Глава 1.

Есть три оплота мировоздания: человеческий мир, где живут люди, Небесное царство, где живут божества и Подземный мир, где живут умершие.

Божества похожи на людей, но гораздо прекраснее.

Накопив духовную силу в своём теле, они проживали невероятно долгую жизнь и даже могли принимать форму животного.

Иногда они переходили в мир людей и творили великие чудеса, из-за этого люди называли их божественными зверями.

*****

В Небесном царстве существовало 7 семей, разделённых по их силе: Джу, Чон, Бэк, Чанг, Канг, Чин и Ё.

Главной среди них была семья Джу.

Обладая родословной, идущей от дракона, они правили этим миром с самого начала.

Они могли использовать различные сильнейшие способности, в том числе и ясновидение, и правили Небесным царством как справедливые и добрые правители, поэтому все следовали за ними.

Небожители думали, что дни правления клана Джу будут длиться вечно.

*****

Скри-и-и-и, – звук открывающейся железной двери громко раздался в грязной скрытой комнате.

Только женщина, лежавшая на грязном полу, даже не пошевелилась.

У женщины, которую долгое время пытали в этой скрытой комнате, не осталось ногтей ни на руках, ни на ногах.

Её чёрные волосы, о которых она всегда заботилась, сейчас были пропитаны кровью и грязью.

Её лицо, элегантное с прямыми чертами, было обескровлено.

Вошедший в скрытую комнату, посмотрел на лицо женщины, бледное как у трупа, и отдал короткий приказ:

– Наполнить духовной силой.

Страж выполнил приказ и стал наполнять лежащую на полу женщину духовной силой.

По мере того, как в её тело вливалась сила, слабо закрытые веки женщины слегка приподнялись.

– Вы все, выйдите, – губы наблюдавшего за этим мужчиной слегка изогнулись. – А, перед этим принесите ведро ледяной воды.

Одеяние, отдающего эти приказы с уверенным лицом, было чрезвычайно роскошным.

Изображение божественного дракона, вышитое золотыми нитями на ярко-красном шёлке –символ семьи Джу.

Доступная лишь одному человеку в поднебесье. Это было официальное одеяние, которое могла носить лишь хозяйка семьи Джу.

Страж вернулся с большим ведром, наполненным водой.

– Просыпайся.

Плюх! – ледяная вода обрушилась не тело потерявшей сознание женщины.

Джу Сехва, пришедшая в себя из-за насильно влитой в неё духовной силы, очнулась с дрожащим из-за ледяной воды телом.

– Прочь.

Стажа быстро покинула темницу.

Издалека послышался звук закрывающейся двери.

Убедившись, что в темнице никого не осталось, Са Ёнджу разомкнула свои, накрашенные алой помадой, губы:

– Сестра.

– ……Ён, Ёнджу? – чёрные как смоль глаза Джу Сехвы отчаянно всматривались в воздух.

То, что её неоднократно жестоко пытали и в конечном итоге даже уничтожили её изначальные основы, лишило женщину многих из её пяти чувств.

Из-за духовной силы, которую недавно насильно влил в неё один из стражи, Сехва едва могла слышать и невнятно говорить.

– Ничего не знаю, но ты не можешь быть слепой, – Са Ёнджу вытащила что-то из рукава и прижала ко лбу Джу Сехвы.

Это была духовная сила, материализованная в виде круглой бусины.

Маленькая красная бусина исчезла, словно растаяла на грязной коже.

В тот же момент зрение Сехвы стало постепенно проясняться.

– Очнулась?

Джу Сехва, увидев перед собой женщину, удивлённо подползла к ней.

– Ёнджу, ты, ты здесь, – она в отчаянии протянула руку Са Ёнджу, спрашивая. – Ёнджу, что с отцом и матушкой? Что с ними обоими сейчас? А братья? Они всё ещё живы?

Из обескровленных губ вырывался хриплый голос.

По грязному лицу Джу Сехвы потекли слёзы, когда она увидела свою младшую кузину, что была ей ближе, чем кто-либо другой.

– Ёнджу. Ёнджу. Вытащи меня отсюда. Вытащи меня отсюда.

Са Ёнджу, которая больше не могла сдерживаться, в конце концов громко захохотала.

– ……Ён, Ёнджу?

– Как это может быть настолько весело? Я знала, что будет хорошо, но никогда не думала, что настолько, – с губ, покрытых ярко-красной помадой, слетел стон. – Мне очень хотелось увидеть это лицо. Ах. Серьёзно. Наконец. Наконец-то моё желание сбылось. Стоило прийти в это грязное место лишь ради того, чтобы увидеть это лицо.

Топ-топ, – звук шагов отчётливо разнёсся по небольшой секретной комнате, приближаясь к Джу Сехве.

– Как, чёрт побери, ты продержалась 5 лет в этой темнице? Действительно потрясает. Разве жизнь в подземелье не идеально подходит тебе? Если бы это была я, то я бы быстро умерла, хоть это и было бы трудно.

– ……

– Ну, сегодня всё это закончится.

В этой секретной комнате нет ни одного источника света, если не считать ламп, которые иногда приносят стражи.

Тёмная и грязная небольшая темница. Моя кузина лежит на вонючем полу. Её лицо мокрое, а рот раскрыт. Опустошённое выражение лица и взгляд.

– Что случилось с твоим отцом и матерью? – продолжила Са Ёнджу, смотря на всё это в абсолютном экстазе. – Как твои братья? Не знаешь? Вся твоя семья сегодня умрёт. После того, как вас выволокут, как собак, на глазах у всех родственникам, вам отрубят голову. Почему ты не рада? Ведь вся семья соберётся вместе.

– ……Ён, джу.

– Не нужно смотреть на меня с таким лицом. Ведь тебе, сестра, несмотря ни на что было суждено закончить именно так, – Ёнджу медленно наклонила верхнюю часть тела, украшенную многочисленными аксессуарами.

Словно пытаясь вырезать своё лицо в размытом зрении Джу Сехвы, она подошла ближе и широко улыбнулась, смотря в её широко раскрытые глаза.

– Поэтому, было бы лучше, если бы ты умерла в клане Бэк, – без колебаний раздался её голос, наполненный радостью. – Я специально отправила тебя туда ради этого.

..

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава

2.

– Сестра,

сестрёнка. Я так люблю сестрёнку.

– Свадьба?

Нет. Пока есть сестрёнка, мне никто не

нужен.

– Я

бы хотела, чтобы сестрёнка продолжала

жить со мной, а не выходила замуж.

Голос,

который всегда говорил это, сейчас

говорил совершенно другие вещи.

– ……что

это? – Джу Сехва с опустошённым лицом

протянула руку.

Она

попыталась схватить Са Ёнджу за пальцы

ног, но прежде чем Сехва успела сделать

это, ярко-красная туфелька наступила

на её руку, давя её.

Джу

Сехва даже не почувствовала боли.

– Ёнджу.

Чт, что это значит? Это я. Твоя сестра

Джу Сехва, – посмотрев на лицо Са Ёнджу,

Сехва запнулась. – Ёнджу. Ёнджу. Это я.

Но

даже в этом положении она кое-что

заметила.

А

именно одеяние хозяйки семьи Джу. И

соотнесла с тем, что сказала Ёнджу.

«Кто

подверг опасности всю мою семью?

Кто

заточил меня на пять лет в этой грязной

тюрьме?»

У

Сехвы не было другого выбора, кроме как

осознать невероятную правду.

Са

Ёнджу засмеялась, смотря в её искажённое

лицо.

Джу

Сехва ошеломлёнными глазами смотрела

на свою кузину, которая казалась

совершенно другим человеком.

«Разве

моя кузина не была моей самой надёжной

помощницей, всегда и везде? Только……»

– Это

была…… ты?

– Да.

– До

этого момента, ты……?

– Да,

это я. Ты и правда не знала?

– ……

– Тебе

действительно не показалось, что

произошло что-то странное? Не думаю, –

Са Ёнджу цокнула языком, словно сожалея.

– Сестрёнка, ты просто не хотела верить

в это. Что я предала свою сестрёнку. Если

так подумать, то на самом деле это не

моя вина. Ты оказалась в таком положении,

потому что была глупой и неразумной.

– Ён,

джу……

– Ах,

я так рада. Я так долго ненавидела тебя,

сестрёнка, что не могла выносить этого,

– длинные ногти Ёнджу прошлись по лицу

Сехвы.

Когда

остро подстриженные ногти порезали

кожу Джу Сехвы, выступили капли красной

крови.

– И

я всё ещё не могу понять. Я прекраснее

и лучше тебя. Но почему ты принадлежишь

клану Джу, а я лишь клану Са? Почему ты

можешь иметь всё, а я нет?

«Какая,

чёрт побери, разница между мной и моей

кузиной? Что это за закон крови?» –

Са Ёнджу, которая размышляла о

несправедливости своего рождения,

улыбнулась и зашептала так, словно это

было самым счастливым и ярким в её жизни:

– Тебе

просто повезло родиться у своих родителей.

И после этого выпендривалась и увещевала

меня, говоря, чтобы я вела себя приличнее

и не ходила на банкеты, и вот что из этого

вышло.

– ……

– Из-за

сестрёнки умрут. Вся твоя семья.

– ……

– И

всё же, я благодарна, поскольку благодаря

тебе я немало получила, – Са Ёнджу

продемонстрировала силу, кипящую в

своём теле. – Видишь эту духовную силу?

Как только я сказала им, что сестрёнка

просит об этом, твои родители и оба

старших брата отдали мне её, не оставив

себе ни капли. Их духовная энергия

наполняет моё тело. Всё это мне подарили

твои родители и братья, сестрёнка.

Вдруг

из ладони Са Ёнджу полилось багровое

пламя, такое яркое и чёткое, что нельзя

было сравнить его с факелом.

– Есть

разные степени глупости. Когда они

услышали, что ты, сестрёнка, попросила

о помощи, они даже лишили себя изначального

духа, отдавая свою духовную силу.

– …… –

даже

когда по тайной комнате разносился

пронзительный смех Са Ёнджу, Сехва всё

ещё не могла поверить в это.

Всё

было очевидно. Джу Сехва не могла

поверить, что подобные слова вырывались

с уст этого ребёнка, даже если всё было

невероятно очевидно.

– Ёнджу,

– в отчаянии заговорила Сехва. – Мне,

мне жаль, что я не поняла твоего сердца.

Я ругала тебя так, словно увещевала. Но

всё это моя вина, а мои родители невиновны.

Мои старшие братья также невиновны.

Братья никак не связаны со мной кровными

узами. Но могут умереть вместе со мной,

– она плакала и умоляла, а цвет её лица

был бледным, как у трупа. – Это всё моя

вина. Поэтому просто убей меня и сохрани

их жизни. Да? Они хорошо относились к

тебе.

– ……

– Пожалуйста.

Пожалуйста, я прошу тебя. Я была в клане

Бэк, поэтому, если меня можно обвинить

в шпионаже, то они усердно работали,

чтобы защитить наш клан. Всё, что они

делали, это пытались спасти людей. Да?

– Это

невозможно, – покачала головой Са Ёнджу,

которая слушала Сехву, словно ей было

грустно. – До этого момента твоя семья

получала очень много привилегий. У всех

нас одна и та же божественная кровь, но

лишь ваша кровь немного сильнее. Не так

ли?

– Ён,

джу.

– И

вообще, именно я вовлекла в это дело

твоих родителей и братьев, сестрёнка,

и создала доказательства связи с кланом

Бэк.

– ……что?

– Не

нужно корчить такое лицо. Это было то,

что хотел глава клана. Сестрёнка, ты

сможешь понять меня, ведь ты – человек,

который делал для главы клана всё.

– ……

– Посмотри

на своё лицо. Ты настолько шокирована

тем, что глава клана приказал мне сделать

это?

– ……ты.

– Да,

это довольно печально. Но теперь ты

знаешь. С самого начала здесь не было

места для тебя, – длинные ногти Са Ёнджу

вновь нежно прошлись по влажному лицу

Джу Сехвы. Она наклонилась и, посмотрев

в глаза кузины, прошептала сладким и

обеспокоенным голосом. – Так что просто

отдай всё это мне и уйди. Уйди в хорошее

место. Нет необходимости так страдать

здесь.

В

этот момент голос Ёнджу звучал так,

словно она искренне беспокоилась о

безопасности Сехвы во время проживания

в чужом клане.

*****

Стража

связала Сехву верёвкой и потащила,

поскольку она с трудом передвигалась.

Когда

её унизительно тащили под обе руки, Джу

Сехва отчаянно надеялась, что эта адская

ситуация окажется не чем иным, как

кошмаром.

«Когда

я открою глаза, я вернусь к тому, кем

была раньше.

Клан

Бэк никогда не вторгнется в клан Джу, а

мой отец и братья никогда не вступят в

бой.

Вся

семья будет сидеть и смеяться.

Отец

– уважаемый старейшина клана, а старшие

братья – выдающиеся и многообещающие

войны. Матушка – добродетельная мадам.

Я

смогу говорить, что горжусь своей семьёй

и счастливыми днями.»

……только

реальность была ужасающей картиной.

Воины

клана настолько плотно окружили огромное

пространство возле места казни, что ни

одно насекомое не могло пролететь туда.

Отлично

выкованные копья в их руках устрашающе

сверкали.

– Выводите

грешников!

– Выводите!

Внутри

места казни.

Лица

отца Сехвы, Джу Мёнюн, и его жены Чхон

Суа, покраснели, когда они увидели, как

их дочь, которую они не видели несколько

лет, тащат волоком.

– Начать

казнь!

– Начинаем!

Старейшины

топали ногами и кричали о казни в унисон

с голосом палача.

«Убить

их! Убить! Убить!»

Воины

клана схватили под руки подавленных

Джу Мёнюна и Чхон Суа, подтащили их к

краю постамента, где сидел глава клана

и заставили их встать на колени в самой

унизительной позе.

Мёнюн

и Суа гордо подняли головы даже находясь

среди воинов, выстроившихся по обе

стороны и впивавшихся в них взглядами,

а палач прошёл по расчищенной для него

дороге и грубо сжал руками шеи грешников.

Две

шеи были хладнокровно помещены под меч.

– Матушка!

Отец! Нет!! Нет! – несмотря на то, что она

была изранена и лишена сил, Сехва звала

своих родителей.

«……и

это результат всей преданности и верности

клану,» –

стиснув зубы, взгляд Джу Мёнюна устремился

к лицу главы клана, сидящего вдалеке,

словно желая разорвать его на части.

Молодой

глава клана, Джу Кёнхён, смотрел на

Мёнюна даже не мигая.

Гнев

Джу Мёнюна возрос ещё сильнее при зрелище

этого бесстыдства.

Однако

Мёнюн был воином, хорошо разбирающемся

в ситуации на поле боя. Он знал, что все

его усилия и гнев уже бессмыслены.

«И

всё же, следующими будут мои дети……» –

в конце концов, вместо того, чтобы злиться

на главу клана, Мёнюн перевёл взгляд на

лица своих детей, которые были связаны,

как и он.

«Сначала

нужно показать им, что не стоит бояться

смерти.»

– Жена,

прости.

– Не

говори так. Я была счастлива каждый

день, проведённый с тобой, – жена Мёнюна,

Чхон Суа, казалось, думала о том же и не

потеряла своей решительности.

Они

загадали для своих детей последнее

желание.

«Надеюсь,

дети смогут уйти туда, куда направляются,

в одно мгновение и без боли……»

– Исполнить

казнь.

– Исполнить!

– Выполнить!

– Обезглавить!

– Обезглавить

предателей семьи!

– Обезглавить!

Старейшины

выстроились в ряд на этом огромном

пространстве, топали ногами и громко

кричали.

Невероятно

острое лезвие в одно мгновение упало

на шеи двух людей.

– НЕТ!!!

– Сехва хотела предотвратить казнь

своих родителей, даже если ради этого

ей пришлось бы броситься под лезвие, но

её связанное тело было прижато к земле

воинами, охранявшими место казни.

Головы

её родителей, которые даже не могли как

следует закрыть глаза, покатились по

земле, а красная кровь фонтаном ударила

из их шей.

– !!

Но

грустить Сехве было некогда. Прежде чем

она успела прийти в себя, настала очередь

её братьев.

– Джу

Кёнхён! Они мне не братья. Ты ведь знаешь?

Они посторонние!

Два

брата Сехвы были детьми покойного друга

её отца, которых он взял на воспитание.

В

единственных доказательствах, собранных

против них, в качестве предателей

значились Сехва и Мёнюн, поэтому лучшим

исходом было бы, если бы оба её брата

смогли избежать этой адской судьбы.

Кровные

родственники, которые были полны

решимости не быть связанными с грешниками,

никак не отреагировали на отчаянный

крик Сехвы.

Лишь

её старший брат, Джу Гахан, оборвал крик

сестры с решительным выражением лица,

как и у их родителей:

– О

чём ты говоришь? Ты – наша младшая

сестра, и те двое, кто умер сейчас, –

наши родители! Мы готовы разделить нашу

судьбу, поэтому не говори подобных

вещей!

Второй

брат Сехвы, Джу Гаюн, посмотрел на

заплаканное лицо своей младшей сестры

и, облизав губы, прошептал:

– Если

сможешь, обязательно выживи. Любой

ценой. ……даже если придётся действительно

вступить в сговор с кланом Бэк.

Это

были последние слова.

Как

только братьев Сехвы заставили встать

на колени на землю, пропитанную кровью

их ранее ушедших родителей, их головы

быстро разделились с шеей от клинка

палача.

.

.

.

–

Пожалуйста, не

забывайте ставить «лайк» или «Спасибо»,

в зависимости от того, где читаете наш

перевод. –

Глава 3.

Отрубленные головы её отца, матери и братьев покатились по холодному каменному полу. Палач отпнул их, залитой кровью ногой, убирая в сторону.

– А-а-а! – Джу Сехва не могла даже нормально дышать.

– Это награда за выполнение нашего долга как членов клана? Кто в будущем будет готов преданно служить вам! – закричала она зло на главу семьи Джу, Кёнхёна и Са Ёнджу, которая сидела рядом с ним, наблюдая за всем.

Губы Кёнхёна равнодушно искривились:

– Ты просто исполняла свой долг, я просто исполняю свою долг.

– Долг лорда – причинять вред преданным семьям и убивать свою невесту, которая в течении 20 лет вносила больший вклад в выживание и процветание этой семьи, чем кто-либо другой?

– Ха! Крайне смешно, что ты говоришь подобное. Не могу поверить, что ты всё ещё называешь нас парой. Ещё и бесстыдна.

От места рядом с Джу Кёнхёном послышался смех:

– Сестра явно кое-что не понимает, сестрёнка, ты не важный человек для семьи, поэтому была отправлена в семью Бэк. В качестве символа окончания войны ты была отправлена как Принцесса из 6 семей в клан Бэк.

– ……!

– Помолвка, – продолжила Са Ёнджу с ядовитым лицом, вставая. – Знала ли ты что будет дальше? Нет. Какой идиот будет оставлять сестру в невестах милорда, зная, что она так долго выживала в лагере врага? Смешно, что ты не понимаешь такого очевидного факта.

– ……ты.

– Если бы это была я, в тот же день, когда меня отпустили из клана Бэк, я бы вернулась сюда и стала защищать честь своих родителей. Или, может, умерла бы в тот же день, как попала в клан Бэк, чтобы защитить свою честь. Но ты ещё жива и говоришь нечто подобное. Сестрёнка, у тебя нет чувства стыда?

– Кроме того, судья уже озвучил доказанные причины наказания, вынесенного тебе и твоей семье, – без колебаний подхватил разговор Джу Кёнхён. – Уже забыла?

– Вы должны понимать, что эти причины надуманные! Теперь я поняла, почему вы все сегодня такие, – смех сорвался и с губ Сехвы. – Как можно было использовать титул Принцессы? Невероятно раболепное решение, словно милорд всё это время находился под контролем 6 семей. Компенсация на самом деле была лишь откупом и даже если власть семьи уменьшается, и она оказывается под угрозой, враг остаётся врагом. Вы имели подобное рабское мышление, сидя на месте главы семьи?

Девушка была так шокирована, что даже не могла нормально говорить.

– Более того, вы вступили в сговор с семьёй Бэк и уронили статус нашей семьи в грязь.

Отец, убитый сегодня, был тем, кто наиболее мужественно останавливал нападения клана Бэк, продолжавшиеся более 10 лет на линии фронта.

Когда никто из наших кровных родственников и даже старейшины не стали выполнять свой долг, братья и отец отправились на войну и возглавили воинов как генералы, не задумываясь о преемственности.

Чтобы выполнить свои обязанности невесты наследника, я также отправилась в клан Бэк и выполняла свою миссию, наполненную стыдом и унижениями.

И это цена за всё?

– Так, Джу Кёнхён, чем же ты всё это время занимался? Даже если у тебя толстое лицо, тебе должно быть, что сказать, после того, как ты сбегал от всех своих обязанностей и так долго прятался из-за страха перед кланом Бэк. Зачем убивать тех, кто был предан семье и клеймить их подобной темой?

Пальцы Кёнхёна, сжимавшие подлокотники трона, наполнились силой.

И он холодно приказал:

– Много болтаешь. Не желаю слышать это, немедленно исполните приговор.

– Кто виноват в том, что цена семьи Джу сегодня такая? Неужели ты думаешь, что кровные родственники других семей, не узнают кто именно стал причиной позора и потери места главы 7 семей, сохраняемого с незапамятных времён? – Джу Сехва громко рассмеялась. – Да. Ты прекрасно знаешь, что это не так.

Челюсти Кёнхёна напряглись.

– Поэтому ты просто хочешь притвориться, что это не твоя вина. Притвориться, что это не вина прошлого главы клана Джу и его старейшин, которые были ленивы и небрежны. Притвориться, что это не из-за тебя, который так раболепно сбежал! Не стоит изображать невинную жертву с этим бесстыдным лицом из-за того, что ты оказался ничтожеством!

– ТЫ!! – Джу Кёнхён, глава клана, с силой ударил по подлокотникам и вскочил с искажённым лицом.

Дерзко!

Никто не должен сметь говорить что-то подобное при мне.

Даже если так думают все наши кровные родственники!

Даже сегодня, когда я потерял достоинство главы 7 семей, лишился титула молодого господина, и глава нашего клана потерял свой авторитет.

Никто не смеет отрицать великую историю клана и статус прошлых старейшин, которые защищали меня. Никто!

– Ты не знаешь ни грамма смиренности и лишь играешься своим грубым языком, – губы Кёнхёна сжались. Кровь выступила на его кулаках, сжатых настолько сильно, что казалось они вот-вот взорвутся.

– Ты сама причинила себе эти страдания.

– Быстрее, убейте её, милорд. Вы собирались вырвать ей язык.

– Да. Нынешний приговор слишком мягок для тебя. Эй! Принесите чашу Небесного Духа этой бесстыжей предательнице, которая утверждает, что посвятила себя вам!

При этих слова старейшины, окружавшие место казни, затаили дыхание.

Небесный дух……

Это был сильнейший яд, который медленно растворял органы и разрывал тело на тысячу частей, в результате чего бессмертный умирал, корчась от боли в течении очень долгого времени.

Услышав это название, Са Ёнджу громко рассмеялась.

Джу Кёнхён медленно спустился с высокого возвышения с налитыми кровью глазами.

Волосы, похожие на каштан, были подстрижены и уложены.

Глубокие глаза и необыкновенно красивые черты лица, которые хотелось видеть всегда.

Вспомнив пронзительные насмешки Са Ёнджу, Сехва посмотрела прямо в лицо Джу Кёнхёна, который когда-то пленил её сердце, как сумасшедшая.

Я не смогу забыть это лицо.

Даже если уйдя на перерождение я буду помнить кому должна отомстить.

Кёнхён подошёл ближе к Сехве и посмотрел на неё связанную. Гнев в взгляде этого мужчины сделал её немного счастливее.

– Признай свои грехи и покайся. Здесь и сейчас скажи, что ты допустила ошибку и умоляй у моих ног. Тогда я позволю тебе умереть так же, как твоя семья, а не от Небесного Духа.

– Иди к дьяволу, ничтожество.

– Джу Сехва!

– Если загробная жизнь существует, я обязательно убью тебя самым жестоким способом на свете, – зашептала Джу Сехва, запоминая всех присутствующих. – Тебя и старейшин. Кровных родственников, которые подвергли риску меня и жизни моей семьи. Даже прекрасную кузину, сидящую рядом с тобой. Все причастные к этой казни, независимо от пола и возраста, не должны ждать от меня какой-либо пощады.

– Твои слова не сработают.

В этот момент кто-то быстро приблизился к Кёнхёну и что-то зашептал ему на ухо.

– Клан Бэк…… сейчас Дан…… по приказу молодого господина…… предатель……

– Какой молодой господин, кто?! – Джу Кёнхён с мрачно искажённым лицом со всей силой ударил человека, передавшего сообщение, по лицу. – Как смеют кровные родственники клана Джу называть это грязное ничтожество молодым господином!

Это титул, который допускается только для членов в которых течёт кровь главы семи!

– Где Небесный Дух?!

Судья прибежал и вручил поднос с ядом Джу Кёнхёну, в раздражении прокричавшему это.

Чёрная жидкость плескалась в маленькой чашке, стоявшей на подносе.

– Пей, пока тебе не влили его в рот!

Один из воинов, удерживающих Сехву, чтобы она не сопротивлялась, ослабил её путы. Теперь руки женщины были свободны, но она всё равно не могла пошевелить телом.

Сехва смиренно опустила голову и протянула руки. Сделав вид, что принимает напиток, она с силой ударила по подносу.

Хлоп!

– Милорд!

Яд был расплёскан по Джу Кёнхёну, как и задумывалось, но это последнее сопротивление не имело никакого эффекта из-за охранявших его воинов.

– Вливай! – показал свой гнев Кёнхён, крича старшему офицеру.

– Вы! Я обязательно убью вас. Я не прощу никого из старейшин, которые предали мою семью!

– Кто-нибудь, закройте ей рот!

В тот же момент, как Сехва прокричала это, один из воинов, державших её за плечо, с силой ударил её по лицу.

ШЛЁП!

Этот удар выбил Сехве зубы и разорвал губы.

Но вновь на месте казни раздался самый долгий смех.

Даже испытывая боль, Джу Сехва не закрывала глаз и пристально смотрела с ненавистью на своих врагов.

В это время палач поспешно принёс ещё одну чашу с Небесным Духом.

Воины, сдерживающие её, с силой открыли рот Сехве и влили в него яд.

– ……! – кровь отхлынула с лица женщины.

С того момента, как чёрная жидкость коснулась её языка, Сехва почувствовала сильную боль. Впервые в жизни она, 5 лет терпевшая жестокие пытки, испытала подобную боль.

Сехве не хотелось кричать и она, катаясь по земле, прикусывала язык, чтобы звук не вырывался наружу.

– Отвратительно, – холодно рассмеялся Кёнхён. – Эй! Вывесите головы предателей на площадь, разорвите их тела на куски и бросьте всё в собачьи клетки!

Но на этом усилия Сехвы почти закончились.

Она желала продолжать видеть лица отворачивающихся врагов.

Лица тех людей из главной ветви, что пришли наблюдать за казнью её отца и брата, которые до конца отдавали свою жизнь ради клана и матери, с которой отвратительно обращались после того, как отправили всех мужчин в их семье на поле боя.

На лица родственников из побочных линий, которые не только не помогали им, но и стремились занять место их дочери, чтобы отдать её в объятия будущего лорда.

Сехва хотела запомнить лица всех предателей, но ничего не могла сделать из-за боли, которая ощущалась так, словно её кости рвали на части, разрывая плоть.

Ползя по каменному полу, как клоп, она обижалась на всех них.

На самом деле Сехва также знала это.

Что человек, на которого ей следовало обижаться больше всего, – это она сама.

– Из-за сестрёнки умрут. Вся твоя семья.

Вот почему эти слова так ранили Сехву.

Её губы, бледные и потрескавшиеся, как у трупа, слегка пошевелились:

– ……снова…… если вернусь.

Если есть загробная жизнь.

Если бы мне дали ещё один шанс.

Этого мужчины больше никогда не было бы в моём сердце.

Уже одно это определённо могло бы изменить многое.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 4.

Время, необходимое для того, чтобы органы расплавились, показалось вечностью.

Даже после того, как большинство кровных родственников, охранявших место казни, ушли, Сехва сходила с ума от боли и умирала очень медленно.

Лишь немногие из её родственников остались, чтобы стать свидетелями её последних минут, смеясь и наблюдая, как кровь вытекает из глаз, носа, рта и ушей девушки.

Чёрная кровь, смешанная с ядом, растекалась по земле также медленно, как и умирала Сехва.

И когда кровь коснулась её искалеченных рук.

Пш-ш-ш-ш! – тыльная сторона бледной ладони девушки начала светиться.

Тихо, медленно.

Земля задрожала, когда ветер пронёсся над местом, пропитанным кровью Сехва.

К тому моменту, когда присутствующие здесь почувствовали что-то странное, было уже слишком поздно.

– Чт, что?

– Что это!

Ветер, начавшийся в тайной комнате, сотряс огромное место казни.

Жуткое эхо вскоре превратилось в рёв, разбивая камни и разрушая платформу.

Фью-ю-ю-ю-ю!! – ветер дул сильнейшими порывами, от которых мигал свет.

БУ-У-УМ! – раздался оглушительный взрыв, и земля задрожала так, словно произошло землетрясение.

Сверкнул свет, похожий на молнию. Грохот грома разнёсся сильным ветром, раскатываясь тут и там.

Всё это ощущалось так, словно небо падало.

Слышались крики бегущих людей. Они отчаянно пытались выбраться из этого адского места, но не могли.

Неистовство небес продолжалось долгое время, стирая всё вокруг, не оставляя после себя ничего.

В конце, один раз яростно вспыхнул свет, но через долю секунды его сменила чёрная кромешная пустота.

Всё исчезло в этом опустевшем пространстве.

Свет, звук и ветер.

А также те, кто был там.

*****

На вершине огромной скалы, которая словно достигала неба.

На краю скалы, мягко залитой лунным светом, находился небольшой павильон.

Красивый мужчина с чёрными волосами, сидел на перилах павильона с нервным лицом.

Словно не боясь огромной пропасти под собой, он вытянул вниз длинные ноги и время от времени вертел в руке белую фарфоровую чашу.

Бэк Гиха, глава семьи Бэк, что был возведён в должность главы 7 семей и теперь носил титул Шинён.

Его идеальные черты лица, подчёркиваемые изящной линией подбородка, были удивительно красивыми, а глаза, смотрящие вперёд, словно содержали бесконечную тьму.

Под взглядом Бэк Гихи, далеко от скалы, члены семьи Бэк кричали, празднуя восхождение нового Шинёна.

Зажжённые для него масляные факелы раскинулись, как звезда, на широкой равнине.

Вид огненной реки, текущей под его ногами, был настолько захватывающим, что завораживал.

Только лицо мужчины, лишённое какого-либо выражения, было ледяным, как у каменной статуи.

Единственным способом, которым он показывал свою нервозность, было периодическое сжимание чаши, которую он держал.

– Вся семья мисс, включая Джу Сехву, была доставлена в Гаджу-дон.

Как только Гихи услышал сообщение, он приказал атаковать, не обращая внимания на ситуацию, чтобы вывести Сехву и её семью.

Только по какой-то причине информация о последующей ситуации долгое время не поступало.

Я должен был пойти туда сам.

Пальцы сжались, заставляя вены и суставы напрячься, выступая на коже.

Это случилось тогда.

Красный свет полился из кольца, которое было у него.

– ! – Бэк Гихи, красивый мужчина, похожий на каменную статую, резко вскочил. Он уставился на кольцо с выражением откровенного шока.

……этого не может быть, – неоднократно принялся отрицать Гиха.

Только яркий красный свет, освещавший тьму, не были ни сном, ни иллюзией.

……нет. Это какая-то обманка. Это невозможно. Она мертва, этого просто не может быть!

Перед глазами Бэк Гиха появилось видение женщины с холодным лицом.

Женщины, которая держала спину прямо, даже когда ей угрожала опасность упасть.

Несмотря на благородную кровь, она была сильна, как полевой цветок с широкого луга и никогда не сдавалась.

Женщины, чьё лицо было таким горячим, что впервые за всю его жизнь обожгло Бэк Гиха, когда он поймал её взгляд.

Женщины, которая была необычайно красивой даже в его глазах, онемевших от её красоты.

Женщины, которая похлопывала по его жалким плечам, заставляя его возжелать сделать для неё что угодно.

……только как бы Гиха не пытался отрицать это, у этого красного света была лишь одна причина.

Мне не следовало отпускать её, – мужчина сжался и застонал от боли.

Ему казалось, что его сердце разрывалось на части.

Я должен был остановить её. Даже если бы мне пришлось насильно удерживать её, не стоило отпускать её обратно.

Несмотря на то, что Гиха испытывал чувства к Сехве, у него не было другого выбора, кроме как отпустить её, поскольку он знал, насколько она слепа в своей любви к молодому главе семьи Джу.

Эти чувства больше походили на прекрасно выдрессированную верность, чем на чувство любви, но даже в этом случае ничего не менялось.

Факт о том, что в её сердце не было места для меня, оставался неизменным.

Это было тогда, когда Гиха опустил печальный взгляд, с обескровленным лицом.

Он заметил, что свет кольца со временем не угас, а наоборот стал разгораться всё сильнее и сильнее.

……что? – красивые глаза слегка дрогнули.

Кажется, она загадала желание, как я говорил. Чего же она пожелала……

Это была последняя мысль Бэк Гиха.

Вскоре свет из кольца вспыхнул особенно сильно и охватил всё вокруг.

Интенсивный красный свет смешивал всё внутри себя и лишь спустя долгое время растворился в чёрной пустоте.

Вот так время было повёрнуто вспять.

*****

Дон- дон -

Сехва показалось, что она слышит звон, возвещающий 5 часов.

Иллюзия разворачивалась так, словно новый колокол, сокровище клана, звонил глубоким и чётким звоном.

– И что ты думаешь об этом предложении?

– Милорд!

– Держи рот на замке, Мён Юн. Я разговариваю не с тобой, а с твоей дочерью.

Когда Сехва пришла в себя, она поняла, что стоит, склонившись перед кем-то, с опущенной головой.

Что?

Сильнейшая боль, сводившая с ума, исчезла, словно её смыло цунами.

Это ещё не всё. По какой-то причине её обзор при взгляде на пол отличался от прошлых воспоминаний.

Чистый наряд и белоснежные руки.

Что? Я же умерла на месте казни, точнее, я умерла после того, как мне влили яд Небесного Духа? Почему я жива?

Более того, моё тело, изуродованное длительными пытками, вернулось в исходное состояние.

Это был момент, когда Сехва недоумённо посмотрела на ногти, которые давным-давно были вырваны, но сейчас были на кончиках её пальцев.

– Джу Сехва.

Она рефлекторно подняла голову на звук чьего-то голоса.

Там, откуда он звучал, сидел старый, прошлый глава клана.

Точно такой же, каким Сехва помнила его, видя в последний раз 20 лет назад.

Старик сидел, словно каменная статуя, и смотрел на неё бесстрастными глазами, как на какую-то вещь.

Вздрогнув, Сехва огляделась.

Чистый белый мраморный пол и огромное окно, занимающее всю стену.

За ним пейзаж сада, наполненного красными грушами.

Боже мой! Мир людей!

Она была в особняке главы клана, построенном в мире людей, его личной комнате.

В личной комнате, где 20 лет назад Сехву выбрали невестой для молодого господина Джу Кёнхёна.

И.

……отец!

Отец Сехвы, ранее умерший, стоял рядом с главой клана.

Выглядя намного моложе, чем в последний раз, когда она видела его.

……что? Я вижу сон?

Отец жив.

Когда Сехва встретилась с взглядом отца, уголки её губ запекло.

Внезапно её зрение стало размытым.

Какая разница, сон это или что-то ещё? Отец стоит там, невредимым, и смотрит на меня.

– Джу Сехва. Ты не слышала, что я сказал?

Сехве всем сердцем просто хотелось обнять отца, который с беспокойством смотрел на неё.

Если бы не этот старик, я обязательно бы сделала так.

Но что сейчас происходит? Было ли всё, что произошло ранее, всего лишь сном?

Это не было похоже на сон.

Отчаяние, будто её сердце разрывалось на части от сильнейшей боли и печали, плавившиеся органы.

Ощущение всех этих моментов всё ещё были невероятно яркими.

Не знаю, что это, но мне нужно снова увидеть это лицо, – глаза Сехвы на мгновение вспыхнули холодом.

Предыдущий глава клана Джу и мой жених Кёнхён создали проблемы, но виновником всего является этот старик.

Если бы он не сделал то, что не должен был делать ради своей вечной жизни.

Тогда влияние клана не пошатнулось бы в глазах остальных 6 семей.

И мою семью не ждал бы такой печальный конец.

Все сильные эмоции, которые Сехва испытала перед смертью, водоворотом закружились в её сердце.

Убийственное желание рвануть вперёд и убить этого старика, главу семьи, первым было непреодолимым.

Но каким бы сильным ни было это чувство.

……нельзя. Ведь отец рядом со мной.

Даже если это иллюзия. Как я могу снова подвергнуть отца опасности? – Сехва резко отвела взгляд от главы клана с чувствами, раздирающими душу.

Она быстро опустила голову, создавая дрожащий голос:

– Простите. Я была ослеплена блеском Шинёна и поражена вашим величием, поэтому не смогла хорошо ответить. Прошу, строго накажите эту девушку за грубость.

Уверена, он постоянно слышит подобные слова.

Но они сказаны ребёнком, который ещё даже не поднял волосы, поэтому проблем не должно возникнуть.

Только почему-то несмотря на то, что глава клана слышал слова Сехвы, реакции не последовало.

Должна ли я восхвалить его лучше? Встать хотя бы на колени?

В этот момент старик тихо усмехнулся:

– Тебе не нужно меня бояться. Соберись со своими эмоциями.

К счастью, покрасневшие глаза Сехвы после того, как она увидела своего отца живым, казалось, придали правдоподобности её слова.

– Итак, что ты думаешь о моём предложении?

