

Не понимал, что неверно истолковал смысл улыбки Аой-сан.

----------

То, о чём я тогда попросил Бога

— Акира-кун, я закончила убираться в ванной .

— Спасибо. На кухне тоже уже почти всё.

Вечером 30 декабря — спустя неделю после окончания выпускной поездки —

Утром мы заранее распределили обязанности для генеральной уборки перед концом года.

Сегодня Хиёри возвращается, чтобы провести новогодние каникулы вместе с нами, поэтому мы хотели закончить уборку пораньше.

Зная характер Хиёри, если бы уборка ещё не была закончена, она бы обязательно попыталась помочь.

Я не хотел, чтобы она проделывала долгий путь из дома только ради того, чтобы помогать нам убираться.

На самом деле мы начали уборку ещё вчера и изначально планировали закончить всё за один день, но, когда взялись за дело, оказалось, что за день мы не успеваем.

Признавать это неприятно, но я явно недооценил объём работы.

Так что сегодня был уже второй день большой уборки.

— Осталась только гостиная, думаю, к моменту, когда Хиёри вернётся, мы уже закончим.

Аой-сан воодушевлённо сжала кулак перед грудью.

Увидев её в такой милой позе, я почувствовал, как на душе становится легче.

Во время выпускной поездки Аой-сан несколько раз показывала эмоциональную нестабильность.

Но после возвращения она снова стала такой же, как обычно — будто всё это было ложью. Более того, она выглядела даже бодрее, чем до поездки.

Возможно, желание защитить Аой-сан, которое всё ещё жило во мне, или моё собственное нестабильное состояние перед переводом в новую школу — несмотря на то, что я вроде бы уже привёл чувства в порядок — заставляли меня видеть в ней подавленность.

Или же эмоционально нестабилен был на самом деле я сам.

— Верно. Тогда продолжим.

— Да!

На завершающем этапе уборки мы с Аой-сан занялись гостиной.

После этого мы разошлись и продолжили уборку по отдельности примерно на час.

Как будто по идеальному таймингу, домофон зазвонил ровно в тот момент, когда мы закончили убирать весь дом.

— Похоже, она уже пришла.

— Я встречу её.

— Хорошо. Я пока приберусь здесь.

— Спасибо.

Я, поблагодарив Аой-сан, отнёс уборочные принадлежности и направился к входу.

Домофон снова зазвонил, словно подгоняя меня.

Если бы это был незнакомец, такое настойчивое «дзынь-дзынь» раздражало бы, но сейчас я невольно улыбнулся — подобное происходило слишком часто.

— Долго же ты.

Передо мной стояла моя младшая сестра Хиёри, держа чемодан обеими руками и недовольно глядя на меня пустым взглядом.

Сколько раз я уже чувствовал это странное спокойствие, видя Хиёри такой, какая она есть.

— С возвращением. Багажа у тебя немало.

— Мама положила кучу осэти. Сказала, что мы все должны есть вместе.

Я взял у Хиёри вещи обеими руками.

— Спасибо. Потом обязательно поблагодарю маму.

— Ага. Она сказала, что давно не получала от тебя вестей и ей одиноко.

— А… точно. Я давно ей не писал.

Второй семестр был настолько насыщенным — промежуточные экзамены, школьный фестиваль, затем выпускные экзамены — что я действительно забыл связаться с ней…

Хотя, если так сказать, это больше похоже на оправдание.

Мама — одна из немногих взрослых, которые знают о ситуации Аой-сан.

Хотя Хиёри регулярно рассказывала ей обо всём, связанном с Аой-сан, я всё же хотел однажды сам, своими словами, рассказать маме о её положении после моего перевода.

— Я напишу ей после новогодних поздравлений.

— Обязательно. Так где Аой-сан?

— Мы только что вместе убирались. Она в гостиной, заканчивает.

Хиёри, не раздумывая, быстро прошла по коридору в гостиную.

— Аой-сан, я вернулась.

— С возвращением, Хиёри-чан!

Аой-сан встретила её широкой улыбкой.

Она бросила уборку и поспешила к Хиёри.

— Прошло полтора месяца, да? Как ты?

— Всё хорошо. Ты выглядишь очень бодро, Аой-сан. Я даже удивилась.

— Правда? Наверное, потому что я так ждала встречи с тобой, Хиёри-чан.

Аой-сан слегка смутилась, но буквально сияла.

Как и я, Хиёри, похоже, тоже подумала, что Аой-сан выглядит энергичнее обычного.

И это точно было не только моё воображение.

Тем вечером мы пораньше поужинали, приняли ванну и спокойно провели последние часы уходящего года.

Мы вспоминали школьный фестиваль, обсуждали сувениры из выпускной поездки, вместе ели солёный ёкан, который купили для Хиёри, и перебирали разные события прошедшего года.

Разговор был необычайно оживлённым — возможно, из-за той особой, невыразимой атмосферы конца года.

Обычно они не особо разговорчивые, но сегодня болтали без умолку, а я просто слушал, стараясь не мешать.

Когда часы показали 21:00, мы решили лечь спать — пусть и немного рано.

Мне хотелось не спать дольше, но завтра днём к нам должны были прийти Эйдзи и Изуми, а ночью мы планировали отправиться в ближайший храм на хацумодэ — первый визит в храм в новом году.

Если сегодня не выспаться, завтра будет тяжело.

— Хотя… всё-таки ещё слишком рано, чтобы спать…

Я лёг в кровать и, листая фотографии поездки, предавался ностальгии, пока не начал засыпать.

Ледяные скульптуры со снежного фестиваля, фото с Аой-сан у ванночки для ног, снимок после обмена ожерельями, и особенно ценное фото — Санта в короткой мини-юбке, с открытыми ногами и оголённым животом.

Аой-сан поделилась с нами почти сотней фотографий.

Если покопаться глубже, там были и снимки со школьного фестиваля, и фотографии в купальнике из бассейна.

— Сколько же воспоминаний мы успели накопить…

В тот момент меня переполняли чувства.

— Акира, ты ещё не спишь?

Голос Хиёри раздался из-за двери.

— Да, ещё не сплю.

Я ответил, поднимаясь с кровати.

Хиёри открыла дверь и вошла.

— Не можешь уснуть, потому что ещё рано?

— Наверное. И ещё… я хотел кое-что у тебя спросить, Акира.

— Спросить?

Хиёри кивнула и села на мою кровать.

И сразу после этого произнесла совершенно неожиданную фразу.

— Акира… с Аой-сан что-нибудь случилось?

— А?..

Сердце ёкнуло, дыхание на мгновение сбилось.

— …Почему ты так думаешь?

— Она слишком уж бодрая. Такое чувство, будто с нашей последней встречи она изменилась.

Хиёри сказала почти то же самое, что и днём.

И это было ровно то впечатление, которое в последнее время возникало у меня самого.

Более того — даже я, видя её каждый день, ощущал это, так что для Хиёри, которая давно не встречалась с Аой, это должно было быть ещё заметнее. К тому же Хиёри всегда хорошо улавливала перемены в людях.

Снова всплыло то самое смутное беспокойство, которое давно не давало мне покоя.

— Я ведь не всё время наблюдаю за вами двумя, так что не знаю, что именно происходит… но, глядя на Аой-сан, у меня возникает ощущение, будто она нарочно заставляет себя быть весёлой. И в этом есть какая-то опасность.

Опасность…

Это слово будто окончательно подтвердило: мои тревоги были не беспочвенными.

— Похоже, ты понимаешь, о чём я, — тихо сказала Хиёри.

— Да… У меня такие же ощущения, как и у тебя, Хиёри.

— Хорошо, что ты это заметил, Акира. Я не знаю всех подробностей и не могу многого ей сказать, но… когда человек чрезмерно проявляет эмоции, часто это означает прямо противоположное тому, что у него на душе.

— То есть… наоборот?

Иными словами, натянутая жизнерадостность Аой-сан была отражением её внутренней печали.

Я был уверен в этом не без причины — в голове всплывали разные детали.

Просто… я не хотел, чтобы это оказалось правдой.

— Я хочу, чтобы ты по-настоящему посмотрел в лицо Аой-сан.

Слова Хиёри заставили меня задуматься.

Если я собираюсь двигаться дальше в отношениях с Аой-сан, избежать этого всё равно не получится.

— Спасибо, Хиёри.

Она покачала головой.

— У вас осталось меньше трёх месяцев. Постарайся.

— Да…

С этими словами Хиёри вышла из комнаты.

Она определённо лучше меня чувствовала состояние Аой-сан.

Не только потому, что была более проницательной, но и потому, что, как девушка, могла смотреть на ситуацию иначе.

И всё же она не стала говорить лишнего и ушла к себе — вероятно, понимая, что это вопрос между мной и Аой-сан, и если я сам не разберусь, помощи не будет.

Она не дала готового ответа ещё и потому, что знала: я должен дойти до него сам.

Советы и намёки Хиёри всегда имели смысл.

То, что она не спешила протянуть руку помощи, было проявлением её доверия ко мне.

Я вспомнил, как однажды Хиёри сказала:

— Я хочу и дальше дружить с Аой-сан.

Слова, сказанные Хиёри — человеком, который крайне редко открыто говорит о своих настоящих чувствах.

Я всё ещё не забыл обещание, которое дал — дать ей как можно больше возможностей быть рядом с Аой-сан. И именно поэтому я хотел, чтобы Аой-сан столкнулась со своими чувствами и снова стала той естественной Аой-сан, какой была раньше.

Не только ради Хиёри — но и ради меня самого, и ради неё.

Времени для этого оставалось совсем немного.

— Меньше трёх месяцев…

Я и так это знал, но когда кто-то произносит это вслух, осознание накрывает куда сильнее — даже если тебе этого не хочется.

К тому же это были слова Хиёри, которая сама уже прошла через перевод в другую школу, поэтому они имели особый вес.

Лёжа в постели, я перебирал в голове слова Аой-сан, одновременно пытаясь разложить ситуацию по полочкам.

— Я просто хочу, чтобы ты был рядом, Акира-кун.

— Я не знаю, что буду делать, если больше не смогу тебя видеть.

Если собрать воедино всё, что Аой-сан говорила до сих пор, картина становилась очевидной.

Нетрудно было представить источник её душевных мучений — слишком много в её словах было сожалений о предстоящей разлуке.

Это может звучать самоуверенно, но, возможно, Аой-сан с отчаянием смотрела на конец своей нынешней жизни…

Иначе говоря — на расставание со мной.

Я думал так потому, что сам чувствовал нечто похожее.

Единственное, что я мог сделать, — это создать как можно больше воспоминаний для Аой-сан.

Как и раньше, я хотел наполнять дни событиями, оставлять следы и образы — целую цепочку воспоминаний, к которым можно будет возвращаться, чтобы смириться с разлукой и одиночеством.

Я снова пришёл к выводу, что именно это — лучшее, что я могу сделать для неё за то время, которое у нас ещё осталось.

***

На следующий день — в последний день года.

Эйдзи и Изуми пришли к нам домой, и это был вечер, когда мы впятером впервые за долгое время собрались вместе.

— Ну что, начинаем!

Изуми громко объявила это, поставив на кухонный стол огромный пакет, который принесла с собой.

Это было одной из её сильных сторон — сначала действовать, а уже потом говорить… но, как бы там ни было, я всё же хотел пояснений.

— Энергии у тебя, как всегда, хоть отбавляй под конец года, но… что именно мы начинаем?

— А что обычно делают в каждом доме в последний день года? — ответила она вопросом на вопрос.

Ну, примерно я уже догадывался, чем всё закончится, если она возьмётся за кухню…

— Поэтому сейчас мы все вместе будем делать собу на новогоднюю ночь!

— Делать!?

Я ожидал чего-то подобного, но это всё равно оказалось выше моих ожиданий.

И тут прозвучал совершенно неожиданный комментарий, из-за которого я резко обернулся.

— Ты что, хочешь сказать… мы будем делать её из гречневой муки?

— Конечно!

Изуми, как обычно, выставила большой палец вверх и широко улыбнулась.

— Я вообще-то хотела сделать осэти, но Хиёри сказала, что её мама приготовит его для нас, поэтому я подумала, что тогда стоит заняться соба для новогодней ночи. Просто сварить купленную лапшу — как-то скучно, а вот если сделать её с нуля, это точно запомнится.

Это действительно оставит сильное впечатление.

Если подумать, это наверняка станет одним из самых ценных воспоминаний, которые я разделю с Аой-сан.

— А где ты собираешься взять гречневую муку? Только не говори, что будешь молоть зёрна сама.

— Не переживай, я уже всё подготовила. У подруги моей бабушки есть лавка с соба, и я попросила хозяина поделиться мукой. А когда я объяснила, зачем она мне, он ещё и инструменты одолжил!

С этими словами Изуми начала доставать из пакета принадлежности для приготовления соба.

Большую миску, скалку для раскатывания теста и мелкое сито для просеивания муки.

Пакет и правда был огромный, так что я гадал, что же там внутри — теперь всё стало ясно.

— Подготовка у тебя, конечно, серьёзная… но ты вообще знаешь, как это делать?

— Вчера я попробовала приготовить для своей семьи. Это, конечно, не уровень ресторана, но есть можно.

— Ну, если это сделано любителем, то если выглядит не слишком красиво — значит, всё прошло успешно, верно?

— Если что-то будет непонятно, спросим у Изуми или посмотрим видео.

Эйдзи уже смотрел на своём телефоне видео с процессом приготовления соба.

Действительно, правил и тонкостей оказалось немало.

— Тогда давайте начнём после того, как распределим обязанности!

Так и началось приготовление соба в новогоднюю ночь.

Я и Эйдзи отвечали за замешивание лапши — как оказалось, это требовало немалой физической силы.

Аой-сан помогала мне, Изуми — Эйдзи, так как нужно было приготовить собу на всех, а Хиёри взяла на себя соус для лапши.

Хиёри хорошо умеет делать сладости, но в готовке, где нужно «чуть-чуть» или «по вкусу», она не слишком сильна.

Я немного переживал, справится ли она, но Изуми сказала, что всё будет в порядке, и работа началась — тем более что у неё был заранее подготовленный конспект с рецептом, которому её научила бабушка.

Как и ожидалось от Изуми, которая давно и хорошо дружит с Хиёри, она прекрасно понимала, что делает.

Пока мы наблюдали за Хиёри, Эйдзи и остальные тоже приступили к работе.

— Ну что, начнём и мы?

— Да. Давай.

Я и Аой-сан заняли места за обеденным столом.

Ниже — рецепт, которому Изуми научилась у владельца лапшичной с соба.

Рецепт:

Сначала взвесить гречневую муку и муку-связку в пропорции восемь к двум.

Для нас троих — меня, Аой-сан и Хиёри — стандартным количеством было 200 граммов гречневой муки, 50 граммов пшеничной и 110 граммов воды.

Сначала гречневую и пшеничную муку просеяли через сито, тщательно смешали в миске и добавили две трети заранее отмеренной воды, после чего руками начали распределять влагу по всей муке.

Так гречневая мука должна хорошо связаться с водой… по крайней мере, так было написано.

— Как-то нервно… вдруг мы всё испортим…

Мои руки замерли, когда я осознал, что если мы добавим воду, назад пути уже не будет.

Я выполнял процесс, держа под рукой записи и видео по приготовлению соба, но тревога всё равно не отпускала.

— Если не получится, просто попробуем ещё раз.

В отличие от моих сомнений, Аой-сан улыбнулась и сказала это с удивительно позитивным настроем.

— Изуми-сан принесла много муки, так что всё будет в порядке.

— Точно…

Поддержка Аой-сан помогла мне успокоиться, и я продолжил работу.

Аой-сан выливала воду, а я быстро кончиками пальцев распределял её по всей муке.

На этом этапе важно не вымешивать тесто, а как можно быстрее и равномернее перемешать его.

Когда мука превратилась в мелкие комочки, мы добавили оставшуюся воду и продолжили мешать.

Комочки становились всё крупнее, пока наконец не собрались в один ком теста.

Дальше оставалось только вымешивать — и когда тесто стало блестящим, оно было готово.

— Так уже нормально?

— Да… думаю, вполне.

Следующим этапом было раскатывание теста скалкой — тот самый момент, который часто показывают в видео про соба, и, похоже, самый сложный из всех.

Тесто посыпали мукой, чтобы оно не липло, но оно никак не хотело растягиваться так, как нужно.

В видео тесто сначала раскатывали в круг, а затем вытягивали углы, придавая форму квадрата, но что бы я ни делал, квадратом оно становиться отказывалось.

С трудом придав ему хоть какую-то форму, я сложил тесто несколько раз, как видел раньше.

Наконец, я взял нож и нарезал его полосками примерно по одному миллиметру шириной.

Готово.

— …..

Глядя на получившуюся собу, мы с Аой-сан испытывали смешанные чувства.

Потому что результат вышел… не очень.

Цвет был хороший, количество соблюдено, так что внешне это определённо была соба — по крайней мере, на первый взгляд.

Но толщина лапши была настолько неравномерной, что даже не пробуя её, я уже мог представить, какой будет текстура.

Причина была очевидна: во время раскатывания тесто получилось неровным, а при нарезке ширина полосок различалась, и интервалы не были одинаковыми.

Это было нечто среднее между удоном и соба.

Хотя упругость у лапши выглядела чрезмерной.

— Ну как у вас дела?

Пока я размышлял, что делать дальше, Изуми заглянула к нам.

Скрывать было бессмысленно, и я показал ей всё как есть — результат нашего «творения».

— Да, вы справились отлично!

— Э…?

Мы с Аой-сан одновременно выдохнули, словно разрядив напряжение.

— Всё же ты не можешь сказать, что это идеально, да?

Это было слишком чрезмерно для похвалы.

— Если это твой первый раз, когда делаешь собу, то ты справился отлично. Думаю, это даже очень хорошо.

— Правда…?

Я невольно посмотрел на Аой-сан и облегчённо вздохнул.

Если она так говорит, значит, наши старания не прошли даром.

— Кстати, а что ты готовила вчера, Изуми?

— Моя семья сказала: «Это как кисимен, но с цветом и вкусом собы».

Спасибо за такую простую для понимания аналогию.

Хотя теперь мне хочется попробовать её тоже.

— Вы уже закончили?

— Да. Эйдзи-кун сделал большую часть работы сам.

Из любопытства мы подошли посмотреть на собу, которую сделал Эйдзи.

— …..

Увидев это, мы с Аой-сан потеряли дар речи.

Соба получилась намного лучше, чем наша.

— Эйдзи, это твой первый раз тоже, да?

— Да. Это оказалось гораздо сложнее, чем я думал.

Он говорил с лёгкой усталостью на лбу, но с искренней улыбкой.

Я всегда думал, что даже когда красивый парень потеет после работы, это выглядит красиво… Я подумал, что Бог создавал Эйдзи с высокой «спецификацией»: красивая внешность, ум, характер и ловкость — всё идеально.

Сколько заслуг нужно было накопить в прошлой жизни, чтобы родиться таким парнем, как Эйдзи?

— Изуми, соус готов. Попробуй.

— Поняла, секунду…

Изуми взяла ложку, наложила соус в маленькую тарелку и попробовала.

— Да, вкусно!

Так подготовка соба на канун Нового года была завершена.

Оставалось только расслабиться и закипятить её перед ужином.

Мы сели вокруг стола и вспомнили прошедший год.

В старшей школе, встреча с Аой-сан, летние каникулы вместе, участие в школьном фестивале — может быть, не всё прошло идеально, но у нас накопилось столько воспоминаний, что их нельзя рассказать за одну ночь.

Все понимали, что не все воспоминания были радостными.

Но в конце года нужно быть счастливыми, потому что мы все можем улыбнуться вместе.

— Соба готова!

Было уже после одиннадцати вечера, и до конца года оставалось меньше часа—

— Наконец-то!

— Пожалуйста, освободите стол.

Изуми и Хиёри торопливо выбросили в мусор пакеты из‑под чипсов, которыми перебивались, утоляя голод.

Мы с Аой-сан принесли к уже убранному столу новогоднюю собу на пятерых.

Начинка у только что приготовленной соба была самой простой — зелёный лук и рыбная паста. Аппетитный аромат соуса ещё сильнее будоражил желудок, тем более что ужин мы специально отложили до позднего вечера.

Под звуки новогодней музыкальной программы по телевизору все сложили руки вместе.

— Ну что ж, давайте есть.

— А, подождите немного.

Словно только что вспомнив о чём-то, Аой-сан хлопнула в ладоши перед грудью. Достав телефон, она включила камеру и направила объектив в нашу сторону.

— Это тоже важное воспоминание.

— Я тоже сфоткаю, — сказала Изуми и последовала её примеру.

Аой-сан, меняя угол и яркость, нажала на кнопку затвора.

После нескольких попыток она наконец сделала снимок, который её устроил, удовлетворённо улыбнулась и убрала телефон.

— Простите, что заставила вас ждать.

Я улыбнулся и покачал головой.

Если для Аой-сан это тоже станет дорогим воспоминанием, я готов ждать сколько угодно.

Убедившись, что Изуми тоже закончила фотографировать, мы снова сложили руки.

— Приятного аппетита.

Все были голодны, и мы одновременно взяли по первому глотку собы, держа в руках палочки.

Я же, посмотрев, как едят остальные, поднёс палочки ко рту чуть позже.

Выглядело это не слишком привлекательно, так что хвалить внешний вид я не мог, но вот вкус… с лёгким сомнением я попробовал собу.

— Вкусно…!

Аой-сан сказала это так, будто выразила и мои мысли.

Хотя лапша получилась разной толщины, из‑за чего степень готовности и текстура отличались, у неё был насыщенный вкус гречихи. С каждым укусом аромат собы наполнял рот — и благодаря муке, и потому, что она была сделана вручную.

Соус, который приготовила Хиёри, тоже получился отличным — она точно следовала рецепту.

— Да. Очень вкусно, — согласилась Изуми с улыбкой, а Хиёри рядом с ней энергично закивала.

И правда, было вкусно — как все и говорили.

— Жаль только, что лапша вышла разной толщины… при таком-то вкусе, — заметил я.

— В следующий раз сделаем лучше, — сказал Эйдзи.

Он прав. Я уверен, в следующий раз у нас получится куда лучше.

— Я ведь любитель, но всё равно хочется сделать идеально.

— Тогда в следующем году снова сделаем собу вместе, — тихо произнесла Аой-сан.

Обычно такие предложения исходили от Изуми.

— …И правда. Давайте соберёмся все вместе в следующем году и снова приготовим собу.

— Звучит здорово! Давайте так и сделаем♪ — сразу поддержали Эйдзи и Хиёри.

Если бы это был я прежний, я бы избегал разговоров о будущем.

Для меня расставания были обычной частью жизни, и после стольких прощаний я смирился с мыслью, что их не избежать. Я отворачивался от разговоров о будущем, словно не хотел смотреть на приближающийся конец.

Но теперь — после встречи с Эйдзи, Изуми и, прежде всего, Аой-сан, после того как я принял неизбежность расставаний и понял, что они не всегда означают лишь грусть, — разговоры о будущем стали для меня надеждой.

Осознавать, что можно думать о будущем без чувства печали, было по‑настоящему облегчением.

Я искренне верил, что благодаря всем, кто сейчас был рядом, смогу с нетерпением ждать наступления следующего года.

Эта мысль была сильнее даже вкуса собы, которую я ел.

— Ну вот, этот год вот‑вот закончится.

Часы тикали, и перед наступлением нового года оставалось совсем немного.

Все доели собу, отложили палочки и перевели взгляд на телевизор.

На экране уже шёл обратный отсчёт, и мы присоединились к нему.

Когда один год закончился и начался новый—

— С Новым годом!

Как обычно, крикнула Изуми, возглавляя поздравления.

Изуми обняла Хиёри рядом со мной, а я посмотрел на Аой-сан, стоящую рядом.

— С Новым годом. Надеюсь на твою поддержку и в этом году.

— С Новым годом. И я тоже, прошу помощи в этом году.

Когда я посмотрел на её лицо с мягко опущенными глазами, я потерял счёт тому, сколько раз чуть не понял её неправильно.

Мне показалось, что, возможно, я слишком драматизирую, думая, что Аой-сан нарочно старается быть весёлой из-за грусти прощания.

Но я понимал, что ошибался: сама её нынешняя улыбка уже говорит о том, что с ней что-то не так.

Поэтому нужно создавать воспоминания, чтобы Аой-сан в будущем не грустила.

Воспоминания о сегодняшнем дне точно помогут в этом.

— Ну что, мы доели собу, пора на Хацумодэ.

— На улице холодно, так что одевайтесь потеплее!

Мы закутались в пальто и вышли из дома, выдыхая облачка пара.

Под ясным зимним небом, усыпанным яркими звёздами, мы направились к нашему первому посещению храма в новом году.

***

Мы шли к храму в центре города, недалеко от железнодорожной станции.

Он располагался прямо напротив станции, в районе, где были офисные здания и коммерческие постройки.

В одном уголке района возвышался небольшой холм, и было довольно необычно видеть храм среди современных строений, да ещё и на холме, который ещё не был застроен.

Причина проста: храм существовал здесь задолго до того, как появился город.

Считается, что оригинальный храм был построен в небольшой деревне около 1600 лет назад, когда здесь ещё не было ни малейшего намёка на город. Можно сказать, что история города шла рука об руку с историей этого храма.

Поэтому храм был хорошо знаком жителям города на протяжении нескольких поколений.

— Я и предполагал, что здесь будет толпа людей.

— А ведь уже довольно поздно

Даже до нашего прихода улицы были забиты людьми.

— И это при такой холодной погоде…

Люди пришли поклониться так рано в новом году.

Я подумал об этом, а потом понял, что мы ничем не отличаемся от них, и проглотил слова, которые хотели вырваться наружу.

Все понимают, что Хацумодэ — это ежегодное событие, которое хочется отметить. В пригородном городе, где мало развлечений, новогодние праздники — одна из немногих возможностей весело провести время людям всех возрастов и профессий.

В доказательство этого, помимо пар и семей, можно было встретить и пожилые пары.

— Аой-сан.

Я протянул правую руку Аой-сан.

— Сегодня я в перчатках, так что будет тепло.

Я ожидал, что Аой-сан, как и во время выпускной поездки, захочет держаться за мою руку, чтобы согреться.

Не думая, я взял её левую руку.

— Тепло, но людей здесь очень много, и если мы разойдемся, будет неудобно.

— …Да.

Эйдзи и Изуми держались за руки друг с другом.

И нам уже не нужно было стесняться, так как мы часто держались за руки.

Я подумал об этом и переплёл руки с Аой-сан.

— …Вы держитесь за руки.

Хиёри тихо пробормотала, увидев наши сцепленные руки.

Если подумать, мы никогда не показывали, что держимся за руки перед Хиёри.

Не то чтобы я забыл о её присутствии, просто неловко было делать это перед младшей сестрой.

— …Нечестно.

Я ещё думал об этом, когда Хиёри повернулась к правой руке Аой-сан.

Она взяла её за руку, и Аой-сан словно оказалась зажата между мной и Хиёри.

— Здесь много людей, так что я держу тебя за руку, чтобы мы не разошлись.

— Хиёри-чан…

Увидев Хиёри в таком виде, на лице Аой-сан сразу расцвела улыбка, смешанная с удивлением.

Хиёри более заботливая, чем кто-либо, но редко выражает свои чувства словами или мимикой.

Именно поэтому её часто воспринимают как сухую и холодную девушку при первом взгляде. Хотя её ценят друзья, которые её понимают, она не старается заводить много знакомств.

Из-за своей натуры Хиёри редко бывает ласкова даже с нашими родителями, но она использовала мои слова как повод приблизиться к Аой-сан и проявить заботу.

Я не мог не удивиться той стороне своей младшей сестры, которую обычно не видел.

Я снова вспомнил, как раньше, когда Аой-сан возвращалась к матери, Хиёри сказала: «Я хочу продолжать дружить с Аой-сан», что для неё было необычно — открыто выражать свои чувства.

Похоже, Хиёри любит Аой-сан больше, чем я думал.

— Хммм…

— …Что?

Я не смог удержаться от улыбки, и случайно выдал это вслух.

Хиёри смутилась, повернув голову в сторону, и её уши покраснели

— Нет. Мне просто стало спокойно, что никого не потеряли.

— Хиёри-чан, спасибо.

Аой-сан, должно быть, чувствовала заботу Хиёри.

Она смотрела на Хиёри мягким взглядом, словно на младшую сестру.

Так мы втроём шли, держась за руки, следуя за потоком людей к храму.

Через несколько минут ходьбы мы дошли до храма, и территория была полностью заполнена посетителями.

У входа стояла большая тории, освещённая, высотой больше десяти метров. За ней тянулась лестница с более чем сотней ступеней, а на вершине возвышался главный храм с богатой и долгой историей.

По обе стороны каменной дорожки к лестнице располагались лавки с тканями и прочие киоски.

Мы шли вместе с другими посетителями, поднимаясь по ступеням.

Когда добрались до вершины, задыхаясь, перед нами предстала площадь у главного храма, заполненная людьми, остановившимися посмотреть вокруг.

Мы медленно протискивались сквозь толпу и наконец подошли к главному зданию храма спустя примерно пятнадцать минут.

Мы бросили монеты в ящик, позвонили в колокольчик и сложили руки в молитве.

И была только одна просьба, без лишних размышлений:

— Пусть в оставшееся время я смогу оставить как можно больше воспоминаний с Аой-сан.

Это не то, что обычно просят у богов.

Я думал о том, что могу сделать для Аой-сан, которой тяжело расставаться.

Взгляд на Аой-сан, её колеблющиеся эмоции — это другая сторона её тревог и одиночества в преддверии конца.

Наверное, это потому, что она прощается с мирными днями, которые ей наконец-то достались, и вынуждена продолжать жизнь, хочет она этого или нет, сливая в себе надежду на будущее и тревогу одновременно.

Оглядываясь на полгода назад, это было неизбежно.

Именно поэтому я хочу оставить для Аой-сан как можно больше воспоминаний.

Я надеюсь, что ей больше не придётся проливать слёзы из-за разбитого сердца, как во время выпускной поездки.

Хотя я не могу стереть её грусть, я хочу оставить воспоминания, которые будут сильнее этой печали.

Это всё, что я могу сделать для Аой-сан в оставшееся время.

И это не просьба к богам, а моё собственное твёрдое решение.

— Ээ…?

Но когда я сложил руки, а взгляд отвёл на Аой-сан, стоящую рядом, я не мог поверить своим глазам.

С уголка её глаза, при закрытых веках, катилась слеза.

Я невольно подумал, глядя на неё: она молится с грустным лицом, сжимая губы.

— Может быть, я неправильно оценил её чувства.

Я не мог удержать волну эмоций в груди, увидев слёзы в первый день нового года.

Я ненавижу это… даже если это всего лишь дурное предчувствие, оно всегда оказывается верным.

Потому что раньше я никогда не ошибался.

***

После возвращения домой с Хацумодэ уже было за три часа ночи, и все спали —

Я сидел один на подоконнике, не включая свет в гостиной, глядя на двор.

Мой дыхание освещалось лунным светом, который проникал в тёмную комнату белым, туманным сиянием.

Поздняя ночь середины зимы — обычно я бы чувствовал пронизывающий холод на коже, но, наверное, из-за того, что у меня так горячо в голове и я был погружён в мысли, я совсем не ощущал холода.

— …..

Я продолжал размышлять о слезах Аой-сан, которые видел во время Хацумодэ.

Не могу избавиться от ощущения, что совершил фатальную ошибку.

Неопределённая досада не давала мне заснуть.

— Луна сегодня такая красивая, правда?

В тишине гостиной раздался знакомый голос.

— …Эйдзи.

Я обернулся и увидел Эйдзи с мягкой улыбкой на лице.

Он медленно подошёл к окну и сел рядом со мной.

— Извини… что тебе всегда приходится обо мне заботиться.

— Ничего страшного.

То, что Эйдзи появился, не было случайностью.

Оглядываясь назад, я понял: когда мне было трудно, он всегда был рядом со мной именно так.

Как тогда, когда я ходил в магазин за сладостями для Изуми во время нашего учебного лагеря в первом семестре, или когда я сомневался в ситуации с отцом Аой-сан после летнего фестиваля.

Даже сейчас он, наверное, заметил, как мне тяжело, и пришёл, чтобы поговорить со мной.

Если бы я был девушкой, я бы точно влюбился в него.

— Во время Хацумодэ Аой-сан… плакала.

Я рассказал ему это благодаря его доброте. Эйдзи молча слушал мои слова.

— Впервые я увидел, как Аой-сан плачет, был во время фестиваля снега на выпускной поездке. Мы с ней разлучились, и я сразу же нашёл её, но она была сильно расстроена. Я уверен, что эмоциональная нестабильность Аой-сан была вызвана печалью из-за прощания. Поэтому я хочу оставить ей воспоминания, чтобы она не была одинока. Так я уверен, что ей больше не придётся проливать слёзы.

Вот что я думал…

— Возможно… я в основном ошибался в чём-то.

— Что заставляет тебя так думать?

Я ответил на вопрос Эйдзи.

— Неважно, сколько времени мы проводим вместе, сколько воспоминаний создаём… мне кажется, я так и не смог облегчить тревогу и печаль Аой-сан… мне кажется, я упустил что-то важное.

Я думал, что Эйдзи тоже будет в замешательстве, если я так прямо расскажу.

— Хорошо, что ты заметил изменения в Аой-сан, Акира.

Эйдзи кивнул с пониманием, но в его словах чувствовалось облегчение.

Это единственное слово развеяло мои сомнения.

— Что ты имеешь в виду…?

Я спросил, ища ответ.

Эйдзи потом как будто выбирал слова, обводя взглядом комнату.

После короткой паузы он кивнул, словно собрал мысли, и посмотрел прямо на меня.

— Если ты уже осознал это, возможно, можно обсудить.

Эйдзи пробормотал это себе, а не мне.

— Думаю, то, что разъедает сердце Аой-сан сейчас, — это её зависимость от тебя, Акира.

— …Зависимость?

Он произнёс слово, о котором я даже не думал.

— Изуми первая заметила изменения в Аой-сан.

— Изуми…?

— Думаю, ты тоже заметил, что Аой-сан активно старается создавать воспоминания с тобой с конца летних каникул. Но для Изуми чрезмерная активность Аой-сан выглядела как признак неуверенности.

Вдруг я вспомнил, как ходил за покупками вместе с Изуми, чтобы выбрать подарок.

Тогда Изуми сказала: «Акира-кун, похоже, тебе не о чем беспокоиться».

Теперь я понял: это была другая сторона её слов о том, что с Аой-сан всё не так уж хорошо.

Я и Хиёри тоже это заметили. Я думал, что она заставляет себя быть веселой из-за тревоги, но на самом деле это связано с грустью прощания… зависимость, да…

Ясно, что всем видно, что Аой-сан напрягается.

Тем не менее, причина, которую чувствуем мы с Изуми, может быть другой.

Часто человек, который смотрит со стороны, лучше понимает истинную суть вещей, чем сам человек, а когда это выражено словами, я начинаю понимать, насколько велика эта «зависимость».

— Акира-кун, просто будь рядом со мной.

— Что бы я делала, если бы больше не могла тебя видеть.

И не только это.

Слова, которые напоминали мне о зависимости Аой-сан, крутятся в моей голове.

— Возможно, для Аой-сан её мать была тем, на кого она полагалась всё это время.

— …Я уверен в этом.

Я могу только согласиться.

Причина, по которой она не могла оставить мать, заключается в её зависимости, кроме семейной связи.

Причина, по которой она не могла покинуть мать, даже когда та делала ужасные вещи, в том, что мать была единственным членом семьи для Аой-сан в тот момент и одновременно якорем её эмоций.

Пятнадцать лет, проведённые вместе, больше развили зависимость, чем семейные узы.

— Однако, когда ты протягиваешь ей руку, человек, на котором держалась Аой-сан, меняется с её матери на тебя, Акира. Это естественно, учитывая всё, что ты сделал для Аой-сан. Если бы ты сделал то же самое для кого-то другого, они бы тоже зависели от тебя, даже если это не была бы Аой-сан. Наоборот, было бы странно, если бы так не произошло.

Слушая этот разговор, во мне возник вопрос.

— Ты сказал раньше: «Аой-сан больше не нуждается в моей помощи». Но я думаю, ты наполовину прав и наполовину нет. Да, окружение Аой-сан улучшилось, но взамен ты стал человеком, который ей крайне нужен — возможно, в этом причина.

Иными словами, я…

— Так я помогал Аой-сан решать её проблемы, думал, что делаю её самостоятельной, а на самом деле она стала зависеть от меня… Более того, моя защитная инстинктивная тяга мешает её самостоятельности и усиливает зависимость. Наоборот, разве это не моя вина…

— …Нет.

Когда я собирался сказать это, Эйдзи перебил меня и возразил.

— Позволь мне объяснить это ясно.

Эйдзи продолжил с решительностью, присущей ему:

— Нет ничего плохого в том, чтобы зависеть или быть защитником.

— Нет ничего плохого…?

— И то, и другое — это и хорошо, и плохо. Это также выражение заботы, чувство, которое возникает в большей или меньшей степени в отношениях между возлюбленными или членами семьи. Некоторая зависимость и защитность нужны, чтобы углублять отношения с другими людьми, и это тоже случается в моих отношениях с Изуми. Главное — как вы взаимодействуете друг с другом.

Удивительно, но между Эйдзи и Изуми тоже есть зависимость.

Эйдзи держится на умеренном расстоянии, а Изуми слишком свободна, и кажется, что никакой зависимости нет.

— Не нужно слишком сильно об этом думать. Это нормально — полагаться на дорогих тебе людей и защищать тех, кого любишь. Проблема возникает только тогда, когда это выходит за пределы.

Эти слова промелькнули в моей голове.

Если так, то сейчас я и Аой-сан, похоже, уже перешли границу.

— Ты справляешься с расставанием по-своему и постепенно принимаешь это, верно?

— Да.

— Но Аой-сан наоборот. Когда она делится своими чувствами с тобой, ей становится всё труднее это принять. Пока её чувства противоречивы, не будет хорошо, если вы так разойдётесь.

Я думаю, Эйдзи прав.

Даже если зависимость не всегда плоха, что будет, если мы разойдемся так, как сейчас?

Если причины, которые давно закрепились в моей голове — «зависимость» и «желание защищать» — усугубляют ситуацию, то создание воспоминаний не является решением.

Наоборот, эти воспоминания могут напоминать о грусти.

Проблема не в этом.

Это сложно… у меня кружится голова.

Что мне делать…?

— Ты помнишь, что я сказал тебе после того, как мы выпили первый чай в кафе?

Эйдзи заговорил со мной, когда я была взволнована, очень спокойно.

— …Конечно.

Я ни разу не забыл.

Эти слова стали моим ориентиром последние шесть месяцев.

— По сути, люди не могут полностью понять друг друга.

Без слов невозможно понять другого.

— …Вот почему так важно выражать свои мысли словами.

Эти слова не раз меня спасали.

И сейчас слова Эйдзи снова доходят до меня.

— Нет ничего плохого в том, чтобы думать самостоятельно и искать ответ, потому что тебе не безразличен другой человек. Это безусловно добро. К сожалению, одних только добрых намерений часто недостаточно, чтобы мужчина и женщина поняли друг друга. Думаю, сейчас самое время вести диалог между вами.

— Верно…

Я думал, что мы уже настолько близки, что можем понимать друг друга без слов, через многократные диалоги и контакт сердцем с Аой-сан, но, похоже, без настоящего разговора нам всё ещё не продвинуться.

Вдруг я задумался:

— Конечно, если я хочу быть с кем-то, мне придётся повторять это всю оставшуюся жизнь…

— Да. Я полностью с этим согласен.

Ты продолжаешь пытаться понять другого человека через диалог, и когда тебе кажется, что ты понял, всё может закончиться.

Помни, что ты и другой человек — разные люди. Не навязывай слишком высокие идеалы своей семье или любимым, и если хочешь, чтобы тебя поняли, не переставай стараться понять сам.

Когда ты прекращаешь диалог как средство достижения цели, можно потерять что-то важное.

И мне это не нравится, потому что я всегда осознаю это только после того, как теряю.

— Хотя это чувствительная тема, думаю, не стоит заставлять её говорить об этом. Лучше дождаться момента, когда Аой-сан сама откроется или когда естественно получится обсудить проблему. Конечно, время поджимает, так что ждать слишком долго нельзя.

— Я понимаю. Мне не нужно спешить.

Сейчас у меня нет способа заставить Аой-сан высказаться, не причинив ей боли.

Если бы я мог это сделать, у нас бы не было таких проблем до сих пор.

Я должен понять, что сейчас Аой-сан в замешательстве, и когда она будет готова выразить свои чувства, я должен принять это без паники, даже если это будет немного.

— И ещё одно, я хочу извиниться.

Эйдзи повернулся ко мне и склонил голову.

— Изуми и я заметили, что Аой-сан сильно зависит от тебя, и что ты всё ещё испытываешь желание защищать её. Вы оба стали зависимы друг от друга в плохом смысле. Как близкий друг, я извиняюсь, что молчал, хотя мы понимали ситуацию.

Не опускай голову…

Я хотела это сказать, но слова Эйдзи были слишком искренними, чтобы их просто игнорировать.

— Даже если бы я или Изуми тебе сказали и ваши отношения улучшились, это могло бы быть лишь временно. Я хочу, чтобы ты осознал это сам, потому что, хотя ты сразу же начнёшь действовать, в конце концов ты снова повторишь то же самое.

— Да… теперь я тоже так думаю.

— Я не собирался тебе говорить, даже если бы ты этого не заметил. Даже если это не объединит вас… Так что я действительно рад, что ты заметил изменения в Аой-сан.

Не переживай.

Я полностью принял мысли Эйдзи.

Потому что это стратегия, чтобы справиться с проблемой, а не лечение её корня.

Как аналогия: просить кого-то учить нас — это как забинтовать рану после того, как поранился; нам с Аой-сан нужно понять причину и устранить её, чтобы больше не страдать.

Если мы не сможем этого сделать и будем полагаться на других, мы снова повторим то же самое, как сказал Эйдзи.

Это была моя ошибка, которую я не осознавал до сегодняшнего дня.

И наконец я понял, почему не замечал этого раньше —

— Думаю, я боялся столкнуться с чувствами Аой-сан.

— Правда?

— После того как я влюбился в Аой-сан, я не мог погрузиться в её чувства так, как раньше. А что если она меня не любит, или я не хочу, чтобы это было односторонним чувством…

Это отличается от того времени, когда я пытался ей помочь, даже если это означало игнорировать её комфорт.

Если бы у меня была смелость, как тогда, я уверен, что всё было бы иначе.

— Возможно. Но я рад это слышать.

— Рад?

— Я понимаю, что ты обычный старшеклассник.

Эйдзи показал редкую для себя улыбку, озорную.

— Ты часто называешь Изуми навязчивой или слишком заботливой, но если подумать, ты сам куда более внимателен. Разве не забавно, что такой как ты не может быть активным с девушкой, которая тебе нравится?

— Перестань. Никому не нравится, когда другие парни обсуждают его личную жизнь.

— Правда? Я не ненавижу это, как ты думаешь.

— Если это проблема, давай отложим разговор, пока всё не уладим.

— Думаю, так будет лучше. Жду дня, когда смогу спокойно обсудить с тобой любовь, Акира.

Эйдзи быстро встал.

— Я могу помочь тебе лишь до определённого момента. Я и Изуми не можем придумать другой способ, чтобы вы оба справились со своей зависимостью и желанием защищать друг друга. Прости, но с этого момента и дальше я прошу тебя постараться самому.

— Да. Даже слушать меня уже достаточно.

— Но я уверен, что ты справишься. Потому что до сих пор, хотя я не давал тебе решений, ты справлялся сам, сталкиваясь с Аой-сан.

Эти слова, конечно же, — наивысшее доверие.

— В оставшееся время Изуми и я будем наблюдать за вашим романом.

— Я постараюсь оправдать ваши ожидания.

Эйдзи покинул гостиную после этих слов.

Когда я остался один и посмотрел на луну в ночном небе, я внезапно почувствовал, как холодно.

Наверное, причина, почему мой ум стал таким ясным — это слова Эйдзи и холодный зимний ветер, который остудил мою разгорячённую голову.

— Да… сегодня луна действительно красивая…

До конца осталось меньше трёх месяцев.

В начале нового года я почувствовал, что наконец понимаю, что должен делать.

----------

Ночь Валентина

Среда после окончания зимних каникул, первый день третьего семестра.

Ближе к вечеру, под конец длинного классного часа — последнего урока того дня…

— В завершение, Акира-кун хочет кое-что сказать всем вам, поэтому прошу выслушать его.

Изуми, староста класса, поднялась на кафедру и посмотрела на меня.

Учитывая всё, что произошло до этого, кто-то мог бы подумать, что Изуми снова действует импульсивно по отношению ко мне — но сегодня это было не так. Я сам попросил её дать мне слово в конце классного часа.

Я встал со своего места и направился к доске. Изуми спустилась с кафедры, уступая мне место.

Когда мы проходили мимо друг друга, она слегка хлопнула меня по плечу — будто подбадривая.

— Простите, что отнимаю ваше время в самом конце классного часа.

Я встал за кафедру и, говоря, обвёл взглядом лица одноклассников.

В прошлый раз я стоял здесь в тот период, когда Аой-сан вернулась к своей матери — во время подготовки к школьному фестивалю. Я помню, как тогда сказал всем, что Аой-сан какое-то время не сможет приходить в школу.

С тех пор прошло больше двух месяцев…

Время летит слишком быстро, не так ли?

Но если попытаться выразить словами то, что я собираюсь им сказать, время покажется ещё быстрее.

В отличие от одноклассников, которые недоумевали, что сейчас начнётся, Эйдзи смотрел на меня с привычным спокойствием, будто наблюдая со стороны. Изуми же глядела прямо на меня, словно мысленно подталкивая вперёд.

И только Аой-сан смотрела на меня с лёгким беспокойством в глазах.

Собрав все мысли и чувства воедино, я глубоко вдохнул и заговорил:

— Простите за внезапное заявление, но… после окончания третьего семестра я переведусь в другую школу.

От неожиданного признания класс мгновенно стих, а затем тут же наполнился шумом.

Однако вскоре все притихли, ожидая продолжения.

— Причина — семейные обстоятельства. Я не буду вдаваться в подробности здесь, но если кто-то захочет узнать больше, я объясню лично. Правда в том, что ещё до поступления в эту школу я решил перевестись, когда перейду во второй класс. Мне жаль, что я не сказал вам об этом раньше… Если возможно, я хотел бы провести с вами эти оставшиеся два месяца.

Дело не в том, что я не думал, что должен был сказать это раньше.

Когда я только пришёл в эту школу, я уже смирился с мыслью о расставании. А когда понял, что не хочу уходить, я испугался: если скажу об этом, всем станет ясно, что мы расстанемся — и потому не мог заговорить.

Я смог сказать это сейчас лишь потому, что эти трое помогли мне принять расставание.

Если бы не они, думаю, я так и не смог бы произнести эти слова — вплоть до самого перевода.

— Поэтому… прошу вас, побудьте со мной ещё немного.

В тот же миг прозвенел звонок, объявляющий окончание урока.

Сразу после этого весь класс поднялся со своих мест и окружил меня.

Среди голосов, наполненных сожалением о расставании, упрёков за молчание и благодарности, в уголке моего зрения я заметил одну сцену: какая-то девушка подошла к Аой-сан и окликнула её.

После событий школьного фестиваля все знали, что мы с Аой-сан близки.

Наверное, она переживала за Аой-сан из-за моего перевода.

Теперь у Аой-сан есть друзья, которые беспокоятся о ней.

Увидев это, я ещё раз почувствовал:

То, что я сделал — не было ошибкой.

***

После этого дни проходили так и не дав мне возможности поговорить с Аой-сан.

Я понимал, что, учитывая оставшееся до моего перевода время, мне нужно поговорить с ней как можно скорее, но, как и говорил Эйдзи, эта тема была слишком болезненной для нас обоих.

Если раньше проблемы Аой-сан были вызваны внешними обстоятельствами, то сейчас это был внутренний, глубоко личный вопрос. А значит, чувства Аой-сан должны были стоять превыше всего.

Главное — не торопиться, а подготовиться и дождаться подходящего момента.

Была и ещё одна причина, по которой я не мог заговорить с ней.

В последнее время Аой-сан вела себя… слишком нормально.

Она больше не показывала той эмоциональной нестабильности, что была у неё во время выпускной поездки и хацумодэ. Дома и в школе она выглядела как обычно — даже более «похожей на Аой-сан», чем раньше.

Она была спокойна, словно уже разложила свои чувства по полочкам.

Конечно, я понимал — она просто скрывает свои эмоции, чтобы не заставлять меня волноваться.

Как бы спокойно она ни притворялась, сам факт, что она способна оставаться «нормальной», уже был ненормальным.

Тем не менее, заговорить о её проблеме было невероятно трудно.

— Получается… завтра уже День святого Валентина, да?

Прошёл месяц.

Вечером воскресенья, 13 февраля, я был один дома.

Честно говоря, уже очень давно я не оставался один так надолго…

Это потому, что Аой-сан со вчерашнего дня гостила у Изуми.

Изуми пригласила её переночевать на три дня и две ночи, и завтра Аой-сан пойдёт в школу прямо из её дома. Не трудно было представить, чем они там занимаются, но я не осмеливался говорить об этом — боялся, что, если ошибусь, она сочтёт меня самоуверенным и навязчивым.

И всё же я был благодарен за это время наедине с собой.

Какой бы сложной ни была тема, я не мог откладывать этот разговор вечно.

К счастью, у меня было достаточно времени, чтобы подумать. Лёжа на диване и размышляя о том, как начать этот разговор, я почувствовал, как на меня накатывает сон… и, сам того не заметив, уснул.

Сколько времени прошло с тех пор — я не знал.

Внезапно я проснулся от ощущения тепла.

— …А?

Медленно приоткрыв тяжёлые веки, я издал удивлённый звук, увидев силуэт перед собой.

— Аой-сан…?

— Прости. Я тебя разбудила?

Передо мной стояла Аой-сан — та самая, которая должна была ночевать у Изуми.

Она всё ещё была в пальто и выглядела так, будто только что вернулась домой.

Похоже, она заметила, что я сплю, и не стала включать свет в гостиной. Горела лишь лампа на кухне, и лицо Аой-сан, присевшей у дивана, было скрыто в тени.

Или мне только показалось, что в полумраке её щёки слегка порозовели?

Прикрывая рот одной рукой, она слегка наклонилась, и длинные волосы, спадавшие с плеч к ушам, выглядели неожиданно изящно.

— Разве ты не должна была ночевать у Изуми…? — Я решила вернуться пораньше.

Сев, я взглянул на настенные часы.

Стрелки уже показывали, что наступил новый день.

— В такой час… случилось что-то срочное?

— Срочное… да. Наверное, так и есть.

Есть кое-что, что я очень хотела тебе передать.

Аой-сан сказала это с улыбкой, после чего достала из своей сумки аккуратно упакованный предмет.

— Я вообще-то хотела отдать это завтра. Но делать это в школе, при всех, было бы неловко… а если после уроков — уже слишком поздно. Я хотела передать это Акире-кун как можно скорее.

— Можно открыть?

— Да.

Когда я снял упаковку и открыл крышку, внутри оказался небольшой шоколад — размером на один укус.

Шоколад состоял из восьми кусочков, каждый — с разной формой, цветом и украшением.

Уже по виду они казались невероятно вкусными.

— Это…

— Да. Валентинов шоколад.

Аой-сан смущённо улыбнулась, стараясь показать улыбку.

— Я ночевала у Изуми-сан, чтобы сделать это. На самом деле там была и Хиёри, и мы с Изуми учились у неё, как делать шоколад.

С потоком эмоций, которые трудно было выразить словами, моё сердце наполнилось теплом и волнением.

Когда я услышал, что Аой-сан будет ночевать у Изуми, я думал, что это возможно.

Но я не ожидал, что Хиёри будет их учить, но тайно надеялся, что, возможно, она готовит для меня валентинов шоколад.

Время подходило, и я уже догадывался о случившемся, поэтому особого удивления это у меня не вызвало.

Но я не мог предвидеть… что она отменит своё пребывание у Изуми, чтобы как можно скорее передать его мне, и что вернётся так поздно ночью.

— Спасибо…

Аой-сан, конечно, тоже испытывала массу сложных чувств.

И всё же, хотя мне радостно, что она сделала это для меня, внутри словно что-то сжималось.

[[image:/storage/reader-images/83d3255a95fd30f3f3d64c772eaf00f6cad541a6.jpg]]
Я тихо вдохнул, чтобы Аой-сан этого не заметила.

К счастью, свет в комнате не горел.

— Можно попробовать?

— Да. Но… знаешь, я делала это впервые, так что не могу гарантировать вкус…

Аой-сан выглядела слегка встревоженной.

Когда я взял кусочек шоколада и положил в рот, он тут же растаял, а сладко-горький вкус разлился по языку.

— Ну как?

— Да… вкусно.

— Правда?

— А ты попробуешь, Аой-сан?

Я взял ещё один кусочек и поднёс к её руке.

— Это шоколад, который я сделала для Акиры-куна.

— Я хочу есть его вместе с тобой.

Сначала Аой-сан стеснялась, но вскоре слегка приоткрыла рот, словно маленькая птичка, ожидающая угощения.

Когда я приблизил шоколад к её губам, она сразу же откусила кусочек.

— …

После того, как она его попробовала, словно проверяя вкус:

— Слава богу… действительно вкусно.

— Да… вкуснее, чем покупной шоколад.

— Это немного преувеличено.

Аой-сан улыбнулась с облегчением.

— Это… первый раз, когда мне дарят шоколад, сделанный своими руками.

— А я впервые дарю шоколад мальчику, поэтому мне приятно, что тебе понравилось.

Первый раз…

Такое ценное, что кто-то сделал это специально для меня.

— Тогда, ммм…

Даже в темноте я мог видеть, как её щёки слегка порозовели.

— Это… не просто «вежливый подарок».

— Э…

Моё сердце тут же забилось сильнее, услышав это.

— Акира-кун, ты много сделал для меня, и я всегда хотела отблагодарить тебя, но мало что могла сделать или подарить… На самом деле, просто подарить тебе шоколад недостаточно, но, по крайней мере, это знак моей благодарности.

Аой-сан продолжила:

— Поэтому я очень хотела, чтобы он был сделан своими руками.

— Спасибо… я очень рад.

— Да…

Я не мог сдержать улыбку, глядя на её радостное и одновременно смущённое лицо.

Я задумался, не ошибаюсь ли я, думая, что Аой-сан всё ещё страдает из-за своих проблем и боли.

Я понимал, что это невозможно.

Я знал, что надеюсь на это, потому что понимал, что так и есть на самом деле.

***

Мы приняли ванну и легли спать.

Я лежал на кровати в своей комнате и прокручивал в голове всё, что произошло за этот день.

Я был безмерно счастлив получить от Аой-сан шоколад, сделанный своими руками, но в то же время мысль о том, что мы так и не поговорили о будущем, не отпускала меня и терзала изнутри.

— Остался всего месяц…

Стоило мне произнести это вслух, как я остро ощутил приближение предела.

Я понимал, что должен как можно скорее создать возможность поговорить с ней, но, вспоминая счастливое лицо Аой-сан, которое я видел совсем недавно, я осознавал — сейчас ещё не тот момент, когда можно всё обрывать.

— Но откладывать дальше я тоже не могу…

Мне нужно встретиться с Аой-сан лицом к лицу, даже если это будет немного резко.

Я, тот, кто уходит в другую школу, лучше всех понимал, что промедление недопустимо.

С этими мыслями сон постепенно начал овладевать мной, и сознание стало ускользать.

Я был на грани сна — между комфортом дремоты и обязанностью продолжать думать.

— Нн…?

Вдруг я почувствовал странное тепло у себя за спиной.

Я приоткрыл глаза, борясь с сонливостью… и замер.

— А…?

В полумраке комнаты, освещённой лишь лунным светом, я не мог разглядеть выражение её лица.

Но я понял — это была Аой-сан, лежащая рядом со мной и прижавшаяся к моей спине.

— Аой-сан…

Я проглотил слова, которые хотел сказать.

Потому что это был не первый раз.

В памяти всплыл тот вечер перед закрытием первого семестра, когда она так же тихо забралась ко мне в постель.

Тогда на её лице были печаль и болезненная решимость — и сейчас, по одному только этому поступку, было легко понять, с каким настроем она пришла.

Я повернулся к ней лицом.

— Что случилось?

Мы оба говорили спокойно — будто стараясь сдержать себя.

Аой-сан уткнулась лицом мне в грудь и тихо прошептала:

— Я пришла не только ради шоколада…

— Не только ради шоколада…?

Она кивнула.

Её руки, сжимающие меня, были полны силы — словно в них было сосредоточено всё её чувство.

— Больше, чем шоколад… я хотела отдать тебе себя.

Мне не нужно было переспрашивать.

Это не стало неожиданностью.

Я знал: когда Аой-сан позволяет мне быть так близко, это не из-за отчаяния и не из слабости —

А потому что она уже прошла через боль и приняла решение.

Именно поэтому в её поступке не было ни тени скрытого умысла.

— Если ты думаешь, что это просто ответная благодарность, то одних этих чувств уже достаточно, чтобы сделать меня счастливым.

— Это не только из-за благодарности…

Аой-сан покачала головой.

— Я хочу отдать себя Акира-куну.

Решимость, звучавшая в её голосе, явно отличалась от прежней.

— Я рад. Но почему?

— Одних воспоминаний недостаточно…

Затем Аой-сан продолжила, и её голос дрожал, будто она вот-вот расплачется:

— Я хотела, чтобы Акира-кун создал как можно больше воспоминаний, поэтому советовалась с Изуми-сан и строила планы… но на самом деле я делала это не ради Акира-куна. Я сама хотела создать воспоминания вместе с тобой.

— Аой-сан…

— Хотя именно Акира-куну тяжелее всего, ведь тебе придётся со всеми расстаться, я думала только о себе… Я понимаю, что это отвратительно, но… я всё равно не могу с этим смириться.

Я понимал эти чувства лучше, чем кто-либо другой.

В тот момент, когда перед Аой-сан появился её отец, я знал, что для неё будет лучше остаться с ним. Но я не хотел расставаться с ней, поэтому в своей голове сделал её отца «плохим человеком» и пытался отдалить его от Аой-сан.

Как бы ни понимал всё разумом — сердце не всегда следует за логикой.

Боль Аой-сан, вероятно, была точно такой же, как тогда моя.

— Сколько бы воспоминаний я ни создала, сколько бы фотографий ни сделала — этого всё равно недостаточно…

Голос Аой-сан дрожал всё сильнее.

— Когда я думаю о том, что Акира-кун скоро уедет… я не знаю, что мне делать. Я понимаю, что должна справляться сама, когда ты переведёшься, и не должна слишком на тебя полагаться. Но даже так… если я отдам себя тебе—

— …возможно, эта пустота станет хоть немного меньше.

Она будто выдавливала из себя эти слова.

Это было… страдание. Иного слова я подобрать не мог.

Она была настолько загнана в угол, что, понимая: это не решит проблему, всё равно цеплялась за меня.

Пока я не решался поговорить с Аой-сан напрямую, она в одиночку боролась со своими чувствами.

Мы создавали воспоминания, чтобы не чувствовать одиночество после расставания, но она поняла, что одних воспоминаний недостаточно… и пока я раздумывал, что делать, Аой-сан уже была готова сделать шаг.

Чтобы заполнить пустоту в своём сердце, она была готова—

— Я…

Аой-сан подняла голову и посмотрела на меня влажными глазами.

— Я… люблю тебя, Акира-кун.

Это был первый раз, когда девушка призналась мне в любви.

Но это признание было слишком болезненным, чтобы радоваться ему.

— Но… я уже не понимаю, любовь это или зависимость…

— Аой-сан…

Я не смог удержаться и обнял Аой-сан, которая разрыдалась, как ребёнок.

Аой-сан пыталась заполнить пустоту в своём сердце моими объятиями.

А я ненавидел себя за то, что не заметил, как она страдала, слишком погрузившись в собственные мысли.

— ..…

Так дальше продолжаться не может.

Правда, так больше нельзя.

Я встретил Аой-сан и не смог смириться с расставанием. А когда мне показалось, что я наконец разобрался в своих чувствах и принял это, на этот раз уже Аой-сан не смогла принять расставание — и это ранило меня.

Если бы я осознал свою любовь к ней раньше, Аой-сан смогла бы понять мои чувства.

Меня переполняло такое раздражение, что хотелось ударить себя в грудь.

Чем ближе становился момент расставания, тем сильнее наши чувства расходились в разные стороны.

— Аой-сан… спасибо.

Когда я услышал признание Аой, первыми словами, которые вырвались у меня, были слова благодарности.

И я тоже решил сказать о своих чувствах честно.

— Я тоже тебя люблю, Аой-сан.

Это было моё первое признание.

— …Правда?

Вместо ответа я чуть сильнее сжал руку Аой-сан.

— Если быть честным, мои чувства к тебе до недавнего времени… не были романтическими.

Об этом я рассказывал не тебе, Аой-сан, а лишь Эйдзи и Изуми.

Это был ответ на собственные чувства, которые я осознал лишь недавно.

— С того дня, как я встретил тебя в парке под дождём и привёл домой, мои чувства к тебе больше походили на желание защитить и чувство ответственности. Я понимал, что ты девушка, но, думаю, моё стремление защитить тебя было сильнее.

Я знал, почему думал именно так.

Вначале образ Аой-сан накладывался на образ моей первой любви.

Из-за сожаления о том, что в детстве я не смог ничего сделать для своей первой любви — девочки, которая всегда выглядела одинокой, — я хотел помочь теперь, увидев девушку в похожей ситуации.

Перед лицом всех проблем, с которыми сталкивалась Аой-сан, у меня просто не оставалось места для других чувств.

Но…

— Когда Аой-сан сама нашла ответ на проблему с матерью, и когда я понял, что ты больше не нуждаешься в моей защите… я наконец осознал, что люблю тебя как девушку.

Это было эмоциональное изменение, из-за которого я будто влюбился в ту же девушку во второй раз.

— Просто…

Да — просто было продолжение.

— Честно говоря, я до сих пор не знаю, исчезло ли моё желание защищать тебя, Аой-сан.

Точно так же, как Аой-сан мучилась от зависимости, меня самого терзало стремление её оберегать.

— Так же, как ты не понимаешь, любовь ли это или зависимость, я думаю, что мои чувства к тебе — это не только любовь, но и всё ещё желание защитить тебя.

Глаза Аой-сан были влажными, но она продолжала смотреть прямо на меня.

— Но… всё равно я рада, что ты любишь меня, Акира-кун…

— Я тоже рад, что ты сказала, что любишь меня, Аой-сан.

Даже если в этих чувствах есть примесь чего-то ещё, сам факт того, что мы важны друг для друга, — не ложь.

Радость от того, что впервые в жизни смог разделить свои чувства с кем-то.

Возможно, это звучит слишком пафосно, но я даже подумал, что в этом и есть смысл моего рождения.

— Именно поэтому я считаю… что наши нынешние отношения слишком искажены.

— Да… я тоже так думаю.

Аой-сан печально опустила голову.

Но то, что я действительно хотел ей сказать, было—

Это была надежда, которую я мог выразить, облекая свои чувства в слова.

— Поэтому я хочу, чтобы это расставание стало для нас возможностью честно взглянуть на чувства друг друга.

— Возможностью взглянуть на наши чувства…?

Аой-сан подняла опущенные глаза, и в них появился вопрос.

Я продолжил говорить, не отводя от неё взгляда.

— Думаю, нам обоим нужно время, чтобы разобраться в своих сердцах: являются ли мои чувства к тебе любовью или желанием защитить, и являются ли твои чувства ко мне любовью или зависимостью. Если мы продолжим отношения в таком состоянии сомнений и колебаний, я уверен — мы пожалеем об этом.

Передал ли я это правильно?

Я говорил осторожно, чтобы не вызвать недопонимания.

— Мне грустно, что мы расстаёмся, но давай используем это как возможность разобраться в своих чувствах. Мы оба будем стараться в новой среде, станем немного самостоятельнее, взрослее… И если, когда-нибудь встретившись вновь, мы всё ещё будем любить друг друга, тогда эти чувства точно будут настоящими.

Я не знал, как Аой-сан восприняла мои слова.

— Если подумать так, разве это не похоже на расставание ради будущего?

Похоже, в её глазах, которые до этого потускнели, снова появилась жизнь.

— …..

Пожалуй, я смог выразить свои чувства — пусть и неуклюже.

Даже если она не поймёт, я буду говорить снова и снова, пока не донесу их до конца.

— Да… я поняла.

Она подняла взгляд и улыбнулась своей привычной мягкой улыбкой.

— Я постараюсь изо всех сил.

Она улыбалась так, будто вся грусть исчезла.

— Я хочу научиться ходить своими ногами, даже без Акиры-куна. Хочу стоять на своих силах, без твоей поддержки. А когда мы снова встретимся, хочу, чтобы ты увидел, что я изменилась.

— Я тоже должен стараться. Ведь это я предложил всё это, и не хочу, чтобы, когда мы снова увидимся, только я остался прежним, а ты — ставшая прекрасной женщиной — посмотрела на меня с отвращением.

— Мы расстаёмся, чтобы стать чуть взрослее… Думаю, это хороший способ смотреть на вещи.

— Да, именно так.

Увидев её улыбку, я с облегчением вздохнул.

Похоже, я смог донести свои слова.

— Но, Акира-кун…

— Хм? Что такое?

— …Ты уверен, что всё в порядке?..

— Что именно?

— Эм… да нет, ничего.

— Э-эй, подожди!

Я даже не стал уточнять, что она имела в виду — и так было ясно.

Я не знал, что сказать, но сейчас скрывать свои настоящие чувства смысла не было.

— Если честно… мне немного жаль…

Да, жаль. Для подростка не воспользоваться случаем — настоящее преступление.

Во второй раз я чувствовал это особенно остро.

— Когда ты любишь кого-то, в тебе появляется желание, которое шепчет: «Перестань притворяться, будь честен». Но если позволить себе поддаться ему, я знаю, что потом пожалею.

— Понимаю…

Аой-сан выглядела чуть разочарованной.

— Хотя… я ведь надела нижнее бельё, которое ты сам выбрал для меня.

— Что!? Серьёзно!?

Она произнесла это спокойно, с невинным выражением лица.

Я спросил, не успев сдержаться.

— Я подумала, что Акире-куну будет приятно, если я надену то бельё, что он выбрал. Поэтому решила сохранить его на «особый случай»… и вот сегодня надела впервые.

Чёрт…

Теперь я сожалел в десять раз сильнее.

— …Ну, значит, это будет ещё одной вещью, которой стоит ждать до нашей следующей встречи.

Иногда быть терпеливым — действительно полезно.

Сдерживая слёзы, я сказал это, надеясь в третий раз.

— Хмм… не знаю даже~

— Эй! Нельзя так!

— Я ведь не знаю, захочу ли тогда. А ты уже трижды меня отверг.

— Трижды?..

Странно.

Я помнил только два раза.

Первый — в конце первого семестра.

Второй — вот сейчас.

Если был и третий… то только тогда, в ту ночь…

— Погоди… неужели…

Мысль промелькнула сама собой.

Если считать, то другого момента просто не было.

— Ночь выпускной поездки… Рождественская ночь?

— …..

Аой-сан залилась краской и, смущённо, пробормотала что-то невнятное.

Раз не отрицает — значит, это действительно тогда.

— Но ты же тогда ничего не сказала.

— Я хотела, чтобы ты сам догадался…

Серьёзно?.. Да ну, не может быть.

Я почувствовал отчаяние от того, насколько плохо понимаю женщин.

Неудивительно, что у меня до сих пор нет девушки.

— Прости…

— Не прощу~

Аой-сан сказала это с озорным тоном, будто подражая Изуми.

Потом засмеялась и уткнулась лицом мне в грудь.

— Эй, Акира-кун… можно… ничего не делать, просто так остаться до утра?

— Конечно.

— Спасибо…

Так мы впервые спали в одной кровати.

Раньше мы говорили много раз, но именно этой ночью — впервые по-настоящему поняли друг друга.

[[image:/storage/reader-images/8e082e76c506c2904ac3208f96e72c6c251dcc3a.jpg]]

----------

До того дня, когда мы снова встретимся

С того момента и до самого последнего дня всё пролетело удивительно быстро — прямо как говорится в пословице.

Оставшиеся школьные дни я проводил, наслаждаясь школьной жизнью и создавая воспоминания вместе с Аой-сан. Но при этом я не мог забывать и о своей главной обязанности как ученика — учёбе, поэтому мы, как обычно, устраивали учебные сборы для подготовки к экзаменам.

Проще говоря, дни шли спокойно и размеренно, как всегда.

Кстати, после всего этого Аой-сан словно вернулась к своей обычной себе.

…Хотя, наверное, называть её «прежней Аой-сан» было бы не совсем справедливо.

После того как мы откровенно обсудили свои чувства и перестали воспринимать расставание как нечто грустное, увидев в нём надежду на будущую встречу, мне показалось, что наши отношения с Аой-сан стали даже лучше, чем раньше.

Выражение «после дождя земля становится крепче» подходило как нельзя лучше.

Изуми и Эйдзи, похоже, тоже это заметили и просто наблюдали за нами, не задавая лишних вопросов.

***

Конец марта подкрался незаметно…

— Акира, я почти закончил с упаковкой вещей на кухне, — сказал Эйдзи.

— Ага, спасибо.

Продолжая расставлять новые картонные коробки, он добавил:

— Я оставил стаканы, потому что подумал, что ты ещё будешь ими пользоваться. Если не понадобятся — потом уберёшь.

— О, это очень кстати.

Вечером, накануне церемонии окончания школы, мы снова собрались у меня дома всем составом.

Как нетрудно догадаться, мы занимались упаковкой вещей перед переездом.

— Хорошо, что я на всякий случай спросил, как у тебя продвигаются сборы. Не ожидал, что всё будет настолько плохо.

— Прости…

— Я думал, ты в таких вещах довольно расторопный.

От этих слов у меня аж уши заболели.

— Я рассчитывал справиться сам… но, если честно, сильно недооценил масштаб. Раньше почти всем занималась мама, поэтому я и не осознавал, сколько всего нужно сделать: оформление перевода в другую школу, договор с перевозчиками… сколько бы времени ни было, его всё равно не хватает.

Если бы меня попросили продумать всё это заранее и подготовиться как следует, мне было бы просто нечего возразить…

Но, если честно, была ещё одна причина — в доме оказалось слишком много вещей.

Если бы я жил один, столько мебели и техники мне бы точно не понадобилось. Но когда семья переехала раньше, они оставили почти всё, сказав, что кто-нибудь будет часто возвращаться.

По словам Хиёри, есть подозрение, что мама просто хотела купить новую мебель уже в новом доме.

Впрочем, благодаря этому Аой-сан смогла пользоваться комнатой Хиёри, а Эйдзи и Изуми — спальней, когда мы устраивали учебный лагерь, так что в итоге всё сложилось неплохо.

Иначе говоря, переезжал только я один, а вещей у меня было — как на четверых членов семьи.

С такими объёмами это никогда бы не закончилось.

— Я это с самого начала поняла. План у тебя был отвратительный, — безжалостно сказала Хиёри.

— Угх…

Я попытался было оправдаться, но Хиёри, пришедшая помочь, тут же меня перебила.

Кстати, всего несколько дней назад Хиёри успешно сдала вступительные экзамены в престижную женскую старшую школу в городе, куда они переехали.

Я, конечно, не забывал об этом — просто она раньше перевелась в новую школу из-за подготовки к экзаменам.

Несмотря на это, она помогала Аой-сан искать дом бабушки на летних каникулах, приходила учить её готовить сладости к школьному фестивалю, а зимой — учила Аой-сан и Изуми делать шоколад на Новый год и ко Дню святого Валентина.

И при всём этом она всё равно поступила в элитную школу — это действительно впечатляло.

Когда я поздравил её со словами:

«Тебе ведь и так нужно было готовиться, это наверняка было тяжело»,

Она уверенно ответила:

«Я училась по плану, так что вообще никаких проблем».

После такого, когда Хиёри говорит, что мой план был плох, мне остаётся только молчать.

Хотя она и моя младшая сестра, она действительно молодец, и как старший брат я искренне ею горжусь.

— Акира-кун, у меня сейчас есть время, я тоже помогу здесь, — сказала Аой-сан, заходя в гостиную, пока я неловко возился с коробками.

— Ты уже закончила с комнатой, Аой-сан?

— Да. Это ведь изначально была комната Хиёри-тян, так что моих вещей там немного.

— Понятно. Тогда не могла бы ты помочь Хиёри с гостиной?

— Хорошо.

Когда Аой-сан подошла к Хиёри, та с заметным воодушевлением принялась за работу вместе с ней.

В отличие от меня, Хиёри склонна быть слишком строгой и собранной, из-за чего я иногда переживаю за неё как старший брат. Но с тех пор как она сблизилась с Аой-сан, она стала чаще показывать свои эмоции.

Каким бы серьёзным ни был её характер, она всё ещё всего лишь ученица третьего класса средней школы.

И, глядя на то, как она сейчас искренне радуется и ведёт себя по-детски, я почувствовал облегчение.

Пожалуй, больше всех после знакомства с Аой-сан изменилась именно Хиёри.

— Тогда я, наверное, упакую вещи возле раковины.

— Ага, пожалуйста.

Проводив взглядом Эйдзи, который вышел из гостиной, я снова вернулся к работе.

После того как с упаковкой будет покончено, мы собирались всей компанией отметить поступление Хиёри этим вечером.

Не хотелось терять время из-за того, что дела всё никак не продвигаются.

Следующим на очереди была спальня родителей.

— Я закончила разбирать комнату Акира-куна! — прокричала Изуми, возвращаясь в гостиную.

— О, спасибо.

— Да не за что~!

Как она и сказала, Изуми полностью прибрала мою комнату.

Вообще-то я собирался сделать это сам — мне ведь прямо сказали, что хотя бы свою комнату я должен разобрать собственноручно.

Но Изуми заявила:

«Разбирать свою комнату самому — самый неэффективный вариант. Ты обязательно начнёшь находить забытые вещи и постоянно отвлекаться»,

— и я в итоге сдался и доверил это ей.

Наверное, именно поэтому она закончила чуть раньше остальных.

…С ней что-то было не так.

Изуми смотрела на меня так, будто хотела что-то сказать.

— Что такое?

— Да ничего… ну, как бы это сказать…

Она вздохнула с заметным разочарованием.

А затем подняла предмет, которого я никак не ожидал увидеть.

— Ты… откуда ты это вообще достал—?!

В руке у Изуми было резиновое «изделие», которое она когда-то давно дала мне «на всякий случай» — тот самый предмет, который используют пары, когда занимаются этим.

Я спрятал его за шкафом и напрочь забыл, что вообще его туда положил. Более того — я даже не помнил, где именно его спрятал.

Если проводить аналогию, это был классический «капсульный эффект» из взрослого журнала: трагедия, когда парень прячет журнал, чтобы семья его не нашла, потом забывает, что вообще его прятал — и в итоге журнал находят.

Каждый подросток хотя бы раз в жизни переживал нечто подобное. Одна из страниц начала полового взросления.

Но сейчас дело было не в этом.

Я никак не ожидал, что его обнаружат именно сейчас.

— П-подожди… ты что, специально—

— Ты взялась убирать мою комнату, чтобы проверить, пользовался ли я им?!

— Уже восемь месяцев прошло с тех пор, как я дала тебе его на всякий случай. И никаких следов использования…

Изуми вздохнула так глубоко, что, казалось, превзошла Марианскую впадину.

Нет-нет, дело не в том, что у меня не было возможности.

Как минимум три раза она была.

Но сказать это вслух я, разумеется, не мог.

— Похоже, Акира-кун и в будущем не собирается этим пользоваться, так что конфискую— а?

Как раз в тот момент, когда Изуми собиралась объявить о «конфискации»…

Аой-сан, которая до этого спокойно занималась уборкой, вдруг подбежала к ней и выхватила коробку из рук.

— …..

Изуми, Хиёри и я — все мы застыли, глядя на это совершенно неожиданное зрелище.

Аой-сан осторожно прижала коробку к груди.

— Эм… вовсе не то чтобы… у него нет планов… использовать это…

Её лицо покраснело, как варёный осьминог, и слова она выговаривала, словно читала заклинание.

— Поэтому… я заберу это на хранение…

Сказав это, она выбежала из гостиной.

— …..