Предложении? ……а. Я уже получала это предложение, – взгляд девушки затуманился, когда она на мгновение заглянула в прошлое.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 5.

*****

Семья, в которой родилась Джу Сехва, была потомком клана Дракона, правившего Небесным царством на протяжении нескольких поколений.

Небожители рождаются с огромной духовной силой, а в результате линьки они перерождаются в духовного зверя и становятся взрослыми.

После этого небожитель может стать божественным зверем, переродившись ещё раз, но за последние 1 500 лет не родилось ни одного божественного зверя.

Самая важная способность клана Джу – ясновидение – также исчезла вместе с телом дракона, который уже не рождался.

Тем не менее, упрямство, которое сохранили кровные потомки клана Джу, как клан правителя, не ослабло.

Члены клана Джу, давно привыкшие к гедонизму, коррупции и лени, всё больше привыкали откладывать ответственность и попирать других, нежели брать на себя какие-то обязанности.

При таком Правители жизнь оставшихся 6 семей становилась всё труднее.

В этот момент стали без вести пропадать члены 6 семей, не считая основной ветви.

Эти случаи исчезновения стали большой проблемой, поскольку все пропавшие были детьми, которые не могли сбежать.

6 семей тщательно выслеживали преступника, восстанавливая все стёртые следы.

Только каждый раз след обрывался в том месте, где он вёл на территорию клана Джу.

Территория клана Джу была неприкосновенной на протяжении многих поколений.

Поэтому они попросили клан Джу решить этот вопрос, но Шинён просто промолчал.

6 семей до сих пор сохраняли молчание, несмотря на тиранию клана Джу, но не смогли стерпеть подобного пренебрежения.

Стали происходить инциденты, в которых бросали авторитету правителя, Шинёна, бросался вызов из-за требования скорейшего разрешения дела.

Глава клана Джу, который нашёл такое поведение отвратительным, послал огромные войска, чтобы оказать давление на каждую семью.

Но, как ни странно, проигравшим в этой битве стал именно клан Джу.

Никто не знал, что Бэк Гиха, глава семьи Бэк, одной из 6 семей, в столь юном возрасте достиг ранга божественного зверя.

На унизительном собрании по окончанию войны клан Бэк потребовал, чтобы клан Джу взял на себя ответственность за расследование дела об исчезновении детей.

В их соглашение в прошлой жизни было включено, что человек, принадлежащий к родословной Шинёна, должен оставаться в клане Бэк до тех пор, пока виновный не будет обнаружен и потерянные дети не найдутся.

Если речь шла о человеке, принадлежащем к родословной Шинёна или главы семьи Джу, то это был лишь один человек – Джу Кванхён, который ещё не достиг совершеннолетия.

Была надежда, что взятие его в заложники поможет делу разрешиться быстрее, но всё пошло не так.

Шинён, который не мог послать своего преемника в ответ на это унизительное требование, нашёл того, кто сможет заменить его сына.

*****

– Так, что ты думаешь о моём предложении.

Это предложение было именно об этом.

После помолвки с Джу Кёнхёном меня попросят отправиться в клан Бэк, чтобы взять на себя важную задачу по поиску без вести пропавших детей от имени клана Джу.

Будто на рассмотрение дела уйдёт максимум несколько месяцев.

После этого они проведут самую грандиозную свадебную церемонию во всех трёх мирах с младшим лордом.

Но я уже знаю.

Ни одно из этих обещаний не будет выполнено.

Более того.

– Помолвка. Понимала ли ты что будет дальше? Нет. Какой идиот будет оставлять сестру в невестах милорда, зная, что она так долго выживала в лагере врага? Смешно, что ты не понимаешь такого очевидного факта.

– Если бы это была я, в тот же день, когда меня отпустили из клана Бэк, я бы вернулась сюда и стала защищать честь своих родителей. Или, может, умерла бы в тот же день, как попала в клан Бэк, чтобы защитить свою честь. Но ты ещё жива и говоришь нечто подобное. Сестрёнка, у тебя нет чувства стыда?

– Более того, вы вступили в сговор с семьёй Бэк и уронили статус нашей семьи в грязь!

Пальцы Сехвы изо всех сил сжались на юбке в кулаки.

Но что мне делать?

Даже зная будущее, отказаться от этого предложения невозможно.

Это всего лишь приказ в форме предложения.

Оба старших брата не являются моими кровными братьями.

Следовательно, если не я, дочь Джу Мёнюна, который является ближайшим родственником среди всех в родословной клана Джу, больше никто не сможет заменить Джу Кёнхёна.

– Милорд, прошу, продумайте ещё раз. Этот ребёнок ещё даже не прошёл линьку. Какое дело может быть решено таким ребёнком и каким представителем она будет?

– Она уже достаточно взрослая, чтобы выполнять свои обязанности.

– Это лишь снизит достоинство клана Джу.

– Это решать твоей дочери. Мёнюн, стой в стороне.

– Она ещё ребёнок, милорд!

– Я сказал тебе оставаться на месте.

Джу Мёнюн поспешно подошёл к старику и, словно стоять на коленях было недостаточно, прикоснулся лбом к полу, как раб.

Он был готов пожертвовать своей репутацией ради безопасности дочери.

– Милорд! Прошу, подумайте ещё раз.

– Джу Мёнюн!

Не могу поверить, что вновь вижу эту сцену, – глаза Сехвы снова вспыхнули.

……он уже пытался остановить это таким образом.

Что это, чёрт побери, такое? Возможно, это подземный мир о котором я лишь слышала? Или тот таинственный свет, который ты видишь, когда умираешь?

Только это не имеет никакого значения.

Если я могу повторить своё прошлое ещё раз, в этот раз я спасу свою семью.

– Милорд, – голос Сехвы дрожал, когда она сделала шаг вперёд.

Её плечи были напряжены. Во рту пересохло, а пальцы, сжимавшие подол юбки, сжались ещё сильнее.

– Я возьму это на себя.

– Джу Сехва! Тебе не стоит вмешиваться. Оставайся в стороне!

– Всё в порядке, отец. Я пойду.

– Это мудрый ответ. Мёнюн, твоя дочь говорит более рационально, чем ты, – старик, казалось, почувствовал облегчение от ответа Сехвы и откинулся на спинку кресла, глубоко выдохнув.

– Только, прошу, воздержитесь от объявления о помолвке с господином младшим лордом.

– ……что?

– Я плохо разбираюсь в исторических фактах, поэтому не уверена, принимаю ли я правильное решение, но считаю, что тот факт, что вы отсылаете меня после помолвки, означает, что клан Бэк запросил прямого потомка семьи Джу или самого близкого.

– ……

– Но, милорд. Разве я не единственная дочь главного старейшины клана, продолжающая кровь предшественника Шинёна? Даже если я не буду помолвлена с младшим лордом, мой уход будет всё также соответствовать требованиями клана Бэк.

– ……

– Господин младший лорд – тот, кто в будущем возглавит клан, но неизвестно, что повлечёт за собой помолвка, ведь мы не знаем, что произойдёт со мной в клане Бэк.

Синие вены появились на тыльной стороне ладоней Сехвы, сжимавшей юбку платья.

– Пусть я ещё не взрослая, я не собираюсь игнорировать свои благородные обязанности члена правящего клана, – добавила она дрожащим голосом. – Я с радостью последую предложению Шинёна и отправлюсь в клан Бэк без какой-либо компенсации или обещаний.

Сердце старика было вполне удовлетворено этими словами.

По тронному залу пронёсся низкий, резкий смех.

И тогда.

– Но-, – колеблясь, вновь тихо заговорила Сехва. – ……перед этим я бы хотела попросить об одной вещи, полагаясь на ясное суждение и милосердное сердце Шинёна.

– Что? Скажи мне.

Сехва выглядела ещё более побледневшей и испуганной, а её губы задрожали. Она даже сглотнула слюну так, чтобы это увидел глава клана.

Сейчас я должна получить то, о чём попрошу.

Для этого я могу показать любой облик. Точно так же, как мой отец, что отказался от гордости и всякого уважения ради меня.

– Простите, но если вы позволите, я бы хотела уйти с биркой управление воинов из приграничной зоны.

– Что, управление воинами? Ты говоришь о праве управлять войсками?

– Да, милорд.

Старик, который не ответил сразу, рассмеялся, словно это было что-то смешное.

Как может ребёнок, даже не прошедший линьку, просить о таком?

Возможно, её отец сказал ей сделать это?

Но Джу Мёнюн смотрит на свою дочь с почти синим лицом.

Смотря на это, кажется, разговор идёт не в том направлении, в котором он хочет, – нахмурившись, старик ответил без особого интереса:

– Это не то, что следует отдавать в руки такого ребёнка, как ты.

Джу Сехва крепче сжала юбку платья и отпустила голову, словно испугавшись.

Она уже знала, что в будущем будет найдено в этом пограничье.

800 древних духовных камней. Если всё так, то даже в нынешнее время, когда духовная энергия исчезает из воздуха, можно превзойти форму духовного зверя и стать божественным зверем.

Поэтому мне необходимо получить эти права на управление.

*****

Родной мир Небожителей умирал.

Духовная сила и энергия, наполнявшие воздух, постепенно угасали, ничем не отличаясь от мира людей.

Рождающиеся дети также становились всё слабее и слабее.

Для народа Небожителей, которые считали духовную силу самым важным сокровищем, это было крайне важно. Всё потому, что время сохранения молодости и продолжительности жизни Небожителя зависело от его духовной силы.

Поэтому в боях между Небожителями победа или поражение ограничивалось совсем не количеством людей.

Именно поэтому, как Бэк Гиха, божественный зверь, в этой войне в одиночку столкнулся с армией клана Джу.

Один Небожитель, ублажающий огромной силой, мог растоптать сотни или тысячи людей с меньшей духовной силой.

Заложник – человек, ответственный за раскрытие дела об исчезновении детей. 6 разгневанных семей хотят, чтобы держать заложника как поводок, чтобы получить содействие в поисках пропавших детей, не так ли?

Разве не это я испытала на себе? Дни в клане Бэк будут неизбежно наполнены огромным унижением.

Чтобы избежать повторения подобной ситуации, мне нужно сначала получить эти 800 древних камней.

Потому что, если я не закреплю свои силы, я ничего не смогу сделать.

Я должна иметь право управлять войсками для свободного входа и выхода из приграничной зоны и блокировки доступа воинов туда, пока забираю территорию под свой контроль.

*****

Тогда какие причины мне следует найти?

Из-за одной или двух причин этот подозрительный старикашка ни за что не сделает ничего хорошего для других.

Я должна назвать, как минимум, три.

– Да. Возможно, это слишком для такой ничтожной девушки, но есть 3 причины, по которым я попросила это.

– Скажи их мне.

– Во-первых, скоро наступит сезон засухи.

– Сезон засухи? – старик нахмурился, услышав слова Сехвы. – При чём тут сезон засухи?

– Из-за уровня воды в реке Джун, – вежливо ответила Сехва.

И опустила взгляд, чтобы нельзя было заметить и проблеска её жажды убийства.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 6.

Река Джун была крупнейшей рекой, пересекавшей Хвангё с востока на запад.

К северу-востоку от реки находилась естественная среда обитания Ёнгмок, растения, важного для поддержания уровня духовной энергии в воздухе.

По мере того как в Хвангё снижалось количество духовной энергии, площадь, где росли Ёнгмок также постепенно уменьшалась.

Лишь позже небожители поняли, что исчезновение духовной энергии связано с Ёнгмок и приложили все усилии, чтобы сохранить это растение.

Так, чтобы доставлять воду в родную среду обитания Ёнгмок, многие речные потоки были разделены и из-за этого в какой-то момент уровень воды реки Джун был понижен настолько, что в засушливый сезон её можно было пересечь пешком.

– На северо-восточном пограничном посту есть проход в человеческий мир, принадлежащий клану Джу.

– Мне известно это. Однако мне никогда ещё не приходилось видеть, чтобы кто-то переправлялся через реку и нападал на пограничный пост.

Раньше никто не осмелился бы нацелить меч на клан Джу. Кто мог бы подумать, что в шестом поколении влияние клана Джу так падёт?

– В отличии от того времени, когда берег реки охраняли воины, разве сейчас нет группы злобных повстанцев, что подходят к нашей территории как можно ближе? Для сопровождения Шинёна в клан Бэк.

– Сопровождения? – брови старика дёрнулись от этого неприятного комментария.

– Таким образом, они также смогут увидеть уровень снижения воды в реке, – вежливо повторила Сехва. – Я беспокоюсь, что несмотря на завершение войны, они могут развить в себе новую жадность из-за тех благ, что у нас есть.

По мере того, как Хвангё угасал, начали появляться небожители, считающие мир людей своим новым домом.

Переходы в человеческие миры стали более важными, чем раньше.

Однако среди проходов, разбросанных по всему Хвангё, клан Джу – единственный, в котором живые существа могут использовать в любое время без каких-либо условий.

– Поскольку Шинён строго запрещает ненужные стычки, разве в случае возникновения проблем не будут ли у пограничного поста сложностей с реагированием?

В любом случае, клан Джу сейчас оказался в проигрышной позиции и с тех пор, как выяснилось, что лорд Бэк – божественный зверь, наше положение никогда не изменится.

Несмотря на то, что у них нет никаких причин атаковать их, для чего старому лорду клана Джу издавать приказ, запрещающий вступать в бой.

Конечно, чтобы использовать это как оправдание повторных потерь в будущем.

Словно слова, сказанные девушкой были оскорбительными, руки старика, похожие на старые ветви, схватились за облучки кресла.

Сехва, лишь слегка поднявшая взгляд, заметила это и добавила:

– Это происходит от доброты и щедрости Шинёна, однако мы не знаем, что подумают нечистые предатели.

– ……

– Поэтому, я подумала, что если воины клана Бэк, что должны сопровождать меня, вдруг нападут на пограничный пост, чтобы захватить проход в мир людей, я смогу отреагировать на шаг быстрее, если у меня будут соответствующие полномочия, – убедившись, что старик делает вид, что не слышит её, Сехва продолжила. – Дело не только в этом. Вторая причина – это клан Чхон, семья моей матери.

– ……почему ты собираешься в клан Чхон?

– Я слышала, что нынешний глава клана Чхон неоднократно выражал недовольство Союзом из-за распределения военных средств. Пусть 6 семей заключили кровный союз, это было лишь на время войны.

– ……

– Говорят, что до тех пор, пока распределение средств не будет завершено, глава каждого клана останется в клане Бэк, изначальной резиденции клана Бэк.

– Вот как?

– Разве глава клана Чхон является ещё и моим дядей по крови? Если использовать это как повод для разговора, не возникнет ли вероятность обнаружения конфликта между нами, который не виден снаружи? – Джу Сехва вежливо добавила. – Если клан Чхон вообще откажется от принятия союза кланов, это может вызвать огромный переполох среди союза. Думаю, что тесный контакт с ближайшим пограничным постом будет необходимым для стимуляции клана Чхон.

– Ты сможешь проделать такую большую работу?

– Как я могу просто сидеть сложа руки, наблюдая за кризисом в нашей семье? Я не могу пожертвовать своим телом.

– ……последнее?

– Третья и последняя причина в том, что проход в мир людей ещё не изучен до конца.

– Что это значит?

– Разве во время этой войны клан Бэк не использовал свободные проходы, ведущие в мир людей, чтобы застать нас врасплох и нанести ущерб?

– ……так и было.

– Однако единственный способ для небожителей свободно перемещаться – это проход клана Джу. Предательств не было, так как же они использовали проход для рейдов на наших воинов?

Проходы, ведущие в мир людей, встречались по всему Хвангё, но все они предполагали лишь бросание в них предметов.

Единственным, через который могли проходить живые существа, был проход клана Джу.

Однако войска противника продвигались через небольшую щель, через которую едва могли пройти и предметы, и нанесли удар в тыл клана Джу.

Ну, я уже знаю, как они это делали.

– Даже сейчас, когда война закончилась, мы до сих пор не поняли, как они сделали это, так разве это та ситуация, когда мы должны продолжать оказывать поддержку врагу? – спросила Сехва, наклоняя голову набок, словно ничего не понимала.

– ……продолжай.

– Многие в их союзных войсках знают об этом методе, поэтому, живя в клане Бэк, я также могу узнать о нём. Однако я ничего не понимаю в проходах, поэтому даже если подслушаю или увижу нужное, есть большая вероятность, что я не пойму, что это информация о нужном нам методе.

– ……

– А солдаты часовые знают о проходе в мир людей лучше, чем кто-либо другой. Поэтому, я хотела бы использовать свои полномочия, чтобы сделать одного из пограничных солдат своим личным воином, который смог бы следить за ситуацией в клане Бэк.

– ……

– Я – не генерал, поэтому никогда не буду использовать дарованную мне военную мощь ни для чего, кроме того, о чём только что сказала. Я просто хочу чем-то помочь семье, поэтому обратилась к вам с этой дерзкой просьбой. Прошу прощения.

– …… – старик прищурившись уставился на Сехву.

Пальцы руки, напоминавшей ветку иссохшего старого дерева, медленно стали стучать по подлокотнику.

Я просто собирался решить проблему, отправив эту девку в клан Бэк, похвалив её за то, что она понимает, что нет никого, кроме неё, кто мог бы позаботиться об этом.

Красноречие этой юной особы лучше, чем я думал.

Дочь Джу Мён Юна, которая сжимала юбку своего платья, как спасательный круг, явно нервничала.

Но причина желания получить управление войском вполне имеет смысл, даже если исходит из разума ребёнка, – что понравилось старому лорду клана Джу больше всего, так это желание Сехвы сделать что-то для клана, даже если она не могла пожертвовать своим телом.

Хорошо. Даже если она попытается что-то сделать, у неё не будет возможностей сделать это как следует, поскольку ей будет слишком сложно действовать самостоятельно.

Пусть выражение лица было спокойным, изнутри старик уже давно сгнил.

Великий клан Джу сохранял свою позицию правителей с сотворения мира, но клеймо поражения от нижестоящих……

Между тем, несмотря на то, что они потерпели поражение, восхваления Джу Мён Юна, который в одиночку руководил воинами на передовой и защищал свой клан, продолжались.

Старик был настолько раздражён этим, что даже не мог засыпать без алкоголя.

Его постоянно раздражал Мён Юн, имеющий честный характер и всегда стоящий рядом с ним, как шип, застрявший под ногтём.

Учитывая будущий путь моего преемника, Джу Мён Юна необходимо устранить.

И она – дочь Джу Мён Юна должна стать отправной точкой этого.

Да. То, что я решил выбросить, вполне можно использовать с немного большей пользой.

– Хорошо. Если есть такие веские причины, нет ничего, что я не мог бы дать.

– Благодарю, милорд.

– Но перед этим я хочу, чтобы ты подтвердила свою решимость сделать что-то для нашего клана.

– Вы хотите мне что-то поручить? Прошу, скажите.

– Сможешь ли ты заключить связующий союз брак?

– Что? Если это связующий союз брак…

– С Бэк Гиха, лордом семьи Бэк. Это также поможет твоему плану.

– Милорд! – побледнев, закричал Джу Мён Юн.

Очевидно, что Бэк Гиха, глава клана Бэк, который всё ещё холост, с этого момента будет заключать различные брачные союзы, чтобы объединиться с 6-ю кланами.

Так он сможет должным образом заполучить в свои руки кровь 6 кланов, ставших его подданными.

Это ничем не отличается от того, чтобы прожить в стане врага всю оставшуюся жизнь и умереть со стыдом ради своего клана.

Он собирается отправить туда мою дочь?

Я не могу позволить подобного!

– Я не могу сделать это, – в тот момент, когда Мён Юн собирался возразить, по залу разнёсся голос его дочери.

– Что? – старик устрашающе прищурился.

– Прежде всего, я бы хотела поблагодарить милорда за внимательность ко мне, – продолжила говорить Сехва, словно не замечая его реакции. – Однако я слышала, что большинство женщин клана Бэк считаются собственностью своего мужа, воздерживаются от выхода на улицу и укрепляют внутреннюю стабильность семьи своими высшими добродетелями.

– Вот как?

– Возможно, после свадьбы в клане Бэк меня примут гораздо лучше, однако не ограничит ли это диапазон моих действий лишь внутренней территорией особняка Бэк?

– ……

..

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 7.

*****

Терпение Джу Мён Юна лопнуло в тот момент, когда за ними закрылась дверь зала.

– Ты! – его глаза мгновенно стали ярко-красными.

Что, чёрт побери, это……

Не могу поверить, что мне придётся отправить моё драгоценное чадо в такое сложное место.

К тому же, дочь.

Нашу доченьку, которая родилась спустя долгие годы бездетности, и много времени после усыновления двух сыновей моего умершего друга.

– Что ты делаешь, становясь первой жертвой! Разве ты не понимаешь, что едва ты сказала это милорду, как пути назад уже нет?!

– Отец.

– Что, чёрт побери, это такое? Если дело дошло до подобного, он ни за что не передумает, даже если его завалят жалобами.

Отец невероятно сильно ругал её, но Сехва была готова даже не это.

Подняв дрожащие руки, она обняла отца за шею.

Сделав то, что давно хотела, но не могла.

– Что, ты. Даже если ты так––

– Люблю тебя.

– ……

– Я люблю тебя, отец.

Боже мой. Тёплый.

Если это сон, я не хочу просыпаться, – подумала Сехва и крепко зажмурилась.

Однако это не помогло тому, что сцена, замершая перед её глазами, когда её родителям отрубают головы, исчезла.

Красная кровь, хлынувшая в воздух.

Крики окружающих.

Всё это так сильно терзало глаза и уши Сехвы, что, казалось, они никогда не восстановятся.

Я даже не смогла закрыть им глаза.

Горячие слёзы потекли по лицу Сехвы.

Я должна была сказать, что люблю их.

Мне нужно было сказать это в их последние минуты, – девушка была невероятно убита горем, что не смогла сделать это.

– Люблю тебя.

Да. Какая разница на небесах ли я или в подземном мире.

Не имеет значение, что повторение трагичного прошлого для меня является божьим наказанием.

Сехва чувствовала, что добилась уже многого, просто обняв тёплую шею отца.

Две сильную руки обняли её в ответ.

– Я тоже очень люблю тебя, милая, – голос ответившего Джу Мён Юна, тоже был наполнен дрожью и слезами. – Тебе не о чём беспокоиться. Ты не будешь в опасности. Поэтому не нужно прощаться так. Папа сделает что-нибудь. Должен быть какой-то способ.

Похоже, он подумал, что я согласилась отправиться в клан Бэк с сердцем, готовым умереть, – Сехва улыбнулась, даже несмотря на то, что её лицо было залито слезами.

Не волнуйся. В этот раз всё будет по-другому. В отличии от прошлой жизни, где я лишь получала любовь, которую мне дарили, в этот раз я обязательно буду защищать её.

– Мисс, вот.

Что-то промелькнуло перед её глазами.

Сехва перевела взгляд, наполненный слезами, в ту сторону.

Там стоял мужчина средних лет, что с грустным лицом протягивал ей носовой платок.

Это был Са Дан Юн, воин Джу Мён Юна, который трагично погиб за неё в прошлой жизни.

– Мисс.

– Пожалуйста, заприте двери, когда я уйду.

– Я никогда не вернусь. Я умру здесь. Поэтому, какой бы голос вы не услышали, вы не должны открывать. Когда всё успокоится, выходите через задние двери. Вы ни за что не должны оглядываться назад.

Они даже не дали мне возможность увидеть его тело.

Он был сыном няни Джу Мён Юна и членом вассальной семьи Са, служившей семье Джу на протяжении нескольких поколений.

Са Дан Юн питал к ним такую слепую преданность, что отправил всех троих дочерей в качестве личных служанок Джу Сехвы.

Эти чувства не изменились и после его смерти.

Са Дан Юн в одиночку пробрался в тайную комнату, чтобы спасти Сехву, которую обвинили в предательстве и заключили в темнице, лишённой света.

Он вычеркнул своё имя из семейного реестра, чтобы не запятнать Джу Мён Юна.

Но, в итоге, Дан Юн не сумел добиться желаемого и жестоко погиб от рук воинов.

Оказалось, что он откусил свой язык и проглотил его, даже не издав тихого стона, из опасения, что Сехва может услышать это через тонкую дверь.

Сехва же узнала об этом лишь позже.

Ей пришлось услышать о том, какой несчастной и бесчестной смертью умер Са Дан Юн, через насмешки воинов, конвоирующих её.

Пусть они были горничными, все три дочери Са Дан Юна, которые были мне как родные сёстры, умерли за меня, поэтому я перед ним в огромном долгу, который никогда не будет погашен.

Слышала, что с него содрали кожу, отрубили конечности и выбросили на равнину, как преступника, приговорённого к смертной казни за совершённое ужасное преступление.

Не могу поверить, что сейчас он стоит передо мной и выглядит так хорошо, – щёки Сехвы стали ещё более мокрыми от смеси сожаления и благодарности.

– М, мисс.

Если бы я знала, что после смерти я снова встречусь со всеми в добром здравии, я бы лизала ноги своим врагам, чтобы прожить немного дольше.

Ведь таким образом я смогла бы выиграть время и не умереть такой одинокой и незначительной смертью.

Я бы смогла забрать с собой хотя бы одного из тех дрянных ублюдков.

В тот момент, когда Сехва почувствовала прикосновение руки дядюшки, вытирающего её слёзы.

Топ, топ, – раздался отчётливый звук шагов подошвы туфель из хорошей кожи, ступающих по мраморному коридору.

Кто-то идёт.

Взгляды всех троих устремились в сторону коридора.

Оттуда появился высокий мужчина.

Иссиня-чёрные волосы достигали кончиков ушей. Глаза, что всегда были слегка изогнуты, словно это была их естественная форма.

Когда мужчина заметил Сехву, он улыбнулся ещё шире. И, увеличив скорость, быстро приблизился к ней.

– Сехва, – обратился он к ней голосом, сладким, как мёд, стоя в лучах солнечного света, окутывающего его как ореол.

Потому что он был единственным, кто утешал её, когда Сехве было одиноко.

Ей очень нравился этот кузен, который с самого детства был всегда добр к ней.

Как и Джу Мён Юн, который всю жизнь много трудился для своей семьи, Сехва решила, что когда вырастет, она пожертвует своей жизнью ради кузена.

– Сехва.

Когда он вот называл её по имени с приятным акцентом. Всякий раз, когда он упоминал историю их будущего, чувства Сехвы становились сильнее.

– Ты очень помогаешь мне. Ты ведь станешь моей невестой?

– Не волнуйтесь. Независимо от того, где я и с кем, вы всегда будете оставаться на первом месте в моём сердце.

Тогда я хотела сделать для него всё, что угодно.

– ……младший лорд.

– Эй! Принесите чашу Небесного Духа этой бесстыжей предательнице, которая утверждает, что посвятила себя вам!

Сейчас я не понимаю, были эти чувства любовью или преданностью, что глубоко укоренилась во мне.

Мне хочется оправдаться, говоря, что это не было любовью.

Этим мужчиной был Джу Кёнхён, будущий лорд клана Джу.

*****

За заснеженными горами, где снег никогда не таял даже в середине лета, раскинулся удивительный сад с прекрасными пышными цветами.

Белый мраморный замок, сияющий, посреди сада как вечный снег, был гордостью множества знатных семей.

Белоснежные статуи и каменные плиты, контрастировали с голубым небом. Красиво изогнутая лестница и её перила ослепительно сияли под яркими солнечными лучами.

По гладко отполированной белоснежной лестнице быстро спускались несколько пар ног.

Мужчина, идущий впереди, приказал своему сопровождающему приготовить коня.

Его приближённый на мгновение замер, не в силах поверить в услышанное:

– ……лорд, что вы сейчас сказали?

– Похоже, у канцлера заложило уши, поэтому не откладывая, снимите свою шапку и постирайте её, – ответил мужчина, идущий впереди, даже не замедляя шага.

– Верно ли то, что вы только что сказали, что вам необходимо сопроводить заложника из семьи Джу, который будет нести ответственность за исчезновения? Вам, а не конвою?

– Заложника? Это ценный человек, который посетит наш клан с целью установления дружеских отношений между семьями Джу и Бэк. Никогда больше не называйте её так.

– ……

Чт, что? Что это вдруг случилось с милордом? – чиновник на мгновение забеспокоился о здравомыслии своего господина, поджимая губы.

– Как вы можете уезжать так далеко? Если вы беспокоитесь о здоровье и безопасности гостя во время его долгого пути, я лично отправлюсь и проверю.

– Отправить слугу? Довольно. Я должен позаботиться об этом сам.

Содержание слов лорда Бэк было настолько шокирующим, что сложно было верить своим ушам.

..

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 8.

Среди шести объединившихся семей, во главе которых встала клан Бэк, уже царила неразбериха и ссоры по поводу распределения компенсаций.

Семьи, которые до этого момента терпели тиранию Шинёна, повышали голос, заявляя, что используя текущий импульс, сила клана Джу должна быть полностью подавлена, и что война не должна заканчиваться до этого.

Если в такой момент станет известно, что глава семьи Бэк, глава союза 6 семей, лично отправился на встречу преемника семьи Джу, беспокоясь о его безопасности…

Поднимется ещё больший шум.

С лицом, утратившим все краски, канцлер опустился на колени перед лордом Бэк и обратился к нему:

– Милорд, вспомните старые книги по истории! Ни один монарх в мире никогда не делал всё возможное, чтобы защитить вражеского заложника. Ему даже не позволяли съесть миску лапши. О чём же вы думаете? Прошу, измените своё решение!

– Прочь с дороги.

– Милорд! Отношения между шестью семьями крайне осложнились из-за вопроса о компенсациях. Как вы можете лично приветствовать преемника клана Джу, который является вашим врагом!

– Кто сказал, что приедет преемник?

– ……что?

Если говорить о самом юном потомке Шинёна, то им естественно является Джу Кёнхён, молодой лорд, ещё не прошедший линьку.

Мы стремились к его кандидатуре и намеренно ограничили цель, которую можно призвать к ответственности.

Но о ком тогда сейчас говорит милорд? – канцлер, от печали опустивший голову сам не заметил, как вновь поднял её.

– ……! – и был крайне изумлён.

Перед ним предстал не образ лорда Бэк, всегда сидевшего со скучающим выражением лица, а образ милорда, который был неизмеримо прекраснее обычного, улыбаясь с более оживлённым лицом, чем когда-либо.

……милорд улыбается, – канцлер был настолько шокирован этим фактом, что лишился дара речи.

– У меня есть срочное дело, поэтому я поеду вперёд один, а вы приготовьтесь от всего сердца поприветствовать высокого гостя. Понял? – с этими словами Бэк Гиха прошёл мимо канцлера и быстро вскочил на коня.

Хи-и-и-и-и! – огромный боевой конь с чёрной шкурой, под которой перекатывались сильные мускулы, поднялся на дыбы, приветствуя своего хозяина.

– Нет, по, подождите. Почему вы так спешите…… милорд! Пожалуйста, задержитесь ненадолго! Милорд! – канцлер поспешил за лордом Бэк, но тот беспощадно отвернулся от него. – Боже мой! Вы и правда пытаетесь таким образом попасть на территорию клана Джу! Тогда, пожалуйста, подождите немного. Нельзя отправляться без сопровождения. Пожалуйста, подождите чуть-чуть, мы быстро подготовим всё!

– Не нужно. Ребята, вы слишком медленные.

– Объезд преемника Джу состоится примерно через месяц, почему же вы так торопитесь!

– Чтобы испортить церемонию помолвки!

– Что?

……церемонию помолвки?

……кого?

……нет, зачем?

Оставив канцлера, оцепеневшего от сомнений, Бэк Гиха направил коня в сад.

– Милорд! – голос, зовущий его, быстро затих.

Скорость боевого коня пугала.

Ветер, наполненный ароматом деревьев, проносился мимо Гихи.

Руки, которые понукали коня увеличить скорость, двигались нетерпеливо, но его сердце, которое побуждало быструю лошадь, было легче чем, когда-либо.

– Быстрей!

Перед глазами Бэк Гихи отчётливо появились чёрные волнистые волосы.

– Джу Сехва, – губы мужчины, произнёсшие три коротких слога, заставили его сердце биться ещё сильнее.

Она не боится поступиться своей гордостью, чтобы выжить.

И усиленно готовиться к будущему с глазами, подобными горящему пламени.

Женщина, хранящая в себе столько огня, что кажется, будто горит она сама.

– Ха-ха!

Время вернулась!

Скорее всего, она ещё не помолвлена с Джу Кёнхёном.

Ещё не поздно.

Она жива.

Я снова смогу держать эту руку.

– Джу Сехва, – глаза Гихи ярко сверкнули, когда он повторил три сладких слога.

В этот раз.

Я ни за что не упущу её.

Глава клана Бэк, который ни разу в жизни даже не улыбался как следует, в этот момент улыбался от всей души, без остановки следуя лишь вперёд.

– Джу Сехва.

Я снова встречусь с тобой!

*****

Джу Кёнхён!

В этот момент Сехва была настолько растеряна, что не могла ничего сказать, увидев мужчину, что приближался к ней.

Элегантный и привлекательный облик по-прежнему сохранялся в нём.

Это касалось и нежного взгляда с мягкой улыбкой, которые, казалось, всегда были адресованы лишь ей.

– Почему твои глаза красные? Ты плакала?

Всё, кроме присутствия Джу Кёнхёна и его дружелюбного обращения, быстро изменилось в глазах Сехвы.

При необходимости он показывал нежное лицо, а потом пытал меня, бросив в темницу на пять лет, – как только Сехва подтвердила, кто стоял перед ней, как вся её растерянность исчезла, оставив лишь кипящий гнев.

Он словно стал совершенно другим человеком.

Как только я вернулась из клана Бэк, даже не объясняя причины, Джу Кёнхён отказался от своего прежнего отношения и стал жестоко пытать меня.

– Можно ли оставлять в мире старейшину, репутация которого растёт выше репутации лорда клана?

– Значит наступило время пыток моей верной невесты. Ведь твой отец, который всегда был верен клану Джу, чтобы мы не делали, никогда не направит свой меч против меня.

– Однако, когда вырывались твои ногти, отрезались кусочки пальцев, когда твоя плоть прижигалась утюгом, слушая твои крики боли, даже эта сильная преданность в итоге начала колебаться.

– Вот как было создано обвинение к которому я стремился.

Верёвки, которые стягивали мою плоть, сковывая меня и воины, которые унижали меня, сжимая плечи, а также стражников, которые плотно охраняли этого ублюдка, больше не существует.

Почему бы не убить того, кто хуже зверя?

Нечто подобное ведь не может существовать?!

В этот момент.

– Юный лорд, пожалуйста, простите мою дочь за проявление невоспитанности, сейчас она чувствует себя не слишком хорошо.

Твёрдая и сильная рука отца, обхватила Сехву за плечо.

Почувствовав жар чужого тела, она вздрогнула.

……отец.

– Что с ней случилось?

Я не могу позволить снова отправить отца на казнь. ……поэтому не сейчас.

Я не допущу, чтобы Са Дан Юн снова был убит так жестоко, – Сехва с трудом подавила пылающий гнев, подступивший к её горлу.

Сильно прикусив губу, чтобы скрыть взгляд, запятнанный ненавистью, девушка сжала кулаки так сильно, как только позволяли её силы.

Нужно смириться. Это произойдёт не здесь.

Ногти Сехвы резко впились в её ладони.

Простое подавление своего желания убить оказалось настолько сложным, что девушка даже не заметила, как её ладони окрасились её же кровью.

– Боже, и правда выглядит очень плохо. Я позволю вам уйти первыми. Побыстрее возвращайтесь, забрав свою дочь.

– Благодарю, юный лорд.

– В моих глазах ты прекрасна, даже если тебе плохо, но я всё ещё волнуюсь, поэтому возвращайся и отдохни. Я скоро сам приду к тебе.

Сехве казалось, что если она откроет рот, то все проклятия вырвутся наружу, поэтому она лишь сильнее прикусила губу, ничего не говоря.

У меня нет другого выбора, кроме как покинуть это место.

Тот факт, что ей приходилось оставлять здесь этого злобного зверя в целости и сохранности, заставляло сердце Сехвы пылать.

– Эй! Вывесите головы предателей на площадь, разорвите их тела на кусочки и бросьте всё в клетки собак!

Я хочу отрубить ему голову, разорвать тело на куски и бросить собакам, как он сделал с моей семьёй.

Но не могу сделать этого и должна просто уйти, – Сехва не могла контролировать свой гнев, поэтому её глаза вновь наполнились горячими слезами.

Почему я плачу? Не плачь. Не показывай ему слёз. Будет ещё один шанс. Гарантировано.

Мён Юн медленно направлял напряжённое тело дочери встревоженными прикосновениями, пока та пыталась не дать убийственным намерениям овладеть ею.

Сехва не могла остановить гнев, но рядом с ней были тёплые руки отца, поэтому у неё не осталось другого выбора, кроме как продолжать двигаться вперёд.

Не волнуйся. Этот шанс определённо не будет последним.

В итоге слёзы вновь полились по её щекам.

*****

Сехва даже не могла вспомнить, как вернулась домой.

Всё её тело стало горячим и, потеряв сознание, она провела в горячке два полных дня.

Потеряв сознание, девушка видела во снах разных людей.

Оправив отца и братьев на боле битвы, Сехва задавалась вопросом, может ли она сделать что-то, ещё не став взрослой.

И, следуя совету матери, она решила спрятаться среди людей, познавая их жизнь.

– Если продолжится в том же духе, может наступить время, когда нам действительно придётся перейти в мир людей. Чтобы подготовиться к этому, не лучше ли сначала узнать о жизни и образе мышления людей? Поэтому, Сехва, ты спустишься к ним первой.

Небожители имели гораздо большую продолжительность жизни, чем люди.

Следовательно, скорость с которой разрушался их родной мир Хвангё, была быстрее, чем скорость старения.

– Но разве мир людей не является местом, куда попадают грешники, изгнанные из Хвангё? Я ещё не прошла линьку, что, если я столкнусь с этими грешниками?

– Не волнуйся. Когда тебя изгоняют иp Хвангё, глава клана уничтожает непосредственно центр энергии.

– Что будет, если его уничтожить?

– Поскольку духовная сила не может храниться в таком теле, они не могут адаптироваться к воздуху мира людей и испытывают сильные боли. Если даже их изгнали давным-давно, они не смогут сбежать от наказания. Поэтому не волнуйся и отправляйся. Эти грешники не смогут причинить тебе никакого вреда.

Каждый день Сехва беспокоилась из-за своей семьи, большая часть которой была на поле боя.

Поэтому её матушка дала причину, чтобы успокоить разум, о чём сама девушка тогда не знала.

Именно так Сехва спряталась в мире людей.

..

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 9.

Лорд Джу изгонял грешников в мир людей, уничтожая их духовное ядро, очень давно утверждая, что мир людей создан для управления ими.

Поэтому иногда эксцентричные родственники лорда Джу, находясь в мире людей, притворялись людьми и занимали высокие государственные должности.

Поэтому даже в мире людей кровные родственники Шинёна обладали огромной властью, пусть и скрытой.

Сехва, которая имела такую же кровь, была записана в Академию, где учились люди.

Её целью было узнать, чем мир людей отличался от того мира, где живёт она. И то, как текут мысли людей.

В человеческом мире мужчины были гораздо свободнее женщин, поэтому Сехва зачёсывала свои длинные волосы в высокий пучок и притворялась юношей.

Ей было легче быть в одиночестве, не замечаемой другими, но, несмотря на её холодное отношение, к Сехве всё равно подходили люди.

Одним из таких людей был Чон Хын Сен, который долгое время сидел рядом с ней.

Сехва случайно узнала, что Чон Хын Сен тоже была девушкой, которая маскировалась под юношу.

Она просто промолчала об этом, поскольку это было не её делом, но Хын Сен стала необычайной дружелюбной с Сехвой, которая сохранила её тайну, пусть и знала о её личности, и принялась рассказывать разные секреты.

Это было ранним летним днём.

Хын Сен рассказала, что девушки, которые обычно закрывались в своих комнатах и их лица было невероятно трудно увидеть, дружно отправились праздновать Дано.

Они планировали обмыть свой волосы в долине и кататься на качелях с обнажёнными лицами.

Поскольку Сехва и Хын Сена маскировались под юношей возраста, когда энергия на самом пике, они должны были последовать всем в Академии, которые стекались туда.

– В такие времена нам нужно собираться со всеми, чтобы не беспокоиться о том, что наша тайна будет раскрыта.

Сехва, играющая роль мужчины и ведомая рукой Чон Хын Сены, неохотно отправилась туда.

Это был момент, когда Сехва скучающим взглядом смотрела на девушек, высоко катающихся на качелях, и на группу юношей, издалека подбадривающих их.

Засмеявшись, Хын Сена вдруг указала куда-то:

– Посмотри, посмотри. Это тот парень, о котором я говорила. Как тебе?

На траве, куда указывал взгляд Хын Сены, сидел красивый мужчина.

Белая фарфоровая бутыль в его руке была уже наполовину пуста, поэтому дно поднималось каждый раз, когда он подносил её к губам.

Одежда мужчины была неряшливой, а его поведение в употреблении алкоголя средь бела дня было трудно понять. Однако.

– Разве он не необыкновенно прекрасный мужчина?

Словно существо с прекрасной картины.

Как и говорила Чон Хын Сен, хорошо тренированное тело и элегантная внешность идеально сочетались друг с другом, отлепляя взгляд смотрящего.

Ну, выглядит он хорошо, – подумала Сехва, не уделяя этому особого внимания.

– Он даже не ходит в Академию. Жаль, что я не могу часто видеть его, – и всё же, Хын Сена, изливавшая свои чувства, тихо добавила, что ей повезло сегодня, ведь она может увидеть это лицо. – На самом деле, когда я впервые увидела этого мужчину, мне потом даже приснился сон. Во сне я задавалась вопросом, кем будет та, кто выйдет замуж за этого мужчину, носящего фамилию Бэк.

Сехва, слушавшая голос смеющейся Хын Сены, нахмурилась, задавая вопрос:

– Мистер Бэк?

– Что?

– Этот парень, он из семьи Бэк?

– Угу. Я слышала, что он молодой господин семьи Бэк.

Что это. Кто-то из семьи Бэк.

– Пойдём. Учитель уже должен был прийти.

– Что? Что с тобой вдруг случилось?

– Ненавижу господина Бэк.

– Что?

– Правда ненавижу господина Бэк.

Расстояние между ними было настолько велико, что услышать голос Сехвы не было никакой возможности.

Однако в этот момент взгляд красавца, сидящего на траве, устремился чётко к ним.

Казалось, она встретилась взглядом с чёрными глазами, но Сехва равнодушно отвернулась.

Просто совпадение. Он смотрит не на нас.

– Идём, – не обращая на это особого внимания, Сехва повернулась и снова позвала Чон Хын Сена.

– ……он смотрит на нас.

– О чём ты. Мы слишком далеко. Просто смотрит и ждёт кого-то здесь.

– Нет…… думаю, он и правда смотрит на нас.

– Идём, – вместо того, чтобы ждать Хын Сену, Сехва пошла первой и спустя некоторое время подруга поспешила за ней, быстро догоняя.

– Смотри-смотри. Всё ещё смотрит. Он правда смотрит на нас.

– Хорошо.

– Посмотри.

– Если он смотрит на нас, то заметит это. Пусть продолжает смотреть. Мы опаздываем. Давай быстрее. Учитель очень разозлиться, поскольку в Академии никого нет.

– Ох.

Сехва усмехнулась, смотря на Хын Сену, которая вздохнула так, словно другого выбора нет.

Она тоже чувствовала это. Что чей-то взгляд следует за её спиной.

Однако Сехва ненавидела людей из Бэк.

Если бы клан Бэк не забыл своё место и не осмелился оспорить власть клана Джу……

Если бы всё было так, отец и братья не страдали бы на поле боя.

Я не чувствовала бы себя виноватой за то, что являюсь единственной, кто живёт так комфортно, а матушка, которая не спала ночами от беспокойства по своей семье, не отправилась бы следом за всеми на поле боя.

Сехва быстро шла вперёд, подталкивая Хын Сену.

Делая вид, что не замечает взгляда, который настойчиво следовал за её спиной до самого конца.

*****

После того, как воспоминания о том дне исчезли, в затуманенном разуме Сехвы стали появляться различные иллюзии.

Образы отца и матери, улыбающихся друг другу до самого конца.

Оба старших брата, что с беспокойством смотрели, как она плачет.

Образы дочерей Са Дан Юна, погибших за неё.

Вид кровных родственников, в один голос кричавших о казни.

Сехва бродила во сне, когда поперхнулась и тихо закашлялась.

Услышав этот звук, кто-то подошёл к ней.

– Сестрёнка, ты проснулась? – подошедший человек, приподнял верхнюю часть Сехвы, жар которой прошёл не до конца, и поднёс к её губам стакан с водой.

Чтобы смочить пересохшее горло, Сехва стала медленно проглатывать воду, текущую в потрескавшиеся губы.

– Как ты умудрилась так заболеть? Почему это вдруг случилось? Как ты сейчас? Хочешь переодеться? Может помочь тебе встать?

Выпив воды, Сехва немного пришла в себя.

Она моргнула несколько раз, восстанавливая зрение.

Кто-то дружелюбно смотрел на неё.

– !

– Сестрёнка.

Сехва была так шокирована, что рефлекторно оттолкнула приближающуюся к ней белую руку.

– Сестрёнка Сехва?

Измученное лицо Сехвы резко исказилось.

Она…… почему она здесь?

Той, кто по-доброму говорил с Сехвой и пытался указать на её жар, была её кузина, Са Ёнджу.

Та, что вместо неё стала женой Джу Кёнхёна.

Са Ёнджу, сказавшая, что у неё есть хорошая идея, чтобы подставить Джу Мён Юна, для которого им следовало обвинить Джу Сехву в любом преступлении и тут же подвергнуть пыткам.

Сехва очень хорошо ладила со своей кузиной Са Ёнджу.

Са Ёнджу лишь мило приставала к ней или смеялась над большинство вещей, редко повышая голос.

Даже когда Сехва уехала в семью Бэк, Ёнджу служила связующим звеном с её родителями, которым действительно было трудно от судьбы дочери.

Однако.

– Я услышала о человеке, ответственном за исчезновение детей, о котором говорили на встрече и придумал всё. Если ты, сестрёнка, будешь помолвлена с юным лордом, то станешь прямым потомком семьи Шинёна и сможешь поехать в клан Бэк вместо него.

– Я лишь намекнула об этом нескольким людям, но кое-кто услышал то, что я сказала и сразу же попросил милорда немедленно отправить тебя туда, сестрёнка. Сам Кёнхён.

– Уже в тот момент он думал о том, чтобы выбросить тебя. Понимаешь? Ещё 12 лет назад!

Са Ёнджу, которая лично пришла в самую нижнюю темницу и её секретную комнату, чтобы увидеть Сехву, которая была в плохом состоянии из-за пыток, радостным голосом говорила всё это.

И хмурилась от грязных тюремных условий, словно ей было противно видеть что-то такое жалкое.

Сехва с удивлением смотрела на кузину, когда та говорила сумасшедшие вещи со своим обычным лицом.

Разве отец не пожалел её, которая потеряла своих родителей, и не привёз к нам в дом, чтобы вырастить?

Я боялась, что среди семьи Джу над ней могут издеваться, поэтому терпела больше, чем должна была, но вот результат.

Когда Сехва с опозданием пожалела об этом, повернуть всё вспять было уже невозможно.

Однако сейчас Са Ёнджу была прямо перед ней.

Выглядя так же юно и очень беззащитно, как и всегда.

В отличии от ситуации с Джу Кёнхёном, в этой комнате нет никого, кроме Са Ёнджу.

Сехва не могла думать ни о чём другом.

Поэтому рванула вперёд.

..

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 10.

– Кья-я-я-я-я!!

Сехва понятия не имела, откуда взялась вся эта сила.

Она, впавшая в какой-то транс, схватила Са Ёнджу за голову, ударяя по ней.

– Как ты посмела! Ты!!

Шлёп––! Шлёп––! Шлёп!

– А-а-а-а-а!!!

– Боже мой! Мисс!

Сехва оседлала живот своей кузины, упавшей на спину и без колебаний принялась бить её по обеим щекам.

В этот момент кто-то, услышавший крики, вбежал в комнату.

Сехва оглянулась назад с убийственным взглядом, ощущая, как кто-то схватил её за плечи и, выкрикивая обращения к ней, оттаскивает назад.

Но, увидев вмешавшегося человека, чувства Сехвы немного вернулись в норму.

– …… – тяжело дыша, она какое-то время недоверчиво смотрела на девушку перед ней.

Это была дочь Са Дан Юна, которая в предыдущей жизни перенесла всевозможные оскорбления в клане Бэк, последовав за Сехвой, но когда они, оставшиеся в целости и сохранности, вернулись в родной город, встретила ужасную смерть от рук Джу Кёнхёна и Са Ёнджу.

Это была Са Ён Чэ, одна из трёх сестёр и близкая горничная Сехвы.

Прошло уже более 5 лет с тех пор, как Ён Чэ покинула Сехву.

– Мисс, что случилось? – серьёзно спросила Ён Чэ, смотря на неё.

– Запри, – Сехва не ответила на её вопрос, но кивнула на дверь.

Но прежде чем девушки осознали это, сёстры Ён Чэ, Ён Му и Ён Сон, также вбежали в комнату.

Они поражённо смотрели на сцену в комнате, но после приказа Сехвы, обменявшись взглядами, быстро сорвались с мест.

Ён Му вышла из комнаты, чтобы никто не мог приблизится к дверям и как только она шагнула за порог, Ён Чэ закрыла дверь, вставая перед ней.

Ён Сон, что была самой крупной из сестёр, воспользовалась помощью сестёр и преградила путь Са Ёнджу, которая поспешно попыталась сбежать.

Мышцы рук Сехвы дёрнулись от того, что её кузина резко вырвалась из хватки.

Однако она не собиралась останавливаться.

Отдышавшись, Сехва вновь медленно подошла к своей симпатичной кузине.

Ёнджу, которая сидела, прижимая ладони к своим красным, распухшим щекам, толкнулась на заднице назад.

И тут же была заблокирована телом Ён Сон.

– Не, не подходи. Не подходи.

– Ён Сон, она сумасшедшая, поэтому схвати её руки, чтобы она не могла двигать ими.

– Да, мисс.

– Се, сестрёнка Сехва, почему ты делаешь это, чёрт побери. Почему!

– Почему? – вопрос был настолько абсурдным, что Сехва тихо рассмеялась.

Звук её смеха, изнурённого двумя днями сильной лихорадки, звучал мрачно.

Сехва вновь медленно приблизилась к Са Ёнджу.

У неё не было ни причины, ни обязанности отвечать на её вопрос, но Сехве хотелось кое-что сказать.

Точно так же, как её кузине, болтающей, когда она лежала в грязной темнице, истощённая пытками.

– Так что просто отдай всё это мне и уйди. Уйди в хорошее место.

– Тебе тоже следует уйти в хорошее место, – Сехва ярко улыбнулась и, произнеся эти слова, схватила Ёнджу за растрёпанные волосы с силой натягивая их.

Чтобы снова начать бить по щекам.

ШЛЁП––! – с невероятной силой, из-за которой трудно было поверить, что она болела 2 дня.

*****

Ха-а. Ха-а.

Как долго продолжался звук жестоких ударов?

Звуки ударов, которые, казалось, продолжались вечно, со временем постепенно становились тише.

– …ы…… хы…… – Са Ёнджу, которая сопротивлялась, умоляла и кричала, теперь не могла даже нормально стонать.

Сехва встала, судорожно вздыхая.

И дрожащими руками убрала волосы с лица пальцами.

Она дышала так, словно её лёгкие вот-вот лопнут.

Мышцы всего тела Сехвы также дрожали, будто в конвульсиях.

И всё же, гнев, пылающий в её разуме, казалось, совсем не утих.

Да. Тогда сейчас я должна отплатить ей за то, что она со мной сделала. Сначала ногти. А следующим будут пальцы?

Пока Сехва подсчитывала пытки, которым подвергалось её тело в прошлом, Ён Сон и Ён Чэ нервно смотрели на свою мисс, не в силах даже нормально дышать.

Они впервые видела, чтобы их всегда спокойная мисс проявляла такие сильные эмоции.

И никогда не думали, что первое их проявление будет такой.

Сехва, переводившая дыхание, внезапно поймала взгляд Ён Сон на себе:

– Ён Сон, где нож?

Ён Сон, сама того не осознавая, вздрогнула и проглотила вязкую слюну:

– ……вы имеете в виду кинжал?

– Да. Тот, что отец подарил на мой день рождение. Небольшой с маленьким рубином в рукояти.

– ……если вы о нём, то он убран в кладовку отдельного здания. Мне принести его?

– Нет. Просто оставайся здесь. Мне нужно время чтобы собраться с мыслями. Если буду взволнована, то могу убить её слишком быстро.

– !!

……уб, убить? Мисс свою кузину? – Ён Сон и Ён Чэ, внезапно побледнев, резко переглянулись.

Они чувствовали смущение друг друга из-за дрожащих взглядов.

Что же делать?

Можно прикрыть избиение, но убийство – совсем другой масштаб.

«Нам…… разве не нужно остановить мисс?»

«Да. Может ли мисс просто совершить такое убийство?»

– …… – но вскоре девушки сжали губы и кивнули, решительно смотря друг на друга.

Наша Мисс не та, кто делает подобное без причины.

Если она говорит, что её кузина должна умереть, то её вина заслуживает смертельной казни.

Всё, что нам нужно делать – это защищать мисс ценой своей жизни.

В нашу работу не входит останавливать мисс в её действиях.

В этот момент Сехва подошла к Ён Сон.

И крепко обняла её за нежные плечи.

– Ми, мисс?

Сехва, которая изо всех сил обняла Ён Сон, отпустила её и подошла к Ён Чэ, обнимая её также крепко.

Верные и добрые сёстры.

Даже в чрезвычайной ситуации они отдали за меня жизни, не заботясь о собственных телах, – Сехва помнила те события, словно они были вчера.

– ……мисс.

В прошлый раз вы спасли меня.

А в этот раз я обязательно защищу вас, чтобы вы жили счастливо.

Для этого Ёнджу недостаточно случившегося сейчас.

Однако отплатить за то, как я страдала, лишь этим – невероятно доброе одолжение.

– Мисс, нам связать вашу кузину?

– Нет, просто оставьте так. Решим, когда она проснётся, – Сехва холодно посмотрела на Са Ёнджу, потерявшую сознание от боли.

И вышла из комнаты, чтобы забрать женский кинжал, подаренный ей отцом.

Конечно, Сехва также крепко обняла Ён Му, стоявшую перед дверями комнаты с нервным лицом.

Какой метод я могу использовать, чтобы заставить Ёнджу чувствовать подобную ужасающую боль в течении наиболее длительного периода времени?

Когда Сехва направилась к пристройке, глубоко задумавшись об этом, она вдруг заметила, что во дворе было шумно.

Что? – остановившись рядом с дверью, девушка тихонько выглянула наружу.

Что случилось?

С нервным лицом в их двор вбежал воин. Он так торопился, что вся его одежда была покрыта потом.

Сехва не могла чётко видеть выражение лица своего отца, стоящего в главном зале. Но могла сказать, что он сильно нервничал по его голосу.

Возможно, милорд, похожий на сухое дерево, сделал что-то ещё?

Не в силах просто ждать, Сехва поспешно побежала к отцу:

– Отец!

– Боже мой, Сехва! Ты проснулась, – Мён Юн с облегчением направился на встречу дочери, увидев её. – Как твоё состояние? Ты в порядке? Почему ты пришла сюда? Если тебе что-то понадобилось, тебе просто принесут это.

Мён Юн посмотрел на Сехву и, вместо того, чтобы обвинить её в том, что она вышла не в надлежащем виде, он быстро снял свою мантию и обернул вокруг дочери. Действия его рук, застёгивающих переднюю пряжку, были мягкими.

– У тебя слишком бледное лицо. Не волнуйся о клане Бэк. Отец обязательно что-нибудь придумает.

– Я в порядке, отец. Но что за известие ты получил? Новости плохие?

– А, это.

– Что случилось? Какая-то опасность?

Джу Мён Юн тут же нахмурился, словно у него болела голова.

– Что? Милорд что-то сделал?

Перед милордом я похвалила приказ, запрещающий вступление в бой, если противник не нападает первым, назвав его милосердием и терпением.

Однако это всего лишь приказ, отданный потому, что он не имеет уверенности в победе над армией клана Бэк.

Если бы новости о последовательных поражениях дошли до кровных родственников, престиж Шинёна рухнул бы.

Но если ты, будучи плохим главой семьи, не можешь ничего сделать открыто, ты должен найти другой способ, – когда Сехва подумала об этом, то начала беспокоиться, что возможно уже что-то началось.

Её нервный взгляд обратился к отцу.

Мён Юн покачал головой, словно говоря: «Это не так» и тихо сообщил нечто неожиданное:

– Мм, появилась проблема с кланом Бэк.

– Что? ……кланом Бэк?

Я думала, что всплывёт имя милорда, но почему вдруг упоминается клан Бэк?

– В чём именно проблема?

– Шпион сообщил мне, что Бэк Гиха, то есть глава клана Бэк, покинул особняк утром 2 дня назад.

– Что?

– Никто из тех, кто был внедрён туда, не смог последовать за ним, поэтому его цель до сих пор неизвестна. Но говорят, что он просил разрешение посетить территорию Джу, чтобы сегодня перейти в мир людей.

– ……что? – моргнув, снова спросила Сехва.

..

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 11.

Сехва не поняла ничего из того, что только что услышала.

Что это за чушь? ……глава семьи Бэк. Едет сюда? Тот Бэк Гиха? Тот Бэк Гиха, который переродился божественным зверем?

– Я не знаю, почему он поехал сюда в подобное время без сопровождения слуг. О чём, чёрт побери, он думает? Как мне сообщить об этом милорду?

– А, отец, сейчас, сейчас ты сказал, что Бэк Гиха едет сюда?

– Да. Не знаю, что он задумал, но поскольку он едет сюда один, меня сильно беспокоит то, что милорд забудет о его перерождении в божественного зверя и попытается поймать его, – горько пробормотал Джу Мён Юн. – Из-за длительной войны духовная сила воинов уже не та, что была раньше, поэтому необходимо предотвратить дальнейший ущерб, который может быть нанесён членам нашего клана.

– ……

– Прежде всего, похоже, этому отцу нужно сейчас же пойти к милорду. Чтобы решить о дальнейших действиях, – Джу Мён Юн погладил Сехву по голове, говоря, что ему жаль, что он не может быть рядом, когда она проснулась.

После этого Мён Юн, переодевшись, покинул резиденцию вместе с Са Дан Юном.

Сехва могла лишь глупо смотреть в спину своего отца.

Она была в таком ошеломлении, что всё ещё не понимала, что только что услышала.

Лорд Бэк едет сюда?

Сейчас?

На территорию клана Джу?

……как он может отправляться сюда?

На самом деле, Сехва продолжала думать о том, что это Подземный мир.

Не было никакой достоверной информации о Подземном мире, кроме того, что это место, куда отправляются мертвецы.

Поэтому, пусть люди, которых Сехва знала, были здесь, она просто подумала, что все они умерли и ступили на новую жизнь здесь.

Однако лорд Бэк, Бэк Гиха не может быть здесь.

Его никто не может убить.

Ведь он божественный зверь. Божественный зверь, названный бессмертным.

Да. Никто не может убить его. Поскольку он не может умереть, то не может попасть в Подземный мир.

Но он едет сюда.

Есть одна вещь, которую подсказывает логика.

Все, включая меня, живы.

Лорд Бэк не может ехать туда, где все мертвы.

Если это не Подземный мир и не река воспоминаний, то……

Боже мой. Неужели я действительно вернулась в прошлое?

*****

Са Ёнджу, потерявшая сознание от избиений, застонала от сильной боли.

Когда она медленно открыла глаза, в комнате было невероятно тихо и не было никаких признаков присутствия людей.

Что. Неужели меня оставили вот так?

– Агх.

От боли, которую Ёнджу испытала впервые в жизни, у неё волосы встали дыбом.

Царапая пол ухоженными ногтями, Са Ёнджу изо всех сил старалась сдерживать крик.

Что? Что, чёрт побери, послужило причиной этому?

Однако она не могла сдержать слёз.

Потому что Ёнджу было страшно.

Тот факт, что Джу Сехвы не было в этой комнате, заставил её вздохнуть с облечением.

В чём проблема? Меня поймали на краже безделушек этой суки? Или выяснилось, что я украла что-то у мадам Чан?

И всё же, Ёнджу злилась.

Это из-за того, что я произношу имя этой суки каждый раз, когда посещала прошлые банкеты? Или меня продали за продажей вещей брата Гаюн в игорном доме?

Са Ёнджу была дочерью воина, являющегося кровным родственником Джу Мён Юна.

Её родители скончались в молодом возрасте и во время похорон взгляд Джу Мён Юна попал на Ёнджу.

Когда он увидел, что ребёнок, являющийся его кровным родственником, остался один, он подумал о своей собственной дочери.

Поэтому Мён Юн не смог пройти мимо Ёнджу и привёл её в свою резиденцию. Попросив её составлять компанию его дочери.

Поскольку это было во время войны, клан Джу потерял часть своего великолепия прошлых лет.

Однако в глазах Са Ёнджу, впервые пришедшей сюда, на какое бы место она ни посмотрела, оно было более роскошным, чем девочка могла себе представить.

Все кузены и кузины с которыми Ёнджу встречалась были добры к ней.

Красивая одежда, которую она никогда раньше не видела. Украшения, которые сверкали так ярко, что слепили глаза. Вкусная еда и банкеты, которые продолжались каждый день.

Са Ёнджу быстро адаптировалась к жизни в клане Джу.

Ей очень хотелось отвечать на все письма-приглашения, приходящие к Джу Сехве.

Однако это было только в первые несколько лет.

Высокомерные члены клана Джу не осмеливались игнорировать Са Ёнджу, которую защищал старейшина, но, естественно, они не уважали её как своих собратьев по клану.

У Ёнджу не было другого выбора, кроме как быстро осознать это.

Эти заботливые и надёжные взрослые не мои родители, и этот красивый особняк не принадлежит мне.

Пусть я и наслаждаюсь богатством клана Джу, но моё положение таково, что я всего лишь гостья старейшины, а не настоящий член этой семьи.

Я красивее и умнее. Не лучше ли, если я вытесню эту суку и займу её место? – гнев по поводу её неравной ситуации направился на Джу Сехву.

Девка, которой посчастливилось родиться потомком клана Дракона.

Моя кузина, которую я превосхожу красотой и умом, но всё это воспринимается как должное просто потому, что я – змея, а она – дракон.

С течением времени ненависть Ёнджу к Сехве становилась всё более и более сильной.

В ней развилось чувство, словно Сехва забрала всё, что изначально принадлежало ей и наслаждалась этим.

Поскольку Са Ёнджу не осмеливалась быть капризной, у неё, ведущей себя как добрая и заботливая младшая сестра перед опекунами, не было другого выбора, кроме как жаждать вещи Сехвы.

Всё началось с малого, но как только Ёнджу поняла, что её не поймают, её поведение изменилось без малейших колебаний.

Хотя Сехва не была глупой, ей с рождения всего хватало, поэтому она щедро делилась тем, что желала Са Ёнджу и легко прощала той, даже совершённые ошибки.

Поэтому, что бы ни раскрылось, её нынешняя реакция явно чрезмерная.

Минутку. Меня поймали на покупке яда для мадам Чан?

Джу Сехва планировала вскоре поехать в клан Бэк, а поскольку опекун и оба старших брата – генералы и всегда находятся на границе, Ёнджу оставалась наедине с мадам Чан.

Как только она подумала об этом, Ёнджу стала такой счастливой, что быстро отравилась, тайно покупать яд.

Нет. Даже если бы она узнала, что я купила я, она всё равно не догадалась бы для кого он, – глаза Ёнджу, наполненные слезами, быстро задвигались.

Есть что-то ещё? Всего так много, что сложно догадаться на чём меня могли поймать. Что, чёрт побери?

Продолжая волноваться, девушка стиснула зубы и пошевелилась.

Я не знаю, когда эта сука вернётся.

Значит сначала мне нужно выбраться отсюда.

И только после того, как Ёнджу встала, она поняла это.

То, что две горничные Джу Сехвы стояли немного позади неё.

– ……ах.

Мгновенно воцарилось молчание.

Ощущая их холодные и острые взгляды, Са Ёнджу смутилась и забыла о злости.

Я думала про себя, верно? Не говорила этого в слух, да?

В этот момент.

Дверь внезапно открылась и в комнату вбежала Джу Сехва с мокрым лицом.

– Ёнджу! – и тут же крепко обняла Ёнджу. – Прости. Даже не проверила. Как же я могла так поторопиться.

Голос Сехвы, говорящий это, дрожал.

Её внешность отличалась от прежнего, поэтому Са Ёнджу испугалась и отшатнулась.

Что? Почему, чёрт побери, эта сука делает всё это со мной сегодня?

С самого начала и до этого момента я не могу понять, что это за ситуация.

Судя по этой реакции, не кажется, что что-то из сделанного мной, было обнаружено? Тогда в чём, чёрт побери, проблема?

В глубине души Са Ёнджу хотелось вернуть Сехве ту боль, которую она перенесла в десятки или сотни раз сильнее.

Однако самым главным сейчас для неё было – решение вопроса.

Жадность, которая предшествовала гневу и отвращению, усилила причину этого.

Ещё нет. Я могу вытерпеть её многое. Сейчас самое время проявить терпение.

Поэтому, вместо того, чтобы оттолкнуть Сехву, обнявшую её, Ёнджу заставила слёзы намочить щёки.

– Что произошло? Сестрёнка, почему ты сделала это со мной? – голос Са Ёнджу жалобно дрожал, наполненный болью и добротой.

Джу Сехва ответила также эмоционально, показывая слёзы:

– Ты слышала, что я уезжаю в клан Бэк?

– Это…… угу, слышала.

– Я так испугалась, что отныне мне придётся жить одной на территории врагов. Но когда я вышла из дворца милорда, кто-то обсуждал что-то странное.

– ……обсуждал? Что?

– Причина, по которой милорд отправил меня в клан Бэк вместо Шинёна, заключается не в его собственном соображении, а в том, что это предложение первым пришло от нашей семьи. Это предложение высказал кто-то из нашей семьи.

– Что?! – Са Ёнджу поспешно прикрыла губы дрожащей рукой.

Причина была в том, что эти слова были правдой.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 12.

Шесть семей объявили об окончании войны и договорились о переговорах на территории клана Джу.

Это было сделано для того, чтобы узнать насколько упало влияние Шинёна.

Поэтому весь клан Джу какое-то время пребывал в смятении, поскольку среди людей распространялась история о количестве духовной энергии, которую пришлось выплатить в качестве компенсации, и о заложнике, который должен был быть доставлен в клан Бэк под предлогом взятия на себя ответственности за исчезновения детей.

Как было бы здорово, если бы самая близкая к Шинёну кровь, текущая в теле моей сестры, принадлежала мне. Что было бы, если бы я родилась с этой кровью? – Са Ёнджу была более одержима законностью крови, чем Сехва, настолько, что не было ни дня, когда она не думала бы об этом.

Вот почему первой поняла, что Сехва может выполнить условия для становления заложником.

Интересно, сможет ли она заменить молодого господина, если подобная идея дойдёт до ушей Шинёна, всё же она дочь ключевого старейшины?

Са Ёнджу была так взволнована, что намеренно упомянула на встрече свою кузину:

– После молодого господина, единственная юная молодая кровь с самым сильным родством – это моя сестра, что если её вдруг отправят вместо него? – очень обеспокоенным тоном. – Если бы сестра обручилась с молодым господином, она стала бы обладателем законности крови, достойной требований семьи Бэк. Я очень волнуюсь, что сестра окажется в клане Бэк.

– А, конечно, приносить себя в жертву ради юного лорда – это обязанность, которой должен следовать любой, являющийся кровным родственником юного лорда, но сестра слишком слаба и деликатна. Было бы чудесно, если бы я могла занять её место, но у меня нет квалификации для этого, поэтому я могу лишь сожалеть.

Конечно, это я рассказала всё это, но… с того момента все говорили об этом, так есть ли смысл в том, чтобы кто-то указал на источник слухов? Это просто невозможно. Конечно, я говорила хорошо, но не очень прямолинейно, – вызвав слёзы, Ёнджу поспешно стала отрицать это:

– Обо мне ходят подобные слухи? Но они действительно ложные!

– Верно. Когда мой разум остыл, я поняла, что это могло быть недоразумением. Я так боялась ехать в клан Бэк, что подобная новость оказалась ударом молнии, поэтому я на мгновение задалась вопросом, почему именно я. Было очень больно? Мне искренне жаль.

Что? Было ли очень больно? Говорить это сейчас……

– Сестра, случившееся нельзя решить подобными слова––

– Однако я оказалась в сложной ситуации. Поэтому, что бы я не сделала сегодня, ты поймёшь меня, не так ли?

Са Ёнджу, пытавшаяся раскрутить ситуацию сильнее, на мгновение потеряла дар речи при виде Джу Сехвы, ударившей первой:

– ……что?

– Если этот факт станет известен, моя репутация будет испорчена. Это ведь лишь небольшое недоразумение, – и Сехва, нежно касаясь лица Ёнджу, которое начало опухать, добавила. – Как же быть с этим? На твоём лице осталось так много следов, что их невозможно скрыть. Поскольку ты не можешь скрыть, если кто-то спросит о том, что случилось, просто скажи им, что неудачно упала. Можешь ещё сказать, что вышла без сопровождения и на тебя напал вооружённый грабитель.

Чт, что за сумасшедшие слова…… – слова Сехвы, сказанные с доброй улыбкой, были настолько шокирующими, что Са Ёнджу просто уронила челюсть.

Хочет, чтобы я говорила, что это произошло потому, что я упала?

Или вышла без сопровождения и на меня напал вооружённый грабитель?

Я должна сказать то, что может разрушить мою репутацию, чтобы защитить твою?

И недопонимание? Улыбается, доведя меня до подобного состояния, а теперь говорит, что это было недоразумение?

– О чём ты говоришь, сестрёнка? Как ты можешь так обойтись со мной.

– Почему? Я простила тебя, хотя ты крала мои драгоценности и продавала моё имя. Поэтому, естественно, ты должна понять, даже если я ненамеренно немного обидела тебя. Точно так же, как это сделала я. Ведь мы близкие люди.

– ……что?

– Поэтому, моя добрая кузина, сегодня ничего не было. Потому что мы простили друг друга. Не так ли? – Сехва вновь нежно погладила Ёнджу по опухшей щеке.

– ……се, сестрёнка, – Са Ёнджу перестала плакать и была так шокирована, что поспешно заговорила, даже не подумав о том, чтобы прижать к онемевшей щеке свою ладонь. – Я…… не могла красть украшения сестрёнки. И продавать её имя. Это какое-то недоразумение.

– Хочешь сказать, это была не ты?

– Не я. Точно не я! – отрицала Ёнджу, почти крича. – Это определённо была не я. Если что-то пропало, то это точно была не я, а горничная сестрёнки, которая сообщала об этом.

– Что за глупости говорит моя кузина, которую хвалят за ум? Ты знаешь, сколько здесь горничных, преданных мне. Как можно доверять свои ценности одному человеку? Ты утверждаешь, что 23 мастера по драгоценным металлам, включая моих личных горничных, без страха действовали за моей спиной?

– Се, сестра.

– Не беспокойся о том, что ты воровала или ходила в грязные места, выдавая себя за меня, используя моё имя. Я постараюсь, чтобы это не достигло ушей отца. Ведь иначе тебя могут вышвырнуть, как нищую, – хоть Джу Сехва знала обо всех этих историях из-за событий предыдущей жизни, она великодушно не обмолвилась об этом, упоминая лишь нужную часть.

Моя семья взяла на себя ведущую роль в поддержке военного фонда во время десятилетней войны и даже предоставила репарации.

Поэтому, несмотря на финансовый статус клана Джу, у нас не было другого выбора, кроме как жить очень экономно.

Однако для любого банкета или встречи требуются десятки банкетных платьев и уникальных украшений.

Поэтому я думала, что Са Ёнджу, живущей одной, было трудно каждый раз просить у меня новые платья и аксессуары для банкетов.

Что же касается остального, то я думала, что своенравные члены клана Джу просто обманывали мою невинную кузину. Я была самой настоящей идиоткой.

– В любом случае, поскольку я до сих пор была так добра к тебе, я верю, что и ты будешь необычайно добра ко мне, чтобы я ни сделала. Ты ведь сделаешь это? Ведь ты на моей стороне.

– ……

– Почему не отвечаешь? Неужели не хочешь? – смотря на Ёнджу, которая с бледным лицом ничего не могла ответить, Сехва наклонила голову, словно говоря: «Если не хочешь, то не делай». – Подумай ещё раз. Если не нравится, то я хочу хотя бы получить компенсацию за свою доброту.

– ……ко, компенсацию?

– Да.

– Ка, какую……

– Какую? Из всех грязных поступков, которые ты совершила, начнём, пожалуй, с простых краж? Поскольку ты посмела прикоснуться к вещам семьи старейшины Джу, я отправлю тебя прямиком в секретную темницу, – прошептала Сехва, прикасаясь к щеке своей кузины, которая уже неприглядно опухла, и наклоняясь очень близко, чтобы встретиться с ней взглядом.

В ту темницу, куда была отправлена я.

В глубине души Сехве хотелось поместить туда кузину как можно быстрее, но обвинения, имеющиеся на неё сейчас, были слишком слабы.

Поэтому мне придётся раскрыть самую нижнюю часть её грязных поступков, которые невозможно простить и заставить Ёнджу умереть лишь, когда все станут полностью избегать её.

– Хотя я рада. Ведь это не ты просила отправить меня заложницей. Если бы это и правда была ты, я разозлилась бы так, что разорвала твоё красивое личико и тело на куски и бросила их на корм для собак.

– ……

– На моей стороне есть лишь ты. Я правда не знаю, как извиниться перед тобой за то, что перестала доверять тебе. Однако с этого момента, пожалуйста, веди себя аккуратнее, чтобы я не поняла тебя неправильно, – улыбнулась Сехва, медленно вытирая остывшие слёзы со всё ещё влажных щёк Са Ёнджу. – Потому что в следующий раз это не закончится на этом.

Её глубокий взгляд, направленный на кузину, был наполнен жаром и словно обжигал.

Нет, этот жар исходил не только от глаз Сехвы.

Тело Са Ёнджу инстинктивно задрожало от жара, исходящего от всего тела Джу Сехвы.

Её улыбка была доброй, тон голоса мягким, но в сочетании с выражением лица они заставили Ёнджу вздрогнуть.

Чт, что? Что…… кто это? Она незнакома не. Ничего не понимаю.

– ……се, сестра…… разве ты не плакала, потому что сожалела, что избила меня?

– Плакала, потому что мне было жаль? Я? А. Вот о чём ты. Какое нелепое недоразумение, – Сехва громко рассмеялась. – Это было из-за невероятного счастья.

Все мои враги живы.

Время обернулось вспять.

Вместо того, чтобы переживать это в подземном мире, я могу прожить жизнь ещё раз и своими руками отправить их в бездну.

Джу Сехва была так рада этому факту, что едва войдя в комнату, неосознанно обняла Са Ёнджу.

Я была так счастлива, что могу отправить её тело в пропасть.

– Ты неправильно поняла это, поскольку я не могла контролировать свои эмоции. Прости, – вытирая своё влажное лицо, любезно объяснила Сехва.

Однако слёзы вновь потекли из её глаз, снова увлажняя щёки, которые она вытирала.

И всё же, лицо Джу Сехвы было наполнено радостью.

Са Ёнджу смотрела на лицо кузины, опьянённое радостью, с невероятно бледным лицом.

*****

– Мисс, можно ли вот так отпускать вашу кузину?