Неожиданное развитие событий лишило всех дара речи.

Мне и в голову не могло прийти, что Аой-сан решится отобрать это у Изуми.

В комнате повисла неловкая тишина, но никто не осмелился что-либо сказать, и мы просто молча продолжили упаковку вещей.

Через некоторое время Аой-сан вернулась, но ещё долго работала с ярко-красным лицом.

Как мужчине, мне стало стыдно — казалось, я заставил её сделать нечто, о чём она потом пожалеет… Позже обязательно извинюсь перед ней.

После этого нам всё же удалось закончить с упаковкой, и мы перешли к празднованию поступления Хиёри.

Мы заказали пиццу и суши, купили снеки и напитки в ближайшем круглосуточном магазине и просто наслаждались вечером.

Я не знал, когда ещё мы впятером сможем вот так собраться вместе и быть настолько открытыми.

Наверняка никому не хотелось расставаться, но никто этого не показывал.

Потому что все понимали — это не последняя наша встреча.

Не было нужды грустить, ведь наступит день, когда мы снова соберёмся вот так же.

В ту ночь наши разговоры не заканчивались до самого конца.

***

На следующий день, когда церемония закрытия учебного года прошла без каких-либо проблем…

После классного часа, попрощавшись с одноклассниками, я остался в школе один.

Я смотрел, как все с радостными лицами расходятся по домам — впереди их ждут весенние каникулы, начинающиеся уже завтра. Наверное, потому что сожаление оказалось сильнее, чем я ожидал, я бесцельно бродил по школьной территории.

— И всё-таки… все они слишком спокойны, хотя это последний день…

Я и не ждал слёзных прощаний, как в драматических фильмах.

Но, несмотря на это, мне было немного грустно.

По сравнению с прошлым переездом, когда я уже заранее смирился с этим и даже не чувствовал одиночества, эта щемящая боль в груди казалась чем-то, чему стоило радоваться.

Это было доказательством того, насколько ценными для меня стали дни, проведённые в этой школе.

Я бродил по территории, словно собирая воспоминания одно за другим.

— Интересно… это последний раз, когда я вижу этот пейзаж?..

И последним местом, куда я пришёл, была крыша.

Открыв дверь, я увидел чистое, безоблачное синее небо, залитое весенним солнцем.

Облокотившись на ограждение, я посмотрел вниз, на школьный двор, где ученики покидали школу. Сакуры, посаженные во дворе, были в полном цвету, и если смотреть на них сверху, они выглядели особенно красиво.

— Пожалуй… это самое памятное место в школе.

Именно здесь Изуми предложила устроить учебный лагерь, чтобы подтянуть оценки и произвести впечатление на Аой-сан.

Именно здесь я рассказал Эйдзи и Изуми, что Аой-сан вернулась к своей матери.

И именно здесь я во второй раз влюбился в Аой-сан, глядя на фейерверки после школьного фестиваля.

Сев на скамейку, на которой всегда сидел, и посмотрев в небо, я невольно произнёс свои настоящие чувства:

— …Я не хочу переводиться в другую школу.

Я разобрался в своих чувствах.

В этих словах не было лжи, и я не пытался казаться сильным.

Но даже разобравшись в себе, я всё равно не смог принять сам факт переезда.

Конечно, я искренне считаю, что это расставание необходимо — для того, чтобы и я, и Аой-сан стали более самостоятельными и выросли как личности. И я правда хочу, чтобы это расставание стало чем-то позитивным.

Но всё же…

Если бы мне не нужно было менять школу, у наших отношений с Аой-сан могли бы быть и другие варианты. Осознавая слабости и хрупкость друг друга, но всё равно идя вперёд, держась за руки… возможно, мы смогли бы увидеть совсем иное будущее — потому что были бы рядом.

Часто говорят: «Нет смысла говорить о том, что было бы, если…».

Обычно это звучит так, будто размышлять о возможных вариантах — плохо. Но иногда такие «если бы» способны спасти твоё сердце и наполнить его чувствами.

Так что… по крайней мере, позволь мне сказать напоследок то, что я действительно хочу.

— …Пойду домой.

Не знаю, сколько времени я после этого ещё смотрел на небо. Когда день уже перевалил за полдень и весенний ветер, ласкающий щёки, стал заметно теплее, я покинул крышу. Я не мог заставлять Аой-сан, которая ушла раньше, ждать меня бесконечно.

Переезд уже завтра.

А значит, оставшееся время я хочу провести вместе с Аой-сан.

Когда я спустился с крыши и вернулся в класс, мне вдруг пришла в голову одна мысль.

И в следующий миг я не поверил своим глазам.

— Аой-сан…?

В классе, у окна, стояла одна Аой-сан.

То, как она смотрела в окно, а ветер, врываясь, колыхал её волосы, выглядело по-настоящему красиво. Я любовался этим несколько секунд, пока Аой-сан, заметив меня, не повернулась и мягко не улыбнулась.

— Закончил?

— Ты же вроде уже ушла?

— Я вернулась. Хотела пойти домой вместе с тобой, Акира-кун.

— …Спасибо.

Я взял сумку, и мы вместе с Аой-сан вышли из класса.

Перед тем как закрыть дверь, я в последний раз оглянулся на класс. — Много всего тут произошло… — Да. Очень много…

Я попрощался с классом, в который больше никогда не вернусь.

В тот же миг воспоминания нахлынули одно за другим.

— Новая жизнь, начавшаяся с надежд на школьные годы и тревог из-за жизни в одиночестве.

— День, когда я встретил Аой-сан в парке под дождём, среди красиво цветущих гортензий.

— Летние каникулы, школьный фестиваль и все связанные с ними моменты.

Всё это всплывало в голове, словно сцены из фильма. Причём возвращались не только сами воспоминания, но и чувства, которые я тогда испытывал — они поднимались из самой глубины сердца и переполняли меня.

Радость, злость, печаль, счастье, любовь…

Все эмоции, которые можно выразить словами, проносились у меня в голове, и если бы я позволил мыслям унести себя дальше, слёзы наверняка пролились бы.

— Акира-кун…

Аой-сан сжала мою руку, будто поняла всё без слов.

— Пойдём домой.

— Да.

Я сжал её руку в ответ, и мы покинули класс.

У меня не осталось сожалений —

Но всё же я уходил, оставив в этом месте частицу своих чувств.

В конце концов, это ведь не прощание на всю жизнь.

***

После того как мы покинули школу, мы направились в кафе, где Аой-сан подрабатывала.

Хотя я хотел поздороваться с менеджером, который нам помогал, я думал сделать это завтра, а не сегодня, перед тем как уезжать из города. Но, похоже, у Аой-сан было что-то срочное, так что мы решили зайти прямо сейчас.

Возможно, это было связано с рабочим графиком — если она переедет к бабушке, путь до школы станет дольше, и количество рабочих часов будет ограничено.

Я пришёл в кафе с такими мыслями.

— Сегодня арендовано?

На двери висел листок с такой надписью.

Я ещё не успел понять, что делать, как дверь открылась, и менеджер вышел.

— Добро пожаловать! Проходите, пожалуйста.

— Но сегодня же арендовано…

Я не успел закончить фразу, как Аой-сан подтолкнула меня внутрь.

В следующий момент сомнения переполнили меня.

— Что… это…?

То, что я увидел, было совершенно неожиданным.

Все наши одноклассники уже были в кафе, встретив нас громкими аплодисментами. Интерьер был так красиво украшен, что казалось, вот-вот начнётся праздник.

— Отлично, звезда нашего мероприятия уже здесь, так что давайте начинать!

Аплодисменты смолкли, а Изуми, как обычно, без лишних слов взяла на себя проведение мероприятия.

— Изуми, что здесь происходит?

— В этот раз объяснять не нужно, ты сам поймёшь, как только увидишь.

Изуми указала на стену, словно говоря, что объяснения не нужны.

На стене висела надпись из бумаги: «Прощальная вечеринка».

— Серьёзно…

— …Когда вы это подготовили?

— Вчера.

Эти слова произнёс Эйдзи, сидевший рядом с Изуми.

— Когда мы приходили к тебе домой помогать с упаковкой, я попросил всех в классе помочь украсить кафе. Хотя подготовить всё за один день было трудно, благодаря стараниям всех нам удалось закончить вовремя.

Изуми кивнула рядом с Эйдзи, довольная результатом.

Так вот оно что… На самом деле вчера Изуми и Эйдзи предложили помочь мне с переездом.

Я тогда не обратил на это внимания, но теперь понимаю: они, вероятно, хотели убедиться, что я не останусь дома и не пропущу визит в кафе.

— Это Аой-сан всё это спланировала?

— Нет. На этот раз это не я.

— Тогда Изуми или Эйдзи?

Аой-сан лишь покачала головой.

— Все в классе сказали, что хотят устроить прощальную вечеринку для Акиры-куна.

Внезапно у меня перехватило дыхание.

— Это не я, не Изуми-сан и не Эйдзи-кун начали это. Все просто спросили меня, можно ли арендовать это место, как мы делали во время школьного фестиваля, потому что они хотели устроить прощальную вечеринку. Тогда я спросила у менеджера.

…Я даже не мог подобрать слов.

Я прикусил губу, чтобы не дать эмоциям вырваться наружу.

Я чувствовал себя странно: все так быстро разошлись после окончания дежурного часа.

Я не ждал какой-то драматичной прощальной сцены, но хотя бы небольшое чувство сожаления хотелось бы ощутить… Честно говоря, я немного расстроен… но не ожидал, что всё будет так.

Хотя это было слишком неожиданно.

— Ладно, все, берите бокалы и чокнемся!

Все взяли бокалы с напитками со стола.

Изуми встала передо мной и посмотрела прямо в глаза, убедившись, что все последовали её указанию.

— Акира-кун… спасибо за всё, что ты сделал за последний год.

Тон её голоса и взгляд отличались от обычной Изуми.

Это было серьёзно, гораздо серьёзнее, чем я когда-либо видел.

— Я рада, что ты был в нашем классе. Если бы тебя здесь не было, я не думаю, что наши чувства так бы слились воедино. Твоя забота о Аой-сан научила нас думать о других. Я уверена, что даже если мы разойдемся, даже после окончания школы, это останется воспоминанием в нашей дальнейшей жизни. Огромное спасибо.

Вы так нечестны…

— У нас может быть не так много возможностей собраться вместе, но даже если ты уедешь в другую школу, мы останемся одноклассниками. Наши отношения не оборвутся только из-за того, что ты уходишь. Если у тебя будут проблемы, ты всегда можешь обратиться ко мне.

Если бы Изуми, обычно шутливая, говорила мне такие слова, я бы почувствовал это всем сердцем, даже если не хотел.

— Я не буду говорить долго, поэтому хочу сказать только одну последнюю вещь…

— Хмм? Что это?

На мгновение голос Изуми снова стал привычным, слегка раздражённым.

— Ты много заботишься обо всех и любишь вмешиваться, но, если честно, я думаю, что Акира-кун гораздо внимательнее меня. Как вы, ребята, думаете об этом?

Изуми сказала с легким недовольством, и сразу же все одноклассники выразили согласие.

Серьёзно… все тоже так думают?

— Ну… я немного осознал это в последнее время. Прости.

— Хорошо, что ты это понял.

Изуми улыбнулась, подняла бокал, и все подняли свои бокалы вслед за ней.

— Пусть Акира-кун преуспеет в новой школе! За тебя~♪

Все дружно повторили тост, и так началась моя прощальная вечеринка.

Празднование продолжалось до шести вечера.

Хотя оно началось около полудня, время пролетело невероятно быстро — наверное, потому что мне было так весело и немного грустно от предстоящего расставания.

Когда хорошо проводишь время и знаешь, что оно ограничено, время всегда кажется коротким.

Честно говоря, я даже хотел бы, чтобы мы могли говорить дольше.

— Ну вот, всё закончилось…

Остались только четверо: кроме менеджера, который убирался на заднем плане, в кафе находились только мы.

Никто не торопился уходить, наверное, потому что никто не хотел уходить.

Но так продолжаться не могло.

Всё имеет свой конец.

— Пора и нам идти.

Я встал первым и начал собираться.

— Верно.

Следом за мной начали собираться Эйдзи и Аой-сан, а затем Изуми.

Пока остальные готовились к уходу, я первым подошёл к менеджеру.

Он заметил меня, остановился и повернулся.

— Менеджер, спасибо за всё, что вы для меня сделали.

— Пожалуйста. Удачи в новой школе.

— Большое спасибо.

Он протянул мне руку, говоря это.

— И впредь помогайте Аой-сан.

Я пожал его руку, кивнул и попросил заботиться о Аой-сан, слегка склонив голову.

— Проблемы Аой-сан решены, но мало кто знает о её ситуации или есть взрослые, на кого она может положиться. Если с ней что-то случится, буду рад, если вы сможете помочь.

— Конечно. Оставьте это мне.

Рука, которая держала мою, была полной силы.

Его ответ был надёжнее любых слов.

— Ладно, тогда идём домой.

Мы попрощались с менеджером и вышли из кафе.

— Акира.

Как только мы вышли, Эйдзи протянул мне руку.

Я ответил так же, как сделал это с менеджером.

— Мы с Изуми прощаемся здесь. Завтра мы не будем тебя провожать.

Так проявилась забота Эйдзи и Изуми.

— Хорошо. Спасибо за всё.

— И я тоже. Надеюсь, мы ещё встретимся.

Слишком коротко для прощания, но это была особенность Эйдзи — не говорить лишнего.

Если подумать, мы уже много обсуждали всё, что нужно, так что слова были не нужны.

— Изуми…

Я хотел попрощаться и с Изуми, но… она спряталась за Эйдзи и смотрела вдаль.

— Я уже попрощалась в начале вечеринки, так что больше ничего говорить не нужно, верно?

Она пыталась выглядеть спокойно, но дрожь в голосе выдавала её.

Эйдзи посмотрел на меня и кивнул, словно говоря, что я должен понять это.

Правда… Изуми всегда была чересчур энергичной, но у неё есть и такая сторона.

Так же было, когда она впервые узнала о ситуации Аой-сан в торговом центре или когда решила сделать маття-пудинг, вспоминая Аой-сан и её отца, добавив его в меню на школьном фестивале.

Обычно она плакала бы и обнимала Аой-сан, словно это её собственная забота.

Сейчас она старалась не показывать слёз, потому что говорила со мной.

— Понимаю… Но я ещё не сказал тебе прощальных слов, Изуми, можно я скажу?

Изуми молча кивнула.

— Ты не только заботливый человек, но и очень тревожный. Твоя энергия и позитив всегда выручали меня, Изуми. Я верю — нет, я уверен, что если бы не ты, Аой-сан и я не оказались бы здесь сегодня с такими чувствами.

Даже сейчас, глубоко в душе, я всё ещё думаю об этом.

— За это спасибо.

— …Да.

Эйдзи мягко похлопал Изуми по голове.

— Ну тогда мы попрощаемся.

— Да. Будьте осторожны на дороге.

Они ушли, не оглядываясь.

Мы с Аой-сан провожали их взглядом, пока они полностью не скрылись из виду.

— Пойдём домой тоже?

— Да.

Мы вдвоём покинули кафе, держась за руки, даже не замечая, кто первым протянул руку.

Когда солнце уже садилось, а мы шли по тёмной улице, близко к дому…

— …..

Мы с Аой-сан остановились.

Перед нами был тот самый парк, где мы встретились в тот день.

Ноги сами повели меня внутрь, и я остановился перед скамейкой, на которой сидела Аой-сан.

— Здесь всё и началось.

— Да…

Это чувство трогало нас не только из-за воспоминаний.

— Хотя тогда цветущие гортензии под дождём были так прекрасны…

— …Вид сейчас, окутанный сакурой, тоже красив.

Мы сели рядом на скамейку, а лепестки сакуры падали, словно благословение.

Мы погрузились в ностальгию, как в этот момент расцвета сакуры.

***

На следующее утро…

После того как грузчики перенесли мои вещи, я оказался на станции.

Через двадцать минут должен прибыть синкансэн, на который я собираюсь сесть

Поезд Аой-сан до дома бабушки шел быстрее, но я согласился проводить её по её просьбе, поэтому купил билет и ждал на платформе вместе с ней.

Мы сидели рядом на скамейке, крепко держась за руки, словно сожалея о расставании.

Причина, по которой мы почти не говорили, была проста — боль, сдавливающая грудь.

Мы смирились со своими чувствами друг к другу.

Я также был уверен, что это расставание приведет к чему-то хорошему в будущем.

— Но это не значит, что сейчас нельзя грустить.

Время шло, звучала музыка, объявления информировали о прибытии поезда.

Я встал, все еще держась за Аой-сан за руку, и выстроился в очередь на посадку.

Поезд медленно подъехал к платформе, двери открылись, и люди начали заходить.

— Ну что ж, я ухожу.

— Да.

С тяжелым сердцем я отпустил её руку и поднялся в вагон.

Звонок о отправлении прозвучал, когда я оглянулся на Аой-сан изнутри.

— Акира-кун… мы обязательно снова увидимся, да?

Аой-сан сказала это, сжимая кулон с гортензией у груди.

Когда я увидел её улыбку сквозь слезы, эмоции, которые я сдерживал так долго, прорвались наружу.

Я мог сдерживать себя, когда Аой-сан воссоединилась с бабушкой, когда она смогла восстановить отношения с отцом.

Я контролировал эмоции, когда весь класс старался для неё на школьном фестивале, когда мне устроили неожиданную прощальную вечеринку, и даже когда я прощался с Изуми.

Но я не смог удержаться, когда увидел её слезы.

Чувство, которое растекалось по щекам, — одновременно с горькой болью в груди — я сжал кулон гортензии, и, улыбаясь сквозь слёзы, произнес слова словно клятву:

— Да… конечно!

В тот же момент двери закрылись, и поезд медленно тронулся.

Скоро Аой-сан исчезла из виду, и я, сам того не заметив, рухнул на колени.

Это было не просто печальное прощание — я понимал это всем своим разумом.

И все же, я не мог не ощущать пустоту, как будто в груди зияла дыра.

Прошло девять месяцев с тех пор, как я привёл домой девочку из класса и помог ей превратиться в красивую и грациозную девушку.

Теперь наша жизнь вместе с Аой-сан закончилась, и мы расстались во второй раз.

----------

Эпилог и послесловие автора

Эпилог

Школьная жизнь в моей новой школе шла куда спокойнее, чем я ожидал.

Привыкнуть к новой обстановке оказалось не так сложно, а вписаться в коллектив — даже легче, чем я думал. Возможно, дело в том, что учебный год только начался, и между людьми ещё не успели сформироваться устойчивые связи.

И всё же на этот раз я ясно чувствовал разницу по сравнению с предыдущими переводами.

Наверное, всё дело было во мне самом.

Как раньше, мне больше не нужно было заранее готовиться к будущим расставаниям, не нужно было пессимистично думать, что все отношения обнулятся после перевода, и не нужно было отказываться от попыток сближаться с людьми.

Этому меня научили Эйдзи, Изуми и Аой-сан. Более того — весь класс показал мне, что даже если мы расстаёмся, есть дружба, которая не исчезает.

Это стало для меня настоящим открытием.

Я смог принять наше расставание ещё и потому, что опирался на это — пусть и немного эгоистичное — убеждение.

Стоило лишь изменить собственный взгляд на вещи, и мир, который я видел до сих пор, начал выглядеть иначе.

Это касается не только этой ситуации — подобное может происходить в самых разных обстоятельствах. Когда я задумываюсь об этом, мне кажется, что все мои прошлые переводы из школы в школу и даже ощущение, будто я всегда был «не на своём месте», были необходимы, чтобы прийти к этому пониманию.

То, что теперь я способен так думать, само по себе можно считать благословением.

И всё же правда остаётся правдой — мне было больно расставаться со всеми.

Одиночество из-за того, что я больше не вижу Эйдзи и Изуми, а особенно Аой-сан, постоянно маячило где-то на краю сознания.

С того дня, даже когда я общался с Аой-сан, меня всегда сопровождало чувство, похожее на утрату. Но дни в новой обстановке были достаточно насыщенными, чтобы заглушать эту пустоту и одиночество. Возможно, именно это время и стало возможностью взглянуть внутрь себя — даже если я этого не хотел.

Похоже, то же самое происходило и с Аой-сан.

— До сих пор мы слишком сосредотачивались друг на друге, но, думаю, расстояние и время, проведённое в одиночестве, постепенно успокоили наши чувства.

Однажды, когда мы впервые за долгое время поговорили, Аой-сан сказала это спокойным тоном.

И снова я подумал — это расставание действительно было необходимо для нашего душевного взросления.

Шли дни, и я окончательно привык к новой жизни. Весна закончилась, начался сезон дождей — и к концу июля прошло уже четыре месяца.

— Акира, ты ничего не забыл?

— Вроде бы нет.

Однажды утром, спустя неделю после начала летних каникул, я уже был полностью готов к выходу и стоял у двери с чемоданом в руке, разговаривая с Хиёри.

— Я не смогу поехать с тобой, у меня есть дела. Я приеду позже, так что передай всем привет.

— Я буду ждать тебя там, Хиёри.

— Хорошо. Увидимся позже.

— Я пошёл.

Я вышел из дома, провожаемый Хиёри.

Жара стояла такая, что пот стекал по лбу, но мои шаги были лёгкими — ведь я ждал этого дня целый месяц. Сегодня я снова встречусь с Аой-сан.

— Уже четыре месяца…

Слишком мало, чтобы предаваться ностальгии. Но в то же время — слишком много, чтобы не увидеться ни разу.

И всё же я думаю, что это было правильное время, чтобы заново разобраться в своих мыслях и чувствах.

Я остановился, достал телефон и написал Аой-сан: «Я только что вышел из дома». Ответ пришёл почти мгновенно: «Счастливого пути!»

Мне стало тепло на душе — особенно потому, что Аой-сан обычно не ставит восклицательные знаки. Такая её сторона показалась мне неожиданно милой.

— Ну что ж… поехали.

Это будет наша первая встреча с того самого расставания на платформе синкансэна.

Даже мысль о том, что мы увидимся всего через несколько часов, заставляла меня улыбаться. Мы встретимся, чтобы сдержать обещание, данное в тот день — показать друг другу, как мы выросли и стали самостоятельнее. И, самое главное, чтобы вновь подтвердить чувства, которые бережно хранили всё это время.

Причин увидеть Аой-сан было много. И сказать ей я хотел тоже очень многое.

Но сейчас… Сейчас мне просто хотелось увидеть Аой-сан.

Не в силах больше сдерживать мысли, я убрал телефон и ускорил шаг к ближайшей станции.

В этом году лето было ещё жарче, чем в прошлом. И почему-то я чувствовал, что эти летние каникулы станут по-настоящему незабываемыми.

***

Послесловие автора

Здравствуйте, с вами Юдзумото Харуто..

Вот мы и добрались до четвёртого тома Bocchi Gal.

А также — это первый четвёртый том в моей авторской серии ранобэ.

Всё это стало возможным исключительно благодаря вашей поддержке — огромное вам спасибо.

Как я уже говорил раньше, эта история изначально была написана как новеллизация видеоманги, сценарий для которой я создавал на YouTube-канале Manga Angel Neko Oka.

На данный момент продолжение видеоманги дошло до седьмого эпизода, и на один эпизод уходит примерно четыре тома ранобэ, так что темп получается довольно медленный.

И дело не просто в формуле «один эпизод = четыре книги».

Честно говоря, с такой скоростью я и сам начинаю задумываться, сколько томов в итоге понадобится, чтобы завершить всю серию…

Но прежде всего я сделаю всё возможное, чтобы вы получили удовольствие от книги, которую держите сейчас в руках.

С нетерпением ждите главу про отношения на расстоянии (LDR), которая начнётся со следующего тома.

Кроме того, как мы уже объявляли ранее, это произведение будет адаптировано в мангу.

Первый анонс прозвучал ещё во время выхода второго тома, так что прошло уже немало времени, но серийная публикация манги запланирована на сентябрь — в тот же месяц, когда вышел этот, четвёртый том ранобэ.

Подробности будут опубликованы мной лично, мангакой Джо-сэнсэем, отвечающим за адаптацию, а также на официальной странице GA Comic в Twitter, так что обязательно следите за новостями.

Надеюсь, вы и дальше будете наслаждаться мангой, видеоманговой версией и романами.

И, как всегда, в завершение я хочу выразить благодарность всем, кто принимал участие в создании этой работы.

Спасибо magako-san, которая продолжает иллюстрировать наши тома.

Иллюстрации в этом томе просто великолепны. Лично для меня третья иллюстрация с Аой — одна из лучших.

Если честно, иногда мне кажется, что я писал эту историю до сих пор ради того, чтобы однажды увидеть именно этот рисунок Аой.

Также большое спасибо Asagiya, отвечающему за видеомангу на канале Manga Angel Neko Oka.

Благодарю всех сотрудников Manga Angel Neko Oka за помощь в создании новеллизации.

Спасибо редакторам и всему персоналу, которые всегда нас поддерживают.

Спасибо старшим авторам.

И, прежде всего, огромное спасибо всем читателям, которые приобрели эту книгу.

Надеюсь, мы снова встретимся в следующем томе.

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/32ad24b8249b6bf79876a4eefa665ace074af65d.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/e6180b1dccaf6cb6c1af5a698d9bd10d11ebb751.png]]

[[image:/storage/reader-images/df3dc3ed53c59ef62b2716b9fdbaee2f53264b44.png]]

[[image:/storage/reader-images/3e6cff743e78ec68fd0701161a56b73e64a783f9.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/bf0843588c8fc9f49c13bd8a6490f5f49f34cd5e.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/3eac39d1a311044a1564a081e0834e8481875299.jpg]]

----------

Пролог

Конец июля. Прошло четыре месяца с тех пор, как закончилась наша совместная жизнь с Аой-сан.

К этому моменту я уже окончательно освоился в новой школе. Первая четверть закончилась, начались летние каникулы — прошла всего неделя.

— Давно я не был в этом городе…

Эти слова сами сорвались с губ, когда я вышел из синкансэна, остановившегося у перрона.

Я снова вернулся в город, где когда-то жил, спустя долгое время — чтобы снова встретиться с Аой-сан.

— И правда… сколько времени прошло…

Последний раз я видел эти пейзажи в тот день, когда прощался с Аой-сан.

Стоило мне закрыть глаза — и передо мной вновь вставала картина того момента…

— Акира-кун… мы ведь обязательно ещё встретимся, правда?

Аой-сан сказала это, прижимая к груди ожерелье с гортензией, мягко сиявшее на её шее.

Когда я увидел её улыбку и слёзы, катящиеся по щекам, чувства, которые я так долго сдерживал, наконец вырвались наружу.

По моим щекам потекло что-то тёплое.

Меня разрывала такая тоска, что становилось трудно дышать, но, сжимая ожерелье у себя на шее, я всё же улыбнулся и произнёс слова, похожие на клятву:

— Да… конечно!

В тот же миг двери закрылись, и пейзаж за окном стал медленно уплывать прочь, словно в замедленной съёмке.

Очень скоро Аой-сан исчезла из виду, и я, сам того не заметив, опустился на колени.

Но это было не просто грустное прощание.

Это было расставание с обещанием новой встречи.

— Прошло уже четыре месяца…

Слишком мало, чтобы предаваться ностальгии.

Но в то же время — слишком много, чтобы так долго не видеть друг друга.

И всё же я чувствовал, что это было нужное время, чтобы разобраться в собственных мыслях и чувствах.

— Ладно… пойдём.

Я закинул вещи за спину и покинул перрон синкансэна.

Дом, где Аой-сан живёт вместе с бабушкой, находится в деревне — до неё всего несколько остановок на электричке.

Одна мысль о том, что мы увидимся уже через несколько часов, заставляла меня невольно улыбаться.

— Обещание встретиться снова, данное в тот день, обязательно должно быть исполнено.

— Чтобы показать друг другу, насколько мы повзрослели и стали самостоятельнее.

— И, прежде всего, чтобы подтвердить наши чувства.

Если начать перечислять все причины, по которым я еду к Аой-сан, этому не будет конца.

Мне столько всего хочется сказать, столько всего передать — мысли буквально накатывают одна за другой.

Но… сейчас мне нужно только одно.

Я просто хочу увидеть Аой-сан.

Не в силах остановить поток мыслей, я быстро прошёл через турникеты и пересел на другой поезд.

Почему-то мне кажется, что этим летом меня ждут куда более яркие воспоминания, чем в прошлом году.

----------

Второе воссоединение

Когда я добрался до деревни, где жила Аой-сан, было уже после часа дня.

Сначала около часа на синкансэне до ближайшего города, затем пересадка на обычный поезд, потом ещё полтора часа с одной пересадкой по пути.

Если учитывать ожидание поездов, вся дорога заняла примерно три часа.

К тому моменту, когда я прибыл на ближайшую станцию на севере префектуры, солнце уже стояло довольно высоко.

— Наконец-то…

Эти слова сами вырвались у меня, когда я сошёл с поезда — то ли от усталости, то ли от переполнявших меня чувств после долгой дороги.

С тех пор, как я в последний раз приезжал к бабушке Аой-сан, прошёл уже примерно год.

— Почему-то всё здесь вызывает ностальгию…

Я оказался единственным пассажиром, вышедшим на этой станции.

Стоя на пустом перроне, я прикрыл глаза рукой от яркого солнца и огляделся.

Передо мной раскинулись горы и сельские просторы, а лёгкий ветерок колыхал колосья риса.

Домов было совсем немного — пейзаж словно подчёркивал, насколько это место далёко от города.

Казалось, будто время здесь течёт медленнее, чем там, где я сейчас живу.

— Жить в таком тихом месте… наверное, не так уж и плохо.

Когда я впервые приехал в эту деревню, меня поразило, насколько она была глухой и сельской.

Но сейчас думать, что «это не так уж плохо», — возможно, даже слишком смело.

Город, куда я переехал, является столицей префектуры — скорее настоящим городом, чем провинцией.

Высотные здания, торговые центры вдоль улиц, развитая инфраструктура — всё было устроено так, чтобы жить без особых неудобств.

Но при этом он находился далеко от гор, и возможностей соприкоснуться с природой там почти не было.

Нельзя сказать, что одно лучше другого.

Но именно поэтому пейзаж передо мной сейчас казался таким притягательным.

Люди по-разному смотрят на одно и то же — всё зависит от среды, в которой они живут, и от их внутреннего состояния.

Для меня нынешнее место, где жила Аой-сан, выглядело невероятно привлекательным.

— Ладно, пойдём.

Я глубоко вдохнул свежий воздух и направился к турникетам.

И, возможно, мне это не только показалось — я осознал, что иду быстрее, чем собирался.

На экране телефона был открыт маршрут до дома бабушки Аой-сан.

От станции — около двадцати минут пешком.

Мысль о том, что я совсем скоро увижу её, поднимала настроение, и я был уверен, что смогу дойти ещё быстрее.

С сердцем, бешено колотящимся в груди, я прошёл через турникеты.

— Акира-кун—!

Меня окликнул голос, который был мне хорошо знаком.

Знакомый… но тот, которого я не слышал уже очень давно.

Я повернулся на звук — и передо мной возникла улыбка, такая же ностальгическая, как и сам этот голос.

— Аой-сан!

Аой-сан, которая сидела на скамейке перед турникетами, вскочила и побежала ко мне.

В тот момент, когда я увидел её, из груди вырвалась не только радость.

Конечно, я был безумно счастлив снова встретиться с ней… но вместе с этим накрыли смущение и волнение.

А ещё — чувство, похожее на лёгкую тоску.

Грудь сдавило от сложной смеси эмоций, которые невозможно выразить словами.

В глазах защипало, и я на секунду опустил взгляд, прежде чем снова поднять голову.

— Ты пришла меня встретить?

— Да.

— Сейчас самая жара… Ты могла бы подождать меня дома.

— Я хотела увидеть тебя как можно скорее.

Аой-сан смущённо улыбнулась.

Но при этом не отвела взгляд и смотрела прямо на меня.

— Спасибо… Я тоже хотел увидеть тебя как можно быстрее.

Радость встречи после четырёх месяцев разлуки невозможно было выразить словами.

Мы взялись за руки, разделяя это чувство — счастье от того, что снова рядом.

И это чувство было сильнее, чем раньше.

Когда-то мы смущались, просто держась за руки, а теперь — нет.

Наоборот… мне совсем не хотелось отпускать её. Ни сейчас, ни когда-либо ещё.

Я безумно скучал по теплу этой руки.

— Пойдём.

— Да.

Мы вышли со станции, так и не разжав рук.

— Как ты? — спросил я.

— Хорошо. А ты, Акира-кун?

— У меня тоже всё в порядке.

Мы часто созванивались и переписывались.

Но почему-то при личной встрече мне всё равно хотелось услышать это вслух.

— Как тебе жизнь здесь?

— Мне очень нравится.

Аой-сан ответила с ясной, спокойной улыбкой.

— Я хорошо ладю с бабушкой, да и местные относятся ко мне очень тепло.

Правда, дорога до школы стала длиннее, но в поезде есть чем заняться, так что это не слишком утомительно.

Из-за этого пришлось сократить смены в кофейне, но недавно мне разрешили работать по выходным, так что зарплата не уменьшилась.

— Понятно… Хорошо, что всё без проблем.

— И ещё… я…

Аой-сан вдруг остановилась и перевела взгляд на пейзаж перед нами.

— Мне правда нравится жить в таком месте. Здесь я чувствую себя… как дома.

Она придержала волосы, колыхавшиеся на ветру, и тихо сказала это.

Наверное, мне не показалось — её выражение лица и жесты стали куда более взрослыми.

Мы обменялись всего несколькими фразами, но я отчётливо почувствовал: Аой-сан изменилась.

Это было не то, что можно заметить через звонки или сообщения.

Только вот так, находясь рядом и разговаривая лицом к лицу…

Это была не внешняя перемена, а внутренняя.

Но если спросить, что именно изменилось, ответить было сложно.

Возможно, мне так казалось просто потому, что мы давно не виделись.

И всё же… я чувствовал нечто, чему трудно подобрать слова.

— А ты как, Акира-кун?

— А?.. Я?

Я засмотрелся на её повзрослевшее лицо.

Я опомнился только тогда, когда она снова обратилась ко мне.

— Ты уже привык к новой школе?

— Да. Думаю, теперь у меня всё хорошо. Не так, как раньше.

— Я рада это слышать.

— Это благодаря тебе… а ещё Эйдзи и Изуми.

— Благодаря нам?

Аой-сан слегка наклонила голову, будто над ней появилась невидимая вопросительная метка.

Верно…

Я уже не раз говорил об этом с Эйдзи и Изуми, поэтому мне казалось, что и с Аой-сан я тоже это обсуждал.

Но, возможно, я так ни разу и не сказал ей это прямо.

А ведь именно эти слова я хотел произнести, когда мы снова встретимся.

— Кажется, мы уже немного касались этой темы раньше…

Я ещё раз озвучил свои чувства.

— Я слишком многое отпускал, постоянно переходя из школы в школу.

Я уверен: год назад я уже рассказывал Аой-сан эту историю.

В тот день — на церемонии закрытия первого семестра — я носился по всему городу, разыскивая Аой-сан, которая попыталась исчезнуть после церемонии.

И когда я нашёл её перед детским садом, в который мы ходили в детстве…

Именно тогда я вспомнил, что Аой-сан была моей первой любовью.

С ностальгией я продолжил:

— Из-за родителей я много раз менял школы ещё с детства. И каждый раз я обещал друзьям: «Мы всё равно будем друзьями, даже если я переведусь», «Я обязательно с вами свяжусь», «Мы ещё обязательно поиграем вместе».

…Но ни одно из этих обещаний так и не сбылось.

Со временем я начал избегать тесных связей с людьми.

Сейчас я могу сказать, что это были просто пустые слова.

Но тогда, в детстве, это было для меня настоящим ударом.

— Думаю, в какой-то момент я просто сдался… и решил, что отношения не имеют смысла.

— Да… ты говорил мне об этом раньше. Немного.

Наверное, именно в те годы, когда я привык терять людей, я и отказался от многого.

Я был уверен: нет смысла тянуться к тому, что всё равно нельзя удержать.

Для маленького ребёнка постоянные переезды были слишком тяжёлым испытанием — приходилось снова и снова отпускать всё.

— Но когда я познакомился с Эйдзи и Изуми… когда начал жить вместе с тобой, Аой-сан…

Я понял, что не хочу отказываться от этих отношений.

Если бы в тот день я не встретил тебя, я бы поступил так же, как всегда — просто сдался и снова перевёлся.

Из-за этого разлука с тобой была такой болезненной…

Но я знаю — это была счастливая боль.

— Поэтому я и хотел сказать тебе… спасибо, Аой-сан.

— Вот как… Я рада, если смогла хоть немного помочь тебе, Акира-кун.

Аой-сан мягко улыбнулась и кивнула.

— Прости. Мы только что снова встретились, а я уже заговорил о таком серьёзном.

— Всё в порядке. Мне хочется узнать тебя ещё лучше, Акира-кун.

Мы шли по тихой деревенской дороге, рассказывая друг другу о том, что произошло за это время.

Четыре месяца мы не виделись, но разговор шёл так же естественно и спокойно, как тогда, когда мы жили вместе.

С тёплым, тихим счастьем в сердце мы направлялись к дому бабушки Аой-сан.

***

— Сегодня, наверное, очень жарко, раз такая ясная погода.

Дом бабушки Аой-сан находился на окраине деревни, в её углу, окружённый полями и красивыми пейзажами старой Японии.

Когда мы подошли, бабушка Аой-сан встретила нас у входа с улыбкой.

— Я сейчас приготовлю холодный чай.

— Спасибо.

Похоже, она ждала моего прихода перед домом.

Сразу после приветствия нас тепло встретили, и мы начали разговаривать прямо у входа, но Аой-сан мягко подтолкнула нас, сказав: — Стоять здесь не очень удобно, давайте лучше зайдём внутрь.

В такую жару бабушке Аой-сан было бы тяжело долго стоять и разговаривать у входа, поэтому я согласился.

Меня проводили в гостиную, и я с лёгким волнением ждал, пока они вернутся.

Я чувствовал себя немного скованно, поэтому, чтобы отвлечься, перевёл взгляд на веранду.

Прохладный звук ветряных колокольчиков, висевших на террасе, переплетался с стрекотом цикад, доносившимся неизвестно откуда. Ветерок, идущий из ухоженного сада, был настолько свежим, что кондиционер был не нужен.

Это было похоже на идеальную сельскую местность, какую часто показывают в аниме или фильмах.

Неудивительно, что Аой-сан нравится жить здесь. Я бы тоже не возражал против такого места.

— Акира-кун, прости, что заставила ждать.

— Спасибо.

Аой-сан вернулась с двумя стаканами в руках, протянула мне один и села рядом.

Через некоторое время подошла и бабушка Аой-сан, поставила передо мной тарелку со сладостями, а затем села напротив и глубоко поклонилась.

— Большое спасибо, Акира-сан, за всё, что ты сделал для Аой.

— Нет-нет, пожалуйста, поднимите голову.

Бабушка Аой-сан медленно выпрямилась и продолжила:

— Если бы ты не помог Аой, я даже не знаю, что бы с ней сейчас было. Я не могу достаточно отблагодарить тебя за то, что снова смогла встретиться с ней и жить вместе.

— Я уже получил от вас столько благодарностей…

Как и в прошлый раз, когда мы встречались.

Мне не неприятны её слова благодарности, но когда тебя благодарят слишком много, становится неловко.

Однако было бы очень грубо обесценивать чувства другого человека. Если считать это доказательством того, как сильно она переживает за Аой-сан, то, наверное, стоит принять её благодарность с открытым сердцем.

Хотя всё равно кажется, что этого слишком много… но в этот раз—

— На самом деле, это мне стоит вас поблагодарить.

Я выпрямился и вежливо поклонился.

— Я очень благодарен за то, что вы позволили мне остановиться здесь.

По правде говоря, мне разрешили пожить в доме бабушки Аой на время пребывания в деревне.

Изначально я планировал остановиться в отеле или манга-кафе и даже подготовил деньги, но когда начал искать, оказалось, что здесь вообще негде переночевать… Даже для сельской местности это неожиданно, правда?

Если сказать, что я слишком недооценил глубинку, мне нечего будет возразить.

Когда я, не зная что делать, посоветовался с Аой-сан, она поговорила с бабушкой, и та сказала: — Можешь оставаться здесь столько дней, сколько захочешь. Более того, я бы даже предпочла, чтобы ты жил у нас.

Я решил не задумываться слишком глубоко над смыслом последней фразы, но для школьника, живущего на карманные деньги, это было предложение мечты, так что я без колебаний согласился.

— Я не смогу предложить тебе особых угощений, но чувствуй себя как дома. Мы убрали комнату, которая обычно используется как кладовка, так что можешь жить там.

— Спасибо.

Я искренне поблагодарил за более чем тёплый приём.

— Или… может, ты хочешь жить в одной комнате с Аой?

— А?

И я, и Аой-сан одновременно замерли с вопросительными выражениями лиц, услышав это неожиданное предложение.

Мне послышалось…?

Это прозвучало слишком конкретно.

— Если хочешь, можете даже использовать один комплект футонов.

— П-Постой, бабушка—?!

Аой-сан повысила голос, а её лицо мгновенно покраснело.

Значит, мне не послышалось.

Пожалуй, это был первый раз, когда я видел, как Аой-сан говорит так громко.

— Я же столько раз говорила, что не нужно поднимать эту тему!

— Ну что ты, он ведь проделал такой путь, чтобы увидеть тебя. Вы и так долго жили вместе, так что теперь тебе не о чем стесняться, правда?

— Бабушка, пожалуйста, больше не говори об этом…!

Аой-сан закрыла лицо руками, пряча покрасневшие щёки.

А-а, вот как… Похоже, это была просто чрезмерная забота со стороны бабушки Аой-сан.

Мне было немного любопытно — это было слишком смело или даже неуместно, но, если подумать, бабушка, вероятно, решила, что мы встречаемся, и что парень Аой специально приехал к ней издалека.

Если бы это было так, я был бы очень благодарен за её внимание… но, к сожалению, реальность немного отличается.

Хотя я и надеюсь, что когда-нибудь так и будет, сейчас мы всё ещё просто друзья, бабушка.

— Тебе не нужно обо мне беспокоиться. Понимаешь, Акира-сан?

Она посмотрела на меня так, будто говорила: «Оставь это мне!»

Пожалуйста, не надо… Я никак не мог сказать что-то подобное.

Как и Аой-сан, я растерялся и не знал, как ответить.

— Простите, что не могу оправдать ваших ожиданий, но наши отношения пока такие, при которых подобные вещи вызывают смущение.

Я сказал это, испытывая неловкость сразу по многим причинам.

— Э…?

Бабушка Аой-сан удивлённо замерла и по очереди посмотрела сначала на Аой-сан, потом на меня.

Ну да, тут любой бы удивился.

— Т-так вы… не встречаетесь?

— Я же столько раз говорила тебе об этом, ну…

— А я думала, Аой просто смущается и отнекивается…

Между нами троими повисла тяжёлая, неловкая пауза.

Мне стало немного жалко Аой-сан — похоже, родные не раз подшучивали над её личной жизнью.

— Ох, боже… ну тогда воспользуйтесь моментом и постарайтесь сблизиться!

— А-а…

Аой-сан вспыхнула до самых ушей и выкрикнула что-то, уже совершенно неразборчивое.

Я бы, если честно, тоже был не против. — ……

В гостиной повисла странная атмосфера.

…И что теперь?

— Эм… тогда бабушка, пожалуй, сходит за продуктами к ужину!

То ли ей стало не по себе от этой обстановки, то ли она и правда изначально так планировала, но, сказав это, бабушка поднялась.

— Если за покупками, то я схожу.

— Тогда я тоже пойду с Аой-сан.

Бабушка Аой-сан покачала головой, уже собираясь выходить.

— Не нужно. Бабушка пойдёт с подругой.

Ну, раз так — ничего не поделаешь.

— Понятно. Будьте осторожны.

— Хорошо. Тогда бабушка пошла.

С этими словами она закончила сборы и вышла из дома.

Мы с Аой-сан остались вдвоём в гостиной и переглянулись.

— Прости… Мы заставили тебя чувствовать себя неловко?

— Да нет, это скорее мы тебя в неловкое положение поставили.

Аой-сан чуть сжалась, на лице появилось неловкое выражение.

Было видно, что она немного устала от чрезмерного внимания бабушки.

— Моя бабушка… она правда очень благодарна тебе, Акира-кун. И не только сегодня. Она всегда такая — и когда мы с ней говорим о тебе, и когда она рассказывает о тебе соседям…

— Даже соседям?

Да насколько же далеко это зашло?!

Я не думаю, что об этом знает вся округа… но вполне возможно, что бабушка Аой-сан с энтузиазмом рассказывала что-то вроде: «Парень моей внучки приезжает!»

Скорее всего, так оно и есть.

— Я скажу бабушке, чтобы она не была такой навязчивой.

— Нет-нет, не нужно. Я немного смущён, конечно, но ничего неприятного не чувствую. И мне даже приятно, что она так заботится об Аой-сан.

— Спасибо. И…

— И?

Аой-сан всё ещё стеснялась продолжать.

— Я скажу ей, чтобы она больше так странно себя не вела…

— Угу…

Я просто приму её добрые намерения.

— …..

Гостиная снова погрузилась в неловкую тишину.

Неосознанно на моих губах появилась горькая улыбка.

— Чем займёмся, пока бабушка не вернётся?

— Для начала я отведу тебя в твою комнату.

— Хорошо, спасибо.

Мы вышли из гостиной с багажом в руках, и заодно Аой-сан показала мне дом.

Я только приехал. Может показаться, что нам есть о чём поговорить и странно просто расслабляться… но времени у нас впереди много — и для разговоров, и просто чтобы быть вместе.

В конце концов, одного этого уже достаточно. К тому же лето только начиналось.

Если подумать, спешить нам совершенно некуда.

***

Бабушка Аой-сан вернулась домой, когда уже начало смеркаться.

Я подумал, что для обычного похода за покупками это как-то поздновато, но озвучить свои мысли не решился.

Едва вернувшись, она сразу отправилась на кухню и принялась готовить, а Аой-сан стала ей помогать. Спустя некоторое время на стол подали столько роскошных блюд, что я просто лишился дара речи от изумления.

По словам бабушки Аой-сан: «Я не знала, что тебе нравится, поэтому постаралась приготовить всего понемногу».

На столе в основном была традиционная японская еда: тушеные овощи со специями и соленья по домашним рецептам. Выглядело всё это невероятно аппетитно. Вид этих блюд, столь непривычных для моего повседневного рациона, напомнил мне об ужинах в доме моих собственных дедушки и бабушки, когда я был еще маленьким.

Интересно, я один чувствую такое необъяснимое облегчение, когда ем домашнюю еду, приготовленную старшими?

К слову, все овощи для стола, судя по всему, отдали соседи. Я искренне восхищаюсь такой деревенской взаимовыручкой.

— И всё же, это как-то слишком щедро… — не удержался я.

— Я подумала, что молодые люди должны много есть, — ответила бабушка.

Будь на моем месте Изуми, она бы наверняка смела всё до чистой тарелки, но меня такое количество еды немного смутило. Впрочем, помимо объемов, было кое-что еще, что бросалось в глаза… Почему среди закусок оказались такие странно «бодрящие» блюда, как жареный угорь и набэ?

Ладно, угорь — это понятно. Благодаря высокой питательности его издавна едят для борьбы с летней усталостью, а в супермаркетах его даже продают в особый день «Доё-но Уси-но Хи». Но вот горячий набэ в разгар лета — это уже сложно объяснить.

— Ешь, пока не остыло.

— Да… спасибо большое.

— Кушай побольше… уфуфу, — смешок в конце её фразы явно намекал на что-то двусмысленное.

Да… Но интуиция подсказывала мне, что лучше об этом не спрашивать.

— Приятного аппетита.

Мы уселись за стол и принялись за еду, ведя непринужденную беседу.

Когда еду только подали, я боялся, что не справлюсь, но всё было настолько вкусно, что я не мог остановиться. Я и сам удивился, как всё съел. Думаю, теперь мне уже не стоит подшучивать над Изуми, которая всегда наедается так, что не может пошевелиться… особенно если перед ней японские сладости.

Закончив трапезу и немного передохнув, я решил воспользоваться предложением и сходить в душ.

Я пытался вежливо отказаться, говоря, что мне неловко идти первым на правах гостя, и я вполне могу подождать своей очереди. Но Аой-сан и её бабушка настояли на том, чтобы гость шел первым. Я принял их предложение, решив, что эти взаимные уступки могут длиться вечно.

Из окна ванной виднелось прекрасное звездное небо, а снаружи всё еще стрекотали цикады, хотя солнце уже давно село. В городе их стрекот кажется мне просто шумным и раздражающим, будто от него становится еще жарче, но в таком тихом месте эти звуки приносили странный уют. Я так наслаждался этим моментом, что сам не заметил, как засиделся в ванне.

После меня в душ отправилась Аой-сан, а я вышел на веранду, чтобы освежиться под ночным ветерком.

Там я увидел бабушку Аой-сан. Она была в гостиной и собирала большую сумку.

— Вы куда-то собираетесь?

— Да. Пойду к подруге.

В такое-то время? Что-то срочное?

Закончив сборы, она поднялась.

— Не знаю, когда вернусь, так что не ждите, отдыхайте.

— Понимаю. Уже совсем стемнело, так что будьте осторожны по пути.

— Большое спасибо. Ну что ж, Акира-сан, располагайся.

Бабушка Аой-сан вежливо поклонилась и покинула дом с сумкой в руках.

После этого я еще около получаса сидел на террасе, наслаждаясь ночной прохладой.

— Акира-кун, извини, что заставила ждать.

Аой-сан вышла из ванной, держа в руках по мороженому.

Я уже много раз видел её после душа, но мы так давно не встречались, что сейчас этот образ казался мне каким-то по-новому свежим.

Её длинные блестящие волосы были еще влажными, а на чистых щеках играл легкий румянец. Я невольно замер, пораженный тем, насколько беззащитной она выглядела в этой домашней одежде — майке на бретельках и коротких шортах, с полотенцем, наброшенным на шею.

Ну вот какой парень не влюбился бы, увидев её такой?

— …Со мной что-то не так?

— А! Нет… ничего!

Я осознал, что слишком долго на неё пялюсь, и начал лихорадочно придумывать оправдания.

«Я не смотрел на тебя как извращенец, так что, пожалуйста, прости меня».

— Акира-кун, будешь мороженое?

[[image:/storage/reader-images/424b14f46c23a2e81ca159dadcc03e20dbc3451a.jpg]]
Вот перевод следующей части. Похоже, бабуля перешла от «тонких намеков» к полномасштабной спецоперации!

— Да, спасибо.

Аой-сан протянула мне мороженое и присела рядом. Я вскрыл упаковку, и мы принялись за десерт, сидя плечом к плечу.

— Вкусно-то как.

— Ага. Мороженое летом — это лучшее, что можно придумать.

Звездное небо, прохладный ночной ветерок и мороженое в компании девушки, которая мне нравится… В этом состоянии абсолютного счастья мы слушали настоящий оркестр из стрекота насекомых.

— Кстати, Аой-сан… — я внезапно кое-что вспомнил и позвал её.

— М-м? Что такое?

— Ты не планируешь навестить отца и остальных за эти летние каникулы?

Под «остальными» я имел в виду его самого, его жену от второго брака и их сына — её сводного брата Аоши-куна. Аой-сан воссоединилась с отцом прошлым летом, и после тяжелого разрыва с матерью их отношения наладились. С тех пор они постоянно были на связи. Но живет он в другой префектуре, так что увидеться с ним получается только на длинных праздниках.

— На самом деле, я съездила к нему в самом начале каникул.

— Вот как? Значит, уже повидались.

— Да, он пригласил меня пожить у них немного.

— Ясно… Рад, что у вас всё хорошо.

— И еще, папа просил передать тебе кое-что, Акира-кун.

— Мне?

— Насчет прав опеки…

Это было то, о чем я просил отца Аой-сан раньше. Он и сам понимал: чтобы освободить дочь от влияния матери, нужно вернуть опеку себе. Поэтому перед школьным фестивалем, когда Аой-сан пришлось вернуться к матери, я набрался дерзости и позвонил её отцу с просьбой о помощи.

В итоге опеку удалось успешно передать от матери к отцу. После обращения адвоката в суд по семейным делам всё разрешилось без лишних проблем. Обычно такие дела затягиваются, если стороны конфликтуют, но, к моему удивлению, мать даже не пыталась сопротивляться и приняла условия.

Меня поразило, что она так легко сдалась…

— Папа спрашивал, может ли он лично связаться с тобой, Акира-кун, чтобы всё рассказать. Но я ответила, что в этом нет необходимости, раз уж мы всё равно планировали встретиться — я сама всё передам. Ты ведь не против?

— Конечно. Наоборот, это я должен еще раз поблагодарить его.

У меня есть контакты её отца, так что стоит написать ему как-нибудь.

— Но всё-таки… Как же хорошо, что всё так сложилось, — выдохнул я вместе с нахлынувшим чувством облегчения.

Казалось, огромный груз наконец-то свалился с моих плеч. Однако один вопрос всё еще не давал мне покоя. Я сомневался, стоит ли его задавать.

— С тех пор я ничего не слышала о маме, — произнесла Аой-сан, словно прочитав мои мысли. — Папа сказал, что она не стала бороться за опеку, потому что у неё были на то свои причины. По его словам, на суде она выглядела спокойной — совсем не такой отчаянной, как обычно.

— Вот оно как…

— Сейчас это невозможно, но… я надеюсь, что когда-нибудь мы сможем встретиться снова.

«Встретиться снова»… Тот, кто знает мать Аой-сан, наверняка бы закричал: «Даже не думай об этом!». Чем больше люди узнавали детали произошедшего, тем сильнее становилось это чувство. Уверен, Эйдзи и Изуми были бы категорически против. Совру, если скажу, что сам не желаю ей больше никогда с ней не видеться.

Я не думаю, что с этой женщиной легко договориться или что она внезапно изменилась. Но это решение приняла сама Аой-сан. Глядя на то, как спокойно она сейчас говорит о матери, я не чувствую той болезненной зависимости, что была раньше. Думаю, теперь мне не стоит бояться, что она снова позволит собой манипулировать.

Впрочем, это дело далекого будущего.

— А пока… мой единственный план на эти каникулы — это провести их с Акирой-куном, — Аой-сан отбросила серьезный тон и добавила это с легким смущением.

Когда она говорит такое в лоб, мне тоже становится неловко.

— Э-э… Кстати, мне нужно сказать бабушке, что я закончила в душе! — выпалила она, явно пытаясь скрыть смущение.

— А, твоя бабушка ушла к подруге.

— Э? В такую темень?

— Да. Аой-сан, ты разве не знала?

— Нет… — она удивленно моргнула. — Неужели случилось что-то срочное?

— Я не расспрашивал, но, возможно, и так.

— Понятно.

Ну, она взрослый человек, так что беспокоиться особо не о чем. Думая так, мы продолжили болтать, обдуваемые ночным ветерком.

В тот момент мы даже не подозревали, что на самом деле имела в виду бабушка Аой-сан, когда сказала: «Не знаю, когда вернусь». Мы узнали об этом только на следующее утро…

Честно говоря, я не ожидал, что её слова окажутся настолько буквальными.

----------

Наверстывая дни, что мы провели в разлуке

— …Уже утро, значит.

На следующее утро я проснулся от того, что солнечный свет пробивался сквозь окно, а легкий ветерок ласкал щеки. Я взял мобильник с прикроватной тумбочки: на экране было полшестого.

Я не планировал вставать так рано, но вчера мы договорились с Аой-сан позавтракать, как только я проснусь, поэтому я завел будильник на 7:30. Обычно я не встаю, пока телефон не зазвонит, но сегодня проснулся сам — то ли потому, что рано лег, то ли из-за легкого волнения от того, что ночую в чужом доме.

Но скорее всего, дело было в радости от того, что я снова встретил Аой-сан.

Спать больше не хотелось. Наоборот, я чувствовал себя бодрее, чем обычно. Я поднялся, убрал футон в шкаф, хорошенько потянулся и выглянул в окно. Ветер, дующий со стороны полей, уже был теплым, хотя солнце еще не поднялось высоко.

«Похоже, сегодня снова будет жара», — подумал я.

— Акира-кун, ты уже проснулся? — раздался голос Аой-сан после стука в раздвижную дверь.

— Да. Буквально пару минут назад.

Дверь открылась, и вошла Аой-сан в фартуке с изображением кошки.

— Завтрак скоро будет готов.

— Понял. Сейчас переоденусь, умоюсь и приду.

— В ванной лежит синее полотенце, пользуйся им.

— Спасибо.

Поблагодарив Аой-сан и переодевшись, я отправился умываться. Когда я шел в гостиную, по коридору уже разливался аппетитный аромат.

— О-о-о…

На столе в гостиной стоял завтрак — воплощение традиционной японской кухни. Рис и простой мисо-суп с тофу и зеленым луком. Из закусок: жареный лосось, тамагояки, соленья, а также яйцо всмятку и натто. Порции были небольшими, но разнообразие такое, что глаза разбегались. Настоящий завтрак в традиционном рёкане.

— Извини, что заставила ждать. Давай есть, пока не остыло.

— Да. Спасибо, что приготовила всё это.

Аой-сан вернулась из кухни, сняла фартук и присела. Я устроился за столом напротив неё.

[[image:/storage/reader-images/0c92cfbf89a564883fbbb715e9185222f47bf3a9.jpg]]
— Приятного аппетита.

Мы сложили руки в жесте благодарности и взялись за палочки. Я начал с мисо-супа. Сделал глоток…

— …Ха-а.

Нежный вкус моментально привел в чувство мой организм после сна. Казалось, мозг, который еще наполовину спал, окончательно включился. Я поднял взгляд, в очередной раз убедившись, что мисо-суп — незаменимая вещь для завтрака.

— Хм? Кстати…

Может, из-за того, что мысли прояснились, я внезапно кое-что заметил. Аой-сан наклонила голову набок, похрустывая домашним такуаном.

— А где твоя бабушка?

С самого пробуждения я её так и не видел.

Хруст такуана внезапно прекратился. Аой-сан сделала глоток супа и как-то неловко отвела взгляд.

— Эм-м…

Щеки Аой-сан неловко порозовели, и она выглядела очень смущенной. Понимая, что дело нечисто, я выжидающе посмотрел на неё, и тогда она робко протянула мне листок бумаги.

Едва я пробежал глазами по строчкам, как сразу понял причину её замешательства.

— Серьезно?.. — вырвалось у меня.

Аой-сан едва заметно кивнула.

— Бабушка… похоже, она и правда не возвращалась этой ночью. Утром я зашла к ней в комнату и нашла вот это. Уверена, она написала это перед уходом.

Это была записка от бабушки Аой-сан, адресованная нам обоим. Содержание было следующим: «Я поживу какое-то время у подруги, потому что мне нужно готовиться к фестивалю. Акира-сан, оставайся у нас сколько захочешь. В общем, вы двое, постарайтесь там как следует!». Написано всё было в очень вежливом тоне.

Оставим в покое вопрос о том, что именно она имела в виду под «постарайтесь как следует»… Но из-за такого неожиданного поворота атмосфера за столом с самого утра стала невероятно неловкой. Наши лица покраснели, и мы оба уткнулись в тарелки, хотя не ели ничего острого. Аой-сан смущенно отводила взгляд.

— Значит ли это… что всё время, пока я здесь, мы будем только вдвоем?

— П-похоже на то…

Итак, парень и девушка подросткового возраста будут проводить каждую ночь под одной крышей до самого конца летних каникул. К тому же лето — пора легких нарядов, что само по себе является серьезным испытанием для самообладания.

Уютная атмосфера за завтраком в миг сменилась «розовым» туманом. Излишне говорить, что мы оба представили себе одно и то же.

Ведь мы уже дважды оказывались в «такой ситуации». Первый раз — в конце первого семестра прошлого года, когда Аой-сан пробралась ко мне в постель. Второй раз — перед моим переездом, когда она сделала то же самое, сказав, что хочет оставить воспоминания. Если подумать, то и в ночь выпускной поездки Аой-сан была настроена весьма решительно.

Получается, это было уже трижды. И каждый раз, вспоминая об этом, я жалею, что не «отведал поданное блюдо»… То есть, я, конечно, хочу похвалить себя за выдержку, но не уверен, что смогу сдержаться в следующий раз. Раньше у меня были веские причины этого не делать, но теперь ситуация изменилась. Я и раньше думал, что было бы здорово, если бы «этот день» когда-нибудь настал, но теперь я не мог не осознавать, насколько этот день близок.

«Похоже, я скоро поднимусь по лестнице взрослой жизни без всякого плана».

Вообще-то, я зря переживаю, ведь подготовка у меня есть… В чемодане лежат роскошные боксеры, которые Изуми и Эйдзи подарили мне на Рождество «на всякий случай». Хотя я и не думал, что они пригодятся так скоро — я их еще ни разу не надевал.

«Нет-нет-нет, о чем я вообще думаю! Почему я так раззадорился!». Мне стало слишком стыдно, чтобы смотреть Аой-сан в лицо.

— Н-но послушай! Мы ведь не первый раз остаемся вдвоем!

— В-верно! Нам уже поздно об этом беспокоиться!

Мы пытались убедить друг друга, хотя оба понимали: сейчас всё совсем не так, как раньше. Мы старались сменить тему, но раз уж «переключатель» сработал, успокоиться было трудно.

Одно из трех главных человеческих желаний забурлило во мне с самого утра. Я решил, что смогу успокоиться, если удовлетворю другое желание — голод, и снова принялся за еду. И тут меня осенило.

— Погоди… это значит, что завтрак приготовила ты, Аой-сан?

Она ведь сказала, что бабушка не возвращалась. Конечно, была вероятность, что бабуля наготовила всё с вечера, но Аой-сан вышла ко мне в фартуке, да и аромат готовящейся еды, который я почувствовал в коридоре, намекал на автора. С этими мыслями я и задал вопрос.

— Да. На самом деле, я всё приготовила сама, — Аой-сан смущенно кивнула, но в её глазах читалась капелька гордости.

Как я и думал. В тот же миг в памяти всплыло ностальгическое воспоминание.

— Я вспомнил то утро, когда впервые привел тебя к себе домой, Аой-сан.

— Да… Тогда ты приготовил завтрак и разбудил меня, Акира-кун.

— А сегодня всё наоборот. Ты приготовила еду и разбудила меня.

— Честно говоря, когда я стояла у плиты, я тоже вспоминала то утро, — взгляд Аой-сан стал мечтательным. — Когда мы жили вместе, ты часто готовил для меня. Поэтому, когда мы встретились снова, я очень захотела сделать что-то для тебя и попросила бабушку научить меня готовить. Пока я умею только простые вещи, и в основном всё японское, раз уж учила бабушка.

Аой-сан горько усмехнулась, говоря это.

— Этого более чем достаточно…

От самого сердца — я правда чувствовал, что этого уже более чем достаточно. Когда я только начал жить один, готовка давалась мне с трудом. Глядя на то, как легко это делают родители, я ошибочно полагал, что и у меня получится так же просто. Я совершил кучу ошибок, прежде чем научился готовить что-то приличное.

Поэтому я, как никто другой, понимал, сколько усилий приложила Аой-сан. Просто поразительно, что она научилась так вкусно готовить всего за несколько месяцев. Но больше всего меня тронуло то, что она старалась ради меня.

— Раз уж Аой-сан так старалась, я должен всё съесть, пока не остыло.

— Надеюсь, тебе понравится.

Аой-сан с волнением наблюдала за мной. Я разломил палочками пышный омлет и отправил кусочек в рот.

— …Вкусно.

Вкус превзошел все мои ожидания.

— Правда?

Вместо лишних слов я просто активно закивал, продолжая жевать. Следом я попробовал мисо-суп.

— Бульон даси просто божественный, у меня такой никогда не получался.

— Какое облегчение… — Аой-сан приложила руку к груди, выдыхая с улыбкой.

Дальше мы ели почти в тишине. Помимо омлета, меня покорили домашние соленья и яйцо с идеально жидким желтком. А местный рис был настолько сладким и ароматным, что я просто не мог остановиться. Но отдельного упоминания стоил жареный лосось.

— Ты как-то по-особенному готовила лосось?

— Я вымачивала его в соли, потом сбрызнула саке и оставила в холодильнике.

— Саке, вот оно что…

Обычно рыбу просто солят перед жаркой, но Аой-сан пошла дальше. Соль вытягивает лишнюю влагу и запах, а саке окончательно убирает специфический рыбный аромат. Откуда я это знаю? Когда я только съехал от родителей, я купил рыбу в супермаркете и просто пожарил её — результат был ужасно вонючим и невкусным. Пришлось проводить целое расследование, чтобы понять, как делать правильно. И то, что Аой-сан использует такие тонкости… это впечатляет.

— Акира-кун, не торопись, еды еще много.

Я и не заметил, как она подложила мне еще риса. Кажется, теперь я не имею права подшучивать над аппетитом Изуми.

— Тогда я, пожалуй, возьму добавку!

— Конечно. Ешь побольше.

В итоге за утро я уплел три миски риса. Когда девушка, которая тебе нравится, учится готовить специально для тебя, и результат оказывается настолько потрясающим — кажется, в мире нет ничего, что могло бы сделать меня счастливее.

После завтрака мы прибрались и немного передохнули с чашкой чая в руках. Солнце поднималось всё выше, заливая террасу ярким светом.

Аой-сан затеяла стирку. Развешивая белье в саду, она заметила: «Погода отличная, грех не воспользоваться случаем и не перестирать всё накопившееся». Мне стало немного скучно, и я решил помочь, поливая цветы из шланга.

— Кстати, Аой-сан.

— М-м? Что?

— Чем займемся дальше? — спросил я, любуясь радугой, которая возникла в брызгах воды.

На самом деле у нас не было четких планов ни на сегодня, ни на ближайшие дни. Моей главной целью было просто увидеть её и провести время вместе, не связывая себя графиками. Единственная твердая договоренность — встреча с Эйдзи и Изуми через четыре дня в 13:00 в кафе, где подрабатывает Аой-сан. Позже к нам должна была присоединиться и Хиёри.

— Я как раз думал, как нам провести время до встречи с Эйдзи и остальными.

— Насчет этого… Вообще-то, у меня есть пара идей, — Аой-сан заговорила с некоторой неохотой. — 20-го числа будет местный фестиваль, и меня попросили помочь ассоциации соседей с подготовкой.

— Помочь с фестивалем?

Тут я вспомнил записку бабушки. Там тоже упоминалось, что она занята «подготовкой к фестивалю».

— Как видишь, это сельская местность, — продолжила Аой-сан. — Здесь мало детей, студентов или взрослых среднего возраста, так что помогать особо некому. Пожилые люди делают всё, что в их силах, но им катастрофически не хватает рабочих рук…

— Вот оно как…

И правда, вчера по дороге к дому я видел одних только стариков. О проблеме старения населения и нехватке молодежи часто трубят по телевизору и в журналах. Раньше это казалось чем-то далеким, не имеющим ко мне отношения, но когда с этим сталкивается близкий человек, реальность ощущается совсем иначе. Если ситуация настолько серьезна, что местный праздник оказывается под угрозой, а традиции и культуру некому поддерживать, помощь молодежи становится жизненно необходимой. Взрослые, должно быть, в отчаянии пытаются что-то предпринять, пока их деревня окончательно не опустела.

— Раз уж ты приехал, я сказала им, что не смогу помогать каждый день. Думала заходить к ним раз в пару дней на часик-другой, утром или вечером.

Уверен, Аой-сан прекрасно всё понимала, поэтому и согласилась помочь. В таком случае, у меня был готов только один ответ.

— Прости, что так вышло, ведь ты проделал такой долгий путь, чтобы увидеться… А пока, Акира-кун, ты можешь…

— Тогда я тоже помогу.

— Э-э?.. — я перебил её извинения своим ответом.

От удивления Аой-сан даже перестала развешивать белье.

— Лишние руки не помешают, к тому же подготовка к фестивалю — это редкий опыт, должно быть весело. Да и мне приятнее быть полезным, чем просто бездельничать в одиночестве. Конечно, если люди из ассоциации не будут против моего участия.

— Я уверена, что они будут только за! Все будут просто счастливы!

Глаза Аой-сан засияли. Кажется, она почувствовала скорее облегчение, чем просто радость.

— Но… ты уверен?

— Конечно. Я ведь приехал сюда, чтобы повидаться с тобой, так что хочу проводить вместе как можно больше времени.

— Акира-кун…

Едва я это произнес, как почувствовал, что лицо так и вспыхнуло. Я говорил искренне, и Аой-сан это понимала еще с тех пор, как я пообещал приехать. Она уже признавалась мне в чувствах четыре месяца назад, когда мы оказались в одной постели, так что, казалось бы, чего теперь стесняться? Но говорить такое вслух всё равно было неловко.

Аой-сан тоже смутилась и спрятала половину лица за бельем, которое держала в руках. Однако спустя мгновение она медленно опустила руки и подняла на меня взгляд.

— Да… я тоже буду очень рада быть с тобой как можно дольше, — ответила она с нежной улыбкой.

— Решено. Тогда давай быстрее закончим с делами и будем собираться.

— Да!

Закончив со стиркой, поливом цветов и сборами, мы вышли из дома. Подготовка к фестивалю… Почему-то я сразу вспомнил те дни, когда мы готовились к школьному фестивалю.

***

Судя по всему, здание собраний, где шла подготовка к фестивалю, находилось примерно в пятнадцати минутах ходьбы. Путь был неблизким, особенно под палящим утренним солнцем, которое уже вовсю жарило. Однако, несмотря на капли пота на лбу, на душе у меня было так свежо, что жара почти не ощущалась.

А всё потому, что Аой-сан, шагавшая рядом со мной, выглядела невероятно освежающе. На ней было простое длинное платье и соломенная шляпка. Ясно-голубой цвет ткани напоминал летнее небо, а фасон с закрытыми плечами, но довольно глубоким вырезом на шее невольно приковывал мой взгляд. По-настоящему прекрасное сочетание — один взгляд на неё дарил ощущение прохлады.

Но лучше всего было то, что теперь мне открывался вид на её изящную шею. Я не видел её такой с тех пор, как она надевала юкату во время нашей выпускной поездки. Если честно, в моих фантазиях я бы не отказался дополнить этот образ и другими летними атрибутами, о которых мечтают старшеклассники, вроде выглядывающего пупка или просвечивающего белья…

Когда я поймал себя на этих мыслях, Аой-сан заметила мой взгляд.

— Что-то не так? — она с улыбкой наклонила голову.

Мне захотелось дать самому себе затрещину за то, что я так разволновался от её невинной улыбки. Но, согласитесь, разве можно меня винить?

— Тебе очень идет это платье, — наконец выдавил я. Ведь если девушка, которая тебе нравится, надевает что-то настолько милое, фантазии возникают сами собой.

— С… спасибо, — Аой-сан смущенно поправила волосы. Каждое её движение было настолько милым, что я едва не упал в обморок.

— Перед каникулами я ходила в торговый центр с новыми подругами. Мне хотелось купить что-нибудь на лето, поэтому я позвала их с собой, чтобы они помогли с выбором.

Аой-сан остановилась и медленно покружилась передо мной. Я замер, любуясь её легкими движениями и тем, как взлетел край подола. В самом походе по магазинам с друзьями нет ничего необычного, но меня поразило другое: «Аой-сан сама их позвала».

Раньше она всегда выходила куда-то только если её приглашали, но никогда не проявляла инициативу первой. По крайней мере, когда мы жили вместе, она всегда говорила: «Я пойду, потому что меня позвали». Это было крошечное изменение в её характере, но оно не давало мне покоя.

— Акира-кун? — Аой-сан заглянула мне в лицо, заметив, что я застыл и забыл ответить. От такой близости я занервничал и пришел в себя.

— Прости. Просто оно тебе так идет, что я засмотрелся.

— Фуфу… Спасибо. Я рада, что купила его.

Я думал и о других вещах, но то, что я был очарован ею — чистая правда. Мы оба краснели уже столько раз с самого утра, что, казалось, скоро просто выдохнемся от смущения.

Пока мы шли, в конце улицы показалась наша цель — здание собраний. Оно находилось в самом центре деревни и выглядело как типичный сельский одноэтажный дом с просторным двором. Во дворе группа пожилых мужчин оживленно болтала, занимаясь плотницкими делами. Я последовал за Аой-сан внутрь.

Там, в зале размером больше чем в двадцать татами, трудились пожилые женщины. Повсюду стояли картонные коробки с надписями «фонарики» и «хаппи» — видимо, так они хранили праздничный инвентарь. Сейчас все были заняты проверкой декораций.

— Здравствуйте, — поздоровалась Аой-сан.

Одна из женщин подняла голову:

— О, Аой-тян! Ты приш…

Она осеклась на полуслове. Остальные женщины тут же обернулись к нам. И тут она произнесла нечто совершенно неожиданное, указывая пальцем прямо на меня:

— Аой-тян… Аой-тян привела мужа!

— М-мужа?!

Не успел я опомниться, как нас окружила толпа старушек. Меня подтолкнули сзади, взяли под руки и усадили на место, не спрашивая согласия.

— Ой, какой красавец! — «А откуда наш муженёк родом?» — «Ну и как далеко вы с Аой-тян зашли? Уфуфу».

Меня завалили чаем, сладостями и вопросами так быстро, что я не успевал вставить и слова. Со мной обходились очень ласково, но напор был просто невероятный.

— Так это ты тот самый «муж Аой-тян», о котором все судачат? — из коридора появился мужчина, работавший до этого на улице.

Он выглядел моложе остальных — лет пятидесяти с небольшим. Мужчина подошел к нам с доброжелательной улыбкой. Выглядел он как типичный «обаятельный дядечка».

— Меня зовут Кимишима, я председатель оргкомитета фестиваля.

— Очень приятно. Я Акамори Акира.

— Добро пожаловать в нашу глухомань. Я рад тебе.

Мы обменялись приветствиями и рукопожатием. Старушки вокруг продолжали неистовствовать. Дело дошло до вопросов: «Когда свадьба?», «Кто был сватом?» и «Надо обязательно позвать старосту деревни!». Казалось, свадьба начнется прямо сейчас, и я не на шутку разнервничался. Что будет, если я скажу им, что мы даже не встречаемся?

Надо было прояснить ситуацию, пока всё не зашло слишком далеко.

— Эм, Аой-сан… что они имеют в виду под… «мужем»?

Когда я спросил, глаза Аой-сан забегали. Она выглядела не просто растерянной, а крайне подозрительной. Раньше я её такой не видел.

— На самом деле… бабушка рассказала соседям, что Акира-кун приедет, — начала Аой-сан, робко поглядывая на меня. — Я думала, на этом всё и закончится, но, похоже, историю приукрасили и разнесли по всей округе… И прежде чем я успела что-то предпринять, вся деревня узнала, что… ну… что едет «жених».

Аой-сан извинилась так искренне, будто совершила преступление.

— Поэтому все так хотели тебя увидеть, и бабушка сказала обязательно привести тебя сюда…

А-а… Ну теперь всё понятно.

Иными словами, Аой-сан, скорее всего, собиралась привести меня сюда в любом случае, даже если бы я сам не вызвался помогать. Она просто не знала, как об этом попросить, а тут я сам спросил о планах и предложил помощь — вот она и выдохнула с облегчением. Теперь её реакция утром кажется логичной.

— Акира-кун, прости… — виновато произнесла она.

— Тебе не за что извиняться, Аой-сан.

Я постарался её приободрить. В деревнях, где все друг друга знают, информация разлетается мгновенно. А когда слухи передаются из уст в уста, они неизбежно обрастают подробностями. Это как игра в «испорченный телефон»: чем больше посредников, тем меньше правды. Особенно если сплетничают мечтательные бабушки.

То, что начиналось как «к внучке приедет друг», определенно превратилось в «к внучке едет жених». Стыдно, конечно, что об этом трубит уже всё село, но…

— Ну, я не особо переживаю по этому поводу.

— Спасибо.

— Да и… мне не так уж неприятно, что меня называют твоим женихом.

Кем я там буду — «зятем» или Аой-сан станет моей «женой» — это мы еще обсудим. Рано или поздно придется завести этот разговор с семьей, но перспектива осесть в такой спокойной сельской местности кажется мне не такой уж плохой.

— Э? Что ты имеешь в виду?.. — Аой-сан услышала мои мысли, которые я случайно озвучил вслух.

— А! Нет-нет… я про то, что люди тут очень дружелюбные! — выпалил я, надеясь, что она не заметила подвоха, хотя мои уши так и горели от смущения.