Сехва стояла у двери и смотрела, как Ёнджу поспешно покидает её комнату.

Ён Сон, подошедшая к Сехве, также посмотрела вслед уходящей Са Ёнджу:

– Думаю, она могла затаить обиду на мисс. Она может вызвать проблемы.

– Угу. Так и будет.

Несколько членов семьи, уже получивших приказ от Сехвы, тайно последовали за её кузиной.

Необходимо проверять каждое её движение, – Сехва сжала кулаки, думая о глазах Ёнджу, смотрящей на неё.

Мне невероятно сильно хочется убить её прямо сейчас.

Когда Сехва думала о том, что кузина сделала с ней, ей не хотелось позволять Ёнджу свободно разгуливать.

Однако пока нужно держаться. Время обернулось вспять. Это не подземный мир. Значит нужно действовать более тщательно. Не забывая, что одна ошибка с моей стороны может снова подвергнуть мою семью опасности.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 13.

– Мисс…… – позвала обеспокоенным голосом Ён Сон, показывая, что Сехва сегодня странная.

Сегодня Са Ён Сон отчётливо увидела, как изменилось выражение лица Са Ёнджу, когда та пришла в себя после потери сознания.

Её лицо, с которым Ёнджу царапала пол ногтями и скрипела зубами, было искажено таким выражением, которое горничная никогда не предполагала увидеть.

– Мисс, не волнуйтесь. Мисс мы с вами! – Ён Чэ и Ён Му, пришедшие в себя после того, как услышали голос сестры, тоже подключились к разговору.

– Верно! Если вы думаете, что что-то произойдёт, то просто доверьтесь нам. Мы обязательно сделаем всё о чём вы попросите.

– Что нам нужно сделать? Если пожелаете, мисс, мы даже схватим вашу кузину.

Что, чёрт побери, эта кузина мисс могла сделать с нашей мисс?

Сёстрам давно не нравилась идея, что их мисс называет кузину своей младшей сестрой.

То, как говорила Са Ёнджу и то, как она действовала, выглядело дружелюбно, без каких-либо пробелов, но стоило лишь понаблюдать за ней, как сёстры ощущали, как тело охватывает необъяснимый холодок.

Даже когда происходило несколько инцидентов, к примеру, когда Ёнджу входила в места, куда не имела права, Сехва не могла отказаться от своих слов, поэтому защищала кузину, говоря, что сама послала её туда.

Если посмотреть на случившееся сегодня, всё не кажется привычным, – это была банальная мысль, но взгляды сестёр были похожи.

Сехва слабо рассмеялась, слушая их весёлые голоса:

– Я проспала два дня?

– Да, мисс. Вы, должно быть, проголодались, приказать приготовить стол?

– Нет. Я уйду, подготовьте всё.

– Что? Уходите?

На первый взгляд, физическое состояние мисс сегодня не в порядке.

И всё же, она хочет уйти, – Ён Сон была изумлена и попыталась отговорить свою госпожу:

– Мисс. Вы болели и пробыли без сознания 2 дня. Сегодня––

– Нет. Я обязана выйти и увидеть всё сегодня. Принесите немного воды и сменное платье.

– И всё же, я очень волнуюсь. Как насчёт того, чтобы сегодня ещё отдохнуть, а пойти завтра? Если это что-то срочное, вы можете приказать нам сделать это.

– Ён Сон.

– Да, мисс.

– У меня нет времени. Мне срочно нужно идти, так что, если вы волнуетесь, то можете последовать за мной. Поможете мне не упасть.

– ……

– Поторопитесь. Принесите одежду. И мне нужно снова причесаться.

Обычно Сехва подумала бы дважды, зная, что три сестры волнуются и переживают, но по какой-то причине сегодня в её решимости не было видно даже отверстия, через которое можно было бы просунуть иглу.

Что, чёрт побери, случилось с мисс? – Ён Сон волновалась о Сехве не только из-за поездки в клан Бэк.

Но, кажется, это не единственная причина, по которой облик мисс изменился.

Глаза Сехвы, которые когда-то были прозрачными и ясными, сейчас почему-то выглядели окрашенными болью и недоверием.

Что-то определённо случилось. В противном случае мисс, которая понимала и игнорировала все злодеяния своей кузины, ни за что не сделала бы нечто подобное.

Я ведь служу мисс ближайшим подчинённым. Не могу поверить, что даже не заметила подобного, пока мисс не пострадала от чего-то настолько сильно.

Это всё наша вина, мы не позаботились о мисс должным образом.

Нам не следует отговаривать её.

– Да, – ответила Ён Сон и, кивнув, вместе с сёстрами помогла Сехве подготовиться к выходу.

*****

Когда Сехва вышла через парадную дверь, её окутало жаркое солнце.

– Боже, не слишком ли это ослепительно? – чей-то знакомый голос пронзил уши Сехвы.

Появилась иллюзия большой ладони, потянувшейся к её глазам.

Сехва искоса посмотрела в сторону голоса.

Складывалось ощущение, словно на неё с любовью смотрел исключительно красивый мужчина.

Почему он продолжает делать это? Не желаю видеть этого мужчину даже во снах. К чему, чёрт побери, все эти ненужные уловки……

– ……исс.

– Я прикрою тебя, поэтому будь рядом.

Кажется, он собирается сказать что-то подобное и убедить меня остаться при нём.

– Мисс!

Сехва вздрогнула, когда чья-то рука схватила её за плечо, заставляя обернуться.

Её звала Ён Сон.

– Вы всё ещё плохо чувствуете себя? Может нам приготовить паланкин?

Голос, звучащий в ушах Сехвы и видение высокого мужчины, внезапно исчезли.

Растерянная, она покачала головой:

– Нет. Если бы это было так, я бы попросила подготовить мужскую одежду, чтобы поехать верхом на лошади, – Сехва прижала пальцы к бровям и сделала шаг на солнечную улицу. – Не нужно преувеличивать, так что давайте просто пойдём.

До того, как Сехву доставили на место казни, её заперли в секретной темницы.

Поскольку её разум и тело было ошеломлено ужасающими пытками, девушка даже не могла следить за ходом времени.

Но вновь выйдя под лучи яркого солнечного света, совершенно не похожие на мрак в которых мерцали красные факела, Сехва молча осматривала улицу:

– ……

Небо было таким же голубым, как и всегда, а на лицах людей, прогуливающихся по улицам, можно было увидеть улыбки.

Яркий солнечный свет освещал дорогу, по которой шла Сехва, не оставляя не единой тени.

В глазах Сехвы вновь собрались слёзы, поскольку она не могла поверить в подобную мирную и спокойную сцену.

Реально ли это? Не могу поверить, что смогла получить ещё один шанс.

Никогда бы не могла подумать, что это возможно.

Сехва, ведущая за собой трёх сестёр-горничных, шла по тёплой дороге.

Она сжимала губы. Несколько слезинок всё же потекли по её щекам.

Время вернулось.

Время. Вернулось.

*****

На берегу реки, где осень была уже не за горами, дул сильный сухой ветер.

Было ли это потому, что приближался засушливый сезон? Вся равнина была наполнена палящим зноем.

Перед глазами мужчины раскинулась равнина, которую когда-то больше всего жаждал клан Бэк.

Однако в глазах Ги Хи не отражался прекрасный вид на окружающий его пейзаж.

Пр-р-р, – огромный конь топтался на месте, оставляя на мягкой почве грубые следы.

В этом месте на берегу реки Джункан сейчас происходило странное противостояние.

Не могу поверить, что застрял в этом месте, хотя так тороплюсь.

Проход в мир людей находился буквально перед ним.

Бэк Ги Ха, который был вынужден остановиться, тихо выдохнул с холодным выражением лица.

Я не знаю, когда состоится церемония помолвки. Возможно, она уже покинула мир людей и вернулась в клан Джу?

По мере того как его разум становился всё более тревожным, конь, везущий мужчину, также начинал беспокойно переминаться на месте.

Грубые удары копыт по земле раздавались неоднократно.

Ги Ха, показавший свою нервозность, неоднократно сжимал и разжимал кулаки, но в итоге не выдержал и спрыгнул с коня.

Оставив скакуна, он направился к посту охраны, охранявшему проход в человеческий мир.

– Я бы хотел попросить об одолжении, хочу написать письмо, поэтому не могли бы вы дать мне лист бумаги, письменные принадлежности и лук?

– …… лук говорите? – караульные тут же нацелили на Бэк Ги Ха свои луки.

Но разве он не божественный зверь?

Это значит, что никакая сила и оружие не сработают, поэтому нет никакой надежды убить цель, даже выстрелив из лука.

И всё же мы не можем ничего сделать.

Что нам делать? Можно ли сделать что-то перед хищником?

Раз он хочет написать письмо, можно понять зачем бумага и письменные принадлежности.

Но зачем лук?

– Прошу прощения, но поскольку это личная просьба, надеюсь, вы поймёте, что мы не можем сделать ничего опрометчивого, пока не поступит решение от клана, – с напряжённым лицом ответил командир караула со стены поста охраны на непонятную просьбу Бэк Ги Ха.

– В луке, бумаге и письменных принадлежностях нет ничего особого.

– Тогда, лорд, зачем вам, помимо бумаги и письменных принадлежностей, лук?

Лишь в этот момент Ги Ха понял, что из-за волнения забыл, что лук является оружием.

Более того, из-за природы клана Бэк, управляющего ветрами, лук являлся оружием, способным проявить наибольшую силу.

……а, – Ги Ха смущённо потёр шею.

Даже будучи преследуемым, мужчина никогда не задумывался о подобным, поскольку не испытывал ощущения опасности.

Его сила, небожителя, ставшего божественным зверем, уже не ограничивалась чему-то.

Тело Ги Ха было настолько переполнено духовной силой, что он мог использовать в качестве орудия убийства даже небольшой камешек, пнув его ногой.

Для того, кто может превратить в оружие всё, к чему прикасается, не было особой причины думать о луке как об особенном и уникальном оружии.

Как бы не торопился, следовало принести свой собственный лук. Видел ли кто-то такого глупца? – Бэк Ги Ха на мгновение посмотрел на кольцо, которое носил и медленно стянул его с пальца.

Не думаю, что они одолжат мне свой лук, так как же быть, – Ги Ха, колеблясь, решил всё же проявить достаточно вежливости и приблизился к стене сторожевого поста:

– Не думаю, что вы одолжите мне лук, поэтому, прошу простить меня на минуту.

– ? – часовые даже не поняли о чём он говорил.

И тогда.

Ги Ха наступил на огромную стену и прыгнул вверх.

Ему потребовалось всего лишь мгновение ока, чтобы легко приземлиться перед оцепеневшими солдатами.

– Лорд Бэк!

И не нужно было много движений.

Рука Ги Ха дрогнула лишь на мгновение, словно текущая вода, но ближайший воин тут же упал на пол, головой вниз.

Конечно же, лук, который был в руке воина, уже оказался в руках Бэк Ги Ха.

Сам мужчина стоял на высокой стене, не обращая внимания на тех, кто в ужасе целился на него из луков.

Воспользовавшись волосом, Ги Ха с его помощью прикрепил кольцо, содержащее духовную силу, к стреле. А затем уверенно направил острый кончик стрелы куда-то.

Тело Бэк Ги Ха, стоящего с идеальной осанкой, было подобно острейшему копью.

Ты отправишься вперёд меня.

– Надеюсь, я не опоздал.

Сила, с которой мужчина до предела натянул тетиву, заставила его мышцы очертиться под одеждой.

С искренней молитвой, Ги Ха отпустил тетиву.

Фью-! – звук летящей стрелы был лёгким, но сила, заключённая в ней, вовсе не была лёгкой.

Стрела, наполненная духовной силой, без колебаний полетела к искажённой двери, словно ведущей в пустое пространство.

Но это был проход в человеческий мир, где находилась «она».

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 14.

*****

– Мисс, всё в порядке? Может, нам послать кого-нибудь за паланкином прямо сейчас?

– Нет, всё нормально, – махнула рукой Сехва, идущая с бледным лицом.

Поскольку она никогда ранее не пересекала город подобным образом, Сехва не могла оценить его реальные размеры.

Городские стены тщательно разделяли районы, а крупные особняки располагались близко друг к другу. Поэтому Сехва думала, что место, куда она направляется, находится не так далеко.

Но это странно. Почему, чёрт побери, моё тело такое? Я никогда раньше не чувствовала настолько сильной боли.

Из-за того, что девушка была не в лучшей физической форме, путь казался ей ещё сложнее.

Местом, куда спустя долгое время прибыла Сехва с лицом, мокрым от холодного пота, был особняк, похожий на дворец.

Когда девушка приблизилась к входу, её ноги внезапно задрожали.

Стиснув зубы, Сехва хлопнула себя по щекам под накидкой.

– Мисс!

Её намерением было взять под контроль своё состояние и максимально скрыть свою слабость.

Стряхнув головокружение, Сехва без колебаний приблизилась к главным воротам особняка.

– ……кто вы?

– Я пришла, чтобы увидеть тэгам Чхве Док Муна, передайте ему об этом.

Тэгам – уважительное обращение к высокопоставленному чиновнику эпохи Чосон.

Глаза слуги, открывшего двери, расширились от внезапной гости и её неожиданных слов:

– Что?

– Он всё поймёт, если вы скажете, что я из клана Джу, Джу Сехва, дочь старейшины Джу Мён Юна. Идите и передайте тэгаму.

– ……

Пришла сюда без паланкина и приказала позвать тэгама? Верна ли её личность?

Хоть Чхве Док Мун был купцом, он пользовался огромной властью в городе благодаря своему богатству и проницательности.

Поэтому к нему часто приходили нуждающиеся, желая увидеть великого тэгама, как чьи-то родственники.

Это был не первый раз, когда слуга обманывался подобными речами и послушно сообщал о госте господину, но в этот раз его словно ударила молния.

……одежда, которую она носит, выглядит слишком дорогой, чтобы небрежно отослать её.

Несмотря на то, что я склонен доверять властной позиции этой молодой дамы, мне нельзя небрежно разрешить её визит.

Ну, поскольку это не в моей компетенции, мне стоит просто попросить её прийти в следующий раз.

– Простите, но тэгам уехал, – ответил слуга, скрывая недовольно выражение лица, опуская взгляд.

– Он должен быть дома.

– Что?

– Сейчас он здесь.

– ……

– Мне нужно закричать, чтобы ты немедленно пошёл к тэгаму и передал ему о моём визите?! – поскольку разговор затянулся, а тело уставало всё сильнее, Сехва тяжело выдохнула и поторопила слугу.

Независимо от того, насколько она была молода и обессилена, дух клана Джу, клана правителей, не была чем-то таким, что мог вынести обычный человек.

В тот момент, когда зрачки Сехвы вытянулись в вертикальную черту, слуга вздрогнул и побежал сообщать о её визите, словно даже понятия не имел, что делает.

Вскоре после этого он также стремительно вернулся обратно:

– Простите меня, мисс. Пожалуйста, проходите сюда.

Действие ауры Сехвы было хорошим, но изменение в отношении слуги на более вежливое стало таким, потому что он получил ответ от своего хозяина, который отличался от его ожиданий.

Кивнув, Сехва последовала за слугой, который повёл её внутрь, пересекая ворота и двор.

А к ним на встречу быстрыми шагами приближался молодой мужчина, одетый в одеяние цвета индиго.

Он приблизился с мягким выражением лица и тут же поймал взгляд Сехвы, которая смотрела на него с бледным лицом:

– Простите, что не проводил вас внутрь быстрее. Пожалуйста, проходите сюда.

Сехва заметила, что духовные силы очень слабы в этом мужчине.

Это сын? Он старше меня, но, похоже, ему не удалось избежать наказания.

Бегство молодого небожителя могло произойти лишь по причине проступка.

Будучи сыном Чхве Дон Муна, изгнанного из своего родного клана, у этого мужчины не было возможности сбежать следом за ним.

Сехва рассматривала Чхве Чан Мёна, молодого мужчину, который также смотрел на неё краем глаза, пока сопровождал.

Боже мой. Это и правда она!

Чхве Чан Мён уже встречал Сехву давным-давно, когда та ещё прошла церемония совершеннолетия.

Это было, когда он был совсем маленьким ребёнком.

Тогда Чан Мён боялся, что на его теле начнёт прорастать чешуя.

Когда появлялась чешуя, боль, словно его разрывали на части, охватывала всё его тело.

– Отец, больно. Мне так больно, – каждый раз, Чан Мён плакал и цеплялся за отца, который заботился о нём.

Однако его отец, который сделал для сына всё что мог, лишь качал головой и говорил, что в данный момент нет необходимости вызывать врача:

– Ты должен быть сильным. Это боль, которая продлиться всю жизнь, поэтому нужно терпеть её! Ты вытерпишь всё.

Тогда Чан Мёна злили эти слова, но когда он вырос, то понял их причину.

Он не был человеком.

Возвращение было единственным способом избавиться от этой боли.

Но, поскольку их семья была сослана, и они не могли вернуться в родной мир, Чан Мён даже не мог надеяться на него.

Взамен, иногда отец водил его к искажённому пространству, говоря, что это дверь, ведущая в мир Хвангё.

Территорию возле двери всегда охраняла стража, поэтому Чхве Дон Мун постоянно давал ему несколько толстых кошелей.

Тогда охранники, отходили назад и ничего не говорили, пока отец с сыном наблюдали за дверью в мир Хвангё.

– Если я войду туда, появится мир, о котором ты рассказываешь?

– Да. Однако наш источник духовной силы разрушили, когда изгнали нас оттуда, поэтому не стоит входить в это место с напрасными ожиданиями. В состоянии без источника духовной силы ты просто сгоришь, превращаясь в горстку пепла, вскоре после того, как пройдёшь через дверь.

– Отец, ты тоже хочешь вернуться туда?

– …… – Чхве Дон Мун просто смотрел в искажённое пространство, не отвечая.

Но просто судя по выражению его лица, Чан Мён чувствовал, что уже услышал ответ.

После этого время от времени Чан Мён приходил сюда. Также, как и его отец, он давал стражникам толстые кошельки.

Только даже приходя сюда, он ничего не мог сделать и просто зря тратил деньги.

Однако Чан Мён не мог не приходить.

По мере того, как он взрослел, периодические боли становились всё сильнее. Поскольку Чан Мён всё сильнее и сильнее боялся этого времени невыносимой боли, у него не оставалось другого выбора, кроме как приходить к искажённому пространству и каждый день задаваться вопросом, есть ли способ пережить это.

В одну из таких ночей он и встретил Сехву.

Полная луна освещала небо своим светом и стражники, получившие от них взятку, ненадолго удалились.

В ту ночь, отец Чан Мёна, который обычно уже пришёл бы забрать сына, почему-то очень долго не приходил.

Маленькая рука коснулась его напряжённых плеч, когда Чан Мён дремал не зная, когда боль вернётся снова.

Открыв глаза, юный Чан Мён увидел маленькую девочку, одетую в белоснежное ночное платье.

– Ты тоже из нашего клана. Но почему ты плачешь в таком месте?

Девочка с широко открытыми глазами, как у маленького оленёнка, была невероятно милой.

Чан Мён забыл о том, как сильно он плакал и глупо смотрел на незнакомку.

– Почему ты плачешь? – спросила девочка звонким голосом, словно кто-то перекатывал стеклянные бусины.

– Бо, больно.

– Где болит?

– Всё болит. Всё тело болит, – слушая её голос, Чан Мёну почему-то стало очень грустно. Он выпалил жалобы, забыв, что эта девочка младше его.

– Бедный, – лицо маленькой Сехвы исказилось от сочувствия, и она нежно коснулась лба маленького Чан Мёна.

И в этот момент.

Что-то потекло из её маленькой ладошки в его лоб.

Чувство, которое Чан Мён никогда раньше не испытывал, подобное тому, что тело забыло о своём весе и воспарило, охватило его.

– Сехва, где ты! Джу Сехва! – вдруг издалека послышался чей-то настойчивый голос.

– А. Мне нужно идти, – сказал юная Сехва, оглядываясь. – Теперь больно будет немного меньше. Увидимся в следующий раз, – попрощавшись, она побежала в дверь искажённого пространства. – Отец, я здесь!

Когда девочка ушла, голоса пропали.

Вокруг стояла тишина, словно здесь никого не было.

Но Чхве Чан Мён был убеждён, что ночь, казавшаяся фантазией, не было сном.

После той ночи боль, разрывавшая всё его тело, больше не приходила.

Девочка, сияющая ярче лунного света в лучах полной луны, освещавшей ночное небо.

Эта девочка стала первой любовью Чхве Чан Мёна.

Дон Мун был очень рад, когда с огромным опозданием узнал обо всём, сказав, что возможно Чан Мёну помог кто-то, обладающий достаточно духовной силой.

– Сможем ли мы встретиться снова?

– Наверное, нет. Если у неё было достаточно духовной силы, чтобы облегчить твою боль пусть и в детском теле, она, должно быть, высшая аристократка.

– ……

– Подобные дети редко покидают мир Хвангё.

– И всё же.

– Что?

– И всё же я хочу подождать.

– Чего?

Интересно, придёт ли этот ребёнок сюда когда-нибудь ещё раз?

Может быть, однажды я найду способ пройти через эту дверь и смогу увидеть этого ребёнка.

– Чего-нибудь.

Новая встреча с той девочкой стала его давней мечтой.

Однако недавно слуга назвал Чан Мёну невероятное имя.

– Сехва, где ты! Джу Сехва!

Он сказал, что Джу Сехва, дочь Джу Мён Юна, пришла навестить тэгама.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 15.

Чан Мёну, не верящему своим ушам, пришлось трижды переспросить имя гости, прежде чем он побежал к воротам.

Вот почему, увидев, как Сехва снимает накидку, он был так взволнован, что не мог даже говорить нормально.

Хоть мужчина делал вид, что спокоен, его ладони вспотели, а лицо пылало.

Кажется, она не узнала меня.

И почему-то ощущается по-другому, словно я вижу незнакомку, которая лишь носит прошлую внешность, – на мгновение Чан Мён растерялся, но не подал виду.

Не потому ли, моё состояние в то время было настолько напряжённым, что я запомнил её несколько искажённо? Уверен, что это не так. Я помню, что она была немного более невинной и нежной.

Именно тогда, когда Чхве Чан Мён не сводил взгляда с Сехвы, поскольку атмосфера вокруг той полностью изменилась.

Сехва, которая уже не могла продолжать нормально идти, вдруг пошатнулась.

Три горничных, следовавшие за ней, быстро поддержали свою мисс.

Что? Неужели она страдает от какой-то болезни? – Чан Мён, рефлекторно протянувший руку, неловко опустил её.

Джу Сехва, которой удалось удержать равновесие, также была очень обеспокоена своим состоянием.

Почему я чувствую себя так? Нет никаких причин, по которым я могла бы так внезапно серьёзно заболеть и продолжать чувствовать себя плохо. Почему, чёрт побери, температура моего тела не возвращается к норме?

Мышцы рук и ног продолжают дрожать.

Даже на первый взгляд нельзя сказать, что я в нормальном состоянии.

Абсурдно пытаться познакомиться с будущим деловым партнёром в таком состоянии.

Однако времени осталось мало. Мне нужно просто потерпеть сегодня.

Необходимо максимально эффективно использовать этот единственный месяц, который дал отец, – напомнив себе об этом, Сехва оттолкнула руки горничных, поддерживающих её. И вновь выпрямилась, контролируя выражение лица.

– Прошу. Отец ожидает вас здесь.

Когда Сехва вошла в пристройку, ведомая Чхве Чан Мёном, то увидела мужчину средних лет с приятной внешностью, стоящего у окна с мешком на спине.

Медленно повернувшись, он поприветствовал её:

– Вы пришли. Пожалуйста, присаживайтесь, – спокойно улыбнулся Чхве Док Мун.

Однако Сехва ни могла не заметить густую, головокружительную энергию, окружавшую его тело.

Она села на высокое сидение, которое ей предложил Док Мун, словно это было само собой разумеющимся.

Чан Мён остался стоять у дальней стены, а три горничных сели рядом с тем местом, где села Сехва.

– Почему дочь старейшины Мён Юна пришла ко мне? – сев напротив Сехвы, спросил Док Мун.

Его острый взгляд следил за каждым взглядом девушки с того момента, как она вошла в комнату.

Разве она не детёныш, который ещё даже не прошёл линьку?

Несмотря на то, что она дочь важного старейшины, она не пользуется особой известностью в сравнении со своими двумя старшими братьями, не связанными с ней узами.

И этот пот, а также цвет лица.

Нашу рану нелегко поколебать физическими, если не подорвать духовную силу.

На лбу выступает холодный пот.

Судя по тому, как слегка подрагивают её руки и ноги, кажется, что сила с которой она родилась, не так уж велика.

Полукровка.

В тот момент, когда Чхве Док Мун оценивал Сехву подобным образом, вспоминая некомпетентных Небожителей, которые рождались достаточно часто……

– Рада знакомству, тэгам. Я пришла сюда, поскольку хочу получить инвестиции, которые принесут прибыль и вам, – раздался низкий, твёрдый голос, звучащий величественно.

Глубокие чёрные глаза девушки смотрели прямо на Чхве Док Муна.

……чт, что? – Док Мук, который имел дела и руководил бесчисленным множеством людей, вздрогнул от свирепой ауры, скрывающейся внутри этого взгляда.

– Пожалуйста, забудьте об этом, мисс. Я – существо, изгнанное из Хвангё, – ответил весьма изумлённый старик, смотря на неё высокомерным взглядом и изо всех сил постарался скрыть свои истинные чувства.

– Это решится позже. Беспокоиться не о чём, поэтому, декам, просто выслушайте моё предложение и решите, примите его или нет.

– Пожалуйста, расскажите. Что вы подразумеваете под инвестициями?

– Уверена, вы уже слышали эти слухи. Говорят, вы инвестируете в тех, кто приходит к вам.

– ……да. Я часто делаю так.

– Я тоже пришла к вам, чтобы получить инвестиции в свой бизнес. Если декам одолжит мне 500 000 нянг, то через год я верну вас 5 000 000.

Что?

Голос Сехвы звучал спокойно, но слова были невероятно ненормальными.

Вернуть десятикратную сумму за один год? О чём сейчас говорит эта полукровка?

Сумма в 500 000 нянг весьма незначительна.

Хвангё – место, где всем правит духовная сила.

Валюта есть, но она не так уж важна. 500 000 нянг о которых она говорит – это сумма, которую нельзя назвать даже стартовой для бизнеса.

Кроме того, разве она не кровная родственница самых высокопоставленных старейшин?

Эту сумму денег можно легко получить в рамках её семьи. Почему она пришла ко мне, совершенно незнакомому человеку, чтобы попросить взаймы?

Однако её статус слишком высок, чтобы проигнорировать, отказать и отослать её прочь.

Уверенность Сехвы также возбуждала любопытство Чхве Док Муна.

– Вы говорите, что вернёте мне 5 000 000 нянг через год.

Это абсурдно большая сумма.

Дело было не в том, что 5 миллионов, о которой сказала Сехва, были неподъёмной суммой.

Несмотря на изгнание Док Мун отчаянно цеплялся за любую связь с миром Хвангё. Поэтому мог слышать общие новости оттуда.

Последнее, что я слышал, было о том, что акции клана Джу резко упали из-за объединения шести семей.

После унизительного поражение, шесть семей потребовали от них военные репарации и огромное количество духовной силы.

Поэтому говорили, что духовную силу придётся выжимать из ключевых фигур клана Джу.

На рынке, где политическая ситуация настолько нестабильна, нет возможности за год увеличить прибыль в 10 раз.

– Да. Думаю, моя личность может послужить достаточной гарантией.

– Верно. В качестве залога можно использовать именную табличку. Но почему вы пришли ко мне, а не стали искать поддержки у старейшин?

– Неужели каждый, кто приходил сюда должен был рассказать тэгаму такие банальные вещи, прежде чем получить одобрение? – от вопроса Док Муна в остром взгляде Сехвы на мгновение мелькнула острая жажда крови.

Почему я пришла к тебе?

Потому что ты один из тех предателей, которые сделают всё, чтобы наш клан остался в своём положении лишь бы можно было вернуться в Хвангё, откуда был изгнан.

– Тэгам, я пришла не для того, чтобы рассказывать вам о своей личной жизни или планах. Единственная причина, по которой я пришла сюда, заключается в том, что я слышала, что вы можете одолжить денег без всяких проблем, – Сехва медленно закрыла глаза и, открыв их, продолжила говорить так, словно ничего не произошло. – Я также, как другие, хотела бы попросить тэгама о небольшой помощи и только вам решать принять мою просьбу или отклонить её. Если вы собираетесь отказаться, не тратьте моё время и скажите об этом сейчас. Я тут же уйду, чтобы встретиться с кем-то другим.

– Тогда могу я спросить, что вы планируете сделать?

– Я планирую купить у тэгама несколько вещей, которые мне нужны. А затем продать их.

Купить у меня? Что, чёрт побери? – с подозрением прищурился Док Мун.

– Что именно вам нужно? Я владею самыми разными вещами.

– Хвансок.

– ……хвансок?

– Да, хвансок.

Хвансок был вещью, необходимой для того, чтобы Небожитель переродился в Божественного зверя (Шинсу).

Но на протяжении более тысячи лет в Хвангё не было никого, кто стал бы Шинсу.

Хвансок, которые когда-то были такими же ценными, как золото, сейчас представляли собой просто бесполезные куски камня.

Этот ребёнок собирается купить нечто подобное на 500 000 нянг.

Она хоть понимает, что говорит? – губы Чхве Док Муна напряжённо поджались.

На самом деле он собирал весь хвансок, который находил.

Лишь после изгнания он понял, что в мире людей этот камень проявляет особые свойства в излечении болезни и восстановлении тела Небожителя.

Всё богатство он также нажил, тайно продавая хвансок другим изгнанникам.

Вот почему сейчас, сильнее чем когда-либо, было необходимо скрывать полезность хвансок от других Небожителей.

По этой же причине Док Мун помогал изгнанникам, давая им деньги и не прося ничего взамен.

Не из-за жалости или милосердия. Просто чтобы другим изгнанникам не пришлось думать о способах заработать деньги.

Потому что он не желал делиться с ними своим доходом.

……эта мелочь не может знать об этом, – Док Мун посмотрел на хрупкую женщину с совершенно невозмутимым лицом.

Польза хвансок в мире людей ещё не известна, и информация о ней не распространяется. Благородная мисс, выросшая в прекрасной семье не может знать об этом.

Однако откуда у неё взялось это величие и властность?

Пожилой мужчина изо всех сил пытался понять намерения Сехвы, но ему ничего не удалось.

Но одно ему удалось прочитать между строк.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 16.

Она сказала, что выбрала меня, потому что я поддерживаю без залога.

Но судя по сумме, которую она предлагает потом и тому, какой товар хочет купить, можно понять, что это ложь.

– Вы пришли потому, что я владею хвансок.

По мере того, как ценность хвансок падала, добывать его в больших количествах становилось всё труднее. Поскольку он не имел никакой ценности, его никто не разрабатывал.

Поэтому Чхве Док Мун был единственным, кто мог быстро собрать хвансок на сумму в 500 000 нянг.

– Эта причина также сыграла свою роль.

Услышав тихий, твёрдый голос девушки, Док Мун опустил взгляд, притворяясь встревоженным и пытаясь скрыть своё волнение.

Но зачем ей, чёрт побери, покупать его?

Я, переживший все возможные лишения и оказавшийся в самых ужасных положениях не могу прочесть мысли этой юной девчонки.

Может ли, что семья Джу Мён Юна, включая это дитя, вскоре будет изгнана? Возможно и это. Всё же, влияние клана Джу рухнуло, и кто-то должен взять на себя ответственность за это. Нет причин, по которым главным героем этого не стал бы Джу Мён Юн.

Поэтому, беспокоясь о жизни после изгнания, она открыла способ применения хвансок.

– Не волнуйтесь, я не собираюсь раздавать хвансок.

– ! – Док Мун, который притворялся обеспокоенным и молчал, мгновенно оцепенел.

– Тэгам, не волнуйтесь, я знаю, как вы накопили своё нынешнее богатство. Мне он нужен для другой цели.

– Уж, уже знаете? Кто ещё…… ваш отец также знает? Ми, милорд и Шинён тоже знают об этом?

– Вам не нужно волноваться об этом, тэгам. Тэгам, если вам нравится моё предложение, просто примите его. И ответьте мне. Вы дадите мне инвестицию в размере 500 000 нянг или нет? Как долго вы будете тянуть?! – закричала Сехва, требуя ответа, словно боясь, что тратит время зря.

– ! – её взгляд и аура заставили напрячься даже Чхве Док Муна.

……это создание ещё даже не прошло линьку, так как же, чёрт побери, она демонстрирует такую силу……

Проведя множество сложных вычислений, пожилой мужчина наконец кивнул:

– Я принимаю ваше предложение, мисс. Я предоставлю вам столько инвестиций, сколько вы запросите. И, – добавил Док Мун после минутного колебания. – ……если мисс получит хотя бы один нянг прибыли с этой инвестиции, я буду ждать возвращения 5 миллионов нянг, о которых вы говорили. Но вам не обязательно соблюдать срок в год, пожалуйста, верните их, когда вам будет удобно.

Вновь замолчав, он продолжил через несколько мгновений:

– Однако если вы не заработаете ни копейки, я буду считать свою инвестицию неудачной и не буду требовать возвращения. Это будет также и моей виной, что я не смог выбрать правильное место для инвестиций.

В мире, где духовная энергия истощалась, и новые Небожители не появлялись, не было возможности извлечь прибыль хвансок.

Таким образом, слова Чхве Док Муна были равносильны тому, что он не ожидает прибыль и возврат вложенного.

Да. В любом случае, 500 000 нянг – не такая большая сумма, чтобы пожалеть её для налаживания отношений с кровной дочерью старейшины.

Я просто сказал это косвенно, чтобы не задеть гордость этого дитя.

Док Мун охарактеризовал свои действия как способ покупки связи со старейшиной, а не как инвестицию.

– Тогда так и поступим, – однако Сехва ответила легко, словно его слова ничем не отличались от сказанных ею.

Её тон был настолько спокойным, что Чхве Док Мун не мог понять, действительно ли девушка перед ним поняла доброту, которую он проявлял.

О чём, чёрт побери, она вообще думает?

Наконец, после вздохов контракт был подписан.

Обменявшись подписями, написанными кровью, было быстро подсчитано сколько рабочих и повозок потребуется, чтобы доставить хвансок на сумму в 500 000 нянг в указанное Сехвой место.

– Пожалуйста, постарайтесь не выделяться. Не хочу раскрывать эффективность хвансок в мире людей.

– …… – пальцы Док Муна крепко сжали кисть. – Вы сейчас мне угро–

– Однако если хорошо выполните свою часть работы, я также помогу вашему сыну вернуться в Хвангё.

– !

– Это будет достаточной компенсацией?

– …… – лицо Чхве Док Муна ожесточилось, словно он не хмурился мгновением раньше.

– Что? Не хотите?

– Не, ет. Нет. Это не так. Не так, – плечи мужчины несколько раз дёрнулись, когда он на мгновение наклонился вперёд, отчаянно пытаясь успокоить своё волнение. – Минутку. Пожалуйста, подождите минуту, мисс.

То, что он только что услышал, полностью разрушило его самообладание.

– Это возможно? – дрожащим голосом спросил Док Мун, то сжимая, то разжимая пальцы, кончики которых покалывало, не в силах скрыть своё волнение.

– Конечно, это возможно. Если я заключу с ним духовный контракт.

– ……духовный контракт.

– Что? Вам это не нравится?

– Это…… не так, – после слов «духовный контракт» взволнованное сердце Док Муна немного успокоилось.

Духовный контракт.

Это не что иное, как вечный рабский контракт, по которому хозяин отдаёт свою духовную силу в обмен на верность и жизнь подчинённого.

Но кто в Хвангё сейчас заключает духовные контракты с вассалами?

В эпоху, когда в Хвангё рождались всевозможные новые Шинсу, духовные контракты с вассалами были широко распространены.

Те, кто не обладал духовными силами, получали её от Шинсу, обладающих огромным количеством духовной энергии, и получали возможность переродиться в Небожителя или Шинсу.

Шинсу также укрепляли свою власть среди множества других Божественных зверей, делясь духовной силой, которая была подобна неисчерпаемому источнику и формировали свои собственные группы.

Однако по той же причине, по которой новые Шинсу не рождались, в Хвангё, где в воздухе истощалась духовная сила, никто больше не желал делиться своей силой с другими.

Продолжительность жизни Небожителей определяется количеством духовной силы, которой они обладают.

Сила – это жизнь, так зачем кому-то желать разделить свою жизнь с другими.

Но у этого дитя есть столько духовной силы, чтобы сделать моего сына своим подчинённым? Разве похоже, что она сейчас в хорошем состоянии?

По какой-то причине, Небожители не могут долго жить, покинув мир Хвангё.

Также было и с Чхве Док Муном. По мере того, как время, проводимое им в мире людей, увеличивалось, духовные потоки и кровеносные сосуды в его организме перепутывались, сокращая продолжительность жизни.

Со мной всё в порядке. Я прожил достаточно, как Ёнсу.

Ёнсу – духовный зверь, на ранг ниже Шинсу, божественного зверя.

Однако какое преступление совершил мой сын?

Даже полукровки в Хвангё сбрасывают кожу.

Мой сын, который не может сбросить кожу и стать Ёнсу, умрёт, даже не прожив столько же, сколько отводится людям.

По сути, у меня нет выбора.

Если она сказала, что заключит с ним духовный контракт, значит будет делиться духовной силой.

Невероятно редкая возможность встретить Небожителя, который готов разделить свою силу. ……конечно, это произойдёт лишь после того, как контракт будет исполнен.

– Могу ли я оставить копию договора себе?

– Как пожелаете, но я приму окончательное решение лишь после проверки качества хвансок, который вы подготовите, тэгам.

– Если вы дадите твёрдое обещание заключить духовный контракт с моим сыном, то вам не нужно беспокоиться об этом. Конечно же, я сделаю всё возможное и даже выше того, о чём вы просите меня. Вам не придётся беспокоиться о возврате долга, и я также могу дать вам не 500 000 нянг, а 5 миллионов. ……однако, – взгляд Чхве Док Муна стал мрачным, и он угрожающе продолжил. – Условия таково, что вы обязаны сделать моего сына своим духовным контактором. Что бы ни случилось. Понимаете?

Услышав это, Сехва тихо рассмеялась.

Я обязана сделать его своим духовным контактором.

Понимаю ли я, что это значит?

Всё очевидно.

Твой сын станет важным поводком, который заставит тебя полностью подчиниться мне.

Как я могу поверить такому предателю, как ты, и доверить работу, если не буду держать за горло твоего драгоценного сына?

– Убить!

– Обезглавить предателей семьи! Обезглавить их!

Внезапно в ушах Сехвы раздались головокружительные крики, похожие на слуховую галлюцинацию и её руки замерли.

– Обезглавить их! Обезглавить!

Опустив руки, она положила их себе на колени.

Тело Сехвы дрожало.

Голову охватил жар, а перед глазами закружилось.

Голова её матери, которую пнули ногой, заставляя покатиться вниз, вновь отчётливо появилась перед её глазами.

Когда эта сцена всплыла в её разуме, у Сехвы перехватил дыхание.

……никогда.

– Просто умри. Отдай мне всё своё и уйди. В какое-нибудь хорошее место.

……никогда больше не позволю допустить это, – Сехва сжала колени, подавляя гнев и ненависть.

В прошлой жизни именно Чхве Док Мун стал причиной краха влияния клана Джу.

– Разве во время этой войны клан Бэк, не использовал свободно проход, соединяющий с миром людей, чтобы застать нас врасплох и нанести удар?

– Единственный проход, через который можно свободно переходить, принадлежит нашему клану Джу. Как они могли использовать проход, чтобы устроить засаду нашим врагам, в обход информатора?

– Я всегда задавалась этим вопросом.

Это был верный вопрос, который Сехва задала лорду клана Джу, хотя уже знала правильный ответ.

Воины шести семей атаковали войска клана Джу, перемещаясь через проход в мир людей и обратно.

Зная, что они могут устранить своё присутствие, излив свою духовную силу в хвансок и переместиться в любое место.

Предатель, сидящий прямо передо мной, был первым, кто догадался, что духовная сила может перемещаться через мир людей так, чтобы никто не узнал об этом.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 17.

*****

В Хвангё было несколько врат, ведущих в мир людей, но единственными, которые могли отправлять живые существа в мир людей невредимыми, – это врата, находящиеся под контролем клана Джу.

Ранее был сторожевой пост, охраняющий врата в Инге, но после того, как клан Джу проиграл войну и границы территорий сузились, этот пост стал постом на самой границе территории.

И в нём охранялась лишь одна дверь.

Остальные считались бесполезными.

Однако во время войны Чхве Док Мун нашёл применение и другим вратам.

Так, будучи изгнанником, ему с большим трудом удалось связаться со стороной, противостоящей клану Джу, и выдвинуть следующее предложение:

– Поскольку духовная сила воинов клана Джу высока, а их интуиция также превосходна, они могут с лёгкостью постоянно читать движения воинов союзных сил 6 кланов, не так ли? Говорят, внезапное нападение – дело непростое. У меня есть хорошая идея.

Идея заключалась в том, чтобы высвобождать духовную силу воинов 6 клана в хвансок.

Не имея ни капли духовной силы, они могли приближаться к солдатам, не будучи обнаруженным.

А затем забрать обратно свою силу, собранную в духовном камне.

Врата, которые считались бесполезными, могли стать проходными, если из человеческого мира взять хвансок и переносить их через врата.

Действуя так, можно было долгое время продвигаться вперёд, не привлекая внимание солдат клана Джу.

Этот использовали в войне клана Джу и 6 других кланов, но и с большим успехом применилось в другой войне, что произошла в будущем.

Пламя войны разгорелось вновь, когда выяснилось, что исчезновение юных Небожителей было вызвано желанием главы Джу, Шинёна, стать Божеством.

Излить из тела духовную силу, которая является дороже жизни?

Люди 6 кланов не осмелились представлять себе этот способ и даже узнав о нём, они крайне неохотно прибегали к нему.

Поэтому в начальных сражениях этот метод использовался лишь воинами низшего ранга, из-за опасений, что Чхве Док Мун мог перехватить хвансок, наполненный духовной силой.

Однако, узнав, что пропавшие дети погибали ужасной смертью после того, как глава клана Джу высасывал из них духовную силу, они больше не колебались.

В разгоревшейся после битве почти все члены союза 6 семей доверили свою духовную силу Чхве Док Муну.

Тогда Док Мун потребовал контракт на предварительный гонорар.

Если подпишем духовный контракт, я никогда не смогу предать вас, верно? Тогда не будет ли удобнее, дать его мне?

Речь шла об отнятии духовной силы и её разделении, но 6 семей должны были согласиться на это, чтобы исключить возможность потерять ещё больше сил.

Так те, кто хотели терять свою духовную силу, заключили духовный договор и схватились за поводок, протянутый Чхве Док Муном.

Лишь благодаря этой духовной силой Док Мун смог освободиться от боли, терзавшей его тело.

А затем запросил, чтобы контракт продолжился с его сыном, но к тому времени союз 6 семей уже отрубили головы лорду клана Джу. У них не было никаких причин удовлетворять очередную просьбу изгнанника.

Тогда Чхве Док Мун, начавший беспокоиться, обратился к клану Джу.

Сначала он завоевал расположение нового лорда, Джу Кён Хёна, заявив, что кто-то должен взять на себя ответственность за поражение.

И в качестве условия контракта ради своего сына помог сделать человека, от которого Шинён желал избавиться, жертвенным ягнёнком.

Это был Джу Мён Юн, отец Сехвы.

Для этого Чхве Док Мун использовал письма, которыми обменивался, когда общался с союзом 6 семей.

С разрешения главы Джу, он заручился поддержкой кузины Сехвы, Са Ёнджу, чтобы превратить её семью в предателей.

*****

Сехва снова впилась ногтями в ладони, изо всех сил стискивая кулаки и стараясь не показывать слёз.

Почему я не могу контролировать свои эмоции, хотя мне дали ещё один шанс?

Возможно, причина в страхе.

Страхе, что если я совершу хоть малейшую ошибку, моих родителей ждёт такой же плачевный конец.

Страха, что мне снова придётся повторить те 5 лет адской жизни в подземной камере.

То, что ещё не произошло, причиняет мне огромное количество боли.

Нужно оставаться спокойной. Никто из них не является лёгким противником. У всех них есть более прочная основа, чем у меня и больше опыта, чем есть у меня. Нужно помнить, что если не смогу сохранять спокойствие, то ничего не добьюсь, – Сехва стиснула зубы так сильно, что десна начали кровоточить, но при этом сохраняла спокойное выражение лица.

Фью-ю!

Понг-!

Раздался ряд резких, пронзительных звуков, подобным выстрелам стрел.

Что? – звук, который Сехва обычно просто проигнорировала бы, каким-то образом особенно сильно ударил по 5 её чувствам.

Также отреагировал и Чхве Док Мун.

– Что это за звук? – нервничавший Док Мун поднялся и открыл большое окно.

Когда три сестры последовали за Сехвой и выглянули на улицу, Чхве Чан Мён также повернул голову в ту сторону.

Фью-ю!

Звук раздался снова.

Этот звук, – в какой-то момент, Джу Сехва направилась к двери, словно одержимая.

– Мисс, идите сюда. Это может быть опасно.

Все уже поняли, что этот звук был создан чьей-то духовной силой.

И хоть Сехва также была обеспокоена неизвестным явлением, а преданные горничные пытались отговорить её, она не обратила на это внимание.

По бескрайнему синему небу издалека летели несколько красных лучей свет.

Это был момент, когда все задавались вопросом, что же это такое.

Фо-онг–!

БАХ!!!! – летящие лучи света взорвались один за другим с небольшой задержкой, производя громкий шум.

Прислуга, что до этого глупо таращилась на происходящее, присела, хватаясь за голову от шока.

Взрывы произошли ещё несколько раз.

Несмотря на то, что крики шокированных людей не прекращались, Джу Сехва молча наблюдала за происходящим, не двигаясь ни на дюйм.

Она узнала эти лучи света.

Поскольку видела это самое явление в прошлой жизни.

– Кольцо. Кольцо сломалось.

– Я не хочу потерять тебя.

– !

Казалось, Сехва снова услышала низкий, хриплый, надтреснутый голос.

Этот мужской голос был таким горячим, что вытягивал наружу всё, что было внутри её сердца.

– Пожалуйста, не позволь мне потерять тебя.

У Сехвы уже был тот, кому она отдала своё сердце и все дорогие ей люди стояли на другой линии, параллельной этой, от обладателя этого голоса.

Вот почему она не могла ответить, пусть это искренний голос иногда и трогал её сердце.

Сехва даже говорила себе, что это чувство близости было вызвано одиночеством, которое возникло из-за долгой жизни вне дома.

– Хорошо, даже если это всего лишь ноготь. Мне хочется немного поделиться с тобой. Духовной силой, – сказал мужчина голосом, который звучал довольно нервно, в отличии от его обычного спокойствия.

И сказал, что передаст ей духовную силу, хотя Сехва не просила об этом.

Смотря, как она холодно отвернулась, мужчина опустился на одно колено, будто умоляя.

Его горячие губы обжигающе прижались к тыльной стороне поднятой руки Сехвы.

– …….! – Сехва, вспомнившая эту сцену, посмотрела на тыльную сторону своей ладони.

Боже мой.

Оставшийся след, был совершенно не заметен, если не приглядываться очень внимательно.

Почему я забыла об этом?

На тыльной стороне этой ладони Сехвы был выгравирован след его духовной силы.

Даже не замечая, как дрожат уголки её губ, Сехва медленно подняла свои сухие руки.

– ……Бэк, Ги Ха.

Словно это имя было заклинанием, сгустился свет.

Будто по воле чуда, ореолы света, окрасившие небо в красный цвет, медленно закружились в воздухе и устремились к ней.

Свет, прилетевший словно лепесток на ветру, разбился вокруг Сехвы на белые звёзды.

В полдень аккуратную комнату залил великолепный и ослепительный свет заката, создающий восхитительное зрелище.

Стоя у начала длинной полосы заката, Сехва посмотрела на ореолы света, окружившие её.

– …… – тело девушки застыло, словно в него ударила молния.

Сехва не могла понять, почему сразу не поняла этого.

Это был ты.

След на тыльной стороне ладони, который со временем исчез.

Единственное чудо, которое Шинсу, переродившийся как божественное существо, смог сотворить, рискуя всем.

То, на что я закрывала глаза.

Боже мой. Это был ты.

Не Бог.

Я возблагодарила Бога, но это не Бог, отвернувшийся от меня, даровал мне эту возможность.

Он ухаживал за мной, а я делала вид, что не знаю об этом.

И Шинсу, использовавший желание, уже не является полноценным божественным существом.

Его сила остаётся неизменной, но он больше не обладает крепким телом или бессмертием.

– Глава клана Бэк в спешке покинул поместье утром 2 дня назад……

– Говорят, что сегодня он появился на заставе на границе территорий клана Джу и попросил разрешение посетить территорию клана Джу. Один, без сопровождения или слуг.

С этим телом он в одиночку пришёл на вражескую территорию.

Возможно……

Он пришёл ко мне.

Эти линии света призваны сказать мне об этом.

Также, как он учил меня раньше.

– Дождись меня.

Что? А, что же мне делать? – что-то горячее поднялось изнутри в самое горло и Сехва лишь с силой смогла проглотить это.

Не делай этого. Я же говорила, что ты не нравишься мне. Я говорила, что не приму, говорила, что мне это не нужно.

– ……мисс.

– ……

– Мисс, почему вы плачете?

– ……а.

Сехва поняла это лишь услышав голос Ёнму. Её лицо уже было мокрым от слёз.

Я поняла, почему моё тело в таком плохом состоянии.

Потому что мне насильно была дана слишком большая духовная сила.

Эти симптомы появились в тот момент, когда духовная сила, исходящая от Бэк Ги Хи через его желание, оставленное на тыльной стороне моей ладони, попыталась проникнуть внутрь моего тела.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 18.

По мере того, как новая духовная сила наполняла тело Сехвы, её внутренняя духовная сила постепенно успокаивалась.

Лоб, покрытый холодным потом, вернулся к нормальной температуре, а мышечные спазмы утихли, словно их никогда и не было.

Стало тепло и уютно.

Будто на этом свете не о чём было беспокоиться.

В этот момент все мучительные галлюцинации и иллюзии прошлой жизни, терзавшие Сехву, исчезли.

……на самом деле и я тоже.

И вот так нелепо.

Я тоже тебя……

Сехва смогла понять, почему продолжала видеться в прошлом с Бэк Гиха.

На самом деле, эти видения пришли к ней не в первый раз.

Будучи запертой в темнице без окон и света, я часто видела его в видениях.

Возможно, всё потому, что я находила в нём утешение, когда мне было особенно одиноко. Ведь он был тем, кто всегда искренне относился ко мне, даже при том, что я была никем.

Мне было сложно продолжать отталкивать этого мужчину.

Однако в качестве благодарности я не должна вовлекать тебя.

Мне предстоит долгий, трудный и тернистый путь.

Нельзя просить кого-то, кто отказался от своего права на бессмертие ради меня, продолжить помогать мне.

Не делай это. У меня нет времени беспокоиться о тебе, – Сехва ударила кулаком себе в грудь.

Спасение моей семьи – главный приоритет. Больше ничего не должно волновать меня, – и пусть она думала так, девушка не могла не ощущать огромного сожаления и благодарности за эту обильную духовную силу и за время, которое обернулось назад.

Сехва закрыла глаза, не в силах смотреть на сияние духовной силы, окружавшей её тело.

В комнате, наполненной закатом, Джу Сехва стояла с закрытыми глазами, в окружении ореола света, похожего на красные волны и выглядела необычайно величественно и прекрасно, словно повелительница света и огня.

Чхве Док Мун, изгнанный из царства небожителей и забывший свою родину, осел на пол, смотря на фигуру женщины и, прежде чем успел опомниться, произнёс непривычное имя бога.

Все лишились дара речи, увидев свет полуденного заката и ореол света, распадающийся на части словно звёзды внутри него. И, казалось, могли вечно с благоговением смотреть на Сехву, стоящую в центре этого зрелища, окутанного тишиной.

*****

Чхве Док Мун молча кивнул в ответ на просьбу Сехвы, не выдвигать никаких дополнительных условий.

Они тщательно согласовали детали и временные рамки контракта.

Пописав готовый контракт, Сехва кивнула и вышла из комнаты с таким же бледным видом, с каким и пришла.

Его сын вышел проводить её, а Чхве Док Мун, оставшийся один, несколько раз сжал и разжал пальцы руки, которая уже стала здоровой, чтобы оценить своё физическое состояние.

Сегодня он чувствовал себя не очень хорошо.

После того, как Док Мун лишился возможности возвращаться домой, раз в неделю он страдал от боли, поскольку кровь и энергия, которые насильно сдерживались, искажались и смешивались.

Но дочь клана Джу каким-то образом узнала об этом и несколько раз легко похлопала по плечу Док Муна, словно смахивая с него пыль, прежде чем пройти мимо. И это само по себе исправило искажённый поток энергии и крови в его теле.

Это не было фундаментальным решением. Искажение потоков можно было исправить лишь стабилизировав духовную силу в родном месте.

Поэтому действие Сехвы лишь временно подавило его боль, но одного этого оказалось достаточно, чтобы Чхве Док Мун последовал за ней.

Её духовная тела такова ещё до линьки и достижения зрелого возраста. Мои глаза ошиблись, поскольку не заметили этого.

Более того, она обещала взять моего сына к себе в качестве духовного слуги.

Для Док Муна, который увидел духовную силу Сехвы, это единственное обещание было всем, что ему нужно было помнить.

На лице немолодого мужчины, сидящего с закрытыми глазами, отразилось чувство облегчения.

Насколько же сильно я беспокоился, что сын может умереть раньше меня?

Теперь всё в порядке. Теперь всё будет хорошо.

Сейчас, когда я нашёл способ спасти сына, у меня нет причин колебаться.

Док Мун позвал к себе доверенного человека и поручил ему отобрать лишь самые качественные из имеющихся камней хвансок.

Благодетельница сына был его хозяйкой.

Сейчас Чхве Док Мун был готов многое сделать для юной девушки из клана Джу.

*****

Джу Мён Юн, старейшина клана Джу, покинул особняк Шинёна поздно ночью.

Он хмурился и, в конце концов, прижал пальцами виски из-за невыносимой боли.

– Вы действительно готовы взять на себя развлечение лорда клана Бэк? – тихо спросил Са Дан Юн, идущий рядом с Мён Юном.

– Тогда что мне делать? Шинён уже поручил мне эту задачу.

– Разве это не то, что должен делать юный лорд?

– Он ещё молод и не имеет права разговаривать с главой семьи Бэк, власть которого сопоставима с властью клана Джу.

– Разве это не странно? До сих пор юного лорда всегда выставляли на первые места во всех вопросах, а сейчас говорят, что он молод?

– ……

Даже если он не говорил об этом, как Джу Мён Юн не мог знать этого?

Он знал об истинных чувствах Шинёна, стоящих за этим приказом.

Милорд наблюдает за мной.

В его решении содержится желание разобраться с лордом Бэк и самим мной одновременно.

– Слышал, что мисс Сехва также приглашена на банкет в честь приезда лорда Бэк.

– ……

– Вы не отказались от помолвки, о которой упоминали в прошлый раз?

У Джу Мён Юна были мысли и по этому поводу, поэтому он ничего не мог сказать.

Несмотря на то, что война закончилась, разве мы не убивали друг друга на протяжении последних 10 лет?

А теперь планирует устроить банкет для врага и заставить мою дочь, которая ещё даже не успела выйти в свет, присутствовать на нём.

– Возможно стоит подумать о создании брачного союза, чтобы помочь?

– Нет. Не хочу. Мой зять должен быть хорош как в гражданских, так и в военных делах, должен уметь играть на музыкальных инструментах, иметь хорошую личность и, прежде всего, он не должен жить рядом с нашим домом! Ни одна грязь не должна попасться мне на глаза!

– ……

– Абсолютно невозможно!

– ……что вы будете делать, если милорд отправит мисс в клан Бэк?

– Нет. Это невозможно. Шинён не будет настолько жестоким, – но даже отвечая так, на лице Джу Мён Юна была глубокая усталость и гнев.

Жалкие кровные родственники, которые по-прежнему интересуются лишь банкетами, не зная, что происходит с его семьёй или как вымирает наша родина Хвангё.

Те, кого беспокоит лишь то, что их собственная жизнь находится в опасности, не готовы встать на колени перед шестью семьями и умолять о разрешении конфликта.

В этой ситуации мне больно смотреть в лицо милорда, которого волнует лишь его гордость.

Кроме того, другие старейшины обращаются с моей дочерью как с принцессой. Принцессой. Это приказ от милорда?

– ……

Несмотря на то, что несколько кровных родственников, преследующих те же цели, объединили свои силы с Мён Юном, но течение реки нельзя было изменить всего лишь несколькими камнями.

Я всю жизнь прожил, веря, что должен жить ради своего клана и быть предан милорду.

Однако даже я чувствую, что становлюсь всё более безразличным к приказам Шинёна.

И вдобавок ко всему, мне вскоре придётся в одиночестве отправить свою дочь туда, где не гарантирована её жизнь или смерть.

Мою доченьку, которую я так сильно люблю.

Жена Мён Юна, Чон Суа работала лекарем, помогавшим солдатам в приграничной зоне вместо мужа, который был занят ликвидациями последствий войны.

Однако сейчас, услышав шокирующую новость о дочери, прибежала домой.

Двое сыновей, остававшихся в человеческом королевстве, также пришли в ярость.

Сердце Джу Мён Юна сжалось, когда он подумал о реакции жены.

Но есть одна вещь, которая даёт мне душевное спокойствие – лорд Бэк.

Странная уверенность в том, что, какова бы ни была причина его приезда сюда, не связано с плохими намерениями.

Возможно, странно было иметь такую веру во врага, но Мён Юн уже несколько раз сталкивался с Бэк Гиха во время войны.

Даже будучи врагом, он был поистине великим человеком.

Его речь немного груба, но во время войны сложнее найти человека, который не ведёт себя так.

Стратегия, действия и терпения. Невероятный кругозор. Даже благосклонность, которую он проявлял к врагам и величие, проявляемое при превращении в божественного зверя.

Ничего не упущено в нём.

Несравнимая личность. ……хотел бы я, чтобы он был нашим лордом, – Джу Мён Юн успел подумать о том, как было бы здорово, но опомнился, вздохнул и удивлённо покачал головой.

О чём, чёрт побери, я только что подумал?

Подобное невозможно, ведь за последнее десятилетие мы убили так много друзей и родственников друг друга.

Где бы мы ни встретились, наши отношения будут подобны воде и огне, которые нельзя смешивать, не говоря уже об образовании кровного родства.

Кроме того, неужели милорд действительно хочет пригласить мою дочь на банкет, чтобы снова поднять речь о брачном союзе? – даже снова подумав об этом, Мён Юн нашёл это бессмысленным.

Конечно, Бэк Гиха определённо неплох в качестве пары для моей дочери.

Однако учитывая, что у клана Джу так много врагов, скрежещущих зубами, если она бесстрашно вступит в брачный союз, то моя дочь никогда не сможет вернуться в родной дом.

Как милорд может так поступать со мной и моей дочерью?

Разве мог я подумать, что война приведёт к таким результатам?

В этом плане, было бы лучше, если бы я продолжил оставаться на поле боя.

Джу Мён Юн пошёл вперёд, пытаясь найти решение мыслей, что постоянно терзали его.

Тяжёлыми шагами, словно у него не осталось выбора, кроме как двигаться вперёд.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 19.

*****

Белая рука, занимающаяся приглашением, медленно остановилась.

Если подумать, – Сехва посмотрела в пространство пустым взглядом.

Я думала об этом позже, когда вернулась, но,

Время в клане Бэк было неплохим.

Кончиком кисти Сехва с силой надавила на нижнюю губу.

Как же злобно моё сердце.

В клане Бэк я не могла смириться с тем, что была никем.

Потому что моё положение дочери старейшины Джу не приносило пользы в клане Бэк.

Возможно, именно поэтому время, проведённое там казалось мне таким трудным.

Если задуматься, даже несмотря на то, что они были победителями в войне и центром альянса шести семей, в их сердцах всё равно сохранялся благоговейный трепет перед кланом Джу.

Конечно, я слышала оскорбительные высказывания и требования найти пропавших людей.

Однако никакого физического подавления или угрозы жизни не было.

До того, как Бэк Гиха заметил и исправил это, они могли подавать мне испорченную еду при каждом приёме пищи и притворяться, что совершили ошибку, облив меня грязью.

Ну, сейчас это уже ничто.

Тогда я не понимала и это казалось мне ужасным и невыносимым.

Только по возвращению меня ждало нечто куда хуже.

Я потеряла тех, кто были мне как сёстры.

Понятия не имела, что меня запрут в секретной темнице и подвергнут всевозможным пыткам, включая вырывание ногтей, чтобы заставить отца восстать против Шинёна.

Как это случилось, – в ушах Сехвы вновь раздался тихий, мягкий голос.

Кажется, после всего кто-то снова вылил на меня грязь?

В тот день в силу обстоятельств сёстры-горничные были на некоторое время отправлены в разные места.

Сехва же была из тех людей, которые редко покидали комнату, если только не было особых дел, но в тот день по какой-то причине у неё не было выбора, кроме как выйти.

И словно это было запланированное событие, её облили отвратительно пахнущей водой, словно кто-то постирал в ней тряпку, которой мыли пол.

Сехва едва смогла добраться до своей комнаты, выглядя словно нищая.

Там перед её глазами и появился Бэк Гиха.

– Кто это сделал? Ты ведь не сама упала, верно?

Сама упала? Если похоже, что это произошло по моей вине, то необходимо выколоть мне глаза. Нет необходимости иметь нечто настолько бесполезное, – Сехва была так зла, что не хотела отвечать, поэтому просто проигнорировала Гиха.

Однако она уже повредила лодыжку, поскользнувшись на полу.

Сехва не хотела показывать лорду Бэк, который был причиной того, что она стала такой, что ей причинили боль, как и хотели злопыхатели, поэтому девушка заставила себя идти так, словно с ней всё было в порядке.

Сехва думала, что у неё получается хорошо, но, казалось, от глаза Шинсу было не скрыться, поэтому сильные мужские руки тут же подхватили её.

Гиха не волновало, что на его тело попадает грязь и просьбы отпустить не срабатывали.

Отнеся Сехву в её комнату, мужчина лично приготовил для неё ванну и даже принёс сменную одежду.

Наверное, он много ругался про себя, когда протягивал мне бутылочку с лекарством?

Потому что я не сказала ни слова в ответ на его продолжающиеся вопросы.

Уголки губ Сехвы слегка расслабились, когда она вспомнила тот момент.

Тогда Бэк Гиха не обращая внимания на реакцию Сехвы, опустился перед ней на одно колено.

Мужчина встретился взглядом с ней, глаза которой до этого смотрели в другую сторону и с мрачным лицом, лишённым улыбки, сказал:

– Прости.

Думаю, именно тогда я впервые как следует увидела лицо Бэк Гиха.

Несмотря на то, что его внешность в 10 тысяч раз красивее, чем у Джу Кёнхёна, в тот момент я подумала: «Он лишь немного красивее нашего юного лорда».

Не замечая искренности в его чёрных как смоль глазах.

Этот мужчина приказал не трогать меня.

После этого разговора, время, которое Сехва проводила в клане Бэк, стало ощущаться немного комфортнее, чем раньше.

Кроме того, тот факт, что подлые издевательства немного уменьшились после того дня, также чётко давал понять, что Бэк Гиха что-то сказал своим родственникам.

Я пробыла там целых 12 лет.

За это время даже скрежет зубов Джу Сехвы не мог ни стихнуть, поскольку мужчина постоянно приближался к ней.

Для неё, у которой не было друзей, Гиха в каком-то смысле стал её единственным другом.

Как далеко он уже продвинулся?

С того момента, как Сехва узнала, что мужчина приехал на территорию клана Джу, она начала очень переживать.

Он ведь больше не бессмертен, так что собирается делать здесь один? Надеюсь, он не попадал в опасную ситуацию?

Независимо от того, какой была ситуация клана, каждый день членами клана Джу, которые были довольны своей жизнью, проводились банкеты.

Особенно это касалось молодёжи. Юные Джу, которые наслаждались жизнью как мухи-однодневки, не имея никаких планов на будущее, вырывались из головокружительного мира своих иллюзий и переходили в мир людей, где продолжали вести распутную жизнь.

Поэтому даже без всякого ожидания письма-приглашения всегда приходили Сехве и накапливались пачками.

Разбирая приглашения, она всё время вспоминала Бэк Гиха, поэтому закончила работу лишь поздней ночью.

– Закончила, – поставив последнюю подпись, Сехва отложила кисть и выдохнула.

– Хо, вы правда собираетесь посетить все эти места? – спросила удивлённая Са Ён Му.

Ён Чэ, державшая в руках письма, на которые уже были даны ответы, даже попыталась отговорить Сехву:

– Мисс, если поступите так, то, скорее всего, свалитесь от болезни, а потом от истощения.

– Истощения?

– Вы не знаете, поскольку редко посещаете банкеты.

– Да. Банкеты, устроенные кланом Джу, для тех, кто ещё не прошёл линьку похож на сцену хаоса, где ядовитые змеи и скорпионы, собираются вместе и хвастаются тем, какие они великие, нет, скорее, «какой великий я».

– ……

– Я не хочу принижать достоинство клана Джу, но всё настолько плохо, что они придираются к каждому слову.

– Верно. Когда кто-то назвал красную фасоль красной фасолью, на следующий день это было искажено как: «Эта девушка назвала фасоль красной фасолью», «Она даже рис называет красной фасолью», «Серьёзно? Слышала, что она даже камни на улице называет красной фасолью», «Что? Я слышала, что она называет красной фасолью и собачьи какашки во дворе».

– ……

Когда Сехва улыбнулась, но не ответила, в разговор вступила Ён Му:

– Похоже на ложь, не так ли? Только это абсолютно не так. Одно дело рис, но совершенно из ниоткуда взялись камни и собачьи какашки. Это правда. Поэтому очень неприятно слышать слухи, появляющиеся из таких странных разговоров.

– ……девочки, похоже, вы много накопили. Неужели каждый раз, когда вы посещали банкеты, было так тяжело?

Я, я даже не знала этого и жила комфортно в человеческом мире.

Сехва редко посещала банкеты, если только они не были чрезвычайно важными.

В случаях, когда невозможно было отказаться от приглашений одним лишь письмом, было принято отправлять подарки с сёстрами-горничными.

– Это было несложно, но было и множество моментов, когда я чувствовала разочарование.

– Да. Позвольте рассказать ещё одну вещь, мисс Чанхён, дочь старейшины Сохын. Она не прошла линьку и не была помолвлена, но забеременела.

– Когда мы уходили, вручив подарок, мы видели, как она плачет в углу банкетного зала, советуясь со своими близкими о своей ситуации?

– Кажется, мужчина, в которого она была влюблена, сбежал, используя войну как предлог и прекратил всё общение.

– Как же грустно она плакала. Пусть это и не было нашим намерением, подслушав, мы стали беспокоиться о том, что можно сделать.

– Её подруги также обняли мисс Чанхён и выразили её свою поддержку, иногда злились, а иногда плакали вместе с ней.

– И всё же, мы почувствовали небольшое облегчение из-за того, что у неё такие хорошие друзья. Но это была настолько серьёзная ситуация, что мы не смогли уйти сразу. Мы боялись, что они узнают о том, что мы услышали это.

– Мы думали, что они просто пройдут мимо нас, но на самом деле……

– На самом деле?

– Как только мисс Чанхён вышла из комнаты, сказав, что поправит макияж, который размазался из-за слёз, эти люди начали смеяться. Говоря, что знали, что так и будет.

– ……что?

– Звучит как вымысел, не так ли? Но это правда. У мисс Чанхён порядочный характер и она никогда не была плохим человеком, но все были в восторге и смеялись над ней.

– Только подобное случилось не только с мисс Чанхён. Подобное злословие и стыдящие разговоры распространены среди всего молодого поколения клана Джу.

– ……

– Наша мисс, вам не нужно знать подобные вещи, поэтому до этого момента мы не говорили вам о них, но если вы пойдёте на банкеты, вам непременно нужно знать об этом. Вы не должны верить всему, что видите и слышите.

Сехва на мгновение оцепенела, слушая встревоженные голоса Ён Му и Ён Чэ.

Если подумать, я задавалась вопросом о том, почему они не особо реагировали на издевательства в клане Бэк. Видимо всё из-за того, что они уехали туда, успев увидеть здесь вещи и похуже.

Даже небесные звери, которые не прошли линьку, с раннего возраста могли посещать банкеты.

Целью этого было расширить свой круг общения и научиться получать удовольствие от жизни.

Однако Сехва никогда должным образом не показывала своего лица на подобных местах.

Отец и братья рискуют своими жизнями на поле боя, чтобы защитить наши семьи.

Я думала, что неправильно для меня, живущей в комфортных условиях дома, наслаждаться банкетом, в окружении алкоголя и музыки.

Однако сейчас я понимаю, что это решение было слишком преждевременным.

Пока отец и брат бродили по границе территории, не заботясь о собственной жизни, я даже не могла осознать, что всё это – моё поле боя.

– Ёнджу?

– Кузина мисс сейчас в доме Ан. Она ушла туда едва сняли барьер. Слышала, за сегодня туда уже трижды вызывали врача, что она хочет сделать?

Са Ёнджу, которая не могла самостоятельно проходить в мир людей или посещать внутренние комнаты без разрешения, думала, что будет жить одна, пока Сехва остаётся в мире людей.

Дом Ан – это место, окружённое различными защитными барьерами на случай, если с членами клана произойдёт что-то, к примеру, внезапная линька или искажение духовной силы.

Несмотря на то, что это место не было открыто для публики, Са Ёнджу использовала его по своему желанию.

Судя по тому, как она делает это без разрешения старейшины, даже после возвращения отца, я понимаю, насколько свысока Са Ёнджу смотрит на нас.

– Привести её? – тихо спросила Ён Му, когда Сехва подумала об этом.

– Нет. Оставьте как есть, – глаза Сехвы сверкнули холодом.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 20.

Как Сехва могла быть довольна поступками Ёнджу?

Однако если получится избавиться от ненужных членов клана, начав с этой стервы, это будет неплохим делом, – задумалась на мгновение Сехва, а затем вновь взялась за кисть.

И быстро написала ещё одну бумагу.

Когда Сехва передала её Ён Му вместе с пропуском к вратам, ведущим в мир людей, глаза горничной дрогнули:

– Мисс? Почему этот пропуск……

– Ён Му, у меня есть для тебя важное дело.

Когда раздался твёрдый и сильный голос Сехвы, выражение лица Ён Му стало решительным.

– Слушаю, – ответила горничная, быстро опускаясь на колени перед Сехвой с горящими глазами.

– Возвращайся в Хвангё с сопровождающими. Возьми с собой этот пропуск на передвижения. Передай, что как только я прибуду в Хвангё, я встречусь со старейшинами побочных ветвей и скажу им, что я не в себе из-за страха отправки в клан Бэк. Старейшина Мён Юн занят улаживанием последствий войны, а два моих старших брата ещё не вернулись с границы и даже мадам Чан покинула особняк.

Ён Му очень внимательно слушала слова Сехвы, стараясь запомнить каждое, чтобы не сделать ошибки.

– В частности, подчеркни, что старейшина Мён Юн травмирован при извлечении духовной силы, которую обещали выплатить в качестве компенсации шести семьям. Поэтому, скажи им, что мисс Са Ёнджу просит у совета старейшин.

Это был не совсем понятный приказ, но Ён Му решила, что ей не нужно понимать его.

– Я так и сделаю, – кивнула она с задумчивым выражением лица.

– Ён Чэ.

– Да, мисс.

– Ты тоже возвращайся в Хвангё с Ён Му. Проверь всех торговцев, которые продают товары на рынке клана Джу и если там остались какие-либо камни хвансок, купи их все, не оставляя ни одного.

– Да, мисс.

– При совершении оплаты всегда используй удостоверение личности и документируй детали сделок. Не совершай сделок с использованием духовной силы или наличных. Поняла?

– Сделаю, как приказано.

– После возвращения в Хвангё вы должны предстать перед всеми как самые ревностные и преданные слуги Са Ёнджу. Поскольку вы уже давно со мной, вы понимаете, что я имею в виду?

На мгновение с губ Ён Чэ и Ён Му сорвались сухие смешки.

Они посмотрели друг на друга, а затем кивнули, смотря на Сехву с тяжёлым выражением лиц.

Сехва опустила голову и зашептала, смотря в глаза девушек:

– Я планирую убить почти всех кровных родственников боковых ветвей, включая этого ребёнка, Са Ёнджу.

– !!

От юного голоса Сехвы в комнате стало так тихо, что не слышно было даже дыхания.

– Неважно, считаете ли вы этот план безумным или нет. Я сделаю это, потому что должна. Можете ли вы довериться мне и последовать за мной?

В боковых ветвях больше одного или двух людей.

Не знаю, о каких «всех» говорит мисс, но даже если свести к минимуму, то это множество жизней.

Она хочет убить почти всех их?

Это было неожиданное и ужасающее заявление.

Однако почему-то никаких колебаний не было.

Если госпожа принимает такое решение, значит есть причина, по которой она должна сделать это.

Три сестры ответили дрожащими голосами:

– Конечно.

– Пожалуйста, доверьтесь мне.

– Наши жизни уже принадлежат вам, мисс.

– Да. Они мои, – Сехва подошла к горничным и опустилась на колени. – Поэтому, что бы ни случилось, вы должны выжить. Поняли?

И встретилась взглядом с каждой из трёх горничных.

– Неважно, кем придётся пожертвовать, в какой бы ситуации вы ни оказались, вы должны вернуться ко мне живыми. Если вернётесь ко мне, я разрешу любую ситуацию, в которую вы попадёте.

– ……мисс.

– Не позвольте мне потерять вас. Не позвольте мне когда-либо узнать горечь потери вас, – Сехва обняла за плечи сразу трёх девушек.

Это невероятное чудо.

……чудо, которое сотворил он.

Вместо простого выражения благодарности, Сехва решила ценить эти подаренные ей моменты сильнее, чем их мог оценить кто-либо другой.

Я создам будущее со своими близкими без прошлых ошибок.

– Если почувствуете, что совершили ошибку, быстрее убегайте. Без оглядки назад.

– ……да, мисс.

– Помните, не сравнивайте свою жизнь с жизнями других.

– Да, мы так и сделаем.

Ён Чэ и Ён Му кивнули, стискивая зубы и покинули особняк вместе с охранниками, держа в руках удостоверения личности, которые дала им хозяйка.

Чтобы пройти через врата в Хвангё.

Когда девушки ушли, Сехва немного забеспокоилась.

Она беспокоилась не о том, что что-то пойдёт не так.

Пусть я и попросила их сделать нечто, не имеющее никакого отношения к риску, я волнуюсь, что это может оказаться опасно для них.

– Они сделают всё возможное. Не волнуйтесь, – тихо сказала Ён Сон, самая тихая из трёх сестёр, будто прочитав мысли Сехвы. – Это не такое сложное задание. Они обе хорошо справятся с порученным и вернуться в целости и сохранности.

Сехва кивнула в ответ.

– В любом случае, мисс, завтра вы должны пойти на банкет, поэтому сопровождать вас придётся мне. Это то, чего так ждала Ён Чэ, поэтому ей будет очень грустно. Но я рада, – с улыбкой сказала Ён Сон, поднимая оставшиеся письма.

Собравшись выйти из комнаты, чтобы немедленно отправить письма с ответом Сехвы, она спросила:

– Кстати, какого цвета наряд мне приготовить для завтрашнего дня? Если у вас есть желаемый цвет или фасон, я подготовлю несколько комплектов с учётом ваших желаний.