Кимишима-сан дождался, пока мы немного успокоимся.

— Прости, парень, ты проделал такой путь, а мы тут все в делах. Мы не сможем уделять тебе много времени, но если хочешь просто осмотреться — чувствуй себя как дома.

— Благодарю. Но я пришел сюда не как турист, — я окликнул его, когда он уже собирался уходить. — Я хочу помочь с подготовкой.

— Ты тоже хочешь помочь? — Кимишима-сан замер и обернулся с искренним удивлением. Старики вокруг тоже притихли.

— Аой-сан рассказала, что вам не хватает молодежи. Я всё равно буду гостить у неё какое-то время, так что, если вы не против, я бы хотел поработать вместе с ней.

Мое внезапное предложение вызвало замешательство. Наверное, они гадали, что за странный парень свалился им на голову.

— Ну… это было бы просто замечательно, — наконец произнес Кимишима-сан. — Если никто не возражает, я бы с радостью принял помощь. Как вы, народ?

Тишина сменилась одобрительным гулом. Старики приняли меня с распростертыми объятиями: «Жених Аой-тян — наш человек!», «Праздник без молодежи — не праздник!». Честно говоря, я очень боялся, что меня прогонят как чужака, поэтому такой теплый прием меня по-настоящему тронул.

— Ну тогда, Акира-кун, рассчитываю на тебя.

— И я на вас, — я снова пожал протянутую руку.

Несмотря на то, что мы только познакомились, я почувствовал себя частью этой компании.

— Так, народ! — Кимишима-сан громко хлопнул в ладоши. — Мы устроим приветственную вечеринку позже, а сейчас — за работу! Если будем только болтать, до вечера ничего не успеем.

Все разошлись по своим местам.

— Акира-кун, я позову тебя попозже, а пока помоги Аой-тян с её заданием.

— Понял. Зовите, если понадоблюсь.

Мы с Аой-сан перешли в небольшую комнату в глубине здания. Это была типичная японская комната в шесть татами: с телевизором, вентилятором, маленьким холодильником и — что выглядело странно для сельского клуба — ноутбуком и принтером на столе.

— Твоя работа связана с компьютером, Аой-сан?

— Да. Я делаю постеры, листовки и ценники для лавок, — ответила она, устраиваясь на подушке и включая ноутбук. Я сел рядом. На экране красовался макет будущего плаката.

— Ого, вы даже дизайн сами делаете?

— Вообще-то, раньше заказывали в типографии, но деревня у нас маленькая, денег не так много, так что стараемся делать всё своими силами. В прошлом году вышло слишком дорого, вот меня и спросили, не смогу ли я помочь.

— Логично. Своими силами дешевле, но для пожилых людей компьютер — это дремучий лес. Вот зачем им на самом деле нужна была молодежь в твоем лице.

— Но ведь это непросто, правда?

— Да. Даже если в деревне есть молодые люди, они часто не хотят помогать, держатся в стороне от стариков.

Межпоколенческий барьер… Теперь понятно, почему Аой-сан здесь на вес золота.

— Но я и не знал, что ты так здорово разбираешься в компьютерах.

— На самом деле не очень, я выучила базу специально для этого. Менеджер нашего кафе сам делает меню и рекламу, я попросила его меня научить. Он даже одолжил мне этот ноутбук.

Кафе, где подрабатывает Аой-сан… Я и сам там немного работал перед школьным фестивалем и помню, что менеджер действительно мастер на все руки.

И всё же… Пока мы не виделись, Аой-сан научилась готовить, подружилась с местными, освоила дизайн… Я был поражен тем, сколько в ней сторон, о которых я даже не подозревал. И в то же время я невольно задумался: а изменился ли я сам за эти четыре месяца так же сильно, как она?

— Акира-кун, мне нужен твой совет.

— О. Какой?

Мы начали обмениваться идеями по поводу дизайна плаката, постепенно продвигаясь в работе. Впрочем, я в основном делился впечатлениями и помогал с технической частью, оставляя последнее слово за Аой-сан — всё-таки её вкус был в приоритете.

Я заметил это еще во время школьного фестиваля: у Аой-сан отличное чувство прекрасного. Когда Эйдзи отвечал за общий дизайн нашего класса, он постоянно советовался с ней, и, по его словам, её правки были на вес золота. Если вспомнить, то и шоколад, который я получил от неё на День святого Валентина, был оформлен невероятно мило. Пока мы работали, я невольно подумал, что иметь такой хороший вкус — это настоящий талант.

— Акира-кун, можно тебя на минутку? — в комнату заглянул Кимишима-сан.

— Есть дело, в котором не помешала бы твоя помощь.

— Понял. Сейчас буду.

— Спасибо. Жду во дворе.

Я поднялся, провожая взглядом председателя.

— Ну, я пошел.

— Да, удачи! — напутствовала Аой-сан.

Мы обменялись парой фраз, и я вышел из комнаты. Во дворе, как я и видел раньше, кипела работа. Старики увлеченно что-то мастерили. Я нашел Кимишиму-сана у самого края сада.

— Простите, что заставил ждать. Чем могу помочь?

Председатель указал на груду досок перед собой.

— Я тут собираю основание для ягуры (фестивальной башни), но одному ворочать такие бревна тяжеловато. Будешь моим помощником?

— Конечно, положиться на меня.

Так под руководством Кимишимы-сана я начал строить фундамент башни. «Подай то, придержи это, перенеси вон то» — работа вроде и простая, но под палящим летним солнцем пот градом катился по лицу, силы постепенно таяли, а во рту пересохло. Спустя час мы решили сделать перерыв.

— Будешь чай?

— Большое спасибо.

Пока я переводил дух в тени дерева, Кимишима-сан протянул мне бутылку холодного чая. Приняв её с благодарностью, я присел рядом, и председатель, откашлявшись, внезапно заговорил:

— Слушай, извини, если мы тебя смутили. Накинулись с расспросами, едва увидев, да еще и «женихом» начали величать… Наверное, тебе было не по себе. Я и сам тебя так назвал, так что не мне судить, но всё равно — прости за бестактность.

Кимишима-сан вежливо поклонился.

— Нет-нет, что вы! Пожалуйста, поднимите голову! — я не на шутку разнервничался. Не каждый день человек, который намного старше тебя, вот так извиняется. Глядя на него, я понял, почему именно его выбрали председателем.

— В этой деревне почти одни старики, — продолжил он. — Детей и молодежи почти нет. Сейчас многие молодые люди стараются держаться от нас подальше, но Аой-тян… она для всех нас как родная внучка. Она относится к нам по-доброму, без всякого высокомерия.

Теперь, увидев их отношения вживую, я прекрасно понимал его слова. Все здесь искренне ценили и любили Аой-сан, но это было взаимно: она сама относилась к ним так же тепло.

— И когда такая чудесная девушка привозит парня, не удивляйся, что старики так перевозбудились. Для тебя это странно, но мы все ждали твоего приезда с того самого момента, как узнали, что ты приедешь. Все последние дни только об этом и говорили.

— Неужели?

— Да. Наверное, поэтому у нас и было чувство, что мы тебя уже сто лет знаем.

Так вот почему они приняли меня так радушно…

— Вам не за что извиняться. Наоборот, это я вам благодарен.

— Рад это слышать, — Кимишима-сан с облегчением улыбнулся. — Ну что, поработаем еще немного?

— С радостью!

После отдыха мы вернулись к делам. Честно говоря, я был безумно счастлив, что Аой-сан так тепло приняли в этом сообществе. Кажется, это и называется — «радоваться за другого, как за самого себя».

***

В итоге мы помогали с подготовкой до самого вечера.

Вообще-то я планировал уйти около полудня, но для нас приготовили обед, и было бы некрасиво просто поесть и сразу сбежать после такого теплого приема. Мы посовещались с Аой-сан и решили остаться на вторую половину дня. Тем более планов на вечер у меня всё равно не было.

Но если честно, главная причина была в том, что мне там понравилось. Я сам удивился тому, как приятно быть принятым людьми, которых я вижу впервые в жизни, и которые — что важнее всего — так добры к Аой-сан.

— Может, мне и завтра прийти помочь? — предложил я, когда мы возвращались из здания собраний.

Заходящее солнце окрасило сельские пейзажи в густой оранжевый цвет.

— Это бы очень помогло, но разве тебе не хочется куда-нибудь сходить? — спросила Аой-сан.

— Благодаря бабушке я задержусь здесь дольше, чем планировал, так что у нас еще будет куча возможностей погулять вдвоем. К тому же скоро приедут Эйдзи и остальные, так что мои свободные дни ограничены. Хочется помочь, пока есть время, и…

— И?

— И если я могу быть рядом с тобой, Аой-сан, то мне не важно, гуляем мы где-то или готовимся к фестивалю. Этого уже достаточно.

— Да… мне тоже.

Кажется, я снова ляпнул что-то ужасно смущающее. Но, в конце концов, ради этого я и приехал, так что глупо теперь строить из себя скромника. Если подумать, в нашем прошлом были вещи и похлеще — мы ведь уже признались друг другу в чувствах и даже спали в одной кровати до самого утра. Воспоминания о той ночи кажутся в сто раз более неловкими, чем нынешние слова.

— Акира-кун, спасибо, — тихо сказала она.

— Да не за чт… Э?

Внезапно я почувствовал тепло, коснувшееся моей ладони, и невольно вскрикнул. Я посмотрел на свою руку и увидел, что Аой-сан крепко сжала её.

— Эм… Я так рада… Нельзя?

— Нет. Можно. Конечно можно.

Плохо дело… забираю свои слова назад. Когда Аой-сан вот так касается меня, это в миллион раз волнительнее, чем любые воспоминания о совместном сне. Мы и раньше держались за руки, но сейчас я нервничал так, будто это происходит впервые. Может, потому что это было внезапно? Или потому что теперь мы знаем о чувствах друг друга?

Несмотря на вечернюю прохладу, мне снова стало жарко, и по спине потек пот.

— Тогда решено — завтра снова помогаем.

— Ага. Уверена, все будут в восторге.

— Кстати, Аой-сан.

— Что?

— Как насчет того, чтобы пойти на сам фестиваль вместе? Не просто помогать, а именно отдохнуть.

Я вспомнил обещание, которое мы дали друг другу прошлым летом. Тогда, прямо перед залпами фейерверков, Аой-сан сказала, что хочет снова сходить на фестиваль со мной. И я пообещал: «Может, не каждый год, ведь я переезжаю, но мы обязательно сходим вместе снова». Сейчас был идеальный шанс сдержать слово.

— …Аой-сан?

Мне показалось, или её улыбка на мгновение померкла?

— Что-то не так?

— Нет. Ничего.

Наверное, просто воображение или игра теней в закатном свете.

— Значит, ты останешься здесь до самого дня фестиваля? — Аой-сан снова улыбалась своей обычной нежной улыбкой.

— Да, таков план.

У меня не было других целей на эти каникулы, кроме встречи с ней, так что я вполне мог задержаться до 20-го числа. Конечно, стоило бы подумать о домашке, но это подождет.

— Я очень этого жду, — добавила она.

Так мы пообещали друг другу снова сходить на летний фестиваль. В прошлом году мы были большой компанией, но в этом — будем только вдвоем. Я уже предвкушал этот день.

----------

Пятеро, как и прежде

Четыре дня спустя, около девяти часов утра.

— Давненько я здесь не гулял.

Мы с Аой-сан направлялись в кофейню, где она подрабатывает, чтобы встретиться с Эйдзи и Изуми.

Я сел на поезд от дома бабушки Аой-сан, чтобы вернуться в город, где жил до переезда. Пока мы шли от станции к кафе, я чувствовал неописуемое волнение, глядя на город, в котором совершенно ничего не изменилось.

— Даже не знаю, как сказать… Это скорее не ностальгия, а какое-то облегчение.

— Должно быть, это место, где ты чувствуешь себя как дома, Акира-кун.

— Наверное, так и есть.

Слова Аой-сан заставили меня задуматься. Наверное, именно это чувствуют люди, когда возвращаются на малую родину. Из-за постоянных переводов в разные школы у меня никогда не было места, которое я мог бы назвать «родным краем». Место, где я родился, я почти не помню, и оно не значит для меня ничего больше, чем просто точка на карте.

Но если бы мне пришлось выбирать место, которое я мог бы назвать домом, я бы выбрал этот город. Город, где я проводил время со всеми вами — он стал для меня по-настоящему важным. Кажется, только уехав, я осознал, насколько сильно привязан к этому месту.

— Я думаю, это нормально — самому решать, какое место для тебя важно, — добавила Аой-сан, словно прочитав мои мысли.

— Ты тоже так думаешь?

— Слово «родина» — это ведь не только место рождения. Это место, где ты жил и с которым у тебя установилась глубокая связь.

Её слова попали в самую точку. Действительно, ни с одним другим местом я не чувствовал такой связи, как с этим городом.

Пока я предавался размышлениям, мы подошли к кофейне. Как и в те времена, когда я сам здесь подрабатывал, я зашел через служебный вход. Главная дверь была еще закрыта.

Причина, по которой мы пришли так рано, была проста: раз уж мы всё равно собирались в кафе, я решил, что будет лучше прийти в смену Аой-сан. Я заранее связался с менеджером и попросил его разрешить ей поработать утром. К тому же, я убил двух зайцев одним ударом — наконец-то смог снова увидеть Аой-сан в её рабочей форме.

— Я пойду переоденусь, иди вперед, — сказала она.

— Ага. Пойду поздороваюсь с менеджером.

Я оставил Аой-сан перед раздевалкой и прошел в зал. За стойкой я увидел знакомую спину менеджера, который вовсю готовился к открытию. На меня снова накатила ностальгия при виде этой картины, которую я наблюдал здесь бесчисленное множество раз.

— Доброе утро.

— Доброе утро. Давно не виделись! — менеджер медленно обернулся. — Ты всё-таки приехал. Рад видеть тебя в добром здравии.

— Я тоже рад, что у вас и у заведения всё хорошо.

— Аой-сан мне всё рассказала. Можешь располагаться на своем обычном месте, пока остальные не придут. Что будешь пить? Я сейчас приготовлю.

— Большое спасибо. Но сначала позвольте мне помочь вам с подготовкой к открытию.

— Ну что ты, я не могу заставлять гостя работать.

— Не беспокойтесь об этом. Я сам хочу помочь.

Менеджер выглядел немного смущенным.

— Ну, тогда с меня хотя бы пирожное, — сказал он с мягкой улыбкой.

Я тут же схватил тряпку и принялся протирать столы. Расставлял меню, пополнял запасы салфеток и сахара… Я сам удивился тому, как много я помню даже спустя столько времени.

— Акира-кун, я тоже помогу.

Спустя некоторое время раздался голос Аой-сан.

— А, спасибо…

Я обернулся, чтобы поблагодарить её, и у меня перехватило дыхание. Её форма, которую я не видел целую вечность… Черная блузка с лентой-бантом того же цвета, длинная юбка и белый кружевной фартук. Волосы были собраны в её привычный высокий «конский хвост», а на голове красовался белый ободок.

Я видел её в этом наряде сотни раз, но каждый раз её красота поражала меня как в первый.

Что же это… Всё вокруг кажется таким родным. Эмоции переполняли меня так сильно, что сердце готово было выпрыгнуть из груди.

— …Что-то не так?

Должно быть, я смотрел на неё слишком пристально. Аой-сан смущенно прижала руки к себе.

— Прости. Просто нахлынула ностальгия, вот и засмотрелся.

— В-вот оно как…

— …..

На мгновение повисла тишина.

— Ч-что ж! Давай продолжим подготовку к открытию! — громко выпалил я, пытаясь скрыть неловкость.

— Д-да! — так же громко ответила она.

Менеджер лишь наблюдал за нами с доброй улыбкой. Атмосфера стала донельзя неловкой.

Вскоре кофейня открылась точно по расписанию. Несмотря на разгар летних каникул, был будний день, так что с утра аншлага не случилось. Но время шло, люди постепенно подтягивались, и через час уже половина мест была занята.

Чем же я занимался всё это время? Делал домашку.

Я устроился за нашим привычным столом на четверых, наслаждался чаем с пирожным и любовался Аой-сан в форме, но, честно говоря, вечно смотреть на неё было нельзя — всё-таки она работала. Я предвидел, что у меня будет полно свободного времени, поэтому прихватил с собой учебники.

В прошлом году я так был занят поисками дома бабушки Аой-сан, что совсем забросил уроки. Это была настоящая трагедия: в начале семестра выяснилось, что все остальные уже всё сделали, а меня оставили на дополнительные занятия.

[[image:/storage/reader-images/2adc72edd8fdeb53d1078a3dea44cf187b7799b4.jpg]]
Конечно, я приехал, чтобы проводить время с Аой-сан, и по идее мне должно быть не до учебы, но сейчас я был рад, что взял задания с собой. Я корпел над тетрадями, время от времени бросая взгляд на Аой-сан в её форме официантки. Баланс между концентрацией и созерцанием прекрасного оказался идеальным — работа шла даже быстрее, чем я ожидал.

Я и не заметил, как стрелки часов доползли до полудня.

— А, вот он!

Дверной колокольчик звякнул, и одновременно с этим на всё кафе раздался до боли знакомый голос. Посетители удивленно обернулись. На пороге стояли Изуми и Эйдзи.

Аой-сан проводила их к моему столу, и они уселись прямо передо мной.

— Что будете заказывать, Изуми-сан, Эйдзи-кун?

— Мне матча-латте и клубничный дайфуку! — выпалила Изуми.

— А мне ледяной кофе, — добавил Эйдзи.

— Подождите немного, сейчас всё принесу.

Аой-сан приняла заказ и упорхнула на кухню.

— С каких это пор здесь подают матча-латте и клубничные дайфуку? — спросил я. Когда я тут работал, такого в меню точно не было.

— Это я выпросила у менеджера, и он добавил их в меню! ♪ — похвасталась Изуми.

— Не наглей так, ты же его обременяешь, — осадил её я.

— Да не парься. Я слышала, они теперь очень популярны у других клиентов.

— Серьезно?

Я невольно улыбнулся, слушая их привычную перепалку. Мы не виделись целую вечность, но я даже не спросил, как у них дела. Всё было так, будто мы расстались только вчера. Время словно и не проходило вовсе. Я был искренне рад, что Изуми ни капли не изменилась.

— Я рад, что вы оба в добром здравии.

Ну, позвольте мне хотя бы поприветствовать их официально. Эйдзи ответил на моё приветствие вместо Изуми.

— Акира, а ты, похоже, совсем не изменился, — заметил Эйдзи.

— Да. Благодаря вам всем я отлично провожу время.

— Ну-у да-а. А я-то думала, ты там сохнешь от одиночества без нас! — поддразнила Изуми в своей обычной манере.

Даже такие подколки теперь вызывали приятное чувство ностальгии.

— То, что мне весело, не значит, что я не скучал. Мне не хватало тебя, Эйдзи и, конечно, Аой-сан. Я правда рад видеть вас всех вот так.

— Е-если ты будешь говорить такие вещи настолько прямо… — Изуми осеклась, выглядя слегка растерянной. От смущения она даже начала говорить как-то натянуто. — Акира-кун, ты всегда был из тех, кто выкладывает такое прямо в лицо?

— Хм? Не знаю. Я просто говорю то, что думаю.

— И ты еще утверждаешь, что не изменился? — Эйдзи усмехнулся.

Ну, такие вещи со стороны виднее, самому про себя сложно сказать, верно?

— Как бы то ни было, мы тоже очень рады встрече, — добавил Эйдзи.

Сразу после этих приветствий раздался голос:

— Извините за ожидание.

Словно подгадав идеальный момент, Аой-сан принесла заказ.

— Спасибо, Аой-сан! — Изуми схватила клубничный дайфуку и умяла его буквально в один присест. Смотри не подавись, если будешь так торопиться.

— Немного раньше времени, но менеджер сказал, что раз все уже в сборе, мы можем подняться наверх. Я закажу на всех обед и приду к вам. Что будете?

Мы все вместе принялись изучать меню. Я выбрал рис с карри, Эйдзи — сет с сэндвичами. Изуми заказала еще порцию пасты «Наполитан» и еще один клубничный дайфуку, а Аой-сан остановилась на омурайсу и йомоги-мандзю.

Значит, тут теперь и йомоги-мандзю подают… Кажется, в меню становится всё больше позиций, которые ну совсем не вяжутся с кофейней, но оставим это на совести менеджера.

Вскоре Аой-сан переоделась в повседневную одежду и вернулась к нам. Менеджер принес наш заказ, и мы, изрядно проголодавшиеся, принялись за обед, не переставая оживленно болтать.

***

Когда я взглянул на часы, было уже два часа дня.

— По идее, она уже должна быть здесь, — только я это сказал, как звякнул дверной колокольчик.

Посмотрев на вход, я увидел Хиёри, катящую за собой чемодан.

— А-а! Хиёри-тян, сколько лет, сколько зим! ♪ — Изуми сорвалась с места, едва завидев подругу, и влетела в неё с такой силой, будто хотела сбить с ног.

Изуми тискала Хиёри, словно любимую кошку, а та принимала объятия с абсолютно невозмутимым видом. Для них это было привычным делом, и мы все невольно заулыбались, глядя на эту сцену.

— Хиёри-тян, как ты? Всё хорошо? Можно я тебя поцелую?

Задавать вопросы и не ждать ответа — тоже классика от Изуми. Она уткнулась лицом в мягкие волосы Хиёри и сделала глубокий вдох.

— Ха-а-а-а-а…

Это их обязательный ритуал при каждой встрече. В интернете часто можно увидеть видео, где хозяева вдыхают запах своих котов или вообще чуть ли не в рот их засовывают от избытка чувств. Для Изуми это нечто подобное — высшее проявление привязанности. Она делает так каждый раз, но со стороны это выглядит чертовски подозрительно. Посетители кофейни даже немного отодвинулись, явно посчитав её опасной личностью. Мне стало ужасно неловко за неё…

— А-ах, сразу на душе спокойно стало… — Изуми пришла в себя с блаженным выражением лица.

Хиёри, которая, кажется, уже давно к этому привыкла, лишь слегка похлопала Изуми по голове. В последнее время Хиёри выглядит куда взрослее и рассудительнее, чем Изуми.

— Рада, что ты тоже в порядке, Изуми. Это утешает.

Хиёри заказала напиток у менеджера и подошла к нашему столику, буквально таща за собой Изуми, которая намертво в неё вцепилась. Столик был рассчитан на четверых, поэтому мы приставили стул с торца.

— Хиёри-тян, давно не виделись.

— Давно не виделись. Аой-сан, как ваши дела?

— Хорошо. Ты тоже отлично выглядишь.

— Да. Я рада встрече.

Хиёри редко проявляет эмоции бурно, но даже в её спокойном тоне чувствовалась радость. Уголки её губ чуть приподнялись, а плечи расслабились — верный знак того, что она счастлива.

Когда Аой-сан и Хиёри только познакомились, я и подумать не мог, что Хиёри так к ней привяжется. По словам Аой-сан, они часто переписываются, и Хиёри спрашивает у неё совета по самым разным вопросам — от пустяков до серьезных вещей.

Обидно, конечно… у меня-то она советов никогда не просила. Когда я попытался разузнать у Аой-сан, не обсуждали ли они меня, она лишь пробормотала: «Это секрет…». Я решил не копать дальше — для моего же душевного спокойствия. В любом случае, здорово, что они так ладят.

— Ну что, раз все в сборе, давайте к делу, — сказал Эйдзи, когда Хиёри принесли её напиток.

Собственно, сегодня мы собрались не только ради ностальгии, но и чтобы утвердить планы на каникулы. Обсуждать детали впятером в чате было слишком сложно, поэтому мы решили встретиться лично.

— Хотя, по правде говоря, решение уже почти принято, — добавил Эйдзи.

— Серьезно? — удивился я.

— Летом везде аншлаг, бронировать в последний момент — гиблое дело. Поэтому я заранее посоветовался с Изуми и Аой-сан, мы выбрали место и всё заказали еще до начала каникул.

Эйдзи достал телефон и скинул ссылку в наш общий чат. Когда мы открыли её, перед нами появился сайт глэмпинга в соседней префектуре.

Многие, возможно, не знают этого слова, но если вкратце: глэмпинг — это когда тебе предоставляют всё необходимое для похода. Ты наслаждаешься природой и костром, но при этом спишь в комфорте и тебе не нужно тащить на себе палатки и котелки.

В последние годы глэмпинг всё чаще мелькает в новостях и на сайтах о путешествиях, становясь дико популярным.

— О-о… выглядит как потрясающее место, — вырвалось у меня.

На главной странице сайта были видны купольные палатки, выстроившиеся в ряд вдоль побережья с видом на бескрайнее море. Каждый такой купол оборудован зоной для барбекю и собственной ванной, а по предварительной брони можно даже воспользоваться частным онсэном или сауной.

Рассветы над горизонтом там, судя по описанию, просто фантастические, поэтому место пользуется огромным успехом у влюбленных парочек. Для нас, живущих в префектуре без выхода к морю, сама возможность просто увидеть океан — уже праздник.

— Прости, Акира, что мы опять всё решили, не посоветовавшись с тобой, — сказал Эйдзи.

— Да ты что, я только благодарен, что ты всегда берешь организацию на себя.

Если вспомнить: и ту поездку в термальные источники после экзаменов, и отдых на вилле семьи Эйдзи прошлым летом, и рождественское путешествие на выпускной — всё это планировали Эйдзи и Изуми. Как-то я спросил Изуми: «А что, если бы я не смог в эти даты?», на что она ответила: «Мы бы поехали без тебя». До сих пор не знаю, шутила она или нет.

Даже эти её подколки теперь кажутся теплыми воспоминаниями. Приятно, когда есть такой друг как Эйдзи, готовый разрулить все бытовые вопросы.

— И какой у нас график?

— Я забронировал три дня и две ночи, с 9 по 11 число. Хиёри-тян будет здесь до 11-го, а если задержимся дольше, попадем в самый пик праздников Обон, и там будет не пропихнуться.

— Логично. Но почему бы не поехать прямо в эти выходные?

Услышав мой вопрос, Изуми подняла руку.

— В субботу у нас с Аой-сан планы. И у тебя, Акира-кун, если получится, тоже.

— Оставим ваши планы, но я-то тут при чем?

От самой Аой-сан я об этом ничего не слышал.

— Я сказала Аой-сан, что сама с тобой поговорю, — пояснила Изуми.

— Ладно. И что за планы?

— Помнишь прошлый год, когда мы в первом семестре ездили волонтерами в детский дом по школьному проекту?

— Да, конечно.

Тогда это был хитрый ход, чтобы обелить репутацию Аой-сан, которую в школе считали «плохой девчонкой». Участие в волонтерстве должно было улучшить мнение о ней среди учителей и одноклассников. Мы с Аой и Изуми тогда весь день играли с детьми.

— Я до сих пор хожу туда регулярно, и в эту субботу мы снова планируем навестить приют.

— Так ты хочешь, чтобы и я пошел?

— Именно.

Раз такое дело, и думать нечего.

— Хорошо. Я в деле.

— Правда?! — Изуми так и просияла.

— У меня нет причин отказывать. Да и глупо было бы просто сидеть дома у Аой-сан, пока она работает.

— Спасибо! А то летом всегда не хватает добровольцев, и учитель просил позвать кого-нибудь из знакомых. Ты настоящий друг, на которого можно положиться в беде! — Изуми с облегчением выдохнула.

Видимо, Аой-сан сама не решалась меня просить, а Изуми чувствовала ответственность за проект.

— В этот раз и Хиёри-тян с нами, так что считай это нашей последней «работой» перед настоящим отдыхом.

— Хиёри тоже идет? Ну, тогда я тем более не могу отказаться.

Детский приют, значит… Интересно, как там та девочка, с которой мы тогда возились?

Но ладно, сейчас важнее другое.

— Раз мы едем на пляж, значит, нам нужны купальники?

— О да! Мы уже купили себе новенькие! — Изуми придвинулась почти вплотную к моему лицу, прикрыв рот ладонью. По её заговорщицкой улыбке я понял: она что-то задумала. — Слушай, Акира… Купальник Аой-сан в этом году — это просто нечто…

— Че-е-его?!

В голове невольно всплыл образ Аой-сан в прошлогоднем купальнике. То белое бикини с цветочным принтом… Оно было таким нежным, подчеркивало её чистоту, а не вульгарность. А эта её шея, открытая благодаря высокой прическе… Это было лучшее зрелище в моей жизни.

Я уже сбился со счета, сколько раз пересматривал фотографии в телефоне.

— Этот купальник ничуть не хуже прошлогоднего. Аой-сан становится всё смелее…

— Серьезно?! — мои мысли невольно вырвались вслух, но я успел приглушить их шепотом в самый последний момент.

Увидеть её в еще более эффектном купальнике, чем тот, белый… это просто предел мечтаний. В голове уже вовсю шло воображаемое «дефиле», где Аой-сан была главной моделью, как вдруг я почувствовал тяжелый взгляд сбоку.

— …Вы двое, я вообще-то всё слышу, даже если вы шепчетесь, — Аой-сан смотрела на нас, и её лицо пылало от смущения.

Боже… когда она так на меня смотрит — смесь стыда и укора — я начинаю нервничать во всех смыслах сразу. Чувство вины борется с какими-то темными дверцами в глубине моего разума, которые лучше бы не открывались. Мне даже захотелось, чтобы она меня как следует отругала с таким выражением лица.

— Эм, ну… прости! — я решил честно извиниться. Пытаться оправдываться было бесполезно, всё равно мои мысли были написаны у меня на лбу.

— Раз вы уже купили купальники, мне тоже пора обзавестись своим, — добавил я, чтобы перевести тему. Я и не думал, что мы поедем на море, так что у меня ничего не было. — Хиёри, сходишь со мной по магазинам после этого?

— Не парься. Изуми мне всё рассказала, так что я уже всё купила, — отрезала сестра.

— …Вот оно как.

Как обычно, я единственный, кому ничего не говорят. Я уже не удивляюсь, но всё равно как-то грустно.

— Акира-кун, пойдём со мной, я помогу выбрать, — мягко предложила Аой-сан.

— Да. Спасибо тебе.

Её доброта просто лечит мою израненную душу.

Мы еще раз обсудили с Эйдзи детали поездки «три дня и две ночи». В первый день встречаемся на вокзале в десять утра, два с половиной часа на поезде, закупка еды и — привет, море и барбекю! Второй и третий дни решили оставить свободными: будем действовать по настроению. Все были возбуждены как первоклашки перед экскурсией. Наверное, дело в том, что мы наконец-то собрались все вместе.

Вечером мы решили разойтись пораньше, чтобы я успел купить плавки. Попрощавшись с менеджером, мы вышли из кафе.

— До встречи в субботу в приюте!

— Ага, рассчитываю на вас.

Мы попрощались с Эйдзи и Изуми и направились к торговому центру. Но почему-то Хиёри упорно не отходила от Изуми.

— Хиёри, пошли, — позвал я.

— Я не пойду с вами, — ответила она как нечто само собой разумеющееся.

— В смысле? Будешь ждать здесь?

— Нет, я имею в виду, что я не еду к Аой-сан.

— …Хм?

Я почувствовал какой-то подвох. Хиёри должна была пробыть здесь до 11-го числа. Мы договаривались, что она поживет с нами у бабушки Аой-сан, и все дали добро. Если она не едет с нами, то что она задумала?

— Я поживу у Изуми, — заявила Хиёри.

— У Изуми?! Я об этом первый раз слышу!

— С самого начала идея о том, чтобы я жила у бабушки Аой-сан, была твоей инициативой. Я об этом не просила. К тому же, я не собираюсь вам мешать, понятно?

— Ух… — этот аргумент сестренки попал в самую точку.

— Тем более, раз бабушка уехала к друзьям, и вы там будете совсем одни…

— Откуда ты и это знаешь?!

Ответ был очевиден. Я посмотрел на Аой-сан, и та демонстративно отвела взгляд, изучая пейзажи вдали. Ну надо же… пока я хлопал ушами, они уже всё между собой перетерли.

— В общем, я беру Хиёри-тян на себя, так что не волнуйся! — Изуми обняла её за плечи и показала большой палец, мол, «всё под контролем».

Что ж, Хиёри не впервой ночевать у Изуми, они давно дружат. Родители Изуми её любят, так что проблем не будет. Но это значит… что до конца лета мы с Аой-сан будем действительно только вдвоем.

— Прости, Изуми. Позаботься о ней.

— Положись на меня!

Мы разделились. В торговом центре я хотел было схватить первые попавшиеся плавки подешевле и пойти на кассу, но Аой-сан меня затормозила.

— Акира-кун, ты же просто пытаешься купить что попало, верно?

Она раскусила меня в мгновение ока. Пришлось сдаться и просить её помочь с выбором.

И тут началось… Внезапное «дефиле Акиры» под чутким руководством Аой-сан. Меня буквально заталкивали в примерочную, где я раз за разом переодевался и показывал ей очередные плавки. Когда количество примерок перевалило за двадцать, мы наконец-то выбрали те, что устроили Аой-сан.

Честно говоря, я вымотался в край, но Аой-сан выглядела такой довольной, что я решил — оно того стоило. Кажется, сегодня я увидел её с новой, неожиданной стороны.

***

Вот перевод финальной части третьей главы. Здесь атмосфера резко меняется с уютной на тревожную — классический «звоночек» о том, что в этой деревне не всё так гладко.

Было уже больше семи вечера, когда мы вернулись в деревню, где живет Аой-сан. По пути мы заскочили в супермаркет у станции и набрали еды на ужин.

Домой мы дошли только к восьми часам. Хоть на дворе и лето, солнце уже давно село, и всё вокруг погрузилось во тьму. В городе, где мы жили раньше, полно уличных фонарей и круглосуточных магазинов — там всегда светло, и на оживленных улицах чувствуешь себя в безопасности даже ночью. Но здесь, стоило нам отойти от станции, фонари стали встречаться всё реже, а тьма — сгущаться.

Нам обоим стало как-то не по себе, поэтому мы пошли, крепко взявшись за руки.

— Жутковато тут ходить одному в такое время… — признался я.

Даже мне, парню, было некомфортно, что уж говорить о девушке. А таблички на столбах «Осторожно, подозрительные личности» только подливали масла в огонь.

— Сначала мне тоже было страшно, когда я только переехала, — ответила Аой-сан. — Но когда привыкаешь, становится нормально. К тому же я обычно езжу на велосипеде.

— Нет, я всё равно буду волноваться за тебя. Если будешь возвращаться поздно, например, после подработки — звони мне. Если что-то случится, мы хотя бы будем на связи.

— Да… спасибо. Акира-кун, ты такой добрый.

— Вовсе нет… мне и самому так будет спокойнее.

— Хорошо. С этого момента я буду звонить тебе каждый раз, когда задержусь.

— Договорились. В любое вре…

Я не успел договорить. Аой-сан внезапно замерла. Её пальцы на мгновение сжали мою ладонь мертвой хваткой. Почувствовав, как резко изменилась атмосфера, я посмотрел на неё — улыбка бесследно исчезла с её лица.

— Аой-сан?

Проследив за её взглядом, я увидел огни круглосуточного магазина в конце улицы. Это был тот самый единственный магазин в деревне, который я приметил еще в первый день. Несмотря на то, что людей в округе немного, парковка была забита машинами — видимо, все жители стекаются именно сюда.

А в стороне, у самого края парковки, собралась группа парней в школьной форме — судя по всему, местные старшеклассники. Похоже, это было их единственное место для тусовок. Аой-сан смотрела прямо на них.

— Ты их знаешь? — спросил я.

Она едва заметно кивнула.

— Ребята из этой деревни.

— Вы общаетесь?

— Нет. Просто… пересекались.

Она попыталась улыбнуться, но это была явно натянутая, «фальшивая» улыбка.

— Понятно…

Эти парни не выглядели пай-мальчиками. Даже если их нельзя было назвать откровенными бандитами, они явно были не из тех, с кем нам по пути. Меня удивило, что Аой-сан их знает, но в такой глуши, где молодежи раз-два и обчелся, все старшеклассники так или иначе знакомы, даже если учатся в разных школах или пересекаются только на деревенских праздниках.

Тем не менее, я был уверен — Аой-сан с ними не дружит.

— Солнце село, становится холоднее. Давай срежем путь через переулок и пойдем домой? — предложила она, резко отворачиваясь от магазина.

Она словно всем телом кричала о том, что не хочет приближаться к ним.

— Да, давай.

Мы свернули на перекрестке, не доходя до комбини, и пошли в обход. Аой-сан быстро пришла в себя и снова стала прежней, но то, как мгновенно застыло её лицо при виде тех парней, намертво врезалось мне в память.

----------

Если бы люди менялись

И вот наступил субботний вечер — время нашей встречи. Мы с Аой-сан ждали Изуми и остальных у входа в детский приют точно в назначенный час.

Детский приют — это место для детей, которые по разным причинам не могут жить со своими родителями. Как рассказывала Изуми, таких учреждений в городе и по всей префектуре немало, и их число, к сожалению, растет с каждым годом. Если задуматься, Аой-сан и сама была в похожей ситуации, когда мы только познакомились. Сложись обстоятельства иначе, она вполне могла бы оказаться среди этих детей. В прошлый раз, когда я был здесь, эти мысли не давали мне покоя.

— Прошел уже год с нашего последнего визита, — заметил я.

— Да. Время пролетело в мгновение ока, — ответила Аой-сан.

Мы были здесь в первом семестре прошлого года. С тех пор Аой-сан и Изуми стали частыми гостями. Изуми говорила, что благодаря этим визитам учителя быстро изменили свое мнение об Аой-сан в лучшую сторону, а персонал приюта стал на неё полагаться.

— Кстати, какой план на сегодня? Снова игры?

— Сначала поможем им с летней домашкой, а потом уже поиграем.

— Понятно.

Если речь идет о программе начальной и средней школы, я справлюсь. Честно говоря, я даже выдохнул с облегчением — играть с детьми, у которых запас энергии кажется бесконечным, физически довольно изматывающее занятие.

— Простите, что заставили ждать! ♪ — мой сеанс самовнушения прервали Изуми и Хиёри.

Под предводительством Изуми мы вошли внутрь и направились к учительской.

— Всем привет! — жизнерадостный голос Изуми заполнил комнату, стоило ей открыть дверь. К нам подошла молодая сотрудница.

— Рассчитываем на вашу помощь и сегодня.

— И мы на вашу. О, кажется, сегодня у нас есть новички… хотя постойте? — девушка внимательно посмотрела на меня, склонив голову. Спустя секунду её лицо озарила улыбка. — Вы ведь уже были у нас раньше, верно?

— Э-э…

— Кажется, это было… около года назад.

— Да, я приходил вместе с ними.

— Я так и знала! Спасибо, что заглянули снова! — она радостно хлопнула в ладоши.

— У вас отличная память. Прошло столько времени, а я был здесь всего один раз.

— К нам в основном приходят девушки, парней среди волонтеров очень мало, так что вы оставили яркое впечатление.

Вот оно что… Действительно, в прошлый раз мужчин я здесь почти не видел. И всё же, обычно людей не запоминают так надолго, если только они не сделали что-то выдающееся.

— Что ж, позвольте проводить вас, — сотрудница повела нас в учебный класс.

Стоило дверям открыться, как стайка малышей тут же облепила Изуми и Аой-сан.

— Давно не виделись, ребята!

Дети окружили их с таким восторгом, будто к ним приехали мировые знаменитости. Наверное, для этих малышей старшие сестренки, которые время от времени навещают их, — настоящие кумиры.

Я был поражен их популярностью.

«Ну что, ребята! Давайте поскорее закончим с домашним заданием, а потом все вместе поиграем!» — скомандовала Изуми, на что дети дружно ответили: «Да!», и принялись за работу.

Мы распределили обязанности: мы с Изуми помогали ученикам средней школы, а Аой-сан и Хиёри взяли на себя младшеклассников.

Честно говоря, я ожидал, что дети будут капризничать, говорить что-то вроде «не хочу учиться» или «давайте лучше играть», но, к моему удивлению, все они сосредоточенно сидели за столами. Когда я шепотом спросил об этом Изуми, она объяснила: они так сильно ждут игр после уроков, что стараются закончить всё как можно быстрее. По её словам, так происходит всегда, когда она приходит их учить. Некоторые ребята даже умудрились сделать всю летнюю домашку еще в июле и теперь занимались самостоятельно.

Слушать это было больно, учитывая, что в прошлом году я так и не справился со своими заданиями вовремя. В этом году я решил брать с них пример и обязательно всё закончить.

— Сестренка, объясни мне вот это, — обратился один из мальчиков к Аой-сан.

— Конечно. Какое именно место? — она присела рядом и начала объяснять.

Аой-сан не просто давала готовые ответы, она рассуждала вместе с ребенком, направляя его так, чтобы он сам нашел решение. Она выглядела как настоящий учитель. Нет, не просто выглядела — для этого мальчика она и была учителем. Мне вдруг пришло в голову, что Аой-сан невероятно талантлива в общении с детьми.

[[image:/storage/reader-images/e86ad139094ece18df54281644a05635b4260a57.jpg]]
— Братик, помоги мне тоже, — раздался тонкий голосок, и кто-то легонько потянул меня за рукав. Это была маленькая девочка.

— А, конечно. Что именно тебе непонятно?

Я сел рядом с ней, открыл её тетрадку и начал объяснять, стараясь подражать манере Аой-сан.

***

Спустя два часа, после небольшого перерыва в полдень, с домашним заданием было покончено.

Честно говоря, я был поражен концентрации детей. Чтобы младшеклассники (не говоря уже о средних классах) так долго сидели за учебниками — это достижение. Видимо, им действительно очень хотелось поскорее поиграть с Изуми и Аой-сан. Мы переместились в рекреационный зал. Изуми затеяла догонялки с малышами, Хиёри примкнула к сверстникам из средней школы, а я ввязался в игру в футбол. Аой-сан тем временем присматривала за дошколятами, которые присоединились к нам позже. К играм подключились и сотрудники приюта, у которых выдалась свободная минутка.

Прошло всего полчаса.

— Извините... Братику нужно... передохнуть, — выдохнул я.

Вот оно, состояние «дыхалка на нуле». Обычный старшеклассник, не состоящий в спортивном клубе, просто не может тягаться с неисчерпаемой энергией детей. Это было полное дежавю — я сидел, привалившись к стене, и вспоминал, что в прошлый раз всё закончилось точно так же.

«Надо всё-таки начать бегать по утрам», — уныло подумал я.

— Вот, держите, если хотите.

— Спасибо.

Та самая сотрудница, что встречала нас, протянула мне бутылку чая. Я открыл её, сделал глоток и огляделся. Мой взгляд упал на Аой-сан.

— Хм? Эта девочка... — сорвалось у меня с губ. Я узнал малышку, с которой она играла.

— А, так вы её помните? — сотрудница оживилась. — Теперь я поняла, почему вы показались мне знакомым. В ваш первый визит вы спрашивали именно про неё.

Смутные воспоминания обрели четкость. В наш первый приход с Аой-сан мы встретили эту девочку. Тогда она сидела в углу и в одиночестве что-то рисовала. Она не отвечала, кто бы к ней ни обращался. Её одинокий вид тогда напомнил мне Аой-сан в парке под дождем. Аой тогда просто стояла рядом с ней, ничего не говоря.

— Поверить не могу... — я был искренне потрясен.

Девочка, которая раньше была тенью самой себя, теперь весело смеялась и бегала с друзьями.

— Это всё благодаря Аой-сан, — добавила сотрудница с глубокой благодарностью в голосе. — С самого приезда она ни перед кем не открывалась. Только Аой-сан смогла достучаться до её сердца.

Я вспомнил, как в прошлый раз эта девочка пыталась удержать Аой-сан, когда мы уходили. Оказывается, Аой-сан навещала её каждый месяц, даже когда не было официальных волонтерских программ. Она приходила к ней лично. Я живу с ней в одном доме и даже не догадывался об этом.

— Шаг за шагом она начала говорить. Аой-сан стала мостиком между ней и остальными детьми. Она не торопила её, не давила, а просто была рядом, подстраиваясь под её темп. Даже мы, профессионалы, не всегда так можем...

Эта история напомнила мне о начале нашего пути с Аой-сан. Тогда я тоже хотел избавить её от плохих слухов и просил Изуми стать для неё «мостиком» в классе. Аой была стеснительной, но Изуми взяла её за руку, и к школьному фестивалю Аой уже не нуждалась в моей помощи. Она влилась в коллектив лучше, чем я сам перед переводом.

Сотрудница вежливо поклонилась и отошла, а на её место подсела Изуми с напитком в руках.

— О чем болтали? — спросила она.

— О той девочке рядом с Аой-сан.

— А, она... Да, она сильно изменилась, правда? — Изуми явно была в курсе. — Думаю, это случилось именно потому, что она встретила Аой. Потому что Аой для неё — то же самое, что Акира-кун для Аой.

Я замер.

— Я для Аой-сан?

— Именно. Как Аой изменилась встретив тебя, так и эта малышка изменилась встретив её, — Изуми отпила из бутылки и продолжила неожиданно серьезным тоном. — Знаешь, я раньше думала, что люди не меняются. Что характер, который строится годами, нельзя просто так переделать. Что «не меняться» — значит быть собой. И я гордилась тем, что я такая — непоколебимая Асамия Изуми.

Это было непохоже на Изуми. Обычно такие речи толкает Эйдзи. Но я понимал, о чем она. Изуми всегда была как скала: ей было плевать на косые взгляды, когда она дружила с «крашеной» Аой-сан. Она была верна себе.

— Но глядя на вас с Аой, я поняла: люди могут меняться. И это прекрасно. Да, это чертовски трудно, но если человек меняется, то только ради кого-то очень важного. Встретить такого человека — это судьба. А если этот человек становится твоим любимым — это уже чудо.

— Больше чем судьба... чудо, да? — повторил я.

— Я даже немного завидую Аой и этой девочке, — призналась Изуми.

Я впервые слышал от неё такое. Но я не мог промолчать.

— Не стоит завидовать. Быть собой, как ты — это тоже дар. У тебя есть стержень, который не дает тебе потеряться. В этом твоё очарование. К тому же, разве ваша встреча с Эйдзи — не чудо?

Изуми на мгновение смутилась, а потом рассмеялась в своей манере:

— Не-не-не! У нас всё не так романтично. Мы не считаем нашу встречу судьбой. У нас всё приземленнее. Но... — она улыбнулась. — Именно потому что это не «магия», мы прикладываем усилия, чтобы быть вместе. Мы разговариваем, делимся мыслями и никогда не сдаемся.

В этот момент я вспомнил слова Эйдзи, которые всегда были моим ориентиром: «Люди не могут понять друг друга без слов. Поэтому важно облекать мысли в слова». Кажется, я наконец-то понял, что он имел в виду. Постоянные публичные нежности Изуми и Эйдзи — это их способ защитить то, что им дорого. Их форма «усилий».

— Я разворчалась что-то, — Изуми хитро улыбнулась. — Не переживай, нам с Эйдзи и так хорошо. Я просто хотела сказать, что Аой-сан стала судьбой для той девочки. А ты — «судьбой и чудом» для самой Аой-сан.

Я почувствовал облегчение, но один вопрос не давал покоя:

— А я? Я сам хоть на миллиметр изменился после встречи с ней? Мне кажется, я остался прежним.

— Ну, на миллиметр точно изменился, — хохотнула Изуми. — Хотя про себя всегда судить труднее всего.

Она поднялась и убежала к детям. Я посмотрел на Аой-сан. Наши взгляды встретились. Она улыбнулась и что-то шепнула девочке рядом. В следующую секунду малышка со всех ног бросилась ко мне.

— Братик! Поиграешь со мной? — она позвала меня с широкой, чуть застенчивой улыбкой.

Я не смог сдержать ответной улыбки.

— Конечно! Идем!

Я побежал к ним, ведомый маленькой детской ручкой, и играл до тех пор, пока силы окончательно не покинули меня.

***

Мы покинули приют, когда часы уже перевалили за пять вечера. Попрощавшись с Изуми и Хиёри, мы вернулись на станцию, чтобы сесть на поезд — здесь наши пути временно расходились.

Мы должны были увидеться уже через три дня, когда отправимся в глэмпинг, но мне всё равно стало немного одиноко. Возможно, потому что я был рад встрече со старыми друзьями сильнее, чем ожидал. А может, всё дело в невероятно красивом закате, который я наблюдал из окна поезда.

— И всё же, я поражен тем, как сильно изменилась та девочка.

— Да, я понимаю. Поразительно, правда?

— И сотрудники приюта, и Изуми говорят одно и то же. Она изменилась благодаря тебе, Аой-сан.

— Ну что ты… Я просто была рядом с ней.

Я посмотрел на неё:

— Уверен, она была счастлива уже от того, что ты просто стояла рядом.

Аой-сан на мгновение задумалась.

— Если я и стала для неё толчком к переменам, то только благодаря тебе, Акира-кун.

— Мне?

Аой-сан с ностальгической улыбкой посмотрела в окно на заходящее солнце.

— Помнишь, когда мы были еще в детском саду, ты подошел ко мне, когда у меня совсем не было друзей и я была одна? Я была такой стеснительной, что не могла вымолвить ни слова, но ты всё равно оставался рядом. И это был не единственный раз…

Её глаза затуманились, отражая оранжевый свет заката.

— Когда шел дождь и я стояла в парке, не зная, что делать — ты позвал меня. Когда мы были маленькими, когда мы встретились снова… и даже сейчас, ты всегда рядом со мной, Акира-кун. Поэтому я просто делаю для других то, что ты всегда делал для меня. А та девочка смогла измениться, потому что сама очень старалась.

Слушая Аой-сан, я осознал одну важную вещь. Ребенок приложил колоссальные усилия. Возможно, маленькому человеку требуется гораздо больше смелости, чтобы войти в группу людей по собственной воле, чем кажется нам, взрослым. Иногда это граничит с настоящим ужасом.

Для ребенка дом и школа — это весь его мир. Для этой девочки приют был всем её миром, и если бы у неё не получилось, её ждала бы полная изоляция. Но она смогла собрать волю в кулак именно благодаря Аой-сан.

— Она смогла выложиться на полную, потому что знала: ты всегда рядом.

Сделать для кого-то то же, что сделали для тебя — это гораздо сложнее, чем кажется на словах. И то, что Аой-сан делает это просто в силу своего характера, кажется мне чем-то выдающимся.

И я подумал снова:

— Мне кажется, тебе очень подходят профессии, где нужно сопереживать людям, Аой-сан.

— А?.. — она удивленно посмотрела на меня.

— Например, соцработник в приюте, или учитель в начальной школе или детском саду. Или даже просто общественный консультант. Я уверен, есть много вещей, которые под силу именно тебе — просто потому, что ты это ты.

«Вещи, которые под силу именно мне…» — Аой-сан повторила мои слова, словно пробуя их на вкус.

— Ты правда так считаешь?

— Да. Я уверен, это твоё.

— …Я не знаю, справлюсь ли я, но раз уж ты так говоришь, Акира-кун, я серьезно об этом подумаю.

Когда я твердо ответил ей, Аой-сан кивнула с улыбкой.

— Вообще-то, в начале семестра у нас был опрос по поводу выбора карьеры, но я тогда совсем не знала, чего хочу, и сдала пустой лист.

— Я гарантирую, у тебя получится! Хотя… если ты станешь такой крутой, мне будет немного тревожно.

— Вовсе нет. Мне очень приятно, что ты в меня веришь.

Весь остаток пути мы проговорили о нашем будущем. О том, чем хотим заниматься, стоит ли поступать в университет. У нас обоих цели пока довольно туманные, и карьерный путь Аой-сан еще не определен окончательно, но я поймал себя на мысли: кажется, мы впервые вот так серьезно обсуждаем наше «завтра».

Раньше я был слишком занят тем, что происходило прямо перед носом, и не мог заглядывать так далеко. Поэтому возможность просто сидеть в поезде и мечтать о будущем вместе с ней кажется мне настоящим благословением. Мы говорили и говорили, и нашему разговору не было конца.

[[image:/storage/reader-images/921ada82124bfcab3827db29eb7db8d0b7f0f8a6.jpg]]

----------

Пляж, купальники и глэмпинг. День первый

Три дня спустя мы с Аой-сан ждали Эйдзи и остальных на станции, как и договаривались. Я взглянул на экран телефона: 9:40 утра. До назначенного времени оставалось еще двадцать минут.

Поскольку мы с Аой-сан приехали раньше из-за расписания электричек, мы решили скоротать время в кофейне прямо в здании вокзала. Сидя у окна в ожидании друзей, я невольно вспомнил прошлые летние каникулы. Тогда мы собирались ехать на виллу Эйдзи, и Изуми, как и следовало ожидать, проспала и опоздала. Удивительно, как быстро пролетело время с того дня.

— Пляж… Я так жду этого! — радостно воскликнула Аой-сан.

— Да. И с погодой, кажется, повезло.

Аой-сан отпила свой чай матча и нетерпеливо повела плечами от возбуждения. Её длинный хвост качнулся в такт, заставив меня улыбнуться.

— Честно говоря, я вообще впервые еду на море.

— А? Серьезно? — я невольно повысил голос, хотя, если подумать, ничего удивительного в этом не было.

Префектура, где жила Аой-сан, находится в глубине страны и не имеет выхода к морю. Шанс попасть на побережье выпадает, только если ехать всей семьей, а для школьников самостоятельная поездка в другую провинцию — это целое испытание, на которое родители часто не дают добро. Учитывая прошлое Аой-сан, легко было представить, что такой возможности у неё просто не было.

— А ты когда был на море в последний раз, Акира-кун?

— Последний раз… кажется, в пятом классе.

— Ого, как давно.

— Ага. Тогда отца перевели в префектуру у моря, и мы ходили плавать всей семьей. Но с тех пор мы жили только там, где моря нет, так что случая не представлялось. Поэтому я тоже жду этого с нетерпением.

Я ждал этого настолько сильно, что последние пару дней даже спать толком не мог. Не спрашивайте меня, чего именно я жду — вы и сами всё поймете через несколько часов. Скажу лишь, что это то, чего с трепетом ждет любой здоровый старшеклассник.

— Ру~ру~ру~♪ — Аой-сан начала тихонько напевать, явно пребывая в отличном настроении.

Похоже, у неё есть привычка мурлыкать под нос, когда уровень её счастья достигает максимума. Это не первый раз: перед нашей выпускной поездкой в прошлом году она напевала «Лесного мишку», собирая вещи в гостиной. А в последние дни она и вовсе выдавала целые попурри, пока готовила еду. Когда я подшучивал над этим, она смущалась и замолкала, так что я слушал её втихаря.

«Боже, это слишком мило!» — мысленно вскрикнул я. Видимо, она действительно в предвкушении, раз поет даже в общественном кафе. Внезапно во мне проснулся дух авантюризма. «А что, если я подпою ей? Как она отреагирует?»

— Ру-ру-ру~ру~♪ — в нужный момент подхватил я.

Я был готов извиниться, если ей станет неловко, но, к моему удивлению, она не перестала петь, хоть и немного покраснела. Напротив, Аой-сан продолжила мурлыкать с улыбкой, выглядя даже более воодушевленной. На вокзале было шумно, а соседние столики пустовали, так что нас никто не слышал. Иначе мы выглядели бы как парочка идиотов, милующихся на публике… От этой мысли неловко стало уже мне.

— О, кажется, они пришли.

— Правда?

Я перестал петь и посмотрел в сторону толпы. Впереди шли Изуми и Хиёри с чемоданами, а позади плелся Эйдзи. На часах было без пяти десять. Неужели сегодня пойдет снег? Изуми пришла вовремя!

Если бы вы знали, как тяжело Изуми просыпается по утрам, вы бы поняли, что это событие сродни чуду. Но вообще-то, пару дней назад мы наконец-то нашли секретный способ её пробуждения.

Аромат её любимых японских сладостей.

В прошлую поездку мы боялись, что она проспит, и пригласили её переночевать у нас. Как и ожидалось, утром её было не добудиться. Мы вспомнили видео из интернета, где собак будят, поднося еду к носу, и решили провести эксперимент — поднесли к губам Изуми булочку с полынью. Стоило ей почуять запах, как она мгновенно очнулась, вцепилась в булку зубами и окончательно проснулась, уже пережевывая её… Иногда мне кажется, что в прошлой жизни она была псом. Я передал этот лайфхак Хиёри, и, как видим, он сработал.

— Утречко! ♪ — Изуми влетела в кафе и тут же обняла Аой-сан. Видимо, сахар в крови после булочки подскочил, и она была на пике бодрости.

— Мы столько раз договаривались о встречах, но это первый раз, когда ты не проспала, — подколол я.

— Да, я сама в шоке, — ответила она так, будто речь шла о ком-то другом.

— Мы сейчас едем прямиком на пляж, надеюсь, дождя не будет, — сказал я.

— Э? Но прогноз обещает три дня ясного неба, — Изуми озадаченно наклонила голову, но быстро поняла подвох. — Ах! Акира-кун, как грубо!

Она надулась и недовольно нахмурилась.

— Даже если пойдет дождь — ерунда. Вот если повалит крупный град и продырявит нам палатки в глэмпинге — тогда да, будет весело, — добавил я.

— Это точно. В последние годы из-за аномальной погоды бывает град размером с кулак, — вставила Хиёри.

— А! И Хиёри-чан туда же! Ну и вредные же вы брат с сестрой.

Цуккоми от Хиёри был резковат, но это в её стиле. Своеобразная похвала за то, что сестра смогла встать вовремя.

— Аой-са~н, они все меня обижают… — Изуми еще крепче прижалась к Аой, ища защиты. Та лишь погладила её по голове, успокаивая.

— Ладно, шутки в сторону, пора выдвигаться.

Мы забрали вещи и вышли из кофейни. Перед долгой дорогой на поезде мы закупились напитками и снеками в магазинчике у платформы, после чего зашли в вагон.

***

— Приехали!

Два с половиной часа в поезде с одной пересадкой пролетели незаметно. Когда мы вышли на нужной станции, было уже начало второго дня. Перед вокзалом раскинулась просторная площадь, где то и дело сновали такси, туристические автобусы и частные авто — самый разгар сезона отпусков. Хоть пляжа отсюда и не было видно, в воздухе отчетливо пахнуло морем. Осознание того, что мы наконец-то на месте, заставило сердце биться чаще от восторга.

— Ну что, вперед!

До глэмпинга, где мы забронировали места, было всего полчаса ходьбы вдоль побережья. Мы уже приготовились подхватить чемоданы и рвануть к цели, но…

— Понимаю твой энтузиазм, но сначала нужно закупиться продуктами на ужин, — Эйдзи похлопал меня по плечу, напоминая, что море никуда не убежит.

И он был прав. К тому же, время обеденное, и желудок уже начал требовательно урчать.

— Пообедаем чуть позже в какой-нибудь пляжной кафешке, — предложил Эйдзи. — Я заранее присмотрел ближайший супермаркет, идемте за мной.

Спустя десять минут мы стояли перед супермаркетом с незнакомым названием. По своему опыту частых переездов я знал: супермаркеты — вещь сугубо региональная. Если аптеки обычно сетевые по всей стране, то ассортимент продуктов в разных префектурах может отличаться кардинально.

Поскольку во время жизни у Аой-сан готовка была на мне, я привык к походам за продуктами. Даже сейчас, живя с семьей, я обожаю рассматривать полки в новых магазинах. Взяв корзину, мы с энтузиазмом вошли внутрь.

— Давайте разделимся, чтобы сэкономить время, — предложила Изуми.

План был такой: Изуми и Эйдзи отвечают за мясо, мы с Аой-сан — за свежую рыбу и морепродукты, а Хиёри берет на себя овощи и десерт. Встречаемся у касс.

— Какая рыба лучше подойдет для барбекю? — спросил я, направляясь к рыбному отделу.

— Обычно на барбекю жарят мясо, разве нет? — ответила Аой.

И правда, для тех, кто живет далеко от побережья, рыба на углях — редкость. Когда мы отдыхали на вилле Эйдзи, наш рацион состоял на 90% из мяса и на 10% из овощей. Но стоило нам подойти к прилавкам, как я невольно ахнул.

Как и положено городу у порта, выбор морепродуктов был просто фантастическим. Куча рыбы, которую не встретишь в обычном городском магазине: и разделанное филе, и целые тушки. В аквариумах с аэраторами копошились живые моллюски, а в одном из танков даже продавались лобстеры. Это было похоже на поход в океанариум — глаза Аой-сан так и сияли.

— Может, возьмем ракушек? Их часто показывают в телепередачах про барбекю.

— Да, они легко готовятся и не требуют долгой разделки.

Мы выбрали свежих гребешков и чалков, но тут наши взгляды одновременно упали на соседний аквариум. Мы подумали об одном и том же.

— Исе-эби… — прошептали мы в унисон.

Экземпляры были сантиметров по двадцать — идеальный размер для готовки. Панцирь красивого цвета и длинные, изящные усы.

— Аой-сан, ты когда-нибудь ела лобстера?

— Нет, никогда. А ты, Акира-кун?

— И я нет.

Я представил, как мы разрезаем его вдоль и запекаем на углях с майонезом и сливочным маслом. Или просто с солью, перцем и капелькой лимонного сока, чтобы подчеркнуть натуральный вкус… А можно и с мисо-пастой в японском стиле. У меня потекли слюнки, хотя я даже не знал, каков он на вкус.

— Хочется попробовать, но есть одна проблема…

— Да… цена.

2000 иен за штуку. В моем кошельке начались экстренные подсчеты. На пятерых нужно хотя бы три штуки, это 6000 иен только за лобстеров. Плюс ракушки и приправы — выйдет под 10 000. Недешево для школьника, но… я решился.

— Решено. Покупаем!

— Что?! Правда?! — Аой-сан просияла самой яркой улыбкой на свете.

— Послушай, я жил у тебя дома и не платил за жилье, так что у меня остались сэкономленные деньги. Раз уж мы здесь, давай устроим себе небольшой праздник ради воспоминаний.

— Но ты и так потратился на дорогу ко мне… давай я оплачу половину!

— Нет-нет, позволь мне сегодня побыть крутым и угостить всех.

Аой-сан посмотрела на меня с сомнением, но, видимо, поняла мой настрой.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Не стесняйся.

— Хорошо… тогда я принимаю твоё предложение. Спасибо!

Мы позвали продавца. Лобстеров нам положили живыми в пенопластовую коробку с древесными опилками, чтобы они оставались свежими как можно дольше. Теперь внутри коробки кто-то приглушенно шуршал и копошился, отчего мне было даже немного не по себе. Зато ужин обещал быть королевским.

Докупив специи и соусы, мы отправились к выходу, где нас уже ждали остальные.

— Чего вы так долго?.. И что это за коробка? — Изуми первой уставилась на наш груз.

— Узнаете во время барбекю. Можете начинать предвкушать, — загадочно ответил я.

Я хотел оставить это в секрете до самого вечера, чтобы эффект сюрприза был максимальным. Закупившись всем необходимым, мы наконец выдвинулись в сторону глэмпинга.

***

Стоило нам выйти из супермаркета и немного пройтись, как перед нами распахнулось бескрайнее море.

— Невероятно! — первой вскрикнула от восторга Аой-сан.

Безоблачное синее небо сливалось с океаном на линии горизонта, которая, казалось, тянулась вечно. Глубокая синева воды, сгущающаяся вдалеке, и солнечные блики, рассыпавшиеся по волнам, словно мириады звезд, мгновенно захватили наше внимание. Ветер ласкал щеки, запах соли становился всё гуще, а шум прибоя создавал идеальный саундтрек. Мы все замерли, чтобы просто подышать этим моментом.

— Море… оно и правда такое огромное… — прошептала Аой-сан, придерживая свои длинные волосы, развевающиеся на ветру.

— Слово «огромное» даже близко не передает этот масштаб.

— Да… у меня просто нет слов.

Аой-сан прижала руку к груди и сделала глубокий вдох. В такие моменты слова действительно излишни.

— Ребята, я понимаю ваш восторг, но нам пора, — прервал паузу Эйдзи. — Если будем и дальше тут стоять, продукты испортятся.

Следуя за Эйдзи, который сверялся с навигатором, мы вышли к самому пляжу. Несмотря на будний день, в разгаре были летние каникулы. Пляж пестрел разноцветными зонтиками, а море было усыпано серферами и бодибордистами. Это напомнило мне наш поход в тот безумный бассейн на 20 000 человек в прошлом году. Здесь людей тоже было немало, но по сравнению с тем «человеческим супом» в бассейне, на пляже дышалось куда свободнее.

— Наш глэмпинг где-то рядом? — спросил я.

— Нужно пройти через весь пляж. Это еще минут десять.

Через 20 минут после выхода из магазина в конце пути показались странные постройки.

— Пришли.

— Так вот оно какое…

Перед нами стояли белоснежные купола, похожие на футбольные мячи, разрезанные пополам. Эти «домы» стояли на больших деревянных настилах, и их фасады, обращенные к морю, были полностью прозрачными. Рядом находились уютные домики — сантехнические блоки с индивидуальными кухнями, ванными и туалетами. Всего на территории было около десяти таких палаток.

— Сердце так и выпрыгивает! — воскликнула Изуми.

— У меня тоже, — с совершенно невозмутимым лицом ответила Хиёри.

Но я видел, что у Хиёри слегка дрожат плечи и едва заметно приподняты уголки губ — значит, внутри она тоже в полном восторге. Аой-сан рядом со мной молитвенно сложила руки, явно глубоко тронутая увиденным.

Пока Эйдзи оформлял регистрацию, я изучил буклет. Оказалось, здесь есть даже частные онсэны и сауны, которые можно забронировать. Глэмпинг — это «всё включено» в самом лучшем смысле этого слова.

Мы получили ключи и направились к нашему куполу, который стоял на самом краю территории.

— Ого… он огромный! — вырвалось у меня, стоило переступить порог.

Внутри пространства казалось еще больше из-за высоких потолков. Две большие двуспальные кровати и одна дополнительная односпальная. Огромный телевизор, холодильник и, что самое важное, — кондиционер! Внутри было блаженно прохладно. Это было больше похоже на уютную гостиную, чем на палатку. А вид на море прямо из кровати был просто сказочным.

— Потрясающе! Красота! — Изуми с разбега нырнула на кровать вместе с Хиёри. — Так, давайте сразу решим, кто с кем спит!

Вопрос был щекотливый. У нас две двуспалки и одна «допка». Обычно такие номера на четверых, но нас пятеро.

Первая мысль: Изуми и Эйдзи вместе (они же пара). Значит, я и Аой-сан на второй кровати, а Хиёри — на раскладушке? Но спать в одной постели с Аой на глазах у друзей и младшей сестры… Это чертовски неловко, даже если мы уже это делали раньше.

— Акира-кун… — Изуми посмотрела на меня с хитрым прищуром и похлопала по матрасу. — Уж не нафантазировал ли ты себе чего?

— Да у меня и в мыслях не было ничего пошлого!

— Ой, а кто говорил про «пошлое»? — подловила она меня.

Я покраснел. Хиёри добавила масла в огонь:

— Братик, ты бы видел свою рожу сейчас… Мне за тебя стыдно.

Аой-сан рядом неловко и виновато улыбалась. Ситуацию спас Эйдзи, раскладывая продукты в холодильник:

— Я лягу на дополнительную кровать. Акира — с Хиёри-чан, а Изуми — с Аой-сан.

Логично. Как ни крути, спать разнополыми парами (кроме Изуми с Эйдзи) в такой компании не принято. Я не спал с Хиёри в одной кровати с начальной школы, так что будет немного странно, но это лучший вариант. Вариант «я и Эйдзи на одной кровати» даже не рассматривался.

— Прости, Эйдзи, что тебе досталась раскладушка, — сказал я.

— Забей. Всё, разбираем вещи, переодеваемся и на пляж! У меня желудок уже к позвоночнику прилип!

Девочки остались переодеваться в куполе, а мы с Эйдзи ушли в сантехнический блок. Мужское переодевание заняло пару минут, и вот мы уже сидим на деревянной террасе, смотрим на море и ждем дам. Из палатки доносились звонкие девичьи голоса и смех.

Честно говоря, я не могу передать, как долго я ждал этого дня. Прошел ровно год с того момента, как я впервые увидел Аой-сан в купальнике в том переполненном бассейне. И сейчас моё сердце готово было выскочить из груди.

Стоит мне зажмуриться, и я до сих пор отчетливо вижу образ ее прошлогоднего купальника, запечатленный на внутренней стороне век. Мне даже не нужно полагаться на память — я могу любоваться им когда захочу, ведь те фотографии сохранены в моем телефоне. Белое бикини с оборками и ярким цветочным принтом… Несмотря на пестроту, оно не выглядело вызывающим. Ткани было немного, но образ оставался невинным. Аой-сан в нем была воплощением элегантности и грации — настоящая черноволосая красавица.

Интересно, какой купальник она приготовила в этом году? Пока я сгорал от предвкушения, из палатки донесся голос:

— Извините, что заставили ждать!

Я обернулся еще до того, как Изуми договорила. В ту же секунду сердце пропустило удар, а дыхание перехватило.

— Простите, что так долго.

Передо мной стояла Аой-сан. Она уже переоделась и держала в руках белое худи. На ней было простое бикини с завязками на шее, небесно-голубого цвета — даже ярче, чем само небо над нами. В отличие от прошлого года, где были оборки, этот дизайн открыто подчеркивал линию ее декольте. Но не только перед приковывал взгляд: тонкие завязки на шее оставляли спину почти полностью открытой. Этим купальником можно было любоваться с любого ракурса.

«Аой-сан, не могла бы ты повернуться на секунду?» — пронеслось в голове.

Кстати, по бокам плавок тоже были завязки. Ох уж эта вечная загадка для всех старшеклассников мира: развяжутся ли они, если за них потянуть? С одной стороны, я как парень был бы не против такой «слабой защиты», но с другой — я жутко переживал, что она может случайно оголиться перед какими-нибудь проходимцами с грязными мыслями. Так что я чувствовал острую необходимость подойти и проверить прочность узлов лично.

«Слышь, извращенец, ты ведь и сам один из тех парней с «грязными мыслями»», — сам себе ответил я.

— Между прочим, эти завязки не развяжутся, даже если ты их дернешь, — внезапно подала голос Изуми.

— Да я вовсе об этом и не думал! — выпалил я.

Похоже, мой взгляд был слишком уж красноречивым, раз она меня так легко раскусила. Я поднял глаза, чувствуя смесь разочарования, облегчения и жуткой неловкости. Аой-сан густо покраснела и, пряча взгляд, попыталась прикрыться худи. Боже, почему смущение девушки выглядит так притягательно?

— О-хо-хо? — Изуми снова перешла в наступление. — Акира-кун, а рожа-то у тебя в этом году еще более похотливая, чем в прошлом!

[[image:/storage/reader-images/390ca4ad273c7af96816eab0098b601d6b658a33.jpg]]
— Да ни за что! В прошлом году было два миллиметра пошлости, и в этом столько же! Почти не изменился!

Кстати, на Изуми было бикини нежно-оранжевого цвета, напоминающее закатное солнце. Дизайн был довольно смелым — с завязками спереди и снизу, акцентирующими внимание на ложбинке, но на Изуми это не смотрелось вульгарно. Как и в прошлом году с ее желтым купальником, яркие цвета и дерзкие фасоны идеально сидели на ней, подчеркивая ее образ энергичной и обаятельной девушки. Впрочем, долго пялиться на девушку лучшего друга было бы верхом неприличия.

Чтобы мой взгляд не засосало в декольте Изуми, я поспешно вернул глаза к ложбинке Аой-сан.

— Подумай о чувствах своей сестры, которой приходится наблюдать твою извращенную физиономию, — раздался ледяной голос Хиёри.

— Да почему ты опять об этом…

Хиёри выбрала танкини — раздельный купальник, где верх был похож на майку-камисоль, а низ дополнен юбочкой. Он был не таким открытым, как у старших девочек, но лавандовый цвет и цветочный узор отлично подходили к ее «холодному» образу. Ей очень шло… но смотреть на родную сестру в купальнике — это всегда странное и запутанное чувство.

— Ну так что, Акира-кун? Скажешь что-нибудь Аой-сан? — Изуми мастерски перевела стрелки на меня.

— Э-э… Ну, тебе очень идет. Очень в твоем стиле, Аой-сан.

— Ох, спасибо… — Аой-сан улыбнулась, всё еще заливаясь краской.

— Прошлогодний был хорош, но этот… более смелый?

— Это… Изуми-сан мне посоветовала.

— Хм?..

Знакомое чувство дежавю накрыло меня с головой.

— Она сказала, что в этом году купальник должен быть откровеннее, чем в прошлом…

Я выразительно посмотрел на Изуми. Та демонстративно отвернулась, а ее глаза забегали из стороны в сторону. Всё ясно. Опять она за свое. Пользуясь кристальной честностью Аой-сан, которая не умеет сомневаться в людях, Изуми продолжает вбивать ей в голову всякие странности.

В прошлом году в бассейне она убедила ее, что «старшеклассницы обязаны носить бикини». На вилле Эйдзи она заявила, что «лучший способ сблизиться — это пойти мыться вместе», из-за чего Аой ворвалась ко мне в ванную. А теперь она придумала «правило ежегодного повышения смелости». Я не жалуюсь, я даже благодарен за это счастье, но если следовать этой логике, то через пару лет ткани на Аой-сан совсем не останется… Я начал одновременно предвкушать это и… то есть, я хотел сказать, волноваться!

— М-может, хватит уже смотреть? — голос Аой-сан, достигшей предела своего смущения, вернул меня в реальность.

— Да, спасибо! То есть, прости!

— Ничего…

Аой-сан окончательно спряталась под худи. Жаль, конечно, что шоу закончилось так быстро, но спешить некуда.

— Кажется, все готовы. Пошли на пляж!

— Ага! Сначала пообедаем в пляжном домике!

Под предводительством Изуми мы покинули глэмпинг. Грея себя мыслью, что теперь я смогу любоваться этим купальником сколько угодно, я зашагал к морю с небывалым воодушевлением.

***

Мы шли вдоль берега еще минут десять. Когда мы наконец добрались до пляжа, там стало еще многолюднее. На часах было почти два дня — пока закупались и заселялись, время пролетело незаметно. Но в этом был свой плюс: обеденный пик прошел, и в пляжных кафе было относительно свободно.

Мы впятером зашли в ближайшее заведение и уселись за стол.

— Что будешь заказывать, Аой-сан? — спросил я.

— Даже не знаю, глаза разбегаются.

Меню пестрело классикой: якисоба, жареные кальмары, франкфуртские сосиски, кукуруза на гриле, холодная китайская лапша… И, конечно, горы десертов вроде строганого льда.

— Извините! Мы готовы сделать заказ! ♪ — не успел я и глазом моргнуть, как Изуми подозвала официантку.

— Изуми, подожди, мы еще не…

— Нам, пожалуйста, всё, что есть в разделе основного меню! ♪

— Чего-о?! — я чуть не подавился воздухом.

Официантка, в отличие от меня, пришла в полный восторг от такого «королевского» заказа и умчалась на кухню. Судя по ликованию поваров, которое донеслось до нас, отмена заказа была уже невозможна.

— Ты хоть понимаешь, сколько это еды… — я почувствовал, как к горлу подкатывает фантомная тошнота.

— Да не парься! На пятерых — это всего ничего, — спокойно отмахнулась Изуми.

Я хотел поспорить, но вспомнил бездонные желудки наших девушек. Прошлый барбекю, сбор клубники… Сколько раз я видел, как они поглощают горы еды? Вот и сейчас паниковал только я. Аой-сан, наоборот, сияла от счастья: «Здорово, можно попробовать всё сразу!». Её хвостик радостно качался из стороны в сторону. Серьезно, аппетит девушек — это какая-то непостижимая тайна природы.

Вскоре три официанта начали заставлять наш стол блюдами. Места не хватило, и им пришлось приставить соседний столик. Глядя на это море еды, я издал какой-то странный звук — то ли стон, то ли всхлип. Но девушки уже вовсю орудовали палочками, раскладывая еду по тарелкам.

— Итадакимас!

В итоге мои опасения оказались напрасными: всё исчезло в желудках дам с поразительной скоростью. Я даже не успел опомниться, как они заказали себе по порции какигори на десерт.

После обеда мы с Эйдзи отправились в пункт проката. Мы взяли «полный пакет»: зонт, шезлонги, подстилки и надувные круги. Приятно всё-таки путешествовать налегке, когда за деньги можно арендовать абсолютно всё на месте. Я воспользовался компрессором, чтобы надуть огромного дельфина, которого выпросила Хиёри.

— Ладно, пошли к девчонкам.