Ён Сон, пылающая боевым духом, мысленно представила облик мисс, прекрасно украшенной.

Моей мисс подойдёт бледно-коралловый цвет, нежно-жёлтый и даже сочно-вишнёвый цвет.

Мисс, которые ещё не прошли линьку, всегда предпочитают молочно-белый цвет, но поскольку сезон дождей только закончился освежающий жёлто-зелёный или светло-голубой так же будут хорошо смотреться.

Это первый банкет мисс, поэтому, естественно, ошибок быть не должно.

Нужно непременно найти идеально подходящий цвет.

– Отлично подойдёт чёрный цвет, – донёсся равнодушный голос Сехвы до ушей Ён Сон, переполненной энтузиазмом.

– Что?

– Без дополнительных вставок, просто чёрный.

– Хо! Нет! Чёрный цвет используется лишь для траура. Как можно пойти на банкет в траурной одежде?

– Однако это же человеческий мир, не так ли? В человеческом мире цвет траурной одежды не чёрный.

– И всё же. Какая разница, что носят люди? Важно то, что в Хвангё это цвет траура. Чёрный категорически нельзя.

– Я уже решила. Думаю, будет хорошо, если чёрный будет и у верхней, и нижней одежды, – задумавшись, Сехва несколько мгновений смотрела в воздух, а затем добавила. – Однако чувственный фасон также будет хорош, тот, который может вызвать ассоциацию со словами «элегантно» и «чувственно». У меня есть что-то подобное?

Что я только что услышала? – Ён Сон приоткрыла губы, но не смогла ничего сказать.

– Чу, чувственно?

*****

На следующий день банкет начался рано, уже после полудня.

Несмотря на то, что Сехва отправила письмо с ответом о том, что посетит его этим же утром, ответ пришёл невероятно быстро. Ответное письмо было наполнено радостными и приветственными словами, а также восторженными комментариями.

И это было естественно, ведь дочь главного старейшины, которая никогда ранее не посещала банкеты, выразила своё желание поприсутствовать.

Одного этого было достаточно, чтобы хозяйка банкета начала волноваться.

Как быстро эта новость дойдёт до остальных, находящихся рядом?

Лишь вчера Сехва услышала от горничных о процессе распускания слухов, поэтому не могла избавиться от цинизма.

Думаю, Са Ёнджу будет крайне удивлена, узнав, что я собираюсь туда? Она изо всех сил старается играть роль хозяйки клана, поэтому сейчас, когда и я буду присутствовать, должно быть, встревожена и обеспокоена. Сколько же времени пройдёт прежде чем она услышит эту новость.

Возможно, она даже откажется от визита врача и побежит вперёд как собака, промокшая под дождём, – когда Сехва представила себе эту сцену, уголки её алых губ снова поползли вверх.

В любом случае, первое впечатление должно быть сильным.

Сехва, которая не могла потерять бдительность ни на минуту, проснулась рано утром и начала сборы.

Раньше она избегала роскоши и жила экономно, но сейчас всё было по-другому.

Если собираюсь вести войну, разве следует использовать старое и неисправное оружие, чтобы сэкономить деньги?

Лучше щедро потратиться, чтобы набрать обороты на ранних этапах.

Сехва щедро вылила в ванну роскошные духи и долго сидела в воде, чтобы кожа впитала аромат.

Пока группа горничных, пришедших помочь с макияжем, подстригала ей ноги на руках и ногах, а также натирала кожу, другие горничные расчёсывали волосы Сехвы.

На её румяно были нанесены различные пудры и перетёртый жемчуг.

После повторного нанесения масла, чтобы её гладкие и длинные руки и ноги засияли, Сехва переоделась в подготовленный наряд.

Поскольку платья желаемого цвета не было, вместо наряда из Хвангё, ей пришлось надеть платье из человеческого мира.

– Ах! – горничные, сами того не осознавая, издали возглас восхищения, наблюдая, как Сехва завершает сборы.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 21.

На мгновение все забыли о чём говорили.

Тогда Ён Сон быстро приблизилась к ним с украшениями в руках:

– Вау! Когда мисс сказала о чёрном цвете, я очень волновалась, но сейчас, увидев это, я понимаю, что волновалась зря.

Чёрный цвет использовался в качестве траурной одежды в Хвангё, поэтому на обычные банкеты никто не одевал его.

Волнение по этому поводу было естественным.

Ён Сон очень переживала, что впечатление сверстников о её мисс, с которыми она встретиться впервые после долгой разлуки, может сильно испортиться.

Однако в голосе горничной, застёгивающей колье на шее Сехвы, звучала лишь огромная радость.

Боже мой. Как чёрный цвет может выглядеть так великолепно?

Несмотря на то, что это всего лишь обычное платье, красота мисс делает его ослепительным.

Как и ожидалось, решение моей мисс никогда не может быть ошибочным.

– Пора отправляться, мисс.

Сехва несколько раз посмотрела в зеркало, но знала, что если выйдет на улицу в одежде подобного цвета и встретит отца, то тот определённо будет шокирован.

Не желая беспокоить родителя, она накинула на плечи плащ, чтобы скрыть свой облик.

– Пойдём.

Уровень собранности на максимальном уровне, сколько бы раз я не проверяла.

Сехва, которая тщательно изучила даже малейшие детали в собственном облике и внесла исправления, не оставляя ни малейшего изъяна, отпустила горничных во главе с Ён Сон из флигеля.

Когда Сехва собиралась уйти, Джу Мён Юн, услышавший новость об этом, поспешно вышел к дочери:

– Сехва!

– Отец.

– Сказали, ты идёшь на банкет. Ты сейчас направляешься туда? – увидев, что она кивнула, Мён Юн продолжил с обеспокоенным лицом. – Стоит отдохнуть ещё немного, зачем вдруг идти туда? Зачем выходить, когда тебе всё ещё не хорошо?

Дочь болела и даже 2 дня провела в постели без сознания.

Поэтому услышав, что Сехва покидает особняк без должного отдыха, её отец не мог не забеспокоиться.

– И куда, чёрт побери, делась Ёнджу, когда ты в таком состоянии?

Что делает Са Ёнджу в такое важное время? – Мён Юн знал о поведении Ёнджу, которое она демонстрировала до этого момента.

Но у него были более важные дела, вызывающие беспокойство.

Ему и сыновьям пришлось отправиться на поле боя, а жене взять на себя все домашние дела вместо Мён Юна, а в конечном счёте она даже отправилась к нему на поле боя, поэтому времени на отдых абсолютно не было.

Вот почему Джу Мён Юн закрывал глаза на возмутительные поступки Са Ёнджу.

Ему было жаль дочь, которая ещё не была взрослой и постоянно в одиночку охраняла их дом, поэтому он хотел, чтобы Са Ёнджу была предана ей.

Однако Ёнджу, которая узнала новости о том, что Сехва отправится в клан Бэк, предпочла остановиться в доме Ан.

Убедившись в том, что Сехва больна, Ёнджу ушла туда и больше не возвращалась.

Поэтому Мён Юн испытывал сильное чувство разочарования, когда сегодня его дочери приходилось покидать особняк и в одиночку отправляться на банкет.

– Отец, не вините Ёнджу слишком сильно. У младшей сестры свои проблемы. Она не может беспокоиться лишь обо мне.

– Даже так, разве она не должна быть рядом с тобой, когда ты больна. Ты, как всегда, слишком добра.

– Всё в порядке. Сейчас я достаточно здорова. К тому же, Ён Сон, Ён Чэ и Ён Му всегда рядом со мной.

Невероятная доброта. Вот что это, – Мён Юн печально опустил взгляд, услышав, как его дочь защищает Са Ёнджу.

– Кстати, как решился вопрос о лорде Бэк? Что сказал милорд?

– Касаемо этого, есть кое что из-за чего папе нужно извиниться.

– Извиниться? Что это значит?

Джу Мён Юн несколько мгновений колебался, не зная, что сказать.

И извиняюще похлопал дочь по плечу:

– Отец планирует отправиться в Хвангё и встретиться с Бэк Гиха. Шинён доверил его мне. Поэтому, похоже, на некоторое время мне придётся остаться в Хвангё.

– Это доверили отцу? Неужели милорд не окажет никакой поддержки? – Сехва сразу поняла, что означают эти слова.

И её глаза мгновенно похолодели.

Оставили врага всего клана на одного моего отца.

Разве это не идеальная попытка переложить ответственность?

На самом деле, это можно использовать как возможность, чтобы одновременно разобраться с Гиха и моим отцом.

Этот старик снова собирается подставить моего отца?

– Папа будет в порядке. Мы часто встречались на поле боя и немного знакомы друг с другом, он хороший человек. Пусть он и моложе отца, если бы он не был нашим врагом, я бы уважал его достаточно сильно. Не думаю, что кто-то вроде него будет доставлять неприятности.

– Именно наши родственники могут намеренно замутить ситуацию. Они могут навязывать что-то, когда он промолчит.

– ……

Кроме того, Гиха теперь не бессмертный, а уже прошёл половину территории клана Джу. Если кто-то, когда-нибудь узнает о том, что он может умереть…… – от одной мысли об этом кровь застыла в теле Сехвы.

– Правда ли, что он уже въехал на территорию клана Джу без сопровождающего или прислуги?

– Да. Шинён также устраивает банкет в честь лорда Бэк. Он может остаться дольше, чем ожидается, поэтому папа тоже волнуется, – долгий вздох сорвался с губ Мён Юна, крепкого война. – Многие потеряли своих родственников в этой долгой войне и носят траур. Если, как ты и говоришь, возникнут ненужные конфликты, этот краткий мир, который едва начался, будет разрушен……

– Стоит ли нам принять его? Нет необходимости провожать его на клановую территорию. И Шинён, и юный лорд находятся в Ингэ, поэтому можно просто разместить его здесь, зачем тащить лорда Бэк в середину поместья Джу?

– Я тоже думаю, что павильон Ингэ больше всего подойдёт для этой встрече, и я предложил это, но что делать, если милорд решил иначе, – Джу Мён Юн проглотил слова, в которых должен был сказать дочери, что на будущем банкете она должна присутствовать вместо него.

Лорд клана Бэк, о брачном союзе с которым уже упоминали, доверен мне.

Как и ситуация с отправлением в клан Бэк.

Если милорд решит использовать мою дочь, как долгосрочную заложницу.

Если он попытается каким-либо образом связать нас с кланом Бэк, у меня, как у её отца, не будет выбора, кроме как сделать всё возможное, чтобы помешать этому.

Не нужно рассказывать дочери об этом.

– Тогда не нужно ли вернуться и мне? Если мне нужно будет отправиться с вами, отец, пожалуйста, скажите мне.

– Нет. Поскольку Шинёну доверил лорда мне, он остановится в нашем особняке, когда приедет в клан Джу, – сказал Мён Юн и добавил серьёзным голосом. – Прежде чем отправляться куда-либо, пожалуйста, дождись пока я не передам весточку из Ингэ. Ты ведь помнишь наш разговор в личной комнате милорда? Кажется, вам не стоит сталкиваться с лордом Бэк.

В голове Сехвы копились лишь возможные варианты реакций на различные сложные ситуации, но при этом правильных ответов она не знала.

Это моменты, которых будет лучше избежать, если возможно, но если приказ уже отдан, то нет никакой возможности избежать его мгновенного исполнения.

– Я очень волнуюсь, – сдерживая свои эмоции и стараясь сохранять спокойствие, сказала Сехва, беря отца за руку. – Пожалуйста, будьте осторожнее.

– Да. Папа будет очень осторожен.

– А дядя Дан Юн? Он тоже поедет с тобой?

– Да. Он уже пересёк врата рано утром, чтобы поприветствовать Бэк Гиха. Не волнуйся, с ним есть люди. На заставе полно солдат, поэтому беспокоиться не о чём.

– ……

– Ничего не случится. А ты……

– …….

– Ты…… – Мён Юн, который повторял одно и то же, поскольку не знал, что сказать, проглотил остаток своих слов.

Дочь была для него очень болезненной темой.

Конечно, это относилось и к двум приёмным сыновьям, которых Мён Юну пришлось взять с собой на поле боя.

А после рождения Сехвы первые несколько лет Мён Юн провёл, расследуя исчезновения людей из шести семей, а затем командовал войной, которая длилась больше десятилетия.

Он не мог нормально кормить дочь, играть с ней или наблюдать, как она растёт.

И всё же, этот ребёнок выросла такой замечательной.

В отличии от других членов клана, она не балует себя излишествами и не устраивает банкетов.

Остаётся дома одна, без друзей, беспокоится о своей семье, которая находится на поле боя, где жизнь и смерть тесно переплетены.

С тех пор, как жена ушла ко мне на границу, Сехва живёт одна, занимаясь различными домашними делами, которыми не должна заниматься в таком юном возрасте.

В сравнению с детьми из боковых ветвей, которые приведены в качестве её окружения, я легко могу увидеть насколько моя дочь отличается.

Она именно такая.

И поскольку Сехва была такой дочерью, Мён Юну было ещё труднее честно говорить с ней.

Я всю жизнь демонстрировал свою преданность милорду, а сейчас мне придётся сказать дочери, чтобы она остерегалась Шинёна.

Милорд пытается использовать её как инструмент для достижения какого-то плана, игнорируя достижения, которых я добился, сражаясь ценой своей жизни. Стоит ли мне просто предупредить дочь, чтобы она была начеку, поскольку в приказах милорда может быть спрятан яд?

Джу Мён Юн также с опасной относился и к юному лорду, который крутился возле его дочери.

У Джу Кёнхёна на губах всегда была мягкая улыбка и, казалось, его характер отличался от характера его отца, Шинёна.

Однако иногда эгоизм, высокая самооценка и ледяная отстранённость, отражающаяся на лице юного лорда, заставляли сердце Мён Юна холодеть.

Несмотря на все свои опасения, он в итоге не смог ничего сказать и лишь добавил:

– Будь осторожна.

Единственный способ обеспечить безопасность дочери – не оставлять её без присмотра.

Нужно как можно быстрее уладить дело с кланом Бэк, а затем вернуться в Ингэ. Не думаю, что милорд сделает что-то необдуманное, если я буду рядом.

А вот Сехва, в отличии от чувств отца, почувствовала себя гораздо спокойней, когда узнала, что он покидает лир людей.

Мне бы хотелось, чтобы отец не знал о том, сколько я хочу сделать в будущем.

Проводив отца через врата на встречу с Бэк Гиха, Сехва направилась к месту банкета.

– Мисс.

– Да?

– Пришло письмо от приставленного человека, в нём говориться, что ваша кузина покинула дом и отправилась в банкетный зал раньше мисс.

– Да?

– Да. И, – Ён Сон, стоявшая рядом с палантином, огляделась и шёпотом добавила. – Человек, работающий посыльным у вашей кузины, вчера дважды переодевшись отправлялся в трущобы и купил там что-то в аптеке.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 22.

– ……аптека, – с губ Сехвы сорвался смешок.

– И после этого она дважды переодетой возвращалась в Анку. По упаковке непонятно, что именно она купила, но, кажется, это какое-то плохое лекарство.

– Она не разочаровывает. Как её лицо? В достаточно хорошем состоянии, чтобы выходить?

– Кажется, она использовала все лекарства, которые у неё были. Опухоль почти сошла. Свои травмы она скрыла макияжем.

– Макияжем? Неважно, по какой причине, но Ёнджу не из тех, кто будет показывать своё несовершенное лицо людям. Думаю, новость о моём посещении банкета крайне встревожило её.

– Я провела небольшое расследование о том, кто сегодня проводит банкет и после проверки тех, с кем она общается, среди них не нашлось ни одного члена клана Джу, которым можно было бы довериться, – когда Сехва не ответила и просто рассмеялась, Ён Сон в отчаянии добавила. – Нормально ли это? Там будет множество людей готовых обнажить когти и напасть на мисс.

– Всё в порядке. Ты только что дала мне подсказку, как реагировать.

– Что? Подсказку?

– Да. Проще говоря, не стоит ли ей дать ещё одну закуску на пробу?

– Закуску. Какую ещё закуску? – спросила в ответ Ён Сон, но Сехва, которая уже забралась в паланкин, уже погрузилась в свои мысли и не услышала вопроса.

У меня есть всего один месяц до отъезда, данный мне главой.

Это короткий срок.

Естественно, необходимо расставить приоритеты относительно того, что я могу сделать за это время.

Этого старика там не было.

И сейчас Сехва больше всего беспокоилась о том, чтобы разобраться с теми, кто был непосредственно замешан в смерти её семьи и её собственной.

Конечно, Шинён стал главной причиной, но пока я не могу думать о нём, поскольку мне нужно разобраться с крысами, которые станут ключом к тому, что произойдёт в будущем и которые в любой момент готовы напасть на отца.

Я предполагаю, что если соберу и обнародую доказательства исчезновения членов шести семей, то жертвы семей объединятся и накажут Шинёна, а значит мне не придётся делать с ним ничего своими руками.

Однако, что, если его план разобраться с отцом начнётся раньше, чем я ожидаю?

Мне нельзя оставлять старика, который представляет угрозу для отца, в спокойствие и благодати, – глаза Сехвы сверкнули холодом, а губы твёрдо сжались от будущей решимости.

Кровь, которая в будущем обагрит мои руки, будет слишком плотной.

Я не войду даже в подземный мир, а обязательно окажусь сразу в чистилище.

Однако разве это важно?

Нет. Абсолютно нет, – Сехва осмотрела подол своей чёрной юбки.

Почему я выбрала этот цвет?

Это место, где я впервые открыто встречусь со своими врагами.

Для того, чтобы почтить ту себя, которая стояла в тот день, когда место казни пропитала кровь моих родителей.

Местом, куда быстро был доставлен паланкин, было огромным особняком, выделенным на окраине территорий для кровных родственников клана Джу.

Как только паланкин остановился, кто-то опустил его ступеньки. Большая рука, абсолютно не похожая на ладонь Ён Сон, внезапно протянулась внутрь.

Её хозяином оказался молодой мужчина, смотревший на Сехву глазами, наполненными страстью.

Чхве Чан Мён? Откуда он здесь?

Даже после изгнания из Хвангё Чхве Док Мун изо всех сил старался поддерживать хотя бы слабые связи с кланом Джу.

Поэтому, используя деньги, которые он зарабатывал в мире людей, он охотно брал на себя все возможные обязанности, пока люди клана Джу оставались в мире людей.

Поэтому не было ничего странного, что его сын взял на себя подобную работу и появился здесь.

Сехва, сидящая неподвижно, перевела взгляд с ладони Чан Мёна на его слегка покрасневшее лицо.

Са Ён Сон быстро шлёпнула по ладони мужчины и протянула свою руку госпоже.

Сехва вложила свою руку на ладонь горничной и вышла из паланкина.

Увидевшие это слуги из прислуги переглянулись и кивнули друг другу.

Прислуга, охранявшая врата огромного особняка, уже находила странным то, что Чхве Чан Мён стоял на улице с самого утра и выглядел обеспокоенным.

Ведь молодой господин Чхве был тем, кто никогда не обращал внимания ни на одну юную леди, хотя являлся тем, из-за кого множество девушек в городе падали от любовной тоски.

Он был тем, кто всегда сохранял ледяное выражение лица, лишённое даже вежливой улыбки.

Даже встречаясь с людьми высокого статуса, Чхве Чан Мён никогда не терял сдержанности и вежливости, поэтому никогда не показывал никаких признаков того, что его переполняет ожидание или беспокойство.

Что за великий гость приезжает на сегодняшний банкет, что молодой господин Чхве выглядит таким взволнованным и обеспокоенным? – думали слуги, смотря на исключительно непривычный облик мужчины.

И в этот момент издалека показался приближающийся паланкин.

Из всех прибывших до сих пор паланкинов у этого было меньше всего носильщиков и украшения на нём были не столь яркими и сияющими.

Однако Чхве Чан Мён, заметивший паланкин, поспешил к нему самым первым.

С лицом, которое никто никогда раньше не видел, он опустил ступеньки и протянул руку, но человек, ехавший в паланкине, не принял её.

А когда молодой господин Чхве отступил с горькой улыбкой, показался тот, кто ехал в паланкине.

– ……

Кожа девушки оказалась настолько белоснежной, словно она никогда не выходила на солнечный свет.

Слуги, очарованные этой белизной, широко раскрыли глаза при виде девушки, появившейся перед ними.

У неё были насыщенно алые губы.

В отличии от дам, которые обычно носили разноцветные жакеты и юбку, эта девушка носила чёрный верх и низ, но при этом её вид был странно элегантным и чувственным.

Белая тонкая шея, открытая чёрным верхом, выглядела ещё более ослепительно, а нежные тонкие пальцы девушки под длинными рукавами привлекали внимание всех, кто видел их.

Звук того, как девушка сглатывала слюну, был отчётливо слышан в тихом пространстве.

Сейчас было почти начало лета и прибывшая была облачена в чёрный наряд, как ворона, но всё же больше походила на камелию, цветущую в одиночестве на зимнем снегу.

Это была девушка чрезвычайно прекрасной и насыщенной красотой.

– Как вы узнали, что я приду сюда? – смотря прямо перед собой, тихо спросила она.

Чхве Чан Мён, который смотрел на Сехву с пустым выражением лица, ответил на несколько мгновений позже:

– ……когда собираются члены клана Чжу, отец лично управляет этим, поэтому я также проверяю списки приглашённых. Утром он сообщил мне, что придёт особый гость.

– Насколько особенным он меня видит, что даже потребовалось такое внимание.

– Гости внутри уже гудят от новости о прибытии мисс.

– Да? Много ли уже прибыло?

– Обычно банкетный зал заполнялся лишь ближе к вечеру, но сегодня все оживлённо прибывают с самого утра, – сказал Чан Мён и тихо добавил с обеспокоенным выражением лица. – Не знаю, стоит ли мне говорить об этом заранее, но думаю, вы всё равно узнаете, поэтому я ждал вас. ……когда я заранее осмотрелся в банкетном зале, мне показалось, что было много негативных разговоров о мисс.

– ……

– Они считают, что вы злоупотребляете властью, поэтому, пожалуйста, будьте осторожны. Когда собираются члены клана Джу, то в банкетный зал допускаются лишь строго отобранные слуги, поэтому, если вдруг что-то случится, пожалуйста, сообщите об этом им. Они сразу передадут это мне.

Равнодушный, но слегка подозрительный взгляд Сехвы обратился к Чан Мёну.

Даже если она обещала заключить с ним контракт, Сехва ещё не сделала его своим подчинённым.

Однако Чан Мён вёл себя так, словно контракт уже был заключён.

Даже понимая значение её взгляда, Чхве Чан Мён зашептал, не пытаясь объяснить их встречу в прошлом:

– И женщина, которая, кажется, больше всех держит обиду на мисс, прибыла некоторое время назад. Кто-то, кто, похоже, являются частью этой группы, назвал её Са Ёнджу.

– Она затаила на меня обиду?

– Я наблюдал за этим место всё утро, поэтому случайно стал свидетелем этого, но эта девушка повторяла имя мисс с необычными чувствами. Выражение её лица изменилось, когда она заметила человека, вышедшего поприветствовать её.

Эта девка, – глаза Сехвы изогнулись полумесяцами.

Та старается сменить свою фамилию на ту, что маячит перед её глазами. Значит стоит вытащить её из клана Джу.

– Спасибо.

– Не благодарите. Я провожу вас в банкетный зал.

– Хорошо, – Сехва уверенно вошла в особняк и её глаза были наполнены предвкушением из-за того, что должно было произойти.

*****

В огромном банкетном зале члены клана Джу уже сидели группами по 3-5 человек перед каждым столом с алкоголем и вели разговоры.

Танцовщицы танцевали в саду, а их прозрачные рукава развевались в так освежающей игре на цитре.

Несмотря на красивые движение, выражения лиц танцовщиц были напряжёнными.

Им предложили высокую оплату, поэтому они охотно прибежали сюда, но сегодня из-за членов клана Джу, не скрывавших своего жадного импульса, у них появилось ощущение, что их окружают не люди.

Большинство из тех, кто собрался здесь, были юными небожителями, которые ещё не прошли линьку, но даже так их сила была тем, что не могли вынести обычные люди.

А члены клана Джу, которые изливали духовную силу так, что лица танцовщиц побледнели, сияли от предвкушения и волнения.

– Так, когда же, чёрт побери, она приедет.

Каждый раз, когда кто-то входил в банкетный зал, все взгляды на мгновение сосредотачивались на двери.

В их родном мире Хвангё по всей территории клана Джу распространилась атмосфера застоя из-за необходимости выплатить компенсацию, назначенную в переговорах о прекращении войны.

Поэтому и невозможно было моментально устроить шумный банкет.

Только вот, закончилась война или нет, это абсолютно не волновало молодое поколение.

В ситуации, когда они сбежали из Хвангё, пока время оплаты компенсации в виде духовной силы ещё не наступила, молодым небожителям ничего не мешало выплёскивать духовную силу.

Вот почему они так рано пришли в мир людей и открыто наслаждались удовольствиями, которыми не могли наслаждаться в своём городе каждый день.

И сейчас их самым горячим интересом была старшая дочь старейшины, которую отправляли в клан Бэк.

По словам Са Ёнджу, её приёмной младшей сестры и близкой подруги, Джу Сехва обладала слабой духовной силой, но при этом была невероятно высокомерна.

Конечно, Са Ёнджу не говорила о своей кузине прямо, но всё сводилось именно к этой характеристике.

Почему она, которая притворяется благородной, словно так отличается от своих сверстников, что даже не участвует ни в одном банкете, вдруг решила посетить светское мероприятие, когда через месяц должна уехать?

– Скажи-ка нам. Ты ведь наверняка знаешь это?

– Да, сестрёнка Ёнджу. Почему ты скрываешь такую важную историю?

– Верно. Есть ли здесь кто-то, кто не знает, как мисс Са любит свою кузину? Мы знаем, какие сильные чувства она испытывает к ней, даже если молчит.

– Говорят она потеряла сознание от шока, услышав о клане Бэк, но как всё было на самом деле? Этот слух правдив?

– Она – принадлежит к прямой родословной, но разве её не отдают в качестве простой наложницы? Кто знает, какие странные вещи она испытает, когда отправится туда?

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 23.

Находясь среди молодых членов клана Джу, собравшихся словно стая дьяволов и отчаянно пытавшихся раскопать побольше слухов о Джу Сехве, Са Ёнджу неловко рассмеялась.

Если бы я знала это, то стала бы прибегать в подобном состоянии? Куча идиотов.

Как только Ёнджу услышала, что её кузина собирается прийти на банкет, она вылила на кожу чудодейственное лекарство, которое приберегла для крайних случаев, как водопад.

И это ещё не всё.

Даже булькая от лекарств, Сехва едва смогла скрыть следы побоев макияжем, поскольку ей пришлось собираться и отправляться в банкетный зал.

Са Ёнджу также была крайне растеряна.

Ранее она набросилась на меня как психованная. С чего вдруг решила заниматься светской жизнью?

Всё это время именно я была юной хозяйкой среди молодого поколения клана Джу, но сейчас все хотят увидеть лишь Джу Сехву.

Разве это не похоже на объявление войны по отниманию у меня тяжкого десятилетнего труда?

– Кстати, почему твоё лицо сегодня такое опухшее? Твоя кожа выглядит такой дряблой.

– Верно. А эти слабые следы на твоём лице – это раны?

Когда начался разговор о том, что заставляло её нервничать, Ёнджу быстро махнула рукой:

– Моя старшая сестра пролежала в постели 3 дня и 3 ночи. Она совсем не приходила в себя, поэтому я сильно волновалась. Была так убита горем, что безостановочно плакала, поэтому всё ещё выгляжу опухшей.

– 3 дня и 3 ночи? Она потеряла сознание после того, как услышала о поездке в клан Бэк и с того момента лежала без сознания?

– Не говорите так. Должно быть, ей очень страшно. Наверное, она боится уезжать одна.

– И всё же это немного смешно.

– Смешно. Я ведь всегда беспокоюсь о том, что её духовная сила так слаба, – дрожащим голосом сказала Са Ёнджу, вытирая всё ещё влажные ресницы. – Когда я услышала новости о клане Бэк, я увидела, как ей больно. Не могу не беспокоиться о том, сколько неприятностей ей придётся пережить, когда сестра отправится на территорию чужого клана.

Глава молодняка клана Джу, слушавших эту несчастную исповедь, загорелись ещё большим интересом.

Сколько же, чёрт побери, духовной силу у её изначального тела, с которым она родилась, что она теряет сознание и лежит в бреду?

Если она настолько бесполезна для клана Джу, то лучше использовать её как драгоценную мисс.

И при этом с таким слабым телом она собралась появиться здесь, едва придя в себя.

Что, чёрт побери, у неё за причина?

Хочет найти кого-то из клана Джу, кто станет наложницей вместо неё?

Присутствующие по-разному рассуждали о цели Джу Сехвы и нервничали в ожидании, когда прибудет главная героиня этого вечера.

В этот момент дежурному слуге сообщили, что прибыла Джу Сехва.

Когда слуга громко объявил эту новость присутствующим, острое ожидание и волнение наполнило банкетный зал.

Десятки молодых представителей клана Джу, которые ждали её, забыв даже о разговорах и время до появления главной героини перед ними почти показалось вечностью.

*****

В это время Джу Мён Юн, переместившийся в Хвангё, был изумлён, едва выйдя из врат.

– Вы здесь! – кто-то поприветствовал его с уважением и теплом, хватая за руку.

И этот кто-то даже не был воином клана Джу.

– Лорд…… Бэк?

Это был Бэк Ги Ха, который заставил его торопливо бежать сюда.

– Я ждал вас.

Брови Джу Мён Юна дёрнулись в недоумении, когда он услышал это.

Вас?

– С нашей последней встречи прошло уже некоторое время. Поскольку старейшина здесь, я теперь могу пройти через врата?

Что? Почему этот человек вдруг так говорит? Старейшина? Я? – брови Мён Юна вновь дёрнулись.

Почему он вдруг стал таким официальным?

Джу Мён Юн устремил своё пристальный взгляд на Са Дан Юна, но тот, стоявший вдалеке, просто пожал плечами, едва их взгляды встретились.

Судя по всему, это странное отношение было проявлено и к Са Дан Юну.

Джу Мён Юн вспомнил о том, что происходило не так давно.

Точнее, воспоминания с полей сражений.

В тот момент всё было чётко.

– Ты старейшина из клана Джу, Джу Мён Юн? Я наконец-то вижу твоё бесстыдное лицо!

– Тебе не стыдно, что вы не можете как следует справиться даже с одним инцидентом, который тревожит весь мир и при этом ведёте себя как правители? Не понимаю, как ты можешь бесстыдно ходить с высоко поднятой головой.

– Вы знаете, как сильно шесть кланов страдают от исчезновений своих членов и всё равно притворяетесь, что не знаете, хотя имеете силы расследовать это? И при этом ты выполз на поле битвы? Тебе должно быть стыдно!

Всё это было словами, которые Бэк Ги Ха сказал ему на поле битвы, стоя прямо перед ним.

Но кто этот мужчина передо мной? Судя по ослепительной красоте, то передо мной определённо глава семьи Бэк.

– Уважаемый старейшина.

……ста, старейшина? – Мён Юн не мог понять, почему отношение Бэк Ги Хи к нему так изменилось.

А когда Мён Юн внезапно пришёл в себя, то заметил, что и окружающие их солдаты клана Джу смотрят странно на них обоих.

……вот оно.

К Джу Мён Юну пришло осознание.

……вот оно. Он планирует показать, что я и клан Бэк близок, чтобы посеять раздор между мной и Шинёном!

Он так торопился сюда после войны, чтобы посеять подобное? – почему-то Джу Мён Юн ощутил себя преданным.

Только поскольку они не были на одной стороне, подобные чувства не имели никакого смысла.

……думал, ему не знакомы подобные схемы.

Джу Мён Юн быстро скорректировал выражение своего лица.

И, естественно, вытащил свою ладонь из рук Бэк Ги Ха.

……точнее попытался вытащить.

– Лорд Бэк, что это……

Он даже не использует свою духовную силу, чтобы удерживать меня, но он уже отступил на три шага от небожителя.

Что, чёрт побери, он творит? Почему не отпускает?

Независимо от того, сколько сил Мён Юн прикладывал, освободиться не получалось.

В настоящее время в его теле было не слишком много духовной силы.

Когда собиралась духовная для выплаты компенсации альянсу шести семей, Мён Юн был первым, кто отдал значительную часть своей духовной силы.

В этом состоянии Мён Юн не могу даже мечтать победить Шинсу.

Это был момент, когда он был абсолютно бессилен.

Несмотря на подавляющую разницу в духовной силе, Бэк Ги Ха вдруг удивился и отпустил руку Джу Мён Юна, словно только что осознал происходящее:

– Простите. Тогда пора отправляться, уважаемый старейшина.

Простите? Нет, минутку. Ув, уважаемый? Теперь он называет меня уважаемым? Этот человек? – даже разгадав план врага, Мён Юн не мог не изумиться.

Кроме того, Бэк Ли уверенно шагая, собрался пройти через врата в мир людей без какого-либо разрешения.

– Лорд Бэк ли!

– Что-то случилось?

– Почему вы идёте туда?

– Необходимо ведь пройти в мир людей? Конечно же, для этого нужно пройти через врата, ведущие в них.

– В мир людей? Вам нужно пройти к Шинёну.

– Шинёну? – Ги Ха отреагировал так непонимающе, словно услышал абсолютно неожиданный титул.

Пустой взгляд мужчины просто молча смотрел на Джу Мён Юна.

И Мён Юн был шокирован ещё сильнее, встретившись с этим взглядом.

Нет, если ты прибыл на чужую территорию, разве не естественно сначала встретиться с главой этого места?

Он собирается проигнорировать клан Джу и сделать всё по-своему лишь потому, что он глава семьи, возглавляющей альянс?

– Нет. Я сделаю всё, что вы скажите. Куда мне нужно пойти? – однако Ги Ха был до странного послушен. Он даже протянул запястья, словно хотел показать своё дружелюбие. – Вам нужно связать меня верёвкой? Тогда связывайте.

– ……

Если у него духовная сила Шинсу, то всё будет бесполезно, чем бы ты ни связал его, но я абсолютно не понимаю, что он пытается сделать.

– Но если всё в порядке, я бы хотел получить наставления от уважаемого старейшины, пока остаюсь на территории клана Джу.

– Если всё в порядке, – застенчиво добавил Ги Ха, словно прося понимания, но Джу Мён Юн не собирался обманываться этим мягким тоном.

Прекрасное лицо Ги Хи и его твёрдый взгляд были наполнены решимостью «обязательно получить ваши наставления».

Кроме того, по тому, как лорд Бэк с начала и до конца продолжал обращаться к Мён Юну «уважаемый старейшина», можно было прочесть его решимость использовать уважительную речь и притворяться добрым, пока он находится на территории клана Джу.

……у эт, этого парня есть какая-то обида на меня? Что? Что, чёрт побери, я сделала не так? – Мён Юн сглотнул вязкую слюну, ощутив подозрительные взгляды воинов и его глаза вновь задрожали.

*****

В это время все в банкетном зале смотрели на его вход и горло небожителей почти дрожали.

Помимо звуков инструментов, на которых играли музыканты, все остальные звуки стихли.

Когда ожидание, длившееся почти вечность, стало особенно тяжёлым, наконец, раздался голос, которого они ждали:

– Сюда, мисс.

Это был голос Чхве Чан Мёна, который отвечал за банкетный зал. Голоса его спутницы слышно не было.

Казалось, девушка ступила на ступени, ведущие в банкетный зал, но не было даже звука снятия верхней одежды.

Что? Она пришла? – все взгляды старательно вглядывались в противоположную сторону огромного зала.

Появилась чья-то фигура.

Она передала верхнюю юбку, которую держала, следующему за ней человеку и элегантно поднялась по ступеням в обычной юбке в пол.

Девушка была одета в наряд мира людей, а не Хвангё, имеющий полностью чёрный цвет, который совершенно не походил на наряды собравшихся, а потом первым бросался в глаза.

Вскоре дверь распахнулась перед пришедшей.

И в тот же момент, девушка, ступившая в зал, подняла голову.

– ……! – все, кто наблюдал за ней, глубоко вдохнули.

Это она.

Никто не решался заговорить первым.

Все просто моргали, чтобы убедиться в том, кто именно предстал перед ними.

……Джу Сехва?

Слабое существо с незначительной духовной силой?

Джу Сехва, которую давно бросили в мире людей, потому что она бесполезна за исключением того, что является дочерью старейшины?

Джу Сехва, которая упала в обморок, услышав о клане Бэк и рыдала так, что не приходила в себя несколько дней?

Те, кто знал о Джу Сехве из информации, полученной от Са Ёнджу, все они молчали.

Потому что высокомерный взгляд, которым Сехва окинула банкетный зал, был далёк от слабости.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 24.

Пока все молчали, гостья медленно переступила порог.

Ошеломлённые взгляды следили за каждым её шагом.

Чёрное одеяние, окутывающее стройное женское дело, сохраняло яркий блеск, словно находилась под солнцем.

Будто воронье крыло или старое пятно крови.

– Как странно.

Наряд Сехвы выглядел мрачно и зловеще, но никто не мог отрицать того, что оно идеально подходило ей.

– Разве так принимают гостей на банкете? Стоять здесь вот так, пока все просто смотрят, настолько смущающе и неудобно, что хочется отвернуться.

Когда холодные слова сорвались с алых губ девушки, хозяйка сегодняшнего банкета пришла в себя.

– Боже, посмотрите на себя. Ёнджу, что ты делаешь? Нужно позаботиться о твоей кузине!

Лишь тогда Са Ёнджу, которая всё это время безучастно смотрела на Сехву, тоже пришла в себя.

– Сестра, сюда! Просто садись рядом со мной, – быстро поднявшись, указала Ёнджу на место рядом с собой.

– …… – Сехва осталась стоять на месте, смотря на хозяйку банкета.

Что? Ха, ей нужна помощь?

Как только хозяйка, предположившая это, вышла из стола, стоящего во главе зала.

Ноги Сехвы пришли в движение.

Она прошла через центр банкетного зала, где сидели все, и, словно так и было положено, села на место хозяина банкета.

– ……! – испуганные взгляды заметались между Джу Сехвой и хозяйкой банкета.

Почувствовав эти взгляды, девушка взяла себя в руки и улыбнулась:

– Кажется, дочь старейшины что-то перепутала, но это место––

– Похоже, выпивка уже налита. И даже закуски попробованы, – презрительно усмехнулась Сехва, даже не пытаясь улыбаться из вежливости, осматривая стол перед собой. – Слово «перепутало» несколько нелепо. Если это не моё место, то куда же ты собиралась посадить меня?

– ……

Холодный взгляд Сехвы скользнул по каждому члену клана Джу, сидящему в банкетном зале.

Хозяйка банкета неловко улыбнулась, медля и посмотрела на Са Ёнджу.

Поскольку Са Ёнджу не принадлежала клану Джу, она не могла получить хорошее место на этом банкете.

Это было не то место, где могла бы сидеть дочь старейшины, но поскольку от Са Ёнджу все слышали, что Джу Сехва необычайно слаба и зависима от своей кузины, хозяйка банкета посчитала естественным, подготовить им места рядом.

Ёнджу прикусила губу, ощущая на себе пронзительный взгляд хозяйки банкета, но всё же поддалась давлению и заговорила:

– Се, сестрёнка. Это место принадлежит сестрёнке Су Ён, хозяйке банкета, а тебе нужно сесть сюда.

– Ёнджу, сколько раз ты бывала на банкетах, но всё ещё так мало знаешь. Не стоит так вмешиваться. Это просто этикет.

– А?

Что это значит?

Я итак не всегда могу высказаться на банкетах, так с чего она вдруг заговорила об этикете?

– Эт, этикет? ……какой этикет?

– Какой этикет? Шинён строго различает кровь главной и побочных ветвей, – ответила Сехва небрежным тоном. – Как член ветви Са, ты можешь говорить на подобных банкетах лишь в том случае, если это позволяет носитель более чистой крови. Поэтому, прежде чем говорить, всегда поднимай руку, чтобы получить разрешение.

– !

– До сих пор я не знала, как ты ведёшь себя снаружи, поэтому молчала, но ты не можешь вести себя так невежественно ещё и в подобной ситуации. Как тут не вспомнить тот день, когда ты не только плохо училась, но и учила так других.

– ……

Только то, что голос Сехвы звучал небрежно, не означало, что содержимое её слов было таким же.

Пропасть между семьёй Джу и семьёй Са, – эти слова задевали Са Ёнджу за живое.

Наблюдая, как глаза её кузины задрожали словно от вспышки молнии, Сехва спокойно добавила:

– Кроме того, я разговаривала с другим человеком. В этом случае ты должна тихо ждать, пока кто-то не заметит, что ты хочешь что-то сказать. Поняла?

Са Ёнджу сжала ладони в рукавах в кулаки, будучи внезапно атакованной на глазах у всех.

Сильнее, чем угроза не сметь вмешиваться в разговоры членов Клана Джу……

– Ты……

Именно слова о семье Са взбесили Ёнджу так, что её кровь почти вскипела.

……а ты кто.

Тебе просто повезло родиться у родителей с хорошей родословной. И несмотря на это, ты смеешь вести себя со мной так снисходительно?

К счастью для Са Ёнджу у неё хватило выдержки справиться с ситуацией прежде, чем кто-то заметил её волнение.

– Ка, как, – лицо Ёнджу исказилось от печали. – Как ты можешь говорить это…… я ведь просто пыталась помочь тебе, ведь ты не привыкла посещать подобные банкеты и, похоже, не знаешь о рассадке.

В таких ситуациях нужно быть настойчивее собеседника.

– Не думаю, что поднятия руки будет достаточно, могу ли я просто подняться? – пошатываясь, Ёнджу поднялась на ноги, вытирая повлажневшие глаза и продолжая говорить дрожащим голосом. – Моё место так далеко от тебя, поэтому, думаю, если я буду постоянно спрашивать сестрёнку о разрешение заговорить, это может доставить беспокойств. Или можно просто сесть рядом с сестрёнкой––

– Какое тут беспокойство. Как ты и сказала, можешь стоять там. Тебя прекрасно видно, так что всё в порядке. Просто начинай с этого момента.

– ……что? – растерявшись, Са Ёнджу забыла о притворном плаче и на мгновение застыла.

– Что? Какие-то проблемы?

– Н, нет. Дело не в этом……

Что? Эта стерва не боится потерять свою репутацию? Она навязывает этикет, которому не следует никто другой и издевается над своей младшей сестрой на глазах у всех, желая, чтобы все об этом знали? – Са Ёнджу в полном недоумении моргнула и, заметив взгляды окружающих, поспешно опустила голову.

Словно услышав нечто крайне печальное, девушка изобразила слёзы в голосе и вновь принялась спрашивать:

– Тогда, с этого момента мне просто стоять здесь и ждать твоего разрешения? Если я буду спрашивать разрешение каждый раз, то мне, вероятно, придётся стоять весь банкет, сестрёнка хочет именно этого?

– Да.

– ……

– Так и делай. Даже если мы с тобой в хороших отношениях, как можно пренебрегать традициями и этикетом в присутствии других. К счастью, ты достаточно умна и быстро вспомнила о своём месте.

Услышав эти слова, Ёнджу не смогла сдержать выражение лица.

– Сейчас, – с её губ сорвался глухой смешок. – ……сейчас предлагаешь мне стоять весь банкет?

– Ты должна делать это, когда тебе есть что сказать. Так ведь кто-то точно обратит на тебя внимание и позволит высказаться?

– ……

– Тебя куда лучше видно, когда ты стоишь.

Заинтересованные взгляды метались между Са Ёнджу, которая изумлённо смотрела на кузину, и Сехвой, которая, казалось, невероятно скучала от необходимости объяснять такой очевидный факт.

Сехва, ощутившая атмосферу в банкетном зале, внезапно спросила:

– И раз уж ты заговорила об этом, скажи мне. Мне любопытно, ты же хотела помочь мне, рассказав о рассадке гостей, думая, что я не знаю, так и где же, по-твоему, должно находиться моё место?

– Это…… – Са Ёнджу попыталась указать на место рядом с собой, предназначенное для Джу Сехвы.

Однако не смогла.

Если задуматься, то казалось невероятно странным, что дочь старейшины, ближайшая родственница Шинёна, сидит на самом дальнем месте.

Однако указать на чьё-то другое место было равносильно тому, чтобы заставить человека уступить его места Джу Сехве, прося отойти в конец, поэтому Ёнджу не могла дать такой поспешный ответ.

Вот Са Ёнджу и молчала.

Увидев, что мисс Са не справляется с ситуацией как следует, Су Ён, хозяйка банкета, с яркой улыбкой ответила за неё:

– Это, конечно же там, где сейчас сидит дочь старейшины Мин Юна.

– ……

– На самом деле, я случайно запуталась в столах, поэтому, если вы простите меня, то этот стол сразу же приберут и накроют по новой.

– Вот как. Я тоже неправильно поняла, что ты пригласила меня, желая угостить остатками.

– Ай, как такое возможно.

– Я невероятно рада. Моё хрупкое сердце чуть не разбилось от шока, и я уже почти направилась к Шинёну, чтобы сообщить о том, что я чувствую себя настолько плохо, что никак не смогу выполнить порученное им задание.

– ……

– Но подготовка нового стола займёт ведь много времени? Мне будет неловко и неуютно сидеть на виду у всех, без напитков.

– Сестрёнка Су Ён, не нужно готовить новый стол, – внезапно вмешалась Са Ёнджу. – Здесь уже есть приготовленный стол, можно просто перенести его.

Даже услышав это, Сехва не отрывала взгляда от хозяйки банкета и тихо спросила:

– Ты думаешь также?

– ……конечно же нет.

По сигналу Джу Су Ён вперёд тут же выступили горничные.

Они быстро убрали стол перед Сехвой, наводя порядок.

А вскоре перед ней был спешно поставлен стол, гораздо больше, чем у остальных.

В итоге небольшой столик для Су Ён был поставлен рядом с Сехвой, что заставляло её сидеть в неудобном положении, но Сехва лишь улыбнулась, совершенно не возражая против этого.

– Отличный пример манер.

……почему эта старшая дочь так многословна? – хозяйка банкета, Джу Су Ён не знала, что и ответить.

Она не могла понять, было ли властное поведение Сехвы следствием отчаяния, вызванного предстоящей отправкой в клан Бэк или же это была просто её естественная черта характера.

Она определённо не была такой, когда я видела её ранее. А рассказы Са Ёнджу всегда выглядели правдоподобно.

Однако поведение старшей дочери, как и её поступки, совсем не напоминают человека, впервые попавшего на банкет.

Как бы хорошо ты ни вызубрил этикет, если те, кто присутствует впервые, скажут что принято вот так, то это просто примут за чистую монету, но с Джу Сехвой всё иначе.

Словно она уже множество раз сталкивалась с подобным, – сидя рядом Са Ён внимательно наблюдала за реакцией Джу Сехвы.

– Могу я спросить о клане Бэк?

– Да.

– Вы и правда поедете?

– Конечно. Как я, получившая благосклонность рода, могу отказаться от столь важного поручения? Поскольку лорд Шинён лично поручил мне столь великое задание, я должна исполнить его волю.

– Однако вы должны в одиночестве отправиться в логово предателей, разве вам не страшно?

– Страшно. Не поэтому ли я пришла сюда? – ответив, Джу Сехва кивнула горничной, стоящей позади неё.

Получив сигнал, Ён Сон быстро вытащила что-то из-за пазухи и, обойдя банкетный зал, принялась раздавать это каждому сидящему.

Этой вещью оказалось запечатанное письмо.

– Что это? – спросили получатели писем, в недоумении оглядываясь.

– Вы хотите, чтобы я заговорила об этом здесь? Я не настолько беспощадна. Вам всем стоит прочитать его в тихом месте.

Беспощадна? В тихом месте? – не в силах сдержать любопытство, несколько человек всё же вскрыли письмо на месте.

– ……!! – их глаза расширились, едва они увидели содержание тонкого листа, вытащенного из конверта.

– Ка, как это возможно, – пробормотал кто-то и взгляды всех тут же обратились к его обладателю.

Говоривший, запоздало заметивший чужие взгляды, побледнел и поспешно спрятал письмо в рукаве.

Откуда, чёрт побери, эта женщина узнала обо всём этом……

В письме содержались свидетельства о разнообразных удовольствиях и разврате, которым каждый безудержно предавался.

И всё было описано так подробно, словно пишущий наблюдал за происходящим с расстояния нескольких шагов.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 25.

*****

В то время как Ён Сон раздавала письма в банкетном зале, Джу Мён Юн, который сопровождал Бэк Гиха по территории клана Джу переживал беспрецедентные события.

– Почему вы снова приближаетесь ко мне?

Джу Мён Юн и Са Дан Юн продолжали пытаться избежать слишком тесного нахождения рядом с Бэк Гиха, который ехал на лошади так близко, что их ноги соприкасались и теперь их лошади двигались почти у самых краёв дороги.

– Потому что мы группа?

– Мы всё равно здесь одни и даже если кто-то поедет нам на встречу, то из-за широты дороги нам не придётся уступать им, пожалуйста, держитесь от нас чуть дальше.

Застава, у которой находился проход в мир людей, стала границей территорий, местом, где клан Джу проиграл войну.

Ранее граница клана проходила далеко от центра территорий, которыми владел клан Джу, но сейчас всё изменилось.

И это означало, что если бы Джу Мён Юн пожелал отвезти Бэк Гиха в поместье лорда, то крайне быстро справился бы с этим.

Поэтому то Мён Юн, Дан Юн, взявшие своих коней у караульного поста и Гиха, восседающий на своём чёрном коне, ехали по дороге бок о бок.

Поскольку при должном усердие, путь можно было преодолеть за 2 дня, Джу Мён Юн хочет двигаться без остановок.

Но, несмотря на то, что теперь вокруг не было чужих взглядов, глава клана Бэк продолжал вести себя странно и тянуть время.

И сейчас он снова начал это:

– Уважаемый, нет, старейшина.

Н, нет. Этот парень снова называет меня так.

– Что такое?

– Можно ли перекусить перед отправлением?

– Перекусить?

– Да.

– ……вы голодны?

– Да.

Я слышал, что бессмертные Шинсу не чувствуют голода.

Он намеренно пытается задержаться. Возможно, ждёт пока его кто-то догонит? – Мён Юн слегка нахмурился, но Бэк Гиха снова подтолкнул его:

– Давайте перекусим здесь же у дороги. У меня есть немного еды и для вас.

– ……конечно.

Будь моя воля, я бы велел ему оставить это и сейчас же ехать лишь вперёд, но……

– Ха-ха. Я подготовлю еду. Садитесь сюда.

Судя по тому, что он собрал и повёз еду с собой, сложно сказать, что это какая-то странная ложь……

И если судить по ловкости с которой Бэк Гиха обустраивал место для перекуса на обочине дороге, казалось, что он делал это не один раз.

И, какими бы ни были чувства Джу Мён Юна, он не мог быть груб с главой семьи победившей в войне.

И Шинсу обедают. Как неожиданно, – подумав так, Мён Юн тихо отошёл с Са Дан Юном в сторону:

– Отправляйся первым на территорию лорда и возьми с собой охранников. Он ведёт себя подозрительно, поэтому если будем сопровождать его лишь мы, то могут возникнуть недоразумения.

– Всю дорогу до поместья? Нужно ли это вообще? По пути есть охранный пост, как насчёт того, чтобы попросить в сопровождение их стражников?

– Необходимы полномочия для использования караульных. Быстрее привести стражников клана, чем получать разрешение от Шинёна.

– Всё ли будет в порядке, если вы останетесь один?

– А как поступить иначе? Тебе следует вернуться как можно скорее.

Са Дан Юн вздохнул и кивнул:

– Я буду двигаться без сна, поэтому не реагируйте слишком бурно, что бы ни случилось. Я не знал, что он такой человек, но судя по увиденному сегодня, понятно, что у него есть какой-то план.

– Я тоже не знал, что он такой человек. Подозрительно, что он проделал весь путь сюда в одиночку. Боюсь, он пытается разжечь беспорядки и новую войну, поэтому тебе следует передать солдатам семьи Джу, чтобы они были крайне бдительны.

– Да. Тогда я отправляюсь.

– Хорошо. Возвращайся быстрее, понял?

– Не волнуйтесь.

Проводив взглядом спешно уезжающего товарища, Джу Мён Юн подошёл к Бэк Гиха и сел на уже приготовленный камень.

Гиха, снявший с коня поклажу, привычными движениями рук обустраивал всё, что нужно было.

Пш, – по щелчку пальцев в воздухе появились искры, которые подожгли сложенные веточки.

– Куда отправился воин Са?

– Ему пришлось спешно покинуть нас из-за срочного дела.

– Жаль. Я хотел сделать ему что-нибудь хорошее.

Хорошее? – прищурился Джу Мён Юн, услышав неожиданное слово.

– Ну, позже будет ещё один шанс. В любом случае старейшина важнее.

Глаза Мён Юна невольно расширились, когда он увидел, как Бэк Гиха закрепляет на костре свои припасы.

Однако, каким бы зорким не был взор старейшины Джу, он не мог заметить никаких признаков жизни вокруг.

Почему он продолжает вести себя так, когда никто не видит?

Но поскольку вопрос не мог получить правильного ответа, Мён Юн вместо того, чтобы спросить «Почему я – старейшина, лорд Бэк?», он ответил:

– Да.

– Мм. Этикет семи кланов Хвангё в целом схож, но я на всякий случай всё равно спрошу.

– Да.

– В клане Джу…… правда нельзя жениться без присутствия родителей?

– ?

– То есть, я имею в виду, раз старейшина здесь, то даже несмотря на планы, свадьбы ваших детей будут отменены……

– Разве это не обычно дело? В клане Бэк не так? Нет смысла проводить свадьбу, если родителей нет рядом. Можно же просто перенести дату.

– Правда?

– Да.

– Вот как, – Бэк Гиха внезапно вскочил на ноги и, словно не в силах успокоиться, принялся кружить вокруг.

Остановившись, он снова сел и вновь вскочил, принимаясь метаться вокруг.

– ??

Пока Джу Мён Юн смотрел на Гиха, недоумевая, что тот делает, Гиха вернулся и мрачно задал другой вопрос.

– ……знаменательное событие? – лицо Мён Юна исказилось ещё сильнее.

– Да. Ну, проще говоря, какие-либо хорошие новости…… – Бэк Гиха, наблюдавший за изменением выражения лица старейшины Джу, снова заговорил. – Поскольку я думаю, что скоро случится хорошее событие……

Серьёзный бравый воин был настолько растерян от услышанного, что впервые за долгое время искренне разозлился.

Это что ещё значит?

Какая радость может ждать мою дочь на которую хотят повесить ответственность в деле о пропавших людях пока идёт расследование?

Как вообще у него хватает наглости произносить такое слово?

– Никаких хороших событий нет! – в конце концов, Джу Мён Юн повысил голос, что было для него совсем не характерно.

– ……нет?

– А должны быть?

– …… – на лице Бэк Гиха отразился шок. Он на мгновение застыл, смотря на Мён Юна, а затем снова спросил. – Правда нет никаких хороших новостей? Даже если речь о прошлом. В последнее время ведь должны были быть значимые события?

Эт, этот мальчишка. Он сейчас издевается надо мной?

– Нет!

Бэк Гиха, пристально смотревший на лицо Джу Мён Юна, словно пытаясь раскрыть правду, внезапно снова вскочил на ноги.

Развернувшись, он отлетел в сторону и принялся бить по ближайшим деревьям.

Казалось, мужчина не использовал ни капли духовной силы, но сила ударов была такой, что деревья с громким треском заваливались назад.

БАМ!!!!

……что это. Он совсем впал в безумие?

Не заметив, что Джу Мён Юн с потрясённым лицом отступил на шаг назад, Бэк Гиха сломал пять деревьев, прежде чем несколько раз выдохнуть и вновь подойти к нему.

– Какое счастье, старейшина, – сказал Гиха, на лице которого отразилось облегчение.

Счастье? ……счастье потому, что нет значимых новостей? – руки пожилого война задрожали.

Джу Мён Юну хотелось выхватить и огреть его веткой из разгорающегося костра.

Или же просто засунуть её в рот Бэк Гиха.

И почему он всё время называет меня старейшиной? – Мён Юн, не найдя ни единой темы для продолжения разговора или причины для этого, поклонился.

– Только, лорд Бэк, – понизив голос, заговорил он. – Никто сейчас не слышит нас. Почему вы продолжаете называть меня так?

– Почему уважаемый старейшина спрашивает подобное? Старейшина – это старейшина.

– ……

– Между нами ведь не было плохих отношений на поле боя, не так ли? Даже в самых неблагоприятных ситуациях, старейшина стойко поддерживал своих солдат, возглавляя атаку в каждом сражении. Даже в моменты поражения старейшина брал на себя контроль в путях отступления, не сбегая от врагов и я был глубоко впечатлён вашим духом.

– ……?

– Ха-ха-ха! Только посмотрите на это жалкое зрелище!

– Слышал, что даже самые успешные воины не рождаются в главных ветвях клана Джу, погрязших в удовольствиях и разве в этом есть хоть капля лжи? Послушай, Мён Юн, судя по тому, как твои солдаты разбегаются, сверкая хвостами, все они рождены из семени змей, так почему бы просто не использовать в будущем семя змей, вместо семени рода Джу!

Джу Мён Юн пристально смотрел на Бэк Гиха, вспоминая голос этого мужчины, эхом разносящийся по полю боя.

– Что такое?

– ……

– Старейшина? Если вам есть что сказать, то говорите.

– ……

Дело было не в вежливости, а в том, что ему было нечего сказать.

Когда Джу Мён Юн вновь промолчал, Бэк Гиха ближе придвинул к нему камень, на котором снова сидел.

Чтобы сесть рядом с Мён Юном.

– Старейшина.

– Пожалуйста, не приближайтесь.

– Почему ваши слова звучат так обиженно. Вот, пожалуйста, попробуйте это, – Гиха протянул то, что уже некоторое время жарилось на огне.

Даже Джу Мён Юн, привыкший к серьёзным ограничениям на поле боя, впервые видел подобное:

– Что это?

– Узнаете, когда попробуете. Нужно есть с пылу с жару, чтобы лучше усвоилось……

– ? – Мён Юн посмотрел на то, что всунули ему в руки.

Несмотря на то, что еда готовилась на огне, белая и мягкая плоть не имела ни капли зажаристости и была очень тёплой и упругой, а не разваренной и мягкой.

Что это, чёрт побери, такое? – у Мён Юна мелькнуло подозрение, что это попытка отравить его, но любопытство перевесило его.

У меня есть предчувствие, что если попробую это, то пойму, чем, чёрт побери, лорд Бэк занимается всё это время, – Мён Юн посмотрел на Бэк Гиха.

Тот смотрел на старейшину Джу глазами, наполненными предвкушением.

……яд. Да. Как бы всё не было, это не может быть ядом. Сомневаюсь, что он может зайти так далеко, – не в силах сдерживать любопытство, старейшина Джу наконец поднёс мякоть к губам и откусил.

Но едва его зубы разорвали мякоть, как она превратилась в воду, одним потоком устремляясь в горло.

– !

– Охо. Старейшина, не выплёвывайте. Нельзя выплёвывать это.

Джу Мён Юн схватился за горло, пытаясь выплюнуть то, что попало в его горло, но внезапно почувствовал, как в животе становится тепло.

Холодное, пустое нутро, из которого вычерпали огромное количество духовной силы, сейчас наполняла тёплая духовная энергия.

Духовная сила возрастает?

– ! – подняв голову, Джу Мён Юн посмотрел на Бэк Гиха. – Чт, что это? Духовная энергия? Нет, это не обычная форма духовной энергии. Это ду, духовная энергия лорда Бэк? Духовная энергия Шинсу?

Гиха опустил взгляд, услышав вопрос Мён Юна и на его лице отразилось лёгкое смущение.

Но он снова протянул что-то белое и обжигающе горячее:

– Я принёс много. Пожалуйста, возьмите ещё, старейшина.

– Хотите, чтобы я съел ещё? Нет, что чёрт побери вы делаете?! – не сдержавшись, в конце концов повысил голос Мён Юн.

Если принять чужую духовную энергию, то это можно сразу определить по её неоднородности цвета.

Зачем это, когда мне предстоит извлечь духовную силу для компенсации?

Как бы он не старался посеять раздор между мной и Шинёном, не слишком ли уже подобное?

– Вы что, скормили мне это, надеясь, что меня обвинят в предательстве и обезглавят?!

– Уважаемый старейшина, о каких ужасах вы говорите? – замахал руками Гиха. – Я просто дал вам это, подумав, что поскольку вам больше не нужно извлекать духовную силу для компенсации и вы сможете найти в этом награду за свой тяжёлый труд.

– Не нужно извлекать духовную силу?

– Да. Я больше не буду просить взамен духовную силу, того что есть уже достаточно. А, и я также отдельно верну духовную силу старейшины, которую вы успели извлечь.

– ……

– Старейшина?

– ……чем?

– Что?

– Зачем вам возвращать мою духовную силу?

– Как я уже несколько раз сказал, дух старейшины глубоко впечатлил меня, поэтому я бы хотел наладить с вами дружественные отношения.

– Джу Мён Юн! Почему бы тебе не вернуться на свою территорию до того, как я надеру эти мерзкие задницы!

– У меня нет родителей, поэтому было бы замечательно, если бы кто-то вроде старейшины, стал для меня отцом. Я всегда думал так.

– Если ты продолжаешь настаивать на своём, ничего не поделать. У меня не остаётся другого выбора, кроме как отрубить эти змеиные головы и возложить их на алтарь семьи Бэк!

– Если вы не против, считайте меня своим сы, сыном, от, отец.

– …… – Джу Мён Юн теперь потерял всякую надежду понять этого мужчину.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 26.

*****

В это время атмосфера в банкетном зале, где находилась Сехва, внезапно накалилась до предела.

Кто-то, стиснув зубы, скомкал в пальцах письмо, которое получил от Сехвы.

Кто-то быстро спрятал его в рукав, а остальные яростно смотрели на неё с искажёнными лицами.

– Похоже, все получили схожие письма, – одной из тех, кто холодно смотрел на Сехву, была Джу Су Ён. – Мне показалось странным, что кто-то, кто раньше не был ни на одном банкете, вдруг объявил о своём желании посетить его, – девушка аккуратно сложила письмо и убрала его в рукав. – Мисс пришла сюда, чтобы найти кого-то, кто займёт её место в клане Бэк? Угрожая вот этими письмами?

Сехва звонко рассмеялся и взгляд Джу Су Ён стал ещё более ядовитым:

– Что смешного? Вы настолько рады найти кого-то, кто займёт ваше место в качестве заключённого?

– Ты воспринимаешь это как принуждение и начинаешь допрашивать меня, разве это не смешно? Никогда не думала, что ты настолько глупа.

– Простите?

– Ладно, назовём это принуждением. И что тогда ты сделаешь? Побежишь к родителям, покажешь им это письмо и расскажешь, что я угрожала?

– ……

– Если не можешь сделать этого, то не нужно праздно болтать. Если ты увидела содержимое, то должна прижаться к моим ногам и спросить, откуда я узнала этим секреты. Ты должна держаться рядом со мной, шепча и умоляя ничего не раскрывать, но если ты не сможешь успокоить меня, изменится ли содержание письма от попыток угрожать мне?

– ……тогда что вы хотите? Мисс, должно быть, принесла их, потому что вам что-то нужно. Я слишком глупа, чтобы догадаться о намерениях мисс, поэтому, пожалуйста, объясните мне всё простыми словами.

– В чём смысл запугивания или дурных намерений между кровными родственниками? Кровь невероятно важна. Думаешь, я бы сделала что-то со своими кровными родственниками, которые носят ту же фамилию Джу, что и я?

Джу Су Ён посмотрела на Сехву непроницаемым взглядом:

– ……тогда зачем вы показали нам это?

– Очень скоро вы узнаете. Мне любопытно, поэтому я спрошу первой. За кого, чёрт побери, вы принимаете меня, что осмелились попытаться усадить меня на такое место? – спросила Сехва, указывая на место рядом с Са Ёнджу.

По мере того, как тишина становилась всё более тяжёлой, люди в банкетном зале переглядывались, и заговорили.

– Я думала, что вы слабы.

– Говорили, что мисс не хватает духовной силы, из-за чего ваше будущее неопределённое.

– Чтобы скрыть это, мисс часто перемещалась в мир людей.

– Говорили, что вы никогда не сбежите отсюда.

– Аха. Так вот, что говорят обо мне, – Сехва усмехнулась и небрежно высвободила свою духовную силу.

– !!

– Хо!

Её изначальная духовная сила, соединённая с духовной силой Шинсу клана Бэк, вспыхнула над её телом, словно пламя.

Пламя, мерцающее как настоящее, было настолько интенсивным, что его жар и пульсацию можно было почувствовать издалека.

Но сама обладательница силы даже не изменилась в лице, словно этот уровень силы был ничтожным.

Все, кто видел происходящее, молчали.

Все присутствующие здесь знали, что дочь старейшины ещё даже не сбросила кожу.

Откуда столько духовной силы у той, кто ещё даже не сбросил кожу?

Это невозможно!

Невозможно, этого не может быть!

– Я не хотела тратить силы на подобные глупости, поэтому оставила всё в стороне, но чувствую, что больше так продолжаться не может. В итоге мне пришлось устроить эту демонстративную сцену, – взгляд Сехвы переместился на Джу Су Ён и та вздрогнула. – Прежде всего, я должна спросить откуда взялись эти россказни. Кто?

– ……чт, что?

– Кто распустил эти слухи среди вас.

– Это……

Нерешительные взгляды окружающих один за другим сошлись в одной точке.

Когда все взгляды обратились к ней, Са Ёнджу, стоявшую в том месте с бледным лицом и большими глазами наблюдавшую за событиями, разворачивающимися в банкетном зале, охватило смятение.

Только она тут же сделала жалостливое выражение и обратилась к окружающим:

– Чт, что? Почему все смотрят на меня? Когда я говорила подобное? Я никогда не говорила ничего плохого о сестрёнке.

– Не тебе судить, хорошие это были слова или плохие, – сказала Сехва, наливая себе из бутылки, стоящей на столе, и с улыбкой добавила. – Тебе стоит подумать о том, какое впечатление обо мне производили твои слова.

– ……сестрёнка, не сердись на меня. Я просто переживала за тебя, – сказала Са Ёнджу со слезами на глазах. – Я никогда не смогла бы сказать о сестрёнке ничего плохого. И не могла солгать. Конечно, я ошиблась насчёт духовных сил сестрёнки и остального, но я искренне верила, что это правда.

– Довольно этого, Ёнджу. Если тебе меня жаль, то вместо того, чтобы говорить нечто подобное, почему бы просто не попробовать еду с соседнего стола?

– ……что?

– Рядом с тобой накрыт стол для меня. Попробуй каждое блюдо.

– ……блюдо? Та, так внезапно?

– Да.

– Зачем?

– Мне кажется странным то, что ты дважды предлагала мне её.

– ……что же в этом такого странного? Просто стол для сестрёнки уже был приготовлен––

– Довольно, – Джу Сехва мягко улыбнулась. – Если съешь это, я сделаю вид, что ничего не происходило. Ну же, попробуй.

– Значит ты доверяешь мне? ……однако я сейчас не голодна, поэтому поем позже.

– Ёнджу.

– Да?

– Разве я не дорожила тобой также сильно, как своей родной младшей сестрой, когда ты осталась одна? Ты растрачивала своё щедрое ежемесячное пособие за несколько дней и начинала обшаривать комнату моей матушки и мою собственную, а я делала вид, что не замечаю этого.

– !!!

– В те дни, когда мы возвращались рано и ты не смогла получить желаемое, то обыскивала комнату обоих старших братьев, которые находились далеко, не так ли? Тогда слуга принял тебя за вора и избил, после чего ты несколько дней была прикована к постели.

– Се, сестрёнка!

– Тебя так сильно вырвало в комнате старшего брата, что пришлось разбирать пол. Однако разве я когда-либо ругала тебя за это? Я просто продолжала заботиться о тебе. Я настолько забочусь о тебе, а ты даже не можешь съесть один кусочек из того, что поставили для меня рядом с тобой. Как грустно.

Банкетный зал снова взорвался шумом.

– Боже мой! Её приняли за вора и избили так, что её вырвало.

– Неужели именно поэтому её лицо такое опухшее……?

– На самом деле, я думала также. Лекарство из Хвангё, конечно, хорошее, но если принимать его слишком быстро, то кожа будет немного синей. Не слишком ли это?

Губы Са Ёнджу задрожали, когда она услышала перешёптывания о себе.

Оглядевшись по сторонам, Ёнджу закричала:

– Эт, это неправда! Я никогда не делала этого! Это не правда!

– ……

– ……

Только лица окружающих остались такими же искажёнными.

Са Ёнджу прикусила нижнюю губу и отрицательно покачала головой:

– Почему вы делаете это? Вы верите этим словам? Мы ведь так давно знакомы, но вы доверяете не мне, которая была рядом с вами так долго, а доверяете словам моей сестры, с которой познакомились лишь сегодня?

Сквозь её крик вновь прозвучал тихий смех.

Сехва улыбнулась и заговорила:

– Отлично. Тогда попробуй на вкус еду, что на столе рядом с тобой. Тогда я публично извинюсь за ложь. Поклянусь своим именем, что ты не такой человек. Ну как? – а после снова указала подбородком на нужный стол. – Так что переставай нести чушь и ешь.

– ……

– ……

Са Ёнджу задрожала от происходящего.

Пока это противостояние продолжалось, кто-то мягко подтолкнул её:

– Ёнджу, это ты распускала слухи, которые были неправильно поняты. Не стоит упрямиться, – заговорил сидящий рядом с ней.

– Да, верно. Я бы тоже разозлилась. Поэтому, если, возможно, ты и правда выдумывала что-то, если съешь эту еду, то получишь извинения и от моего имени, так зачем так колебаться?

– Да. Услышав подобное, вероятно не хочется просто так сдаваться. Но не нужно бороться и сопротивляться, – добавил ещё кто-то. – Всё наладится после того, как ты немного насладишься едой.

Пусть это может задеть её гордость, но, если посмотреть на причинно-следственную связь, разве Са Ёнджу не виновата в этом?

Похоже, для извинений достаточно поесть и выпить, но почему она так реагирует?

Все с недоумением смотрели на Са Ёнджу.

– Не можешь съесть это? Потому что что-то подложила туда, – слегка улыбнувшись, небрежно добавила Сехва.

– ……!

– ……!!

В мгновение ока в зале снова воцарился шум.

Ён Сон, которая неизвестно когда подошла к Са Ёнджу, подняла столик.

– Отдай! – вздрогнув, Ёнджу бросилась на служанку, но не смогла справиться с её крепким телосложением.

Ён Сон оттолкнула Са Ёнджу, когда та бросилась на неё, и поставила столик рядом со своей госпожой:

– Вот, мисс.

– Чт, что такое! Зачем делаете это! Зачем унесли его. И что я могу пытаться скрыть?! Почему ты пытаешься подставить меня! – Са Ёнджу, которая едва прокричавшая всё это, внезапно пришла в себя.

Нет. Мне нельзя волноваться здесь ещё больше.

Клан Джу – это те, кто слаб против сильных и сильный против слабых.

Чем больше я паникую и падаю духом, тем более тщетными становятся все мои усилия попасть в эту группу, – вспомнив об этом, Ёнджу отчаянно принялась изображать грусть.

Эти усилия оказались не напрасными и в конце концов крупные слёзы полились по её несчастному лицу.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 27.

– Сестрёнка, я искренне не понимаю, почему ты клевещешь и пытаешься подставить меня, – дрожащий и жалобный голос слетал с губ Са Ёнджу. – Что такого плохого я сделала тебе, сестрёнка? Ты так сердишься потому что я немного рассказала про сестрёнку другим, заботясь о сестрёнке?

Вид крупных слёз, ручейками струящихся по женскому лицу был более чем жалким.

Только проблема была в том, что никому не было дела до Са Ёнджу.

Сехва вытащила из рукава шкатулку с серебряными иглами.

Поражённые окружающие принялись перешёптываться.

– Что за чертовщина происходит? Это не чушь, раз она даже заранее подготовила серебряные иглы?

– Ну, судя по её подготовке, это уже не первый раз?

С того момента как появилась игра с хрустальным отблеском, взгляды всех в банкетном зале устремились на неё.

С любопытными взглядами, прикованными к кончикам пальцев Сехвы, молодёжь клана Джу, затаив дыхание, наблюдала за тем, что произойдёт дальше.

Только даже когда все взгляды были прикованы к ней, движения Сехвы остались неизменными.

Неторопливыми, но и не медлительными.

Длинные серебряные иглы пронзали еду на тарелках, а затем поднимались.

И все в банкетном зале не могли скрыть своего изумления.

Несмотря на немало количество приготовленных серебряных игл, каждая из них покрывалась чёрным налётом от соприкосновений с едой, не вызывая сомнений в результатах проверки.

Сидевшие рядом с Са Ёнджу были потрясены и быстро отошли от неё в сторону.

Сама же Ёнджу, наблюдавшая за происходящим с дрожащими руками, жалобно закричала:

– Эт, это не я! Это не я! Это клевета! Нет причин, по которым я могла бы сделать что-то подобное! Неужели вы все поверили в такую нелепую историю?

– ……

– Вы все давно наблюдаете за мной. Вы должны знать, что я бы никогда не поступила так. Нет, куда важнее, зачем мне вообще поступать так? Зачем мне поступать так с сестрёнкой?

– ……

– Хорошо. Ничего страшного, если никто не верит мне. Однако дайте мне шанс доказать свою невиновность. Прошу, – в призыве Са Ёнджу звучало отчаяние, но голос, который прервал её, был по-прежнему невероятно отчётлив:

– Ты уже упустила этот шанс. Тебе следовало попробовать еду, когда я говорила тебе, – с сожалением цокнув языком, Сехва добавила. – Только я не могу игнорировать несправедливость, которую ты чувствуешь и из-за которой грустишь. Даю тебе ещё один шанс, сможешь войти в соседнюю комнату и раздеться?

– ……про, сти?

– Если есть кто-то, кому ты доверяешь, то можешь взять их в качестве наблюдателей. Я осмотрю твою одежду и если ничего не найдётся, то точно принесу извинения. А, и в этот раз я даже преклоню перед тобой колени.

– ……

– Так что поторопись и иди. Из-за всех этих слухов ты, возможно, чувствуешь себя немного неловко, но эта несправедливость скоро будет устранена, если в твоей одежде ничего не будет найдено. А вот если что-то действительно будет найдено, то тебе придётся нести тяжёлую ношу ответственности.

– ……

– Почему не идёшь?

– ……

– Как странно. Не можешь пойти? – Сехва продолжала подталкивать, но Са Ёнджу застыла, не в силах ничего сказать.

Джу Су Ён, молча наблюдавшая за этой битвой, села ближе к Джу Сехве с сияющим взглядом.

Она поняла, что эта мисс собралась напасть не на них.

Остальная молодёжь клана Джу, сидящая в банкетном зале, почувствовала то же самое.

При виде такой Сехвы выражения их лиц сменились с прежнего гневного на более благосклонное.

– Мисс, – заговорила Джу Су Ён печальным голосом. – Прежде всего, это моя вина. Мне невероятно стыдно, что подобное произошло на банкете, которое я устраиваю.

– Нет. Это же не ты лично отравила.

– И всё же это большая проблема. Это могло стать для меня серьёзным ударом, поэтому я не могу относиться к этому легкомысленно. Более того, я ещё раз прошу прощения за рассадку гостей. Я вовсе не хотела проявить неуважение к мисс.

– Знаю. Ты была просто тактична, думая, что мне будет комфортнее и привычнее рядом с моей кузиной.

Джу Су Ён с оживлённым видом кивнула:

– Верно! Верно. Всё именно так!