Мы вышли из проката и увидели их в толпе. Они прыгали и махали нам руками. Я невольно засмотрелся на… скажем так, «вертикальные колебания» летнего сезона, которые происходили при каждом их прыжке. Признаюсь, я специально шел чуть позади Эйдзи, чтобы наслаждаться этим зрелищем как можно дольше.

Мы быстро обустроили «базу»: я и Аой ставили зонт, Эйдзи и Изуми стелили коврики, а Хиёри сходила за напитками для сумки-холодильника.

— Ну всё, купаться! — скомандовала Изуми.

Девушки скинули худи. В этот момент мой взгляд намертво прилип к спине Аой-сан. Благодаря завязкам на шее её спина была полностью открыта. Белоснежная, чистая кожа, сияющая как фарфор… Это было настолько эстетично, что любые пошлые мысли на миг просто испарились, уступив место чистому восхищению. Сочетание изящной шеи и безупречной спины — я был просто счастлив, что дожил до этого момента.

— Акира, извини, что прерываю твой сеанс созерцания, — усмехнулся Эйдзи.

— О чем ты вообще? — я включил режим «непонимания», хотя понял, что спалился.

Мы решили дежурить у вещей по очереди. Эйдзи остался первым, а я последовал за троицей девушек в воду.

Они резвились как дети. Хиёри верхом на дельфине окатывала Изуми брызгами, та отбивалась, а Аой-сан носилась между ними, пытаясь увернуться. Глядя на них — красивых, искренних, забывших о макияже и прическах — я почувствовал какое-то странное умиротворение. Это и есть та самая «молодость».

Но идиллию нарушали липкие взгляды парней-плейбоев, которые так и кружили неподалеку. И я их понимал: три красавицы на любой вкус. Элегантная Аой, яркая Изуми и холодная, не по годам развитая Хиёри. Если бы я был посторонним, я бы тоже глаз не мог оторвать.

— Акира-кун, помоги мне! — позвала Аой-сан, спасаясь от «водных атак» Изуми.

Я бросился на помощь, косо поглядывая на местных пижонов, чтобы те видели: девушки не одни. Аой-сан спряталась за мою спину, и…

— Получай!

— Буль!

Весь заряд соленой воды от Изуми и Хиёри прилетел мне прямо в лицо и рот. Они не знали пощады.

— Стойте, я дышать не могу! — взмолился я, но они только смеялись. — Аой-сан, бежим!

Я схватил Аой за руку, и мы рванули вглубь…

— Берегись! — крикнула Хиёри.

Я обернулся и увидел спину какого-то парня, который пятился прямо на нас, не глядя. В воде маневрировать трудно, поэтому я не придумал ничего лучше, как резко дернуть Аой-сан на себя и закрыть её своим телом.

Удар! Мы не удержались на ногах и вместе рухнули в воду.

— Аой-сан, ты цела? — первым делом спросил я, когда мы вынырнули. Она лежала лицом вниз у меня на груди и молчала. Я испугался: неужели ударилась? — Ты ранена?.. Хм?

Тут я заметил, что её уши стали пунцовыми. Я приподнялся, придерживая её одной рукой, и увидел её лицо — оно было красным, как спелый помидор.

— Я-то в порядке, но… — прошептала она.

Я огляделся и понял, почему на нас так пялятся все мужчины вокруг. Взгляды были полны жгучей зависти. Я прижимал к себе Аой-сан в её открытом купальнике. Почти кожа к коже. Это выглядело как сцена из боевика, где герой закрывает героиню от взрыва. Ощущение её мягкой, нагретой солнцем кожи вызвало в моей груди волну неописуемого счастья.

— О-ой, прости! — я резко отстранился, не зная, куда деть дрожащие руки.

— Нет, это тебе спасибо… — Аой-сан смущенно опустила глаза.

Мы и раньше обнимались, но ТАК близко — никогда. Я всё еще чувствовал тепло её тела. Честно говоря, в глубине души я хотел бы, чтобы этот хаос длился вечно и я мог обнимать её еще и еще.

— Ребята, вы как? — подоспела Изуми. Мне показалось, или она специально медлила, чтобы дать нам «момент»? И почему Хиёри направляет на нас телефон в водонепроницаемом чехле?

Изуми помогла Аой встать.

— Всё хорошо, Акира-кун меня защитил.

Я тоже поднялся, отряхиваясь от песка. Ничего не болело — вода и песок сработали как отличная подушка.

— Ну, раз все целы, продолжаем! Только будьте осторожнее, — сказал я, хотя моё сердце всё еще бешено колотилось.

Нас ждало еще много плавания, но это объятие уже стало для меня главным событием дня.

***

После того случая мы продолжили наслаждаться пляжем, уже поглядывая по сторонам. Хиёри устроилась на надувном дельфине, мерно покачиваясь на волнах. Изуми тут же захотела присоединиться и запрыгнула сзади. Она позвала и Аой-сан, но дельфин, рассчитанный на одного, не выдержал троих: равновесие пошатнулось, и вся компания с громким плеском ушла под воду.

Девушки вынырнули, вытирая мокрые лица и заливаясь смехом. Атмосфера была настолько легкой, что любое движение вызывало у них приступ неконтролируемого хохота. Спустя еще полчаса таких игр я сдался.

— Изуми, я пойду немного передохну.

— Окей! Заодно позови Эйдзи-куна, ладно?

— Понял.

Я отправился к нашему зонту. Среди сотен разноцветных куполов найти свой было непросто, но Эйдзи заметил меня первым и помахал рукой.

— Хорошо, что ты меня увидел, а то я бы заплутал.

— В такой толпе и правда легко потеряться, — ответил Эйдзи, сверяясь с телефоном. — Почти шесть вечера. Народу поубавилось, те, кто приехал на день, уже потянулись к выходу.

— Я посижу тут, а ты иди к ним, развлекись.

— Договорились. Присмотри за вещами.

Проводив Эйдзи, я устроился в кресле и достал из холодильника ледяную газировку. Блаженное чувство свежести разлилось по телу. Я уже приготовился наблюдать за друзьями издалека, как вдруг заметил неладное.

— Хм?

Среди Изуми и остальных, весело плещущихся у берега, не было Аой-сан. Я огляделся, решив, что она отошла в туалет, но тут услышал её голос рядом.

— Акира-кун, можно мне тоже присесть?

— Ой! — я обернулся. Аой уже стояла под зонтом. — Я думал, ты там.

— Я увидела, что ты уходишь, и пошла следом. Тоже захотелось немного отдохнуть.

Я достал из холодильника напиток и для неё.

— Ну, и как тебе твоё первое море?

— Это было… невероятно! — Аой-сан ответила с такой искренней и светлой улыбкой, что у меня не осталось сомнений.

Иногда, когда человек по-настоящему тронут или счастлив, он не может подобрать сложных слов. Аой сейчас была именно в таком состоянии.

— Синева воды, палящее солнце, запах соли, холод волн и песок под ногами… Всё это такое новое и живое. Если бы я только знала раньше, что море — это так весело…

«Если бы я знала раньше»… В этих словах прозвучала легкая грусть. Я понимал: её семейная ситуация просто не позволяла ей радоваться жизни раньше. Но теперь всё иначе. И слова сами сорвались с моих губ.

— Давай приедем сюда и в следующем году.

— Э?.. — Аой-сан замерла с бутылкой в руках.

— И в следующем, и через год. Если у Эйдзи и Изуми не получится, приедем вдвоем. Говорят, зимнее море тоже по-своему прекрасно.

— Акира-кун…

— Всё, что ты захочешь сделать. Я буду рядом и поддержу тебя столько раз, сколько потребуется.

Мы начали перечислять места, куда хотели бы поехать, и вещи, которые хотели бы попробовать. Щеки Аой-сан раскраснелись — то ли от загара, то ли от моих слов. Время летело пугающе быстро. Солнце начало клониться к закату, и внезапно наступило шесть часов. Пора было собираться.

— Я пойду сдам арендованное снаряжение, — сказал я.

— Я помогу, одному тебе не дотащить, — отозвалась Аой.

— Спасибо. Ребята, приберете тут мусор?

— Без проблем, — ответила Изуми за всех.

Мы нагрузились вещами: я взял сумку-холодильник и зонт, Аой — складные кресла. На полпути к прокату она вдруг замерла.

— Ой, мы забыли подстилку!

— Точно.

— Оставь кресла здесь, я быстро сбегаю и вернусь.

— Хорошо, жду.

Аой-сан убежала назад. Я сдал зонт и холодильник, вернулся за креслами, но Аой всё не было. Сердце предательски кольнуло тревогой. Я поспешил в сторону нашей базы и увидел…

Двое парней преградили дорогу Аой-сан.

— Эй, крошка, ты откуда такая?

— Может, затусим вместе?

Классика. Я уже собирался вмешаться, но остановился, услышав её ответ.

— Простите, я не могу. Меня ждут друзья, — голос Аой-сан звучал твердо и решительно. Она вежливо поклонилась, но даже не двинулась с места.

Парни не унимались:

— Твои друзья — девчонки? Позови их тоже!

Аой продолжала спокойно отказываться. Я вспомнил прошлый год, фестиваль… Тогда она дрожала от страха, не в силах ни уйти, ни ответить. А сейчас передо мной был совсем другой человек. Она не боялась.

«Но сейчас не время для восхищения», — одернул я себя и вышел вперед, встав между ними.

— Эй, ребят, шли бы вы отсюда.

— Хм? А ты еще кто?

— Акира-кун!

Парни сразу ощетинились. Опыт прошлого года научил меня: такие типы становятся агрессивными, когда их обламывают. Поэтому нужно бить по слабым местам.

— Я её парень. И советую вам уйти по-хорошему.

— С чего бы это?

— С того, что она несовершеннолетняя.

Лица парней мгновенно изменились.

— Вы ведь взрослые люди, да? Сами понимаете, что общение с несовершеннолетними по закону и социальным нормам может обернуться для вас большими проблемами. Одно заявление в полицию — и прощай работа, прощай спокойная жизнь семьи. Оно вам надо?

Мой спокойный, но жесткий тон сработал.

— Тц… пошли отсюда, — буркнул один из них, и они поспешно скрылись в толпе.

— Аой-сан, ты как? — я повернулся к ней.

— Всё хорошо. Спасибо, что выручил, — она улыбнулась. Совершенно спокойно, без тени того ужаса, что был раньше. — Прости, я сказала им, что меня ждут, но они не верили.

Я почувствовал огромное облегчение. Она не только стала сильнее, она знала, что я рядом. Мы забрали подстилку и вернулись к остальным.

Когда мы наконец покинули пляж, солнце уже скрылось за горизонтом.

— Как красиво… — тихо произнесла Изуми.

Шумный пляж затих. Граница между небом и морем размылась, окрашивая всё вокруг в невероятные оттенки от густого синего до ярко-оранжевого.

— Это «магический час», — сказал я. — Те самые пятнадцать минут после заката, когда свет становится волшебным.

Аой-сан достала телефон и начала фотографировать. На экране снимки выглядели как кадры из профессионального кино.

— Только ради этого вида стоило приехать сюда… — прошептала она.

Мы стояли на берегу, очарованные уходящим светом, и никто не хотел двигаться, пока магия не рассеялась окончательно. Я знал точно: этот день и этот закат я не забуду никогда.

***

Вернувшись в глэмпинг, мы сразу принялись за ужин. Я решил не переодеваться: запах дыма от барбекю всё равно пропитает одежду, так что остался в купальных шортах и худи. После морской воды я сполоснулся еще на пляже, а на жаре всё быстро высохло, так что было даже прохладно и комфортно. К тому же, это давало мне легальный повод подольше любоваться Аой-сан в её купальнике.

— Ну что, начнем?

Мы установили гриль на деревянной террасе.

— Так, распределяем обязанности! — скомандовала Изуми. — Мы с Эйдзи на подхвате, Хиёри — нарезка овощей.

— Принято, — отозвалась Хиёри.

Мы с Аой-сан взяли на себя морепродукты. Чтобы не толкаться, мы ушли в кухонный блок сантехнического модуля. На самом деле я просто хотел подготовить лобстеров в секрете, чтобы эффект сюрприза был сильнее.

Мы выложили моллюсков в раковину. В идеале их надо чистить щеткой и вымачивать в соленой воде ночь, но у нас не было времени, поэтому мы просто тщательно промыли их под краном. Аой терла раковины, а я вскрывал их ножом.

Сначала пошли гребешки. Я подрезал мускул, разделял створки и удалял горькую часть — «уро».

— Как будем их приправлять? — спросила Аой-сан.

— К гребешкам идеально подходит сливочное масло и соевый соус. Я как раз купил пачку масла.

— Звучит вкусно! Я тогда нарежу его кусочками.

Затем настала очередь чалков. Тут важна скорость: если ковыряться долго, моллюск плотно захлопнет крышку. Я ловко подцепил мясо, отделил части, которые могут горчить из-за песка, и вернул нежную мякоть обратно в раковину.

— А здесь какой соус?

— Давай используем понзу для свежести? — предложила Аой. — И сверху посыплем мизуной, которую купила Хиёри.

— Идеально. Ты действительно стала профи в готовке, Аой-сан.

И наконец — главный калибр. Я достал коробку с лобстерами. Три красавца были еще живы и шевелили усами.

— О-о-ох! — вырвалось у нас обоих, когда я разрезал их вдоль. Полупрозрачное мясо выглядело так аппетитно, что захотелось съесть его сырым в виде сашими, но я сдержался. Мы же на барбекю!

Я тщательно удалил всё лишнее и выложил ингредиенты на поднос.

— Пора возвращаться.

Когда мы вышли на террасу, ребята уже всё подготовили.

— Мы готовы, давайте скорее… Э? — Изуми замерла с щипцами в руках, уставившись на поднос. — Это… это что, ЛОБСТЕРЫ?!

Глаза Изуми и Хиёри вспыхнули азартным огнем.

— Они были дорогие, поэтому я сомневался, — признался я. — Но мы ведь на море! Давайте разделим их на всех.

Правда, стоило начаться самому процессу, как случилось ожидаемое дежавю. Все уже сидели за столом.

— Ребят, а готовить кто будет?

— Ну, гриль маленький, если все набегут — будет бардак, — резонно заметила Изуми.

— И щипцы всего одни, — добавила Хиёри.

В общем, как и в прошлом году, я занял пост шеф-повара.

— Эх вы… Не ешьте только мясо, налегайте и на овощи!

— Есть! ♪ — хором ответили девушки.

Я выложил гребешки на самый жар. Когда масло растаяло, а соевый соус зашипел, по округе поплыл божественный аромат.

— Пахнет просто убийственно! — простонала Изуми.

Аой-сан смотрела на гриль завороженным взглядом.

— Готово! — я разложил гребешки и чалки по тарелкам.

Изуми первой впилась в еду. У неё было такое смешное лицо от восторга, что она стала похожа на персонажа из комедийной манги. Аой-сан, попробовав чалку с понзу, прикрыла рот рукой.

— Боже, как вкусно… И текстура такая приятная!

Она съела свою порцию в мгновение ока и с грустью заглянула в пустую раковину. Я молча переложил свою порцию ей в тарелку.

— Ой, нет, Акира-кун, ешь сам!

— Я уже пробовал, а раз тебе так нравится — ешь. Мне приятно.

Аой-сан замялась, посмотрела на меня, а потом… подхватила кусочек палочками и поднесла к моему рту.

— Давай тогда пополам?

Я вспомнил прошлый год. Тогда она тоже кормила меня мясом, пока я стоял у гриля.

— Спасибо, — я принял угощение. Это было чертовски вкусно.

— Вкусно?

— Обалденно! Хочу еще!

— Конечно, вот, держи, — Аой с нежной улыбкой отправила мне в рот еще кусочек.

И тут я почувствовал на себе три тяжелых взгляда. Изуми, Хиёри и даже Эйдзи смотрели на нас в полной тишине. Как говорится, их глаза кричали громче слов.

— Я… на всякий случай спрошу: что не так? — буркнул я.

— Просто вспоминаю прошлый год, — картинно вздохнула Изуми. — Такая ностальгия.

— Ага, — поддакнула Хиёри. — Раньше братик впадал в ступор от одного «косвенного поцелуя», а теперь смотри-ка, какой уверенный. Надеюсь, ты не забыл, что я всё это снимаю?

Я покраснел. Когда она успела достать телефон?!

— Ну и что? Мы же просто едим, — попытался я включить «режим крутого парня».

— Да-да, мы ничего не говорим! Продолжайте, не стесняйтесь! — Изуми заржала.

Чтобы заткнуть эту «соседскую сплетницу», я выложил на гриль лобстеров. Сначала панцири стали ярко-красными, затем мясо побелело. Я добавил масло, соль, перец и немного сока лайма. Аромат был такой, что даже Эйдзи придвинулся ближе.

Когда я подал лобстеров на стол, девушки устроили им настоящую фотосессию. Аой-сан ловко разделала мясо на кусочки, чтобы всем хватило. Изуми, едва проглотив первый кусок, издала неописуемый звук.

— Кажется… — прошептала Аой-сан, — я жила всю жизнь только ради этого момента.

Это было слишком глубокомысленно для простого ужина, но я её понимал. Мы продолжали пировать, пока ночь окончательно не опустилась на побережье, слушая только шум волн и треск углей.

***

К половине девятого вечера ужин был закончен. Мы были сыты и довольны. После короткого отдыха решили привести себя в порядок. В нашем куполе был душ, но в главном здании можно было арендовать частную купальню на двоих-троих. По счастливой случайности она оказалась свободна, и девушки отправились туда первыми. Мы с Эйдзи забронировали её на завтрашний вечер.

Пока дамы были в душе, мы с Эйдзи устроились на террасе с холодными напитками. Давно мы не сидели вот так, вдвоем.

— Как тебе на новом месте? В новой школе? — внезапно спросил Эйдзи.

Он выбрал идеальный момент. Эйдзи всегда такой: он не хотел спрашивать при всех, чтобы я мог ответить честно, не боясь кого-то расстроить. Если бы у меня были проблемы, он бы просто выслушал. Он слишком крут. Будь я девчонкой, точно бы в него влюбился и составил конкуренцию Изуми.

— На самом деле, я хотел сказать тебе спасибо, — ответил я. — Всё идет отлично, и это во многом твоя заслуга.

— Вот как? Рад слышать, — Эйдзи облегченно улыбнулся.

— Понимаешь, раньше, когда я менял школы, я просто сдавался. Думал: «Раз всё равно уезжать, зачем заводить связи?». Но благодаря тебе, Аой-сан, Изуми и ребятам из класса я понял, что есть чувства, которые не нужно оставлять в прошлом.

— Благодаря мне? — Эйдзи искренне удивился.

— Да. Потому что ты помнил меня. Прошло шесть лет с детского сада, но когда я вернулся в город в средней школе, ты встретил меня простым «С возвращением». Это был первый раз, когда я почувствовал: меня не забыли.

Эйдзи не стал скромничать, чтобы не обесценить мои чувства, и просто кивнул с гордостью. Я уверен: даже если через двадцать лет мы снова разойдемся, при встрече мы останемся такими же лучшими друзьями.

— Могу я спросить об Аой-сан? — я решил сменить тему. — Как она там, в школе?

Эйдзи рассказал, что во втором классе Аой, хоть и попала в другой класс, отлично адаптировалась. Она завела друзей и, что самое поразительное, стала старостой класса! Её выдвинули ребята, и она согласилась, узнав, что Изуми тоже староста в своем классе.

— Она так сильно изменилась… — я был поражен.

— Да, — подтвердил Эйдзи. — Я раньше думал, что люди не меняются. Характер, заложенный в детстве, — это на всю жизнь. Но глядя на Аой, я изменил мнение. Если человек действительно хочет измениться ради чего-то важного — это возможно. И для неё этим «важным» стал ты, Акира. Я даже немного вам завидую. У нас с Изуми стабильные, равные отношения, но в них нет такого мощного толчка к росту. Ваша встреча — это судьба.

Я слушал его и думал: а ведь я, по сравнению с Аой-сан, совсем не изменился.

— Это не так, — мягко возразил Эйдзи. — Мы часто не замечаем собственного роста. Но я, как человек, знающий тебя лучше всех, гарантирую: ты стал другим. Ты перестал сдаваться.

Его слова разогнали тучи в моей душе. В этот момент на террасу вышли девушки. Распаренные после ванны, с влажными волосами и раскрасневшимися щеками, они выглядели невероятно в этом летнем сумраке. Изуми тут же без сил рухнула на стол, а Хиёри убежала в палатку и вернулась с огромным пакетом фейерверков.

— Ого, когда вы успели их купить? — удивился я.

— Пока вы лобстеров выбирали! — хихикнула Изуми.

Аой-сан смотрела на пакет с восторгом ребенка:

— Я никогда раньше сама не запускала фейерверки!

Мы взяли зажигалки, ведро с водой и пошли на пляж. Ветерок с моря приятно освежал. Вокруг то и дело вспыхивали огни — другие компании тоже развлекались. Мы зажгли свечу и начали раздавать огонь.

Яркие вспышки, запах пороха, смешанный с морским бризом, смех девчонок… Это было слишком роскошно для одного вечера. Я присел на песок, наблюдая за ними, когда ко мне подошла Аой-сан.

— Акира-кун, ты не будешь играть?

— Я побуду на страже огня и ведра, не переживай.

— Но тогда ты один… — она засунула руку в пакет и с торжествующим «Нашла!» выудила пачку «сэнко-ханаби» (японские бенгальские огни с капающим воском). — С ними можно сидеть рядом и никуда не бегать.

[[image:/storage/reader-images/62874e565284d6b7cb16ee0e579ebcaad68c8ba9.jpg]]
Мы зажгли по одному. Маленький огненный шарик на кончике тонкой палочки затрещал, рассыпаясь искрами, похожими на цветы хиганбаны.

— Красиво… — прошептала Аой.

— Большие салюты — это круто, но в этих есть свое особое очарование, правда?

— Да. Жаль только, что они так быстро догорают.

Огонек погас и упал в песок черной каплей. Я протянул ей следующую палочку.

— Посидишь со мной еще немного?

— Конечно.

Той ночью небо над пляжем расцветало сотнями огней, но я не мог оторвать взгляда от лица Аой-сан, освещенного лишь маленькой искоркой в её руке. Она была прекраснее любого фейерверка.

----------

Пляж, купальники и глэмпинг. День второй

— Хмм…

Следующим утром меня разбудил ослепительный солнечный свет, пробивающийся сквозь щели в шторах. Я потянулся за телефоном, лежащим у подушки — было чуть больше пяти утра. Обычно в такое время я сразу засыпаю обратно, но сегодня чувствовал себя необычайно бодрым. Чтобы не тревожить остальных, я тихо выбрался из постели, взял из холодильника баночку чая и вышел на террасу.

— О-о-ох… — вырвалось у меня при виде пейзажа. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая всё вокруг в сочные оранжевые тона. Прохладный утренний ветерок приятно холодил щеки, окончательно прогоняя остатки сна.

— Какой красивый рассвет… — раздался голос сзади.

Я обернулся: там с мягкой улыбкой стояла Аой-сан.

— Прости, я тебя разбудил?

— Нет, я проснулась даже раньше тебя, — она покачала головой и присела рядом. — Наверное, из-за отпуска я слишком воодушевлена.

Мы были похожи на детей перед пикником или школьников в долгожданной поездке. Это маленькое сходство заставило меня улыбнуться. Пока остальные спали, я вспомнил одну статью, которую читал перед поездкой. Сейчас было идеальное время для того самого места.

— Еще есть время, не хочешь прогуляться? — я протянул ей руку.

— С удовольствием.

Я пообещал ей показать кое-что особенное, и мы отправились в сторону пляжа, где были вчера. Утренний берег был почти пуст: лишь пара серферов вдалеке и люди, выгуливающие собак. Спустя двадцать минут прогулки под шум волн Аой-сан внезапно замерла.

Прямо перед нами раскинулось магическое зрелище: мокрый песок превратился в гигантское зеркало, в котором идеально отражалось оранжевое небо и белые облака.

— Это «Зеркальный пляж», — объяснил я. — Такое случается на пологих берегах во время отлива, когда тонкий слой воды создает эффект зеркала. Но для этого нужны идеальные условия, как сегодня — почти полный штиль.

— Потрясающе… — прошептала Аой.

Она сбросила сандалии и вышла на кромку воды, придерживая край длинной юбки. Я начал фотографировать, любуясь тем, как её отражение танцует на поверхности воды. В этот момент я поймал себя на мысли: в будущем я хочу видеть её в каждом красивом месте, где окажусь. Хочу запечатлеть каждый такой момент.

— Акира-кун, что-то не так? — обеспокоенно спросила она, заметив, что я замер.

— Прости, просто засмотрелся на тебя и забыл нажать на кнопку.

Я переключил камеру в режим видео, чтобы не упустить ни секунды. Когда рассвет сменился ярким голубым небом, мы начали вместе просматривать отснятое. Затем настала моя очередь позировать — Аой-сан с энтузиазмом заправского фотографа начала снимать меня.

— Я бы хотела, чтобы у нас было общее фото, — тихо сказала она, глядя на экран.

Звать ребят было поздно — эффект зеркала скоро исчезнет. Но Аой-сан вдруг решительно направилась к девушке, гулявшей неподалеку с собакой. Через минуту она вернулась вместе с ней.

— Эта девушка согласилась нас сфотографировать! — Аой сияла.

Я был поражен. Та Аой, которую я знал раньше, была слишком застенчивой, чтобы вот так просто заговорить с незнакомцем. Она действительно изменилась, как и говорил Эйдзи прошлым вечером.

Мы позировали для нескольких снимков, а для финального кадра я предложил:

— Давай прыгнем вместе?

— Отличная идея!

Мы крепко взялись за руки. «Раз, два, три!» — и взмыли в воздух. Незнакомка поймала момент идеально.

После мы присели на берегу, чтобы еще раз взглянуть на фото. Но мои мысли то и дело возвращались к ней.

[[image:/storage/reader-images/37d6b87143e0a168be1fbbf0e6be31497eedad61.jpg]]
Я не мог поверить, что человек может так преобразиться всего за четыре месяца. Глядя на эту новую, уверенную Аой-сан, я чувствовал, как во мне крепнет решимость довести до конца то, что мы отложили перед моим отъездом.

***

Когда около семи утра мы вернулись в глэмпинг, остальные уже проснулись. Оказалось, ребята не на шутку разволновались, не обнаружив нас на месте. Проверив телефон, я увидел гору уведомлений. Я просто не хотел их будить, поэтому не оставил сообщения, но теперь чувствовал себя виноватым — стоило хотя бы написать записку.

— И где это вы пропадали вдвоем? — хором спросили Изуми и Хиёри.

В качестве оправдания я показал им утренние фотографии.

— Эй! Пошли вдвоем и нас не позвали? Это нечестно! — тут же посыпались жалобы.

— Простите… Если завтра будет хорошая погода, мы сможем сходить еще раз, — попытались мы с Аой-сан их успокоить.

Хотя, если честно… насчет Хиёри я не сомневался, но сможет ли Изуми встать так рано? В этот раз у меня не было с собой её любимых мандзю с полынью, которые обычно служили безотказной приманкой. В это время года «Зеркальный пляж» можно увидеть только на рассвете, так что для Изуми это будет настоящим испытанием. Я даже удивился, что она сегодня вообще встала в семь, но решил промолчать, чтобы не подливать масла в огонь.

«Эйдзи, в следующий раз, когда приедешь сюда в сезон, когда «зеркало» видно по вечерам, обязательно привези её», — мысленно пожелал я другу.

— Ну, какие планы на сегодня? — спросил я, когда мы принялись за завтрак.

Мы на скорую руку приготовили тосты с яйцом и устроились на террасе. Завтрак с видом на утреннее море — в этом было что-то по-настоящему умиротворяющее.

— Я думаю, сегодня стоит съездить в рыболовный порт неподалеку, — ответила Изуми.

— В порт?

— Да, там рядом с причалом есть рыбный рынок, — подхватила Хиёри, глаза которой азартно блеснули. Она уже успела провести целое расследование в сети. — Говорят, там можно купить рыбу, которую только что выловили, и сразу же её попробовать. Это очень популярное место, по выходным там даже припарковаться сложно.

Хиёри повернула ко мне экран телефона:

— Мы просто обязаны попробовать их фирменные морепродукты! Сегодня на обед у всех будут сифуд-донбури!

Фотографии выглядели настолько аппетитно, что слюнки потекли у всех.

— Выглядит отлично. Заодно можем купить там что-нибудь на ужин, — предложил я.

— Барбекю вторую ночь подряд? Ого, вот это роскошь! Но я только за, хочу свежей рыбки.

— Согласна. На рынке выбор точно будет круче, чем в том вчерашнем супермаркете.

Я подумал, что если встречу там те самые раковины-чалки, которые так понравились Аой-сан, обязательно куплю их побольше. Закончив с завтраком, мы начали активно собираться в путь.

***

Мы покинули глэмпинг около девяти утра. До рынка было примерно час ходьбы. Мы думали о автобусе, но ходят они редко, и с учетом ожидания вышло бы то же самое. В итоге решили идти пешком, сделав небольшой крюк, чтобы полюбоваться морем. К половине одиннадцатого мы были на месте.

— Как Изуми и говорила, народу тут тьма, — выдохнул я.

Несмотря на будний день, летние каникулы давали о себе знать. Рынок на берегу моря кишел туристами, семьями и парочками. Это место — одно из крупнейших в Канто, сюда ежегодно приезжает больше миллиона человек за свежайшим утренним уловом по доступным ценам. Вдоль причала тянулись ряды ресторанчиков с донбури и суши-барами, а к парковке уже выстроилась очередь из машин.

— Ну, с чего начнем? — я почувствовал, как просыпается азарт.

— Для начала стоит найти место для обеда, — приземлил меня Эйдзи.

Мне показалось, что рановато об этом думать, но друг пояснил:

— Здесь очередь в час — обычное дело. Если не запишемся сейчас, то к обеду места не дождемся.

Он был прав. Мы прошлись по ресторанчикам и выбрали один с очень аппетитными донбури. В списке ожидания перед нами уже были десятки имен, а официант озвучил время ожидания: полтора часа. Хорошо, что Эйдзи об этом позаботился.

— Так, до обеда — свободное время! Хиёри-чан, за мной! — Изуми схватила подругу за руку и скрылась в толпе.

— До встречи, — кивнул Эйдзи и последовал за ними.

Мы с Аой-сан остались вдвоем. Было очевидно, что друзья специально дали нам время побыть наедине.

— Пойдем?

— Пойдем.

Мы двинулись вдоль торговых рядов, взявшись за руки. Рынок растянулся почти на полкилометра: сушеная рыба, свежие морепродукты, деликатесы… Шум, крики зазывал и густой запах моря — здесь жизнь била ключом.

Мое внимание привлекли ряды с сушеной рыбой. Аромат скумбрии в мирине и вяленого ширасу был таким дразнящим, что захотелось немедленно раздобыть миску горячего риса. Продавцы хитро поджаривали кусочки для дегустации прямо на углу.

— Может, купим что-нибудь домой? — предложил я.

— Да, я бы взяла гостинец для бабушки. Она обожает сушеную рыбу и даже сама её готовит, — отозвалась Аой.

Продавец тут же подскочил к нам с тарелочкой. Порции для пробы были щедрыми.

— Хм… как вкусно! — я не смог сдержать восторг. Рыба была идеально сбалансирована по соли и сладости, а после сушки её вкус стал еще концентрированнее.

Когда я повернулся к Аой, чтобы спросить её мнение, она уже вовсю уплетала кусочек за кусочком, полностью погрузившись в процесс. Продавец, видя такой аппетит, расплылся в улыбке и подносил всё новые и новые образцы. В итоге через пятнадцать минут мы вышли из лавки с полными пакетами.

— Кажется, мы немного переборщили… — виновато улыбнулась Аой-сан.

— Зато она долго хранится. И вечером на барбекю пригодится. К тому же, Изуми и Хиёри наверняка уничтожат запасы вмиг.

Мы двинулись дальше к рядам со свежей рыбой и вдруг наткнулись на огромную толпу. Люди что-то радостно выкрикивали. Протиснувшись поближе, я увидел причину суматохи.

— Ого… это же устрицы!

На прилавке со льдом горой лежали огромные каменные устрицы. Всего за 400 иен их вскрывали прямо при тебе, предлагая лимон и соевый соус. Посетители довольно жмурились, проглатывая сочное мясо целиком.

— Акира-кун, я хочу попробовать! — глаза Аой-сан заблестели так умоляюще, что отказать было невозможно.

Мы взяли две штуки. Для Аой это был первый опыт. Я первым поднес раковину к губам. Текстура была нежной, сливочной, с ярким ароматом океана. Это был идеальный вкус лета — более свежий и легкий, чем у зимних устриц.

— Аой-сан, ну как те… — я обернулся и замер.

В руках у Аой было… две устрицы. Откуда взялась еще одна?

— Аой-сан, что случилось?

— Эмм… я просто хотела попробовать еще и с лимоном, — она смущенно отвела взгляд.

Оказалось, пока я наслаждался своим кусочком, она мгновенно проглотила свою порцию и, придя в полный восторг, тут же заказала добавку, причем и для меня тоже! Она прикрылась раковиной как щитом, пытаясь оправдаться. Это было так мило, что я не смог сдержать смех.

Мы вместе выжали лимон на вторую партию. Это было попадание в десятку — кислинка лимона подчеркнула свежесть моря. Мы просто переглядывались и кивали друг другу, потому что слова были лишними.

— Решено. Покупаем! — сказал я.

Я взял сразу десять штук, решив, что вечером мы их еще и поджарим на гриле. Щедрый продавец накинул сверху еще две в подарок.

— Вечером будет устричный пир! — Аой-сан почти светилась от счастья.

Мы двинулись вглубь рынка, мимо аквариумов с живой рыбой, лобстерами и морскими ушками. Азарт захватил нас обоих. Хоть это была всего лишь вторая лавка, руки уже были полны покупок, но впереди был целый рынок и поиски идеального ужина.

***

Спустя полтора часа прогулки по рынку мы снова встретились у входа в ресторан морепродуктов. Всё, что можно было отправить почтой, мы уже оформили, а остальное сложили в камеры хранения.

— А вы двое налегке, — удивленно заметил Эйдзи при встрече. Он явно ожидал увидеть нас обвешанными пакетами.

— Наоборот, — усмехнулся я. — Мы накупили столько, что пришлось всё спрятать в локеры.

— И почему я до этого не додумался! — воскликнула Изуми. Она стояла, еле удерживая гору покупок в руках. Хиёри тоже была нагружена так, будто совершила налет на торговый центр.

Я забрал у Хиёри один из пакетов, чтобы облегчить ей ношу. Вскоре нас пригласили к столу.

Меню было настоящим испытанием для воли. Фотографии донбури выглядели так ярко, что глаза разбегались: тут и классический тунец, и нежный лосось, и сверкающая икра, и «Дзюшоку» из десяти видов рыбы, и опаленный на огне «абури», и даже морские ежи… А еще обязательно нужно заказать мисо-суп с водорослями аоса.

— Не могу выбрать, всё выглядит слишком вкусно, — вздохнула Аой-сан.

— Тогда съешь всё! — выдала Изуми свою обычную «философию обжорства».

Учитывая, что Изуми после еды могла превратиться в неподвижный груз, который пришлось бы тащить на себе до самого лагеря, я надеялся, что она хоть немного придержит аппетит.

— Аой-сан, на чем остановимся? — спросил я.

— Хмм… Наверное, возьму микс из тунца и икры. Но «Дзюшоку» тоже очень манит.

— Тогда я закажу «Дзюшоку», а ты сможешь попробовать из моей тарелки любой кусочек сашими, какой захочешь.

— Правда? Тогда давай поделимся!

Хиёри, глядя на нашу идиллию, немного надулась и вставила:

— Я возьму «абури». Если хотите, я тоже дам вам попробовать.

Она явно не хотела оставаться в стороне от Аой. Видеть, как Хиёри, которая обычно всё делает сама и не любит ни от кого зависеть, пытается так неуклюже проявить нежность к Аой-сан, было очень трогательно. Я рад, что у моей сестры появился человек, которому она так доверяет.

Спустя пятнадцать минут ожидания стол превратился в произведение искусства. Рыбы было столько, что риса под ней не было видно. Цвета были такими сочными, что мы все синхронно достали телефоны — удержаться от фото было невозможно.

— Приятного аппетита! — хором сказали мы и взялись за палочки.

Я начал с морского леща. Несмотря на то, что сезон только начинался, рыба была жирной и сладкой. У Аой-сан в глазах стоял такой восторг, что слова были не нужны. Сегодня я видел её счастливое лицо каждый раз, когда она что-то пробовала.

— Обязательно попробуй икру, Акира-кун! Она просто лопается во рту! — Аой положила мне порцию.

Это было нечто! Текстура была плотной, почти как у жевательной конфеты, а когда икринка лопалась, её вкус идеально смешивался с рисом. Кажется, я мог бы есть это вечно. Затем я попробовал опаленного тунца-кацуо от Хиёри — имбирь сверху придавал идеальную свежесть для жаркого дня.

Подняв голову, я обнаружил, что за столом стоит полная тишина. Все ели молча. Это истинный признак по-настоящему вкусной еды.

После обеда мы еще пару часов побродили по рынку и вызвали такси до глэмпинга — пакетов стало слишком много. К трем часам дня мы уже раскладывали продукты в холодильник.

— Ну, какие планы дальше? — спросил я.

— Разумеется, на пляж! До самого заката! — отрезала Изуми.

— Сейчас? В такое время?

Но девушки уже вовсю разбирали свои купальники, которые сушились с ночи.

— Самое время! Лето же, солнце еще высоко. Жаль тратить такой день! — Изуми подошла ко мне и заговорщицки прошептала на ухо: — К тому же… ты ведь еще не налюбовался Аой-сан в купальнике, верно?

— Чт…?! — я вспыхнул.

— Считай это моим подарком тебе на память об этом лете. Так что с тебя причитается.

— …Ладно. Можешь забрать одну мою закуску на ужине.

— Договорились! — Изуми довольно хихикнула.

Я начал собираться, чувствуя, как внутри всё замирает от предвкушения. Вчера я совсем забыл сделать нормальные фото на пляже. Сегодня я это исправлю.

***

— Ах, теплая вода — это так приятно…

После пляжа мы вернулись в глэмпинг как раз к закату. Снова накинув худи поверх купальников, мы принялись за ужин. Рыбное барбекю удалось на славу: запеченные каменные устрицы с соусом понзу были просто божественны.

Позже мы с Эйдзи отправились в частную купальню. Я давно не грелся в горячих источниках и хотел расслабиться, но из-за летней жары долго не выдержал. Извинившись перед другом, я вышел раньше.

— И всё же, после ванны пот никак не унимается…

Хотя с наступлением ночи стало прохладнее, макушка лета давала о себе знать. Я взял из холодильника холодный чай и присел на террасу, чтобы остыть.

— Ты быстро вышел, — Аой-сан подошла ко мне с напитком в руках.

— Ага, не захотелось долго сидеть.

— Всё еще жарко? Может, прогуляемся немного, чтобы освежиться?

— Хорошая идея. Пойдем.

Мы пошли вдоль берега. Ночное море, залитое лунным светом, сильно контрастировало с яркой синевой дня. Шум прибоя стал единственным звуком в этой тишине. Прохладный бриз наконец-то высушил капли пота на моей коже.

— Завтра уже возвращаться… — с легкой грустью сказала Аой-сан.

— Немного тоскливо, — согласился я. — Мы давно так никуда не выбирались вместе.

Аой-сан остановилась и, придерживая волосы рукой, чтобы они не разлетались на ветру, посмотрела на море.

— Акира-кун, ты рад, что поехал?

— Да. Я очень счастлив… и, прежде всего, благодарен.

— Благодарен?

— За то, что Эйдзи и Изуми относятся ко мне так же, как и раньше.

Я признался ей, что всегда был пессимистом в отношениях. Привык, что при переезде связи рвутся. Я боялся, что по возвращении всё будет иначе, но мои опасения оказались напрасными. Впервые я почувствовал, что мне есть куда возвращаться.

— Но меня поразило не только то, что наши отношения не изменились, — продолжил я.

— А что еще? — Аой-сан любопытно склонила голову.

— Твои перемены. Всего за четыре месяца ты научилась готовить, стала активно помогать людям… Я увидел в тебе столько новых сторон.

Она стала смелее, решительнее. Раньше она была нежной и пассивной, но теперь в ней появилась внутренняя сила. Это был уже не просто «изменение», а настоящий рост.

— Если я и смогла вырасти, то только благодаря тебе, Акира-кун, — Аой-сан смущенно улыбнулась. — Из-за того обещания, которое мы дали друг другу.

Того самого обещания. Мы решили, что расставание — это шанс проверить чувства и стать самостоятельными. Мы не хотели зависеть друг от друга, мы хотели встретиться вновь уже повзрослевшими личностями.

— Но теперь я понимаю, — добавила она, прижав руку к груди, — что меняться только «ради кого-то» — это не совсем настоящая независимость. Я начала пробовать новое ради тебя, но со временем захотела меняться ради самой себя.

Это был её ответ на вопрос о том, что значит быть независимой. Она нашла причину стараться внутри себя, а не в другом человеке. Глядя на её сияющую улыбку, я понял: Аой-сан больше не нуждается в моей защите так, как раньше. Она твердо стоит на ногах. И это осознание заставило мою потребность «опекать» её окончательно исчезнуть.

И тогда я подумал: может быть, пришло время найти ответ для наших отношений? Чувства, которые я хранил со времен детского сада и той ночи на крыше школы, начали переполнять меня.

— Аой-сан… — я уже был готов произнести эти слова.

— Эй, вы двое! Я купила мороженое! — закричала Изуми, махая нам с дороги.

Её голос мгновенно вернул меня в реальность.

— Пойдем назад, — сказал я.

Честно говоря, в этот момент я был даже благодарен Изуми за то, что она меня прервала. Я чуть было не выпалил всё слишком поспешно.

Мы вернулись и до поздней ночи сидели все вместе, смеясь и уплетая мороженое. Но глубоко внутри я продолжал обдумывать то, что на самом деле чувствую.

----------

Пляж, купальники и глэмпинг. День третий

Утром последнего дня, закончив с завтраком, мы начали спешно собираться. Для Хиёри это был последний день пребывания здесь, и с окончанием этой поездки мы все должны были вернуться домой. Учитывая время на дорогу, нам нужно было выехать до полудня, так что на все планы оставалось только утро. Мы старались покинуть глэмпинг как можно скорее.

Нашей следующей целью был местный океанариум. Он находился примерно в сорока минутах ходьбы от лагеря — как раз между пляжем и рыбным рынком. Это один из крупнейших океанариумов в регионе Канто, очень популярный среди туристов. Главная его гордость — огромный резервуар, где в свободном плавании кружат более десяти тысяч медуз. В интернете писали, что это место обожают девушки за возможность сделать потрясающие фото.

— Может, попросим на ресепшене вызвать такси?

— Хорошая идея, время у нас ограничено.

Пока мы оформляли чек-аут, нам вызвали машину. Путь, который занял бы сорок минут пешком, на такси пролетел за считанные мгновения.

— О! Совсем не похоже на океанариум! — выпалила Изуми, едва выйдя из машины.

И она была права. Здание выглядело скорее как стильный современный торговый центр с огромной парковкой. Если бы не большой логотип с акулой на стене, можно было бы засомневаться: «А туда ли мы приехали?»

— Идем скорее, у нас мало времени! ♪ — Изуми потащила Эйдзи к кассам, а мы последовали за ними. Получив билеты и брошюры, мы направились к входу.

— Хиёри… — позвал я сестру.

— Что такое?

— Как насчет того, чтобы сегодня мы погуляли втроем: я, ты и Аой-сан?

Хиёри удивленно посмотрела на меня, хотя её лицо оставалось по-прежнему бесстрастным. Обычно в таких ситуациях Эйдзи и Изуми старались оставить нас с Аой наедине. Но сегодня я хотел, чтобы они сами насладились временем как пара, не думая о нас. А еще я хотел, чтобы Хиёри наконец-то пообщалась с Аой-сан. За всю поездку у них почти не было моментов только для двоих, хотя было видно, что Хиёри очень тянется к ней.

— …Можно? — Хиёри пристально посмотрела мне в глаза, без слов спрашивая: «Я точно не буду мешать?»

— Да, конечно, — я взглядом подтвердил: «Не беспокойся».

— Если Аой-сан не против…

— Вовсе нет. Давайте погуляем вместе, — мягко ответила Аой.

Услышав это, Хиёри маленькими шажками подбежала к Аой-сан и взяла её за руку. Та в ответ нежно сжала её ладошку. Я подал знак Эйдзи, он понимающе кивнул, и они с Изуми ушли вперед.

Океанариум делился на семь зон: от местных рыб до коллекции акул со всего мира и интерактивных площадок с дельфинами. Первой была зона рыб местных морей. Хиёри и Аой с горящими глазами рассматривали знакомые виды, будто играя в угадайку.

— Ах…

— Акира-кун, что случилось? Лицо у тебя какое-то странное.

Они обе с любопытством уставились на меня.

— Ну, я понимаю, что думать об этом в океанариуме как-то невежливо, но… — я указал на аквариум перед нами.

— Ах… — вырвалось у Аой-сан, едва она проследила за моим взглядом.

Там копошился огромный, впечатляющий лангуст. Мы ели таких всего два дня назад, и этот экземпляр был раза в два больше тех.

— …Выглядит вкусно, — пробормотала Аой и тут же в ужасе спохватилась: — Н-нет! В смысле, он красивый, но я не то чтобы хочу его съесть!

— Всё в порядке, я тебя понимаю, — успокоил я её.

Аой-сан явно мучилась от чувства вины за то, что её аппетит оказался сильнее эстетического восторга. Рядом с ней Хиёри без тени сомнения добавила: «Запечь бы его с маслом…»

— Ну правда, это же было безумно вкусно… — Аой-сан поникла, признавая поражение. Боже, как же это было мило!

С тех пор как я осознал свои чувства, каждое её движение казалось мне невероятно очаровательным. Чтобы не выдать себя, я предложил поскорее перейти к следующему аквариуму. Но там нас ждали… ракушки сазаэ на дне.

— Сазаэ на гриле… А-а-ах! — Аой-сан схватилась за голову. Кажется, её мозг окончательно переключился на еду.

Мы с Хиёри осторожно подтолкнули её к выходу из этой зоны. Пройдя по коридору, мы попали в полумрак.

[[image:/storage/reader-images/46c21ee258f0dc0117153e38d83e4648e713427d.jpg]]
Потолок был темным, лишь маленькие лампы подсвечивали пол. Но аквариумы сияли изнутри синим, фиолетовым и неоновым светом. В воздухе плыла тихая музыка. Место казалось магическим.

— …Медузы?

Да, в воде медленно, словно в замедленной съемке, парили бесчисленные медузы.

— Красота… — прошептала Аой-сан, подбегая к стеклу. — Я люблю медуз. Когда смотришь на них, на душе становится так спокойно. Я могу наблюдать за ними часами.

— Я тоже их люблю, — добавила Хиёри. — Научно доказано, что вид медуз снижает стресс и помогает расслабиться.

Это действительно работало. Глядя на них, я чувствовал, как уходит всё напряжение. Мы дошли до главного экспоната — гигантского резервуара высотой два и шириной пять метров, где роились тысячи ушастых аурелий.

— Потрясающее зрелище…

Аой-сан и Хиёри подошли к самому стеклу, завороженно глядя на этот танец в воде. Они выглядели такими прекрасными и хрупкими в этом приглушенном свете, что я не удержался и сфотографировал их. Надеюсь, Аой-сан простит мне это маленькое шпионство, когда я покажу ей снимок позже. В этот момент они обе выглядели по-настоящему счастливыми.

***

Насладившись зоной медуз, мы прошлись по остальным залам. Время поджимало, поэтому мы не могли задерживаться надолго в каждом секторе, но прогулка всё равно получилась замечательной. Доказательством тому были довольные улыбки на лицах Аой-сан и Хиёри.

Немного жаль, что из-за расписания мы не попали на шоу дельфинов, но это явно не последний наш визит сюда. Я обязательно дождусь шанса вернуться. Осмотрев всё, мы направились к сувенирной лавке у самого выхода.

Мы разминулись с Эйдзи и Изуми где-то по пути, поэтому решили зайти в магазин первыми и подождать их там. Лавка была забита до отказа: мягкие игрушки в виде рыб, брелоки и бесконечное множество всяких мелочей. Из-за толпы посетителей приходилось идти осторожно, чтобы никого не задеть.

— Раз уж мы здесь, может, купим что-нибудь на память?

— Да, хочется чего-то особенного.

Пока мы с Аой-сан присматривались к витринам, раздался голос:

— Акира, Аой-сан.

Мы обернулись — Хиёри махала нам, стоя чуть поодаль. Любопытствуя, что же она нашла, мы подошли ближе. Хиёри пристально разглядывала брелоки, выставленные перед ней.

— Хочешь такой? Я могу купить его тебе.

Хиёри сняла брелок с крючка и протянула нам.

— Какая прелесть! — тут же отреагировала Аой-сан.

Это был брелок в виде ушастой медузы. Выполненный в милом «деформированном» стиле, маленький акриловый кулон идеально ложился в ладонь. Он отлично смотрелся бы на пенале или сумке.

«А, так вот чего она хочет», — подумал я.

— Ладно, я куплю его, давай сюда.

Я потянулся, чтобы забрать брелок, но Хиёри вдруг отдернула руку.

— Не хочешь?

Она молча покачала головой, давая понять, что дело в другом. Я растерялся, но тут она тихо произнесла:

— Я хочу… одинаковые…

— Одинаковые?

— Чтобы осталась память о том, как мы гуляли втроем…

Хотя её лицо оставалось бесстрастным, щеки Хиёри залил едва заметный румянец — ей было немного неловко.

— Хорошо. Пусть у всех нас будут такие.

— Да, я тоже очень хочу такой же, — поддержала Аой-сан.

Хиёри, которая редко открыто говорит о своих желаниях, в этот раз решилась их озвучить.

[[image:/storage/reader-images/0d5b275e1ab92d234ec66aff243758f265d435e7.jpg]]
После этого никаких сомнений не осталось. Как только мы оплатили покупку, Хиёри тут же прицепила брелок к своей любимой сумке и счастливо заулыбалась, любуясь им.

Вскоре к нам присоединились Эйдзи и Изуми, которые немного задержались. Мы все вместе купили подарки и, наконец, покинули океанариум.

***

Вот так и подошло к концу наше замечательное трехдневное путешествие в глэмпинг. Мы возвращались в город, где я жил раньше, на том же поезде, на котором приехали.

Сначала мы проводили Хиёри, затем попрощались с Эйдзи и Изуми и сели в свой вагон. Я не знал точно, когда мы увидимся с друзьями снова, но на душе было спокойно — я больше не волновался о том, что наша связь может прерваться. Я просто с нетерпением ждал нашей следующей встречи.

В поезде Аой-сан, окончательно вымотанная насыщенным днем, прислонилась ко мне и уснула. Глядя на её спящее лицо, я невольно задумался о том, как быстро пролетело это путешествие… и о том, что время, которое мне осталось провести рядом с ней, тоже неумолимо истекает.

— Счастливые моменты всегда пролетают слишком быстро… — пробормотал я, по-настоящему осознав смысл этих слов.

Расставание уже совсем близко, оно маячит на самом краю горизонта.

И что же мне делать с тем временем, которое у нас осталось?

…Нет, больше нет нужды задаваться этим вопросом. То, чего я хочу, уже предельно ясно.

Я не собираюсь ничего скрывать или оставлять недосказанным. Сейчас у меня есть только одно желание — донести свои истинные чувства до Аой-сан.

Я твердо решил: до того как закончатся эти летние каникулы, я признаюсь Аой-сан в любви.

----------

Признание в ночь летнего фестиваля

Прошла неделя с поездки в глэмпинг. Одним солнечным днем…

Мы с Аой-сан были по уши в делах: до фестиваля оставалось всего два дня.

Во время праздников Обон многие жители были заняты семейными делами, поэтому подготовка затянулась. Но теперь, когда праздники закончились, все дружно взялись за работу, чтобы успеть в срок. Мы с Аой-сан каждый день ходили в общинный центр на подмогу.

Сегодня мы обустраивали сцену на территории храма, где будет проходить фестиваль: развешивали фонари, монтировали иллюминацию и возводили торговые лавки вдоль главной дороги к святилищу. Подготовка вышла на финишную прямую. Завтра останется только финальная проверка. Мы решили закончить все основные работы сегодня и трудились до самой темноты.

Когда зажглись первые фонари и праздничные огни, раздался голос господина Кимишимы:

— Огромное спасибо всем за тяжелый труд! На сегодня работа окончена.

Тут же раздались дружные аплодисменты. Люди благодарили друг друга и обменивались теплыми словами.

— Спасибо за работу!

— Тебе тоже, Акира-кун. Спасибо, что помог нам.

Я чувствовал невероятное воодушевление от того, что этот долгий марафон по подготовке к фестивалю завершился так гладко. К нам подошел господин Кимишима.

— Аой-чан, Акира-кун, вы оба отлично потрудились. Благодаря вам мы успели вовремя.

Он протянул нам руку для рукопожатия.

— Особенно ты, Акира-кун. Хоть ты здесь и гость, но помогал до самого конца. Мы тебе очень благодарны.

— Что вы, это я должен благодарить за такой ценный опыт, который редко выпадает городскому жителю.

— В наше время трудно найти таких ребят, как вы. Аой-чан и так нам очень помогает, но если бы в деревне было больше такой молодежи, как ты, будущее этого места было бы светлым… хотя, как знать? — Кимишима-сан на мгновение замялся.

— Что вы имеете в виду?

— Ну… ты и правда собираешься стать её мужем и остаться здесь?

— П-пожалуйста, не шутите так! — я хотел было продолжить, но вовремя осекся.

Хоть он и улыбался, его глаза были серьезны. Я кожей чувствовал, что в этой «шутке» больше половины правды. В этой деревне, как и во многих других, население стремительно стареет, и молодые люди здесь — на вес золота.

Я вспомнил компанию старшеклассников, которых видел недавно у магазина. Было трудно представить их душами компании среди местных жителей. Будучи «чужаком», я понимал, что не имею права вмешиваться в дела деревни, но именно поэтому не мог отвечать пустыми любезностями.

— Простите, но я не могу ничего обещать, — честно ответил я.

— Вот как… — Кимишима-сан кивнул, и в его голосе промелькнуло разочарование.

— Но я совершенно точно хочу приехать в эту деревню снова.

— В таком случае мы все будем ждать тебя с распростертыми объятиями, — добавил он уже с искренней улыбкой. — Надеюсь, вы оба вдоволь повеселитесь на фестивале.

— Да, мы планируем насладиться им сполна!

Мы закончили последние сборы, попрощались со всеми и покинули храм.

Час признания неумолимо приближался. Осталось совсем немного.

***

И вот, наконец, наступил день фестиваля.

— Аой-сан, ты скоро? — позвал я.

Небо уже начало окрашиваться в золотистые тона заката, когда мы закончили последние сборы перед выходом.

— Почти всё. Прости, что заставляю ждать.

— Ничего, я подожду в гостиной.

— Спасибо.

Я постучал в дверь её комнаты и присел на подушку в гостиной. Пытался глубоко дышать, чтобы успокоиться, но с самого утра сердце было не на месте. И это неудивительно — ведь именно сегодня я собираюсь снова открыть ей свои чувства.

«Во второй раз… или как это вообще считать?» — задумался я.

Тогда, той ночью в постели, когда я сказал «ты мне нравишься» — можно ли это было назвать признанием? Если считать признанием любое облечение чувств в слова, то, пожалуй, да. Но тогда это было скорее прояснением наших мыслей, чем полноценным признанием. Сейчас я не чувствовал, что «дело сделано». Наоборот, нервничал я куда сильнее.

«Решено. Буду считать, что сегодня — мое первое настоящее признание в любви в жизни».

— Стоило это решить, как коленки затряслись еще сильнее…

— Что это тебя так пугает? — раздался внезапный голос.

— Ува-а-а! — я подпрыгнул на месте от неожиданности.

Обернувшись, я увидел Аой-сан. Она уже переоделась в юкату.

— Д-да нет, ничего такого!

— Правда? — она с любопытством склонила голову, явно заметив мой испуг.

Я изо всех сил старался скрыть смущение от того, что она подслушала мои мысли вслух. Аой-сан, не став допытываться, грациозно покрутилась на месте, демонстрируя свой наряд.

— Ну… как тебе?

Я лишился дара речи. Красота Аой-сан была настолько ослепительной, что я не мог вымолвить ни слова. На ней была та самая юката с синими гортензиями, которую она надевала на фестиваль в прошлом году. Глубокий синий цвет, украшенный яркими цветами — этот образ мгновенно воскресил в памяти тот дождливый вечер нашей первой встречи, когда гортензии так же пышно цвели вокруг.

Но почему сейчас эта юката кажется мне еще прекраснее, чем год назад?

Потому ли, что я давно не видел её в традиционном наряде? Или потому, что этот образ идеально подчеркивает её повзрослевшую красоту? А может, это всё предстартовый мандраж перед признанием делает каждый миг таким особенным?

Как бы то ни было, Аой-сан выглядела так чудесно, что мне стало почти неловко смотреть на неё.

— Тебе очень идет. Это ведь та же юката, что и в прошлом году?

— Сначала я думала купить новую, но мне так нравится этот узор, что захотелось надеть её снова.

— Мне она тоже очень нравится. Цвет и гортензии тебе необычайно к лицу. Ты просто красавица.

— Правда? Я так рада… — Аой-сан застенчиво улыбнулась, и эта милая улыбка заставила мое сердце пропустить удар.

— Ну что, идем?

— Да.

Мы вышли из дома. Ладонь, которую я сжимал в своей руке, казалась мне горячее, чем обычно.

***

Храм стоял у подножия холма. Несмотря на то, что молодежи в этих краях мало, на фестивале было на удивление много школьников.

— Надеюсь, этот праздник станет мостом между поколениями, — прошептал я.

— Да. Уверена, община работала именно ради этого, — отозвалась Аой-сан.

Мы направились к главному храму. Очередь была длинной, мимо проплывали дразнящие ароматы еды из лавок, но сначала — молитва. Когда подошел мой черед, я закрыл глаза. Я хотел просить за нас с Аой, но внезапно поймал себя на другой мысли: «Пусть старые и молодые в этой деревне найдут общий язык». Как чужак, я, возможно, не имел права на такие просьбы, но, видя старания жителей, не мог иначе. Эта молитва укрепила мою решимость — будущее наших отношений с Аой-сан зависит не от богов, а от меня самого.

Открыв глаза, я встретил взгляд Аой.

— О чем ты так долго молился?

— Чтобы поколения в этой деревне стали ближе друг к другу.

Она удивленно замерла, а потом сияюще улыбнулась:

— Я просила о том же самом.

Мы окунулись в атмосферу праздника: ели сладости, стреляли в тире и ловили бумажными сачками золотых рыбок. Время летело незаметно, и вот до фейерверка осталось полчаса. Мы зашли в штаб к господину Кимишиме, чтобы поблагодарить его. Тот, хитро улыбнувшись, прошептал:

— Есть одно тайное место на холме, о котором мало кто знает. Лучший вид на салют. Считайте это наградой за помощь.

Мы пошли по указанному пути, но вдруг чей-то голос окликнул её:

— О, Аой? Ты всё-таки пришла.

Группа парней-старшеклассников преградила нам дорогу. Один из них подошел слишком близко, заглядывая ей в лицо.

— Аой-сан, это твой знакомый? — спросил я, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение.

— Да ладно тебе! — парень нагло ухмыльнулся. — Неужели ты забыла, как я был добр к тебе после переезда? Или ты уже решила стать моей девушкой?

Его друзья загоготали. Аой-сан побледнела: «Н-нет, Акира-кун, всё не так…»

Хулиган бесцеремонно схватил её за плечо, пытаясь оттащить от меня: «Этот деревенский фестиваль — скукотища. Но погулять с тобой — сойдет за развлечение».

Я почувствовал, как ярость ослепляет меня. Не только из-за его рук на её плече, но и из-за того, как легко он обесценил труд всех жителей.

— Убери руки. И закрой рот, — я перехватил его запястье.

Я узнал его — один из тех парней у магазина. Теперь я понял, почему Аой тогда просила пойти другой дорогой. Она терпела эти домогательства в одиночку, не желая меня волновать.

— Больно! Отпусти, урод! — он вырвался, а его дружки обступили нас кольцом.

— Не лезь не в свое дело, если не хочешь проблем, городской.

— Проблемы будут у вас, — отрезал я. — Вы не только оскорбили праздник, но и пристаете к моей девушке. Вы убираетесь отсюда прямо сейчас.

В этот момент раздался громовой голос Кимишимы-сана, который подоспел с охраной. Он увел парней в штаб, пообещав во всем разобраться позже, и велел нам наслаждаться вечером.

Когда мы отошли, Аой-сан тихо прошептала: «Прости меня…»

Мы присели на скамью, и она всё рассказала: как этот парень преследовал её от самой станции, как навязывался и не принимал отказов.

— Аой-сан, — я мягко взял её за руки, — я знаю, ты хотела быть независимой и решить всё сама. Но независимость — это не значит делать всё в одиночку. Это значит знать свои границы и уметь просить помощи у тех, кому доверяешь.

Она посмотрела на меня с такой надеждой и облегчением, что тучи на её лице окончательно рассеялись.

— Спасибо, Акира-кун. Мне стало гораздо спокойнее.

Мы двинулись к «секретному месту» Кимишимы. Узкая тропинка вела вверх по склону. Я подсвечивал дорогу телефоном и помогал Аой, которой было трудно идти в деревянных сандалиях-гэта. Наконец, мы вышли на открытую площадку.

Весь поселок лежал под нами как на ладони. Последние лучи заката погасли, и наступила тишина. Мы сели на траву, и в этот миг первая искра прорезала небо.

Бам!

Небо взорвалось тысячами огней. Звук отдавался в самой груди. Это был самый прекрасный салют в моей жизни. Мы сидели плечом к плечу, забыв про еду и напитки, завороженные этим зрелищем. Но я знал — как только погаснет последний залп, настанет время для слов, которые изменят всё.

Фейерверк закончился спустя тридцать минут. Мы еще немного посидели на холме, наслаждаясь тишиной и доедая остывшую еду. Когда музыка на площади окончательно стихла, стало ясно — фестиваль подошел к концу.

— Пора возвращаться.

— Да.

Мы собрали мусор и начали спускаться. В темноте, подсвечивая дорогу лишь телефоном, идти было труднее, чем подниматься. И вдруг…

— Ах! — негромко вскрикнула Аой-сан.

— Что случилось? — я тут же направил свет ей под ноги.

У её сандалии-гэта

порвался ремешок. Я осмотрел обувь: крепление вылетело с корнем, починить на месте было невозможно.— Ну как там? — обеспокоенно спросила она.

Я присел и повернулся к ней спиной.

— Ремешок не починить. Давай, запрыгивай, я понесу тебя.

— …Хорошо. Спасибо.

Я подхватил её, и мы двинулись по тропе мимо рисовых полей. Ощущение её тепла на спине вызвало у меня острую вспышку ностальгии.

— В прошлом году, после фестиваля, ты ведь тоже так нес меня, помнишь? — тихо спросила Аой-сан.

— Помню. Я как раз об этом подумал.

Всё было почти так же: те же приставания хулиганов, та же сломанная обувь, та же дорога домой. Ситуация повторилась почти до мелочей, и я невольно улыбнулся. Мы оба на мгновение погрузились в эти воспоминания.

Внезапно Аой-сан крепче обхватила мою шею руками.

— Акира-кун, можно один вопрос?

— М-м? Что такое?

— То, что ты сказал тогда… про «мою девушку»…

— А-а!? — я вздрогнул. Не ожидал, что она поднимет эту тему именно сейчас.

Меня накрыло дежавю. Тот же разговор, что и год назад.

— Ну, я подумал, если скажу, что у тебя есть парень, они быстрее отстанут, — выдал я ту же фразу, что и тогда.

— Вот как… Понятно… — и ответ её был точь-в-точь как в прошлом году.

Но… хотя слова были прежними, чувства внутри были совсем иными. Это больше не было ложью во спасение. Это была правда, рвущаяся наружу.

— Аой-сан, — я остановился, пытаясь унять колотящееся сердце. — На самом деле, всё не совсем так.

— Не так?

— Я назвал себя твоим парнем не просто чтобы они отстали.

Слова полились сами собой. Вся тревога, что мучила меня последнюю неделю, испарилась. Я понял, что ждал этого момента слишком долго.

— С той самой ночи, когда я признался тебе в чувствах, ничего не изменилось. Мои слова тогда на площади — это не оправдание для хулиганов. Это то, что я искренне чувствую всем сердцем.

— Акира-кун…

Я аккуратно спустил её на землю. Аой-сан стояла передо мной босиком, а я, не отпуская её рук, смотрел прямо в её глаза.

— Я приехал сюда не просто из беспокойства. Я приехал, чтобы во всем убедиться. Убедиться в своих чувствах и перевести наши отношения на новый уровень. Аой-сан, ты мне очень нравишься. Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой.

Мир вокруг замер. Замолкли даже цикады. Время будто остановилось в этой бесконечной тишине.

— …Да.

Прошло всего мгновение, но оно показалось вечностью, прежде чем она прошептала:

— Ты мне тоже очень нравишься, Акира-кун. Я хочу быть твоей девушкой.

Мир, до этого серый от ночных теней, вдруг вспыхнул для меня миллионами красок. Это не было просто радостью — это было нечто новое, смесь облегчения, восторга и глубокого счастья, которое можно почувствовать, только когда твоя любовь оказывается взаимной.

— Спасибо… — только и смог выговорить я. Мои руки слегка дрожали.

— Пожалуйста, береги меня.

— И ты меня. Обещаю, теперь мы всегда будем вместе.

Мы неловко улыбнулись друг другу и, снова устроив Аой-сан на спине, продолжили путь к дому.

Полгода с той ночи на День святого Валентина, когда мы пообещали друг другу стать самостоятельными.

Пять месяцев с того дня, когда мы расстались, пообещав встретиться вновь.

Наконец-то мы открыли друг другу сердца и официально стали парой.

[[image:/storage/reader-images/3818f689c1bd173cd6c8284c6ecfe9182d079897.jpg]]

----------

Эпилог и послесловие автора

Эпилог

Прошло два дня после ночи фестиваля. Сегодня утро моего отъезда после почти трех недель пребывания здесь.

Я поблагодарил бабушку Аой-сан, которая только что вернулась домой, за всё её гостеприимство и доброту. На прощание она в шутку бросила: «В следующий раз возвращайся уже как законный зять». Теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что слухи о «женихе» по всей деревне не просто преувеличение, а дело рук самой бабушки, верно?

Так или иначе, мы с Аой-сан вместе отправились на станцию. До моего поезда оставалось всего несколько минут, и мы стояли на перроне, наслаждаясь последними мгновениями.

— Я знаю, мы только начали встречаться, а нам уже предстоит разлука. Тебе может быть одиноко, но я обещаю выкраивать время и приезжать к тебе.

Аой-сан улыбнулась своей привычной нежной улыбкой и покачала головой.

— Всё в порядке. Ведь теперь всё совсем иначе, чем раньше.

— И то верно.

Как и сказала Аой-сан, это прощание на платформе разительно отличалось от того, что было четыре месяца назад. Теперь, когда наши чувства взаимны, нет нужды в глубокой печали.

— Но… расставаться каждый раз всё равно немного грустно, да? — добавила она.

И это не было прежней зависимостью. Это простое и естественное желание не разлучаться с любимым человеком. Чем больше счастья приносит встреча, тем острее горечь разлуки.

Внезапно я задумался — сколько еще раз мне придется заставлять Аой-сан чувствовать эту грусть?

— Аой-сан…

Я не хотел, чтобы она снова это чувствовала. Мысль сорвалась с языка прежде, чем я успел её обдумать.

— Давай когда-нибудь снова жить вместе.

— Э?.. — Аой-сан замерла от неожиданности.

— Я не знаю, когда именно это будет. Но когда мы закончим школу, станем взрослее и сможем твердо стоять на ногах… давай снова жить в одном доме, как раньше.

Тревога, всё еще таившаяся в глазах Аой-сан, медленно растаяла.

— Да… Когда-нибудь я обязательно хочу снова жить с тобой, Акира-кун.

В этот момент на перроне раздалось объявление о прибытии поезда. Я посмотрел на рельсы: вдалеке уже показался состав.

— Акира-кун…

— Да. Кажется, пришло время прощать… — !?

Я повернулся к ней, чтобы сказать последние слова, но внезапно всё перед глазами потемнело. Что-то закрыло мой обзор — вернее, чье-то лицо оказалось так близко, что фокус расплылся. И в следующее мгновение я почувствовал нечто мягкое и теплое на своих губах.

Я осознал, что произошло, только когда Аой-сан отстранилась.

— Э-э… это… — я окончательно потерял дар речи и засуетился, не зная, куда деть руки.

Аой-сан смотрела на меня, и её щеки залил густой румянец.

— Я даже не знаю, что сказать… Для меня это в первый раз.

— А для меня — уже в третий.

— Э-э-э!? — я почувствовал себя так, будто рухнул из рая в ад. — То есть… это был не первый твой поцелуй, Аой-сан?

От этого шокирующего признания я чуть не расплакался от досады и разочарования.

— Первый… был в ту ночь, когда мы остановились в одном номере во время выпускного путешествия.

— Выпускное путешествие?..

— Второй… в ночь на День святого Валентина, прямо перед тем, как я уехала.

— Валентинов день?..

В памяти всплыли обрывки воспоминаний. Та ночь на диване… странное ощущение тепла, когда я спал… и Аой-сан с красным лицом, прижимающая пальцы к губам, когда я проснулся.

— Погоди… Неужели оба раза… это было со мной?

Аой-сан озорно улыбнулась и кивнула.

— В то время я была сама не своя. Перед расставанием с тобой мне хотелось оставить о себе какое-то осязаемое воспоминание. Одного фото было мало, поэтому я украла поцелуй, пока ты спал.

Смущенно отведя взгляд, она добавила: «Впрочем, дело-то прошлое, верно?»

— Я вообще ничего не заметил…

— Это потому, что ты очень крепко спал, Акира-кун.

«В следующий раз, пожалуйста, делай это, когда я не сплю!»

Шок сменился смесью изумления, безграничного счастья и жгучего стыда. Я едва контролировал свои эмоции, но чувствовал огромное облегчение от того, что все три раза это были «мы».

Поезд замер у платформы, двери открылись. Прозвучал сигнал к отправлению. Я поспешно запрыгнул в вагон и обернулся к Аой-сан.

— Четвертого раза я буду ждать с нетерпением!

— Да! До встречи!

Двери закрылись. Я махал рукой до тех пор, пока фигурка Аой-сан не скрылась из виду. Так мы попрощались, унося с собой новое обещание, которое обязательно воплотим в жизнь.

Послесловие

Всем привет! С вами Юдзумото Харуто.

Время летит невероятно быстро, и вот серия «Bocchi Gal» добралась уже до пятого тома. Первый том был опубликован в сентябре 2021 года, и, не успел я оглянуться, как пролетело полтора года.

Тот факт, что эта история продолжает выходить — целиком и полностью заслуга вашей поддержки, дорогие читатели. Я знаю, что эти слова могут звучать обыденно, но я искренне, от всего сердца благодарен вам. Я буду очень рад, если вы и дальше продолжите следить за историей любви наших героев.

Благодаря вашей поддержке серия в кратчайшие сроки получила адаптацию в виде комикса (манги), которая сейчас активно выходит. Манга привносит свою уникальность, отличающуюся как от новеллы, так и от видео-манги. В ней есть выражения лиц и элементы сюжета, которые можно воплотить только в таком формате. Хотя я сам пишу эту историю, я каждый раз испытываю свежие эмоции, когда читаю версию в комиксах. Уверен, что читатели новеллы тоже получат от неё удовольствие. Так что, если вы еще не знакомы с мангой, я буду очень рад, если вы её оцените.

В марте, спустя всего месяц после выхода этого пятого тома новеллы, в свет выйдет первый печатный том адаптации комикса. Подробную информацию, как обычно, можно найти в моем официальном Twitter-аккаунте, у моего редактора Джо-сана или в аккаунте GA Comics. Обязательно подписывайтесь, чтобы быть в курсе новостей. Буду признателен за вашу поддержку и этого направления серии.

Напоследок, по традиции, хочу выразить благодарность всем причастным.

Огромное спасибо Магако-сан, которая неизменно отвечает за иллюстрации к новелле. Спасибо за потрясающие рисунки в этом томе. Все они великолепны, но особенно меня впечатлила улыбка Аой на третьей иллюстрации слева — она в точности такая, какой я её себе представлял. Это улыбка, которую Аой в начале истории никогда бы не показала; она отражает весь её рост и внутренние перемены.

Также благодарю Асагия-сама, отвечающего за видео-мангу на канале Manga Angel Neko Oka, и всех сотрудников этого канала за сотрудничество в адаптации.

И, конечно же, спасибо моему редактору, всему редакционному отделу, авторам-старшим коллегам и, самое главное, всем вам, кто прочитал эту работу.

Надеюсь, мы снова встретимся в следующем томе!

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/ee5fc1e50e729982d9499711bfcf30463d7a979c.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/22d3f58e7e0137956a437aa82d143f345038b436.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/ca4c11d3363872c0107a0358f111972278714989.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/a2e4d858ba04e55e8b5e5e9b698bcb4d7934241b.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/68682101fe6bc677b0bd30ac14cdb88e4ed183b3.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/aa8e3f52609def9a167f044119b1db149b956cb1.jpg]]

----------

Пролог

Летние каникулы моего второго года в старшей школе. Прошел год и два месяца с тех пор, как я начал жить вместе с Аой.

Эти дни казались одновременно и бесконечно долгими, и мимолетными. Пройдя через всё, что нам выпало, мы с Аой, наконец, стали парой. Если оглянуться назад, произошло действительно много всего. Возможно, еще слишком рано называть это просто «прекрасными воспоминаниями», но стоит мне закрыть глаза, и кажется, будто время, проведенное с ней, было только вчера.

Все началось в начале июня нашего первого года обучения. В тот дождливый день, когда гортензии были в самом цвету. Я увидел Аой, сидевшую в одиночестве в парке под дождем без зонта, и привел её домой.

Мне не потребовалось много времени, чтобы понять: Аой — не «проблемный ребенок» и не бунтарка. Она была доброй и всем сердцем любила свою семью. Тогда я принял решение: пока мне не пришлось снова переезжать, я сделаю всё возможное, чтобы наладить её жизнь. Чтобы восстановить её репутацию в школе, я просил Изуми стать мостиком между ней и одноклассниками, сам начал учиться усерднее, чтобы учителя изменили свое мнение, и даже участвовал в волонтерской деятельности.

Мало-помалу наши усилия приносили плоды. К концу первого семестра отношение к ней в школе кардинально изменилось. Я думал, что успею решить все её проблемы до своего отъезда… или мне так казалось. Но когда всё наладилось, Аой исчезла, оставив записку. Она не хотела больше быть для меня обузой. К счастью, я нашел её прежде, чем случилось что-то непоправимое. И именно тогда я осознал — Аой стала моей первой любовью.

Когда наступили летние каникулы, я планировал найти дом её бабушки, чтобы она не осталась на улице после моего переезда. Но тут внезапно появился её отец, которого она не видела девять лет. Он пришел по просьбе её матери, чтобы попросить меня присмотреть за дочерью. В итоге, пройдя через множество испытаний, мы нашли дом бабушки и помогли Аой помириться с отцом.

Но жизнь не так проста. Перед школьным фестивалем появилась её мать — только ради денег, которые поступали на счет Аой. Аой пыталась достучаться до её сердца, но тщетно. В конце концов, она сама приняла решение — попрощаться с прошлым.

Все проблемы вокруг Аой были решены. Я видел, что она больше не нуждается в моей защите, и был счастлив… но в то же время чувствовал себя немного одиноким. Именно тогда я окончательно понял: я влюбился в ту же самую девушку во второй раз.

Затем были поездка с друзьями, Новый год, День святого Валентина… и то самое признание на моей кровати. Но даже любя друг друга, мы сомневались: настоящая ли это любовь или просто зависимость? Желание защитить или нечто большее? Мы поняли, что нам нужно расстаться на время, чтобы вырасти и стать сильнее.

Четыре месяца спустя, этим летом, я снова приехал к ней. Мы помогали с фестивалем, ходили на пляж, гуляли вдвоем. Я чувствовал, как сильно мы оба изменились. И в ночь фестиваля я признался ей во всем. Теперь мы официально вместе.

Дни после этого могут показаться чередой сладких моментов, но так оно и было. Мы наслаждались значением слова «счастье». Конечно, отношения на расстоянии — это непросто. Но именно потому, что мы не можем часто видеться, мы постоянно на связи. Мы созваниваемся при любой возможности, и эти маленькие усилия только укрепляют нашу связь.

Самое главное — у меня теперь есть человек, с которым я могу разделить все свои мысли. Когда я говорю «я люблю тебя», Аой всегда отвечает мне тем же, пусть и смущаясь. И этого достаточно, чтобы расстояние перестало иметь значение.

Дни летели, лето сменилось осенью. Конец сентября — еще слишком рано для того, чтобы листья сменили цвет.

Начался сезон школьных поездок.

----------

Да, поехали в Киото!

Воскресный вечер.

— Спасибо за работу, сегодня ты задержалась.

— Тебе спасибо.

Я сидел в своей комнате и разговаривал по телефону с Аой-сан, которая только что закончила подработку.

— Извини, что заставляю тебя висеть на трубке каждый раз, когда я возвращаюсь.

— Эй, не бери в голову. Я сам это предложил, помнишь?

Это было наше обещание, данное еще летом. Когда я провожал её, то заметил, насколько темными становятся улицы по пути от станции к её дому из-за нехватки фонарей. Беспокоясь о её безопасности, я предложил созваниваться каждый раз, когда она возвращается поздно. Так, даже на расстоянии, я мог бы почувствовать, если что-то пойдет не так.

— Я рада, что ты заботишься обо мне, но мне всё равно неловко беспокоить тебя каждый день…

— Тебе правда не о чем переживать. К тому же, мне нравится слышать твой голос.

— Акира-кун…

— Вместо того чтобы чувствовать вину, просто скажи «спасибо», этого более чем достаточно. Ведь мне тоже приятно, что ты звонишь.

— …Да, ты прав. Спасибо.

Еще совсем недавно я бы сгорел от стыда, произнося такие вещи вслух. Но с тех пор как мы начали встречаться, я стал честнее в выражении чувств. Люди не понимают друг друга автоматически — общение необходимо. А раз я парень Аой-сан, то говорить время от времени смущающие вещи — это часть моей «роли». Хотя, честно говоря, я всё еще часто сворачиваюсь калачиком от стыда на кровати после таких фраз.

— Кстати, в последнее время у тебя стало больше смен?

— Да. Я попросила ставить меня в график почаще в этом месяце.

Значит, мне не показалось. Мы стали созваниваться чаще, и сегодня она работала с самого утра. Даже когда мы жили вместе, она редко брала такие длинные смены.

— Копишь на что-то?

— На самом деле… — её голос внезапно стал бодрее. — Я откладываю карманные деньги на школьную поездку в конце следующего месяца.

— Школьная поездка?

Разговор переключился на одно из главных событий старшей школы. И правда, в это время многие школы организуют такие туры. Не только у Аой — в моей новой школе поездка тоже была запланирована на конец октября.

— Отец и бабушка предлагали оплатить расходы, но мне еще понадобится их помощь при поступлении в университет, так что я решила, что на личные траты заработаю сама.

— Ты очень ответственная, Аой-сан.

Я сказал это искренне, снова поражаясь тому, как сильно она повзрослела.

— Да нет… Просто я очень жду этой поездки. Знаю, что захочу накупить кучу сувениров и наверняка потрачу лишнего. Если это будут мои заработанные деньги, я смогу тратить их без чувства вины.

Аой-сан редко бывала такой воодушевленной. Мне стало любопытно, куда же они едут.

— Значит, в конце следующего месяца?

— Акира-кун, у тебя ведь тоже примерно в это время?

— Да… — на мгновение в трубке повисла тишина. Мы оба подумали об одном и том же.

— Если бы я не перевелся, мы бы поехали вместе.

— Да. Я понимаю, что это было неизбежно, но я правда этого хотела.

Вместо того чтобы избегать этой темы, мы теперь могли обсуждать её открыто. Это было еще одним доказательством нашего роста.

— Кстати, а куда едет твоя школа?

— М-м… в Киото и Нару. На четыре дня и три ночи.

— Погоди, серьезно?! — я не поверил своим ушам. — Моя школа едет туда же. И тоже на четыре дня.

— Правда? Значит, направления у нас совпали.

Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Мы оба учимся в обычных государственных школах, а Киото и Нара — стандартный маршрут для внутренних туров. Даже в средней школе мы часто пересекались с учениками из других регионов в одних и тех же храмах.

— Киото и Нара… Уверен, Изуми уже в предвкушении.

— Да. Она сказала, что в свободный день пропустит все исторические экскурсии и будет просто ходить по чайным лавкам.

— Это так в её стиле… выбрать сладости вместо истории.

— Я тоже присмотрела несколько мест с матча и данго, — добавила Аой.

Значит, вот почему она так воодушевлена. Как и Изуми, Аой, кажется, больше интересовала гастрономическая часть поездки.

— Матча, говоришь… Хиёри как раз просила привезти ей какие-нибудь сладости с матча.

— Если найду что-то вкусное, обязательно тебе скажу!

— Спасибо, это очень поможет.

— Значит, мы оба будем в Киото в одно время…

Она произнесла это тихо, и разговор снова прервался.

— Акира-кун, а в какие даты у вас поездка?

— Последняя неделя октября, со вторника по пятницу.

— А… — Аой издала тихий удивленный возглас. Наступила долгая пауза.

— Аой-сан?

— Эм… на самом деле, у моей школы даты точно такие же.

— Серьезно?! — я невольно вскрикнул от неожиданности.

То, что совпало направление — это нормально. Но чтобы даты сошлись день в день? Я и представить не мог, что такое возможно. И теперь во мне затеплилась безумная надежда.

— Аой-сан, у вас ведь свободный день во второй день поездки?

— Да, во второй день у нас свободное время в Киото.

— Так я и думал!

Если расписание совпадает, значит, и свободный день у нас один и тот же. А это может значить только одно.

— Как думаешь… мы могли бы встретиться и погулять вместе?

— Только вдвоем?.. — её голос дрогнул от волнения.

— Нам придется быть осторожными, чтобы не попасться учителям, и, возможно, попросить друзей прикрыть нас… Но если всё спланировать, мы могли бы устроить маленькое свидание в Киото.

Я чувствовал, как внутри всё закипает от предвкушения. Но я старался не давить. Аой — староста класса, и если её поймают, последствия будут серьезными.

Однако все мои опасения развеялись, когда она ответила:

— Да! Я очень хочу погулять с тобой, Акира-кун!

Её энтузиазм в трубке был таким искренним, что я легко представил её широкую улыбку.

— Когда ты сказал, что мы могли бы поехать вместе, если бы были в одной школе, я была так счастлива… И если мы правда сможем увидеться там, я хочу провести этот день только с тобой.

Я не мог сдержать улыбки. Как же я счастлив, что она есть в моей жизни.

— Завтра я поговорю со своей группой, посмотрю, смогут ли они помочь.

— Я тоже спрошу своих, но думаю, проблем не будет. Все и так знают, что мы были очень близки в первом классе. К тому же… когда я недавно сказала девочкам, что мы начали встречаться, они сразу потащили меня в караоке праздновать…

— О-о-о… — я почувствовал, как лицо заливает краска. Представить Аой, которую расспрашивают подруги, было и мило, и немного неловко.

— Они обещали помочь, если мне что-то понадобится, так что, думаю, они нас прикроют.

— Это успокаивает. Хотя и немного смущает…

— Да… есть такое.

Мы проговорили до самого её дома. Мысль о том, что мы действительно встретимся в Киото… Это еще не было решенным делом, но от одного только предвкушения мое сердце начало биться чаще.

***

Вот перевод продолжения первой главы шестого тома. Сюжет становится всё интереснее: у Акиры появились новые верные друзья, а на горизонте замаячила ещё одна любовная линия.

Глава 1 (Продолжение). Новые друзья и старые секреты

На следующий день, во время обеденного перерыва.

— Эй, мне нужна твоя помощь. Есть минутка?

Я обедал на крыше школы, когда обратился к нему.

— Помощь? Редко ты о таком просишь. Ладно, излагай, я в деле! — уверенно ответил мой одноклассник, Табэй Юки, даже не догадываясь, о чем пойдет речь.

Юки был первым, кто заговорил со мной, когда я только перевелся и чувствовал себя не в своей тарелке. Он шумный и энергичный, но на самом деле он из тех надежных парней, которые любят опекать окружающих. Честно говоря, без него я бы не освоился здесь так быстро.

— Я ценю твой энтузиазм, но сначала выслушай.

— Ладно-ладно. Давай, выкладывай.

— В общем… у меня есть девушка.

— У ТЕБЯ ЕСТЬ ДЕВУШКА?! — Юки отреагировал так, будто я наступил на противопехотную мину. Его крик разнесся по всей крыше.

— Да. Мы начали встречаться некоторое время назад.

— И когда это случилось?! — его лицо выражало смесь шока, чувства предательства и жгучей зависти.

— Она из моей старой школы. Всё закрутилось, когда я навещал её на летних каникулах. Помнишь, я говорил, что есть девушка, с которой я близок?

— Да, помню. Но ты не говорил, что вы ВСТРЕЧАЕТЕСЬ!

Юки так трясся от шока, что крошки от его булки с якисобой разлетались во все стороны, к радости местных воробьев.

— Эх… я тебе так завидую. Ладно, рассказывай всё, — наконец выдохнул он, резко сменив гнев на милость.

— Да ладно тебе, Юки. Если ты хоть немного постараешься, у тебя тоже будет девушка.

— Пфф… Не в этом дело. Она просто подруга детства, ничего больше, — пробурчал он, отводя взгляд и заметно краснея.

Я не стал его дожимать, хотя очень хотелось. Если мы сейчас углубимся в его личную жизнь, то до моей просьбы не дойдем.

— Так твоя просьба связана с твоей девушкой?

— Именно. Оказывается, у неё школьная поездка в те же даты и в те же места, что и у нас. Даже свободный день совпадает. Я хочу ненадолго ускользнуть от группы и встретиться с ней в Киото.

— Понял. Значит, тебе нужно, чтобы я, как член твоей группы, тебя прикрыл?

— Точно. Спасибо за сообразительность.

Юки в этом плане напоминал мне Эйдзи — такой же быстрый на подъем и понимающий с полуслова.

— Окей, я помогу. Но при одном условии… Покажи её фото.

Я немного колебался — не потому, что стеснялся Аой-сан (она объективно красавица), а потому, что боялся окончательно добить психику Юки. Но раз он просил…

— Вот, смотри.

Я открыл фото с летнего фестиваля: Аой-сан в юкате, с мягким взглядом и открытой шеей.

— ГУ-ХА?! — Юки отлетел назад, словно в него выстрелили в упор. Несколько минут он лежал неподвижно, пока воробьи доедали его булку.

— Да не бывает таких красивых людей! — внезапно воскликнул он, «воскреснув» из мертвых.

— Ну… спасибо за комплимент, — ответил я с нескрываемой гордостью.

В этот момент к нам подбежала девушка с каре и солнечной улыбкой.

— Извините, что заставила ждать! — это была Нацумия Рика, староста нашего класса и та самая «подруга детства» Юки. Она была похожа на маленького энергичного зверька, которого обожал весь класс.

— Юки-тян, опять булка с якисобой? — спросила она, усаживаясь рядом и открывая свой домашний бенто.

— …А что, есть проблемы?

— Это вкусно, но вредно есть одно и то же каждый день. На, съешь сосиску. А-а-ам.

— Не нужно. И перестань называть меня «Юки-тян».

— Я зову тебя так с пеленок, я уже не переучусь! — с этими словами она бесцеремонно запихнула сосиску ему в рот.

[[image:/storage/reader-images/a7c246e4059941fd84a914939825f14ccb5140cf.jpg]]
Глядя на них, я в очередной раз подумал: «Почему они еще не поженились?» Они выглядели как старая супружеская пара.

— Так о чем вы болтали? — спросила Нацумия-сан.

— Представляешь, у Акиры есть девушка!

— А, ты об этом? Юки-тян, ты только сейчас узнал? — удивилась она.

— Что?! — Юки уставился на меня с немым вопросом: «Почему она узнала раньше меня?!»

Оказывается, Нацумия-сан вычислила меня еще после каникул — говорит, у меня было «слишком счастливое лицо». На самом деле она просто устроила мне настоящий допрос с пристрастием, от которого было не скрыться. Она обожает тему любви.

В итоге мы объяснили ситуацию и ей.

— Конечно, я помогу чем смогу! — радостно пообещала она.

Когда Юки ушел, Нацумия-сан на мгновение погрустнела.

— Иногда мне кажется, что он больше не хочет со мной обедать…

— Это не так. Просто он сегодня немного смущен. Не переживай, — подбодрил я её.

Я знал, что она влюблена в него. Её расспросы про Аой-сан были попыткой научиться чему-то новому.

— Юки тоже тебя любит. Ему просто нужно стать честнее с собой, — сказал я.

— Ты всегда так говоришь… Но ты уверен?

— Абсолютно. Возможно, эта поездка в Киото станет тем самым моментом, который вам нужен.

На шестом уроке мы обсуждали детали поездки с остальной группой. К счастью, все согласились мне помочь. Конечно, пришлось снова показать фото Аой-сан, что вызвало очередную волну зависти и стонов среди парней.

Теперь всё было готово. Группа прикрытия сформирована. Осталось только дождаться ответа от самой Аой-сан. Я уже буквально считал дни до нашей встречи в Киото.

***

Этим же вечером я написал Аой-сан. Объяснять всё в сообщениях казалось слишком сухим, поэтому я просто спросил: «У тебя есть сегодня время?».

Она ответила почти мгновенно: «У меня еще немного дел по дому, но к девяти должна освободиться!», добавив милый стикер с котиком. Обычно домом занимается её бабушка, но Аой-сан не хочет, чтобы та перетруждалась, поэтому в свои выходные от подработки всегда старается помочь. Она такая — всегда думает о других прежде, чем о себе.

«Хорошо. Дай знать, как закончишь», — ответил я и пошел в душ.

Через полчаса я обнаружил пропущенный вызов и сообщение: «Я закончила раньше, чем думала, так что готова в любой момент!». Сообщение пришло десять минут назад. Даже не высушив волосы, я бросился в комнату и набрал её номер.

— Алло? Акира-кун?

Она явно ждала звонка, прижимая телефон к руке — ответила еще до того, как закончился первый гудок.

— Прости, я задержался. Решил заодно помыться.

— Всё хорошо. Это я заставила тебя ждать.

Я не стал тянуть и сразу перешел к главному:

— Насчет школьной поездки… Кажется, у меня получится.

— Правда?! — голос Аой-сан прозвучал непривычно восторженно.

— Ребята из моей группы согласились помочь. Даже из других групп некоторые вызвались прикрыть. Так что, если с твоей стороны всё в порядке, мы сможем встретиться в Киото.

— У меня тоже! Все готовы помочь!

— Серьезно?! — хотя я и надеялся на это, всё равно не смог сдержать эмоций.

— Девчонки сказали, чтобы я была осторожна и не попалась, и пожелали нам хорошо провести время. О, и еще они передавали тебе привет! Сказали, что будут рады, если мы «случайно» пересечемся.

От этих слов в груди разлилось приятное тепло, а в глазах даже немного защипало. Прошло уже полгода с моего переезда, а они всё еще помнят меня и поддерживают. Одно это уже делало меня безумно счастливым.

— Значит… мы встретимся в Киото, во второй день поездки?

— Да. Остался всего месяц.

— Угу.

— Раз всё решено, давай планировать, куда пойдем!

— Да!

Мы с головой ушли в обсуждение. С телефонами в руках мы просматривали достопримечательности, с энтузиазмом перекидываясь идеями: «Давай заглянем сюда! О, а я еще хочу посмотреть вон то!». Мы вели себя как дети, которые не могут дождаться праздника.

Это будет наша первая встреча за два месяца — с тех самых летних каникул. Целый месяц впереди, а я уже извелся от нетерпения.

Но… в то же время, где-то в глубине души шевелилось легкое чувство досады. Будь наш свободный день хотя бы на сутки дольше… Я знаю, это эгоистично. Возможности просто увидеть её уже более чем достаточно. И всё же, я ничего не мог с собой поделать — мне хотелось большего.

----------

Экскурсия — День первый

И вот, наконец, этот день настал — вторник последней недели октября.

Первый день нашей поездки в Киото и Нару, которой я так ждал. С сегодняшнего дня и до пятницы нам предстоит путешествие на четыре дня и три ночи: первая половина в Киото, остальное — в Наре.

Когда я прибыл к назначенному месту сбора на вокзале Токио, Юки и Нацумия-сан уже были там.

— А вы быстро.

— Я встал пораньше, чтобы уж точно не опоздать, — с гордым видом заявил Юки.

Но стоявшая рядом Нацумия-сан лишь покачала головой.

— Юки-тян, ты ведь просто не мог уснуть от предвкушения, так?

— Х-ха?! Откуда ты знаешь?!

— Ты такой еще с начальной школы. В ночь перед любой поездкой всегда бодрствуешь.

— Угх…

Как я и думал: как подруга детства, она видит его насквозь. Честно говоря, я и сам прошлой ночью спал не слишком крепко. Возбуждение не давало сомкнуть глаз.

— Смотри не начни ныть, что хочешь спать в самый разгар веселья, — подколол я его.

— Исключено. Я буду слишком занят отдыхом, чтобы чувствовать усталость.

В чем-то он прав. То ли из-за адреналина, то ли из-за чего-то еще, но сонливости я не чувствовал совсем. Пока мы болтали, подтянулись остальные ребята. Как только учитель убедился, что все в сборе, мы направились на платформу и сели в Синкансэн.

Я слышал, что школа Аой-сан тоже отправляется сегодня с вокзала Токио, и втайне надеялся на случайную встречу. К сожалению, их группа уехала более ранним поездом. Немного обидно, но ничего — всё равно мы увидимся уже через несколько часов.

Вы спросите: «Погоди, разве вы не договаривались встретиться на второй день, когда будет свободное время?»

На самом деле, у меня был план увидеть Аой-сан, Эйдзи и Изуми уже сегодня, прямо в Киото. Сверив наши маршруты, мы обнаружили, что в первый день обе наши школы планируют посещение храма Киёмидзу-дэра. Разумеется, мы решили пересечься и там.

Поскольку весь второй день я собирался провести наедине с Аой-сан, я подумал, что сегодняшний вечер — отличный шанс повидаться сразу и с Эйдзи, и с Изуми. Я написал им в групповой чат. Изуми ответила мгновенно: «Конечно, я в деле!», а вскоре подтянулся и Эйдзи: «Звучит неплохо». Так план и сложился.

«Как они там…»

Я прислонился лбом к окну, глядя на проносящийся мимо пейзаж. Сердце в груди колотилось без остановки от нетерпения.

***

Примерно через два часа на Синкансэне мы прибыли на станцию Киото, ни капли не растеряв боевого настроя. Оттуда на автобусе мы добрались до парковки у храма Киёмидзу-дэра около одиннадцати утра.

— Храм Киёмидзу — это прямо лицо Киото, — заметил Юки, когда мы вышли из автобуса.

— В Киото много атмосферных мест, но это — самая настоящая классика, — кивнула Нацумия, улыбаясь.

Нам дали два часа свободного времени, включая обед — до часу дня.

— Ну, я пойду первым, — сказал я друзьям.

Мне было немного неловко оставлять их, но все были в курсе плана.

— Не переживай за нас. Наслаждайся! — подбодрил Юки.

— До встречи!

— Спасибо всем.

Когда мои одноклассники направились к храму, я ускользнул в противоположную сторону. Выйдя с парковки, я начал подниматься по небольшому склону, ведущему к храмовому комплексу. Хотя для осенних листьев было еще рановато, место уже кишело туристами: школьные группы, семьи, влюбленные пары и толпы иностранцев.

Миновав ряды сувенирных лавок и киосков с едой, я увидел его — кафе, где мы условились встретиться. Современное на вид, но с традиционными занавесками-норэн.

— Вот оно.

Я раздвинул деревянную дверь и вошел.

— Акира-кун! Мы здесь!

Знакомый голос позвал меня. Я обернулся и увидел Изуми, которая энергично махала рукой. За столом на четверых с ней сидели Эйдзи и, конечно же, Аой-сан.

— Простите, я не опоздал? — спросил я, присаживаясь рядом с Аой-сан.

— Нет, мы только сели и сделали заказ.

— Фух, вовремя.

Почти всё меню здесь было посвящено матча.

— Аой-сан, а что ты заказала?

— Матча-латте и матча-тирамису.

— Звучит вкусно. Я возьму то же самое.

Несмотря на то что мы не виделись два месяца, чувства дистанции не было совсем. Мы болтали так легко, будто расстались только вчера.

— Вижу, вы все в порядке. Я рад.

Закончив с заказом, я поймал на себе пристальные взгляды Аой и Изуми.

— Что такое?

— Мы-то не изменились, а вот ты, Акира-кун, другой, — Изуми указала на мою грудь. — Непривычно видеть тебя в другой форме.

— Да, но она тебе очень идет! — добавила Аой.

Аой-сан сжала телефон в руках, её глаза блестели.

— А мы можем… сфотографироваться вместе?

— Конечно.

— Правда? Ура! Спасибо!

Лицо Аой просияло. Изуми вызвалась быть фотографом.

— Так, приготовились… Улыбочку!

Но кнопку она не нажала.

— В чем дело?

— Вы слишком далеко друг от друга. Подойдите ближе.

Я придвинулся к Аой-сан так, что наши плечи почти соприкоснулись.

[[image:/storage/reader-images/7f838c37fb2e3cf2bc2bae252d9af6c11a47d5a8.jpg]]
— Еще ближе! Совсем вплотную!

Следуя указаниям нашего чересчур активного фотографа, я прижал свое плечо к плечу Аой.

— А теперь?

— Отлично. А может, ты еще и за плечо её обнимешь?

— Изуми, ты просто издеваешься, да? — осадил я её, помня, что мы в общественном месте.

В итоге мы сделали несколько кадров. Разглядывая фото, где мы смущенно улыбаемся, соприкасаясь плечами, я почувствовал тепло в груди.

— Классно получилось, — сказал я. — Скинешь мне?

— Конечно!

— Акира-кун… — Аой-сан потянула меня за рукав. — Ты не против, если я поставлю это на обои?..

Я замер. Я ведь как раз думал о том же самом!

— На самом деле, я тоже хотел так сделать.

— Правда? Тогда давай вместе!

Пока мы, смущаясь, меняли обои, Изуми хитро сощурилась:

— Ну вы и сладкая парочка, просто неизлечимая стадия влюбленных дурачков.

— Угх… — я вспомнил, как раньше сам подкалывал её и Эйдзи за такое поведение. Теперь пришла моя очередь извиняться перед всеми влюбленными мира.

После чая мы отправились к самому храму. Народу было столько, что пришлось ускориться. Мы прошли через величественные ворота Ниомон, мимо трехъярусной пагоды и, наконец, вышли на знаменитую «сцену» Киёмидзу, парящую над обрывом.

— О-о-о… — выдохнули мы все четверо.

Перед нами расстилалось море зелени, уходящее к горизонту Киото.

— Красиво… но представь, как тут будет, когда листья станут красными, — прошептала Аой.

— Да. Мы должны вернуться сюда когда-нибудь. Вдвоем.

И тут идиллию прервал знакомый шум.

— Юки-тян, осторожно! Не перегибайся так сильно!

— Перестань меня так называть, тем более здесь!

Я обернулся и вздохнул. Ну конечно. Юки и Нацумия, спорят как всегда.

— Эй, вы двое. Может, отложите свои супружеские разборки на потом?

— Стоп, Акира?! И… девушка Акиры?! — закричал Юки, за что тут же получил щипок за щеку от Нацумии.

— Простите! Наш Юки-тян бывает очень нетактичным, — извинилась Рика, кланяясь Аой-сан.

Мне пришлось всех познакомить. Юки и Нацумия из моей новой школы, и Изуми, Эйдзи и Аой — из старой. Изуми тут же взяла быка за рога:

— О-о, Нацумия-сан! Спасибо, что присматриваешь за нашим Акирой-куном!

Я заметил, что Юки и Нацумия одни.

— Юки, а где остальные из вашей группы?

— Да… они были тут, а потом вдруг испарились.

Я всё понял. Одноклассники специально оставили их вдвоем, мол: «Давайте уже, признавайтесь друг другу».

Юки отвел меня в сторону и прошептал:

— Помоги мне. Серьезно. Быть с Рикой наедине сейчас… так неловко.

— Но вы ведь сто лет знакомы.

— Я знаю! Но я морально не готов!

Юки явно паниковал, осознав маневр своих друзей. Я был в замешательстве: если я вмешаюсь, испорчу план его группы, если нет — они оба сгорят от неловкости. Тут на помощь пришла Изуми с её сверхъестественным чутьем на драмы.

— А давайте гулять все вместе! — предложила она.

— Вшестером? — удивился я.

— Конечно! Друзья друзей — наши друзья! — Изуми быстро получила согласие от Аой и Эйдзи.

Юки чуть не расплакался от благодарности и на радостях схватил за руку… Эйдзи.

— Э-э… Юки, они вообще-то встречаются, так что лучше не хватай чужого парня за руку, — заметил я. Эйдзи лишь спокойно улыбнулся, излучая ауру «лучше не надо».

— Ну что, пошли! — скомандовала Изуми, становясь нашим гидом.

Я поравнялся с Нацумией.

— Прости, если мы помешали.

— Вовсе нет. Честно говоря… ты меня спас, — она грустно улыбнулась.

— Впереди еще много времени. Не нужно торопиться.

— Да… спасибо.

Школьная поездка только начиналась. И для Юки с Нацумией это тоже было только началом.

***

Завершив прогулку по Киёмидзу-дэра, мы попрощались с Юки и Нацумией и отправились искать место для обеда. Судя по тому, как Юки смотрел на меня умоляющими глазами, он так и хотел крикнуть: «Не оставляй меня с ней наедине!..». Но вшестером найти столик в ресторане было бы слишком сложно. Ради общего блага мы решили разделиться. В конце концов… ну же, Юки! Постарайся хотя бы пообедать с ней нормально, ладно?

Мы долго бродили по красивым и спокойным улочкам Киото, пока не нашли уютную собу, спрятанную в тихом переулке.

— Может, здесь? — предложила Изуми, изучая меню.

Цены были приятными, и мы единогласно решили зайти.

Сидя за столом, мы погрузились в ностальгию.

— Есть собу вместе… как-то это навевает воспоминания, — заметил я.

— Последний раз это было на Новый год у тебя дома, Акира, — добавила Изуми.

— Трудно поверить, что прошло уже десять месяцев.

Время пролетело как один миг. Скоро нас захлестнет подготовка к экзаменам. Мы обсудили планы: Эйдзи, Изуми и Аой — все собираются поступать в университеты Токио или региона Канто.

— Если мы все поступим в Токио, то сможем и дальше быть вместе, — эта мысль грела мне душу.

— Тебе не о чем беспокоиться, — подбодрила меня Изуми. — В университете у нас будет куда больше свободы, чем сейчас в школе. Мы сможем видеться гораздо чаще.

В 12:50 мы покинули ресторан. Время пролетело незаметно, наш короткий перерыв подходил к концу. Возле парковки я попрощался с Эйдзи и Изуми.

— Я был рад тебя видеть, Акира. Рад, что ты в порядке, — сказал Эйдзи, крепко пожимая мне руку.

— До завтра, Аой-сан.

— Да. До завтра. Я напишу тебе.

Мне было грустно расставаться, но я уже привык к этому чувству. Одиночество — это лишь оборотная сторона того, насколько дороги мне эти люди. Чем сильнее я скучаю, тем больше будет счастья при встрече. К тому же, завтра мы с Аой снова будем вместе.

Вернувшись к автобусу, я увидел Юки.

— Спасибо, что помог мне встретиться с ними, — сказал я.

— Да нет… это я должен благодарить, — Юки низко поклонился. — Прости, что мешал вам в храме. Просто… быть с Рикой наедине для меня сейчас невыносимо трудно.

Я решил спросить его прямо, хотя и так знал ответ:

— Ты ведь понимаешь, что раз тебе вдруг стало неловко с подругой детства — значит, что-то изменилось?

Юки покраснел и после долгой паузы кивнул:

— Я понял это после твоих рассказов об Аой-сан. Я позавидовал вашей любви. И первой, чья улыбка всплыла у меня в голове, была Рика. Это меня до смерти напугало.

Я не ожидал, что стану для него триггером.

— Я не хочу казаться слишком мудрым, но дам один совет, — сказал я, вспомнив слова Эйдзи. — Ты должен превратить свои чувства в слова. Иначе они никогда до неё не дойдут. Даже если вы друзья детства, люди не могут понимать друг друга без слов.

Юки слушал меня, боясь пропустить хоть звук.

— Это не мои слова, а совет Эйдзи, который помог мне когда-то быть честным с Аой.

— Превратить в слова, значит… — пробормотал Юки. — Кажется, я просто привык думать, что она и так всё понимает.

— Эй! Живее, а то автобус уедет! — крикнула нам из окна Нацумия-сан.

Я хлопнул Юки по спине: «Пошли».

Весь остаток дня мы посещали другие храмы, а к десяти вечера уже были в отеле. Несмотря на усталость, я е мог уснуть. Мы с Аой переписывались до глубокой ночи, обсуждая планы на завтрашнее свидание, пока сон окончательно не сморил нас обоих.

----------

Экскурсия — День второй (Часть 1)

На следующее утро, позавтракав и собравшись, мы покинули отель. Я стоял со своей группой в небольшом переулке неподалеку.

— Окей. Полагаюсь на вас.

— Не парься — просто иди и наслаждайся днем.

— Передавай от нас привет Аой-сан!

— Спасибо. Ну, я пошел.

Доверив все дела Юки, Нацумии-сан и остальным, я направился к вокзалу Киото. Идти было недолго, минут десять. Пока я был в пути, пришло сообщение от Аой — она уже ждала меня у турникетов. От одной мысли о встрече я прибавил шагу и сам не заметил, как перешел на бег.

Вскоре я увидел её. Аой-сан стояла у входа, поглядывая по сторонам.

— Аой-сан! — позвал я. Заметив меня, она робко помахала рукой.

— Прости, заставил ждать?

— Вовсе нет, я сама только пришла.

Я вытер капли пота со лба, и Аой-сан тут же достала платочек, чтобы помочь мне.

— Знаешь, когда я ждала тебя на вокзале в нашем городе летом… я кое-что поняла. Кажется, мне действительно нравится ждать тебя, Акира-кун. Поэтому сегодня я пришла пораньше. Не переживай об этом.

С тех пор как мы начали встречаться, она стала куда смелее в чувствах. Мне было безумно приятно, хоть и немного неловко слышать такое в лоб. Мы прошли через турникеты и сели в поезд. Нашей целью была Арасияма.

Мы выбрали это место на западе Киото специально. Северные районы вроде Золотого павильона (Кинкаку-дзи) забиты туристами и школьными группами — там велик шанс нарваться на учителей. В Арасияме же можно было расслабиться. Через двадцать минут мы вышли на станции Сага-Арасияма.

— Здесь тоже полно иностранцев, как и вчера в Киёмидзу-дэра.

— Ну, для них это обязательный пункт программы в Японии.

Арасияма — место отдыха аристократов еще с эпохи Хэйан. Здесь очень спокойная, старинная атмосфера.

— Аой-сан.

Я позвал её и протянул руку. Здесь нам больше не нужно было прятаться.

— Да..! — Аой-сан схватила мою руку, её щеки слегка порозовели. Её тепло напомнило мне о наших летних днях.

Мы шли по главной улице Нагацудзи, разглядывая сувенирные лавки.

— Хей, Акира-кун. Смотри, как много людей в кимоно.

И правда — студентки, пары, даже иностранцы. Казалось, людей в кимоно здесь больше, чем в обычной одежде.

— Где-то здесь наверняка есть прокат. Хочешь, проверю?

— Да!

Я быстро нашел сайт: прокат на двоих стоил около 8000 иен со скидкой для студентов.

— Давай тоже возьмем?

Лицо Аой просияло, как распустившийся цветок. Я позвонил в лавку, и нам сказали, что можно приходить без записи.

В магазине Аой-сан долго выбирала наряд среди сотен вариантов. В итоге она остановилась на белоснежном кимоно с крупными синими и фиолетовыми гортензиями.

— Ты всегда любила гортензии, да?

— Да, очень люблю эти цветы.

— Тогда это идеальный выбор.

Когда пришла моя очередь, я попытался схватить первое попавшееся мужское кимоно, но Аой-сан меня остановила.

— Акира-кун! Ты же просто ткнул пальцем в первое встречное. Выбирай то, что действительно нравится.

— Прости… — я виновато опустил голову, хотя втайне наслаждался тем, что она меня отчитывает. Это было даже мило.

— Не волнуйся, я сама тебе выберу!

Через пятнадцать минут она нашла идеальный вариант — элегантный дизайн, по цвету идеально сочетающийся с её кимоно. Мы будем выглядеть как настоящая пара.

[[image:/storage/reader-images/d39abec9d5804426fa8865495631d1f79bd01583.jpg]]
Мы разошлись по раздевалкам на втором этаже. Я переоделся быстро и ждал её на улице. И вот она вышла…

Белый фон кимоно подчеркивал яркость цветов, темный пояс оби добавлял элегантности, а в волосах была заколка с мотивом гортензии. Она выглядела потрясающе. Особенный восторг у меня вызвала линия её шеи, открытая воротником кимоно — момент, которого я тайно ждал.

— Ну… как тебе? — робко спросила она.

— Ты выглядишь очень красиво.

— Хе-хе, спасибо.

Она подошла ближе и взяла меня под руку.

— Сфотографируемся?

Мы сделали несколько селфи. На экране мы выглядели по-настоящему счастливыми.

Дальше наш путь лежал к мосту Тогэцукё. Вид на реку Кацура и горы, тронутые осенью, был невероятным.

— Мы обязательно должны вернуться сюда в разгар осени, — сказал я.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Но стоило нам ступить на мост, Аой-сан потянула меня за рукав.

— Есть место, куда я хочу зайти перед тем, как мы перейдем реку.

Она указала на лавку с окаки и сэмбэем.

— Там продают «Ханами Данго»! Они сейчас суперпопулярны, я так хотела их попробовать!

Глаза Аой сияли. Когда дело доходило до сладостей, в ней просыпался настоящий эксперт. Мы встали в очередь. На витрине красовались десятки видов данго, украшенных пастельной пастой анко. Настоящее искусство.

— Выбрала, какое хочешь? — спросил я.

— Ух… я не могу решиться. Тут и классика, и с шоколадом, и с бататом…

Когда подошла наша очередь, Аой-сан всё еще сомневалась перед улыбающимся кассиром.

— Эм… — начал я. — Пожалуйста, дайте по одному каждого вида.

— Х-ха?! Все двенадцать?! — Аой-сан была в шоке, но в её глазах читался восторг.

— Я подумал: если не можешь выбрать, надо брать всё.

— Но это же так много… Ты уверен?

— Вдвоем мы точно справимся.

— Да… кажется, ты прав!

И так мы стали обладателями всех двенадцати видов данго.

***

Когда мы вышли из лавки с охапкой коробок, на нас посыпались любопытные взгляды прохожих. Гулять с такой горой еды было неудобно, поэтому мы решили найти место, где можно спокойно присесть.

— Как насчет тех скамеек у реки Кацура? — предложил я.

— Давай! — Аой-сан прижала к себе пакет с данго, словно это было величайшее сокровище, и поспешила к набережной.

Мы уселись рядышком, разложив разноцветные палочки прямо на коленях. Выглядело это как настоящий мини-пикник.

— С какого начнешь, Аой-сан?

— Хмм… сложный выбор… но, пожалуй, сначала «Ханами Данго».

Я так и думал. Аой из тех людей, кто съедает самое вкусное в первую очередь. Пока она фотографировала сладости для истории, я взял классическое данго с соевым соусом. Её «Ханами Данго» выглядело потрясающе: четыре вида пасты анко, украшенные серебристыми съедобными бусинами. Настоящая эстетика.

— Ну, приятного аппетита!

— Приятного аппетита!

Мы одновременно откусили по кусочку. Солоновато-сладкий вкус соуса и упругая текстура теста — это было идеальное сочетание. Я уже хотел было откусить еще раз, но заметил, что Аой замерла рядом, прижав ладони к щекам и прикрыв глаза от удовольствия. Она выглядела абсолютно счастливой.

— Вкусно?

— М-ммм! А у тебя?

— Тоже очень вкусно.

Заметив её любопытный взгляд на мою палочку, я всё понял без слов. Надо было покупать по две каждого вида, но тогда мы бы лопнули еще до обеда. И тут…

— Акира-кун, хочешь попробовать мое? Давай обменяемся?

— А..?

До меня мгновенно дошло: если я откушу от её палочки, это будет «косвенный поцелуй». Мы уже целовались по-настоящему, но от этой мысли я всё равно покраснел. Аой-сан тоже смутилась, её щеки стали пунцовыми.

— Ладно, давай.

— Ага. Ты первый.

Я придвинулся и откусил кусочек. Свежий аромат юдзу наполнил рот.

— Ну как?

— Безумно вкусно.

— Теперь я!

Она откусила мое данго и радостно закивала.

[[image:/storage/reader-images/e42651e6018f321f2d515e864b4cd3bb51144fa2.jpg]]
В этот момент я понял: мне безумно нравится смотреть, как она ест. Я готов потакать любым её капризам, лишь бы видеть эту улыбку.

— Соевый соус такой домашний, уютный вкус… — промурлыкала она.

— Хочешь, доедай последнюю штучку.

— Правда?! Ой, я с удовольствием!

Свежий воздух, шум реки, горы в осенних красках и любимый человек рядом. Вот оно — счастье.

— Так, что там дальше… хм? — я потянулся за следующей порцией и замер. Рядом лежали уже две пустые палочки. — Аой-сан… это что, уже третья?

— Упс… — она замерла с набитым ртом. — Просто они такие вкусные, я не могу остановиться!

В итоге Аой-сан в одиночку уложила восемь палочек данго. Я посоветовал ей притормозить, чтобы не было «мучительно больно» позже, ведь впереди было еще много интересного.

Мы перешли мост Тогэцукё и попали в парк Арасияма. Там наш уровень сытости поднялся с 4/10 до 6/10 — уличная еда на каждом шагу просто не оставляла шансов. Осень — опасная пора для аппетита.

Следующей остановкой стал храм Тэнрю-дзи, объект Всемирного наследия ЮНЕСКО. Мы полюбовались знаменитым рисунком дракона на потолке и вышли к саду Согэнти.

— Здесь так красиво и спокойно… — прошептала Аой.

Пройдя через северные ворота храма, мы оказались в знаменитой Бамбуковой роще.

— Ва-а…

— Невероятно.

Стебли бамбука уходили высоко в небо, солнечные лучи пробивались сквозь зелень, а шум листьев создавал магическую атмосферу.

— Когда мы решили надеть кимоно, я очень надеялась, что мы придем именно сюда, — призналась Аой-сан. — Кимоно на фоне бамбука — это же так красиво.

Она была права. Я достал телефон и начал её фотографировать. Синие гортензии на её кимоно идеально контрастировали с ярко-зеленым лесом.

— Фотографии супер. Ты выглядишь потрясающе.

— Правда? Покажи!

Она прильнула ко мне, чтобы посмотреть на экран. И как раз в этот момент, когда мы стояли голова к голове…

— Извините! — раздался голос.

Мы обернулись и увидели пару туристов.

Они выглядели чуть старше нас — возможно, студенты.

— Да? Могу я вам чем-то помочь? — спросил я.

— Не могли бы вы нас сфотографировать, если не сложно?

Всё логично — они хотели совместный снимок.

— Конечно! А можно и нас потом сфотографировать в ответ?

— Разумеется!

Мы обменялись телефонами и по очереди сделали снимки. Поблагодарив друг друга, мы разошлись.

— Хорошо, что они попросили помощи. Я как раз надеялся, что у нас будет совместное фото, — сказал я.

— Да, удачно получилось.

Это был один из тех маленьких приятных моментов, которые часто случаются в поездках. Мы продолжили путь по тропе, время от времени останавливаясь для новых кадров. Несмотря на то что роща тянется всего 400 метров, время там словно замирает.

— Ого, уже столько времени… Оно пролетело так быстро.

Когда мы вышли из бамбукового леса, я глянул на часы. Было уже больше часа дня. После моста, храма Тэнрю-дзи и рощи день пронесся незаметно.

— Давай пообедаем. Немного поздно, но, думаю, ничего страшного.

— Да. Честно говоря, я снова проголодалась.

Я мудро решил не напоминать ей про восемь палочек данго, съеденных ранее.

Мы вернулись на улицу Нагацудзи, присматриваясь к заведениям.

— Аой-сан, есть идеи, что именно ты хочешь сегодня поесть?

— Вообще-то… есть одно место, которое я бы хотела попробовать, — ответила она без колебаний.

— Ты заранее его нашла?

— Да… вчера вечером я так разволновалась, что не могла уснуть, и в итоге искала информацию.

Аой-сан смущенно улыбнулась.

— Это кафе, но там подают и обеды.

— Звучит здорово. Пойдем проверим.

Я последовал за ней в узкий переулок. Вскоре мы дошли до цели, но увидев здание, я впал в замешательство.

— Это… кафе?

Место перед нами совсем не походило на кафе. Скорее, мы стояли перед элегантным старым домом с величественными воротами — классической традиционной японской усадьбой.

— Это «коминка» — старый дом, который отремонтировали под кафе.

— А… теперь понятно.

Без этого объяснения я бы точно прошел мимо.

Мы миновали ворота и оказались в ухоженном саду, в глубине которого виднелся вход. У двери сидело больше десяти человек, ожидая своей очереди. Похоже, «тайное место» оказалось очень популярным.

— Кажется, придется подождать, — с тревогой в голосе сказала Аой-сан.

— Сейчас время обеда — везде будет так же людно. Давай подождем здесь.

— Ты уверен? Тебе нормально стоять в очереди, Акира-кун?

Она выглядела виноватой, видимо, переживала, что привела меня в такое загруженное место.

— Слушай, в меню наверняка есть что-то, что тебя зацепило, верно? Ты потратила время на поиски, было бы жаль уйти просто так. К тому же, пока ждем, мы всё равно проводим время вместе. Так что не переживай.

— …Ты удивительный, Акира-кун. Всегда так понимаешь меня. — Её пальцы медленно переплелись с моими. — Ты был таким и когда мы жили вместе. Ты всегда прислушивался к моим чувствам и старался понять. С тобой я чувствую, что мои чувства важны.

От её искренности у меня покраснели щеки.

— Ну… я же твой парень.

— Да… мой парень. Спасибо.

— Э-э… н-не за что.

Мы оба немного засмущались.

Через полчаса нас наконец пригласили внутрь. Интерьер сочетал шарм старины и современные стильные детали — уютный японский модерн. Нас проводили по узкому деревянному коридору в комнату с татами. Наш столик стоял прямо у окна с видом на тихий сад.

— Итак, давай посмотрим на то самое меню, — сказал я.

Аой-сан открыла меню и указала на необычное блюдо: матча-крем паста.

— Ого… такое нечасто увидишь.

Согласно описанию, это была паста со сливочным соусом на основе молока и матчи. Трудно было представить вкус, но блюдо значилось как самое популярное. Учитывая, что мы в Киото — сердце культуры матча — это стоило попробовать.

— И вот это тоже, — добавила Аой-сан, листая страницу.

— Сет… жареного данго?

— Да! Я очень хочу это попробовать!

На фото был набор: три белых данго и три зеленых с полынью, подаваемые с чашкой матчи. Но фишка была в мини-жаровне, которую приносили прямо к столу. Данго подавали сырыми, и их нужно было жарить самому, а потом макать в топпинги: сладкий соевый соус или анко.

— Выглядит весело.

— Ага! Я никогда раньше сама не жарила данго.

— Ну, мы уже съели сегодня кучу данго, но раз эти жареные — значит, вкус будет другой.

— Точно! Для десерта всегда есть отдельный желудок, верно? — смеясь, она подозвала официанта.

Вскоре принесли пасту.

— Ого… ну и зелень.

Паста была покрыта ярко-зеленым соусом. Сами ингредиенты были простыми: обжаренный лук, бекон и прошутто. Сквозь аромат матчи пробивался тонкий запах чеснока.

— Приятного аппетита! — сказали мы хором и начали пробовать.

— Ого! — мы замерли и переглянулись.

Вкус матчи доминировал, но горечь была смягчена молоком. В сочетании со сладким луком получалась приятная гармония, а прошутто добавлял соли и «умами».

— Не думал, что матча так хорошо впишется, но это потрясающе.

— Да… Изуми-сан и Хиёри-тян точно бы заценили.

Пока мы ели, Аой-сан задумчиво наклонила голову.

— О чем думаешь?

— Да вот… интересно, сможем ли мы приготовить такое дома?

— Наверняка. Думаю, мы сможем повторить вкус.

Мы начали на ходу анализировать рецепт: обжарить чеснок, добавить бекон и лук, залить молоком с матчей… Удивительно, но это выглядело проще, чем казалось. Приятно было обсуждать рецепты вот так, как опытные кулинары.

— Как только вернемся, я обязательно попробую это приготовить!

— Сообщи, как получится. Если выйдет вкусно, я тоже хочу приготовить для Хиёри.

— Конечно! Скину тебе рецепт.

Когда с пастой было покончено, принесли жареное данго. На подносе стоял мини-ситирин с красными углями. Мы положили данго на решетку. Аой-сан буквально прилипла к ним взглядом, следя, чтобы ничего не подгорело. Её страсть к еде горела так же ярко, как угли в жаровне.

Вскоре раздалось шипение, и по комнате разлился аппетитный аромат.

— Кажется, пора?

— Да, давай пробовать.

Данго стали золотисто-коричневыми. Мы макнули их в соус митараси и откусили. Горячее, тягучее тесто и сладко-соленый соус… Это было божественно.

— Очень вкусно… — Аой-сан зажмурилась и прижала руки к щекам. Она выглядела так, будто сейчас улетит на седьмое небо. Видя её такой, я понял: тридцать минут в очереди того стоили.

Прихлебывая матчу, мы наслаждались моментом. Наше утреннее приключение в Арасияме заканчивалось на сладкой ноте. Хотя, глядя на то, сколько мы съели, я начал подозревать, что мы слишком сильно поддались «осеннему аппетиту».

----------

Экскурсия — День второй (Часть 2)

Насладившись обедом, мы покинули кафе и пошли гулять по улице Нагацудзи. К вечеру толпа стала просто огромной — гораздо плотнее, чем утром. Приходилось маневрировать, чтобы ни в кого не врезаться. Среди туристов я заметил несколько групп школьников, но, как и ожидал, наших среди них не было. К счастью, день прошел без нежелательных встреч. Даже если бы мы столкнулись с кем-то из знакомых, в этих кимоно нас бы вряд ли узнали.

Я сверился с часами: 14:30. Пора было подумать о том, как завершить этот день.

— Во сколько тебе нужно быть в отеле, Аой-сан?

— В шесть. Мы договорились встретиться с группой чуть раньше.

— Мне тоже.

Значит, у нас осталось около трех с половиной часов. С учетом дороги до вокзала Киото и времени на возврат кимоно, на саму прогулку оставалось часа два с половиной. Когда я осознал, что день подходит к концу, в груди неприятно кольнуло. Хотелось оставить после этого дня какое-то особенное воспоминание.

— Раз уже вечер, может, посмотрим сувениры?

— Да, давай. — Аой-сан сжала мою руку чуть крепче, явно чувствуя то же самое.

— Тебе нужно купить что-то бабушке или еще кому-то?

— Я еще не решила. Нужно что-то папе, Юкари-сан и Аоши-куну… и соседям. Это явно займет время.

— Не переживай, я помогу выбрать.

Мы начали обходить лавки. Первый магазин, который нас привлек, торговал самым культовым сувениром Киото — яцухаси. Помимо классических запеченных, там было полно свежих «нама-яцухаси» с самыми разными начинками: от традиционного анко до клубники и даже странных вкусов вроде содовой.

Внезапно мой взгляд зацепился за одну коробку.

— Эй, смотри — нама-яцухаси с матчей.

— Матча?! — Аой-сан тут же обернулась, её глаза мгновенно засияли. На коробке было написано: «В комплекте сахарная пудра с матчей!». Продавщица предложила нам попробовать, и вкус оказался просто потрясающим — качественная матча из элитных плантаций Киото давала идеальную горчинку, которая сочеталась со сладкой начинкой.

— Нравится?

— Очень! — ответила она с восторгом ребенка, нашедшего любимую конфету.

— Тогда я возьму одну. А ты?

— Ну… пожалуй, я тоже возьму.

Я сразу подумал о Хиёри — она фанатка матчи и точно оценит. Написал ей, и ответ пришел мгновенно: «ДА!!» с кучей восклицательных знаков.

Я взял одну коробку, а Аой-сан — две.

— Одну бабушке, а вторую себе? — спросил я.

Она замерла, а через секунду её лицо стало пунцовым.

— Ах… точно. Мне же еще нужно купить бабушке… — В панике она схватила третью коробку.

— Погоди… так те две были только для тебя?

— У-у… — она прикрыла рот коробкой, оставив только виноватые глаза. — Н-ну… они же вкусные. Можно снова свалить всё на «осенний аппетит»?

Если бы у осени были чувства, она бы уже плакала от того, как часто её используют как оправдание. Это было слишком мило, чтобы её подкалывать.

Через час наши руки были забиты пакетами. Печенье, вараби-моти, мандзю… мы скупали всё.

— Ладно… это уже перебор, — засмеялся я.

— Да… и это только второй день.

Мы решили переключиться на что-то несъедобное и зашли в лавку «Чиримен дзайку». Это традиционные поделки из ткани — маленькие фигурки животных и украшения, сделанные вручную. Всё это выглядело как сказочный осенний лес.

— Эй, Акира-кун, смотри! — позвала она.

В руках она держала брелок в виде суши-магуро из шелка. Детализация была невероятной — от прожилок на рыбе до текстуры риса.

— Потрясающе.

— Ага, тут есть все виды. Дети из приюта были бы в восторге, играя в «магазин суши».

Это напомнило мне день, когда мы были в приюте вместе. Тогда я запаниковал, когда дети спросили, парень ли я ей. А сейчас… сейчас я мог бы ответить без тени сомнения.

— Давай купим что-то парное? Чтобы пользоваться каждый день, — предложила Аой.

Вскоре я нашел чехлы для телефонов. Один из них был обтянут тканью с её любимыми гортензиями. У нас одинаковые модели телефонов, так что это был идеальный вариант.

— Аой-сан, как тебе такой?

Её глаза засияли.

— Какая красота…

— Возьмем как парный набор?

— Отличная идея!

— Ты не против, если я возьму такой же и для Хиёри? Думаю, ей понравится.

— Конечно! Ей нравится, когда мы втроем «связаны». И если честно, — она нежно улыбнулась, — мне тоже нравится идея быть «в наборе» с тобой и с ней.

От её улыбки в груди стало тепло. С сувениром для нас двоих было решено.

***

Мы уже собирались идти к кассе, когда я замер у стены.

— «Тайкэн кобо»?..

На табличке у лестницы было написано: «Мастерская ремесел». На втором этаже находилась студия, где посетители могли сами попробовать сделать поделки «чиримен дзайку». Следующий сеанс начинался в 15:45 — как раз вовремя. Это казалось идеальным способом создать воспоминание, которое останется с нами навсегда.

— Акира-кун? Ты чего? — Аой-сан заметила мой взгляд.

— Смотри, — я указал на вывеску.

— О! Звучит весело. Давай поучаствуем!

Нам повезло: места еще были. Мы быстро оплатили чехлы и поднялись наверх. В зале стояли столы с пинцетами и подносами. Инструктор в фартуке поприветствовал нас и вкратце рассказал историю ремесла. Нам предложили выбрать, что именно мы будем делать: серьги, заколки-канзаши или куклу.

— Что выберешь, Аой-сан?

— Хм… я сделаю серьги.

— Тогда я попробую заколку.

Нужно было собрать цветок из кусочков шелка.

— Ответ очевиден: гортензия? — предложил я.

— Конечно.

Мы выбрали синие и фиолетовые лоскутки для лепестков и жемчужинки для сердцевины. И тут я понял… это чертовски сложно! Нужно было пинцетом складывать крошечные квадратики ткани в треугольники, формировать изгиб лепестка и аккуратно склеивать их у основания. Я постоянно ошибался: то ткани мало, то клея слишком много. Оказалось, в рукоделии я тот еще неумеха.

— Уф… — я вздохнул, откладывая пинцет.

Взглянув на стол Аой, я потерял дар речи.

— Ты уже сделала три лепестка?!

— Ага! Сложно, но так интересно.

Она была невероятно талантлива. Впрочем, неудивительно: она быстро научилась готовить у бабушки и помогала шить костюмы для фестиваля. Она не переставала меня удивлять.

Стиснув зубы, я сосредоточился и в конце концов закончил. Я прикрепил цветок к заколке, а Аой — к паре сережек. Мы откинулись на спинках стульев, любуясь результатом.

— А неплохо вышло, — заметил я.

— Да! Для первого раза просто отлично.

[[image:/storage/reader-images/dd475eff715e236a49a490e4a5a32b90b93b6e0c.jpg]]
— Постой-ка, Аой-сан.

Я осторожно вставил получившуюся заколку в её аккуратно уложенные волосы. Не хочу хвастаться, но она идеально подходила к её кимоно.

— Ты… сделал это для меня? — её глаза округлились.

— А кому еще мне дарить заколку для волос?

— Я думала… может, это сувенир для Хиёри-тян.

— Для Хиёри я выберу что-нибудь из готового. Ей такое больше понравится.

— Правда?.. Спасибо. Я буду очень беречь её.

Аой-сан достала зеркальце, посмотрела на себя и тихонько хихикнула, счастливо улыбаясь. Видеть её такой — лучшая награда за все мучения с пинцетом.

Мы покинули лавку в 16:50. Времени на другие достопримечательности уже не оставалось. Мы вернули кимоно и поехали на вокзал. Перед встречей с группами мы зашли в кафе у станции.

— Это было чудесно, — сказала Аой, глядя в окно. — Данго, мост, мастер-класс… Мы выжали из Арасиямы максимум.

— Да, отличный день.

Аой сияла, но я не мог в полной мере разделить её радость. Внутри росло неприятное чувство — предчувствие скорого расставания.

— В следующий раз давай погуляем по Гиону.

— Обязательно внесем это в план.

— Угу. Буду ждать.

Она улыбалась, представляя нашу следующую встречу, а у меня сердце сжималось. Вчера расставаться было легко, ведь я знал, что мы увидимся сегодня. А в следующий раз? Новый год? Весенние каникулы? Когда начнется пора экзаменов, времени совсем не останется. Я хотел видеть её завтра. И послезавтра. Всегда.

— Ну, пора, — сказал я.

Время летит слишком быстро, когда ты счастлив. Мы стояли у кафе, не желая отпускать руки друг друга.

— Спасибо за сегодня. Было очень круто. — Я выдавил лучшую улыбку, стараясь не выдать тоску.

— И тебе спасибо. Мне тоже было весело.

Я медленно разжал пальцы.

— Тогда… до встречи.

— Да. До завтра.

С этими словами Аой-сан развернулась и ушла. Я стоял и смотрел ей в спину, пока она не исчезла в толпе. И только сделав пару шагов к своему отелю, я осознал…

— До завтра?

Я был так занят своей печалью, что не сразу вник. Она действительно сказала «до завтра»?

— Может, я ослышался?..

Завтра мы оба едем в Нару, но графики у нас разные. Шансов пересечься случайно, как в первый день, почти ноль. Скорее всего, она просто оговорилась.

Но если нет… О боже, если это не ошибка, как бы я был счастлив! Если мы увидимся завтра, то мне не нужно грустить. В груди, вопреки логике, начала разгораться робкая надежда.

***

Вот теперь Глава 4 официально завершена! Финальный аккорд с друзьями и готовностью Акиры стать «свахой» для Юки и Нацумии-сан — это отличный переход к следующей части.

Глава 4. Экскурсия — День второй (Финал)

— Ребята, простите! Долго ждали?

Мы собрались в том же узком переулке рядом с отелем. Когда я добрался до места, где мы расстались утром, Юки и остальные уже были в сборе.

— Да брось, мы и сами только подошли, — ответил Юки, хлопнув меня по плечу с понимающей ухмылкой. — Ну, рассказывай, как прошло твое киотское свидание?

— Благодаря вам всё прошло идеально. Спасибо большое.

— Без проблем! Рад, что вам понравилось.

— Можешь расслабиться — учителя вообще ничего не заподозрили.

— Спасибо и вам, Нацумия-сан.

Глядя на то, как непринужденно ведут себя Юки и Нацумия-сан, я понял, что сегодня они вели себя как обычно. Вчерашний хаос, когда друзья внезапно оставили их наедине, был уроком: я попросил их больше так не делать. Я понимаю их чувства — глядя на эту парочку, так и тянет как-то вмешаться и помочь. Я и сам иногда это чувствую.

Но сейчас ситуация слишком хрупкая. Если давить слишком сильно, можно только всё испортить. К счастью, сегодня они сдержались и позволили событиям идти своим чередом.

— Ладно, теперь нам осталось только вернуться в отель с таким видом, будто ничего не произошло.

— Да. Пошли.

Идя за Юки и остальными, я поймал себя на одной мысли. Только благодаря им я смог провести этот день с Аой-сан. Если бы не помощь Юки и Нацумии-сан, мы бы даже не встретились.

Поэтому до конца поездки я хочу отплатить им тем же — помочь их отношениям продвинуться хотя бы на шаг. Четкого плана у меня пока нет, но как друг я обязан что-то предпринять. Когда-то Эйдзи и Изуми сделали это для меня… теперь настала моя очередь.

С этой решимостью в сердце мой второй день школьной экскурсии подошел к концу.

----------

Экскурсия — День третий (Часть 1)

Следующее утро, третий день поездки.

— Сегодня решающий день.

— Да… я приложу все усилия!

Мы с Нацумией-сан закончили сборы и спустились в лобби отеля на полчаса раньше остальных. Мы пришли пораньше не просто так — у нас было экстренное совещание. Тема: «Как сблизить Нацумию и Юки».

Я решил действовать через Нацумию, потому что по первому дню понял: Юки в плане романтики совершенно безнадежен.

— Думаю, наш лучший шанс — это свободное время в храме Фусими Инари, — предложил я.

— Да… я тоже так думаю.

Утром по плану был знаменитый храм с красными воротами, затем обед и переезд в Нару. Нам нужно было подтолкнуть их отношения хотя бы на полшага вперед именно в храме. Но боевой дух Нацумии быстро угас.

— Но… неужели всё правда пройдет гладко? — она поникла, выглядя на редкость подавленной.

Проблема была в том, что этих двоих нельзя оставлять наедине. В Киёмидзу-дэра все специально разошлись, чтобы дать им побыть вдвоем, но Юки впал в такую панику, что умолял меня не уходить. А вчера, когда они были в большой группе, неловкости не было, но и прогресса — тоже. Классическая ловушка «друзей детства»: им слишком комфортно вместе, чтобы что-то менять, но это же и мешает переступить черту.

— Любовь… никогда не идет так, как хочется, верно? — мы оба невесело усмехнулись, глядя в пустоту.

Раз наедине нельзя и в толпе нельзя, остается только «золотая середина».

— Думаю, нам надо ходить втроем: я, ты и Юки.

Я стану своего рода буфером. Юки знает, что я в курсе его чувств, поэтому со мной ему будет спокойнее, и давление «ты должен что-то сделать» уменьшится.

Я чувствовал себя как соседка-сваха, которая лезет не в свое дело. Но, вспоминая профессиональную помощь Изуми Асамии в моих отношениях, я понял, что просто иду по её стопам. Я даже отправил ей короткое «Спасибо» в мессенджере. Ответ пришел мгновенно: «Не за что! Если нужна помощь — пиши. И передавай привет Нацумии». Она поняла всё с одного слова. Поразительная женщина.

— Прости, Акира-кун… я тебя так нагрузила, — виновато сказала Нацумия.

— Не извиняйся. Мы же друзья, верно?

Звучало немного пафосно — явно заразился от Эйдзи. Но Изуми, Аой и мои старые друзья научили меня, что дружба — это ценность, за которую стоит бороться. Теперь настала моя очередь быть таким другом для кого-то другого.

— В общем, если нужна помощь — просто скажи.

— …Да. Спасибо. — Нацумия наконец улыбнулась.

— Вот так. Если будешь так улыбаться перед Юки, это поможет. Парни — существа простые: одна улыбка любимой девушки заставляет их лезть из кожи вон.

Мы потратили остаток времени на детали: я буду направлять разговор, а когда всё пойдет гладко — потихоньку отступлю. Нацумия-сан даже пообещала попробовать взять Юки за руку, если будет подходящий момент. В конце наше «совещание» превратилось в сессию жалоб на пассивность Юки.

— Он такой пассивный! — возмущалась она. — Я уже готова, ему нужно только сделать ма-а-аленький шаг, но он стоит на месте!

Прости, Юки, но тебе лучше икалось бы сейчас.

— О, вы рано!

За пять минут до сбора появились Юки и остальные.

— О чем болтаете?

— Да так, просто пришли пораньше, — быстро ответил я.

— Ага, обсуждали вчерашнее свидание Акиры с Аой-сан, — мастерски подыграла Нацумия.

В девять утра мы погрузились в автобус и отправились к нашей первой цели — храму Фусими Инари.

***

Храм Фусими Инари, без сомнения, одно из самых популярных мест в Киото. Будучи главным среди тридцати тысяч святилищ Инари по всей Японии, он притягивает толпы туристов. Говорят, по ежегодному количеству посетителей он занимает первое место в городе. Главная же притягательность — это «Сэнбон Тории», бесконечные ряды ярко-красных ворот.

— Вау, сколько людей… Неудивительно, что это место так знаменито, — пробормотал я, глядя на море из школьных групп и туристов.

— Если у входа такая давка, представляю, что будет внутри, — добавила Нацумия-сан.

— Киото — центр духовной силы, так что толпы — это нормально, — заметил Юки.

— Ты веришь в такие места, Юки? — спросил я.

— Не то чтобы я очень религиозен, но… у каждого ведь есть что-то, в чем он хотел бы попросить помощи у богов?

Голос Юки звучал неуверенно. Мне даже не нужно было спрашивать, что он имеет в виду. Фусими Инари славится не только как храм урожая и процветания, но и как место, тесно связанное с «энмусуби» — узами судьбы.

Мы прошли через огромные ворота и оказались на территории храма. После десятиминутной очереди настал наш черед молиться. Я закрыл глаза и загадал два желания:

Чтобы мои отношения с Аой-сан оставались такими же крепкими.

Чтобы желания двух людей рядом со мной тоже исполнились.

Затем мы пошли выбирать амулеты — омамори. Оба моих спутника замерли у витрины с амулетами «энмусуби» (на укрепление уз), но никто не решался сделать первый шаг.

— Акира, какой ты выберешь? — панически спросил Юки, ища путь к отступлению.

— Наверное, на удачу в учебе… и энмусуби, пожалуй, — ответил я.

— Зачем тебе энмусуби? У тебя же есть Аой-сан.

— Этот амулет не только для поиска пары, но и для укрепления уже существующих уз — с друзьями или любимым человеком, — пояснил я, заранее изучив это в интернете.

Я подбросил им «золотую возможность», но Юки предсказуемо струсил:

— Мы еще студенты. В следующем году экзамены, так что амулет на учебу логичнее.

— В-верно. Я тоже его куплю, — поддакнула Нацумия-сан.

Я лишь тяжело вздохнул. Да уж, ну и парочка.

Мы двинулись дальше по тропе Сэнбон Тории. Юки рассказал, что традиция жертвовать ворота пошла с эпохи Эдо: люди ставили их, когда их желания «проходили» сквозь преграды и исполнялись.

— Ты много знаешь, Юки-тян.

— Просто почитал в сети. Пойдем.

На подъеме Нацумия-сан начала отставать. Юки тут же замедлил шаг.

— Рика, не заставляй себя. Пойдем в твоем темпе.

— Спасибо. Мне приятно это слышать.

Вот он, шанс! Просто возьми её за руку! — кричал я про себя. Но Юки в такие моменты превращался в школьника, который впервые влюбился: куча мыслей, но ноль действий.

Мы дошли до храма Окуся, где находится «Омокару-иси» — камни предсказаний. Суть проста: загадываешь желание и поднимаешь камень. Если он кажется легче, чем ты ожидал — желание сбудется, если тяжелее — придется попотеть.

Мы все трое попробовали, и у всех камни оказались «легкими».

— И что вы загадали? — спросил я с невинным видом.

— Э-это секрет! — Юки покраснел как помидор и поспешил вперед.

Вторая попытка «свести» их тоже провалилась. Но по пути к Мицуцудзи случилась беда. Из-за крутого подъема и моей собственной усталости я не заметил, как Нацумия-сан отстала.

— Юки! Нацумии нет!

Он мгновенно побледнел и бросился назад. Мы нашли её ниже по склону: её окружила группа парней из другой школы.

— Эй, ты откуда? Пойдем с нами, зачем тебе эти друзья? Дай номерок! — приставали они к ней. Нацумия выглядела по-настоящему напуганной.

Моя кровь закипела, но Юки опередил меня.

— Даже не думайте к ней приближаться! — его крик заставил замолчать даже прохожих.

Он встал перед Рикой, закрывая её собой.

— Ты кто такой? Её парень?

— Я не парень, — твердо ответил Юки, — но она мой друг детства. И она мне очень дорога. Если хотите проблем с другой школой посреди экскурсии — валяйте. Рискнете исключением или полицией?

Его взгляд был полон такой ярости, что придурки предпочли ретироваться, бормоча проклятия.

— Рика, ты…

Юки обернулся, и Нацумия тут же уткнулась ему в грудь, вцепившись в куртку. Её руки дрожали.

— Прости, что оставил одну.

— Нет… это я… — её голос сорвался, она едва сдерживала слезы.

Юки нежно обнял её за плечи, совершенно не заботясь о том, что на них смотрят.

После этого мы поехали в Нару, посетили Хорю-дзи и другие места. Между ними явно что-то изменилось. Даже ребята из нашей группы это заметили. Но… почему-то они всё еще оставались в «одном шаге» от финала. Так близко, но всё еще не там.

----------

Экскурсия — День третий (Часть 2)

В тот вечер, после ужина и ванны в отеле, я сидел на диване в лобби. Шел последний вечер нашей поездки. Я в одиночестве ел клубничный торт, купленный в ближайшем мини-маркете.

— Завтра уже последний день, да?

Такие мысли всегда приходят в конце отпуска. Счастливые моменты пролетают слишком быстро. Но эта поездка была хороша. Я видел Аой-сан два дня подряд, а вчера мы провели целый день вместе в Арасияме. То, что мы, учась в разных школах, смогли разделить такой важный момент школьной жизни — само по себе чудо.

Честно говоря, мне хотелось увидеть её и сегодня… хотя я понимал, что это почти невозможно.

— Эх… реальность не такая сладкая, как торт, да?

С этой мыслью я съел еще один кусочек.

— Спасибо за угощение.

Доев, я убрал мусор. Я не мог вечно прокручивать этот день в голове. Осталось еще одно дело: помочь Юки и Нацумии-сан. Но, судя по сегодняшним событиям, это сложнее, чем я думал. Им нужен «триггер» — что-то, что заставит их посмотреть друг на друга иначе, а не как на привычных друзей детства.

В 20:30 мой телефон завибрировал.

— Аой-сан?.. Что?

Я открыл сообщение: «Можешь выйти из отеля ненадолго?»

Мозг на мгновение замер. Я рефлекторно глянул на вход. Там, за стеклянными дверями, стояла Аой-сан и нервно заглядывала внутрь. Я пулей вылетел на улицу.

— Акира-кун, как быстро! Я так хотела тебя увидеть, что… сбежала из отеля.

Она лукаво улыбнулась.

— Я счастлив, но… это же риск!

— Всё нормально. Изуми-сан и Эйдзи-кун помогают мне обмануть учителей. Но если поймают — мне конец.

— Ты же староста! Тебе не просто влетит.

— Знаю. Но я всё равно хотела тебя увидеть. Садись, поговорим.

Она указала на скамейку. Затем достала коробочку, открыла её и протянула мне… кусочек клубничного торта.

— С днем рождения, Акира-кун.

Я замер, забыв, как дышать. Сегодня, 27 октября, мне исполнилось семнадцать. Но я ей не говорил!

— Откуда ты узнала?

— Эйдзи-кун сказал. Когда я просила их с Изуми-сан помочь нам встретиться, он спросил, не из-за твоего ли дня рождения я так рвусь. Они думали, я знаю.

Я был по-настоящему счастлив, но и чувствовал вину.

[[image:/storage/reader-images/0d60cd619d08fe89d4a8870a895e5e0f96a4cfbd.jpg]]
— Прости… я не специально скрывал.

— Не извиняйся. Я понимаю. Ты скрывал это ради меня, верно?

Она была права. Прошлый год был тяжелым из-за её матери, и я не хотел нагружать её. А потом просто не было случая сказать.

— В прошлом году я не могла быть рядом. Поэтому в этом году я решила во что бы то ни стало поздравить тебя — даже ценой взбучки.

Так вот почему она вчера сказала «До завтра».

— Так ты поэтому…

— Угу. Я знала, что мы увидимся.

Все напряжение исчезло.

— Это… определенно самый большой сюрприз в моей жизни. Но серьезно…

Она помнила. Она пришла, рискуя всем. Я сдерживал слезы.

— Прости, у меня нет подарка. Я долго колебалась, выбирая подарок парню, и в итоге наступила поездка. Ты простишь меня, если пока будет только торт?

— Твоего присутствия здесь уже более чем достаточно.

Мы делили этот торт под прохладным небом, и он был в десять раз вкуснее вечернего.

— Кстати, а когда у тебя день рождения? — спросил я.

— 5 мая.

— …Что?

Это было несколько месяцев назад! Оказалось, мы оба были слишком осторожны друг с другом. Но впереди еще много праздников, которые мы отметим вместе.

— Можно попросить об одном одолжении? — Аой опустила голову. — Можешь… иногда называть меня «Аой»? Без «сан».

Я едва не потерял дар речи. Она хочет «йобисутэ» (обращение по имени без суффиксов)? Как у Эйдзи и Изуми.

— Если ты этого хочешь… то конечно. Попробовать сейчас?

Я откашлялся. Это было безумно неловко.

— Аой… спасибо, что пришла ко мне в день рождения…

Мой голос дрогнул, а уши запылали. Кажется, Аой тоже была смущена гораздо сильнее, чем ожидала.

— Я рада, но… еще не привыкла. Это так смущающе…

— Д-да… привыкнем постепенно.

Аой напомнила мне, что впервые начала видеть во мне мужчину на летнем фестивале, когда я в панике выкрикнул её имя без «сан». Это было оно! Мой ключ к проблеме Юки и Рики.

— Аой-сан, спасибо! — я схватил её за руки.

Я объяснил ей ситуацию с друзьями детства. Нацумия-сан всё еще зовет его «Юки-тян», и это мешает им вырасти.

— Я тоже это чувствовала, — кивнула Аой. — Им нужна искра. Смена имен может сработать.

В 21:00 ей пора было уходить. Она сделала шаг, остановилась и обернулась:

— До встречи, Акира.

Она назвала меня по имени. Без «кун».

Я прикрыл рот рукой, чувствуя, как лицо расплывается в улыбке. Этот день рождения официально стал лучшим днем в моей жизни.

***

Мы покинули отель и направились к нашей последней цели: парку Нара.

Парк Нара знаменит на весь мир, прежде всего из-за оленей, которые свободно разгуливают где им вздумается. Но многие даже не осознают, насколько огромен этот парк на самом деле. Его площадь составляет около 660 гектаров — в это трудно поверить, пока не увидишь своими глазами. Если вам когда-нибудь представится шанс, я очень рекомендую здесь побывать.

— Это место просто безумно огромное… — пробормотал я, изучая буклет.

И, честно говоря, любой на моем месте сказал бы то же самое. Но парк Нара — это не только просторы. Здесь находятся важнейшие культурные и исторические памятники Японии: храмы Касуга-тайся, Кофуку-дзи и Тодай-дзи. Это уникальный парк, где природа и история идут рука об руку. Кормить оленей печеньем и фотографироваться — это весело, но культурная и историческая составляющая здесь не менее ценна.

— Ну что, это наша последняя точка в путешествии! Погнали! — воскликнул Юки, полны энергии делая шаг вперед.

Однако никто за ним не последовал.

— А? Вы чего, ребята? — он обернулся, явно в замешательстве.

Нацумия-сан глубоко вдохнула и сделала шаг к нему.

— Юки-кун.

— Э?..

Не «Юки-тян».

Юки-кун.

Юки замер на месте, на его лице отразился шок.

— П-подожди… «Юки-кун»? Что происходит? — он попытался скрыть растерянность нервным смешком, чувствуя, как изменилась атмосфера.

Но взгляд Нацумии-сан оставался твердым и решительным.

— Эм… если ты не против… не хочешь погулять со мной? Только вдвоем.

— Рика…

Пока я наблюдал за ними со стороны, наш вчерашний ночной разговор с Аой снова зазвучал у меня в голове.

***

— Прости, что вызвал так поздно… почти перед самым сном.

— Всё в порядке, не переживай.

Сразу после того, как Аой устроила мне сюрприз на день рождения, я написал Нацумии-сан и попросил её спуститься в лобби.

— Что-то случилось? О чем ты хотел поговорить?

— У меня есть одно предложение… насчет тебя и Юки.

— Предложение? — её глаза тут же загорелись. Она подалась вперед с таким энтузиазмом, будто ждала этого всю жизнь. — И что мне нужно сделать?

— Измени то, как ты называешь Юки.

Она наклонила голову вбок, явно не понимая сути. Я постарался объяснить как можно мягче:

— Для тебя звать его «Юки-тян» — это естественно. Но ты ведь знаешь, что он часто смущается из-за этого?

— Да… я знаю.

— Понимаю, ты зовешь его так из нежности. И уверен, Юки это не ненавидит. Но… парни в нашем возрасте порой очень глупо реагируют на такие вещи. Как парень, я прекрасно понимаю, почему ему неловко, когда его зовут «Юки-тян» при всех. Честно говоря, если бы меня так звали, я бы тоже сгорал от стыда.

Я сделал паузу, чтобы она осознала масштаб проблемы.

— Поэтому я думаю… если ты сменишь обращение, это даст вашим отношениям мощный толчок.

— Например… просто «Юки»? — она произнесла это и тут же засомневалась. — Как-то… странно звучит.

— Вот именно! В этом «странном» чувстве и кроется причина, по которой вы не двигаетесь вперед. Вы годами были «Юки-тяном» и Рикой. Эта привычка стала стеной, которая мешает вам стать кем-то другим друг для друга. Если ты хочешь сделать шаг вперед, ты должна разрушить эту стену близости.

Нацумия-сан задумчиво кивнула, пробуя слова на вкус.

— Может быть… я попробую «Юки-кун»…

— Если для тебя это звучит естественно — действуй.

Она повторила «Юки-кун» несколько раз шепотом, будто привыкая к новому звучанию. Но в её голосе всё еще была тревога:

— А это… правда сработает?

— Ты можешь верить мне. И можешь верить Аой.

— И… Аой-сан тоже так считает?

Я рассказал ей про свой день рождения и про то, как Аой попросила называть её просто по имени.

— Она сказала, что когда я впервые назвал её без «сан», она начала видеть во мне не просто друга, а мужчину. Это заставило её почувствовать себя особенной. И честно сказать, когда она сегодня впервые назвала меня «Акира»… я мгновенно всё понял. Поэтому я уверен: с Юки это тоже сработает.

— Раз Акира-кун и Аой-сан так говорят… я верю, — Нацумия-сан облегченно улыбнулась.

Глядя на её решимость, я достал кое-что из кармана.

— В начале будет неловко, так что вот тебе небольшой талисман для храбрости.

Она взяла крошечный предмет и удивленно вскинула брови:

— Оберег на удачу в любви?

Это был один из тех амулетов, что я купил в Фусими Инари, когда специально немного задержался.

— Я подумал, что вам обоим будет слишком стыдно покупать такое самим. Так что я взял его для тебя.

— …Спасибо, Акира-кун.

Не знаю, есть ли в этих амулетах реальная сила богов. Но если вы меня слышите, боги Фусими Инари… пожалуйста, подтолкните её совсем чуть-чуть.

***

План был утвержден: во время свободного времени в парке Нара Нацумия-сан пригласит Юки погулять вдвоем. Вчера вечером мы подготовили почву — я поговорил с парнями из нашей группы, а Нацумия-сан объяснила ситуацию девочкам. Мы попросили всех помочь им остаться наедине, ведь это был последний шанс за всю поездку.

— Юки-кун… эм… — снова позвала его Нацумия-сан. Её голос слегка подрагивал от волнения. — Не хочешь… прогуляться со мной? Только вдвоем?

— «Юки-кун»?.. — Юки повторил обращение, его голос был полон недоумения.

Но на его лице читался не только шок.

— Можно? — спросил он так тихо, будто боялся, что ответ может что-то разрушить.

— Не то чтобы нельзя, но… — Юки неловко заерзал и посмотрел на меня, ища поддержки.

Я подошел ближе и вручил ему оберег на удачу в любви — точно такой же, какой отдал Нацумии-сан ночью.

— А? Зачем ты мне это даешь?

— Как я и говорил Нацумии-сан… в Фусими Инари вы оба явно хотели их купить, но никто не решился. Так что я купил их за вас.

Юки моргнул, переваривая информацию.

— Если тебе тяжело, — продолжил я, — нет ничего плохого в том, чтобы надеяться на богов. Но если ты просто свалишь всё на них, они не помогут. Ты должен показать, что сам готов бороться.

В его глазах что-то изменилось. Он понял.

— Как мужчина, я понимаю твои чувства. Но если ты действительно хочешь двигаться вперед, сейчас самое время. Это не как в первый день в Киёмидзу-дэра, когда вы потерялись случайно. Сейчас Нацумия-сан набралась смелости и сама позвала тебя. Если ты не ответишь на это… что ж, тогда ты не мужчина.

— Акира…

Юки крепко сжал амулет в руке. Сомнения исчезли, уступив место твердой решимости.

— Прости… что заставил тебя вмешаться.

— Пустяки. Ты бы сделал для меня то же самое.

На этом… моя миссия была окончена. Остальное меня уже не касалось.

— Хорошо… пойдем. Погуляем вдвоем.

— Спасибо, Юки-кун.

Мы смотрели им в след, как они уходят, почти касаясь друг друга плечами. Удачи вам обоим.

Когда спустя время они вернулись, атмосфера между ними… определенно стала другой.

[[image:/storage/reader-images/9ba8283823fa8847214b88d165541a92815ce0d5.jpg]]
Я понял это по их улыбкам. Казалось, тяжкий груз, который давил на них годами, наконец-то исчез. Я не знаю, что именно произошло, пока они гуляли, но, судя по всему, всё прошло отлично. Мне было безумно любопытно, но я решил попридержать вопросы до конца поездки.

Так вот что чувствовала Изуми, когда поддразнивала меня и Аой. Теперь я понимаю. Оказывается, наблюдать за чужой любовью — то еще удовольствие.

----------

Экскурсия — Последний день

Школьная поездка длиной в три ночи и четыре дня подошла к концу. Мы сели на синкансэн на станции Киото и прибыли на станцию Токио чуть позже пяти вечера. Пока все спешили пересесть на свои поезда, чтобы добраться до дома, я остался в кафе внутри станции.

Я не уехал сразу, потому что договорился встретиться здесь с Аой. Пока мы ехали в поезде, мы переписывались и поняли, что обе наши школы распускают учеников именно здесь. Мы решили напоследок выпить по чашке кофе вместе. Поскольку её поезд прибывал позже, я ждал один.

Только вдумайтесь: мы виделись каждый день этой поездки. Первый день — в Киёмидзу-дэра. Второй день — в Арасияме. Вчера вечером она пришла к моему отелю. И сегодня мы снова вместе. Учитывая, что мы учимся в разных школах, это кажется настоящим чудом.

— Эта поездка была просто невероятной… — я погрузился в эти мысли, когда знакомый голос окликнул меня:

— Акира-кун!

Я обернулся и увидел Аой, катящую свой чемодан ко мне.

— Прости, что заставила ждать!

— Не извиняйся. Мне даже нравится тебя ждать, — честно ответил я.

Я присмотрел за её багажом, пока она ходила к стойке. Через пару минут она вернулась с пышным шоколадным фраппуччино, щедро украшенным взбитыми сливками.

— С окончанием экскурсии! — мы шутливо чокнулись стаканчиками.

Аой выглядела такой счастливой, когда пробовала десерт, что я не удержался от улыбки.

— Вкусно?

— Очень! В Киото я пила только чай, так что организму срочно требовалось что-то сладкое. На, попробуй.

Она протянула мне ложечку со сливками. Теперь я уже не так сильно смущался. Быстро оглядевшись (не видит ли кто из учителей или знакомых), я принял угощение. Это было очень сладко и безумно вкусно — как раз то, что нужно после утомительной дороги.

— Слушай, а Эйдзи и Изуми уже уехали? — спросил я.

Аой покачала головой, дожевывая сливки. Оказалось, они решили остаться в Токио на ночь, так как завтра выходной. Они забронировали шикарный отель в известном парке аттракционов.

— Вот же везет им… — вырвалось у меня.

Аой эхом повторила мои мысли. Оказывается, она тоже об этом думала.

— Честно говоря, я тоже завидую, — призналась она. — Надеюсь, когда-нибудь и мы сможем поехать вдвоем. Может, на твой день рождения в мае?

Мы начали увлеченно обсуждать планы на будущее: горячие источники, онсены, горы. Время пролетело незаметно, и вот уже семь вечера. Пора прощаться.

Я проводил её до перрона синкансэна. Её поезд уже стоял, до отправления оставались считанные минуты.

— До встречи, Акира-кун. Напиши, как доберешься.

— И ты тоже.

Она зашла в вагон, двери начали закрываться. Я приготовился к волне одиночества, провожая поезд взглядом, но…

— А?!

В самый последний момент, когда двери почти сомкнулись, Аой выскочила обратно на перрон! Поезд медленно тронулся и уехал без неё.

— Аой?.. — я стоял в оцепенении.

Она подошла и прижалась к моей груди.

— Что случилось?

— …Я не хочу уезжать. Хочу побыть с тобой еще немного…

Моё сердце забилось как сумасшедшее. Я крепко обнял её. Это было как в кино. Ни один парень не остался бы равнодушным после таких слов. Но где нам остановиться? Мы в школьной форме, у нас нет брони, а в отели для пар нас не пустят — закон суров к несовершеннолетним. Даже в интернет-кафе ночью нельзя.

— Слушай… — я предложил единственный возможный вариант. — Поедем ко мне?

— К тебе? — она подняла на меня глаза.

— Да. Я всё объясню родителям. Мама тебя уже знает, Хиёри будет в восторге. Единственный, перед кем мне неловко — это папа, но я всё улажу.

— Правда можно? Я давно хотела познакомиться с твоим отцом. Раз мы планируем быть вместе, это важно.

Я позвонил маме. Она сразу согласилась и даже пообещала встретить нас на станции.

— Мама сказала, что очень ждет встречи с тобой.

— Какое облегчение… — Аой выдохнула с явным чувством нежности, и её лицо озарила мягкая улыбка.

Взявшись за руки, мы покинули перрон и направились к электричке, которая везла нас к моему дому.

***

Город, в котором я живу, находится примерно в часе езды от Токио на синкансэне. Как столица префектуры в северном Канто, он довольно оживленный для регионального центра. Возле вокзала высятся современные торговые комплексы, что делает жизнь здесь удобной, хотя природы маловато — горы далеко. Это полная противоположность местам, где живет Аой-сан.

— Так вот где ты живешь, Акира-кун… — Аой-сан с любопытством оглядывалась по сторонам, когда мы вышли со станции. — Твой дом далеко?

— Довольно далеко, поэтому я попросил маму нас забрать. Она уже должна быть здесь.

Мы подошли к стоянке, и я сразу узнал мамину машину.

— С возвращением! — мама улыбнулась нам с водительского сиденья.

— Мы дома. Спасибо, что встретила.

— Аой-сан, сколько лет, сколько зим! — поприветствовала она мою спутницу.

— Добрый вечер. Простите, что так долго не выходила на связь, — Аой-сан вежливо поклонилась.

Как только мы выехали на главную дорогу, мама начала расспрашивать про поездку. Она была явно в приподнятом настроении.

— Кстати, у меня один вопрос, — вдруг сказала она, глядя в зеркало заднего вида. — Вы двое… уже встречаетесь?

— Ха-а?! — мы вскрикнули в унисон.

Аой-сан посмотрела на меня огромными глазами, в которых читалось: «Ты что, не говорил матери?!». Я запаниковал. Если подумать, я и правда официально не докладывал. Мама знала, что мы долго жили вместе, знала про её семью… но про статус пары я промолчал.

— Вообще-то, с летних каникул… — запоздало признался я.

— О! Как здорово, — весело отозвалась мама. — Значит, ты привез её познакомиться с отцом?

При упоминании отца в салоне повисло легкое напряжение.

— Ну… можно и так сказать.

— Понятно. К сожалению, он сейчас в командировке и вернется только завтра вечером.

Я невольно выдохнул с облегчением. Мама, будучи очень проницательной, тут же это подметила:

— Вместо «к сожалению» мне стоило сказать «тебе повезло»? Я не стала скрывать от него твой приезд, просто сказала, что ты привезешь друга.

Когда мы подъехали к дому, Хиёри уже выбежала нам навстречу.

— С возвращением!

— Мы дома, Хиёри.

— С возвращением домой, Аой-сан, — добавила сестра.

— Спасибо… то есть, могу я сказать «Я вернулась»? — робко спросила Аой.

— Конечно. Ты же нам как родная.

Хиёри вцепилась в руку Аой и буквально потащила её в дом. Мама была поражена — она впервые видела Хиёри такой открытой и эмоциональной. Я объяснил ей, что они постоянно переписываются и отлично ладят. Маму это очень тронуло.

В доме мы первым делом разобрали подарки. Хиёри вцепилась в коробку маття нама-яцухаси и начала уплетать их еще до ужина.

— Вкусно?

— М-м… — она только кивнула с набитым ртом.

Затем Аой-сан достала подарок для неё — нежно-фиолетовую резинку для волос из ткани тиримен.

— Какая прелесть… — прошептала Хиёри. Она тут же завязала волосы, а Аой надела такую же синюю. Они выглядели как настоящие сестры.

Потом я вручил ей наш общий подарок — чехол для смартфона. Теперь у нас троих были одинаковые чехлы. Хиёри была в восторге.

После того как мама, Хиёри и Аой умудрились приговорить две коробки сладостей прямо перед ужином, мама отправилась на кухню.

— Хиёри, поможешь мне?

— Я тоже хочу помочь! — неожиданно вызвалась Аой-сан.

Мама пыталась отказаться, не желая нагружать гостью, но Аой была настойчива:

— Я хочу научиться готовить то, что любит Акира-кун. Чтобы в следующий раз, когда мы будем вместе, я могла порадовать его вкусной едой.

Мама растаяла от такой искренности. В итоге они втроем весело возились на кухне. Через полчаса ужин был готов. Глядя на то, как мы вчетвером сидим за столом, я поймал себя на мысли:

«Я был бы очень счастлив, если бы когда-нибудь такая картина стала нашей обычной повседневностью».

И это было не из-за маминых шуточек, а просто… моё самое искреннее желание.

***

После ужина мы решили немного передохнуть. Я поднялся к себе, чтобы разобрать сумки после поездки. Вы, наверное, подумаете, что я сразу побежал общаться с Аой-сан, раз уж она проделала такой путь, но нет — Хиёри приклеилась к ней как рыба-прилипала. Как старший брат, я решил, что стоит дать сестре время насладиться встречей. А чем они заняты сейчас? Ну… они вместе пошли в ванну.

— Честно говоря, я завидую Хиёри… — пробормотал я, оставшись один в комнате.

Раньше, до того как мы начали встречаться, Изуми поддразнивала бы меня за такие мысли, а я бы отнекивался. Но теперь? Теперь я нормальный подросток, у которого есть девушка. Моё воображение иногда пускается вскачь, особенно когда вспоминаешь, что Эйдзи и Изуми сейчас вдвоем в шикарном отеле. К тому же, у нас с Аой-сан уже было три случая, когда всё могло зайти… дальше. Но мы их упустили. Сердце забилось чаще, и я всерьез задумался: может, запланировать поездку на её день рождения в мае?

— Акира-кун, можно войти?

— О-уа-а! — от неожиданности я подпрыгнул и случайно зашвырнул сумку в другой угол комнаты.

Я судорожно огляделся — нет ли в комнате чего-то непотребного? Вроде чисто.

— Д-да, входи.

Дверь приоткрылась, и Аой-сан заглянула внутрь.

— Я слышала какой-то грохот. Ты в порядке?

— А, да, пустяки.

Я старался выглядеть непринужденно, но глаза выдавали меня. Она только что из ванны, от её кожи еще исходит мягкое тепло и аромат пара. Образ из моих фантазий только что материализовался прямо передо мной.

— Ты разбираешь вещи?

— Почти закончил. Садись.

Аой-сан присела рядом со мной на кровать.

— А где Хиёри?

— Сказала, что пойдет делать уроки.

Уроки? В такой час? Хиёри обычно делает их сразу. Кажется, сестра просто решила дать нам время наедине.

— Твоя комната… — Аой-сан огляделась. — Такое странное чувство.

— Мебель та же, что была, когда мы жили вместе, так что не должно сильно отличаться.

— Знаю, но я так давно не заходила в твою комнату. Когда это было в последний раз?..

Мы оба подняли глаза к потолку, вспоминая… и тут же покраснели до кончиков ушей. Та незабываемая ночь на прошлый День святого Валентина. Когда она пробралась ко мне в спальню, готовая переступить черту… но в итоге мы просто проспали в одной кровати до утра, так и не совершив «этого». Тогда это было правильное решение. Но сейчас? Сейчас у нас нет причин сдерживаться.

— Аой-сан…

— Акира-кун…

Мы были так близко, что я видел своё отражение в её глазах. Слова не требовались. В нашем возрасте такие мысли невозможно остановить. Наши плечи соприкоснулись, руки встретились на покрывале. Зайти до конца в доме, где в соседних комнатах мама и сестра, — это безумие. Но поцелуй… поцелуй-то точно можно.

Сердце колотилось в ожидании моего второго в жизни поцелуя (и её четвертого).

[[image:/storage/reader-images/85f851f54391a2ad0b2dea3545e41f1ab5d8583c.jpg]]
— …Можно?

— …Да.

Наши губы почти соприкоснулись, когда…

— Акира, мама просила передать, что пора в душ… ой.

Атмосфера разлетелась вдребезги. В дверях стояла Хиёри. Её лицо оставалось бесстрастным, но в голосе слышалось явное замешательство. Она буквально застыла с рукой на дверной ручке. Нас застукали в самый неподходящий момент.

Я в панике отпрыснул на другой край кровати и зарылся лицом в подушку.

«Ты же сказала, что делаешь уроки!»

— …Я поняла, — коротко бросила Хиёри. Это одно слово прозвучало как выстрел. — Я скажу маме, что ты пойдешь позже. Одной передышки в час хватит?

— Я иду прямо сейчас! И ничего не говори маме! — отчаянно выкрикнул я.

Аой-сан рядом со мной смущенно улыбалась, пряча пылающие щеки. В тот момент стало ясно: в доме у родителей такие номера не проходят. Именно тогда я дал себе торжественную клятву: в следующем году на день рождения Аой я организую поездку. Без свидетелей. Без сестер. Только мы.

Но той ночью неловкое напряжение преследовало нас еще очень долго.

----------

Знакомство с отцом

На следующий день, в субботу днем…

Мама подвезла нас с Аой-сан к торговому центру неподалеку от города.

— Спасибо, что подбросила. Это очень помогло, — поблагодарил я.

— Большое спасибо, — добавила Аой-сан.

Мы вышли из машины. Мама высунулась из окна:

— Я могу заехать за вами позже. Во сколько мне приехать?

— Не стоит, всё в порядке. Мы вернемся домой на автобусе.

— Ладно. Но если передумаете — просто позвоните, хорошо?

— Договорились. Спасибо!

Мы помахали маме рукой и направились к входу в молл.

— Ну что, идем?

— Да.

Почему мы вообще решили выбраться сюда сегодня? Всё началось вчера вечером, после того крайне неловкого момента, когда нас застукала Хиёри. Позже, когда все приняли ванну и собрались в гостиной перед сном, завязался разговор.

— Итак, чем займемся завтра?

— Хм… может, просто отдохнем? Мы ведь вымотались после поездки.

Сидеть дома и просто ждать возвращения отца было скучно.

— Может, сходим куда-нибудь? Молл хоть и далековато, но там должно быть весело.

Глаза Аой-сан тут же засияли, и она воодушевленно хлопнула в ладоши.

— О, тогда я хочу купить подарок на день рождения для Акиры-куна!

— Отличная идея. Мне ведь тоже нужно выбрать подарок для тебя.

— Давай выберем их вместе!

Так и родился этот план. Мама, случайно услышав нас, предложила подвезти. И вот мы здесь. Я был рад, что Аой-сан заговорила о подарках первой.

— Ого, как сегодня многолюдно, — вырвалось у меня, когда мы вошли внутрь.

— Да. Но знаешь… — Аой-сан улыбнулась. — Такая толпа напоминает мне наш самый первый поход по магазинам.

— Точно. Тогда тоже было не протолкнуться.

Эти воспоминания вызвали теплую ностальгию. Тот первый выход вдвоем… День, когда я осознал, что Аой-сан — вовсе не дерзкая «гяру», а удивительно спокойная и элегантная девушка. День, когда я впервые захотел стать для неё тем, на кого она может положиться. Кажется, это было целую вечность назад.

— Я помню, как тогда в салоне мастер назвал меня твоим «парнем», — сказал я, погрузившись в воспоминания. — А ты так разволновалась, что начала извиняться за это «недоразумение». А теперь мы и правда встречаемся. Странно всё-таки жизнь повернулась, да?

— Я просто тогда очень перенервничала и не знала, что ответить… — пробормотала она, покраснев.

— Акира-кун злой, — Аой-сан притворно надула губы, делая вид, что обиделась на моё напоминание, и зашагала вперед.

Я бросился извиняться, обещая искупить вину чем угодно. Аой тут же остановилась и схватила меня за правую руку.

— Попался! Если будешь держать меня за руку весь день — я тебя прощу.

— Конечно! Я бы и без всяких просьб так сделал.

Чувство облегчения накрыло меня. Рядом со мной Аой-сан широко улыбалась — как будто она вовсе и не злилась.

— Ты ведь только что просто притворилась обиженной, да?

— Ч-что? Вовсе нет… э-э, с чего ты взял? — она отвела взгляд, а её щеки густо покраснели.

Врать она совершенно не умеет.

— На самом деле… твоя рука выглядела одинокой.

Это робкое признание мгновенно всё прояснило. Ей просто нужен был повод, чтобы взять меня за руку.

— Я понимаю. Потому что… моя рука тоже чувствовала себя одиноко.

— Вот видишь? Я так и знала.

Черт. Она слишком милая. Я этого не вынесу. На долю секунды у меня возникло дикое желание прокричать на весь мир, как же очаровательна моя девушка. Мы долго не могли решить, что выбрать. Ответ «мне всё равно, лишь бы от тебя» только усложнял задачу.

— Но… если можно, я бы хотела что-то парное, — тихо пробормотала Аой, касаясь нашего общего ожерелья. — Чтобы чувствовать, что ты рядом, даже когда мы далеко.

— Тогда давай выберем еще одну парную вещь. Что именно?

Аой заметно занервничала. Её пальцы сильнее сжали мою ладонь. Она замялась, словно набираясь смелости.

— Это просто идея… и только если тебе не противно… Может… купим парные кольца?

— Кольца?! — не удержался я от крика.

Люди начали обернуться. Аой в панике стала объяснять, что это не «в том самом смысле», а просто как аксессуар. Она так сильно покраснела, что я тут же уверенно повел её к ювелирному магазину.

— Я тоже этого хочу.

В магазине было по-праздничному светло. Наш взгляд остановился на наборе из белого золота: простом и изящном. Женское кольцо украшал крошечный бриллиант, а мужское было строгим и лаконичным. Пока консультант мягко измеряла наши безымянные пальцы на правых руках, я чувствовал, как уходит всё напряжение.

— Мы берем их.

— Желаете надеть сразу? — улыбнулась продавщица.

Мы переглянулись и кивнули. Пустые коробочки нам упаковали как подарки, а сами кольца теперь сияли у нас на пальцах.

[[image:/storage/reader-images/08ec6b9bcc566df10ac2363d4d291ddd315d6e56.jpg]]
После покупок мы зашли в кафе передохнуть. Аой-сан не могла отвести взгляд от кольца.

— Тебе и правда так сильно нравится? — спросил я.

— Да. Очень.

— Прости, что мы празднуем твой день рождения с таким опозданием… почти на полгода.

— Ничего страшного. Ты ведь тогда не знал.

— В следующем году я всё спланирую как надо, обещаю.

Затем её улыбка немного угасла.

— В следующем году, да?..

Я понимал её чувства. Скоро мы станем выпускниками, начнется подготовка к экзаменам, и времени на встречи будет совсем мало. Именно поэтому я был рад, что теперь у нас есть эти кольца.

— Аой-сан, я хотел спросить… Ты ведь еще не решила, куда поступать?

— Пока нет. Есть варианты, но я всё еще думаю.

— Тогда… как ты смотришь на то, чтобы поступать в университет в Токио вместе со мной?

Глаза Аой-сан округлились от удивления. Я поспешил объяснить, что не хочу давить на неё, но был бы невероятно счастлив быть рядом.

— На самом деле… я тоже этого хочу, — серьезно ответила она. — Отец и бабушка уже говорили, что поддержат меня, если я решу учиться в другом городе. Им даже будет спокойнее, если они будут знать, что ты рядом.

— Значит…

— Да. Я хочу нацелиться на Токио вместе с тобой.

От радости я едва не вскочил, но сдержался и просто крепко сжал её руку. Теперь у нас была общая цель. Но вскоре Аой-сан снова заметно занервничала.

— Слушай… а твой папа, какой он человек?

Я попытался её успокоить, объяснив, что он вылитая Хиёри — почти не показывает эмоций и кажется суровым, но на самом деле он очень добрый и искренний.

— Я всё думаю… сколько именно ему рассказать, — признался я. — На самом деле я решил, что хочу быть честным до конца. Рассказать всё о том, как мы тайно жили вместе.

— Акира-кун…

— Я больше не хочу врать. Нас наверняка отругают. Ни один отец не обрадуется, узнав такое. Но я хочу, чтобы он знал правду о наших отношениях. Я хочу, чтобы моя семья видела в нашей связи то, чем я могу по-настоящему гордиться.

Аой-сан крепко сжала мою руку в ответ:

— Я чувствую то же самое. Я не хочу скрывать наше прошлое или притворяться, что тех дней не было. Это часть нашей жизни. Если нас будут ругать — мы извинимся вместе. Мы пройдем через это вдвоем.

Её поддержка придала мне сил. Мы провели остаток дня в молле, стараясь насладиться моментом. Вечером, когда мы уже ехали в автобусе домой, мой телефон завибрировал.

Это было сообщение от Хиёри:

«Папа вернулся».

***

— С возвращением.

Хиёри встретила нас в прихожей, когда мы снимали обувь.

— Мы дома. Где папа?

— В гостиной. Удачи вам обоим.

— Спасибо.

Мы с Аой-сан переглянулись — это был безмолвный жест, чтобы укрепить решимость, которую мы копили весь день, — и прошли внутрь. Мы миновали коридор и остановились перед дверью в гостиную. Я глубоко вздохнул, пытаясь унять дрожь, и, собрав в кулак всю свою волю, открыл дверь.

Отец сидел на диване.

— Привет, пап. С возвращением.

— Да. Я дома.

Он поднял голову и перевел взгляд на нас.

— Можно поговорить?

— Конечно.

Он жестом пригласил нас сесть. Мы устроились на диване прямо напротив него. В животе всё скрутило от липкого чувства тошноты, но я заставил себя сохранять спокойствие.

— Я хочу кое-кого представить. Это Сотомэ Аой.

— Рада встрече с вами. Меня зовут Сотомэ Аой.

Несмотря на дикое волнение, Аой-сан вежливо поклонилась и выдавила приветливую улыбку.

— Рад знакомству. Я отец Акиры.

Его голос, как и у Хиёри, не выражал никаких эмоций. Или, может быть, мне было так трудно его читать только из-за того, что я был натянут как струна.

— Мы учились в одном классе в моей старой школе и начали встречаться на летних каникулах. Мама и Хиёри уже знакомы с ней, но я хотел представить её тебе лично.

— Простите, что смогла представиться только сейчас, — добавила Аой. — Акира-кун очень мне помог в прошлом году, и теперь мы… встречаемся.

После приветствий воцарилась тяжелая, вязкая тишина. Секунды тянулись бесконечно, пока наконец…

— Аой-сан.

— Да? — она встрепенулась, услышав свое имя.

— Пожалуйста, присматривай за Акирой и дальше.

Эти слова, произнесенные на удивление мягко, заполнили всю комнату. Он слегка улыбнулся и едва заметно кивнул.

— Д-да… конечно, — выдохнула она.

Я был в шоке от такого простого ответа, но еще больше меня поразила улыбка на лице отца. Увидеть его улыбающимся — это большая редкость, чем даже улыбка Хиёри. Я и не помню, когда видел это в последний раз. Но вместе с шоком пришло и колоссальное облегчение. Эта улыбка была знаком того, что он принял Аой-сан.

— Папа… мне нужно еще кое-что объяснить насчет Аой-сан.

И именно поэтому следующая часть разговора далась мне так тяжело. Готовясь к любой реакции, мы с Аой-сан собрали остатки мужества, чтобы открыть правду.

— До того, как я переехал сюда… мы с Аой-сан жили вместе в том доме.

Как только я это произнес, улыбка отца мгновенно исчезла. Воздух в комнате стал холодным и тяжелым. Под этим невидимым прессом я начал рассказывать всё по порядку. О том дождливом дне в июне, когда я нашел Аой-сан одну в парке без зонта. О том, как привел её домой, узнав, что её мать исчезла и ей некуда идти. О том, как мы жили вместе, пока я готовился к переезду, и как друзья помогали нам.

Я рассказал, как мама в итоге всё узнала, и как я просил её и Хиёри сохранить это в тайне. О том, как Аой-сан воссоединилась с отцом и бабушкой, и как мы стали по-настоящему близки этим летом.

Я не знаю, сколько времени занял мой рассказ. Всё это время отец слушал молча, не проронив ни слова.

— Прости, что скрывал это от тебя.

— Я тоже приношу свои глубочайшие извинения… — добавила Аой.

Мы одновременно поклонились и замерли в этой позе на несколько секунд, пока не услышали:

— Я уже знал.

— …А?

Эти слова разрезали тишину. Мы мгновенно вскинули головы.

— Папа… ты знал? — сорвалось у меня с губ.

Но как? Неужели мама или Хиёри проговорились? Нет, я не верил, что они могли меня так обмануть.

— Вы удивлены. Это понятно. Но я знал об этом уже давно.

Он продолжил, не дожидаясь вопросов:

— Счета за коммунальные услуги в том доме привязаны к моему аккаунту. Когда я увидел, что расходы внезапно подскочили, мне это показалось странным. Я подумал, что ты, возможно, часто принимаешь гостей, и когда поехал в ту сторону в командировку, решил заглянуть. Там-то я и увидел вас двоих — тебя и Аой-сан, — когда вы заходили в дом.

Он сделал паузу и добавил:

— Тогда я уже примерно понял, что происходит.

Коммунальные счета? Серьезно?!

— Сначала я решил, что это просто девушка, которая иногда остается на ночь. Но когда расходы оставались высокими месяц за месяцем, я понял, что всё сложнее. И тогда я подумал: какие родители позволят дочери гостить так часто? Самый логичный вывод был в том… что ей просто некуда идти.

Я всегда знал, что у Хиёри острый ум, но интуиция отца была на совершенно другом уровне.

— А когда я послушал объяснения Аой-сан сейчас… все кусочки пазла окончательно сложились.

Он знал всё с самого начала. Но тогда возник другой вопрос:

— Если ты знал… почему ничего не сказал?

Любой отец, узнав, что его сын-подросток тайно живет с девушкой, потребовал бы объяснений или как минимум устроил бы взбучку.

— Акира… ты уже старшеклассник. В этом возрасте ты должен понимать, что такое ответственность за свои поступки. Я воспитывал тебя с этой верой. Поэтому, когда я увидел ситуацию, я решил просто довериться тебе. Если бы я начал допрос, это значило бы, что я сомневаюсь в собственном воспитании.

Он тихо вздохнул и добавил, словно самому себе:

— К тому же… у каждого ребенка должен быть один-два секрета от родителей.

В его голосе прозвучало что-то такое, будто он говорил по личному опыту. И тут…

— Твой отец тоже скрывал, что мы жили вместе, пока дело не дошло до свадьбы.

В гостиную вошла мама с подносом чая.

— Это… была просто глупость молодости, — пробормотал отец.

— Э-э… что?

— Серьезно?!

Мама расставила чашки на столе, тихо посмеиваясь.

— Да. В наше время это считалось огромной проблемой. Даже сейчас, когда мы навещаем моих родителей, они не упускают шанса припомнить: «Как вы могли съехаться до свадьбы?». Они никогда об этом не забывают.

Отец неловко откашлялся, явно чувствуя себя не в своей тарелке из-за того, что его прошлое выплыло наружу. Я был в полном шоке. Мой отец — человек, который всегда казался воплощением серьезности и ответственности — совершил ровно тот же поступок, что и я.

— Так значит… ты не стал меня ругать, потому что сам делал так же?

— Это одна из причин. Другая… в твоей матери.

— А? — мама замерла с чайником в руках.

— Когда она вернулась после того, как навестила вас летом, я сразу понял — что-то не так. И раз уж она решила промолчать, значит, у неё были на то веские причины.

Мама виновато улыбнулась.

— Ты всё-таки понял?

— Конечно.

— Ха-ха-ха… — мы с мамой обменялись понимающими взглядами.

— Раз твоя мать была готова хранить тайну и присматривать за вами, мне не нужно было вмешиваться. Я знал: если случится что-то действительно плохое, она мне сразу скажет.

Это доверие — их негласное партнерство — и было причиной, по которой отец не стал вмешиваться. Осознание этого заставило меня взглянуть на отношения родителей совершенно по-новому.

— Получается… ты не против, что мы с Аой-сан встречаемся? — осторожно спросил я.

Отец коротко кивнул.

— Если вы оба серьезно к этому относитесь, у меня нет причин возражать.

— Правда?

— Да. При условии, что вы будете вести себя как взрослые и уметь держать себя в руках.

Напряжение, которое сковывало меня всё это время, наконец-то исчезло. Рядом со мной Аой-сан тоже облегченно выдохнула.

— Спасибо, пап.

— Огромное вам спасибо!..

Мы снова поклонились, но на этот раз — с улыбками на лицах. Теперь наши отношения были официально признаны обеими семьями. Казалось, мы вдвоем только что перешли на совершенно новый, гораздо более важный этап.

Когда ужин был готов, мы все вместе сели за стол. Конечно, главной темой разговора стала Аой-сан. Мама и Хиёри — возможно, заглаживая вину за месяцы молчания — буквально засыпали её вопросами, наперебой рассказывая отцу, какая Аой на самом деле. Сначала она отвечала осторожно, словно ступала по тонкому льду, но постепенно расслабилась и влилась в общую беседу. Даже отец, который обычно говорит мало, в этот вечер был необычайно разговорчив.

Глядя на то, как они все общаются и смеются за столом, я почувствовал, как сердце наполняется теплом.

Ах… так вот оно что.

Вот оно, то самое чувство, которое называют счастьем.

----------

Эпилог и послесловие автора

Эпилог

Воскресенье, вечер.

Время, которое мы провели вместе с Аой-сан после нашей школьной поездки, подошло к концу. Мы стояли на перроне, ожидая прибытия синкансэна. Остались считанные минуты. Глядя на пустые рельсы, я вспомнил, как во время весенних каникул она точно так же провожала меня. Теперь мы поменялись местами, но чувства были абсолютно те же.

— Совсем скоро нам придется расстаться, да? — тихо спросила она.

— Да… совсем скоро.

Слова давались с трудом, словно их сдерживала тупая боль в груди. Мне хотелось сказать ей так много, пока она не уехала. Действительно хотелось. Но каждый раз, когда я открывал рот, эмоции комом вставали в горле.

— Интересно, когда мы увидимся снова? — прошептала Аой.

— Я обязательно приеду на твой день рождения.

— Я очень рада это слышать… но кажется, что это будет еще так нескоро.

Её день рождения в мае — через целых полгода. И, честно говоря, слово «нескоро» даже близко не описывало ту бесконечность, которая виделась мне впереди.

— … — Аой-сан замолчала, и вдруг из её глаз покатились слезы.

Прежде чем я успел что-то предпринять, она крепко обняла меня, уткнувшись лицом мне в грудь.

— Я… я не хочу уезжать… — её голос дрожал. — Акира-кун…

Её руки судорожно вцепились в мою куртку. Казалось, она верит, что если будет держать меня так крепко, то сможет остановить время. В этот момент я осознал, насколько глубока наша общая печаль.

— Мы только-только смогли встретиться снова… и вот опять должны расставаться…

Инстинктивно я обнял её еще крепче. Сколько еще раз мне придется заставлять её чувствовать нечто подобное?

— Прости… это было эгоистично с моей стороны, — она немного отстранилась, вытирая слезы, и заставила себя слабо улыбнуться. — Просто… иногда мне становится страшно. Я знаю, нам повезло, что мы можем вот так видеться, даже живя порознь. И я правда счастлива. Но иногда… это одиночество накатывает так внезапно.

Её страх был понятен. Это уже не была та болезненная зависимость, что раньше — это была естественная неуверенность, возникающая, когда два сердца разделены расстоянием. Я чувствовал то же самое. Счастье, смешанное с невыносимой тоской.

— …Я в порядке, правда, — добавила она, хотя в уголках её глаз всё еще дрожали слезы.

Но я знал, что она не в порядке. И пустые слова о том, что «скоро станет легче», здесь не помогут. Была лишь одна вещь, способная развеять этот страх. И я хотел, чтобы она услышала её прямо сейчас.

— Аой-сан.

Я сократил дистанцию между нами, положил руки ей на плечи и посмотрел прямо в глаза.

— Если мы оба поступим в университет в Токио… давай жить вместе.

— А… хм? — её глаза округлились от изумления. Было видно, что она никак не ожидала услышать такое сейчас.

— Помнишь, когда мы расставались прошлым летом? Мы пообещали друг другу, что когда-нибудь снова будем жить под одной крышей. И это «когда-нибудь» — не какое-то далекое будущее. Давай воплотим это в жизнь, как только станем студентами.

Если мы будем жить вместе, ей больше не придется чувствовать это разрывающее одиночество.

— Наши родители, возможно, будут возражать, это правда. Но я всё им объясню. Если потребуется, я лично встречусь с твоим отцом и бабушкой. Так что… давай сделаем это нашей целью и будем бороться за неё вместе.

Слезы больше не катились по её щекам. На их месте расцвела искренняя, теплая улыбка.

— Я хочу этого. Очень хочу!

В этот самый момент — будто дождавшись окончания нашего разговора — к перрону плавно подошел синкансэн.

— Ну… я поехала, — тихо сказала она.

— Да. До скорой встречи.

Я смотрел, как её фигура удаляется и скрывается в вагоне. Мы расставались так уже много раз. Но в этот раз… всё ощущалось иначе. Впервые мне показалось, что конец этих болезненных расставаний действительно виден впереди.

Послесловие

Всем привет. С вами Юдзумото Харуто.

После прочтения этого 6-го тома у меня есть для вас важное объявление. Эта история длилась довольно долго, но серия романов «Bocchi Gal» завершится в следующем томе.

Трудно поверить, что история этих двоих, начавшаяся более двух лет назад с момента выхода первого тома, наконец приближается к финалу. То, что эта история смогла зайти так далеко — целиком и полностью заслуга вашей поддержки, дорогие читатели. Простых слов недостаточно, чтобы выразить мою признательность, но всё же — огромное вам спасибо.

Рассказ о двух героях, прошедших через столько встреч и расставаний, скоро достигнет своей конечной цели. Я буду очень благодарен, если вы решите пройти с ними этот путь до самой последней страницы.

Несмотря на то, что серия ранобэ закончится в следующем томе, адаптация манги продолжится. На данный момент выпущено уже два тома манги, и новые главы регулярно выходят онлайн. Надеюсь, вы продолжите наслаждаться историей в формате манги даже после завершения основной новеллы.

Кроме того, одновременно с выходом 6-го тома на YouTube-канале «Manga Angel Neko Oka» было опубликовано новое видео. Загляните посмотреть, если будет желание.

Я искренне надеюсь на вашу дальнейшую поддержку серии «Bocchi Gal».

В завершение, как обычно, позвольте мне выразить искреннюю благодарность всем причастным.

Огромное спасибо magako-сан за прекрасные иллюстрации к этому тому. Когда я писал это послесловие, я пересматривал все рисунки, начиная с 1-го тома. Видеть, как Аой постепенно менялась со временем даже внешне — это очень трогательно. Я надеюсь, что magako-сан поможет украсить и финальный том этой же красотой.

Спасибо Asagiya-сан, работающему над видео-мангой. Спасибо всей команде «Manga Angel Neko Oka», благодаря которой эта адаптация стала возможной. Спасибо моему редактору, редакционному отделу и коллегам-писателям.

И, конечно же, спасибо всем вам, кто купил и прочитал этот том. Благодарю вас от всего сердца.

Увидимся в заключительном томе!!

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/7951d18c4eacdc23509b559c792045e895b4d767.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/98d8175e5786727d7beffb408597b7b87f3271e3.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/b38b70c4f5e9c6de7c2a8733ca74c351e1b7b6c6.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/61a303ee61aac2555460af14011105f2880d26c2.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/669de287126b5f5a50c96d74eac8bee3f2e09bad.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/8aa85f26052cf3f7684e1801e266970476819ac4.jpg]]

----------

Пролог

Пролог

Осень второго года старшей школы. Прошло пять месяцев с тех пор, как мы с Сотомэ Аой ездили в школьную поездку. Время пролетело незаметно, и прежде чем я успел опомниться, мы перешли в третий класс. Наступила пора вступительных экзаменов в университет.

Вскоре после окончания школьной поездки мы с Аой-сан начали усиленно готовиться к экзаменам. С декабря, еще до наступления Нового года, я записался на подготовительные курсы и полностью посвятил себя учебе. Аой-сан уволилась с подработки в кафе, чтобы также сосредоточить все свои силы на занятиях.

Безусловно, чем раньше начнешь подготовку, тем лучше будет результат. Хотя мы и не метили в самые элитные университеты, для кого-то начало серьезной учебы сразу после поездки могло показаться слишком ранним. Многие спортсмены, например, начинают готовиться только в третьем классе, когда уходят из своих клубов. Честно говоря, это логично, и я сам изначально планировал заниматься в своем темпе, не перенапрягаясь.

Однако было две причины, по которым мы начали так рано.

Первая — выполнение нашего обещания: вместе поступить в университет в Токио и снова жить под одной крышей. Я помню, как Аой-сан плакала при нашей последней разлуке после поездки. Чтобы ей больше никогда не пришлось примерять такое печальное выражение лица, я пообещал, что мы будем жить вместе, как только я поступлю. Одной этой клятвы было достаточно, чтобы двигать меня вперед, каким бы тяжелым ни был путь.

Звучит, возможно, высокопарно, но, кажется, любовь действительно обладает такой силой. Раньше, слыша подобные фразы в драмах или манге, я лишь усмехался. Но теперь, испытав это на себе, я всё понимаю. Даже немного забавно, насколько «клише» это ощущается в реальности. В любом случае, я не мог позволить себе провалиться и остаться на второй год. Именно поэтому я начал заранее.

Вторая причина заключалась в том, что мы хотели отправиться в совместное путешествие на день рождения Аой-сан — 5 мая. В прошлом году я даже не знал об этой дате и совсем её не праздновал. Несмотря на то, что после поездки мы обменялись парными кольцами на мой день рождения, я фактически опоздал на полгода. В этот раз я хотел поздравить её как положено, день в день, чего бы мне это ни стоило. Мы всё обсудили и запланировали поездку на три дня и две ночи.

Разумеется, если бы я просто заявил родителям, что хочу поехать развлекаться вместо подготовки к экзаменам, неизвестно, какой была бы их реакция. Поэтому ранняя учеба стала моим аргументом — чтобы поездка выглядела как «заслуженная передышка». Чтобы они точно дали добро, я даже отказался от встречи с Аой на Рождество, полностью уйдя в книги. Благодаря этому я получил разрешение от родителей.

И вот — наша первая совместная поездка с ночевкой, только вдвоем. Пусть мы и не говорили об этом вслух, и я, и Аой-сан питали определенные надежды. У меня было предчувствие, что это путешествие станет воспоминанием, которое мы не забудем никогда.

----------

Уединенное пристанище в нетронутом краю

Сразу после начала нового учебного года…

Однажды вечером, вскоре после того, как я официально стал учеником третьего класса.

— Уф-ф…

Сделав перерыв в подготовке к экзаменам, я сидел в своей комнате и в полном отчаянии сверлил взглядом экран телефона. Дело было не в том, что учеба шла плохо или я застрял на какой-то сложной задаче. Вовсе нет. Проблема заключалась в другом: до поездки оставался всего месяц, а я так и не решил, куда повезти Сотомэ Аой на её день рождения.

— Кто бы мог подумать, что выбор места окажется таким мучительным…

Признаться честно, я понимал, что катастрофически опаздываю. В зависимости от выбранного направления, всё уже могло быть забронировано. Одна лишь мысль об этом заставляла меня паниковать. Конечно, я искал варианты уже давно: листал сайты, покупал путеводители в книжных лавках, часами разглядывал фотографии. Но поскольку это наше первое совместное путешествие с ночевкой — только вдвоем — я стал слишком мнительным. Я сомневался во всём: в направлении, в типе гостиницы, в деталях. И пока я колебался и откладывал, время просто утекло сквозь пальцы.

Теперь, когда остался всего месяц, я вошел в режим тотальной паники. Кто-то мог бы сказать: «Почему бы просто не спросить Аой-сан?». И это было бы логично. Но проблема в том, что я, поддавшись глупой самоуверенности, заявил ей: «Предоставь всё мне! Я выберу потрясающее место и всё забронирую, а ты просто предвкушай!».

Я пытался выглядеть крутым. Поэтому сейчас я никак не мог внезапно сказать: «Слушай… а давай выберем место вместе?». Это было бы слишком унизительно. Я откинулся на спинку стула и уставился в потолок.

— В такой ситуации… я могу положиться только на одного человека.

Был один друг, который идеально подходил для таких дел. Я взглянул на настольные часы — начало десятого вечера.

— Она ведь еще не спит, верно?..

Решив, что беспокоить её в такое время не слишком нагло, я отправил сообщение: «Привет, мне нужен твой совет». Не успел я отложить телефон, как пришел ответ, а точнее — входящий вызов. Вздрогнув от неожиданности, я быстро принял звонок.

— Хелло-о-о! — раздался до боли знакомый бодрый голос.

— Не ожидал, что ты сразу позвонишь. Я даже немного испугался.

— Да ладно тебе! Просто голосом всё решить быстрее, чем в чате.

— Ну да, тут ты права. Спасибо. Я тебя не отвлекаю?

— Совсем нет! Я только из душа, сейчас сижу и лопаю мороженое.

Человек, с которым я связался — не знающий себе равных в плане аппетита и энергии — это была Асамия Изуми. Она всегда была главным заводилой в наших прогулках, так что в вопросах планирования поездок на неё можно было положиться на все сто.

— Ну так? Что стряслось?

— Понимаешь… я планирую поездку на день рождения Аой-сан.

— Ага, Аой уже рассказывала.

О, это значительно упрощало задачу.

— В прошлом году я не смог поздравить её день в день, поэтому в этом году я очень хочу создать воспоминание, которое она никогда не забудет. Но я до сих пор не могу решить, куда её везти. Ты ведь советовала те горячие источники в горах на выпускной, да и вы с Эйдзи часто куда-то выбираетесь. Я подумал, ты точно знаешь какое-нибудь крутое место для пары.

— А-а-а, так вот зачем я тебе понадобилась. Прости, что беспокою так поздно.

Изуми выдохнула с облегчением:

— Когда ты внезапно написал, что нам нужно поговорить, я даже разволновалась. Думала, у вас там стряслось что-то серьезное.

— Ну, для меня это довольно серьезно… Извини, если напугал.

— Да брось! Я всегда рада помочь в таких делах. Кстати, Аой-сан как-то упоминала, что ты до сих пор не сказал, куда вы едете. Она немного переживает. Остался всего месяц, и если бы ты не объявился, я бы уже сама начала тайком тебя выпытывать. Так что ты позвонил очень вовремя.

Я почувствовал огромную благодарность. В глубине души я даже извинился перед Изуми за то, что иногда считал её слишком любопытной.

— Но боже мой! Неужели наконец-то пришло время использовать ту самую вещь, которую я подарила тебе два года назад? — внезапно выдала она.

Только я успел раскаяться, как она сбросила эту «бомбу».

— …Какую еще вещь? — я попытался уклониться, хотя прекрасно понял, о чем речь.

— Ту самую, которую я дала тебе после наших занятий еще в первом классе. Ты ведь её даже не распечатывал, да?

Увиливать было бесполезно. Речь шла о… средствах контрацепции, которые пары используют, когда… ну, вы поняли.

— …Откуда ты вообще знаешь, что мы их не использовали?!

— Аой-сан сказала!

— Аой-сан?! — я чуть не выронил телефон. Неужели она обсуждает такое с Изуми?

Впрочем, я слышал, что девушки порой бывают куда откровеннее парней в таких темах. Это лишь доказывало, насколько они близки. Но всё равно — откуда она знает про запечатанную упаковку?!

— Ну… это значит, что мы воспользуемся ими в этой поездке, — попытался я перевести тему, хотя в ушах зашумело от смущения.

— Что-о-о?! — её голос стал таким пронзительным, что я отпрянул от трубки. — Серьезно? Пара едет в отпуск с ночевкой и вы собираетесь просто… ничего не делать? Разве это возможно?

— Угу…

— В этом ведь и есть весь смысл твоего плана, признайся!

Она наступала безжалостно, и, что хуже всего, она была права. Я лишь издавал нечленораздельные звуки.

— Ну да… не то чтобы я совсем на это не надеялся. Но самое главное — это её день рождения. Будет там что-то или нет, я буду счастлив просто провести это время с ней.

— Ты серьезно? — продолжала подкалывать Изуми. — Бедная Аой-сан…

— Это еще почему?!

— Похоже, только ты один будешь доволен тем, что вы просто посидите рядом, — она вздохнула. — Ладно, вернемся к теме. Мы немного отклонились.

— Да уж. Я на тебя рассчитываю.

Обсуждать интимные моменты со своей девушкой через её лучшую подругу было невероятно неловко.

— Итак, какие предпочтения?

— Мы с Аой-сан говорили, что хотим в городок с горячими источниками. После наших общих поездок она полюбила онсэны. К тому же, сейчас время «молодой зелени», так что ей хотелось бы место с красивой природой. И поскольку это должен быть отдых от учебы, атмосфера должна быть расслабляющей. И… было бы здорово, если бы там было романтично.

Изуми задумчиво хмыкала, видимо, доедая мороженое. Наконец она заговорила:

— В таком случае, вам лучше выбрать онсэн, который не является популярным туристическим центром.

— Это как? — не понял я.

— Смотри, есть два типа таких мест. Первый — это когда весь город превращен в аттракцион, как Кусацу. Куча ресторанов, толпы людей, магазины сувениров. Там весело, но шумно. А есть второй тип — «скрытые источники». Это когда среди гор стоит одна-единственная гостиница. Вокруг нет вообще ничего, кроме природы. Полное уединение. Место, где «ничего нет», но в этом и есть его прелесть.

— Место, где ничего нет… Звучит заманчиво.

— В таких местах порой даже мобильная связь не ловит.

— Немного неудобно, но для цифрового детокса — самое то.

Изуми радостно воскликнула:

— Кажется, я знаю идеальное место! Есть одна гостиница глубоко в горах, я сама давно хотела туда с Эйдзи. Это именно то, что нужно Аой-сан.

Тут же мой телефон пискнул — Изуми скинула ссылку.

— Это даже глубже в горах, чем те источники, где мы были на выпуске?

— О да. Намного глубже. Туда даже на своей машине нельзя — гостиница в национальном парке. Дорога на автобусе или пешком. Связи нет почти нигде, кроме самой гостиницы. Настоящая «жемчужина» Канто.

Это звучало потрясающе.

— Проблема только в наличии мест… — Изуми замолчала на мгновение. — О, тебе везет! Кажется, есть свободный номер. Скорее всего, кто-то только что отменил бронь, потому что на «Золотую неделю» там обычно всё забито за полгода. Бронируй прямо сейчас!

Я глянул на часы. Около десяти вечера.

— Понял. Сейчас позвоню Аой-сан и всё решу. Спасибо, ты меня спасла.

— Погоди, не отключайся! — Изуми зазвучала немного взволнованно. — Мы с Эйдзи тоже хотели бы поздравить Аой. Как насчет того, чтобы встретиться всем вместе 6-го числа вечером, когда вы вернетесь?

— Отличная идея. Уверен, она будет рада.

— Тогда договорились. С тебя — подробный отчет о поездке, когда вернетесь! ♪

— Отчет?.. В смысле, о гостинице?

— Пока-пока! ♪ — она весело бросила трубку прежде, чем я успел договорить.

Судя по её тону, отчет её интересовал вовсе не о качестве сервиса в отеле…

— И стоит ли мне вообще об этом докладывать?.. — пробормотал я. Впрочем, зная Изуми, она всё равно выпытает всё напрямую у Аой-сан. — Ладно, пока просто забудем об этом…

***

Я тут же набрал номер Аой-сан. Если она не ответит, я просто оставлю сообщение, чтобы она перезвонила позже. Таков был план, но уже через пару секунд, после нескольких гудков…

— Акира-кун?

— Прости, что звоню так внезапно. У тебя есть минутка?

— Да. Я только что вышла из душа, так что всё в порядке.

— Из душа, говоришь…

Конечно, мой мозг тут же начал рисовать картины — виной тому были и подколки Изуми, и тот факт, что в выбранном отеле есть смешанные купальни на открытом воздухе. Одной мысли о том, что мы можем оказаться там вдвоем, хватило, чтобы мои мысли пустились вскачь. Я стараюсь быть приличным парнем, но я всё же обычный подросток. И когда твоя девушка говорит, что только что вышла из ванны… ну, как тут не воображать?

— Акира-кун? Что-то случилось?

— А, нет! Ничего такого! — я поспешил скрыть собственное замешательство.

— Точно? Ну, раз ты так говоришь. У тебя какое-то важное дело?

— Я нашел отличное место для твоей праздничной поездки.

— Правда?! — её голос заметно потеплел, она явно воодушевилась.

— Да… хотя «нашел» — это громко сказано, мне помогла Изуми. Она порекомендовала это место, и я думаю, тебе очень понравится. Сейчас скину ссылку, подожди секунду.

Не вешая трубку, я отправил ей URL сайта гостиницы.

— …Оно выглядит просто потрясающе! — судя по всему, ей тоже понравилось.

— Это уединенный рёкан, единственный в округе, прямо посреди гор…

Я почувствовал облегчение и начал уверенно пересказывать всё, что узнал от Изуми.

— …Ой, — внезапно Аой-сан издала неловкий звук.

— Что такое?

— Те открытые купальни… они там общие, да?

— А, ну… да. Но если тебе неудобно, нам не обязательно идти туда вместе. Можно воспользоваться внутренними ваннами или… я слышал, там есть отдельные часы для женщин. Так что если ты не хочешь!..

Отчаянно пытаясь скрыть свои тайные надежды, я начал нести чепуху, которую даже не имел в виду. Честно говоря… я безумно хотел пойти туда вместе с ней. Но разве я мог признаться в этом вслух?

И тут…

— Нет… я не против.

— …А? — мне показалось, что я ослышался.

— Т-то есть… мы сможем пойти туда вместе?

— Да… всё в порядке.

Наступила долгая, звенящая тишина. Серьезно?!

— В таком случае… я могу бронировать?

— Да, пожалуйста.

— Хорошо. Прямо сейчас всё оформлю.

— Спасибо. Теперь я жду своего дня рождения еще сильнее.

После этого мы еще немного поболтали о всяких мелочах — пустая болтовня, которая почему-то приносила столько радости. Мне хотелось говорить с ней вечно, но впереди были экзамены. Чтобы со спокойной душой уехать на «Золотую неделю», нам нужно было сохранять дисциплину. Подбодрив друг друга напоследок, мы попрощались.

Как только звонок завершился, я первым делом закончил бронирование на сайте. И затем, переполненный взрывной эйфорией, я уставился в потолок и победно вскинул кулак!

— Да! Хотя… погодите, сейчас не время радоваться просто из-за совместной ванны.

Конечно, я был счастлив. А кто бы не был? Но праздновать победу было рано. Оставалась еще одна важная вещь, которую нужно было подготовить. И я даже не буду пытаться это скрывать — да, те самые изделия, которые Изуми подарила мне два года назад.

— И куда же я их положил?..

Я принялся обыскивать комнату. По идее, я должен был убрать их туда же, где хранил в старом доме. Я начал перерывать шкаф. Но… стоп. Прошло уже два года. У таких вещей вообще есть срок годности?

Охваченный растущей тревогой, я продолжал поиски. Спустя тридцать минут…

— …Нету.

В шкафу воцарился хаос, но заветной коробочки нигде не было. Странно. Я точно помню, что паковал её при переезде. Я видел её, когда разбирал вещи в новой комнате. Но почему я не помню, куда её в итоге засунул? Ну, прошел год — кто запомнит такую мелочь?

— Это плохо…

В смысле, если они пропали, я могу купить новые — дело не в этом. Если я их не найду, есть шанс, что их найдет кто-то из домашних. И хотя все знают, что у меня есть девушка, такая находка будет запредельно постыдной. А что, если кто-то уже нашел их и молча выбросил? Одно дело, когда у парня находят взрослый журнал — это повод для шуток. Но когда находят это… это слишком прямолинейно, чтобы над этим просто посмеяться.

Обливаясь холодным потом, я продолжал поиски, как вдруг…

— Акира…

— Ува-а-а!

Внезапный голос заставил меня подпрыгнуть и вскрикнуть от ужаса. Обернувшись, я увидел Хиёри. Она стояла в дверях совершенно безэмоционально, никак не отреагировав на мой вопль.

— Мама сказала, чтобы ты быстрее шел в душ.

— О-о… ладно. Спасибо.

— …Брат, что ты делаешь?

Хиёри окинула взглядом разгром в комнате, слегка наклонив голову.

— Да так… ищу кое-что.

— Ищешь? — Понятно, что я не мог сказать правду. — Это что-то важное?

— Ну… довольно важное.

— Понятно. Давай я помогу.

— Н-не надо! Правда! Но спасибо за предложение!

Когда я отказался с натянутой улыбкой, Хиёри пристально посмотрела на меня. От дискомфорта я отвел взгляд, но она тут же обошла стол, заглядывая мне в лицо. Я снова отвернулся, и она плавно переместилась следом, сверля меня своими огромными глазами.

После этой мучительной игры в «гляделки» Хиёри, видимо, пришла к какому-то выводу и молча вышла. Спустя мгновение она вернулась… и я лишился дара речи при виде того, что было у неё в руках.

— Ты ведь это искал?

Она протянула мне именно то самое. Тот самый запечатанный продукт.

— П-почему это у тебя?.. — выдавил я, забирая коробочку.

— Когда ты разбирал коробки после переезда, я нашла это во время уборки. Она закатилась в угол. Я подумала, будет неловко, если её найдут папа или мама, поэтому припрятала её для тебя… но забыла вернуть.

Пока я застыл, сгорая от стыда, Хиёри оставалась невозмутимой. Невозможно было понять, что у неё в голове, и от этого становилось еще постыднее.

— С-спасибо… но как ты поняла, что я ищу именно это?

— Ты хранил их в шкафу в старом доме. И ты ведь едешь с Аой-сан в поездку на её день рождения? Поэтому, когда ты начал паниковать и что-то искать, я подумала на это.

Аналитические способности Хиёри всегда были на высоте. Но в такие моменты… это чертовски пугает.

— Я поддерживаю тебя, брат. Удачи.

— Угу… да… спасибо…

— Когда вернешься, я буду ждать отчета.

Она сжала маленький кулачок перед грудью в знак поддержки и вышла из комнаты. Лицо её оставалось бесстрастным, так что я не знал, как именно воспринимать такую «поддержку», но получать напутствия в интимных делах от младшей сестры — это позор особого уровня.

Несколько дней после этого я не мог смотреть Хиёри в глаза. Наверное… это всё же лучше, чем если бы их нашла мама или папа… ведь так?

И еще кое-что, что я узнал гораздо позже. Изуми узнала о том, что упаковка до сих пор не вскрыта, именно от Хиёри. Несмотря на то, что мы с Аой-сан жили вместе целый год и встречаемся уже семь месяцев… оказывается, обе они — и подруга, и сестра — всерьез беспокоились о нашей личной жизни.

Моя лучшая подруга и моя сестра слишком уж интересуются тем, что происходит между мной и Аой-сан. От одной мысли о том, какой допрос они устроят мне после возвращения, у меня уже начинала болеть голова.

----------

Подарок на день рождения

Следующие выходные, суббота, полдень.

Я приехал в единственный торговый центр в нашем городе. В то самое место, куда мы приходили вместе с Сотомэ Аой после школьной поездки, чтобы купить наши парные кольца. От дома это примерно двадцать минут на машине. В прошлый раз нас подвозила мама, но сегодня у неё были дела, так что я приехал на автобусе.

— Кажется, я заявился слишком рано.

Выйдя из автобуса, я проверил время на телефоне. 13:40. Мы договорились встретиться в два, но из-за расписания автобусов я прибыл раньше срока. Я подумал, что можно скоротать время в кафе внутри молла, и уже направился к входу, когда…

— Акира-кун!

Кто-то окликнул меня по имени. Я поднял голову. У входа в торговый центр стояла девушка и махала мне рукой, её волосы плавно покачивались на ветру.

Подойдя ближе, я поздоровался:

— Ты тоже рано. Мы ведь договаривались чуть позже.

— Это ты пришел рано, — улыбнулась она в ответ.

Девушка, встретившая меня этой улыбкой, была Нацумия Рика, моя одноклассница. С тех пор как я перевелся в эту школу, она стала одной из тех, на кого я часто мог положиться. Она также подруга детства Табэя Юки — моего вечно расслабленного и жизнерадостного приятеля — и теперь носит статус девушки Юки. Ну… об этом я расскажу как-нибудь потом.

— Из-за расписания автобуса пришлось приехать пораньше.

— Я так и подумала, поэтому тоже решила выйти пораньше.

— В смысле? — я слегка наклонил голову, не совсем понимая её логику.

— Ну, от твоего дома на велосипеде далековато, так что я была уверена, что ты поедешь на автобусе. Я посмотрела расписание и поняла, что ты приедешь примерно в это время. А даже если бы тебя подвезли родители, прийти пораньше — не проблема, верно?

— Вот оно что. Ты как всегда предусмотрительна, Нацумия-сан.

— Хе-хе, я стараюсь.

Меня искренне поразило, насколько точным был её прогноз, но такая заботливость была в её духе. Нацумия-сан — из тех девушек, что очень чутко подмечают всё вокруг, и она уже не раз восхищала меня своим умением читать ситуацию. Особенно когда она рядом с Юки — от неё так и веет аурой надежной старшей сестры, что порой трудно поверить, что мы ровесники. Как оказалось, она родилась в апреле, а Юки — в марте следующего года, так что между ними почти год разницы. Она рассказывала, что в их семьях её с самого детства воспринимали как «старшую сестренку».

Неудивительно, что она выглядит куда взрослее Юки. Изуми и Хиёри тоже по-своему проницательны, но Нацумия-сан идет на шаг впереди: она не просто замечает что-то, но и всегда подкрепляет это маленьким добрым поступком. Настоящий тип «старшей сестры», на которую можно положиться. И этот контраст между её милой внешностью и взрослым поведением… честно говоря, довольно сильно притягивает.

— Прости, что обременяю тебя сегодня своей просьбой.

— Вовсе нет. Ты ведь тоже мне много помогал, Акира-кун.

— Не припомню, чтобы я делал что-то, что можно назвать настоящей помощью.

Если подумать, это она чаще выручала меня. Но я оценил её слова. Возможно, кто-то мог бы неправильно понять ситуацию — парень идет в молл с девушкой своего друга, — но я сразу поясню: между нами ничего нет. Чтобы понять, как мы здесь оказались, нужно отмотать время на несколько дней назад…

***

— Угх-х…

Я думал, что с планом поездки всё решено, но тут возникла новая проблема.

Как-то раз на перерыве, обедая на крыше школы, я снова глубоко ушел в свои мысли.

— Ох… ну как же быть…

— Что такое, Акира? — спросил Юки.

— Ты в последнее время какой-то хмурый, — добавила Нацумия-сан.

Они сидели рядом, и, видимо, я так долго витал в облаках, что они не на шутку забеспокоились. Оба подались вперед, с тревогой заглядывая мне в лицо.

Кстати, Юки ел бенто, приготовленное Нацумией-сан. У них даже коробочки были в одном стиле. Честно говоря… я им немного позавидовал. Я бы тоже не отказался отведать стряпню Аой-сан.

Но, отогнав эти мысли, я ответил:

— Просто есть одна вещь, которая не дает мне покоя.

— У тебя проблемы? Это редкость. Ну-ка, выкладывай.

— Да, если мы можем чем-то помочь — только скажи, — тут же предложили они.

Я чувствовал себя виноватым за то, что заставил их волноваться, но их доброта была мне очень дорога. И я решил довериться им.

— На самом деле… скоро день рождения Аой-сан.

— А-а-а. Ну, тогда понятно.

— Да, это весомый повод для раздумий.

Оба сразу всё поняли. У них даже лица стали такими озабоченными, будто это их собственная дилемма.

— Мы давно пообещали друг другу поехать в путешествие на её день рождения. Маршрут выбран, отель забронирован — тут всё схвачено. Но я ума не приложу, что ей подарить…

Они синхронно закивали: «Да, это задачка не из легких…»

— Это важный момент, и я понимаю, какое давление ты сейчас чувствуешь как её парень.

— Выбирать подарок любимому человеку — самое сложное дело на свете.

Они отложили палочки, скрестили руки и одновременно нахмурились. Они и раньше были похожи, но с тех пор, как начали встречаться, стали просто зеркальным отражением друг друга. Говорят, пары, которые долго вместе, становятся похожими — видимо, для друзей детства это правило тоже работает. Они были настолько синхронны, что я чуть не рассмеялся.

— Кстати, а вы двое как обычно поступаете с подарками? — спросил я, надеясь на дельный совет.

— В последнее время мы просто спрашиваем друг друга напрямую, — ответил Юки.

— Ага. Мы так делаем еще со средней школы. Иногда даже ходим по магазинам вместе. Дни рождения, Рождество, поступление, выпускной… за все эти годы мы обменялись десятками подарков. Идеи рано или поздно заканчиваются.

— Мы ведь оба знаем, что подарок будет. Так что притворяться удивленными нет смысла. Мы решили, что лучше спросить и подарить то, что человеку действительно нужно.

— Логично… — пробормотал я.

Для тех, кто вместе целую вечность, это идеальный вариант. Если мне в голову придет гениальная идея — я подарю это без вопросов, и получится сюрприз. Но если идей ноль, прямой вопрос сильно облегчает жизнь.

Тем не менее, мы с Аой-сан встречаемся не так долго. Мне хотелось, чтобы этот первый настоящий день рождения, который мы празднуем вместе, стал сюрпризом.

— Есть мысли, чего бы ей хотелось? — спросила Нацумия-сан.

— Хм…

Идеи… У неё отличный аппетит, так что я мог бы просто накормить её до отвала чем-нибудь вкусным, и она была бы счастлива. Но для дня рождения этого маловато. Я хотел что-то материальное, что останется с ней надолго. И тут я вспомнил — мне ведь еще нужно заказать торт! Интересно, в рёкане могут подготовить торт, если я попрошу? Надо будет узнать.

— Похоже, идей нет… Аой-сан не из тех, кто постоянно чего-то просит.

— Когда вы постоянно вместе, можно уловить какие-то мимолетные желания. Но на расстоянии это почти невозможно, — заметил Юки.

— Это точно.

— Хмм-м…

Если уж я сам не знал, чего она хочет, эти двое тем более не могли подсказать. Мы сидели втроем, одинаково нахмурившись в странном порыве коллективной задумчивости.

— Придумал! — Юки вдруг бодро вскинул голову, но тут же поправился. — То есть, я бы с радостью помог, но на этих выходных я занят. Рика, может, ты сходишь с Акирой в молл и поможешь выбрать подарок?

— Конечно. Я как раз об этом и подумала, — ответила она.

Предложение застало меня врасплох. Они действительно на одной волне… прямо как супруги со стажем. Я был безмерно благодарен, но…

— Всё-таки идти куда-то с девушкой друга… мне как-то неловко.

— Да брось, вы ведь не чужие люди. К тому же, если это ты, я совсем не против, — уверенно сказал Юки.

— Я бы тоже не пошла вдвоем с другим парнем, но для тебя, Акира-кун, сделаю исключение, — улыбнулась Нацумия-сан.

Никто из них не выказал ни тени смущения.

— Ты столько для нас сделал, что мы вовек не расплатимся. Знаю, ты не любишь, когда об этом напоминают, но считай это нашей маленькой благодарностью. Соглашайся, ладно?

— Юки… ну ты даешь.

Это был типичный Юки — верный, прямолинейный и искренний. После таких слов отказываться было бы просто грубо. К тому же, это напомнило мне случай, когда Изуми — девушка Эйдзи — помогала мне выбирать подарок на Рождество. Если Юки для меня так же дорог, как Эйдзи, то здесь нет места неловкости — только благодарности.

— Спасибо. Тогда я с радостью приму вашу помощь.

— Надеюсь, вы найдете что-то стоящее.

— Нацумия-сан, вся надежда на тебя!

— Положись на меня! — гордо заявила она.

Так я и решил заручиться поддержкой Нацумии-сан в выборе подарка. В такие моменты я особенно остро чувствую: иметь друзей — это здорово. А иметь настоящих лучших друзей — бесценно.

***

Так я и оказался здесь, в торговом центре вместе с Нацумией-сан. На всякий случай уточню: это не какая-то тайная вылазка — Юки полностью в курсе.

— Ну что, заходим?

— Да. Начнем с магазина товаров для дома и подарков?

— Давай. Если там ничего не подберем, пройдемся по другим.

— Согласен.

Мы вошли внутрь. Был выходной, и молл буквально кишел людьми. Глядя на эту толпу, я невольно вспомнил, как приходил сюда с Изуми выбирать подарок на Рождество для Аой-сан. Тогда Изуми помогла мне выбрать парные кулоны — это одно из моих самых теплых воспоминаний. Хотя… она тогда внезапно затащила меня в магазин женского белья и заявила, что я обязан купить Аой-сан что-то «этакое». Это точно входит в тройку самых панических моментов в моей жизни. В итоге Изуми сама вручила подарок Аой, но выбирать-то пришлось мне…

Признаться, я до сих пор так и не видел Аой-сан в том комплекте. Интересно, где он сейчас? Может… может, в этой поездке мне наконец удастся его увидеть?!

— Акира-кун, у тебя нос сейчас как у Пиноккио вырастет, — заметила Рика.

— С чего бы это? Тебе показалось, — буркнул я и поспешно отвернулся.

Плохо дело… С тех пор как мы запланировали поездку, мое воображение не знает покоя. Но ведь это наше первое совместное путешествие с ночевкой. Вполне естественно, что у меня всякие мысли в голове, верно? Прошу, считайте это просто «чистыми и искренними» порывами юного организма. У нас уже трижды были моменты, когда «что-то» могло произойти. Теперь мы пара, и мы оба давно к этому готовы. Если случай представится снова, я вряд ли смогу сдержаться. И кто знает… может, те роскошные боксеры, что подарили мне Эйдзи и Изуми на Рождество, наконец-то дождутся своего часа. Они лежат в шкафу уже год и четыре месяца — если так пойдет и дальше, они там просто сгниют.

— Ну так что? Появились идеи для подарка?

— Пока нет… Я постоянно об этом думаю, но чем больше думаю, тем меньше понимаю, что выбрать. Мне это уже даже снится.

— А что ты дарил ей раньше?

— На Рождество мы обменялись парными кулонами. На мой день рождения — кольцами. Были и мелочи, но эти два подарка — самые значимые. А в прошлом декабре мы подарили друг другу шарфы.

Тогда мы не виделись — просто отправили их друг другу по почте, так как были завалены учебой. Но, честно говоря, та зима была теплее всех предыдущих… хотя, если я скажу это вслух, это будет звучать как бахвальство.

Нацумия-сан понимающе кивнула:

— Значит, планка уже довольно высока? Ты дарил ей дорогие аксессуары и теперь подсознательно чувствуешь, что следующий подарок должен быть не хуже. Думаю, именно поэтому ты зашел в тупик.

— Похоже на то… — я кивнул, осознав её правоту.

Действительно, всё это время я искал только среди украшений, пытаясь найти что-то, что не уступит кольцам или кулонам. Даже шарф на Рождество я выбрал самый дорогой из тех, что мог себе позволить.

— Но я хочу, чтобы ты кое о чем подумал, — мягко продолжила Нацумия-сан. — Мы всё еще школьники. Подарок не обязательно должен быть баснословно дорогим. Даже если вещь стоит немного, но ты выбрал её с душой, думая именно о ней — я уверена, она будет счастлива.

— Выбрать, думая о ней… — повторил я. Кажется, я и правда забыл, в чем истинный смысл подарка. Гнаться за ценой — опасная дорожка. Дорогие вещи подождут до тех пор, пока я не начну зарабатывать сам. — Ты права, Нацумия-сан. Спасибо.

Она одного возраста со мной, но определенно самая рассудительная в нашей компании.

— Рада, что помогла. Но мои советы на этом не заканчиваются! — Она вдруг развернулась и зашагала совсем не в сторону отдела хозтоваров. — Знаешь, когда я выбираю что-то для Юки-куна, я всегда придерживаюсь одного правила: подарок должен радовать и тебя тоже.

— И меня?

— Ну да! Представь, как она будет пользоваться этой вещью, как будет беречь её и улыбаться. Сама эта мысль делает тебя счастливым, верно? Это создает тепло в сердце.

Я попытался это представить. Увидеть улыбку Аой-сан… Представить, как она хранит мой подарок долгие годы, а потом, глядя на него, мы оба будем вспоминать это время с теплотой. Да, это было бы бесценно.

— Сама эта поездка — уже огромный подарок для вас обоих. Поэтому материальная вещь может быть просто милым сувениром, — добавила Нацумия-сан.

— Тогда в идеале это должно быть что-то, на что мы посмотрим через много лет и скажем: «О, это из нашей первой совместной поездки».

— Вот именно! И поэтому мой главный совет — вот!

С видом триумфатора Нацумия-сан остановилась. Я замер следом, и мой мозг моментально выдал ошибку.

— …Чего?

Перед нами раскинулось «запретное королевство» — отдел женского белья. Для старшеклассника это священная и одновременно пугающая территория. Единственные парни здесь — либо отчаянные смельчаки, либо те, у кого есть спецразрешение от подруги.

— Пойдем, присмотрим что-нибудь! — бодро позвала Нацумия-сан.

— С-стой! Подожди! — я в панике схватил её за плечо. Мне хотелось провалиться сквозь землю.

— Что такое? — невинно спросила она.

— В смысле «что такое»?! Ты серьезно? Почему мы здесь?

— Потому что нижнее белье — идеальный подарок для Аой-сан! — сияла она. — Сам посуди: вы едете вдвоем, атмосфера будет романтичной. Если она проведет эту ночь в белье, которое подарил ты, то потом, каждый раз надевая его, она будет вспоминать ваше путешествие. Это же супер-памятный подарок!

Она выглядела такой гордой своей идеей, что я даже растерялся. Нацумия-сан была совсем не похожа на Изуми по характеру, но в этом вопросе их энергия пугающе совпадала.

— Но… белье… — пробормотал я. С одной стороны, я уже один раз выбирал ей комплект. Тогда мы еще не встречались, а теперь — мы пара. Может, это и правда не так уж странно?

— Если ты просто стесняешься заходить в магазин — это одно. Но в самом подарке нет ничего постыдного. В конце концов, вы же не первый день знакомы, и ты наверняка уже… ну, видел её в белье.

— Угх… — я издал странный звук. Она говорила об этом так обыденно, будто мы уже давно перешли черту. Раз я не отрицал, она сделала свой вывод.

— Погоди… неужели вы еще не?..

— Ну, понимаешь… расстояние… подготовка к экзаменам…

Она посмотрела на меня с такой смесью удивления и жалости, что мне стало физически больно.

— Ой… прости. Вы ведь жили вместе целый год, и встречаетесь уже прилично, я думала…

— Ты считаешь, мы отстаем от графика?

— У каждой пары свой темп. Наверное, это мы с Юки… быстрые.

— Стоп, что?! — я не смог сдержать возглас.

Рика мгновенно залилась краской и замолчала. Ого. Значит, Юки и Рика уже… Ну, они знают друг друга всю жизнь, так что в этом нет ничего удивительного. Но обсуждать это было запредельно неловко. Да уж, по сравнению с ними мы с Аой действительно плетемся в хвосте.

— В общем, я понял твою мысль, и идея неплохая… но давай в этот раз выберем что-нибудь другое. Прости, что забраковал твой совет.

— Ничего страшного, забудь!

Мы поскорее ушли от витрин с кружевами под прицелом любопытных взглядов прохожих. Вернувшись в отдел товаров для дома, я решил разрядить обстановку:

— Слушай, раз уж мы здесь, почему бы тебе не выбрать что-нибудь и для Юки? Не обязательно ждать повода или спрашивать его. Сделай ему маленький сюрприз.

Рика счастливо улыбнулась:

— Ты прав! Давай поищем.

Мы начали бродить между стеллажами. Это был очень уютный магазин, где было всё: от посуды до милого декора. Мое внимание привлекла полка с фоторамками. Одна из них была особенной: двойная панель, слева место для фото, справа — изящные аналоговые часы и композиция из искусственных гортензий. Белая, элегантная, очень нежная.

— Смотри, Нацумия-сан, как тебе? Мы с Аой-сан сделали столько фото в поездке, но почти их не открываем. Они просто копятся в телефоне. Если мы распечатаем лучший кадр из этой поездки и вставим сюда, Аой сможет поставить её на стол. Будет смотреть на фото и заодно проверять время во время учебы.

— По-моему, это чудесный выбор! — одобрила Рика.

Она взяла с полки две коробки и протянула мне.

— Две? Зачем?

— Воспоминаниями нужно делиться, — улыбнулась она.

Значит, одну и для меня.

— Ты права. Спасибо.

На душе стало легко, будто сработало маленькое волшебство. Теперь была очередь Рики. Мы подошли к отделу кухонных принадлежностей.

— Ланч-бокс? — удивился я.

— Да. Юки-кун раньше стеснялся есть мои бенто, но теперь ест их с удовольствием. Вот только его старый контейнер ему маловат, он вечно покупает еще булки в столовой. Я хочу купить ему большой, мужской вариант.

— Отличная идея. Ему точно понравится.

[[image:/storage/reader-images/c45951a18db2fae038812bbd395dfcd6403e191f.jpg]]
Я смотрел, как Рика весело идет к кассе, и представлял, какими счастливыми они будут с Юки. Это и правда был подарок, который радует и того, кто его дарит.

***

Выйдя из магазина, мы направились в кафе в этом же торговом центре.

Сначала я боялся, что мы провозимся с выбором подарка полдня, но благодаря точным советам Нацумии-сан мы справились гораздо быстрее. Так что перед дорогой домой мы решили немного передохнуть за чашкой чая.

В последнее время я жил в режиме «учеба-дом» и почти никуда не выбирался, так что эта пауза была очень кстати.

— Слушай, еще раз спасибо, что выручила сегодня. Ты мне очень помогла.

Сделав глоток и немного расслабившись, я снова поблагодарил её.

Но Нацумия-сан лишь улыбнулась и покачала головой:

— Не стоит благодарности. Если подумать, это мы с Юки должны сказать тебе спасибо.

Она обхватила чашку ладонями и продолжила:

— Если бы не ты, мы с Юки-куном, наверное, так и не начали бы встречаться. Мы застряли в одном и том же сценарии почти на десять лет. Именно ты помог это изменить.

Теперь Юки и Нацумия-сан официально пара.

Если вкратце, всё случилось в этом году на Белый день. Как она и сказала, они оба давно нравились друг другу, но статус «друзей детства» мешал сделать последний шаг. В школьной поездке я немного подтолкнул их, из-за чего Рика перестала называть его «Юки-тян» и перешла на «Юки-кун». Это заставило их посмотреть друг на друга иначе. Но даже после этого им понадобилось еще пять месяцев, чтобы признаться в чувствах.

Глядя на них в поездке, хотелось закричать: «Да на что вы тратили эти пять месяцев?!». И я до сих пор так считаю. Но, учитывая их долгую общую историю, возможно, им действительно нужно было время, чтобы перестроиться. Зато теперь они стали невероятно близки — порой даже чересчур. Смотришь на них и невольно завидуешь тому, как сильно человек может измениться рядом с любимым.

— С тех пор как мы начали встречаться, мы решили поступать в один университет.

— Вы ведь подаете документы в местный вуз?

— Да. Если бы не наши отношения, мы бы даже не заговорили о совместной учебе. Так что и за это спасибо тебе, Акира-кун.

От такой похвалы мне стало неловко, но я принял её слова искренне.

— А ты ведь поедешь в Токио?

— Да, такой план.

— Будет немного одиноко… но зная вас двоих, мы будем за вас болеть.

Юки и Рика знали, что мы с Аой-сан целимся в токийские университеты и пообещали друг другу жить вместе, если поступим. Юки тогда выглядел очень удивленным — и, кажется, немного завидовал.

— Да, мы не сможем видеться часто, но это не значит, что мы расстаемся навсегда. Когда станем студентами, у нас будет больше свободы. Захотим встретиться — всегда найдем время.

Это были слова Эйдзи, которые он сказал мне когда-то. Раньше, когда я постоянно менял школы и сразу сдавался, они казались мне пустым утешением. Но теперь я верю: расстояние не обязано всё разрушать. Я хотел передать эту веру и Нацумии-сан.

— Да… ты прав, — улыбнулась она.

— Приезжайте к нам в гости. Я покажу вам город.

— Обязательно приедем.

Может, загадывать так далеко еще рано, но такие обещания дают лишний повод налечь на учебники.

— Аой-сан тоже поступает в Токио, но в другой университет, верно?

— Да, в другой.

— А ты уже спрашивал её, в какой именно?

— …Если подумать, то еще нет.

Я вспомнил, как она говорила, что получила разрешение отца и бабушки. Но я ни разу не уточнял конкретное название вуза.

— Если вы собираетесь жить вместе, лучше заранее найти место, удобное для обоих. Спроси её сейчас, чтобы потом не метаться в поисках квартиры.

— Ты права… спасибо. Спрошу во время нашей поездки.

Мы просидели в кафе еще около часа, болтая обо всем на свете.

Попрощавшись с Нацумией-сан, я ехал в автобусе и думал о нашем путешествии. Отель забронирован, подарок выбран — теперь я только и делал, что представлял, как мы проведем там время. Это волнительное и радостное чувство, которое бывает только тогда, когда у тебя есть любимый человек.

Я уверен: для нас обоих эта поездка станет незабываемой. Во многих смыслах.

----------

Первый день праздничного путешествия

И вот, наступила «Золотая неделя».

За день до дня рождения Сотомэ Аой я вернулся в город, где жил раньше.

— Каждый раз, когда я возвращаюсь сюда… меня накрывает ностальгия.

Стоило мне выйти из здания вокзала и оглядеться, как эти слова сами сорвались с губ. Наверное, это неизбежно — из-за частых переездов у меня никогда не было места, которое я мог бы по-настоящему назвать «родным домом». Но этот город занимал особое место в моем сердце.

Прошло девять месяцев с тех пор, как я был здесь в последний раз — тогда, на летних каникулах, я приезжал навестить Аой-сан. Уже девять месяцев?.. Время действительно летит незаметно.

— С тех пор как я перевелся… дни просто несутся вскачь, — пробормотал я себе под нос и направился к месту нашей встречи.

Пройдя несколько минут от станции, я нажал на звонок и открыл дверь кафе. Внутри меня встретил мужчина с той самой знакомой, доброй улыбкой, которая пробудила во мне ворох воспоминаний.

— Доброе утро, Менеджер.

— Доброе утро. Я заждался тебя.

Поприветствовал меня управляющий кафе, где Аой-сан раньше работала на полставки. Я сказал «раньше», потому что теперь она уволилась. В этом смысле я был с ней солидарен. В первом классе я тоже подрабатывал здесь, чтобы научиться управлять кафе в стиле «Japanese-style Blonde Gal Café» для нашего культурного фестиваля.

— Аой-сан еще не пришла? — спросил я. Кафе только открылось, так что других посетителей еще не было.

— Садись пока. Кофе со льдом подойдет?

— Да, спасибо.

Я устроился за своим привычным столиком и окинул взглядом зал. Знакомый интерьер, теплая атмосфера, аромат кофе, медленно наполняющий воздух — всё это пробуждало старые воспоминания.

Обычно мы встречались прямо на вокзале. Почему же в этот раз выбрали кафе? Всё дело в маршруте: сегодня мы поедем по частной железнодорожной линии. Станция находится в двадцати минутах ходьбы отсюда, поэтому мы решили встретиться в городе, а я подумал, что было бы здорово заодно заглянуть к Менеджеру.

— Прошу, твой кофе.

— Благодарю.

Знакомый вкус принес чувство облегчения, будто успокаивая сердце перед важным событием.

— Уезжаете в путешествие на день рождения Аой-сан? — спросил Менеджер.

— Да, решили сделать перерыв в учебе и съездить на горячие источники. Сегодня мы не можем долго задерживаться, но я очень хотел зайти поздороваться, поэтому назначил встречу здесь.

— Что ж, вам здесь всегда рады. Я тоже ждал возможности снова увидеть вас двоих. Аой-сан заходила пару раз после увольнения в прошлом году, но с тех пор много воды утекло.

Менеджер улыбнулся — тепло, но с легкой ноткой грусти.

— Хорошенько повеселитесь.

— Спасибо. О, и вы наверняка уже слышали от Изуми, но мы вернемся послезавтра. Мы обещали отпраздновать день рождения Аой-сан вместе со всеми.

— Конечно. Я подготовлю торт и буду вас ждать.

Разговор шел легко, как будто мы и не расставались надолго. И тут над дверью звякнул колокольчик.

— Акира-кун!

Я обернулся на голос. Там стояла Аой-сан. Она сияла самой яркой и счастливой улыбкой, которую я когда-либо видел. Обычно она предпочитает блузки и юбки или элегантные платья, но сегодня на ней были удобные брюки и кроссовки. Её привычный утонченный образ прекрасен, но такой повседневный стиль тоже ей безумно шел. О том, почему она сегодня одета именно так… я расскажу чуть позже.

— Прости! Поезд немного задержался.

— Ничего страшного, я тоже только пришел.

— Фух, слава богу.

Аой-сан повернулась к стойке:

— Давно не виделись, Менеджер!

— О, Аой. Рад видеть тебя в добром здравии.

— Спасибо! Вы тоже отлично выглядите.

Менеджер ответил ей теплой улыбкой. Он всегда присматривал за ней, еще с тех времен, когда она только начала тут работать. Даже когда я еще не жил с ней — в те дни, когда она прогуливала школу и пропадала на работе — Менеджер принимал её без лишних вопросов. Я до сих пор помню, как в мой первый визит он устроил мне настоящий допрос с пристрастием по поводу наших отношений. Для него Аой-сан была почти как дочь.

— Аой-сан, хочешь холодного чаю?

— Спасибо, но… у нас совсем мало времени… — она взглянула на часы.

— Аой-сан, мы уже здесь. Давай немного насладимся моментом, — вмешался я.

— Ты уверен?

— Успеем выпить по стакану. Всё в порядке.

— Ну хорошо… тогда я немного передохну.

Я заказал еще одну порцию кофе, и Менеджер вернулся за барную стойку.

— Наконец-то мы снова встретились… Ты как, в порядке? — спросил я.

— Да. И ты выглядишь бодрым. Я так рада.

Мы обменялись немного неловкими улыбками, наслаждаясь этой встречей спустя полгода разлуки.

— Три дня и две ночи, начиная с сегодняшнего дня… Я так жду этого.

— Да. Давай сделаем эту поездку лучшей!

Спустя двадцать минут мы допили напитки и покинули кафе. И вот так, в самый день рождения Аой-сан, началось наше первое совместное путешествие с ночевкой.

***

Мы перешли на станцию частной линии, сели в поезд и покинули город. Путь занял полтора часа — поезд мерно покачивался, пока мы разглядывали сельские пейзажи за окном, — и наконец мы прибыли на нужную станцию.

После легкого обеда в кафе неподалеку мы пересели на автобус — один из четырех, что ходят здесь за весь день. Он повез нас высоко в горы. Еще полтора часа по узким извилистым дорогам, то вверх, то вниз — и мы оказались на небольшой парковке в окружении гор. Место было настолько уединенным, что к концу поездки в салоне остались только мы вдвоем.

— Большое спасибо, — поблагодарил я водителя на выходе.

Едва мы ступили на землю, нас окутал холодный воздух. Мы поднялись довольно высоко, и из-за разреженного воздуха температура здесь оказалась ниже, чем я ожидал. Горы со всех сторон почти не пропускали солнечный свет, отчего становилось еще зябче. Для мая здесь было по-настоящему холодно.

— Нам… здесь выходить? — Аой-сан огляделась с явным недоумением.

Её реакцию можно было понять. На парковке стояло всего несколько машин, и не было ни души — вокруг царила абсолютная тишина.

— Наш рёкан находится еще глубже в лесу.

— Еще глубже в лесу?

Я указал на тропинку, ведущую в чащу, и Аой-сан проследила за моим жестом.

— И как нам туда добраться?

— Вдоль берега реки идет пешеходная тропа, или можно вызвать трансфер из отеля. Но сейчас отличная погода для прогулок, так что я подумал, что мы могли бы дойти пешком.

— А-а, так вот почему ты просил меня одеться поудобнее.

Теперь стало ясно, почему сегодня Аой-сан была в брюках — редкое зрелище. Я заранее предупредил её, что юбка для этого маршрута не подойдет.

— И сколько нам идти?

— Около полутора часов в обычном темпе.

— Хорошая дистанция для прогулки, — в голосе Аой-сан прибавилось энтузиазма.

Раз уж мы зашли так далеко, я решил подкинуть еще один факт:

— На самом деле, наш рёкан находится на территории национального парка.

— …Национального парка?

Национальные парки — это заповедные зоны, охраняемые государством. Чтобы сохранить красоту природы, любое строительство там строго ограничено. Именно поэтому сюда нельзя заехать на личном авто — только пешком или на специальном шаттле отеля. Самый известный пример — Камикоти на границе Нагано и Гифу, но таких мест в Японии немало.

— Раз природа здесь почти не тронута, в это время года часто можно встретить диких животных. Олени, обезьяны… а если повезет, то кролики или белки.

— Кролики и белки?! — глаза Аой загорелись.

Я вспомнил нашу поездку перед моим переездом. Тогда Аой напевала песенку про медведя, потому что надеялась встретить его в горах. Я еще тогда понял, как сильно она любит животных.

— Может… мы даже увидим медведя?! — она всё еще не теряла надежды.

К сожалению для Аой, встреча с настоящим медведем стала бы катастрофой. В этих горах зима долгая, сейчас время таяния снегов, и шансы наткнуться на голодного зверя, только что вышедшего из спячки, довольно высоки. В последние годы сообщений о медведях стало больше, так что я на всякий случай взял с собой колокольчик для отпугивания зверей. Пожалуйста, пусть «Песенка про медведя» не станет пророческой.

— У начала тропы есть указатель. Давай сверимся.

Путь был долгим, но тропа шла без развилок вдоль русла реки, так что заблудиться было трудно. Мобильная связь в лесу пропадала, поэтому я заранее сфотографировал карту на телефон.

— Ну что, в путь? — я протянул руку Аой-сан.

— Хе-хе, — она тихо рассмеялась и крепко сжала мою ладонь.

— Что такое?

— Просто… я так давно не держала тебя за руку. Это делает меня счастливой.

— И правда, последний раз это было… в школьной поездке.

— Это чувство… оно такое успокаивающее.

Аой-сан сжала мою руку еще чуть крепче, будто смакуя момент. Мне тоже стало спокойнее. До этого момента мои руки будто не находили себе места, но теперь всё встало на свои места.

Вскоре асфальт закончился, сменившись грунтовой горной тропой. Дорога сужалась, под ногами попадались корни деревьев, заставляя быть внимательнее, но кроссовки вполне справлялись. Мы шли под шелест листвы и пение птиц, постепенно теряя чувство направления — север и юг в этой чаще больше не имели значения.

— Аой-сан, ты как?

— В порядке. Не так тяжело, как я думала. Воздух здесь такой свежий!

— Согласен. Давай не будем спешить, пойдем в своем темпе.

Деревья смыкались над нами, закрывая солнце, и воздух казался прохладным. Однако спустя полчаса ходьбы мы достаточно разогрелись, чтобы на лбу проступила испарина. Вскоре шум реки, до этого едва слышный, стал громче.

— Мы уже у воды? — спросила Аой.

Впереди, сквозь ветви, блеснул изумрудный поток. Я нашел узкий спуск к воде и спустился первым, чтобы помочь Аой-сан.

Когда мы вышли к самому берегу, мы оба замерли. Перед нами открылась картина невероятной красоты.

— Как… красиво…

Над нами в прогалах гор синело небо с белыми облаками. Перед нами несла свои воды прозрачная, глубокая изумрудно-зеленая река. Солнечные блики танцевали на её поверхности, как крошечные искры. Шум воды и шелест ветра сливались в идеальный природный оркестр.

— Здесь воздух такой чистый… будто его можно пить.

— Да, совсем не похоже на город.

Запах свежей хвои и мокрого камня наполнял легкие, даря невероятную бодрость.

— Ради одного этого вида стоило ехать, — выдохнул я.

— Это точно…

— Смотри, здесь мелко… хочешь зайти в воду?

— Хочу!

Мы быстро скинули обувь и носки, оставив их на камне, и вошли в реку.

— Ледяная! — в один голос вскрикнули мы.

Спустя пару секунд тело начало привыкать.

— Ощущения классные, но вода гораздо холоднее, чем я думал. Наверное, это талые снега.

Мы присели на большие валуны, опустив уставшие ноги в обжигающе холодную воду. Я достал из сумки чай и протянул Аой-сан. Она сделала глоток и замерла, глядя вдаль.

[[image:/storage/reader-images/01a421e5ede3e9d0b7f3efbabddb125bbbe563c1.jpg]]
В этот момент она сама была похожа на картину. Длинные черные волосы развевались на ветру, пока она придерживала их край рукой, в другой сжимая бутылку чая. Идеальный момент. Я не удержался и сделал несколько кадров.

— Акира-кун, ты меня фотографируешь? — обернулась она.

— Да. Ты выглядела как произведение искусства.

— Это немного смущает… но можно посмотреть?

Она заглянула в экран моего телефона и ахнула:

— Я знаю, что это я, но фото вышло просто потрясающим…

— Видишь? Я тебе его пришлю. А теперь давай сделаем еще одно, посмотри в камеру…

Едва я отступил назад, как заметил что-то на заднем плане, прямо за её спиной.

— Акира-кун? Что-то не так? — Аой-сан наклонила голову.

— Аой-сан… — я затаил дыхание и указал ей за спину.

Там, совсем недалеко, стояло животное, которое я никогда раньше не видел вживую.

— Кто это? — шепотом спросила Аой, боясь спугнуть зверя.

— Думаю… это камосика, японский сероу.

— Камосика?.. Родственник оленя?

— Многие так думают, но нет. На самом деле они относятся к семейству полорогих — они ближе к коровам и козам. Это эндемик Японии, их даже объявили памятником природы.

Трудно было поверить, что это существо — родственник коровы. В народе у камосика много прозвищ: от «глупого зверя» до «ахо», потому что они очень любопытны и часто просто стоят и смотрят на людей, не пытаясь убежать.

— Бедняжки… — улыбнулась Аой. — Но ого, Акира-кун, ты так много знаешь.

— Читал на сайте рёкана. Там писали, что их часто видят в этих лесах.

— Постой, а еще их считают посланниками богов, верно?

— Именно. И поскольку они горные жители и отлично лазают по скалам, их считают символом академических успехов — мол, «не упадут со скалы». Так что это к удаче.

— К удаче на экзаменах?! Тогда я обязана это снять!

Аой-сан быстро сфотографировала камосику, пока та пила воду.

— Если присмотреться, и правда похожа на козочку. Маленькие рожки, круглые глазки… такая милашка.

— Да… действительно забавная.

Мы замерли, глядя на зверя. Сколько это длилось? Минуту? Пять? Десять? Время будто исчезло. Наконец камосика, словно вспомнив о делах, развернулась и скрылась в лесу. Это было почти мистическое зрелище.

Мы вытерли ноги, надели обувь и вернулись на тропу. Мы шли дальше, окутанные тишиной леса, а в это время…

Фотография камосики, которую Аой отправила Изуми с подписью «Это на удачу перед экзаменами!», мгновенно разлетелась по всему классу. Говорят, к концу дня все наши одноклассники поставили её на заставку телефона.

Звучит абсурдно, но когда на кону поступление, веришь во что угодно. Я, кстати, тоже поставил это фото на обои.

***

Спустя полтора часа после начала нашей прогулки…

Мы вышли из леса и добрались до места ночлега около 16:30.

— Так вот где мы остановимся.

— Здесь потрясающая атмосфера… — прошептала Аой-сан.

Перед нами стоял старый деревянный рёкан, которому было более ста лет. Он мирно и величественно расположился на берегу реки прямо в сердце гор. Здание не было роскошным в привычном смысле слова, но оно было спроектировано так искусно, что казалось естественным продолжением леса. Определение «тайное убежище в глуши» подходило ему идеально. У входа рос великолепный клен — символ и главная достопримечательность этого места. Несмотря на то что было еще не поздно, из-за гор вокруг уже начали сгущаться сумерки.

— Давай заселяться.

— Пойдем… ох? — Аой-сан замерла.

Внезапно к нам выбежала собака. Шерсть у неё была преимущественно белой с коричневыми и черными пятнами, а темные круги вокруг глаз и носа делали её похожей на енота. В темноте их и правда можно было бы перепутать.

— Это ведь… собака, да? — неуверенно спросила Аой-сан.

Я слышал истории о людях, которые подбирали «щенков», а те вырастали в енотов, но хозяева продолжали убеждать себя, что это пес. Однако у этого зверя был ошейник.

— На сайте писали, что у них есть собака-талисман.

Аой-сан присела и начала ласково гладить пса по голове. Тот довольно завилял хвостом, позволяя делать с собой всё что угодно.

— Какой он спокойный.

— Ага. Я читал отзывы, что он слишком ленив для охранника.

— В таком месте, наверное, охранять особо не от кого.

Хотя в диком лесу, на мой взгляд, хороший охранник как раз не помешал бы. Но я не стал портить момент. Похоже, пес просто вышел нас поприветствовать — это была его «работа». Когда Аой закончила тискать собаку, мы вошли внутрь. Нас встретил вежливый персонал и проводил в холл, где всё — от пола до потолка — было выполнено из теплого дерева.

К нашему удивлению, несмотря на май, у ресепшена стоял обогреватель. Нам объяснили, что утром и вечером здесь всё еще холодно. Получив инструкции и ключи, мы отправились в свой номер.

Стоило нам переступить порог…

— Ва-а-а! — Аой-сан восторженно вбежала в комнату.

Интерьер был выполнен из массивных бревен, напоминая уютные коттеджи Финляндии. В гостиной стоял стильный диван и деревянный стол, а в спальне — две односпальные кровати. Кухня была современной и полностью оборудованной. За окном виднелась просторная деревянная терраса, залитая остатками солнечного света.

— Здесь так круто! — Аой-сан вышла на террасу, любуясь сочной зеленью леса. — Вид просто потрясающий…

Видя её радость, я почувствовал облегчение. Но через секунду на её лице промелькнула тень сомнения.

— Но… такое место, должно быть, очень дорогое?

— На самом деле, в честь 100-летия рёкана сейчас проходит акция. Нам досталась огромная скидка, так что не переживай об этом, — успокоил её я.

Она всё еще выглядела немного смущенной, но улыбнулась:

— Спасибо тебе.

— Мы много прошли и немного вспотели, — предложил я. — Как насчет онсэна перед ужином? В больших ваннах на улице нет места для мытья, так что сначала сходим в закрытую купальню, а после еды насладимся ротэнбуро (ванной под открытым небом).

— Отличная идея.

Мы взяли полотенца, надели юкаты и вышли из номера. Купальни находились в конце длинного коридора. Перед входом была зона отдыха с автоматами с напитками.

— Встретимся здесь после ванны, — сказал я.

— Хорошо. Акира-кун, сколько тебе времени нужно?

— Не думай обо мне. Купайся в свое удовольствие, расслабься.

Девушкам обычно нужно больше времени, так что я решил, что подожду её в зоне отдыха с бутылочкой кофейного молока. Мы разошлись по своим сторонам. Стоило мне войти в раздевалку, как нос уловил характерный запах горячих источников. Я оказался в купальне совершенно один.

— Кайф… — выдохнул я.

Внутри были две каменные ванны и зона для мытья. Всё выглядело очень уютно и по-старому. Я тщательно вымылся и медленно погрузился в горячую воду.

— Ах-х-х…

Тепло проникало в каждую клеточку тела, расслабляя мышцы, забитые учебой. Вода была удивительно мягкой. Я прикрыл глаза, чувствуя, как уходит всё напряжение.

— Я бы мог сидеть тут вечность… — пробормотал я.

— Я чувствую то же самое — не хочется вылезать, — раздался знакомый голос из-за стены.

Я поднял голову. Оказалось, что перегородка между мужской и женской зоной не доходила до самого потолка.

— Аой-сан, ты тоже там одна?

— Да. Я подумала, что ты тоже один, поэтому и окликнула, — ответила она.

Я смутился, вспомнив, какие звуки блаженства издавал минуту назад. Хорошо, что это была Аой-сан.

— Как тебе вода? — спросила она.

— Потрясающая.

— Моя кожа стала такой гладкой, я даже сама удивилась…

«Гладкая кожа…» В моей голове мгновенно возник образ Аой-сан, которая проводит рукой по плечу в горячей воде. Её белая кожа, изящная линия шеи, покрасневшая от пара… Воображение разыгралось не на шутку, и я почувствовал, что краснею не только от воды.

— Акира-кун, ты слышишь?

— Д-да! Слышу!

Я слишком глубоко ушел в фантазии. Надо взять себя в руки — впереди еще купание под звездами после ужина.

— Я буду выходить, — сказал я через стену. — Аой-сан, не торопись, отдыхай.

— Хорошо, я еще немного погреюсь.

Если бы я остался там дольше, у меня бы точно закружилась голова — то ли от жара, то ли от мыслей. Я вышел, выпил кофейного молока и сел ждать. Спустя некоторое время занавеска женской раздевалки шелохнулась.

— Прости, что заставила ждать.

Когда Аой-сан вышла, я буквально лишился дара речи. Из-за жара ванны её юката сидела на ней чуть свободнее, ворот был приоткрыт. Влажные черные волосы были собраны в небрежный пучок, а щеки горели нежным румянцем. Она выглядела… невероятно соблазнительно. Тот образ, что только что крутился у меня в голове, теперь стоял прямо передо мной. На шее у неё всё еще висело полотенце, закрывая затылок, но это было не страшно — путешествие только началось, и возможностей увидеть эту изящную шею будет еще предостаточно!

— Волосы долго сохнут, — улыбнулась она.

— Ничего страшного. До ужина еще есть время.

На часах было 17:40. Мы решили на пару минут заскочить в номер, а затем отправиться в обеденный зал.

***

Когда мы пришли в обеденный зал, некоторые гости уже вовсю наслаждались трапезой. Зал был заполнен рядами столов. Мы нашли сотрудника, назвали свои имена, и нас проводили к нашему месту. Мы с Аой-сан сели друг напротив друга.

— Всё выглядит так аппетитно! — сказала она, и её глаза засияли.

— Да. После такой прогулки я готов съесть слона.

На столе уже были расставлены разнообразные закуски. Глядя на меню, становилось ясно: ужин посвящен местной горной кухне. Поскольку сейчас был сезон, во многих блюдах использовались дикорастущие травы и овощи — сансаи.

Там была темпура из тара-но-ме и косиабура, а также фуки-мисо — обжаренные с мисо и мирином почки белокопытника. Был и когоми охитаси — слегка отваренный страусник, и множество других ярких сезонных блюд, красиво оформленных на тарелках. Глаза радовались этой палитре. Кроме того, нам подали сашими из местной форели премиум-класса и запеченного с солью гольца. Такие деликатесы мы едим редко, поэтому оба были в предвкушении.

— Просто невероятно! — Аой-сан смотрела на еду восторженным взглядом истинного гурмана. Казалось, она ждет только появления риса и мисо-супа, чтобы начать «атаку».

— Аой-сан, посмотри сюда.

Пока мы ждали, я заметил небольшую керамическую печку прямо на столе. Я приподнял крышку стоявшего на ней котелка. Внутри были знакомые на вид кусочки мяса и овощи.

— Это… кабанина?

Точно — мясо дикого кабана. Такое же, как мы ели во время выпускной поездки с Эйдзи и остальными. Цвет мяса был почти один в один как у того иносиси-набэ. Я сверился с меню: действительно, в разделе горячих блюд значилось «Набэ из дикого кабана».

— Не ожидал встретить это здесь.

— Я тоже. Но я очень хотела попробовать его снова.

Пока мы болтали, официант принес рис и суп. Поблагодарив его, мы дождались, пока он подожжет сухое горючее под печкой. «Когда огонь погаснет — значит, готово. Пожалуйста, не открывайте крышку до этого момента», — наставил он нас и удалился.

Мы с Аой-сан сложили руки:

— Итадакимас!

Мы взяли палочки. Я немного замялся, не зная, с чего начать.

— Акира-кун, ты когда-нибудь ел темпуру из тара-но-ме?

— Нет. Слышал, но пробую впервые.

Обычно я видел их только на рынках или придорожных станциях весной. Для старшеклассников такая еда в новинку, но тара-но-ме называют «королем горных овощей», и это один из самых популярных видов сансаев. Кстати, «королевой» считается косиабура — она лежала рядом.

— Наверное, странно слышать столько теории от человека, который это никогда не ел, — усмехнулся я. — Просто в семейных поездках я видел описания на стендах у рынков. Там подробно расписывали вкус и способ готовки. А ты, Аой-сан, ела их раньше?

[[image:/storage/reader-images/e4ba5afa3e84131a7e86da88e11cd3695ea25967.jpg]]
— Да. Они росли в горах прямо за моим домом, так что соседи часто угощали нас ими.

— Точно. Легко могу представить их в твоих родных краях.

— Они очень вкусные. Уверена, тебе понравится.

После такой рекомендации я просто обязан был начать с «короля». Я взял кусочек палочками, присыпал солью и отправил в рот. Хрустящий кляр сменился характерной для сансаев горчинкой, и нежный аромат заполнил рот. Чем дольше я жевал, тем больше горечь превращалась в мягкую сладость.

— Ого… это правда вкусно!

— Видишь?

— Такая благородная горечь — очень «взрослый» вкус в хорошем смысле слова.

Честно говоря, я был поражен. Давно я не ел ничего, что вызывало бы такую реакцию.

— Темпура из косиабуры тоже отличная, попробуй.

Я перешел от короля к королеве. В ней тоже была горчинка, но аромат был более свежим. Вкус был сильнее, и я подумал, что она была бы хороша не только в темпуре, но и в салатах с кунжутным соусом.

— Оба вида хороши, но, кажется, косиабура мне нравится больше.

— Темпура — это классика, но дома бабушка обычно готовила из них рис с добавками, — поделилась Аой. — Мелко резала, обжаривала с соевым соусом и мирином, а потом смешивала с горячим рисом. Вкус и аромат тогда раскрываются на полную.

От одних её слов у меня потекли слюнки.

— В следующий раз, когда увижу их в продаже, обязательно куплю и попробую приготовить.

— Попробуй обязательно.

Аой-сан тоже взяла кусочек темпуры, удовлетворенно закивала и расплылась в улыбке. Мы продолжали ужинать, пробуя один сансай за другим. Сашими и запеченная рыба были нежнее морских сородичей, что идеально балансировало яркий вкус трав. Правду говорят: когда еда по-настоящему вкусная, люди меньше говорят. Мы просто сосредоточились на наслаждении моментом — возможно, еще и потому, что зверски проголодались после похода.

— Ну что, пришло время главного блюда.

Огонь под котелком погас. Мы знали, что это сигнал, но аромат, пробивающийся из-под крышки, дразнил нас уже давно. Мы торжественно подняли крышку.

— …Ва-а-а!

Густой пар вырвался наружу, неся с собой богатый аромат мисо. Это было набэ из кабанины с грибами и сезонными овощами. Мясо выглядело идеально.

— Давай пробовать.

— Да!

Мы положили по кусочку в свои миски.

— М-м-м! — синхронно выдохнули мы.

Вкус был таким ностальгическим, что слова были излишни. Всё было в точности так, как мы помнили по той поездке с друзьями. Никакого специфического запаха, отличная текстура и сок, взрывающийся при каждом укусе. Жир был наваристым, но не тяжелым. В нем чувствовалась какая-то «дикая» нотка — в самом приятном смысле.

Если описывать этот вкус одним словом…

— Очень «дикий» вкус, правда?

— Да. Максимально дикий.

Мы рассмеялись. Реакция была такой же, как год назад. С тех пор как мы ездили в ту выпускную поездку всей компанией, прошло уже больше года. Наслаждаясь этим знакомым вкусом, мы провели остаток ужина в уютной, мирной атмосфере воспоминаний.

***

— Ха-а… кажется, я переел.

— Ну, мы же заказывали добавку риса и мисо-супа.

— Просто всё было так вкусно, что я не мог остановиться.

После ужина мы вернулись в номер. Поглаживая сытые животы, мы без сил повалились на диван. Болтая о событиях дня, мы заметили, что на улице совсем стемнело. Я поднялся, чтобы задернуть шторы, но замер у окна — в ночном небе сияла почти круглая луна.

— Аой-сан, смотри, какая сегодня красивая луна.

— Да?

Вместо того чтобы закрыть шторы, я распахнул окно. Мы стояли рядом, любуясь ночным небом, и Аой-сан прижалась ко мне чуть ближе.

— С заходом солнца похолодало… Можно мне прислониться к тебе, Акира-кун?

Я тихо рассмеялся:

— Аой-сан, разве ты уже не сделала это?

— Да. Но я подумала, что всё равно должна спросить разрешения.

— Отныне можешь не спрашивать.

— Тогда… я воспользуюсь этим.

Она крепко обхватила мою руку. Для неё это было необычайно мило — почти по-детски капризно. Но я был только рад. Быть парнем, на которого она так полагается, — больше чем просто приятно. Видеть её мягкую, беззащитную сторону было настоящим счастьем. Возможно, так подействовала атмосфера отпуска… или сытный ужин.

— Как красиво. Как думаешь, сегодня полнолуние?

— Кажется, еще нет. Совсем чуть-чуть не хватает.

Я заглянул в телефон: полнолуние выпадает на послезавтра, 6-е число.

— Жаль. Если бы завтра, в твой день рождения, было полнолуние — это было бы идеально.

— Это не важно, — мягко прервала меня Аой. Она взяла меня за руку и прошептала: — То, что ты привез меня сюда… уже само по себе идеально. Я не смею желать большего.

Я сжал её пальцы в ответ.

— Купальня под открытым небом при лунном свете… должно быть, это потрясающе.

— Да, звучит очень романтично.

На часах было полвосьмого. Самое время.

— Пойдем… посмотрим на ту купальню сейчас? — спросил я, затаив дыхание.

— Да… пойдем.

Она кивнула, слегка покраснев. Мое сердце пропустило удар. Наконец-то этот момент настал!

В коридорах рёкана было зябко. Холод пробирал до костей, но я дрожал не только от него — мои нервы были натянуты как струны. Аой-сан, кажется, чувствовала то же самое, потому что вцепилась в мой локоть. Мы болтали о пустяках, просто чтобы забить тишину. В этой тишине всё ощущалось острее: стрекот ночных насекомых, скрип половиц и даже тепло тела Аой, пробивающееся сквозь ткань юкаты.

— Встретимся уже там, внутри.

— Хорошо. До встречи.

Хотя купальня была смешанной, раздевалки всё равно были раздельными. Оказавшись в мужской половине, я оперся руками о полку и выдохнул.

— Черт… я так нервничаю…

Конечно, я этого ждал. С того самого момента, как Изуми проболталась про этот рёкан, я втайне надеялся. Раз Аой согласилась на смешанную купальню, значит, она доверяет мне. А запретить подростку фантазировать в такой ситуации — задача невыполнимая.

Я глубоко вздохнул, скинул юкату, обернул полотенце вокруг талии и вышел на улицу.

— Ого…

Передо мной раскинулась огромная купальня, окруженная валунами. Пар поднимался над водой, отражая мягкий свет фонарей. Вода стекала из бамбуковых желобов, создавая умиротворяющий шум. Слева был небольшой водопад, а справа — лестница к ванне, из которой можно было смотреть на него снизу вверх. Именно туда я и направился ждать Аой. К счастью, других гостей не было.

Прошло пять минут. Дверь со стороны женской раздевалки скрипнула, и в тумане показался силуэт.

— Э?.. — вырвалось у меня.

— Прости, что заставила ждать.

Это была Аой-сан. Но… не совсем такая, как в моих мечтах.

— Ты… в купальнике?

— Э?.. А-а! — я тут же закрыл рот руками, осознав, что ляпнул.

Аой-сан густо покраснела.

— На сайте написано, что можно в купальнике. Прости… Если бы мы точно были одни, я бы не надевала его. Но я подумала, вдруг зайдут другие гости…

— Ты абсолютно права! — выпалил я. Я не хотел, чтобы кто-то другой видел её такой — хоть в купальнике, хоть без.

— Ну… тогда заходим?

— Да.

Аой-сан осторожно опустилась в воду рядом со мной. Мы оба выдохнули, когда тепло охватило наши тела.

— Вода чудесная…

— Д-да… чудесная.

Разговор не клеился.

— Мне всё еще немного неловко, — призналась она.

— Да… хотя мы уже купались вместе раньше, всё равно как-то непривычно.

— Первый раз был в первом семестре, после дополнительных занятий? — вспомнила она. — А потом в летние каникулы, на вилле у Эйдзи.

— Точно. Я тогда так удивился… это ведь была идея Изуми?

— Ну… да. Она сказала: «Самый быстрый способ сблизиться — искупаться вместе!». Тогда я была даже без купальника, это было супер-смущающе, но… я очень хотела стать к тебе ближе, Акира-кун.

«Эта Изуми…» Она всегда использовала прямолинейность Аой в своих целях. Впрочем, я был последним, кто мог на это жаловаться.

Мы замолчали, погрузившись в воспоминания. Но сегодня всё было иначе. Между нами вибрировало другое напряжение — предвкушение чего-то важного.

— Смотреть на водопад снизу вверх — это круто, но там наверху есть еще одна ванна, — сказал я. — Оттуда вид еще лучше.

— Правда? Хочу попробовать.

Мы поднялись по каменным ступеням к небольшой чаше под деревянным навесом. Она была глубокой — вода доходила до плеч. Мы сидели плечом к плечу, слушая рев воды всего в паре метров от нас.

— Вода здесь как лосьон, — Аой-сан провела рукой по коже. — Такая гладкая.

Я постепенно расслабился. Мы снова заговорили легко и просто.

— Акира-кун, попробуй… мою кожу.

Она протянула мне руку.

— М-можно?

— Можно.

Я знал, что она говорит это без задней мысли. Она просто хотела поделиться ощущением. Но моя голова была забита совсем другим.

Я коснулся её предплечья.

— Ого.

Кожа была невероятно нежной, как влажный шелк. Я невольно засмотрелся и гладил её дольше, чем следовало.

— Н-н… — Аой издала тихий, едва слышный звук, и я тут же отпрянул.

— Прости! Я увлекся!

— Н-ничего страшного…

Снова повисла неловкая пауза. Чтобы разрядить обстановку, Аой указала на небо:

— Акира-кун, смотри.

Там сияла луна. Здесь, в горах, её свет казался чище, а пар от воды делал края диска размытыми и таинственными.

— Акира-кун… спасибо, что привез меня сюда.

— Не стоит благодарности.

— Нет… я хочу это говорить. Столько раз, сколько потребуется. Знаешь… уже очень давно никто так не праздновал мой день рождения. Последний раз — лет десять назад, еще до развода родителей.

Мне стало больно от её слов. Десять лет одиночества в такой день…

— Поэтому я так счастлива. Мало того, что меня поздравляют… так еще и человек, который рядом — тот, кого я действительно люблю. Мне больше ничего не нужно.

Мое лицо вспыхнуло.

— Это первый раз, когда ты сказала, что любишь меня, с того самого признания…

— Раз ты так говоришь… наверное, так и есть.

— Я очень счастлив слышать это от своей девушки.

— Тогда я буду говорить это чаще.

Аой-сан мягко прислонилась ко мне.

— Спасибо, Акира-кун. Я люблю тебя.

— И я тебя люблю, Аой-сан.

Наши взгляды встретились, лица сблизились… и под холодным светом луны мы разделили наш первый поцелуй с прошлого лета. Четвертый поцелуй для Аой. Второй для меня.

Мы пробыли там еще час, пока не пришли другие гости. Вернувшись в номер, мы открыли окно, впуская ночной ветер. Планы на день были выполнены. А это значило, что впереди нас ждало то, ради чего мы здесь остались одни.

***

Время перевалило за девять вечера…

— Аой-сан… ты точно уверена, что хочешь этого?

— Да. Я тоже этого хочу.

Парень и девушка, наедине в комнате в глухую полночь.

— Ну что ж… тогда начнем.

— Да.

Что именно мы делаем, спросите вы?

— Я так рада, что мы снова можем учиться вместе, Акира-кун.

На столе разложены учебники и справочники — мы учимся.

Постойте! Пожалуйста, выслушайте мои объяснения.

Поехать в путешествие с девушкой на её день рождения, вместе сходить в баню, даже разделить поцелуй — и после всего этого сесть за учебники? Да, если кто-то спросит меня, что я творю, у меня не найдется ни одного внятного ответа. Но… на то была причина. Очень веская причина.

Всё началось в тот момент, когда я просил разрешения у родителей на эту поездку. Чтобы получить их согласие во что бы то ни стало, я начал готовиться к экзаменам заранее. В итоге они разрешили — как я уже упоминал. Но я не рассказал о своем разговоре с отцом.

— Отец, я хочу поехать в путешествие с Аой-сан на её день рождения.

— Я не против самой поездки… но как быть с подготовкой к экзаменам?

— Всё в порядке! Я возьму учебники с собой и буду заниматься там!

В ту секунду, когда я это выпалил, мне захотелось прикусить себе язык. Я подумал, что отец мягко отказывает, и от паники ляпнул первое, что пришло в голову.

[[image:/storage/reader-images/f8778cd0e95402732aa3079884a2a7179044183b.jpg]]
— …Если таков твой план, то у меня нет возражений, — ответил отец.

— А, с-спасибо!

Позже мама рассказала мне, что отец и не думал отказывать. Он просто хотел убедиться, что поездка не пойдет во вред учебе, и если нет — он был только за. Почему нельзя было сказать об этом сразу?! Тем не менее, раз уж я пообещал учиться, я обязан был сдержать слово — иначе это было бы нечестно. Поломав голову, я признался во всем Аой-сан, а она ответила: «Тогда давай учиться вместе».

Так мы и оказались в этой ситуации. Если бы я мог вернуться в прошлое, я бы отвесил себе подзатыльник за длинный язык.

— Прости, что заставляю тебя заниматься этим в отпуске, — я уставился в учебник, и мое настроение упало вслед за взглядом. Какой нормальный парень учится во время романтической поездки?

— Не извиняйся так много.

— Но всё же… мы здесь вдвоем.

— А мне правда нравится учиться с тобой вот так.

Аой-сан не просто пыталась быть вежливой.

— Иногда после уроков я остаюсь заниматься с Изуми-сан и остальными. Мы помогаем друг другу или просто сидим рядом, чтобы не лениться. Но каждый раз, когда мы так сидим, я думаю… Мы оба так стараемся ради нашего обещания, и если бы ты был рядом, мы бы могли помогать друг другу, поддерживать…

— Аой-сан…

— Я не говорю, что мы не поддерживаем друг друга на расстоянии. Я знаю это. Но… я не могу отделаться от мысли, что всё было бы иначе, если бы мы были вместе. Вот почему… возможность поучиться с тобой сегодня делает меня по-настоящему счастливой.

Может, это прозвучит хвастливо, но я должен это сказать: моя девушка просто невероятная.

— Тогда… начнем?

— Да.

Я отбросил лишние мысли и сосредоточился. В конце концов, мы абитуриенты. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только скрипом ручек. Прошел час.

— Хм-м…

— Что-то не так, Акира-кун? — Аой-сан заметила, как я нахмурился, и оторвалась от своей тетради.

— Один пример никак не поддается.

— Какой?

Аой-сан пододвинулась ближе, заглядывая в мою книгу и сосредоточенно кивая.

— Смотри, здесь нужно… — и она начала объяснять.

Я слушал, следя за каждым её движением. Через пару минут всё стало ясно.

— Ну как? Понятно объяснила?

Пример, над которым я бился, вдруг стал элементарным.

— Спасибо, Аой-сан. Теперь всё кристально ясно.

— Я как раз недавно разбирала эту тему, так что рада помочь.

В груди разлилось тепло. Раньше, когда мы жили вместе, я помогал ей. Изуми помогала. Но теперь она настолько продвинулась в учебе, что сама объясняет мне сложные вещи. Это не значит, что она была слабой — просто домашняя обстановка не давала ей сосредоточиться. Её нынешние успехи — лучшее доказательство того, как много для неё значит наше обещание.

— Спасибо, Аой-сан.

— Не за что.

— Сделаем перерыв перед вторым раундом?

— Да, хорошая идея.

— Хочешь мороженого? Мы всё-таки в отпуске.

— Мороженое?! — её глаза мгновенно вспыхнули.

— Я видел, что оно продается в лавке внизу.

— Правда?! Хочу!

— Тогда идем.

Я взял кошелек, и мы отправились вниз. Перекус кажется в сто раз вкуснее во время учебы, особенно если ты стараешься ради любимого человека. Это немного уняло мое чувство вины. Мы съели мороженое и вернулись к книгам, пока ночь за окном становилась всё глубже.

Честно говоря, я надеялся, что этот вечер будет… более сладким. Но… что ж, это только первый день. Не стоит спешить. Если чему-то суждено случиться, то это будет завтра — в саму ночь дня рождения Аой.

Мы прозанимались до тех пор, пока стрелки часов не перевалили за полночь.

----------

Второй день праздничного путешествия

На следующее утро…

— М-м… уже утро, да?..

Я проснулся от солнечного света, пробивавшегося сквозь щели в шторах, и шума реки, протекающей рядом с рёканом. На ощупь, не открывая глаз, я нащупал телефон рядом с подушкой. С трудом разомкнув веки, я взглянул на экран.

— …Чуть больше шести, хах.

Завтрак был назначен на половину восьмого, так что это идеальное время для утреннего купания.

Вчера вечером Аой-сан говорила, что хочет сходить в источник перед завтраком, поэтому я собирался её разбудить. Но когда я окончательно открыл глаза, она уже была там — сидела на своей кровати напротив меня с нежной улыбкой на лице.

— Доброе утро, Акира-кун.

— Утро… Ты уже проснулась, Аой-сан?

— Я встала чуть раньше. Хотела разбудить тебя, но ты спал так безмятежно… К тому же, мне редко выпадает шанс посмотреть на твое спящее лицо, так что я решила немного полюбоваться.

…Уф, это было чертовски смущающе.

— У меня что… было странное лицо во сне?

— Это было очень милое спящее лицо, так что не переживай.

— Милое… Это считается за комплимент?

— Да. За очень большой комплимент.

— Вот как. Что ж, спасибо.

Впервые девушка назвала меня «милым». Мне было неловко, но слышать такое от своей девушки… это было совсем не плохо. И если честно, просыпаться, когда рядом человек, которого ты любишь — я чувствовал в этот момент точно такое же счастье.

Я откинул одеяло, поднялся с кровати и распахнул шторы. Яркий утренний свет окончательно прогнал остатки сна.

— Сегодня отличная погода.

Аой-сан встала рядом со мной и выглянула в окно. Совершенно естественно мы прислонились друг к другу и переплели пальцы.

— С восемнадцатилетием, Аой-сан.

— Спасибо.

— Я так рад, что в этом году могу сказать тебе это лично, именно в этот день.

— Я тоже счастлива. Провести утро своего дня рождения вместе с тобой…

Мы замерли на мгновение, позволяя этому ощущению счастья наполнить нас. Но было слишком рано предаваться умиротворению. Её день рождения только начался.

— Сходим сначала в источник?

— Да, пойдем.

Мы собрались и вышли из номера. Сегодня я сделаю всё, чтобы Аой-сан насладилась этим днем на все сто процентов.

***

После утреннего купания под открытым небом мы сразу отправились в обеденный зал, не снимая юкат. На том же столе, что и вчера, нас уже ждал завтрак.

На столе стояли жареный лосось, яйцо всмятку, натто, соленья — классический завтрак в старом добром рёкане. Рис и мисо-суп можно было брать самим у стола возле входа. Мы наполнили свои миски и вернулись на места.

— Итадакимас!

Мы сложили руки в знак благодарности. Я взял палочки и первым делом попробовал мисо-суп.

— Ха-а…

Да, мисо-суп по утрам — это именно то, что нужно. Соленый вкус согревал тело, заставляя блаженно выдохнуть. Однако этот суп…

— Вкусно, но… вкус немного непривычный, правда?

— Думаю, они используют домашнее мисо, — ответила Аой-сан.

— Домашнее?

Я сделал еще глоток, пытаясь распробовать.

— Я чувствую разницу, но… как ты поняла, что оно домашнее?

— Моя бабушка делала мисо сама. Если сравнивать с магазинным, у него совсем другой аромат.

— Если подумать, мисо-суп, который ты готовила, тоже был очень вкусным.

Это напомнило мне о том супе, который Аой-сан варила для меня во время летних каникул на втором курсе. Когда мы ходили на свидание в Арасияму и ели пасту с матча-кремом, я думал о том же: никогда бы не представил, что буду вот так обсуждать с ней еду. Глядя на то, как сильно она изменилась, я невольно задумался. Пожалуй, сейчас она готовит уже лучше меня.

— Хотел бы я снова как-нибудь попробовать твою стряпню…

— Я тоже хочу, чтобы ты увидел, как сильно я выросла в этом плане, — с улыбкой ответила она. — Если мы оба поступим в университет в Токио, я смогу готовить для тебя каждый день. Так что давай постараемся вместе.

— Теперь у меня есть еще одна причина серьезно взяться за учебу. Мотивация взлетела до небес.

Но на сегодня и завтра… я решил, что мы заслужили перерыв от учебников.

— Суп просто объедение.

— Когда мы вчера покупали мороженое, я видела в лавке мисо. Наверное, оно то самое.

— Тогда куплю баночку с собой. Спросим потом у персонала.

После теплого супа мы перешли к остальным блюдам. Среди них было одно, вызвавшее у нас обоих любопытство. Это был маленький керамический горшочек на горелке, точь-в-точь как тот, в котором вчера была кабанина. Вряд ли это снова мясо дикого кабана — это было бы тяжеловато для завтрака. Я осторожно поднял крышку.

— Что это?..

— На тофу не похоже…

Внутри, среди овощей и грибов, лежало что-то белое. Мы не узнали блюдо и спросили официанта. Оказалось, это юба. Еще одна еда, которую старшеклассники встречают редко. Юба — это тонкая пенка, которая образуется на поверхности соевого молока при нагревании. Её подают как сашими, в супах или в горячих котелках, как у нас, чтобы обмакивать в соус пондзу.

— Первый раз ем юбу.

— Я тоже. Но, кажется… это одно из местных коронных блюд. Помню, когда мы были в средней школе, Идзуми прямо-таки помешалась на юбе. Она без умолку трещала о том, какая она невероятная.

Тогда мне было всё равно, и я не слушал… но если кто-то долго жужжит тебе об одном и том же, это в конце концов отпечатывается в памяти. К слову, в этих краях «юба» пишется не традиционными иероглифами «湯葉», а «湯波». Никогда не думал, что годы спустя буду вот так её есть.

— Давай попробуем.

— Да!

Мы взяли по кусочку и сначала попробовали без соуса. Едва юба коснулась языка, как мягкий вкус соевого молока заполнил рот.

— Вкус гораздо насыщеннее, чем я ожидал.

— Ага. Я думала, она будет безвкусной… а это очень вкусно!

С соусом пондзу вкус стал легким и свежим. Теперь я понял, за что Изуми её так хвалила.

— В поездках самое классное — пробовать то, что обычно не ешь.

— Ты прав. После вчерашних горных трав и сегодняшней юбы мне даже немного жаль, что я не слушал лекции Изуми внимательнее.

Мысленно я попросил у Изуми прощения.

— Если в лавке продают юбу, куплю ей в подарок.

— Отличная идея. Хиёри-тян она тоже наверняка понравится, я возьму для неё.

— Я тоже хотел что-то купить Хиёри, так что не утруждайся.

— Нет, я сама хочу ей подарить. Можно?

Ну… подарок от Аой-сан наверняка будет для сестры ценнее.

— Ладно. Тогда оставляю это на тебя.

— Спасибо!

Мы болтали, заканчивая завтрак.

— Слушай, Акира-кун. Куда мы отправимся сегодня? — спросила Аой, доедая маринованные овощи.

Я специально не рассказывал ей детали плана. Я хотел устроить сюрприз.

— В этом парке много маршрутов, но один из них — длинная тропа через лес. Я подумал, что после всей этой зубрежки нам полезно устроить «цифровой детокс» и просто погулять среди деревьев. Это освежает.

— Звучит здорово.

— Маршрут длиннее вчерашнего, но в рёкане можно взять снаряжение напрокат, так что всё безопасно. Я также заранее попросил собрать нам напитки и обед с собой.

— Ты такой молодец, Акира-кун. Всё продумал до мелочей.

— Сейчас отдохнем немного после еды и выдвигаемся.

Поскольку впереди был активный день, Аой-сан взяла себе вторую порцию риса и супа. Кажется, юба ей очень полюбилась. «Так вкусно, что я объелась», — сказала она, но я был уверен, что на прогулке все калории сгорят. Девушка, которая ест с таким аппетитом, всегда выглядит очаровательно.

***

После завтрака мы переоделись, и около десяти часов утра уже стояли перед рёканом в полном походном снаряжении.

— Ну как… я не выгляжу странно? — Аой-сан немного занервничала, смущенно оглядывая свой наряд.

На ней была термофутболка с длинным рукавом, эластичные брюки, водонепроницаемая ветровка и добротные трекинговые ботинки. Волосы были спрятаны под кепкой, а за спиной висел рюкзак с обедом и запасной одеждой. В руках она уверенно держала походные палки.

— Ты выглядишь просто отлично.

— Какое облегчение… Акира-кун, ты тоже выглядишь круто.

Мы были похожи на настоящую пару туристов-альпинистов — экипированы с головы до ног. Спортивный стиль на удивление шел Аой-сан не меньше, чем её привычные спокойные наряды. Перед выходом мы попросили сотрудника отеля сфотографировать нас на память.

— Ну что, в путь?

— Да!

С картой маршрутов в руках мы углубились в лес. Мы были не одни: впереди и позади шли другие туристы. Я даже заметил ту самую пожилую пару из рёкана. В такой компании чувствуешь себя в безопасности, даже если что-то случится.

— Зябко всё-таки… здесь высоко, и деревья закрывают солнце, — заметила Аой.

— Ага. Но когда солнце поднимется выше и мы подольше походим, станет жарко.

Для начала пути такая прохлада была в самый раз. Я объяснил Аой, что наша цель — высокогорное болото на краю тропы. Это одно из самых известных мест в национальном парке: плато на высоте двух тысяч метров, усыпанное прозрачными озерами и редкими растениями. В июне здесь цветут лизихитоны, в июле — альпийские цветы, в сентябре всё горит золотом и багрянцем, а в ноябре ложится первый снег.

— Говорят, в этом году в горах еще лежит снег, — сказал я.

— Значит, мы увидим и зелень, и снег одновременно?

— Именно. Должно быть очень красиво.

Мы шли не спеша. После долгих месяцев за учебниками наши тела были не в лучшей форме, так что мы часто останавливались отдохнуть, уступая дорогу другим. Мы переходили деревянные мостики, преодолевали крутые подъемы и любовались водопадами, скрытыми в глубине долин. Чем выше мы поднимались, тем сложнее становилась тропа. Я был искренне рад, что мы в настоящих ботинках, а не в обычных кроссовках.

Спустя два с половиной часа пути Аой-сан начала уставать.

— Аой-сан, ты как?

— Всё… в порядке, — ответила она с немного вымученной улыбкой.

— Мы почти пришли. Давай, еще чуть-чуть.

Я мягко взял её за руку, помогая идти вперед. Наконец тропа из букового леса превратилась в деревянный настил. Мы поднялись на пригорок… и перед нами внезапно открылся невероятный простор.

— Ува-а…

— Как красиво…

Слова просто исчезли. Мы словно вышли из густой чащи в другой мир: бескрайнее ярко-зеленое болото под ослепительным солнцем, усеянное сверкающими озерцами. Две узкие деревянные дорожки уходили прямо за горизонт, разделяя этот пейзаж. А далеко впереди, как и обещали, возвышались горные пики, укрытые снегом.

— Я даже не знаю… слов не хватает, — наконец выдохнул я.

— Я тоже… не знаю, как это описать… — прошептала Аой, не отрывая взгляда.

Бездонное синее небо, величественные горы и свежая зелень, расстилающаяся ковром. Не будет преувеличением сказать, что это был самый красивый пейзаж, который я видел в жизни. Может, из-за того, что подъем был тяжелым, награда казалась такой ценной.

Я глубоко вдохнул чистый горный воздух.

— Честно говоря… путь был тяжелее, чем я думал. Я даже начал жалеть, что втянул тебя в это, Аой-сан…

— Было непросто… но когда видишь такое, вся усталость мигом улетучивается, — Аой-сан лучезарно улыбнулась.

И тут…

Гу-у-у…

В тишине раздался отчетливый звук.

— Ах… — я невольно прижал руку к животу. Аой-сан посмотрела на меня, сдерживая смех. Было уже около часа дня, так что голод был вполне закономерен.

— Хочешь поесть прямо сейчас? — спросила она.

— Я буду просто счастлив, если мы поедим.

— Ну… если честно, я тоже проголодалась.

Мы нашли зону отдыха с лавочками. Пара лет тридцати любезно уступила нам место, закончив свой обед. Мы достали из рюкзаков плетеные коробочки-бенто, приготовленные в рёкане. Внутри были маленькие онигири, кусочки жареного лосося, караагэ, тамагояки и соленья.

— Ну что, кушаем?

— Да.

Соленый вкус онигири был просто божественным для уставшего тела.

— У меня такое чувство… что все мои восемнадцать лет жизни были нужны только для того, чтобы съесть этот онигири прямо здесь… — Аой-сан смотрела в небо, держа рис обеими руками, явно переполненная эмоциями.

У неё была эта забавная привычка становиться драматичной, когда она ест что-то по-настоящему вкусное. То же самое было с клубникой и лобстерами в прошлых поездках. Её любовь к еде всегда была такой искренней и милой. Мы расправились с обедом в мгновение ока и, запив всё чаем, продолжили прогулку.

Здесь не ловила сеть, и это позволяло полностью погрузиться в природу, не отвлекаясь на уведомления. Мы фотографировали цветы, здоровались с редкими прохожими и наслаждались тишиной. Спустя два часа мы решили, что пора возвращаться.

— Акира-кун, что такое?

— …Знаешь, мне почему-то совсем не хочется уходить.

— Да… это не то место, куда можно приехать в любой момент.

У кромки леса мы обернулись, чтобы бросить последний взгляд на плато.

— Я обязательно хочу вернуться сюда когда-нибудь, — сказал я.

— С тобой, Акира-кун, мест, куда я хочу вернуться, становится всё больше, — голос Аой был полон ностальгии. — Онсэны, пляжи, Арасияма… Я даже переживаю, хватит ли нам времени, чтобы снова посетить их все.

Я ответил с полной уверенностью:

— Всё в порядке. Я обязательно привезу тебя сюда снова. Жизнь ведь еще долгая.

Аой-сан удивленно посмотрела на меня.

— Значит… ты будешь со мной всю жизнь?

— Да, конечно.

— Я так рада… — её щеки покраснели от счастья.

Это прозвучало почти как предложение, и моё сердце забилось чаще. Чтобы сгладить неловкость, мы сделали совместное фото на фоне гор. На снимке мы оба счастливо улыбались.

— Кажется, фото вышло отличным.

— Да… чудесная память.

— Ну что, идем домой?

— Идем.

Мы покинули высокогорное болото и начали путь назад. Еще одно бесценное воспоминание добавилось в нашу общую коллекцию.

***

Спустя два с половиной часа после того, как мы покинули плато…

Вернувшись в рёкан, мы первым первым делом отправились в купальни внутри здания, чтобы смыть пот. Был май, и хотя мы гуляли по прохладному высокогорному лесу, такая долгая ходьба всё равно заставила нас изрядно вспотеть. Пока мы поднимались, я этого не замечал, но когда снял ветровку в номере, увидел, что футболка промокла насквозь. Это было не только дискомфортно — мне хотелось снять усталость, которая незаметно накопилась в мышцах.

— Похоже, завтра всё будет болеть… — я погрузился в горячую воду, медленно массируя ноги.

Тело устало сильнее, чем я ожидал, но в этой усталости было свое особое удовольствие. Внезапно я понял, почему люди так одержимы трекингом и альпинизмом. Тот момент, когда ты достигаешь невероятного простора только благодаря силе собственных ног — это чувство восторга вперемешку с приятным изнеможением дает удовлетворение, которое не найти больше нигде.

«Пожалуй, было бы неплохо снова сходить в поход с Аой-сан после вступительных экзаменов».

— Ладно… пора выходить.

Прогревшись в воде около получаса, я поднялся. Вообще-то мне хотелось посидеть подольше, но время ужина уже приближалось.

Сидя в зоне отдыха у входа, я потягивал кофейное молоко, купленное в автомате. Вскоре из женской раздевалки вышла Аой-сан.

— Прости, что заставила ждать.

— Ничего, я и сам только что вышел.

Взявшись за руки, мы направились к номеру.

— Кажется, после ужина тут устраивают сеанс наблюдения за звездами.

— Наблюдения за звездами?

— Ага. Но это не какое-то формальное мероприятие. Если записаться, они выдают складные кресла и набор для костра. Суть в том, чтобы просто сидеть у огня и смотреть в ночное небо. Хочешь?

— Звучит здорово. Я только за.

— Окей. Сообщу им перед ужином.

Мы вернулись в номер, привели себя в порядок и пошли в сторону обеденного зала. На ресепшене я записал нас на костер под звездами, после чего мы вошли в зал.

***

После ужина мы отправились на место для наблюдения за звездами. Это была просторная площадка у реки прямо перед рёканом — совсем рядом. Нас встретил сотрудник, проводил к местам и объяснил, как разжечь огонь. Вскоре пламя весело заплясало, освещая всё вокруг.

— Кажется, я впервые сам разжигаю настоящий костер, — заметил я.

— Я тоже… Смотреть на огонь так успокаивает, — ответила Аой-сан.

Мы сидели в удобных креслах, слушая треск поленьев и шум реки. Когда мы подняли глаза к небу, оно было усыпано звездами — их было так много, будто они вот-вот упадут на нас.

— Красота…

— Да…

Спустя какое-то время Аой-сан прошептала с легкой грустью:

— Завтра утром… нам уже пора домой. Так быстро всё пролетело.

— Это была отличная перезагрузка перед экзаменами. Вернемся — и за учебу.

— Да. Ради нашего будущего… и того обещания.

Разговор плавно перешел на тему поступления.

— Кстати, я всё хотел спросить… В какой университет ты решила подавать документы?

— Хм-м… — Аой-сан загадочно улыбнулась, приложив палец к губам. — Это секрет. Расскажу, когда сдам экзамены.

— До самого выпуска будешь молчать?!

— Именно так.

Судя по её лицу, переубедить её было невозможно. Но главное, она подтвердила: это будет университет в Токио.

— Нам еще нужно будет выбрать момент и сказать родителям о том, что мы планируем жить вместе, — добавил я. Это казалось испытанием посложнее самих экзаменов.

— На самом деле… я уже говорила об этом с бабушкой.

— Что?! И что она сказала?

— Она ответила, что не против, если это будет с тобой, Акира-кун. Бабушка тебе очень доверяет.

— Какое облегчение… — я буквально почувствовал, как напряжение покидает тело.

Аой-сан добавила, что отцу она пока не решилась сказать это по телефону — хочет поговорить лично. Я тут же вызвался пойти с ней. Если я собираюсь заботиться о его дочери, я должен заявить об этом серьезно.

Прошел час. Костер начал затухать.

— Аой-сан, возвращаемся в номер?

Ответа не последовало.

— Аой-сан?

— А… — она вздрогнула и открыла глаза.

— Прости. Было так уютно, что я немного задремала.

Мы вернулись в рёкан.

— Я пойду куплю попить, иди в номер, — сказал я, отдавая ей ключи.

На самом деле я соврал. Я пошел забрать заранее заказанный сюрприз — маленький именинный торт. Получив коробку из рук персонала, я осторожно донес её до двери, зажег свечи и тихо вошел в темную комнату.

— А?.. — Аой-сан удивленно ахнула в темноте.

Я поставил торт на стол. В свете свечей её улыбка была просто волшебной.

— Аой-сан… с днем рождения.

— Я так счастлива… Спасибо.

Когда свечи были погашены и свет включен, я вручил ей подарок.

— Это фоторамка? Какая милая! — обрадовалась она.

— Мы ведь договорились, что создадим много воспоминаний. В наше время фото хранят в телефонах, но мне кажется важным иметь что-то, что можно потрогать. Особенно когда мы будем жить порознь — это поможет чувствовать, что мы рядом.

— Значит… давай выберем фото из этой поездки и вставим в рамки. У тебя ведь такая же?

Мы выбрали тот самый кадр, который сделали на обратном пути с плато.

Время перевалило за половину девятого. В комнате воцарилась особенная атмосфера. Я накрыл ладонь Аой своей рукой, и она ответила нежным пожатием. Наши лица сблизились, и в тот момент, когда губы почти соприкоснулись…

Аой-сан внезапно отстранилась.

— Эм… я, пожалуй, еще раз схожу в душ.

— Чего?.. — я застыл.

— Мне кажется, я вся пропахла дымом от костра.

— А… ну да. Тогда я тоже сполоснусь.

«Вот оно! Настал тот самый момент!» — думал я в душе, пытаясь унять бешеный стук сердца. Я тер себя мочалкой с удвоенным усердием. Чтобы не выйти слишком рано и не томиться в ожидании, я просидел в воде около получаса, даже обливался холодной водой, но это не помогало — руки всё равно дрожали от волнения.

Наконец, решив, что время пришло, я вернулся в комнату. В спальне горел лишь тусклый ночник. Аой-сан уже лежала в постели.

— Аой-сан… — я сел на край кровати и тихо позвал её.

Тишина.

— Аой-сан?

Я наклонился ближе. Она дышала ровно и спокойно, на губах играла едва заметная улыбка.

— Она… уснула?

Она спала беспробудным сном. Видимо, прогулка по горам выжала из неё все силы, и она держалась до последнего только ради того, чтобы отпраздновать со мной. Всё напряжение разом покинуло меня.

«Ну… оно и понятно».

Честно говоря, разочарование было сильным, но в то же время я чувствовал облегчение. Не стоит спешить.

— Спокойной ночи…

Я погладил её по голове, укрыл одеялом и вышел на балкон. Сон не шел — энергия всё еще бурлила во мне. Остужая голову ночным ветром, я достал телефон.

«Точно… нужно написать её отцу».

Я отправил сообщение: «У меня есть серьезный разговор по поводу Аой-сан».

Ответ пришел почти мгновенно. После короткой переписки я всё же вернулся в кровать, но уснул только глубоко за полночь.

----------

Третий день праздничного путешествия

— Мне так жаль!

На следующее утро голос Аой-сан, полный раскаяния, эхом разнесся по всей комнате.

— Прости меня, пожалуйста… Я просто хотела прилечь на минутку, но в итоге сразу же провалилась в сон…

Когда она только открыла глаза, то была слишком сонной, чтобы понять ситуацию, и лишь озадаченно склонила голову набок. Но через несколько секунд осознание вернулось к ней — она тут же села прямо, опустилась на колени на футоне и склонила голову. Она продолжала извиняться голосом, в котором смешались вина, грусть и разочарование в самой себе — казалось, она вот-вот расплачется.

— Тебе не нужно так сильно извиняться.

— Но всё же…

— Ты устала. Это не твоя вина.

— У-у-ух…

Как бы я ни пытался её успокоить, Аой-сан продолжала хмуриться. В уголках её глаз уже поблескивали слезы.

— К тому же, я ведь не предупредил тебя заранее, что трекинг будет таким долгим. В этом есть и моя вина.

— Но мы же… мы не можем видеться, когда захотим. Мы не знаем, когда встретимся снова… А ты наверняка… наверняка чего-то ждал прошлой ночью…

— Ну… да. Это правда.

Стоило мне честно это признать, как Аой-сан издала короткий вскрик: «А-а-ах!» — и зарылась лицом в подушку. Никогда еще я не видел её в таком смятении. Мне было немного неловко, но, честно говоря, это выглядело безумно мило.

— Я ведь тоже этого ждала… Наконец-то быть вместе с тобой, Акира-кун. Поэтому я надела то белье, которое ты выбрал… то, что Изуми-сан подарила мне от твоего имени на выпускной…

Она так запаниковала, что забыла о стыде? Аой-сан продолжала вслух говорить вещи, от которых в обычное время сгорела бы со стыда. Но, несмотря на ситуацию… я не мог проигнорировать её слова. В вырезе её слегка распахнувшейся юкаты я мельком заметил нежно-голубой цвет — то самое белье.

Значит, она правда его надела?!

В глубине души я втайне надеялся на это. Тогда я попросил Изуми помочь с выбором подарка, и взамен мне пришлось выбирать комплект нижнего белья, который Изуми вручила ей от меня. Мой выбор пал на белье с узором нежно-голубой гортензии.

[[image:/storage/reader-images/d3559632420e57f169505d5aabc8484c74683a52.jpg]]
Признаться, я был немного разочарован тем, что так и не увидел его на ней, но… если честно, я и сам подготовился, надев те «особенные» боксеры, что подарили мне Эйдзи и Изуми. Впрочем… эту деталь я оставлю при себе.

Само осознание того, что мы оба готовились одинаково, было очень… по-настоящему, по-взрослому. И это было чертовски сладко. Хотя в итоге никто из нас так и не использовал «подготовку» по назначению.

— Аой-сан, посмотри на меня.

Я сел рядом с ней. Она подняла лицо, глаза всё еще были на мокром месте.

— Если говорить откровенно… я тоже расстроен. Но…

Лицо Аой-сан исказилось от желания расплакаться. Я продолжил:

— Раньше я сам упускал возможности, когда они у нас были. Так что, если подумать, это мне следовало бы извиняться. А теперь… мы квиты. Одной этой мысли мне достаточно, чтобы быть счастливым.

— Акира-кун…

Пусть эта ночь ни к чему не привела, мы достигли взаимопонимания. И от этого факта в груди становилось тепло.

— Как ты и сказала, мы не знаем, когда представится следующий шанс — но нам и не нужно торопиться.

— Правда?..

— Я обещал. Я буду с тобой вечно.

Я напомнил ей о клятве, которую мы дали вчера среди горных болот.

— М-м… спасибо.

Наконец Аой-сан облегченно улыбнулась. Она прислонилась ко мне, мягко опустив голову мне на плечо.

— Но, Акира-кун… ты точно не сдерживаешься?

— Ну, как сказать… я всё-таки здоровый старшеклассник.

— Время еще есть… так что, если хочешь, мы могли бы…

Когда я подумал, что всё улеглось, Аой-сан — оказавшаяся куда решительнее, чем я предполагал — медленно потянулась к поясу оби своей юкаты. Я поспешно перехватил её руки.

— Всё правда в порядке. К тому же… разве не неловко делать это при дневном свете?

— …Да. Если подумать… это и впрямь неловко.

Глаза Аой-сан округлились, и в мгновение ока её лицо стало пунцовым — казалось, у неё сейчас пар из ушей пойдет. В конце концов она успокоилась, и я почувствовал облегчение — во многих смыслах. Если бы что-то «этакое» случилось прямо сейчас, утром, я не уверен, что выдержал бы такой наплыв эмоций.

— Тогда идем завтракать?

— М-м… да.

Приведя себя в порядок, мы отправились в столовую. Я решил просто ждать — ждать того дня, когда всё произойдет само собой.

После завтрака мы собрались и покинули рёкан около девяти утра. Сюда мы шли пешком, но обратно решили поехать на шаттле от отеля. Сил после крепкого сна прибавилось, но ноги после двух дней походов буквально гудели. Нам определенно не хватило бы сил на еще одну полуторачасовую прогулку до парковки. Сотрудники отеля, заметив наше состояние, любезно предложили подвезти. Поначалу мы планировали идти сами, но это предложение стало для нас спасением.

В автобусе мы сидели рядом, вспоминая наше двухдневное путешествие, которое пролетело так быстро, но оставило столько воспоминаний.

***

После автобуса и поезда мы, наконец, вернулись в город — было начало второго часа дня. От вокзала мы с Аой-сан сразу направились в кафе, где раньше вместе подрабатывали. Едва мы открыли дверь, как увидели Изуми и Эйдзи за нашим привычным столиком.

— Мы здесь! — Изуми, как всегда энергично, замахала рукой, ничуть не заботясь о громкости голоса при других посетителях. Судя по пустым стаканам, они ждали нас довольно долго.

— Я сначала отнесу гостинцы менеджеру, а ты иди к ним, — сказал я Аой.

— Хорошо, я подожду там.

Я прошел в подсобку.

— Менеджер, это вам гостинцы из нашей поездки.

— Ох, не стоило беспокоиться! Но большое спасибо, с удовольствием приму.

Я привез набор из мисо и юбы, купленный в рёкане. Не совсем типичные продукты для кафе, но сотрудник отеля уверял, что это лучшие местные деликатесы, и я взял их не раздумывая. Мы с Аой купили такие же наборы и для своих семей.

— Можно мне один ледяной кофе и один холодный чай? — попросил я.

— Первый раунд угощений за мой счет! — улыбнулся менеджер.

— Благодарю.

Я вернулся к столику, где ждали друзья.

— Простите, что заставили ждать. Вот, это вам.

Конечно, про Изуми и Эйдзи я тоже не забыл.

— Ой, да не стоило… Погоди, это что, юба?! — глаза Изуми загорелись, когда она заглянула в пакет.

— Я помню, ты недавно говорила, что обожаешь её. Та, что была у нас на завтрак, была очень вкусной, вот я и подумал, что тебе понравится.

— Я как раз мечтала её поесть! Спасибо огромное! — Изуми прижала пакет к себе так, будто это было сокровище. Кажется, я попал в точку.

— Ну, рассказывайте, как рёкан? — спросил Эйдзи.

— Потрясающе. Правда, Аой-сан?

— Да. Благодаря вам… мой день рождения стал просто чудесным.

— Мы очень благодарны Изуми за рекомендацию.

— Я бы хотела сказать «ну я же говорила», но… вообще-то мы сами там еще не были, — рассмеялась Изуми. — Рассказывайте подробнее, мы тоже хотим туда съездить!

И мы начали рассказывать. О старинном здании, в котором застыло время. О роскоши «ничегонеделания» среди тишины. О мягком онсэне, изысканных блюдах, захватывающих дух горных болотах и звездах, до которых, казалось, можно дотянуться рукой. Аой-сан говорила больше обычного, её глаза сияли. Я лишь изредка дополнял её рассказ, любуясь тем, какой счастливой она выглядит. Когда человек говорит от сердца, это чувствуется.

— Звучит невероятно… Я теперь тоже безумно хочу туда, — приуныла Изуми.

— Сдадите экзамены — и поезжайте вдвоем, — предложил я.

— Отличная идея! Поедем, Эйдзи-кун?

— Обязательно.

Раз уж речь зашла об учебе, я спросил:

— Кстати, вы уже решили, куда будете подавать документы?

— А мы разве не говорили? — удивился Эйдзи. — Мы с Изуми оба выбрали университет в Токио как основной вариант.

— Серьезно?! — я чуть не подпрыгнул на стуле от неожиданности и радости. Пара посетителей обернулась на мой крик, и я поспешно извинился. Было немного неловко, но радость перекрывала всё. — Значит… мы все снова сможем быть вместе.

Даже после моего переезда в другую школу наши отношения не изменились. И теперь я знал: даже университет это не изменит. Мы могли бы не видеться годами и всё равно оставаться прежними. Но всё же… в глубине души мне было немного одиноко, и эта новость сделала меня по-настоящему счастливым.

— Надеюсь, мы все поступим, — Аой-сан нежно сжала мою руку, будто чувствуя мои мысли.

— Да. С этого момента налегаем на учебу еще сильнее! — ответил я, сжимая её ладонь в ответ.

— Смотри не отставай от нас, Акира-кун, — подколола Изуми.

Эта их привычная манера общения вернула меня в старые добрые времена. Эйдзи и Аой улыбались, глядя на нашу перепалку.

— Ладно, пора начинать празднование здесь! — заявила Изуми. — Акира-кун, ты сегодня до скольки?

— Насчет времени не волнуйтесь. Я могу остаться до самого вечера.

— В смысле?

— Вообще-то… я возвращаюсь домой только завтра.

— Э?! — громче всех среагировала Аой-сан. Она уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

— Завтра я иду на встречу с твоим отцом.

— С моим папой?

— Вчера вечером, когда ты уснула, я написал ему. Сказал, что мне нужно серьезно поговорить. Помнишь, мы говорили у костра, что рано или поздно должны объясниться с родителями? Он ответил, что завтра у него есть время. Это было внезапно, но он согласился встретиться.

— Вот как… — в глазах Аой промелькнула нежная радость.

— Я хотел сказать еще утром, когда мы проснулись… но ты сама помнишь, как всё было.

— Ах… ну да. Точно.

Мы оба вспомнили ту неловкую ситуацию утром, когда она извинялась за то, что уснула.

— Ты сказал, она уснула?.. — пробормотала Изуми, явно зацепившись за эту деталь. Обычный человек ничего бы не заподозрил, но Изуми… Она посмотрела на меня с таким сочувствием, будто хотела крикнуть: «Да ладно! Неужели опять мимо?!»

Я лишь едва заметно покачал головой. Изуми изобразила на лице сложную смесь симпатии и фрустрации, прошептав: «Когда же у вас уже это случится…»

Честно говоря, я и сам хотел бы это знать.

— Ха-а… — мы с Изуми синхронно и тяжело вздохнули.

— Вы о чем это оба? — Аой-сан озадаченно склонила голову.

— Ни о чем! Не обращай внимания. В общем, времени у нас много, так что начинаем праздник!

Изуми позвала менеджера, и тот вынес торт.

— Еще раз — с днем рождения, Аой-сан!

— Спасибо!

Так началось празднование в кафе. Впервые за долгое время мы четверо были вместе, забыв об экзаменах и просто наслаждаясь моментом, как раньше. Мы ели торт, Изуми и Эйдзи вручили подарки Аой.

Но почему-то подарок достался и мне. Когда я открыл пакет, то замер — внутри лежали брендовые боксеры, точь-в-точь такие же, как они дарили мне раньше. Оказалось, Изуми решила, что те первые я «использовал» в поездке, и купила мне запасные на всякий случай.

[[image:/storage/reader-images/8f7a76f0b192c83dc0df732f8ddbd361f4104939.jpg]]
«Прости, Изуми, что не оправдал твоих ожиданий. Но… я сохраню их до того дня, когда он наконец настанет».

Это был последний вечер, который мы провели вчетвером перед тем, как с головой погрузиться в подготовку к университету.

***

Было уже за восемь вечера, и солнце давно скрылось за горизонтом.

— Ты уверен, что это нормально — вот так внезапно остаться у вас на ночь?

Мы с Аой-сан сидели плечом к плечу в вагоне поезда.

— Всё хорошо. Бабушка даже обрадовалась твоему приезду.

Нашей целью сегодня был дом бабушки Аой-сан. Она любезно разрешила мне переночевать у неё. Завтра мне предстояла встреча с отцом Аой, и мне нужно было где-то остановиться. Бронировать отель в последний момент было бы хлопотно, поэтому приглашение бабушки стало спасением.

— Я рада… что мы сможем провести вместе еще немного времени.

— Я тоже. Я счастлив быть с тобой, Аой-сан.

К слову, встреча с её отцом должна была состояться в том же кафе, где мы сегодня сидели с друзьями. Он живет в городе, который находится примерно посередине между домом Аой и моим, и он сам предложил приехать поближе к нам, за что я был ему очень благодарен.

Вскоре поезд прибыл на станцию. Пока мы шли под ночным небом, знакомые пейзажи вызывали у меня теплую ностальгию. Увидев яркие огни минимаркета, я вспомнил прошлые летние каникулы. Это был единственный магазин в деревне, и даже в десять вечера парковка была забита.

— Может, распечатаем то фото для рамки?

— Да, давай.

Мы зашли внутрь и подошли к многофункциональному копировальному аппарату.

— Если подумать, мы и правда наделали кучу снимков. В альбоме их больше сотни.

Мы выбрали фото, сделанное у входа на плато, и распечатали две копии, а также еще несколько понравившихся кадров.

— Когда видишь их на бумаге… ощущения совсем другие, не как в телефоне.

— Мне даже кажется, что печатные фото мне нравятся больше, — улыбнулась Аой.

Купив напитки и мелочи в дорогу, мы вскоре подошли к дому Аой-сан. Бабушка уже ждала нас у порога. Или… она правда нас ждала? Присмотревшись, я заметил у её ног большую сумку, а сама она была одета слишком официально — как будто собиралась уходить.

— Бабушка, мы дома.

— С возвращением. И спасибо, что приехал так издалека, Акира-сан.

— Вам спасибо, что разрешили переночевать.

— Не стоит благодарности. Тебе здесь всегда рады. Дом простой, предложить особо нечего, но чувствуй себя как дома.

Затем, теплым, но официальным тоном она добавила:

— Ну а теперь я оставлю вас двоих наедине.

— Э?..

Она улыбнулась так, будто точно знала, что делает, произнесла фразу, словно из учебника для деревенских свах, и подхватив сумку, зашагала прочь.

— Постойте, бабушка!.. — я попытался её остановить, но она уже скрылась из виду.

Мы застыли в тишине. Дежавю. Это случалось и прошлым летом: тогда она ушла «к подруге» и не возвращалась три недели.

— Эм… думаешь, бабушка снова решила проявить «заботу»? — спросил я.

Аой-сан пробормотала что-то, опустив голову. Её лицо и даже уши стали пунцовыми.

— Бабушка спросила: «Должна ли я оставить вам дом на эту ночь?». И я… сказала, что буду рада, если она так сделает. Я подумала… может, мы сможем продолжить с того места, на котором остановились вчера ночью?

— Продолжить с того места?..

Мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

— То есть ты имеешь в виду…

— Если ты согласен… как насчет того, чтобы сделать это?

Я совершенно этого не ожидал! «Бонусный раунд» посреди ночи… Я метался между шоком и волной искушения. Но почему я медлю? В этом доме только я и Аой. Соседи далеко, никого вокруг. Отступать сейчас было бы верхом трусости. Я сжал руку Аой, и она ответила крепким пожатием. В её глазах я увидел решимость.

— …Пойдем внутрь.

— Да… ты прав.

Внутри мне отвели ту же комнату, что и в прошлый раз. Открыв дверь, я увидел, что на полу уже расстелен один футон… и на нем рядом лежат две подушки.

— Бабушка… — выдохнули мы оба в унисон.

Бабуля подготовилась основательно. Это избавило нас от неловкого вопроса «в какой комнате ляжем?».

— Иди в душ первым, Акира-кун.

— Да нет, иди ты, Аой-сан.

— Но если я пойду позже и снова усну — это будет проблемой.

— …Логично. Тогда я первый.

Я взял полотенце и пошел в ванную. Там уже была налита горячая вода. Всё было подготовлено идеально. После ванны я почувствовал, как напряжение спадает. «Наконец-то этот момент настал… путь был долгим».

Я вернулся в комнату.

— Аой-сан, ванна свободна.

— Хорошо. Я пошла.

Оставшись один, я задумался: «Что теперь?». Наверное, правильно будет лечь в футон и ждать. Чтобы не оплошать в решающий момент, я достал из сумки ту вещицу, что дала мне Изуми.

«Куда её положить?..»

Оставить на виду — слишком броско. Нужно сохранить атмосферу. Я заглянул в телефон, и один совет показался разумным: «под подушку».

— Логично! — поблагодарив мудрость предшественников, я припрятал её.

Чтобы избежать неловкости, я выключил свет. Лунный свет, пробивавшийся сквозь шторы, создавал идеальную атмосферу.

«Окей… теперь просто жду Аой-сан».

Я забрался под одеяло и стал ждать. Но… это была роковая ошибка.

Сам того не замечая, я крепко уснул.

И когда я снова открыл глаза, мир уже был залит утренним светом.

----------

Встреча с отцом

— Прости меня!

На следующее утро мой голос эхом разнесся по комнате.

— Я правда, правда прошу прощения… Я и подумать не мог, что усну, пока ждал тебя.

Проснувшись, я долго не мог сообразить, что происходит. Мозг словно замерз. Я помнил, как ложился на футон — и вдруг комната уже залита дневным светом. Когда я огляделся, мой взгляд упал на Аой-сан: она мирно спала рядом со мной, тихо и ровно дыша. Только тогда я осознал, что натворил. От моего движения Аой-сан тоже проснулась.

По её словам: «Акира-кун выглядел таким умиротворенным во время сна, что я не хотела тебя будить… поэтому просто прилегла рядом».

Нет… серьезно?! В такой момент меня нужно было как следует встряхнуть!

Чувство вины и раскаяния бушевали во мне штормом. Никогда в жизни я не чувствовал такого жгучего сожаления. К горлу даже подступила тошнота.

— Тебе не нужно так сильно извиняться.

— Но всё же…

— Ты ведь тоже устал, верно?

— У-у-ух…

Она была так добра ко мне, что мне захотелось плакать. Наверное, именно это чувствовала Аой-сан вчера утром.

— Ты даже уговорила бабушку оставить нам дом ради меня…

— Серьезно, всё в порядке. Я ведь сама уснула прошлой ночью. И, честно говоря, глядя на твое милое спящее лицо, я почувствовала себя победительницей — будто вчерашнее разочарование окупилось сполна.

Но я не мог просто отмахнуться от чувства вины. Видимо, сказалось то, что я полночи не спал из-за переписки с её отцом. Нужно было ложиться сразу.

— Мне правда очень жаль… Я знаю, что слова «я это заглажу» ничего не исправят, но если я могу сделать хоть что-то, чтобы ты меня простила — только скажи. Я сделаю всё, что угодно.

Аой-сан, видимо, почувствовала мою тревогу и решила меня успокоить. Она внимательно посмотрела на меня, а затем вдруг улыбнулась, словно ей в голову пришла какая-то идея. И затем — почему-то — она протянула ко мне обе руки.

— В таком случае… обними меня.

Она попросила объятий так невинно и очаровательно.

— Если этого достаточно, чтобы ты простил себя, я буду делать это столько раз, сколько захочешь…

Честно говоря, это было больше похоже на награду, чем на извинение. Я придвинулся ближе, обхватил её руками и притянул к себе.

— Акира-кун, твое сердце бьется очень быстро.

— …Я, наверное, немного нервничаю.

— Мы ведь впервые вот так обнимаемся, верно?

Действительно, раньше мы могли обняться мимоходом, но это был наш первый раз, когда мы по-настоящему прижали друг друга к сердцу со всей искренностью.

— Одно это делает меня счастливой…

Окутанные мягким утренним светом, мы стояли в объятиях, делясь теплом. Да, жаль, что нам не удалось зайти дальше две ночи подряд. Но, как и сказала Аой-сан, даже просто обниматься вот так — это огромное счастье. Это значит, что наши сердца связаны по-настоящему глубоко. Люди часто говорят, что эмоциональная близость важнее физической. И сейчас я верил в это всей душой.

— Акира-кун.

— Да?

— Кажется… мне очень нравится, когда меня так обнимают.

— Мне, кажется, тоже…

— Тогда… можно я попрошу обнять меня еще раз позже?

— Конечно.

Даже после этого нам не хотелось отпускать друг друга. Но мы не могли стоять так вечно. Как раз когда мы начали нехотя отстраняться, на моем телефоне прозвенел будильник — словно сигнал о том, что время вышло.

...Надо было его выключить.

— Пойдем завтракать.

— Да.

Мы нехотя разомкнули объятия. Придется подождать до конца экзаменов ради следующего шанса — но теперь мы будем ждать этого с радостью.

— Я приготовлю завтрак, подожди здесь.

— Нет, я помогу тебе. Я всегда хотел приготовить что-нибудь вместе с тобой, Аой-сан.

— Тогда… я буду только рада.

Мы привели себя в порядок, переоделись и пошли на кухню. Надев фартуки, мы встали плечом к плечу у стола.

— Так, что мне делать?

— Я займусь супом мисо, а ты можешь промыть рис?

— Понял, предоставь это мне.

Завтрак был простым: мы решили сделать по одному блюду плюс бабушкины соленья. Промыв рис и включив рисоварку, я заглянул в холодильник. Тяжелая еда утром не шла — хотелось чего-то легкого. Аой-сан сказала, что приготовит тамагояки. Значит… рыба будет идеальным дополнением.

Я достал филе макрели. Сначала очистил рыбу, удалил кости, посыпал солью, чтобы убрать лишнюю влагу и запах. Тем временем натер редьку дайкон. Обжарил макрель на гриле до золотистой корочки, выложил на листья сисо, добавил тертый дайкон и капнул немного соевого соуса. Получилось идеально: хрустящая кожа и нежное мясо.

— Аой-сан, у меня готово.

Рядом со мной Аой-сан виртуозно сворачивала дашимаки тамаго. То, как ловко она переворачивала омлет в воздухе, заставило меня замереть от восхищения.

— Ты профи, Аой-сан.

— Вообще-то, я довольно уверена в своем тамагояки.

Мы накрыли на стол.

— Приятного аппетита!

Аой-сан первой попробовала макрель.

— М-м-м, как вкусно! Кожица хрустит, а мясо такое нежное.

Я был горд собой, услышав её похвалу.

— Теперь моя очередь пробовать твой омлет.

Я откусил кусочек. Текстура была нежной, вкус бульона даши — богатым, но внутри было что-то еще… Тягучее и необычное.

— Ты добавила внутрь натто?

— Неожиданное сочетание, правда?

И правда, это было натто. А легкий аромат кунжутного масла вместо обычного делал вкус еще богаче.

— Я впервые ем натто в тамагояки… но это очень вкусно.

— Бабушка научила меня так готовить.

С дайконом от моей рыбы омлет стал еще свежее.

— Я мог бы есть это каждый день.

— Серьезно? Я так рада это слышать…

Глядя на её облегченный вздох, я вдруг подумал:

— Значит… наша совместная жизнь будет выглядеть вот так?

— …Да. Думаю, да.

Это было похоже на репетицию перед тем, как мы начнем жить вместе.

— Раньше я готовил, а ты убирала. Но когда съедемся, нужно будет распределить обязанности. Я не против готовить, но я всё равно хочу есть и твою стряпню.

— Тогда как насчет того, чтобы готовить по очереди? Или вместе, когда есть время?

— Мне нравится эта идея.

За завтраком мы увлеченно обсуждали наше недалекое будущее. Мысли о том, что скоро это станет реальностью, приводили нас обоих в восторг.

***

После завтрака мы закончили сборы и вышли из дома. Мы планировали встретиться с отцом Аой-сан около полудня в том же кафе, что и вчера. Мы решили не искать другое место — это кафе было самым уютным и спокойным, а обеденное меню там было отличным.

— Отец пишет, что он почти на месте, — сказала Аой, взглянув в телефон.

— Понял.

Мы пришли пораньше. Я почувствовал, как накатывает волна беспокойства, и глубоко вздохнул. Отец Аой-сан всегда поддерживал наши отношения. Еще тогда, когда мы вынужденно жили вместе, он просил меня приглядывать за ней. И я знал, что он был рад, когда мы начали встречаться. Но просить разрешения жить вместе — совсем другое дело. Тогда у нас не было выбора, а сейчас это наше осознанное решение.

— Акира-кун, всё будет хорошо, — Аой мягко взяла меня за руку. — Если мы будем честны в своих чувствах, я уверена, всё получится.

Она была права. Я думал, что должен справиться с этим сам, как мужчина, несущий ответственность. Но это не только мое дело. Это наше общее дело. Наше будущее. Благодаря её словам я снова обрел спокойствие.

— Спасибо, Аой-сан.

В этот момент колокольчик над дверью звякнул, и в кафе вошел её отец. Я встал, чтобы поприветствовать его.

— Спасибо, что нашли время встретиться с нами.

— И вам спасибо, что написали. Как поживаете?

— У меня всё хорошо. Рад видеть, что вы тоже в добром здравии, — ответил я.

— Аой, у тебя тоже всё в порядке?

— Да, папа. У нас с бабушкой всё хорошо.

Мы заказали кофе, и её отец выжидающе посмотрел на меня. Я не стал тянуть и сразу перешел к делу.

— Как я и упоминал в сообщении, я хотел обсудить наши планы после выпуска.

— Я слушаю.

Под столом Аой нежно сжала мою ладонь. Последние остатки нервозности исчезли.

— Думаю, вы уже знаете, что Аой-сан планирует поступать в Токио.

— Да. Сначала я был удивлен, но полностью её поддерживаю.

— На самом деле, я тоже нацелен на университет в Токио. И если мы оба поступим… мы бы хотели снова жить вместе.

Отец слушал спокойно, без тени удивления. Я продолжил, объясняя, что мы понимаем важность учебы и не забросим занятия, что мы подходим к этому решению ответственно и надеемся на его благословение.

— Я понял… Аой, ты чувствуешь то же самое?

— Да. Мои чувства полностью совпадают с чувствами Акиры-куна.

Её отец отпил кофе, помолчал секунду и поставил стакан на стол.

— Честно говоря… я чувствую облегчение.

На его лице действительно читалось явное спокойствие.

— Когда Аой сказала, что хочет учиться в Токио, я поддержал её, но в глубине души очень переживал. Молодой девушке опасно жить одной в чужом огромном городе. Но если ты, Акира-кун, будешь рядом с ней, я не могу желать лучшего. Это самое успокаивающее, что я мог услышать.

— Значит… вы даете разрешение? — переспитал я.

Он медленно кивнул:

— Я бы даже сказал, что я сам хотел попросить вас об этом.

Мы с Аой спонтанно переглянулись.

— Огромное спасибо!

— Спасибо, папа!

Забыв, что мы сидим прямо перед ним, мы радостно схватились за руки. Тяжесть, давившая на грудь, окончательно испарилась.

— И это всё, о чем вы хотели поговорить? — с улыбкой спросил отец.

— Простите… Вы проделали такой путь, а мы решили всё за пару минут. Я не ожидал, что вы согласитесь так быстро.

— Всё в порядке. Я и сам хотел тебя увидеть, Акира-кун. Просто когда я спросил «это всё?», я подумал, что вы захотите обсудить что-то… заглядывающее еще дальше в будущее.

«Что-то еще дальше в будущее»… По его понимающей улыбке стало ясно: он намекает на брак. Неудивительно, что он не удивился нашему желанию жить вместе.

— Ну, это… это дело более далекого будущего, — смущенно ответил я.

Отец Аой мягко улыбнулся:

— Когда это время придет, не нужно так нервничать. Просто приходи и поговорим по-простому.

— П-папа, это неловко!.. — Аой густо покраснела, и я вместе с ней.

После этого мы пообедали втроем. Разговор шел об экзаменах и учебе. Отец давал советы, так как сам когда-то работал в Токио. Он даже порекомендовал один район, который идеально подходит для жизни — он был очень близко к университету, в который я собирался поступать. Хотя я еще не говорил ему, в какой именно. Может, Аой проговорилась? Впрочем, это было уже не важно. Главное — мы получили его одобрение.

Это было чудесное воссоединение.

***

В тот день, чуть позже четырех часов дня…

Мы стояли у входа в кафе, прощаясь с отцом Аой-сан.

— Ну что ж, берегите себя оба.

— Да. Спасибо вам большое за сегодня.

— Спасибо, папа. Я позвоню позже.

Мы проводили его взглядом, после чего развернулись и направились к станции.

— Я так рад, что твой отец благословил нас.

— Да… я тоже.

Теперь, когда всё осталось позади, навалилась дикая усталость.

— Честно, я думал, что он будет ругаться гораздо сильнее…

— А я почти не волновалась. Была уверена, что всё пройдет хорошо.

— Серьезно?

— Мой отец действительно верит тебе, Акира-кун. Каждый раз, когда мы созваниваемся, он первым делом спрашивает о тебе, прежде чем я успеваю что-то рассказать. Он искренне заботится о нас.

— Вот как… для меня это много значит.

Значит, я должен приложить все усилия, чтобы оправдать это доверие. Включая всё, что касается нашего будущего — я обязан стать тем, кто сможет взять на себя полную ответственность.

— Теперь осталось только поговорить с моими родителями…

Если честно, я не был уверен, что с моим отцом всё пройдет так же гладко, как с отцом Аой. В прошлый раз он принял Аой-сан вполне спокойно, но совместная жизнь — это совсем другой уровень. Он вполне может выступить категорически против.

— Я помогу тебе поговорить с ними, — Аой-сан, заметив мою тревогу, посмотрела на меня с беспокойством.

— Всё в порядке. Я поговорю с ними, когда придет время, так что не переживай, — я заставил себя улыбнуться, чтобы её успокоить.

— Если нужно будет, чтобы я тоже присутствовала — только скажи.

— Хорошо. Спасибо.

За разговором мы дошли до станции. Сверившись с расписанием, мы поняли, что поезда в обе стороны отправляются почти одновременно. Поэтому на этот раз мы решили попрощаться прямо у турникетов, не провожая друг друга до платформы.

— Думаю, теперь мы увидимся уже после экзаменов.

— Да. Давай выложимся на полную до этого момента.

— Точно. Постараемся ради нашего будущего.

В этот раз на её лице не было той привычной грусти, которая обычно появлялась при расставании. Мы оба понимали, ради чего это делаем. И вот так, попрощавшись с Аой-сан, я отправился домой.

***

После этого остаток года пролетел невероятно быстро.

Мы оба с головой ушли в подготовку к вступительным экзаменам. Лето сменилось осенью, и не успели мы оглянуться, как наступило Рождество.

Поскольку всё наше внимание было сосредоточено на учебе, мы решили не встречаться ни на мой день рождения, ни на Рождество, чтобы не отвлекаться. Аой-сан прислала мне подарок на день рождения, а на Рождество мы обменялись посылками по почте.

Мы продолжали жить в разлуке, сдерживая свои чувства ради того, чтобы сдержать данное друг другу обещание.

Я всё понимал.

Но… с нашей последней встречи прошло уже почти восемь месяцев.

Если честно, моё терпение начало подходить к пределу.

----------

Первое посещение храма

И вот наступил последний день года — 31 декабря, вторая половина дня.

— У-ух…

Я отдыхал от учебы, лениво развалившись в гостиной. Спрятав ноги под котацу, я хмуро смотрел в экран телефона, погруженный в свои мысли.

— Акира, что случилось? — Хиёри, сидевшая рядом и поедавшая мандарины, повернулась ко мне. Должно быть, её любопытство разыгралось из-за того, что я так тяжко вздыхал прямо у неё под ухом.

Кстати, корзина мандаринов, которая еще десять минут назад была полной, уже опустела наполовину.

— Да вот думаю… Стоит ли сходить в храм на Новый год, помолиться за успех на экзаменах, но…

— О-о, ты просто маешься, не зная, стоит ли звать Аой-сан, и поэтому тупо пялишься в телефон, да? — Хиёри закончила фразу за меня.

— Как всегда, зорко подмечено.

С тех пор как она пошла в старшую школу, её интуиция стала просто пугающей. В последнее время она была очень внимательна ко мне — видимо, понимала, как сильно я вымотан подготовкой. Если я шел на кухню перекусить посреди ночи, она уже несла мне тарелку с едой. Если у меня заканчивались тетради или ручки, новые чудесным образом появлялись в нужный момент. Она потрясающая сестра, и я ей очень благодарен.

— Тут не нужно быть зоркой. У тебя всё на лице написано.

— Неужели меня так легко прочитать?..

Хиёри молча кивнула с совершенно невозмутимым видом. Серьезно?.. Я даже не замечал за собой такого.

— Я впахивал как проклятый — пропустил свой день рождения, проигнорировал Рождество. Мне правда очень хочется увидеть Аой-сан. Я знаю, что нельзя отвлекаться от цели, но скоро Новый год, и я подумал, что приглашение в храм не сильно её обременит… Но я всё сомневаюсь: то пишу сообщение, то стираю. И так уже несколько дней.

— …Ясно.

Она попала настолько в точку, что я невольно задумался: а не установила ли она в комнате скрытую камеру? Это уже не интуиция, а чтение мыслей. С такими способностями она станет великим психологом или врачом.

— Просто позови её.

— Но… вдруг я её отвлеку?

Для Хиёри это было редкостью, но она раздраженно вздохнула.

— Если пара дней отдыха заставит тебя завалить экзамены, значит, ты бы их и так завалил, так что просто сдайся сразу. Если ты в стрессе из-за разлуки, лучше уж встретиться под предлогом молитвы за учебу. Это только прибавит тебе мотивации на оставшиеся дни.

Мне было нечего возразить. Как обычно, её лицо было спокойным, а голос — ровным, но я чувствовал, что она буквально подталкивает меня вперед.

— Ты права. Я позову её, как ты и сказала.

— Передавай Аой-сан привет от меня и скажи, что я в неё верю.

— Хорошо, передам.

Я тут же отправил сообщение: «Не хочешь завтра сходить в храм вместе?». Честно говоря, это было очень внезапно, и у неё могли быть планы. Но у абитуриентов почти нет выходных, так что я надеялся, что она свободна. Через пару минут пришел ответ:

«С огромным удовольствием!»

А следом за текстом раздался звонок.

— Алло, Аой-сан?

— Прости, что звоню так внезапно. Подумала, что голосом будет быстрее. У тебя есть минутка?

— Да, без проблем. Я и сам собирался набрать тебя, если ты свободна.

Я услышал, как на том конце провода она облегченно выдохнула.

— На самом деле… я тоже собиралась отправить тебе такое же сообщение.

— И ты тоже?

— Я сомневалась, боялась помешать, ведь экзамены уже совсем скоро… Но мы так усердно учились и сдерживали себя на Рождество, что я подумала — поход в храм нам не повредит. И как раз в этот момент пришло твое сообщение. Я так удивилась!

Оказывается, мы думали об одном и том же. От этой мысли я невольно улыбнулся.

— Тогда я приеду к тебе.

— Нет, в этот раз позволь мне приехать к вам, — голос Аой звучал уверенно и твердо. — Ты всегда ездишь ко мне. К тому же, я очень хочу повидаться с Хиёри-тян.

Я взглянул на сестру. Она как раз закидывала в рот целую дольку мандарина, забавно склонив голову набок. Похоже, она тоже очень хотела увидеть Аой. Если Аой приедет к нам, Хиёри сможет подбодрить её лично.

— Ты уверена?

— Конечно. Не скромничай.

— Спасибо. Тогда договорились.

Мы проговорили еще немного. Я хотел бы слушать её голос вечно, но Аой нужно было помогать бабушке с новогодними приготовлениями, так что мы закончили разговор. Ничего, завтра мы увидимся — ради этого можно потерпеть.

— Хиёри, Аой-сан завтра приедет к нам.

Уши сестры буквально навострились, пока она дожевывала последний мандарин.

— Во сколько? Она зайдет к нам домой? Она останется с ночевкой?

— Э-эй, полегче!

Она засыпала меня вопросами, придвигаясь ближе и буквально сверля взглядом.

— Она придет после храма, так что сама у неё всё и спросишь.

— Ладно. Поняла.

Её лицо оставалось бесстрастным, так что трудно было понять, рада ли она. Но то, как слегка покачнулись её волосы, и то, что она тут же потянулась за новой порцией мандаринов, выдавало её с головой — Хиёри была в прекрасном настроении.

Итак, решено: завтра мы с Аой-сан идем в храм.

***

На следующий день — около 11 утра, 1 января.

Мама подвезла меня к станции, чтобы я мог встретить Аой-сан. Путь из её деревни на обычных поездах и синкансэне занимал около двух с половиной часов. Время, которое она указала, почти пришло, и я ждал её у турникетов. Вскоре из-за ворот начал выходить поток пассажиров, и среди толпы я увидел Аой. Заметив меня, она робко помахала рукой на уровне груди и подошла ближе.

— С Новым годом.

Внезапно мне вспомнился случай на первом курсе, когда мы зашли в храм после горячих источников. Тогда мы стояли перед священным кедром Канаэсуги, и слова Изуми, сказанные полтора года назад, до сих пор были свежи в моей памяти: «Она говорила, что это один из храмов, которые она хочет посетить когда-нибудь».

— Давай купим обереги для Изуми и Эйдзи тоже. Они наверняка и сами купили, но… удачи много не бывает. К тому же говорят, боги не ссорятся из-за последователей.

— Отличная идея. Они будут рады.

За разговорами мы дошли до автобусного терминала, сели в автобус и отправились в путь. Через полчаса городские пейзажи сменились сельскими, а затем дорога стала узкой и извилистой — казалось, она едва шире автобуса. Еще через полчаса мы вышли у храма.

— Ух… как же холодно.

Это было первое, что я вырвал из себя, сойдя на землю. Горный воздух на высоте 900 метров был ледяным, градусов на пять ниже, чем внизу. Моё дыхание превращалось в густой белый пар, красиво сверкающий на солнце.

— Аой-сан, ты как?

— Всё хорошо. На мне много слоев одежды, так что мне тепло.

— Слава богу.

Я почувствовал облегчение, но заметил, как Аой косится на мои руки.

— Но… руки всё равно немного замерзли.

Она сложила ладони лодочкой и подула на них. Странно… я точно помню, что на станции она была в перчатках. Но мне не нужно было спрашивать, почему они сейчас спрятаны в сумке. Я взял её ладони в свои и засунул их в глубокие карманы своего пальто.

— Ну как? Теплее?

— Да… Твои руки очень теплые, Акира-кун.

Довольная Аой прижалась ко мне, и мы, взявшись за руки, пошли к храму. Впереди высились гигантские ворота тории высотой около пятнадцати метров. Вопреки тишине зимних гор, главная дорога была полна людей и праздничной энергии.

— Народу прилично, да?

— Храм знаменитый. Не будем спешить, пойдем спокойно.

По обе стороны дороги стояли лотки с едой, источая соблазнительные ароматы. Я мягко напомнил Аой: «Поедим после молитвы». Она с легким разочарованием, но послушно кивнула. Пройдя под вторыми, меньшими воротами, мы почувствовали, как изменился воздух.

— У этого места и правда особая аура…

— Согласна…

Это трудно описать словами, но мы оба почувствовали это — глубокую, звенящую тишину. Холод, сухой горный воздух и безмолвие склонов создавали атмосферу, подтверждающую репутацию этого храма как «места силы».

— Кажется, будто боги действительно наблюдают за нами.

— Тогда нам нужно помолиться как следует.

Мы шли по тропе вдоль горной реки еще около десяти минут, пока не замерли от изумления. Перед нами высились отвесные скалы, а между ними — крутая каменная лестница, ведущая к святилищу на самой вершине. Невероятно, как люди смогли построить храм в таком месте.

— Аой-сан, ты справишься?

— Всё в порядке. Осталось немного, пойдем.

Преодолев лестницу и пройдя через последние ворота, мы наконец увидели главное здание. Встав в очередь, мы дождались своего череда: бросили монету, дважды поклонились, дважды хлопнули в ладоши и замерли в глубоком поклоне. Закрыв глаза, я загадал два желания. Первое — сдать экзамены в выбранный университет. Второе… чтобы в этом году мы с Аой-сан перешли на следующий этап наших отношений. Под «прогрессом» я, конечно, имел в виду продолжение той ночи из нашей поездки. Просить о таком приземленном у богов в первый день года, может, и неправильно, но для меня это было вторым по важности делом после экзаменов.

Я открыл глаза. Аой всё еще стояла со сложенными руками и очень серьезным лицом. Через пару секунд она закончила. Мы отошли в сторону, чтобы купить обереги.

— Аой-сан, ты выглядела такой серьезной. О чем просила?

— О двух вещах. Первое… чтобы мы оба поступили в университеты в Токио.

Этого я и ожидал. Но мне было интересно второе, и как раз в этот момент…

— Аой-сан?.. Акира-кун?

Пара, стоявшая перед нами в очереди за оберегами, обернулась. Я сразу узнал эти лица.

— Юки?! Нацумия-сан?!

— Я так и знал, что это твой голос, Акира! — Юки радостно закричал.

— Совершенно не ожидала встретить вас в таком месте, — добавила Нацумия.

Оказалось, они каждый год приходят сюда на хацумодэ.

[[image:/storage/reader-images/e9490bdd8ca88423961d3e800aea027fb2254116.jpg]]
Пока мы с Юки бурно радовались встрече, Аой и Нацумия-сан деликатно потянули нас за рукава.

— Акира-кун, я понимаю, что ты рад, но…

— Юки-кун, разве вы не забыли кое-что сказать сначала? — упрекнула Рика.

Мы тут же исправились и вежливо обменялись новогодними поздравлениями. В тот момент я остро почувствовал: наше с Юки будущее предопределено — мы оба будем жить под каблуком у своих девушек.

— Ладно Акира, но не ожидал увидеть здесь Аой-сан, — сказал Юки.

— Кстати, Аой-сан, я давно хотела поблагодарить тебя, — добавила Нацумия.

— Меня? За что? — Аой удивленно склонила голову.

— Мы начали встречаться не только благодаря Акире-куну, но и во многом благодаря тебе.

Юки выглядел растерянным — всю правду знали только я и Нацумия-сан. Это случилось во время школьной поездки. Рика решила изменить обращение к Юки с «Юки-тян» на «Юки-кун» именно после того, как в мой день рождения Аой попросила меня называть её просто по имени. Если бы не Аой в тот день, их отношения могли бы не сдвинуться с мертвой точки. Юки, услышав это, тут же отвесил Аой глубокий поклон:

— Аой-сан, спасибо! Прости, что говорю это только сейчас!

Аой смущенно попросила их поднять головы. Юки, который не мог успокоиться, пока не отплатит добром за добро, предложил:

— Вы свободны? Внизу есть чайная, где мы обедаем каждый год. Позвольте мне угостить вас обедом!

Мы с Аой переглянулись и согласились. Пока мы стояли в очереди, мы купили обереги на удачу. Юки вдруг хитро улыбнулся:

— Это ведь ваш первый раз здесь? Нельзя уйти, не вытянув омикудзи . Здесь они особенные.

Мы подошли к коробке с предсказаниями. Я вытянул листок и нахмурился.

— Что это?..

— Акира-кун, что-то не так?

Листок назывался «Предсказание священной воды». На нем были графы: любовь, учеба, здоровье… но все они были абсолютно пустыми. Никаких надписей.

— Он пустой. Наверное, брак?

— У меня тоже пустой, — добавила Аой.

Юки и Нацумия-сан рассмеялись, вытянув такие же пустые листки.

— Идемте, сейчас увидите магию, — сказала Рика.

Они подвели нас к небольшому источнику с кристально чистой горной водой.

— Акира, просто опусти листок в воду.

Я засомневался — не размокнет ли бумага? — но послушно положил её на поверхность. И тут произошло чудо. На бумаге медленно проявились иероглифы «Большое благословение», а затем заполнились и все остальные графы.

— Ого! Это круто.

Аой тоже опустила свой листок. У неё тоже выпало «Большое благословение».

— У нас одинаково!

— Кажется, этот год будет отличным для нас всех, — подытожил Юки.

Мы провели около часа в чайной, обедая и болтая. Когда пришло время прощаться, мы с Аой пошли к остановке.

— Слушай, — начал я, — ты сказала, что загадала два желания. Первое — учеба. А второе?

Аой ответила:

— Я молилась о том, чтобы твои родители разрешили нам жить вместе.

Я замер на месте.

— Акира-кун… ты ведь еще ничего им не говорил, верно?

Я рефлекторно закрыл рот рукой. После нашей поездки я твердо решил поговорить с ними, но из-за учебы и суеты это просто вылетело у меня из головы. Это было плохой отговоркой.

— Прости… Я правда вспомнил об этом только сейчас.

— Всё хорошо. Я знаю, как ты был занят. Не кори себя.

— Нет… я должен был сказать сразу. Если ждать результатов экзаменов, всё станет только сложнее. Если бы не этот поход в храм, я бы так и не вспомнил. Я поговорю с ними сегодня. Во что бы то ни стало.

— Сегодня?

— Да. Отец как раз возвращается сегодня вечером.

— Я пойду с тобой, — твердо сказала Аой. — Я тоже хочу поговорить с ними. Это касается нашего общего будущего.

В её глазах была такая решимость, что я не посмел спорить.

— Хорошо. Сделаем это вместе.

Мы сели в автобус. Прямо в начале года нас ждало событие, к которому мы совсем не готовились, но которое должно было определить всю нашу дальнейшую жизнь.

***

— Я дома.

— С возвращением.

Когда мы подошли к двери, нас встретила Хиёри.

— И вам добро пожаловать, Аой-сан.

— Я вернулась! Хиёри-тян, как ты?

— Всё хорошо. Я рада, что и у тебя всё в порядке, Аой-сан.

С сияющим лицом Хиёри тут же вцепилась в руку Аой. Они давно не виделись, и мне хотелось дать им поболтать… но сначала нужно было сделать кое-что гораздо более важное.

— Хиёри, папа с мамой дома?

— Да, дома. А что?

— Нам с Аой-сан нужно серьезно с ними поговорить.

По моему тону она сразу поняла, что это не пустяки. Хиёри отпустила руку Аой и отступила в сторону:

— Они оба в гостиной.

Я поблагодарил её, переглянулся с Аой, и мы вошли в дом.

— Я дома.

— Здравствуйте. Спасибо, что принимаете меня.

Мы открыли дверь в гостиную. Там за столом отдыхали родители.

— С возвращением. Рады тебя видеть, Аой-сан, — тепло поприветствовали они нас.

Как только Аой закончила поздравлять их с Новым годом, я сразу перешел к делу.

— Папа, мама… нам нужно кое-что обсудить. У вас есть время?

— Конечно.

Отец жестом пригласил нас сесть. Мы с Аой сели плечом к плечу. Как только мы оказались лицом к лицу с ними, вся решимость, которую я копил в пути, словно испарилась, а язык стал деревянным.

— Так о чем вы хотели поговорить? — родители сразу заметили наше напряжение. Мама спросила мягко, стараясь подбодрить.

— Это… — я всё еще не мог начать.

В этот момент — под столом, там, где родители не могли видеть — Аой-сан нежно сжала мою руку. Смелость, переданная через это касание, мгновенно успокоила моё сердце. Я глубоко вдохнул и твердо посмотрел на родителей.

— Если я сдам экзамены… я хочу жить вместе с Аой-сан.

— Жить вместе?.. — отец тихо повторил мои слова.

Атмосфера в комнате изменилась, и я продолжил:

— Аой-сан тоже планирует поступать в Токио. Мы пообещали друг другу… что если оба поступим, то снова будем жить вместе, как раньше. Это обещание давало нам силы учиться всё это время. Я знаю, что многие не одобряют сожительство студентов, но… пожалуйста, дайте нам свое разрешение.

Я выпалил это на одном дыхании. Отец скрестил руки на груди и слегка опустил голову. Мама молчала, ожидая, что скажет глава семьи. Тишина казалась вечностью.

— Вполне естественно, что два человека в отношениях хотят быть рядом, — начал отец.

— Значит…

В моей душе вспыхнула надежда, но…

— Но разве это не может подождать до выпуска?

— …Это…

В мгновение ока тон отца стал запрещающим.

— Обязанность студента — учиться. В университете сосредоточьтесь на знаниях. Поддерживайте нормальные, приличные отношения. А когда станете взрослыми работающими людьми — тогда и съезжайтесь. Не поздно будет. Если вы серьезно настроены на общее будущее, последовательность действий тоже важна.

Честно говоря, слова отца звучали очень разумно. Это не был слепой отказ — это был взгляд взрослого человека, который думает о будущем сына.

— Вы можете думать: «Мы ведь уже жили вместе, почему нельзя сейчас?». Но вы и сами понимаете, что тогда ситуация была другой.

Он попал в точку. Тогда у нас не было выбора. Сейчас — есть. И у нас не было логичных аргументов, чтобы возразить. Но всё это уже не имело отношения к логике.

— Это… слишком долго… — слова вырвались сами собой. Я вспомнил слезы Аой на платформе синкансэна после нашей школьной поездки. — Я заставил её ждать два года… Я столько времени заставлял её чувствовать себя одинокой. Я больше никогда не хочу видеть её лицо таким, как в тот день.

Эти слова были адресованы не столько родителям, сколько самому себе — как клятва. Я поднял голову и посмотрел отцу прямо в глаза.

— Обещаю, я не заброшу учебу. Я буду подрабатывать, чтобы не быть обузой. Мы будем беречь наши отношения, поэтому… пожалуйста, разрешите нам жить вместе!

Я говорил с таким жаром, какого сам от себя не ожидал.

— Я тоже прошу вашего разрешения! — добавила Аой.

Мы оба синхронно склонили головы в глубоком поклоне. В комнате снова повисла тишина.

— Аой-сан, — негромко позвал отец.

— Да!

— Ты обсуждала это со своей семьей?

— Да. И бабушка, и отец, который живет отдельно, верят в Акиру-куна и дали свое согласие. Они беспокоятся о том, что я буду одна в большом городе, поэтому им будет спокойнее, если Акира-кун будет рядом… при условии, что его семья не против.

Отец перевел взгляд на меня. Его лицо было серьезным как никогда.

— Акира, я хочу спросить тебя только об одном. Ты действительно понимаешь, что значит — брать на себя ответственность за чью-то дочь?

Это был экзамен. Не как сына, а как мужчины.

— Да… я понимаю. Настолько, насколько это вообще возможно.

Я больше не мог прятаться за неловким смехом или смущением.

— Может, от такого, как я, это звучит неубедительно… но если мы будем жить вместе, я готов отвечать за жизнь Аой-сан. Даже если мне придется поставить на кон всё — всё моё будущее — я готов к этому.

Отец медленно кивнул. Его напряженное лицо немного смягчилось.

— В таком случае, вы оба — сосредоточьтесь на экзаменах. Как бы сильно вы ни хотели жить вместе, это не будет иметь значения, если вы не поступите.

— Значит ли это?..

— Я рада за вас двоих, — добавила мама с поздравляющей ноткой в голосе.

Их благословение было немного ворчливым и непрямым, но в этом был весь мой отец.

— Спасибо, папа!

— Огромное спасибо!

Мы с Аой схватились за руки и счастливо улыбнулись.

— В конце концов, — насмешливо вставила мама, — твой отец сам ничего не сказал дедушке с бабушкой, когда мы решили съехаться, помнишь?

От этой подначки отец, который как раз отхлебнул чаю, поперхнулся и закашлялся.

— Если кто-то приходит и вот так честно просит разрешения в лицо, разве ты мог сказать «нет»?

Тут я вспомнил — мама говорила то же самое, когда я только начал встречаться с Аой. Над отцом до сих пор подшучивают родственники по этому поводу.

— Мам… дай мне хоть немного передохнуть…

Глядя на пунцовое от смущения лицо отца, я не смог сдержать смех. Прости, папа — но, кажется, это наш первый добрый смех в этом новом году.

***

— Спасибо тебе за всё сегодня.

— Это я должна благодарить. Я правда очень рада, что мне удалось поговорить с твоими родителями.

Когда всё закончилось, я проводил Аой-сан до станции. Синкансэн должен был прибыть через несколько минут. Как и прежде, мы стояли на платформе, не желая расставаться — но в отличие от прошлого раза, теперь между нами не было ни грусти, ни тревоги.

— Теперь осталось только сосредоточиться на экзаменах. Если мы поступим… с весны мы будем вместе.

— Да. Осталось совсем чуть-чуть. Давай постараемся — вместе.

— Да!

Вскоре прибыл поезд. Я провожал Аой-сан с улыбкой на лице. Как только состав скрылся из виду, я развернулся и поспешил домой.

— Ну что ж… пора за учебу!

Все препятствия устранены. Теперь настало время для решающего броска. Первое испытание — Общий экзамен — уже ждало меня впереди.

----------

Конец дням встреч и расставаний

С того момента дни, предшествующие второму этапу экзаменов, пролетели как одно мгновение. Как только закончился Общий экзамен, у нас даже не было времени перевести дух — мы тут же с головой погрузились в подготовку к следующему туру.

Дни, полные бесконечной зубрежки, были изматывающими, но, возможно, благодаря тому, что мы получили благословение родителей, в душе поселилось спокойствие. Мы обрели новую концентрацию — казалось, в эти последние секунды перед финишем мы способны выжать из себя больше, чем когда-либо прежде.

Я и сам был поражен: неужели человек действительно может так отчаянно бороться, когда у него есть обещание или цель, которую он во что бы то ни стало хочет достичь? Как оказалось, Аой-сан чувствовала то же самое — она говорила мне нечто подобное.

— Акира, удачи!

И вот наступило утро второго этапа испытаний. Хиёри провожала меня до самой двери.

— Ага, спасибо.

— Привези гостинцев, ладно?

— …Вообще-то это не те слова, которые обычно говорят человеку, уходящему на экзамен.

Тем не менее, в этом была вся Хиёри — и, как ни странно, это подействовало успокаивающе. Должно быть, она пыталась разрядить обстановку, чтобы я не слишком нервничал.

С самого детства Хиёри казалась бесстрастной и тихой. Но спустя столько лет в роли её старшего брата я, наконец, начал понимать её почти так же хорошо, как понимают её Изуми или Аой-сан. Хотя, если подумать, эти двое, возможно, понимают её даже лучше меня… но что поделать. У девушек есть свои способы общения, которые выходят за рамки того, что может уловить старший брат.

— Акира, ты готов?

— Да, иду!

Я услышал голос мамы — она уже ждала меня в машине снаружи.

— Ну, я пошел.

Ничего страшного, это очень важное дополнение! Этот жест Хиёри отлично завершает сцену прощания перед экзаменом.

Вот перевод этой маленькой части:

— Желаю успеха.

Хиёри слегка сжала кулак перед грудью — движение было коротким и сдержанным, но в нем чувствовалась огромная поддержка.

И вот так, провожаемый Хиёри, я покинул дом.

[[image:/storage/reader-images/5c66edc4f34abc01f67b069f6825c5292e616ab0.jpg]]
***

После этого мама отвезла меня на станцию, и оттуда я отправился в город на синкансэне. Чтобы исключить любую возможность опоздания, я приехал заранее — с запасом времени, достаточным, чтобы не запутаться в незначительных переходах токийского метро. Поскольку свободное время еще оставалось, я решил подождать в кафе неподалеку от университета, где должен был проходить экзамен.

— Кажется, я приехал слишком рано…

Потягивая горячий кофе, я наблюдал за суетой за окном. Тепло напитка немного помогало унять остатки нервозности. Я сделал всё, что было в моих силах — теперь оставалось только показать результат всех этих месяцев учебы. Провожая взглядом прохожих, я замечал людей, которые, судя по всему, тоже были абитуриентами — на их лицах читалось такое же напряжение.

И тут…

— …М-м?

В потоке людей мне показалось, что я увидел знакомый силуэт.

— Тот человек… так похож на Аой-сан…

Да нет, не может быть. Это просто невозможно. Аой-сан сейчас должна быть на пути к своему месту проведения экзамена.

Как только эта мысль промелькнула в голове, от неё пришло сообщение: «Давай выложимся на полную!». Не просто «Удачи тебе», а именно «Давай мы» — и это имело огромное значение. Это придало мне сил.

Допив кофе и ответив на сообщение, я встал из-за стола.

— …Ну что ж, пора идти!

И с этими словами мы оба шагнули навстречу своим испытаниям второго этапа.

***

Солнце начало садиться после целого дня экзаменов. Мы с Аой-сан договорились встретиться в кафе внутри станции Токио. Мы выбрали то же самое место, где были в последний день школьной поездки. Для тех, кто не живет в этом городе, станция Токио — настоящий лабиринт, поэтому мы предпочли что-то знакомое.

— Аой-сан пишет, что пришла раньше…

Придя в кафе, я сразу принялся оглядываться. И действительно, среди толпы я увидел Аой-сан, которая махала мне рукой.

— Хорошо, что ты заметила меня первым — тут ужасная толчея.

— Я довольно быстро нахожу тебя в толпе, Акира-кун.

Даже такая мелочь заставила меня улыбнуться от счастья.

— Как прошел экзамен?

— Не уверена на все сто… но, кажется, неплохо. А у тебя, Акира-кун?

— Так же. Ощущения хорошие, думаю, результат будет в порядке.

— Слава богу.

Обменявшись впечатлениями, мы оба облегченно выдохнули. Я сходил за кофе, вернулся к нашему столику и сел рядом с ней.

— Еще раз: отличная работа на экзамене.

— Да. И тебя тоже поздравляю, Акира-кун.

Мы легонько чокнулись стаканами, как будто произнося тост.

— Наконец-то всё закончилось…

— Кажется, это длилось целую вечность…

— Да… правда, очень долго.

Я невольно повторил её слова. Только пообщавшись с Аой-сан, я по-настоящему осознал, что долгая битва с экзаменами завершена. В один миг на меня нахлынули усталость, облегчение и радость — всё сразу.

— Кажется, всё напряжение разом испарилось…

— У меня тоже. Будто меня наконец-то отпустили на свободу.

— Теперь остается только ждать результатов.

— Да.

С момента нашей поездки в середине второго курса прошло около года и четырех месяцев — и всё это время мы учились без остановки. Я не могу сказать, что посвятил учебе абсолютно всю жизнь, но я пожертвовал многим: свободным временем, сном, развлечениями. Честно говоря, не думаю, что когда-нибудь еще в жизни буду так впахивать. Конечно, в зависимости от результатов, дни учебы могут продолжиться… но хотя бы сегодня можно сбросить груз с плеч и просто порадоваться.

— Слушай, не прогуляешься со мной после кафе?

— Конечно. Хочешь куда-то зайти?

— Хиёри просила привезти гостинцев.

Я слегка вздохнул, говоря это, и Аой рассмеялась: «В этом вся Хиёри-тян».

— Она, наверное, подумала, что если скажет просто «удачи», я буду нервничать еще больше. Поэтому вела себя как обычно, чтобы я расслабился.

— Да, это очень в её стиле. Её особенный способ подбодрить кого-то.

— И за это мы её и любим, верно?

Аой понимала Хиёри даже лучше меня. Они стали настолько близки, что казались настоящими сестрами. Как брату, мне было безумно приятно видеть, что моя девушка и моя сестра так ладят.

— Кстати, Аой-сан…

— Что такое?

— Так в какой всё-таки университет ты подавала документы?

Я знал, что она не скажет, но притворился дурачком и спросил. Она приложила палец к губам с лукавой улыбкой.

— Я же говорила — это секрет до самого выпуска.

— Значит, мне по-прежнему нельзя знать?

— Нет. Всё еще тайна.

Что ж, бесполезно настаивать. В любом случае, результаты скоро будут известны.

— Ладно. Тогда пойдем за покупками.

— Пойдем!

Мы допили кофе и встали. После экзаменационного стресса мы совершенно потеряли счет времени, наслаждаясь обществом друг друга. Даже простое разглядывание сувениров приносило море удовольствия. В итоге мы набрали гораздо больше, чем просто гостинец для Хиёри. Казалось, вместе с уходом стресса к Аой вернулся её аппетит — она снова вошла в свой привычный режим «любительницы вкусно поесть».

С полными пакетами в руках Аой светилась от счастья. Время пролетело незаметно, наступила пора расставаться, и я снова проводил её до платформы синкансэна.

— Похоже, теперь увидимся уже после оглашения результатов.

— Если поступим, нас ждет очень насыщенное время.

— Точно. Оформление в университет, выпускной в школе, поиск квартиры для совместной жизни, переезд… А еще нужно будет выбрать мебель и технику. Позже сядем и всё спокойно обсудим.

— Хорошо. До встречи.

— Да. Пока.

Я смотрел в спину Аой-сан, пока она заходила в вагон. Возможно, это был последний раз, когда я вот так её провожаю. Думая об этом, даже та грусть, которую я всегда чувствовал при расставании… теперь казалась мне чем-то ценным.

***

— Я дома.

— С возвращением.

На пороге меня встретила Хиёри.

— Ну, как экзамен?

— Хм… вроде нормально. Вот, твои гостинцы.

— Спасибо.

Хиёри приняла пакет и поблагодарила меня. Не успев даже войти в гостиную, она принялась заглядывать внутрь прямо в прихожей.

— Как там Аой-сан?

— Говорит, что всё прошло гладко, так что можешь не волноваться.

Когда я это сказал, лицо Хиёри немного смягчилось — она явно испытала облегчение.

— Взамен за подарки я буду молиться, чтобы вы оба поступили.

— Пожалуйста, очень на это надеюсь. Потому что если Аой-сан поступит, а я нет… это будет тяжко.

— И то верно. Ты уже получил разрешение родителей на совместную жизнь. Если Аой-сан поступит, а ты останешься на второй год и заставишь её ждать… это может плохо сказаться на ваших отношениях.

— …Пожалуйста, не говори таких пугающих вещей.

— Я просто пошутила.

Как всегда, Хиёри произнесла это без малейшего изменения в выражении лица. Если это шутка, то могла бы хоть немного улыбнуться.

— Успокойся. Ты очень старался. Уверена, результат будет хорошим.

— Спасибо…

— Наверное.

— Эй, дай мне хоть немного уверенности!

Я не удержался и подколол её в ответ — Хиёри сегодня была непривычно разговорчивой и даже пыталась шутить. Но это лишь доказывало, что она тоже переживала за наши экзамены.

Я вошел в дом и вместе с Хиёри прошел в гостиную, где нас уже ждали родители. Мы принялись за привезенные мной гостинцы. Прошло так много времени с тех пор, как мы вот так сидели всей семьей — в этой атмосфере было так тепло, просто и уютно.

***

И вот настал решающий день.

Утром, в день объявления результатов, я отправился в университет, чтобы лично проверить списки поступивших. Конечно, сейчас всё можно легко узнать через интернет, но такое случается раз в жизни, и я чувствовал, что должен увидеть это собственными глазами. Аой-сан в это же время проверяла свои результаты в своем университете.

— Почти пора…

Перед доской объявлений уже собралась огромная толпа абитуриентов. Несмотря на гул голосов, атмосфера была пропитана напряжением. Я крепко сжал в руке экзаменационную карточку и замер в очереди, ожидая. Через несколько минут сотрудники начали вывешивать списки. Как только они закончили, все разом хлынули к доске.

Я тоже сделал шаг — но мои ноги внезапно приросли к земле.

А что, если моего номера там нет?

Руки задрожали, а в груди заныло от страха. Казалось, кровь в жилах превратилась в лед. С самого дня экзамена я старался об этом не думать, но глубоко внутри этот страх всегда жил. Если моего номера там не окажется, все труды будут напрасны. Я не смогу сдержать обещание, данное Аой-сан.

Одна часть меня хотела немедленно всё выяснить, но страх заставлял медлить. И всё же, я не мог просто развернуться и уйти. Я глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и поднял голову.

— …Ну, поехали.

Закусив губу, я протиснулся сквозь толпу к самой доске. Дойдя до списков, я принялся искать свой номер — и медленно повел глазами по цифрам.

— …Есть.

Слово сорвалось с губ раньше, чем я осознал это. Я посмотрел еще раз. И еще. И когда окончательно убедился, что ошибки нет, осознание накрыло меня с головой.

— Есть! Нашел!!

Я не смог сдержаться — вскинул кулак и закричал от радости. Это ликование шло из самой глубины души, взрываясь неуправляемым потоком. Это был не «обычный я», но мне было плевать на окружающих — я не мог молчать.

— Ох, точно…

Когда волна восторга немного утихла, я пришел в себя. Я не должен праздновать это в одиночку. Я достал телефон, чтобы написать Аой-сан, и начал выбираться из толпы…

— Ах!..

Я столкнулся с кем-то, и телефон выскользнул из рук. Когда я потянулся, чтобы поднять его…

— Вот. Ты это уронил.

— А, спасибо… э-э, что?!

Я поднял глаза, чтобы поблагодарить человека, вернувшего мне телефон… и впервые в жизни по-настоящему понял, что значит «не верить собственным глазам».

— …Аой-сан?

Я ни за что не мог перепутать это лицо. Передо мной стояла Аой-сан — без тени сомнения.

— Твой телефон вроде бы не разбился.

— А… спасибо… Но почему?..

Почему Аой-сан здесь?!

— Как результат? — спросила она.

— Я поступил.

— Поздравляю.

Она тепло улыбнулась. Но я всё еще был в полном замешательстве.

— Спасибо… но почему ты здесь?!

— Сегодня результаты моих экзаменов тоже объявили.

Это я знал — и именно поэтому ничего не понимал. Тогда Аой-сан подняла листок бумаги. Это была экзаменационная карточка… в тот же университет, что и у меня.

— Это…

Как только я увидел её, в голове всё мгновенно прояснилось. Все те мелкие странности, которые я игнорировал раньше, сложились в единую картину.

— Вот почему ты не говорила, куда поступаешь…

— Вот почему твой отец знал, где я буду сдавать экзамен…

— Вот кого я видел в толпе в день экзамена…

— Не может быть…

Я схватил Аой-сан за руку и протащил сквозь толпу обратно к доске. Среди рядов цифр я нашел номер, в точности совпадающий с номером на её карточке.

— Это… ведь не сон?

— С весны мы снова будем учиться в одном месте.

— Так вот почему ты держала всё в секрете…

— Ага. Я хотела сделать тебе сюрприз. Получилось?

— Слово «сюрприз» даже наполовину не описывает то, что я чувствую…

Усталость, облегчение и безмерное счастье взорвались в моей груди так сильно, что силы разом покинули меня. Ноги подкосились, но Аой-сан тут же поддержала меня. Прежде чем я успел это осознать, я крепко обнял её, и слезы сами собой покатились из глаз.

— Я так счастлив… Поздравляю тебя, Аой-сан!

— Спасибо. И тебя поздравляю, Акира-кун!

Не в силах сдержать переполнявшую нас радость, мы стояли, крепко обнимая друг друга, не обращая внимания на взгляды прохожих. Мое сердце чуть не остановилось от такого шока — но ради таких сюрпризов я готов рисковать сердцем хоть каждый день.

И вот так, с этой весны, мы с Аой-сан начнем нашу жизнь в одном университете.

[[image:/storage/reader-images/8fe60e812f99ec7d867c06b421e9fc60ee13a7f8.jpg]]
С того момента наши дни превратились в сладкий хаос. Оформление документов, школьный выпускной, поиск жилья в Токио, осмотр квартир, подписание договора аренды… Не успели мы заказать машину для перевозки вещей, как попали в шторм из упаковочных коробок. Среди всей этой суеты мы успели устроить официальную встречу наших семей и сходить в огромный магазин электроники, чтобы выбрать всё необходимое для нового дома.

Эти суетливые дни пролетели незаметно, и наконец настал день переезда.

— Акира-кун, грузчики сказали, что всё выгрузили. Просят тебя проверить.

— Хорошо, иду.

В нашем новом доме повсюду высились горы картонных коробок. Я проверил грузовик, убедился, что он пуст, подписал документы и отпустил рабочих. Затем я вернулся внутрь и посмотрел на нашу гостиную, доверху забитую вещами.

Просторная квартира-студия с зоной столовой — именно здесь мы с Аой-сан начнем жить вместе с сегодняшнего дня. По сравнению с домом, где мы жили раньше, это место было меньше, но нам казалось, что его более чем достаточно.

— Два года, да… — я подумал о том времени, что прошло с нашей разлуки.

— Многое произошло, — сказал я.

— Да… очень многое, — ответила она.

В памяти всплывало столько воспоминаний — слишком много, чтобы описать их словами.

— Но с сегодняшнего дня мы снова вместе.

— Угу. Отныне мы всегда будем вместе.

— Тогда давай скажем это официально. С сегодняшнего дня

— Я рада жить с тобой, Акира-кун.

— Я тоже. Надеюсь, у нас всё будет хорошо.

Мы улыбнулись друг другу, и наши взгляды встретились. Но… кажется, было еще слишком рано погружаться в романтику.

— Хм… как думаешь, мы успеем разобрать всё это сегодня?

Перед нами высились горы коробок с вещами нас двоих.

— Не обязательно заканчивать сегодня. Холодильник и стиральную машину привезут только завтра, так что за день мы всё равно не справимся. Будем обустраиваться потихоньку в ближайшие дни.

Главное, что нам было где спать этой ночью. Ох, и мы специально купили двуспальную кровать — чтобы спать вместе.

— Вечером мы ужинаем с Эйдзи и Изуми, так что работаем только до вечера.

— Точно. Нехорошо заставлять их ждать.

К слову, Эйдзи и Изуми переехали на два дня раньше нас. В отличие от нас, они не стали жить вместе — каждый снял себе отдельное жилье. Это было так в их стиле: быть рядом, но уважать личное пространство друг друга.

— Ладно. Давай начнем распаковку.

— Ага. Поднажмем!

И мы начали вскрывать коробку за коробкой. Как и обещали в тот день на платформе синкансэна, мы действительно начали жить вместе. И с этим бесконечный цикл встреч и расставаний, который сопровождал нашу жизнь с самого детства… наконец-то подошел к концу.

----------

Эпилог и послесловие автора

Эпилог

Спустя семь лет после поступления в университет и начала нашей совместной жизни…

Теперь, будучи уже работающими взрослыми, мы с Аой-сан всё так же живем вместе, совсем как в старые добрые времена.

— Я ушел.

— Удачи на работе.

— Тебе тоже, Аой-сан. Ох, кажется, сегодня я вернусь поздновато.

— Хорошо. Будешь ужинать где-то в городе?

— Нет, поем дома.

— Береги себя.

— До встречи.

После окончания университета мы оба нашли работу в том самом городе, где когда-то жили вместе. Мы рассматривали вариант остаться в Токио, но прожив там четыре года, поняли, что такой спокойный и уютный провинциальный город подходит нам гораздо больше.

И что самое важное… мы искренне полюбили это место.

Я работаю в отделе продаж, постоянно мотаюсь по встречам с клиентами. Аой-сан нашла себя в сфере детского социального обеспечения. Мы оба бываем очень заняты, но каждый наш день наполнен смыслом.

О, и еще кое-что: сейчас мы живем в том же самом доме, где когда-то прожили целый год, учась в старшей школе. Когда мы искали жилье после устройства на работу, мы случайно наткнулись на него в списках аренды. Как только мы его увидели, решение было принято мгновенно — без тени сомнения.

Окрестности немного изменились, но сам дом… он остался в точности таким же.

— Прошло уже десять лет, да?..

Конец мая, время, когда гортензии начинают цвести во всей своей красе. Каждый год в эту пору я вспоминаю тот день, когда впервые встретил Аой-сан.

Но в этом году я не собираюсь просто сидеть и предаваться ностальгии.

***

— Хиёри!

В тот вечер после работы я ждал Хиёри возле торгового центра.

— Прости, я немного опоздала. Пришлось задержаться на работе.

— Ничего страшного, я и сам только пришел. Спасибо, что нашла время сегодня.

— У меня всё равно не было планов на вечер, так что не переживай.

Даже став взрослой, Хиёри осталась прежней: то же бесстрастное лицо, те же лаконичные фразы. Но по сравнению с детством в её мимике появилось гораздо больше тонких нюансов.

— Я и сам кое-что разузнал, но… мне всё же хотелось услышать женское мнение.

— Спокойно. Предоставь это мне — я тебя поддержу.

Она произнесла это с едва заметной улыбкой, но на душе сразу стало спокойнее.

— Ладно, пойдем.

— Да. Полагаюсь на тебя.

Мы вошли в торговый центр.

— Должна признаться… я довольно сильно удивлена, — вдруг заговорила Хиёри по пути к цели.

— Удивлена?

— Да. Тем, что ты подошел к этому настолько серьезно.

— Удивлена, значит… Ну, я понимаю, о чем ты.

Поясню — она вовсе не пыталась меня задеть. Для такой пары, как мы с Аой-сан, которые живут вместе уже много лет, то, что я собирался сделать, могло показаться чистой формальностью. У нас не было только штампа в паспорте — во всём остальном наша жизнь ничем не отличалась от жизни мужа и жены. Я и сам понимал, что выхожу из своей зоны комфорта.

— Но… именно потому, что мы вместе так долго, я хочу, наконец, сделать это официальным.

— Я согласна. Думаю, это правильный выбор.

— И всё же, я не силен в таких делах, так что я правда благодарен, что ты согласилась пойти со мной.

— Ты всегда просишь чьей-то помощи, когда выбираешь подарок для Аой-сан, так что я знала: в этот раз ты придешь ко мне.

Теперь, когда она об этом упомянула… и правда. На Рождество в первом классе старшей школы я просил помощи у Изуми. На день рождения Аой-сан в третьем классе я спрашивал совета у Нацумии-сан. Каждый раз, когда я хотел подарить Аой что-то действительно значимое, я в итоге консультировался с кем-то еще.

Оказывается, даже повзрослев, я не сильно изменился со школьных времен. А может, так и устроена взрослая жизнь: мы набираемся опыта, но в глубине души остаемся теми же подростками. Если бы кто-то спросил меня, как я изменился с тех пор, я бы даже не знал, что ответить. И, честно говоря, думаю, это чувство не исчезнет, даже когда я стану совсем стариком.

— Мы пришли.

Мы поднялись на верхний этаж, в ювелирный отдел. Прибыв туда, мы начали рассматривать витрины одну за другой. Я попросил помощи у консультанта, изучил разные бренды, примерил несколько колец и обсудил их с Хиёри. Все они были красивыми, но ни одно не казалось «тем самым».

Пока, наконец…

— Вот это…

Мой взгляд замер на кольце в витрине. Платиновое кольцо с центральным бриллиантом, который ярко сиял в окружении нескольких мелких камней по бокам. Ослепительно, но не вычурно — грациозно, нежно, элегантно. Слишком много камней смотрелось бы кричаще. Но для Аой-сан, которая с первой нашей встречи обладала спокойным изяществом, такой баланс казался идеальным.

— Тебе что-то приглянулось?

— Что думаешь об этом?

— …Да. Думаю, это отличный выбор.

Я попросил достать кольцо из витрины, взял его в руки и осмотрел под разными углами.

— Если смотреть вблизи… да, оно действительно чудесное.

— Из всех, что мы видели сегодня, это подходит Аой-сан больше всего.

Раз уж даже Хиёри так сказала, у меня не было причин сомневаться.

— Но… цена заставляет меня немного попотеть.

— Ну… такое бывает раз в жизни. Я что-нибудь придумаю.

В конце концов, раньше говорили, что кольцо для помолвки должно стоить три месячных зарплаты.

— …Акира, ты что, втайне разбогател?

— Я просто усердно копил — чтобы Аой-сан не пришлось ни о чем беспокоиться. Мы ведь никогда не знаем, что может случиться. Я просто хочу быть уверенным, что если что-то произойдет, она не будет страдать из-за денег.

Кому-то может показаться странным тратить кучу денег, когда копишь на черный день. Но если вспомнить историю помолвочных колец, раньше их делали дорогими, чтобы жена могла продать его и прокормить семью, если с мужем что-то случится. Если думать так, то в высокой цене нет ничего плохого. В каком-то смысле это старый мужской способ показать свою ответственность — и, честно говоря, я считаю это крутым. Я хочу сделать то же самое — твердо стоять на ногах и взять на себя ответственность за нас двоих.

— Наверное, ты всё-таки довольно хороший человек, Акира.

— «Наверное»? Это что еще за знак вопроса в конце?

Тем не менее, её шутка меня успокоила.

— Значит… берем это?

— Да. Простите! — я подозвал консультанта и завершил покупку.

Благодаря Хиёри всё закончилось гораздо быстрее, чем я представлял.

— Слава богу, мы нашли такую красоту. Спасибо, что составила компанию сегодня.

— Итак… ты уже решил, когда и где ты это сделаешь?

— Да. Я уже давно продумал дату и место.

Верно — если такой день когда-нибудь настанет, я хотел, чтобы это случилось в день, полный смысла для нас обоих. В месте, которое мы никогда не сможем забыть.

— Надеюсь, всё пройдет гладко. До встречи.

— Ты сразу домой? Давай я хоть угощу тебя чем-нибудь.

— Нет, сегодня я ужинаю с семьей Садзараси.

Садзараси — так теперь называли Эйдзи и Изуми. Они поженились в прошлом году и теперь тоже живут в этом городе.

— О, вот как. Тогда давай как-нибудь выберемся втроем — ты, я и Аой-сан.

— Да, буду ждать. Передавай привет Аой-сан.

Я смотрел в спину уходящей Хиёри, на лице которой играла легкая улыбка. Глядя на неё, я тихо прошептал «спасибо» и поспешил домой.

***

— Я дома.

— С возвращением.

Как только я переступил порог, меня встретила Аой-сан в кухонном фартуке.

— Ты готовишь?

— Я как раз закончила накрывать на стол. Давай ужинать вместе.

— С удовольствием. Спасибо.

Я оставил вещи в комнате и прошел в гостиную. На столе уже стоял аппетитно выглядящий ужин.

— Приятного аппетита.

— Приятного аппетита.

Мы сели друг напротив друга и, сложив ладони, приступили к еде. Спустя пару минут на моем лице сама собой появилась улыбка.

— Акира-кун, что такое?

— Да так, просто вспомнил старшую школу… то время, когда мы жили в этом доме вместе.

— То время? — Аой-сан на мгновение перестала есть и с любопытством посмотрела на меня.

— Тогда я каждый день готовил на двоих. А теперь чаще готовишь ты. Кажется… наши отношения действительно сильно изменились.

— Ну да, прошло уже десять лет. Многое изменилось, — в её голосе прозвучали нотки ностальгии.

— Но я думаю… есть много вещей, которые остались прежними.

Она была права. Именно потому, что некоторые чувства никогда не менялись, я и принял это решение.

— Аой-сан, ты свободна в следующий вторник вечером?

— Во вторник вечером? — она тихо повторила, словно сверяясь с чем-то в голове, а затем нежно улыбнулась и кивнула. — Да. Я специально оставила этот вечер свободным.

— Сходим куда-нибудь поужинать? Мы давно не выбирались на свидание в ресторан.

— Звучит чудесно. Давай.

— Я сам забронирую столик.

— Спасибо. Буду ждать.

Нам не нужно было произносить вслух, что это за день. С давних пор эта дата всегда значила для нас очень многое.

***

И вот наступил вечер вторника…

После работы мы с Аой-сан отправились в один ресторан. Администратор, уточнив детали бронирования, сразу проводил нас внутрь. Возможно, из-за того, что она не привыкла к таким местам, Аой-сан выглядела немного напряженной, медленно оглядывая изысканную обстановку.

— Здесь… действительно очень красиво…

— Надеюсь, этот сюрприз тебе по душе.

— Я счастлива быть здесь с тобой, но… я невольно начинаю переживать из-за цен…

Её опасения были не беспочвенны. В этом элегантном первоклассном ресторане действовал дресс-код, и мы никогда раньше не посещали подобные места.

— Сегодня важный для нас день.

Особенный день — и я хотел сделать его еще более исключительным. Выбор этого ресторана был моим способом показать это.

— Сегодня… ровно десять лет с нашей первой встречи. Тот дождливый день в парке, когда мы были в первом классе старшей школы. Когда всё началось, когда мы стали жить вместе… Ты ведь помнишь?

— Конечно. Как я могла забыть?

— Мы прошли через столько всего… Спасибо, что оставалась со мной всё это время.

— И тебе спасибо за то, что всегда был рядом.

Мы подняли бокалы с шампанским и нежно коснулись ими друг друга. После этого мы наслаждались вечером нашей десятой годовщины — неспешно, тепло и предаваясь воспоминаниям. Мы обменивались историями из прошлого, пробуя изысканные блюда.

Первый год школы, «учебный лагерь», чтобы Аой-сан не провалила экзамены. Поход в горячие источники после тестов, визит в любимый храм Изуми…

Лето, когда мы жили на вилле семьи Эйдзи, пока искали дом бабушки Аой…

Подготовка к школьному фестивалю, встреча с моей матерью. Спустя девять лет — воссоединение с отцом. Расставание с мамой, налаживание отношений с папой — и по сей день мы остаемся в добрых отношениях.

Зима, поездка на источники в честь окончания школы. Лето второго курса, когда мы начали встречаться. Осенняя школьная поездка и путешествие на день рождения Аой…

Воспоминаний было слишком много, чтобы пересказать их за одну ночь. В конце концов, мы закончили ужин и вышли из ресторана как раз к его закрытию. Однако для меня настоящий момент… только начинался.

По пути домой я сказал:

— Аой-сан, может, немного прогуляемся в обход?

Мы были уже почти у дома.

— Конечно. Куда ты хочешь пойти?

— Здесь недалеко.

И правда, идти было всего пару минут.

— Это место…

— Да… место, где для нас всё началось.

Это был тот самый парк, где мы впервые встретились.

— Мы давно здесь не были.

— Хотя наш дом теперь совсем рядом.

Как и в тот день, вокруг нас цвели прекрасные гортензии. Мы сели рядом на садовую скамейку. Старая скамья, ставшая еще более потертой, тусклый свет уличного фонаря, вид на море цветов гортензии — всё выглядело в точности так же, как десять лет назад. Разве что погода была ясной, и мои чувства сегодня были иными. Дождь здесь шел только в ту нашу первую ночь.

— Несмотря на десять лет, здесь ничего не изменилось, — тихо сказал я.

— Так вот почему ты привел меня сюда сегодня? Потому что прошло ровно десять лет? — мягко спросила Аой-сан.

— Это одна из причин… но есть кое-что очень важное, о чем я хочу с тобой поговорить.

— Я слушаю…

Я медленно опустил руку в карман.

— Я хочу всегда быть с тобой, Аой-сан.

Хотя это был, пожалуй, один из величайших моментов в моей жизни, странно, но я совсем не нервничал.

— Неважно, сколько нам будет лет… даже когда мы станем дедушкой и бабушкой — хоть это и не самая веселая картинка — до того дня, пока один из нас не покинет этот мир… я хочу оставаться рядом с тобой.

— Да… я тоже этого хочу, — ответила она, и её голос был полон тепла.

— Но… я понял, что одного желания недостаточно.

— Акира-кун…

— Если я действительно этого хочу, я должен кое-что сказать тебе. Наши отношения начались здесь… и если мы хотим начать новую главу, я чувствую… что местом для этого тоже должно быть это.

Я достал из кармана маленькую коробочку. Медленно открыв её, я протянул кольцо Аой-сан, сидящей рядом со мной.

— Аой… Я люблю тебя. Ты выйдешь за меня?

— …Да!

Я взял её левую руку и осторожно надел кольцо на безымянный палец. С самой сияющей улыбкой, которую я когда-либо видел, Аой-сан приняла моё предложение.

[[image:/storage/reader-images/7f6efc10bd22e2a346f4881b0ee8a9aea1370967.jpg]]
***

Спустя год после нашей помолвки — в тот же самый день…

Наконец-то настал день нашей свадьбы. Закончив сборы и надев смокинг, который казался чуть тяжелее обычного, я направился в комнату ожидания, где находилась Аой-сан.

— Аой-сан, ты готова?..

Как только дверь открылась и я шагнул внутрь, я увидел её. Она стояла там в свадебном платье. Солнечный свет мягко лился сквозь большое окно, лаская её белоснежный наряд. Когда Аой-сан повернулась ко мне, свет отразился и рассеялся, отчего казалось, будто она сама сияет изнутри.

Это зрелище было настолько прекрасным, что у меня перехватило дыхание. Я просто стоял и смотрел на неё, очарованный, не в силах отвести глаз.

— Ну, как я тебе?

— Ты невероятно красивая. Это платье тебе очень идет.

— Спасибо. Ты тоже выглядишь очень мужественно, Акира-кун.

И это при том, что мы уже видели друг друга на примерках. Но сегодня — в этот по-настоящему значимый день — всё ощущалось иначе. Что-то теплое затрепетало в груди. Нет… пожалуй, еще слишком рано поддаваться слезам.

— Наконец-то мы дошли до этого момента.

— Я немного нервничаю.

— Я тоже…

Мы одновременно протянули руки и крепко сжали ладони друг друга. От одного только этого тепла моё волнение начало понемногу таять.

— Пойдем?

— Да.

Всё так же держась за руки, мы с Аой-сан вышли из комнаты ожидания.

— Акира-кун…

— М-м?

— Отныне и навсегда… давай всегда беречь друг друга, хорошо?

— Да. С этого момента и на целую вечность.

Прошло десять лет с того дождливого дня… дня, когда я нашел одинокую гяру, сидевшую в парке. И вот теперь, наконец, мы действительно стали семьей.

Послесловие автора

Всем привет. С вами Юдзумото Харуто.

Как я и сообщал в конце 6-го тома, серия новелл «Bocchi Gal» официально завершается на этом 7-м томе.

То, что я смог писать историю любви этих двоих на протяжении двух лет и семи месяцев — и довести её до по-настоящему полного финала — заслуга исключительно вас, дорогие читатели. Еще раз хочу выразить свою глубочайшую признательность.

Огромное спасибо за то, что сопровождали эту историю так долго.

Как уже было сказано, хотя основная новелла завершена, адаптация в виде манги всё еще продолжается. Уже вышло 3 тома комикса, и они продолжают получать теплые отзывы, так что я надеюсь, что вы продолжите наслаждаться этой историей и в формате манги.

Пожалуйста, продолжайте поддерживать «Bocchi Gal»!

Также, в тот же день, когда вышел 7-й том «Bocchi Gal»...

Вышла моя новая новелла «Hitotsu Yane no Shita, Boukei no Konyakusha to Koi wo Shita», опубликованная издательством GA Bunko. Возможно, некоторые из вас уже заметили её, когда покупали этот том.

Это история о запретной любви юноши, который потерял старшего брата... и влюбился в женщину, которая когда-то была невестой его брата.

Если вам понравилась «Bocchi Gal», я уверен, что вам придется по душе и эта серия. Для меня будет очень много значить, если вы решите поддержать «Boukei no Konyakusha».

Напоследок я хотел бы выразить благодарность всем участникам процесса.

Художнику magako, который создавал иллюстрации до самого конца.

Огромное спасибо за все те прекрасные работы, что вы нам подарили. Я искренне верю, что эта история смогла зайти так далеко только благодаря вашей невероятной поддержке. Вы вдохнули жизнь в повседневные моменты Акиры и Аой, сделав их по-настоящему очаровательными, за что я вам безмерно благодарен. Если однажды нам снова выпадет шанс поработать вместе, я буду ждать этого с нетерпением.

Благодарю Asagiya, создававшего видео-комиксы для «Manga Angel Neko Oka»...

А также весь персонал комикса «Angel Neko Oka», который поддерживал процесс превращения этой истории в полноценную новеллу.

Спасибо моему редактору, всему редакционному отделу и коллегам-писателям, которые всегда были рядом.

И самое главное — спасибо каждому читателю, который взял в руки и прочитал эту книгу.

Надеюсь, мы снова встретимся в послесловии к «Boukei no Konyakusha».

----------