– Однако слухи обо мне остаются слухами. Что же мне делать, когда всё обернулось так? – Сехва закрыла глаза, прижимая пальцы к вискам. – Мысль о слухах, которые я только что услышала и которые продолжают циркулировать, тревожит меня, поскольку они порочат репутацию моих родителей. И особенно тот факт, что моя кузина, о которой я так заботилась, совершила со мной настолько шокирующий поступок.

Джу Су Ён присела чуть ближе к Сехве и принялась успокаивать её:

– Мисс, не волнуйтесь. Мы все кровные родственники, так какое значение могут иметь несколько ничтожных слухов? Что касается сегодняшних событий, мы все будем держать рот на замке.

Сехва кивнула, медленно открывая глаза:

– Верно. Можно доверять лишь кровным родственникам, – и добавила, словно если бы дело касалось лишь клана Джу, то этого никогда бы не случилось. – Мы должны держаться вместе. Мы должны заботиться друг о друге и хранить свои секреты в тайне. Для этого и существует кровное родство.

– Значит, этот банкет лишь для семьи Джу? – словно вспомнив что-то, спросила Сехва у Су Ён.

В этот раз Джу Су Ён прекрасно всё поняла.

Нет, не только Су Ён, но и все присутствующие.

Даже Са Ёнджу.

Слова Сехвы означали, что пока клан Джу един, они смогут сохранить любую тайну, но если нет, то неизвестно к чему приведут письма в их руках.

– Се, сестрёнка, – когда Са Ёнджу, запинаясь, обратилась к Джу Сехве, все в банкетном зале вновь обратили на неё внимание. – По, подожди…… что ты сейчас делаешь? – чувствуя, что сейчас может произойти, она отступила, махая руками.

И верно.

– Вытащите её сейчас же. Я не желаю видеть её лица ни на одном своём банкете, поэтому не подпускайте её близко ко мне.

Слуга, стоявший у дверях банкетного зала, следуя приказу Джу Су Ён, медленно направился к Са Ёнджу.

Испугавшись, та закричала, оглядываясь по сторонам:

– Поче, му? Нет! Я же говорю нет! Мы всё это время были близкими друзьями, но теперь вы верите лишь моей сестрёнке и отказываетесь дать мне шанс доказать свою невиновность?

– Однако – ты же не из клана Джу, не так ли? – ответил кто-то.

Лицо Са Ёнджу застыло, когда она услышала слова, которые отчаянно не желала слышать.

*****

Когда Сехва выходила из банкетного зала, её вышло проводить довольно много людей.

– Приходите ещё.

– Верно. Давайте увидимся скоро на банкете, который я устраиваю.

– И я тоже. Устраиваю банкет, поэтому буду рад видеть мисс.

Сехва не отвечала на их приветливость, лишь улыбнулась и отвернулась.

– Они ведут себя так, словно готовы сказать всё, что необходимо, но точно ли всё так? – тихо спросила Ён Сон. – Мне кажется, или произошедшее только что, вызвало у них настороженность к вам? Думаю, возможно, стоило просто отправить письма каждому домой.

– Нет. Необходимо действовать масштабно. Если бы сделали это тайно, то они подумали, что я просто нашла их уязвимое место, но если действовать так открыто, то все будут думать, что я на их стороне.

– Сейчас, когда кузина мисс была выгнана, неизвестно, что будет дальше. Не лучше ли было просто сразу разобраться с ней?

Разве не Ён Сон всего несколько дней назад была потрясена мыслью о смерти Са Ёнджу, – услышав слова, сорвавшиеся с губ Ён Сон, Сехва улыбнулась.

Это слепое доверие, даже без известия о причинах этого.

Сехва невероятно скучала по людям, которые питали к ней подобное чувство.

– Какое-то время она будет не в себе от страха. Больше всего, она боится быть не принятой в клане Джу. Поэтому первым делом мы должны полностью изолировать её. Чтобы она больше никогда не смогла вести себя как кукушка, – горькая улыбка изогнула уголки её алых губ. – Если она почувствует, что никто не принимает её, то обратится к старейшинам боковой ветви. И тогда мы сможем отсеять всех тех, кто вынашивает коварные замыслы.

– Можно ли доверять им?

– Есть предел тому, что я могу сделать в одиночку. Мне нужно найти того, кого можно использовать.

Сехва пришла сегодня на банкет, чтобы раздать письма.

– Имеет ли значение добро и зло? Почему добро и зло должно иметь значение среди кровных родственников? – когда-то тихий, спокойный голос задал ей этот вопрос.

Разве подобное может исходить с уст главы клана? – оцепеневшая Сехва, повернула голову к обладателю голоса.

Лицо Бэк Гиха, вертевшего стрелу между пальцами, выглядело вполне искренним.

– Если бы следовать этому, то зачем вообще устанавливать правила?

Жизнь без закона, когда добро и зло без колебаний дружат.

Для этого не нужно было расследовать дело о пропаже людей и присылать меня сюда.

Бэк Гиха посмотрел на Сехву и, возможно, найдя её помрачневшее лицо забавным, слегка улыбнулся:

– Каждый становится хорошим, когда его желания исполняются.

Иногда этот мужчина улыбается в такие непонятные моменты.

Каждый раз Сехве казалось, что с ней обращаются как с дурой и она начинала злиться.

– Ты говорила, что обручилась с юным лордом и приехала сюда, поэтому по возвращению станешь женой Шинёна? Поэтому послушай. Ему нужен кто-то, кто всегда будет служить ему, а не кто-то хороший.

Его слова были верны.

В последние несколько дней Сехва много размышляла о том, что вернулась во времени.

Причиной тому стали противоречивые ситуации с Са Ёнджу и Чхве Док Муном.

Если бы это был подземный мир, то все были бы моими врагами и я без колебаний отомстила им.

Но раз я вернулась во времени, есть те, кто ещё не совершил преступлений.

Поскольку Са Ёнджу действует из-за явной обиды и комплекса неполноценности, в её случае пути назад нет. Да я и не хочу этого.

Однако в случаях, подобных Чхве Док Муна, обида является лишь следствием, ведь за их преступлением скрывается другой мотив.

Удовлетворив этот мотив, я смогу сделать их своими.

Более того, я крепко связала его духовным договором подчинения.

Как бы я ни ненавидела его в прошлой жизни, нет причин не объединить наши усилия в этой.

Поэтому важно установить границы мести за то, что ещё не произошло и решить, с кем я возьмусь за руку.

– Мы вернёмся после этого?

– Нет. Мне нужно заехать ещё в одно место. Поедем в Согвак.

– Да. Я всё подготовлю.

Кстати, я снова думала об этом мужчине.

Если задуматься, он так много сделал для меня.

Именно он научил меня владению мечом и стрельбе из лука.

Именно он поддерживал меня, когда я была на грани срыва, поскольку время, проведённое без возможности вернуться домой, тянулось словно бесконечно.

Отец уже встретился с ним?

Кажется, отец был весьма хорошего мнения о нём на поле боя.

Отец вернулся в Хвангё только с дядей Дан Юном, а Бэк Гиха прибыл сюда один. Значит в клан Джу направляется группа, состоящая всего из них троих?

Если да, то о чём они говорят?

В любом случае, все они грозные воины, поэтому, скорее всего, обсуждают какие-нибудь важные темы.

*****

Вопреки ожиданиям Сехвы, в это время между мужчинами не проходили никакие серьёзные разговоры.

Напротив, с каждой попыткой разговора атмосфера становилась всё более напряжённой.

На самом деле, Джу Мён Юн пребывал в гневе.

И всё же, он оставался внимательным в отношении Бэк Гиха.

Намереваясь быть уважительным, что бы тот не делал.

– Старейшина.

– ……

Только Гиха был не из тех, кого можно было пронять таким отношением.

– Отец.

– ……

Внутри Мён Юна всё кипело.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 28.

Джу Мён Юн реагировал так не всегда.

Изначально он также говорил доброжелательно.

– Пожалуйста, воздержитесь от использования этого обращения. Я не заслуживаю такого почётного обращения от главы альянса шести семей.

– О чём вы говорите? Старейшина поистине исключительный генерал, с невероятным характером и мастерством, обладающий непревзойдённым авторитетом в Хвангё.

– Я ценю вашу оценку, но мне неудобно слышать его, поэтому, пожалуйста, прекратите. Называйте меня просто Джу Мён Юн, как на поле боя.

– Возможно ли такое? Это абсурдно. Тогда это было поле боя, и чтобы поднять боевой дух солдат, я нёс всю ту чушь.

– ……

– Уверен, старейшина понимает о чём я, ведь вы привыкли к битвам и, конечно, должны понимать. Моя личность совсем не такая. Я воспитанный. Мыслью без изъянов, внимателен к слабым, уважителен к старшим и……

– ?

– У меня большое сердце, поэтому по, поженившись, я буду добр к супруге.

– ……

– Честно.

……как бы то ни было.

Зачем ему говорить подобное при мне?

Однако хвастовство Бэк Гиха продолжалось и после этого.

Поэтому Джу Мён Юн продолжал изумляться, думая:

Есть предел в золочении облика, как он может говорить подобное?.

От пограничного поста до особняка на территории клана Джу требовалось 2 дня пути на полной скорости.

Всего 2 дня.

Только почему это короткое расстояние сейчас кажется вечностью?

Дан Юн, когда же ты, чёрт побери, наконец приедешь? Приезжай побыстрее, пожалуйста. Приезжай побыстрее, – Джу Мён Юн крепко зажмурился.

Мучительное путешествие должно было быть ещё долгим.

*****

С каменным лицом Сехва быстро шагала вперёд.

Местом, куда она направлялась, была комната для письма на определённой улице.

Отправив паланкин в особняк, Сехва с Ён Сон прибыли туда, когда солнце уже садилось.

Кабинет для письма был старым и обветшалым, но в нём было полно народу. Люди спешно выходили из помещения, прижимая что-то к груди, словно только что найденное сокровище.

Сехва протиснулась сквозь толпу и, неудержимо шагая вперёд, одним стремительным рывков вошла в самую сокровенную, дальнюю комнату.

– Что вы творите?! Туда нельзя! – мужчина, по всей видимости, хозяин этого места, бросился за девушкой, в панике крича ей остановиться, но та не обратила на него внимания.

Человек, работающий над чем-то в комнате, вздрогнул, увидев перед собой незваную гостью.

– Что привело тебя сюда так внезапно? – с недоумением спросил мужчина, изумлённо смотря на Сехву.

Это была Чон Хын Сен, всё ещё носящая мужскую одежду.

– О? Вы знакомы?

– Да. Хозяин, вы можете идти. Мы просто поговорим.

– Хо, тогда следовало сказать об этом раньше.

– Садись, – Чон Хын Сен быстро схватила две подушки в углу и предложила их Сехве. – Что случилось? – она с любопытством посмотрела на подругу, облачённую в женскую одежду.

В какой-то момент Хын Сен поняла, что его невозмутимый товарищ – женщина.

Однако, увидев Сехву не в привычной мужской одежде, а в безупречном женском одеянии, та ощущалась совсем другим человеком.

Не обращая внимания на взгляд Хын Сен, Сехва сказала:

– Я пришла ответить на то, о чём ты спрашивала.

– Что?

Сехва на мгновение погрузилась в воспоминания о прошлом.

Тогда она ненавидела упрямство и привилегированный образ мышления клана Джу, но сама переняла ту же природу.

Сехва пыталась жить среди людей, но относилась к ним с презрением, поэтому так и не смогла завязать ни с кем из них глубоких отношений.

Чон Хын Сен всегда была рядом с Сехвой, которая отличалась постоянным упрямством и непреклонностью.

Когда признаки поражения клана Джу стали очевидны, Сехве пришлось оставить жизнь в мире людей и вернуться в Хвангё, так что их связь резко оборвалась с её исчезновения.

И если бы Чон Хын Сен не обладала способностью выплатить её просьбу, то Сехва, скорее всего, не пришла бы к ней.

– Что? Ты внезапно исчезла и теперь появилась снова. Кто стоит за тобой?

– Моя названная сестра.

– Названная сестра? Разве ты не говорила, что у тебя только 2 брата?

– Это Чон Хын Сен. Человек. Поздоровайся.

– Здравствуйте. Я – Са Ён Сон, прислуживаю мисс Сехве. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

– ……что. За ситуация.

– ……знаю, что это немного неожиданно, но у меня есть к тебе просьба, – неловко начала Сехва, смотря на Хын Сен, которую это приветствие застало врасплох.

– Это не так важно, что ещё за «человек»? Если бы кто-то услышал тебя, то подумал бы, что вы не люди.

– ……

– ……что, почему? – Сехва, всегда говорившая прямо, внезапно замешкалась, чего никогда раньше не было и, Чон Хын Сен кивнула, отодвигая бумагу и кисть лежащие перед собой. – Ладно, сначала скажи, что ты хочешь, чтобы я сделала.

– Я хочу вырыть несколько колодцев, поэтому мне нужен инспектор по борьбе с наводнениями и рабочие. Я не хочу привлекать внимания, поэтому всё нужно делать тайно. Я также хочу закупить как можно больше риса и лечебных трав. Конечно, я не хочу, чтобы об этом кто-то знал. Деньги я––

– Денег достаточно. Когда?

– ……чем быстрее, тем лучше.

– Позволь спросить одно. Это опасная работа?

– Опасная? А, если это обременительно––

– Нет, не для меня. Я говорю о тебе.

– ……

– Ты перестала ходить в Академию, просто в один день внезапно исчезла. Я не смогла найти тебя дома. Может сейчас ты оказалась втянута во что-то опасное?

– ……

– У тебя есть деньги, которые можно потратить так, чтобы никто не узнал?

– Есть.

– Возьми хотя бы это, – Чон Хын Сен порылась в деревянном ящике в углу этой комнаты и, вытащив довольно тяжёлый кошель, положила его на стол.

– Всё в порядке.

– В любом случае, возьми. Я не знаю, в чём дело, но что бы ты не собралась сделать, чем больше у тебя денег, тем лучше.

Услышав эти слова, Сехва молча приняла кошель и, помолчав немного, спросила:

– Не будешь спрашивать, зачем он мне? Я решила ответить на все вопросы, которые ты давно задавала мне.

– Всё нормально. Ты тоже не знаешь меня.

– Что?

Чон Хын Сен усмехнулась, увидев растерянный взгляд Сехвы:

– Ты ничего не спрашивала, когда все остальные шептались обо мне и избегали меня.

– Это.

– Меня открыто называли грязной и избегали, словно я прокажённая. Тебе, должно быть, хотя бы раз было любопытно, но ты ни о чём меня не спрашивала.

Академия, в которой они учились, была местом где собирались дети из влиятельных семей.

И уже имели общее представление о родственных связях друг с другом.

Среди них всех лишь Хын Сен была единственной, чьё происхождение было неясным и поскольку сама она не раскрывала его, вполне естественно, что среди окружения возникли различные домыслы.

Так Чон Хын Сен стала ребёнком, рождённым от измены, для которого создали фальшивую родословную, чтобы выдавать за дворянина, поэтому на такого ученика следовало донести, чтобы наказать по закону, и всё это сопровождалось издевательствами, когда говорили, что не стоит разговаривать с Хын Сен, если не хочешь, чтобы с тобой обращались также.

– Даже если ты просто не интересовалась мной, мне нравилось твоё равнодушие. И я не спрашиваю, потому что я всё ещё не хочу говорить о себе. Поэтому ты можешь рассказать о себе когда захочешь.

– ……

– Как мне связаться с тобой, когда потребуется? Пойти к тебе домой?

– Нет. Я сама приду сюда, – Сехва помедлила и, получив в ответ «хорошо», поднялась, коротко прощаясь. – Мне нужно многое подготовить сегодня, поэтому я уйду сейчас.

– Да.

– ……

– Что? Если хочешь что-то сказать, говори. Нужно что-то ещё?

– Нет. Дело не в том…… что ты совсем не интересовала меня.

– Что?

– Поэтому я знаю об этом месте. Я никого не спрашивала и не бродила вокруг, а сразу пришла сюда. Помня, что здесь ты продаёшь порнографические картины, – после минутного колебания Джу Сехва добавила. – И я запомнила твоё настоящее имя. Чон Чихва.

– ……

– Я пойду. Спасибо.

Когда Сехва повернулась вместе с мешком денег, Ён Сон, стоявшая позади них поклонилась Чон Хын Сен и также отвернулась.

– Вот как. ……запомнила моё имя, – рассеяно пробормотала Хын Сен, наблюдая, как они выходят из узкого дверного проёма. – И даже то, что я работаю здесь.

Разговор об этом кабинете письма происходил очень давно, почти сразу после их знакомства.

Мне хотелось узнать получше этого замкнутого ученика, поэтому я просто несла всякую всячину о любимых местах, любимых цветах и любимых занятиях.

Не только о псевдониме, который взяла себе, чтобы выдать за мужчину, но и даже своё настоящее имя.

Тогда, что бы я ни говорил, она просто безучастно смотрела на далёкий пейзаж.

Образ этого ярко всплыл в памяти Хын Сен.

Так вот оно как. Я думала, что она не слушает, но она слушала, – эта мысль внезапно подняла ей настроение.

Хын Сен, подхватив снятую шляпу, вышла из кабинета, чтобы выполнить просьбу Сехвы.

Лицо Хын Сен, насвистывающей мелодию, было гораздо светлее, чем прежде.

*****

Цок!

Цок! – стук лошадиных копыт эхом разносился по бескрайним равнинам.

Каждый раз лошади, подгоняемые громким окриком, ускоряли шаг.

Тени, отчаянно погонявшие коней без малейшего отдыха, были двумя старшими братьями Сехвы.

За ними тянулось туманное облако пыли.

Два молодых воина покинули линию фронта и обеспечили себе недельные отгулы, чтобы воссоединиться со своей семьёй.

Поскольку территория семьи Джу сократились, споры о границах всё ещё были частыми. Следовательно, им любой ценой необходимо было соблюдать срок в неделю.

Исключая время, потраченное на дорогу, время на встречу с семьёй почти не оставалось.

Поэтому, чтобы хоть немного продлить это время, мужчины неслись от одного охранного пункта к другому, не тратя время на еду и даже сон.

График их пути был настолько напряжённым и суматошным, что у них едва хватало времени перевести дух.

Но при таком движении они услышали нечто странное.

– ……кто говоришь?

– Повтори ещё раз. С кем наш отец?

Их отец недавно проехал этот блок-пост с лордом семьи Бэк.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 29.

Два брата непонимающе посмотрели друг на друга:

– Старший брат, ты слышал это? Глава клана Бэк. Это Бэк Гиха?

– Если это глава клана Бэк, то он лишь один… но почему он с отцом?

Со слов стражников выходило, что Джу Мён Юн и Бэк Гиха были лишь вдвоём, без сопровождения или свиты. Сама ситуация была совершенно непонятной.

Зачем главе клана Бэк приезжать на территорию клана Джу без сопровождения?

Почему наш отец едет в одиночестве с Бэк Ги Ха, без других солдат?

Куда делся дядя Дан Юн?

Вопросов было множеством, поэтому двум молодым мужчина ничего не оставалось, кроме как вновь погонять лошадей, чтобы получить ответы.

Они мчались всё быстрее, заставляя подковы лошадей трескаться и через некоторое время заметили две тени разной высоты вдалеке на равнине.

Одна тень, казалось, стремилась мчаться прочь, в то время как другая, не сидящая верхом, задерживалась, словно желая ещё немного насладиться моментом.

Это был их отец и лорд клана Бэк.

– Отец!

– Гаюн, Гахан! Нет, что вы здесь делаете? – Джу Мён Юн, остановившийся от стука копыт лошадей, удивлённо посмотрел на сыновей. – Вы же должны охранять передовую, зачем проделали весь этот путь сюда? Что-то случилось на границе территорий? Или вы отправились доложить Шинёну?

– Конечно что-то случилось! – громко ответил Джу Гаюн, только что домчавшийся до отца и спешившийся с коня.

– Верно. Как мы могли молчать, услышав про Сехву и клан Бэк? Мы оба едем к Шинёну, чтобы умолять его пересмотреть этот приказ, даже готовы рискнуть своей жизнью!

– Что?

– Как можно взвалить такую ответственность на нашу хрупкую младшую сестру? Даже если это означает пожертвовать своей жизнью, нужно как-то защитить Сехву……!

– Эти, эти…… – гнев Джу Мён Юна вновь вспыхнул при взгляде на серьёзные лица сыновей.

Эти глупые мальчишки!

– Если бы это можно было решить такой просьбой, я бы уже всё решил! Вы решили подобный важный момент перед собой и после этого самодовольно покинул передовую?

– Нет. Старейшина Джаюн выделил нам неделю.

– Как старейшина Джаюн––

– Но, отец, – Джу Гахан прервал разговор отца и брата, и указал на человека, который внимательно слушал их.

Лишь тогда Джу Мён вспомнил о ком забыл и со смущённым выражением лица представил приёмных сыновей Бэк Гиха:

– Мы устроили такое скверное представление. Лорд Бэк, это мои сыновья.

– Да, я уже знаю это.

– Гаюн, Гахан, вы тоже должны поздороваться.

– Отец, прежде всего, скажи, почему он здесь? Разве уже оговорённой компенсации недостаточно? Вы здесь, чтобы потребовать ещё больше?

– Старший брат говорит верно. Вы пришли сюда, потому что не можете утолить свой гнев, пока не увидите своими глазами, что ещё можно забрать?

– Что за грубые манеры! Как можно так разговаривать с главой клана!

– Глава клана или не глава клана. Не знаю положительного ли мнения о нём отец, но я думаю абсолютно иначе. Даже на поле боя он был тем, кто без колебаний пинал упавшего с лошади. В бою на мечах он использовал обманные манёвры, чтобы выплеснуть свою духовную силу.

– Правильно. Когда мы столкнулись с ним, он пнул старшего брата по голове, выхватил мой меч и бросил его в реку. Мы обращались вежливо даже с пленными, но как он, глава клана и генерал армии, мог так унижать других?

Когда его сыновья разразились осуждающей речью, глаза Джу Мён Юна расширились:

– Это действительно происходило?

В этот момент.

Бэк Гиха, спокойно наблюдавший за их разговором, запаниковал. По мере того, как их разговор набирал обороты, он всё сильнее мрачнел и внезапно рухнул на колени.

БАМ!

– ??

– ?!

– …… – последним отреагировал Мён Юн.

За прошедшее время он стал равнодушен к странностям Гихи и смотрел на него отстранённым взглядом.

В этот раз, Мён Юн просто задумался о том, какая чушь слетит с этих красивых уст.

И слова, сорвавшиеся с губ Бэк Гихи, заставили его осознать поговорку: «Дальше – больше».

– Старшие братья.

– ???

– ??!

– …… – Мён Юн повернулся, наблюдая, как его сыновья шокировано таращатся друг на друга.

Пусть Гиха и выглядел невероятно молодым, разница между ним и сыновьями Мён Юна была меньше, чем между Мён Юном и им.

Что, чёрт побери, за легкомысленный выбор обращений? Неужели мы, я, были побеждены кем-то подобным? – Мён Юна охватила волна ненависти к себе, но он не хотел вмешиваться в это, какой бы не была ситуация.

В этот момент первым в себя пришёл Гахан и быстро помог Бэк Гиха подняться.

……точнее попытался поднять его.

Колени Бэк Гиха словно приросшие к земле не двинулись.

Встревожившись, Гахан с силой потянул его вверх, но мужчина остался неподвижен:

– Чт, что творите? Как глава шести кланов может преклонять колени перед тем, кто ему даже не родня?

– Верно. Неужели у вас нет гордости? Вставайте! Разве вы не знаете, что воин не должен преклонять колени ни при каких обстоятельствах?

– Это невозможно. Как глава клана, как тот, кто несёт бремя шести кланов, я лучше всех знаю о тяжести своих коленей. Но я сам осознаю ошибки, которые совершил. Как я могу щадить эти два колена? – Гиха продолжил говорить с мрачным выражением лица. – Возможно, я немного, не.мно.го старше вас двоих, но меня уже охватывал страх, когда я впервые встретил вас, генералов, на поле боя. Потому что я понял, что несмотря на то, что вы не.мно.го моложе меня, вы двое намного превосходите меня характерами, умениями, духом и всем остальным.

– ……что?

– Что??

– Этот страх побуждал меня поступать так. Я не могу в полной мере извиниться за свои прошлые поступки, но я пообещал себе, что если когда-нибудь встречу вас двоих, то расскажу вам, что происходило на поле боя. О том, что это не было моими истинными намерениями. Как лидер альянса шести кланов, я не мог позволить себе проиграть. Мне нужно было защищать людей, поэтому я совершал подобные бескультурные поступки.

– ……

– ……

– Я был поражён вашей храбростью вас двоих, поэтому делал подобное, чтобы самоутвердиться.

– ……хо, мм.

– ……кхм.

– Моим прошлым поступкам по отношению к вам двоим нет оправданий, поэтому вы можете критиковать меня, как хотите. Но я хочу, чтобы вы знали правду, – добавил Бэк Гиха убедительным голосом, смотря на Гахана и Гаюна. – Вы можете не верить, но эти слова невероятно искренние. В ту минуту, как я встретил вас двоих, просто я не мог закричать о том, что вы скоро станете одними из величайших воинов Хвангё. Я никогда не думал, что возраст станет для меня препятствием, чтобы относиться к вам двоим как к старшим братьям.

Слова Бэк Гиха лились рекой, но взгляд Джу Мён Юна, уже слышавшего кучу подобных слов, становился всё более и более холодным.

Только двое его приёмных сыновей, которые никогда и ни от кого не получали подобной похвалы, были удивлены и обрадованы словами, срывающимися с губ Бэк Гихи, их лица буквально загорелись от изумления и восторга.

Пусть Мо Ён находил реакцию своих сыновей жалкой, сомневаться в сказанном было сложно.

Преклонение коленей уже само по себе было актом выражение величайшего уважения.

Более того, совершал его не кто иной, как Бэк Гиха, глава альянса шести кланов и единственный божественный зверь в Хвангё.

Учитывая разницу в мастерстве между ним и ими, даже если у Гиха был какой-то скрытый мотив, его было бы недостаточно, чтобы преклонить колени.

Поэтому ничего не остаётся, кроме как принять это заявление за правду.

Я даже не могу винить своих сыновей.

– Вы оц, оцениваете нас так?

– Гахан, он просто говорит приятные слова. Быстрее поклонись в знак благодарности и отойди.

– Для меня большая честь получить подобную оценку от Божественного зверя.

– Гаюн, поскольку это просто вежливость, ты тоже можешь быстро поклониться лорду и отойти.

– Вежливость? Это абсолютно не так, господин отец. Я действительно был впечатлён двумя генерала––

– Если правда считаете меня гос.по.ди.ном.от.цом не могли бы вы встать? – смиренно спросил Мён Юн, который за их путь уже раз 300 слышал обращение «господин отец».

Испачканные грязью колени Бэк Гиха тут же оторвались от земли.

Когда он встал, двое сыновей Мён Юна, словно оберегая Гиха, взяли на себя по одному колену и отряхнули их.

Было очевидно, что они глубоко тронуты высоким уважительным отношением божественного зверя.

– Всё в порядке. Вам двоим не нужно поступать так, – поклонился Гиха, словно пытаясь остановить Гаюна и Гахана.

Тогда, словно принимая его отношение эти двое поклонились ещё ниже.

– Нет. Мы знали, что находимся в состоянии войны и знали, что есть люди, которых нужно каждому защищать любой ценой, но мыслили неразумно.

– Спасибо за понимание. Однако это я был слишком суров с вами двумя, – с мрачным лицом лорд Бэк вновь согнул спину, повторяя свои извинения.

Тогда два молодых генерала вновь поклонились……

И лорд Бэк вновь склонился перед ними……

Его сыновья снова поклонились……

Даже если это был приказ Шинёна, я должен был послать кого-нибудь другого встретить лорда Бэк, – подумал Джу Мён Юн с глубоким сожалением, на мгновение закрывая глаза.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –

Глава 30.

*****

Вернувшись домой, Сехва сидела в своей комнате и изучала духовную силу внутри себя.

Она задавалась вопросом, сможет ли она сбросить кожу, учитывая, что её тело переполняет смесь собственной и чужой духовной силы.

Количество энергии, которые могли использовать небожители, которые сбросили кожу и которые не сбросили, было совершенно разным.

Было бы определённо полезнее, если бы я смогла сбросить её немного быстрее……

Однако, пусть у Сехвы уже достаточно духовной силы для сброса кожи, она не могла понять в чём именно заключается проблема.

– Получается проблема не в духовной силе? Получается, для сброса кожи нужно ещё что-то?

Сехве хотелось спросить у кого-нибудь об этом, но её родители и старшие братья были далеко.

Придётся немного потерпеть, чтобы разрешить свои сомнения.

Может это из-за того, что две духовные силы смешались до моего сбрасывания кожи? Это ведь не займёт больше времени, чем ожидалось, верно? – Сехва сидела с серьёзным выражением лица, размышляя об этом до поздней ночи.

Возможно, заметив снаружи свет, её окликнула Ён Сон:

– Мисс, вы уже легли? Чхве Чан Мён прислал человека.

– Что? Уже? – Сехва быстро поднялась и вышла из комнаты.

Она попросила его кое о чём, когда они встретились в банкетном зале.

Сехва попросила раздобыть меч и лук из человеческого мира или из Хвангё если получится.

– Человек, который принёс это, сказал, что здесь были хорошие экземпляры, поэтому их отправили первыми. Он также передал, что позже будут присланы экземпляры из других мест, как только они прибудут.

Сехва быстро сунула ноги в туфли и ступила на землю.

Слуги принесли длинный деревянный ящик, протягивая его.

Внутри лежали два предмета, завёрнутых в шёлк.

Когда Сехва развязала ткань, показались довольно большой чёрный роговой лук со стрелами и глаза Ён Сон расширились:

– Лук? Почему тут лук? Что мисс собирается делать с ним? Учиться стрельбе?

– Учиться? Я уже умею стрелять. ……забыла?

– Что? – Ён Сон вздрогнула и отмахнулась. – Вы же не говорите о том времени, когда давным-давно учились стрелять из лука будучи вот такого росточка и с насморком?

– ……кажется, насморка у меня тогда не было, – ответила Сехва, смотря на кончики пальцев горничной, указывающий её предполагаемый рост. – И рост не тот. Тогда я была несколько выше.

– Точно. Примерно вот такой.

– Говорю же, рост не тот?

– В любом случае. Вы помните, чему вас учили тогда? Не обижайтесь, но если правда хотите научиться, то подождите пока вернётся старейшина и тогда учитесь.

– Всё в порядке. Я умею стрелять. У меня даже неплохо получается. ……хорошо получается? – отозвалась Сехва с решительным выражение лица, но каждая её фраза заканчивалась в итоге вопросом, заставляя Ён Сон в отчаянии ударить себя в грудь.

И, словно не слыша ответа госпожи, она продолжила изливать свои переживания.

И это было понятно, ведь три сестры горничных и Сехва никогда не расставались. Они всегда были вместе, но никогда не видели, чтобы мисс стреляла из лука, так как можно было поверить в её хорошие навыки?

И слова «Забыла?», «Хорошо получается?».

Что это за уверенность, если мисс сама не знает?

– А что второе? Возможно меч?

Даже будучи завёрнутым в шёлк, размытые очертания меча в ножнах были безошибочно узнаваемы.

В ответ на вопрос Ён Сон Сехва быстро развернула второй предмет в ящике.

– У Чхве Чон Мёна определённо есть способности.

Где он так быстро раздобыл такой хороший меч, он идеального размера и веса, – Сехва вытащила меч из ножен.

Меч выскользнул с тихим звуком и мягко сверкнул белым в лунном свете.

Его лезвие было тоньше и легче мечей, которые обычно использовались в Хвангё или мире людей.

– Ён Сон, иди подготовь тренировочную площадку.

– Что?! Сейчас? Что вы собираетесь делать?

– Спрашиваешь что? Конечно же, испробую оба оружия.

– Боже, мисс. Что за глупости вы продолжаете говорить. Просто поспите сегодня и сделайте это завтра. Я подготовлю всё завтра рано утром.

– Нет. Сделай сейчас. Быстрее.

– Вы только вчера пришли в себя после болезни, а сегодня уже были на банкете. Более того, теперь вы ещё собрались заниматься боевыми искусствами посреди ночи?

– Всё в порядке.

– Каким бы лёгким он ни казался, это всё равно меч. Даже десять раз взмахнуть им невероятно сложно. И вы должны помнить насколько тугая тетива. Если она затянута достаточно хорошо, то даже здоровый человек перенапряжётся, – Ён Сон, явно глубоко обеспокоенная происходящим, не остановилась, даже когда Сехва махнула ей рукой. – Вы беспокоитесь из-за поездки в клан Бэк? Но если просто немного подождёте, то вернётся старейшина и вы сможете обучиться всему. Я буду учиться вместе с вами, мисс.

– Угу. И тогда я тоже буду учиться, – отозвалась Сехва на ворчание Ён Сон, быстрым шагом направляясь куда-то.

Придя в тренировочную площадку отца, девушка приказала слугам приготовить соломенных кукол и мишени.

Слуги, широко распахнувшие глаза при внезапном визите мисс, поспешили достать всё из кладовой.

– Лампы! Принесите и лампы! Послушайте, мисс. Не тренируйтесь в темноте, просто подождите пока слуги принесут фонари.

– Нет, всё в порядке. Этих фонарей достаточно.

– Сейчас ведь темно? Даже луна сегодня почти не светит.

Было бы хорошо, будь луна больше по размерам, но на ночном небе свозь облака проглядывал лишь убывающий месяц, от которого осталась половина.

Сехва первой взяла чёрный роговой лук и натянула тетиву.

Прямой лук с трудом согнулся во время натягивания тетивы.

Но даже однократный щипок тетивы издал восхитительный звук схожий со щипком струны музыкального инструмента.

Было видно, что Чхве Чан Мён приложил немало усилий, чтобы раздобыть такой хороший лук.

– Боже, и правда собрались стрелять. Пальцы нашей мисс сейчас лопнут от напряжения. Мисс, пожалуйста давай сначала наденем перчатки. Я сейчас же схожу за ними.

– Хорошо! Но можешь поторопиться?

– Конечно. Подождите немного, – повеселев от ответа Сехвы, Ён Сон поспешила в пристройку госпожи.

Сехва же, едва избавившись от обеспокоенной горничной, натянула стрелой тетиву, не дожидаясь Ён Сон.

– Нужно выпрямить спину ещё немного, – её уха словно коснулся тихий, спокойный мужской голос.

Большая тёплая ладонь будто легла на её спину, подталкивая вперёд и приподняла подбородок девушки, выпрямляя её осанку.

– Подними подбородок ещё выше. Вот так.

*****

Кажется, это происходило на следующий день после объявления даты охотничьих состязаний в клане Бэк.

Лук, основное оружие клана Бэк, было стандартным для этого мероприятия.

Для кланов Бэк, обладавших врождённым даром владения лука, охотничьи состязания, демонстрирующие отточенность мастерства стрельбы, было невероятно важным событием.

Вся территория клана гудела от волнения и обещания продемонстрировать самые сложные и таинственные техники.

Даже дети альянса шести кланов, обучающиеся в клане Бэк и имевшие собственное оружие, увлеклись атмосферой и начали практиковаться в стрельбе из лука.

Сехва была среди них.

Уверена, меня снова заставят участвовать.

Оружием клана Чжу был меч, но девушка никогда не умела владеть им как следует.

После долгих размышлений Сехва отказалась от меча и взяла лук.

Даже стреляя не слишком хорошо, она могла оправдаться тем, что лук не является оружием её клана, но при отсутствии мастерства владении мечом такие оправдания не сработали бы.

Конечно, чтобы это оправдание стало правдой, стрела Сехвы должна была хотя бы слегка коснуться цели.

Не имея возможности воспользоваться общей тренировочной площадкой, Сехва взяла старый, потрёпанный лук, который ей удалось раздобыть и используя дерево в саду, в качестве цели, натягивала тетиву пока кончики пальцев не превратились в мясо.

Окровавленные пальцы пульсировали и соскальзывали с тонкой тетивы, но девушка не собиралась прекращать свои занятия.

После вмешательства Бэк Гихи открытые нападки на Сехву прекратились, но в этом огромном клане Бэк всё ещё было полно тех, кто отчаянно пытался унизить её любыми возможными способами.

Это было вполне ожидаемо и Сехва была готова к подобному.

Что бы она ни говорила и ни делала, люди клана Бэк и альянса шести кланов обсыпали её оскорблениями, словно именно Сехва пожирала пропавших детей.

До прибытия в клан Бэк девушка полагала, что благодаря вмешательству Шинёна дело о пропаже небожителей скоро будет раскрыто и она сможет вернуться домой.

Однако Сехва жила здесь уже 4-й год.

Это означало, что нельзя было предположить насколько ещё может задержаться её возвращение.

Какое счастье, что я училась стрелять из лука, пусть и совсем немного. Я ведь могла даже не уметь натягивать тетиву, – одна мысль об этом приводила Сехву в ужас.

Однако даже это не означало, что девушка была в лучшей форме.

Сехва помнила лишь самые основы и, без должного понимания того, как нужно стрелять, её стрелы даже не долетали до цели.

Она пробовала разные техники стрельбы, но и после нескольких дней упорных тренировок результаты не сильно изменились.

Какой смысл в таких бессистемных тренировках?

Нет. Возьми себя в руки. Это лучше, чем ничего, – вернув решимость, Сехва стиснула зубы и снова подняла лук.

Неважно, что меня некому учить. Просто подождите и увидите. Я как-нибудь научусь и, прежде чем уехать отсюда, обязательно всажу стрелы в самые высокомерные лица.

Где бы я ни была, я всё ещё из клана Джу.

Невеста юного лорда, Джу Кёнхёна и дочь старейшины клана Джу, Джу Мён Юна.

Я ни при каких обстоятельствах не буду склонять голову.

Это случилось, когда Сехва вот так боролась в одиночестве.

– Не так, – мягко сказал кто-то, заставляя её выпрямиться.

Это был лорд клана Бэк, Бэк Гиха, которого она мысленно проклинала бесчисленное количество раз.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –