Пролог.

На улице светало, первые лучи солнца мягко касались прозрачных жемчуженок-росы, так тихо лежавших на зелёной траве. Одинокий домик стоял на верхушке холма, с нетерпением ожидая прикосновения солнца.

Старый чайник громко посвистывал на плите, прозрачные занавески тихонько шуршали под дуновением ветерка, чёрный кот сладко мурлыкал в своей корзинке. Лёгкое перо еле касалось белой глади бумаги, вырисовывая аккуратные линии букв. И сегодня она сидела за своим любимым дубовым столом, зачарованная своими мыслями. Русые мягкие волосы, впитавшие в себя аромат солнца, аккуратно спадали с плеч, на голубое платье, пахнущее фиалками. В глазах цвета сапфира отражалась вся глубина чувств, что передавалась через перо с чернилами на столь невинную белизну. Мягкие губки то открывались, то закрывались, выдавая тихое бормотание. Сколько бы лет не прошло, ни этот дом на холме, ни сама девушка — ничто не изменится. Или же так мне только казалось.

Отложив перо в сторону, столь чистое создание взяло в руки бумагу и лёгким прикосновением губ одарило её жизнью. Каждая буковка затрепетала от необычного чувства. Одна за другой они отрывались от своего пристанища, играли с волосами девушки и вылетали в окно, в попытке нагнать ветер. Помахав им на прощание, девушка поднялась со стула, набросила на плечи пелерину. Последним элементом и самым главным в её образе была шляпка с цветами фиалок и герани, где затаилось золотое перо.

И снова она уходит в странствия, и снова она покидает свой дом. Не забыв своего друга в корзинке, она выходит за дверь, оставляя после себя тишину и витавшую в доме теплоту. Кто знает, когда она снова ступит за его порог. И так началась история девушки со странствующим пером. История Элин Грей.

Глава 1. «В гостях у фей».

Если веришь в чудеса, то ты пришёл по адресу. Эта история об Элин Грей, девушке, которая верит, что в этом мире возможно всё. Всё, кроме одного...

— Нет, нет и нет! — донёсся приятный голосок из уютного белого домика, стоящего посреди чудесного сада. — Я ни за что не выйду замуж за этого чопорного и высокомерного типа из семейки Паттерсон!

— Я знала, что ты так скажешь, милая, поэтому сразу же отправила письмо с отказом в их имение. — сказав это спокойным мягким голосом, как всегда весёлая и приятная на вид, старушка Молли приготовила всё к сегодняшнему завтраку. — Кстати, иди навести Альру. Эта беспризорница альрауна снова нашкодила и теперь не хочет вылезать из своей норы.

— Что на этот раз она сделала?

— Поругалась с феями. Разнесла все домики бедняжкам, хотя... Не будь у них такие острые язычки, думаю этого бы не произошло.

— Эх, бабушка... Если бы её не так часто называли «беспризорницей», то она была бы ангелом во плоти.

Покончив с завтраком, я вышла в розовый сад. Солнце было уже высоко. Слышалась тишина, но не такая как ночью. Тишина природы, когда слышно шёпот ветра, когда воздух прорезает смех и разговоры цветов, когда вода наполняется энергией солнца и делится с ним своими переживаниями. И эту тишину нарушало тихое шуршание под кустом и недовольное бормотание.— Беспризорница то, беспризорница сё... Глупые, глупые феи... Разве я виновата? Разве я просила об этом? Глупые, какие же все глупые...

— ...

Подкравшись к её убежищу, я одним движением проникла в нору и схватив за бока, вытащила оттуда чёрную кошку, вскрикнувшую от неожиданности.

— День добрый, Альра. — сказала я с улыбкой, глядя в синие, переливающиеся зелёным, испуганные глаза. — Эти несносные феи вновь не дают спокойно жить моей малышке?

— ...Элин, я... Я правда была не права, разрушая их домики, но они не имели никакого права так говорить обо мне... — шмыгая носом, пробормотала альрауна.

— Конечно, они не имели права так отзываться о моём ангелочке, но разрушать чьи-либо домики — уже слишком. Пойдём и хорошенько извинимся, ладно?

— Хорошо...

Неся на руках до сих пор шмыгавшую носом кошку, я прошла через сад к лабиринту из маленьких стенок живой изгороди, по середине которого стояла беседка, а вокруг неё несколько сломанных домиков. Из живой изгороди доносился где плачь, где слова утешения, а где и вовсе крики, попрекающие и унижающие.

— Не скажи ты это Альре, Ши́повка, ничего бы из этого не случилось!

— А при чём тут я вообще?! Ириска, ты же сама продолжила задирать её!

— Так, девочки, девочки, успокойтесь... Мы все тут вино...

— А кто дёрнул её за хвост?? — не унималась Ириска.

— А кто щёлкнул её по носу?? — продолжила Шиповка.

— Девочки, пожалуйста... — не оставляя попыток закончить этот балагам, щебетала феечка в белом.

— Да брось ты их, Ванилька, эти две ни за что не успокоятся, пока не растратят всю энергию.

— Но ведь, Розочка, все мы должны жить дружно...

— Дружно не дружно, а домики нам от этого никто не починит... Так, ладно. Эй, лентяйки, хватит бездельничать и принимайтесь за работу! Нам скоро выдвигаться.

— Куда это ты ещё собралась, Розочка? — спросила Шиповка, выдёргивая волосы с головы Ириски.

— Извиняться, разумеется. — непреклонно сказала та.

— Ах, Розочка! — с восторгом воскликнула Ванилька.

— Чегоооо?! — хором запротестовали феи.

— Из-за того что вы тут выясняете кто прав, кто виноват, ничего не изменится, так как мы ВСЕ тут виноваты, ясно вам, глупые феи!!

— Розочка сделала такое страшное лицо, что и Ириска, и Шиповка в ужасе замолчали, лишь только Ванилька светилась от счастья, восторгаясь силой убеждения своей подруги, да и вообще, ничто не могло привести в замешательство эту по истине наивную и дружелюбную феечку.

Наблюдая за бытием наших маленьких соседок, я вышла из кустов и поприветствовала их.

— Здравствуйте, трудяжки!

— Ах, это Элин, это Элин! Здравствуй, здравствуй, Элин! — радостно завопила Ванилька. Бросив всё она подлетела ко мне.

— И тебе здравствуй, милая. Ну, Альра, готова?

— Хм, угу... — не желая слезать с моих рук и уткнувшись мордочкой в мою грудь, кошка тихо буркнула: — Простите меня з-за то, что разрушила...разрушила ваши дома...

— Вот так, молодец. Ну, не страшно ведь, правда? — шёпотом подбодрив свою подругу, я утешающе поглаживала её по спине.

— Ну что, что ты, Альра! Это мы должны просить у тебя прощения, верно, Ириска, Шиповка? — посмотрев в сторону подруг, сказала Ванилька.

— Д-да... — начала Шиповка. — Прости нас, мы были не правы...

— Прости нас...пожалуйста.

— Я тоже прошу прощения за то, что вовремя не остановила этих тупиц. — со спокойствием на лице произнесла Розочка, от чего её подруги пришли лишь в больший ужас.

— Вай, ну раз всё разрешилось, давайте займёмся починкой! Так хорошо, когда все дружны.

— Верно, Ванилька, а мы поможем, если позволите. Поможем ведь? — спросила я Альру.

— Да.

— Ну, если хотите... Было бы хорошо свалить всю работу на этих пустоголовых, но раз вы так хотите...

— Э-эй, Розочка, мы ведь уже признали свою вину и попросили прощения, зачем ты так с нами... — чуть ли не плача, пробормотала Шиповка.

— «Зачем» ты спрашиваешь? А затем, чтобы сегодняшний день хорошенько отложился в ваших маленьких с крупицу мозгах.

Ей богу... Не хотела бы я себе такого врага, как Розочка...

Ближе к вечеру мы закончили с починкой домов и расставшись с феями, вернулись домой.

— Ну а теперь признайся, Альра, тебе сегодня было весело?

— В-весело?.. — неуверенно сказала девочка. В лучах заката её платиновые волосы переливались золотым. Крепко прижав к себе это милое, столь невинное создание, я вошла в дом, не собираясь выпускать из рук этого ребёнка. Вскоре она уснула.

— С возвращением, дорогая. Вижу, у вас с Альрой был тяжёлый день. Не стану говорить, что ты её так совсем избалуешь, дело твоё.

— Но ведь ты меня тоже изрядно избаловала, бабушка, и, как видишь, я выросла прекрасной девушкой.

— Ты хотела сказать «упрямой», милая?

Посмеявшись, я уложила Альру в кровать, а сама села с бабушкой за стол.

— Она нуждается в том, чтобы её баловали.

— О, я и не спорю, дорогая. Такие существа, как она... Заслуживают своей порции любви. Если бы ты тогда не спасла её...

— ...Бабушка, завтра я собираюсь уйти.

— Знаю... Времени остаётся всё меньше. Я буду рада, если ты вернёшься до того, как я покину этот мир.

— Не говори так. Моя безумная Молли ещё долго проживёт на этом свете.

— Хахаха, хотелось бы мне в это верить. — взяв мои руки в свои, женщина посмотрела мне прямо в глаза, одаривая улыбкой, которую я очень полюбила. — Береги себя. Где бы ты не была, и сколько бы чудесных историй не создала, я всегда буду ждать, в нашем доме, в нашем райском уголке — В гостях у фей.

Весь вечер мы болтали о прошлом и самых незначительных вещах. Болтали так долго, на сколько это было возможно, как будто общались в последний раз. До тех пор, пока солнце не скрылось за горизонтом и не пришла пора прихода Баку, нашего давнего друга, пожирателя снов.

Глава 2. Несчастье.

Иногда, если вслушаться в тишину, можно услышать отголоски разговора фей, что принёс с собой ветер.

Неттаиурин, Сафира.

Солнце стояло высоко, освещая поля, в траве которых прятались маленькие жители страны. Сафира являлась прекрасным местом для всего народа фейри.

Поднявшись на холм, Элин открылся прекрасный вид на город. Красные крыши домов сверкали на солнце, будто чешуя дракона, а большое шествие людей походило на что-то невероятное и живое. Лёгкий ветерок подул на встречу главной героини, принеся с собой необычное нечто. Это была птичка из бумаги, края её были слегка помяты и неаккуратны, однако можно было почувствовать как старался тот, кто её делал.

— Ну надо же, ты только посмотри, Альра! Кто бы не сделал сие чудо, он явно нас ждёт.

— Хм, эта надпись на крыле... Я узнаю этот почерк.

— Верно. Ну, пойдём. Надеюсь мы не наткнёмся на отпрыска семьи Паттерсон...

Улицы Сафиры были наполнены жизнью. Всюду слышались радостные голоса людей и весёлая заводная музыка уличных музыкантов под которую плясали дети. Нет лучшей благодарности чем сияющие лица улыбающихся людей.

— Я тоже хочу, я тоже хочу! — волнующе воскрикнула Альра, уже успевшая перевоплотиться в ребёнка. Ступая босыми ножками по пыльной земле, она кружилась вместе с остальными детьми, то и дело неуклюже путаясь в ногах и падая. Но даже такая неуклюжесть не могла снять с её личика столь искреннюю улыбку.

Сафира с давних пор славилась тем, что люди и фейри здесь живут в мире и согласии. Никто из них не вмешивается в дела друг друга и не объявляет войн. Лишь равноценный обмен. Люди дают им пристанище, а фейри даруют свои знания. Всё в мире и согласии, так, как и должно быть. Но даже в таком чудесном месте без бед не обойти.

Радостная музыка в одночасье сменилась на беспокойный шум толпы. Спрятав Альру в корзинку, я пробивалась сквозь людей, продвигаясь к месту происшествия. Люди беспокойно шептались.

— Только не снова...

— Ну что на этот раз...

— Когда уже эта семейка угомонится...

— Эти Паттерсоны...

«Только не это...»

Среди всего этого шума были отчётливо слышны цоканье лошадиных копыт и тяжёлый топот буйволов, тянущих за собой большую повозку. Печальный плач доносился из накрытой тканью телеги, которая то и дело покачивалась в разные стороны. И вот когда по воле случая ткань свалилась на землю, все увидели это несчастное существо. Это был грифон, обмотанный золотыми цепями. Крича и вырываясь, он молил о помощи небеса, что были так далеки. Руки мои невольно затряслись, пальцы с силой впивались в кожу. Было просто невыносимо. Ужасное чувство охватило всё моё тело, вырываясь наружу. И имя этому чувству было «гнев».

Выйдя из толпы, я посмотрела прямо в глаза тому, кто шёл впереди шествия. В глаза этого чёртова Эрика Паттерсона.

— О, кого я вижу! Моя милая Элин, что привело тебя сюда? Неужто пришла посмотреть на мою новую добычу?

— Совсем нет, о мой милый друг. Я пришла сюда, дабы выдрать все твои сияющие патлы, что так прекрасно сияют на солнце, выдрать твои глаза, что сравны сродни изумрудам, отрезать твои уши, столь причудливой формы, сделать разрез на твоей мягкой фарфоровой коже и выпустить все кишки, что стали бы прекрасной гирляндой на ёлке.

— Угх... О, Элин, твоё проявление любви ко мне как всегда весьма причудлива, но я не в обиде. Я даже рад, что ты так много знаешь о красоте моего прекрасного тела.

— Кроме внешней красоты больше у тебя нет достоинств.

— Почему же? У меня есть прекрасный особняк, много золота и бриллиантов, даже магические существа в подчинении есть! Ах, правда большую часть ты выпустила на свободу, однако что же мне мешает поймать новых?

— Сафира была создана чтобы два народа могли жить в мире и согласии. Это неизменный закон.

— Всякий закон можно изменить. Вот увидишь, моя дорогая, придёт время и тебе не останется ничего, кроме как принять меня в роли своего будущего мужа. — усмехнувшись напоследок, он поскакал прочь, чувствуя, что в этом разговоре одержал верх.

Наши глаза с грифоном встретились и я почувствовала всю боль, заполнявшую глубины моих чувств.

«Подожди ещё немного, я неприменно приду за тобой.»

Толпа начала расходиться, радостная музыка вновь заполнила улицы, заменяя напряжённую тишину весельем.

Уйдя в свои мысли, я не заметила, как сзади кто-то подошёл и схватил меня за руку.

— Элин, ты как?

— Касантра... Рада тебя видеть.

Передо мной стояла загорелая девушка с тёмными кудрявыми волосами, одетая в восточную одежду. Её тёмные глаза были как отражение самой ночи, такие притягивающие и загадочные.

— Пойдём со мной. — не опуская мою руку, она нежно потянула меня вперёд, ведя за собой сквозь толпу. Только от одного вида подруги мне стало так спокойно на душе.

Приведя меня в свой дом, она усадила меня на мягкий диван, ткань которого была привезена с восточных стран, прямо как и сама девушка. Касантра Ривер родилась и выросла в Тихиру, в Мерекарбиде, в стране у океана, где водится полно водных духов, а сюда она приехала только на некоторое время по делам. Она торговец диковинных вещиц и много где путешествует.

— Вот, угощайся. — сказала девушка, передав в руки фарфоровую чашку горячего чая. — Хоть мы и одного возраста, но ты так храбро можешь постоять за себя и за всех живых существ.

— Это всё Молли, она вырастила меня такой. Эта фейри всегда мечтала о том, чтобы люди и магические существа жили в мире и согласии. Ты тоже удивительна, Касантра. Тебе только шестнадцать, а уже путешествуешь по миру, пусть и по работе.

— Ну-ну, Элин! Я хоть и могу наслаждаться новыми пейзажами и обретать новые знакомства, но ещё так неопытна. Я совсем не разбираюсь в людях и не знаю кому можно довериться, а кому нет. Однако стоило мне тебя увидеть, как я тут же подумала: «она та, кому я могу верить».

— Хи-хи, я очень благодарна небесам за такую чудесную подругу, как ты.

Обменявшись любезностями и смешками, девушка спросила:

— Так что ты намереваешься делать?

— Для начала, верну кое-кому эту птичку. — достав из корзинки помятую бумажную пташку, я показала её Касантре. — Знаешь, что это может быть? Особенно вот это: «КАКАЯ ЖЕ ТЫ ДУРА, КАСАНТРА»?

— О боги... - тяжело вздохнув, девушка рухнула на диван, терябя в руках пташку.

— Вы снова поссорились?

— Ах, Элин, если бы ты только знала, как мне с этим шелки приходится несладко! Он постоянно ноет о том, как хочет домой, в Тихиру, но при этом никак не хочет отходить от меня... Кстати, как там поживает Альра?

— У неё всё хорошо. Недавно, правда, она поругалась с феями и разрушила все их домики.

— Эти малявки говорили о ней какие-то гадости?! Кстати, а собственно, где она?

— Может, убежала поиграть?

И как только я это сказала, мы услышали их голоса.

— Чудак ты, Флоро!

— Сама чудачка!

Голоса доносились с крыши дома. Посмотрев в потолок, я невольно выдала смешок.

— А они там вовсю веселятся.

— Флоро! Альра! Идите сюда!

Сорванцы не заставили себя долго ждать.

— Элин, Элин! Этот глупый шелки меня обижает!

— Касантра, она первая начала!

— А ну угомонились оба. И кстати, Флоро, что это ещё такое? — помахав перед носом бумажной птичкой, девушка так зло смотрела на маленького шелки, что тот испуганно вжал голову в плечи. — Пишешь тут какие-то странные письма, грубишь, а потом ещё и уходишь. Хочешь, чтобы я отправила тебя обратно в Тихиру?

— Нет, не хочу! Хочу, чтобы мы вместе туда вернулись! — воскликнул мальчик, немного осмелев.

— Я повторю и буду повторять столько раз, сколько потребуется: мы пока не можем вернуться домой, не сейчас.

— Ты так говоришь только потому, что до сих пор обижена на Клавдия! Глупая Касантра!

— Вот именно, что обижена! Так что оставим этот разговор.

Как бы Касантра не была строга к нему, я знала какую любовь она питает к этому маленькому шелки и как больно для неё видеть его слёзы.

— Ну-ну, ребята. Не пора ли уже помириться? Флоро, ты же знаешь, у Касантры такая работа. Просто посмотри на всё с другой стороны. Разве твой дом не там, где Касантра?

Посмотрев на меня заплаканными глазами, шелки уставился себе под ноги, молча рассуждая. Потом резко вскинул голову в сторону Касантры и с плачем ринулся к ней на шею.

— Прости, прости, прости, прости меня Касантрааааа!!!

— И ты тоже меня прости, что постоянно на тебя кричу. О, мой милый, маленький шелки...

Расположившись на какое-то время у Касантры, все мои мысли раз за разом возвращались к тому несчастному грифону. День переменялся ночью, отчаяние росло всё больше.

Глава 3. Этой ночью...

Говорят, духи могут быть так же несчастны, как люди, но оставаясь в тени где-то этого мира, они продолжают нести свой завет, донося свою песню солнцу.

Где-то высоко над землёй хранится мечта. Эта мечта так мала, что её не увидеть невооружённым взглядом и не достаточно просто увидеть чтобы поймать. Очнувшись от лёгкой дрёмы эта мечта полетит туда, где ждёт её тот, кто очень сильно нуждается в ней.

В полной темноте среди пустых сырых стен подвала хранило свою грусть дитя неба. Большие пёстрые крылья, что когда-то знавали сильные тёплые ветра, были обмотаны крепкими покрытые золотом цепями. Тяжёлого отчаяния крик эхом раздавался в этих стенах мрака, удаляясь в никуда. И только воспоминания о доме были тому утешением. И только отголоски ветра...

— Верни! А ну отдай, глупый шелки!

— А вот иди и забери, глупая альрауна!

Наблюдая за дракой тюленя и кошки я не могла не сдержать смешок. Вот всегда так: стоит этих двоих на минутку оставить, как тут же начинаются споры и драки.

— Эй, дети, а ну угомонились! Папочке Касантре нужно закончить важные документы! — не оборачиваясь, прикрикнула на них девушка, возясь с бумагами.

— Если ты папочка, то я, получается, мамочка? — с улыбкой спросила я, прибираясь на книжных полках.

— Именно так! Если не хотите беспокоить своих мамочку и папочку то ведите себя тихо или, по крайней мере, идите играться на улицу.

— Не хочу, не хочу, не хочу, не хочу!! — крича, чуть ли не плача, Альра запрыгнула на меня, обернувшись вокруг шеи.

— С ней? На улицу? Да ни за что! Я лучше буду сидеть в четырёх стенах вместе с Касантрой чем с ней!!

И так проходили дни. Уже третий день, как я живу в доме своей подруги. Кажется, как будто музыка на улицах этого города никогда не утихнет. Хорошо, если так.

— Кстати, — всё так же не отвлекаясь от бумаг, обратилась ко мне девушка. — уже три дня прошло. Ты не планируешь действовать против этого отпрыска семьи Паттерсон?

— Пусть ещё немного поплавает в своём тщеславии. Я планирую сделать всё как обычно, сегодня ночью.

— Нужна помощь?

— Ну, раз уж ты спросила...

Поздней ночью у особняка семьи Паттерсон. Пока Альра с Флоро отвлекали стражу, мы с Касантрой незаметно проникли во двор через потайной лаз.

— Они даже не королевская семья... Зачем им стража в таком мирном городке, где никто и мухи не обидит? — недовольствовала Касантра, обследуя обстановку.

— Но ведь так даже интереснее.

— Сказала главная правонарушительница этого города.

Отсмеявшись, мы лезли дальше в самую гущу их огромного сада.

— А я смотрю ты всё здесь знаешь. Элин, и много раз тебе приходилось спасать фейри и других?

— Достаточно, чтобы узнавать каждый миллиметр в этом чёртовом имении.

Небо было загорожено тучами, что и способствовало к удачной вылазке. Лёгкий ветерок обдувал листву, от чего сад в темноте казался нечто живым и зловещим. Девушки уже подобрались к самому зданию и как раз здесь нужно было расстаться.

— Я пролезу в окно и проберусь в подвал. Ты жди меня в том месте, где мы и договаривались.

— А в случае неудачи?

— У меня ещё никогда не было неудач. ...Однако если что-то случится, оставляй меня и беги. Я как-нибудь выберусь.

— Только если ты так говоришь.

Расставшись, мы начали действовать согласно плану. Плохое предчувствие не покидало меня. Ветер становился всё сильнее и зловещей. Что-то должно было случиться.

— Эй, вы, неудачники! — кричала девочка, бросая в мужчин камни.

— Догоните нас, коли бегать умеете! — кричал мальчик, корча смешные рожицы.

— Ах, вы, мелюзга! А ну идите сюда!

Каждый раз охрана сменялась на другую и никто не вдавался в подробности, что же случается с теми, кто не мог правильно выполнить свою работу.

Уведя стражников подальше в город и оставив их там плутать, Альра и Флоро незаметно вернулись к воротам особняка, дожидаясь своих хозяек.

— Как-то сегодня не спокойно.... — съёжившись, произнесла альрауна.

— Соглашусь с тобой... — прошло несколько мгновений, чем шелки не задал вопрос: — Эй, Альра, всё же будет хорошо?

— Не глупи... Всё «должно» быть хорошо.

И как только она это сказала, раздался большой взрыв. Дети с ужасом наблюдали как вспыхивает пламя, чьи языки были готовы поглотить всё на своём пути. В неспокойной ночи раздался пронзительный крик ужаса. А потом...

Глава 4. Встреча с ангелом на зонтике.

Пока с тобой мы говорим, я верю, что ночь полна чудес.

Помнишь ты, как мы с тобой бежали вслед за ветром, в попытке обогнать его? Помнишь ли, как всю ночь болтали о том, как прекрасен мир, пока не заговорит рассвет? Как в пруду ловили радужную гладь, как играли мы на струнах светлячкам, как рисовали в голове картинки из пуха облаков... Если помнишь до сих пор, то прошу....

Эта ночь была полна тревог. Ветер за окном шумел, обрывая листья на деревьях. Я уже ни в чём не была уверена, но как вспомню тот одинокий взгляд, что увидела в тот день, то становится так тяжко на душе... И в этот раз я смогу помочь, я уверена в этом.

Тихо прокрадываясь вдоль стен, я миновала коридоры, пробираясь всё ближе к подвалу. Атмосфера этого места была какой-то странной. Я и раньше подумывала о том, что семейка Паттерсон немного того, но сегодня меня не покидает одно тревожное чувство...

«Как-то уж слишком тихо.»

Ну, пока идётся, значит будем идти. Придя к знакомому тупику, у которого я была уже бесчисленное количество раз, я надавила на один из камней в стене. Та бесшумно отъехала в сторону, освобождая мне проход. Вниз ввели ступеньки, ведя в глубокую темноту.

Сделав вдох другой поглубже, я стала спускаться в эту неведомую тьму. Чем ниже я спускалась, тем сильнее был запах страха и сырости. На каменной поверхности образовывался мох, не давая крепко держаться за стену. Казалось, время здесь течёт иначе. Сколько я уже спускаюсь? Минуту? Две? А может час? Наконец-то пройдя последнюю ступеньку, я насторожено взглянула в глаза тьме.

«Ни зги не видно...»

Пройдя чуть вперёд, вдруг я почувствовала чьё-то дыхание, и дыхание то было не добрым... Только сейчас я заметила, что весь воздух был пропитан ужасным смрадом.

Как по команде, меня начала окружать свора «волков», больших и уродливых. В ужасном оскале выглядывали острые клыки, с гнилого языка обильно текла зелёная слюна, шерсть была покрыта мхом.

— Гоблины...

Что же это? Почему? Ведь раньше подобного никогда не случалось... И почему гоблины здесь? Ведь все они до единого должны находится в Нумачи! Не мог же Эрик сам лично отправиться в такую глушь, да и тем более это ужасно далеко от Сафиры, тогда как...

Рычание становилось всё ближе, а смрад сильнее, дышать становилось невозможно. У меня нет сейчас при себе никакого оружия, тогда... Я потянула руки к своей шляпке.

«...это единственный выход.»

Девушка ждала сигнала в назначенном месте. Она переживала и сильнее обычного волновалась о своей подруге, но делать было нечего, оставалось ждать. Стоя под деревом, Касантра невольно вздохнула. Сейчас, думая об Элин, она вспомнила их первую встречу два года назад. Тогда всё выходило из рук вон плохо. Бесцельно бродя то там, то сям, она набрела на Тультёр. Из-за сильных ветров там не возможно было приспособится к жизни, поэтому лишь изредка путники натыкались на это место и тут же уходили.

Четырнадцатилетняя девчушка, не знавшая как ей дальше жить и что делать, лишь стояла на открытых просторах, обращённая к небу, и кричала что есть мочи. Крик без слов, просто зов о помощи. И тогда, когда она уже выдохлась из сил, краем глаза она увидела что-то в небе. Подхватываемый ветром зонтик плавно опускался на землю неся на своей лёгкой ручке кого-то неземного. Сначала Касантра не поняла что или кто это был, но когда зонтик подлетел поближе она застыла в изумлении. Ткани голубого платья, словно волны на воде, плавно развевались на ветру, русые волосы плясали в такт, подхватываемые ветром, а глаза с блеском сапфира смотрели прямо в глаза Касантры, такие же нежные, словно лепесток хрупкого цветка, покачивающегося по утру в тени куста.

Через какое-то время чарующая незнакомка мягко и грациозно приземлилась на землю и как только нога её коснулась травы, ветер стих, сменившись на лёгкие порывы. Некий восторг охватил девочку. Она с определённой уверенностью могла сказать — перед ней стоял сам ангел!

Смотря из стороны в сторону, «ангел» остановила свой взор на Касантре. Загадочная улыбка коснулась её лица, отчего девочка вся раскраснелась. Казалось, ни того крика, ни той боли — ничего из этого уже не было. Лишь любопытство и желание узнать, кем же является эта необыкновенная особа.

— К-к-кто ты? — ещё не придя в себя, с волнением спросила девочка.

— Элин Грей. — незамедлительно ответила та. Даже её необычайно мягкой голос, казалось, был не от мира сего. И после этой необычной встречи в Касантре как будто что-то переменилось. Она стала чаще улыбаться и смотреть на вещи по новому, совершенно с другой стороны. В тот день они с Элин распрощались, так и не узнав друг друга, но Касантрой владело какое-то неведомое чувство. Она хотела больше узнать о своей необычной знакомой. И так, став торговцем, девочка путешествовала по миру, лишь бы ещё раз встретиться с ней, она хотела ещё хоть раз увидеть Элин и побольше поговорить с ней.

— Ах, какого же было моё удивление, когда она узнала меня.

Это были тёплые воспоминания, которыми эта девушка так дорожила. Однако вспоминая сейчас те времена, кажется, будто Элин вела себя немного иначе. Она выглядела не просто как кукла, она и была куклой. Малое выражение эмоций, невероятно грациозные движения, не такие как у обычных людей и, такие нежные, но в то же время пустые, глаза из сапфира. Всё в этой девушке не выдавало чего-либо живого. Возможно именно это тянуло Касантру, возможно это та самая загадка, которую она пытается разгадать даже сейчас.

Мысли Касантры прервал грохот, за которым тут же последовала мощная волна взрыва. Весь особняк охватил столб огня, возвышавшийся до неба. Кое-как вовремя укрывшись, Касантра в панике закричала.

— Элин!

Ужасные мысли охватили голову девушки, которые тут же начали образовываться в страшные картины: обгоревшая Элин, разорванная на куски Элин, задохнувшаяся Элин, раздавленная в лепёшку Элин... Не думая, девушка уже хотела ринуться в огонь, но сзади её кто-то схватил за руки.

— Не надо Касантра! Не ходи! — рыдая, молил шелки.

— Флоро, я...

— Не ходите туда, не надо... — рыдая в три ручья, хлюпала носом альрауна. — Элин вернётся... Она обещала, что никогда не оставит меня... Элин вернётся!

— Альра... — с болью в груди, Касантра смотрела на красные языки пламени. Ничего не оставалось, кроме как молиться и надеяться на чудо.

— Кхе-кхе... Не думала я...что взрыв окажется таким мощным.

Вернув перо обратно в шляпку, я огляделась по сторонам. Разбросанные на части трупы волков-гоблинов начали уже обугливаться и рассыпаться в прах. Всё было в огне. Лишь только здешняя влага создавала какое-то пространство, давая пройти, однако лестница наверх была завалена, значит остаётся искать другой путь наружу.

«На новый призыв сил не осталось... Времени нет, нужно выбираться.»

Вдруг среди треска огня, я услышала пронзительный крик. Обогнув огонь и завалы, я наконец нашла его источник. Среди огня брыкался грифон, из-за всех сил пытаясь освободиться от цепей, сковывающих всё тело. Увидев меня, он заволновался ещё сильнее.

— Тише, тише! Я здесь, чтобы помочь тебе.

Удивительно, как сила взгляда может повлиять на вашего оппонента. Успокоившись, грифон дал дотронуться до себя. Однако, вот беда...

«Прочная...»

Цепь не поддавалась, а воздуха оставалось всё меньше, огонь подбирался всё ближе.

«Ну же...»

Из-за всех сил напрягшись, я потянула цепь на себя. Почувствовав пустое пространство, зверь начал ёрзать, выпутываясь из цепей.

— Стой, не так сильно, я же...

Не удержавшись, я начала падать вниз. Перед глазами всё расплывалось. Перед тем, как потерять сознание, я увидела силуэт прекрасного величественного зверя, расправляющего крылья.

Глава 5. Девушка, из-за которой всё и началось.

Когда ветер колыхал траву, а водомерки резвились, перепрыгивая через друг друга, я слышала шёпот, что исходил от твоего сердца.

Этот сон был на столько прекрасен, что я его едва помню. Лишь только стоило лучам солнца коснуться моих глаз, я вспоминала кто я и откуда, и тогда же листва нашёптывала моё имя.

Последнее, что я помню, было крик, от которого разверзлись сами небеса.

Когда сознание моё начало проясняться, я открыла глаза. Первое, что я тогда увидела, были обеспокоенные лица моих любимых.

- Элин, какое счастье, что ты очнулась. - прошептала Касантра, крепко держа мою руку в своих. Её глаза были красными и опухшими от недавних слёз. Рядом с ней стояли плачущие Флоро и Альра, хлюпавшие своими чудесными маленькими носиками. Как только я очнулась, альрауна тут же кинулась мне на шею, храня молчание. Её нежные ручки, обвившие мою шею, были дороже любых слов.

Вспомнив про последние события, я нетерпеливо спросила:

- Как там то дитя?

- Всё хорошо, не переживай. В последний момент он подхватил тебя и вытащил из огня. Впрочем, можешь спросить его об этом сама. - дав такой ответ, девушка помогла мне встать, после чего мы вышли на улицу. Рядом с домом нас ждало то самое благородное существо невероятной красоты. Поприветствовав грифона, я изящно подняла подол своего платья, сделав реверанс. Грифон поклонился мне в ответ, после чего мы оба посмотрели в глаза друг друга. Было раннее утро и первые лучи только начали касаться земли. Ясные глаза андалузита этого существа отдавались переливами рассвета, а пёстрые перья сверкали ярче золотых слитков и алмазов. Прошло несколько мгновений, прежде чем грифон заговорил.

- Моё имя Этерна. В наших краях, что зовутся Афуреру, я последняя выжившая. От всего сердца благодарю тебя за спасение.

- Этерна?.. - на мгновенье в моей голове вспыхнуло видение и тут же ушло. - Я так же благодарна тебе за спасение, Этерна, дитя неба. Знаю, тебе уже пора уходить, но позволь задать один вопрос. Скажи, пока ты была в том подвале, видела или слышала ты хоть что-то?

- Увы, не могу ответить. Я помню лишь темноту и звон цепей, сковывающих мои крылья. Лишь только лёгкий ветерок, доносившийся со старых стен, не давал сходить мне с ума.

- Благодарю за столь подробный ответ. Удачной дороги домой, Этерна. Рада, что ты осталась жива.

- И тебе не хворать. Ещё встретимся, Элин Грей. - и с этими словами она распахнула свои крылья, поднявшись высоко к небесам.

- Эй, подожди-ка. - обратилась ко мне Касантра, отмахиваясь от поднятого слоя пыли. - Вы уже были знакомы раньше?

- Да, было дело. Когда Афуреру ещё процветал...

- Эх, всё же жалко бедняжку. Она же совсем одна осталась.

- Ты не права. У неё есть о ком заботиться. - закончив разговор загадочной улыбкой, я направилась обратно в дом.

- Эй, погоди и что всё это значит? - недоумевая, девушка последовала за мной, не переставая мучить всё новыми вопросами.

Обгоняя ветра, взмывая вверх над облаками, Этерна спешила домой, туда, где её ждали. У грифонов Афуреру была одна особенность. Они рождались на тысячелетнем восходе солнца, порождаясь из драгоценных камней. И пока не настанет тот счастливый день, Этерна должна была заботиться о своём родном крае, сделав его куда более комфортным местом для будущих птенцов.

Грифон придавался воспоминаниям. Уже не впервые, когда Афуреру становился целью для таких корыстных людей как Эрик Паттерсон. Пять лет назад, когда Афуреру ещё процветал, а грифоны летали повсюду, тогда Этерна и появилась на свет. И первым, кого она увидела, появившись из камня, была Элин Грей. Девушка, из-за которой всё и началось.

Глава 6. Прощай и здравствуй.

В горах я видела танцоров, что жизни скрытность предпочтут. В глазах их ясных рябь плывёт и мысли их полны о небе, солнце и пруду.

В ясном небе мне шептала звезда, и звезда та носила имя Солнце.

Ещё долго горожане шептались, обсуждая пожар, что настиг имение Паттерсон. От особняка ничего не осталось, лишь большая гора пепла. Все гадали куда же подевались люди из особняка, но никто не мог прийти к общему ответу. На днях мы с детьми пытались найти тех охранников, что отвадили шелки и альрауна, но их как будто и след простыл. Вскоре всеобщая тревога утихла, пепел унесло ветром, а город вернулся к прежней жизни. Никто вслух этого не говорил, но все знали — нету семьи Паттерсон — нет и проблем.

И так прошло два месяца. Пришло время сборов.

Касантра приняла очень важное для себя решение — вернуться обратно в Тихиру. По дороге до города было ещё очень много мест, где она хотела бы развить свою торговлю. А мне нужно было отправляться дальше.

Выйдя из города, к станции Сафиру, мы ждали поезд, что должен был вот-вот придти.

— Ну вот и пришло время прощаться. — сказала девушка, смотря вдаль. Её чёрные густые волосы развевались на ветру, создавая впечатление нечто прекрасного. Флоро и Альра уже крепко прижимались друг к другу, не желая расставаться. Небо сегодня было чище обычного, показывая свою лазурь. Лёгкие нотки грусти уже пропитали этот воздух, душа изнутри и снаружи.

— Говоришь так, как будто мы больше не увидимся. — с улыбкой сказала я, прислушиваясь к шёпоту листвы.

— Всё может быть, но я надеюсь, что небеса услышат мою просьбу. Не хочу чтобы сегодняшняя встреча стала последней.

— Они обязательно услышат.

Шум колёс приближался, как и приближалась новая волна грусти. Пора...

— Мы же ещё встретимся? — хлюпая носом спросила у своего друга альрауна.

— Конечно встретимся! Мы с Касантрой всегда-всегда будем ждать вашего визита к нам в Тихиру! И ещё... Прости за то что дразнил и обижал! Мне правда очень жаль! — зажмурив глаза, завопил шелки.

— И меня... Меня тоже прости! За всё!

Передав свои чемоданы проводнику, Касантра уже хотела сесть в поезд, как остановилась и в последний момент заключила Элин в объятия.

— Я с нетерпением... Буду ждать нашей новой встречи.

— И она будет, моя любимая Касантра. Помни, что та встреча, два года назад, была предназначена самой судьбой.

— Я помню. Буду помнить, и никогда не забуду.

Ещё раз крепко обнявшись, я посадила свою горячо любимую подругу в вагон. Кто знает, когда мы ещё встретимся, но пока мы живы, пока мы есть под этим огромным сводом неба, я верю, что судьба сведёт наши дороги вновь.

Пойдя в противоположную сторону от станции, мы с Альрой отправились дальше в своём путешествии. Путь наш лежал по дороге в город Санпленабризо. Обширные луга, спокойный народ, живущий близко к горам. Земля в этом городе с давних времён питала в себя энергию солнца, от чего холода обходят это место стороной. Идеальное место для живущих здесь саламандр и фениксов. Последние — существа скрытные, не многим удалось повстречать эту загадочную птицу, даже здешним жителям.

— Я уже чувствую, Элин. Мы уже рядом!

— Верно. Здесь начинаются земли Санпленабризо.

Маленький городок, словно остров посреди зелёного моря, располагался под самым солнцем и дойти до него было нелегко. Будто барьер, тёплые бризы витали в воздухе, создавая ощущение, будто находишься в пустыне. Тем этот город и был знаменит, что не все доходили до него. Не выдерживая жару, многие разворачивались, не проделав и полпути. Однако это не про меня, не про Элин Грей.

— Так, посмотрим что я положила в свою корзинку. Ага, а вот и он, мой любимый зонтик. Альра, полезай в корзинку, здесь тебе будет прохладнее.

Раскрыв свой ярко-голубой зонт, блестящий от капелек росы, я двинулась вперёд, шагая по изумрудной траве. На пути встречались большие серые валуны, на которых можно было увидеть саламандр, нежащихся на солнышке. Благодаря здешним условиям и люди, и саламандры смогли со временем ужиться друг с другом. Даже сейчас эти ящерки забегают в людские дома, а те встречают их с теплом и дружелюбием. Некоторые даже заводят себе саламандру и уже никогда не разлучаются с ней. Ходит поверье, что как только любящий хозяин умирает, саламандра сжигает его труп в своём огне и там же становится пеплом, чтобы даже после смерти быть рядом с ним. Многие могут и не верить, но это то, что я видела своими собственными глазами.

Несмотря на воздух, земля здесь достаточно мягкая и пригодная для земледелия и чаще всего здесь можно увидеть именно драконий фрукт, который жалуют как и люди, так и саламандры.

«Время здесь как всегда течёт по-иному.»

Оставляя после себя дорожку жемчуженок-росы, я была всё ближе к городу. Уже были слышны голоса и звенящий смех ребятишек.

— Рика, сколько раз я тебе, сорванцу, повторяла: не мешай взрослым, когда те заняты делом. — ворчала седовласая старушка с оранжевой от загара кожей.

— Но я тоже хочу заняться земледелием! — выкрикнул мальчик с такой же загорелой кожей и чёрной капной волос на голове.

— Ты ещё слишком мал, Рика. Поиграй лучше с Самуэлем. Вон, видишь как ему не хватает твоего внимания.

Вокруг мальчика бегала ящерка. Каждая саламандра была уникальна, Самуэль же отличался небольшим ростом и дорожкой крапинок от головы до хвоста.

— Самуэль то, Самуэль сё... Ладно, Самуэль, пошли поиграем.

От слов Рика саламандра в радостях высунула свой красный язык и побежала в сторону обширных полей. Немного отвлекшись от своей обиды на бабушку, мальчонка посмотрел вдаль, прямо в ту сторону, откуда шла девушка с зонтиком. Не потребовалось много времени, чтобы узнать её. Сломя голову, Рика побежал, выкрикивая её имя. Заключив ту в объятия, маленький мальчик за долгое время подумал, что капельки росы и исходящая прохлада, что шла от этой девушки, было самым прекрасным что он видел в своей жизни.

— Я вернулась.

Глава 7. Встреча под листьями кактуса.

Моё сердце оживает весной...

Я помню прикосновение твоих нежных рук, тот миг, когда они трепали мои волосы в последний раз.

Будто отделённый от всего остального мира, Санпленабризо расцветал, благоухал и радовал горожан своей красотой. Время здесь текло иначе, потому что люди, живущие здесь — и были самим временем.

Вдыхая тёплые бризы, я вошла на солнце песка этого города. Мои туфли были покрыты песчаной пылью и я совсем не была против. Держа меня за руку, Рика вёл меня к своему дому.

— Рика, ну что ты, оборванец, там кричишь...ах. — увидев меня, бабуля аж выронила корзину с фруктами, так неожиданно было моё появление.

— Рада вас снова видеть, бабуля Роя.

— Ох, Элин... Дорогая Элин... Что же ты... Хоть бы какую-то весточку прислала, негодница! — заключив меня в объятия, я чувствовала как подрагивали её плечи. Наша разлука длилась слишком долго.

— Простите меня. Я вернулась ненадолго, бабушка. ...Если вы понимаете, о чём я. — только сейчас я заметила, как дрожит мой голос.

— Да, да... Так значит, время пришло. Моя дорогая, пройдём в дом, подберу для тебя подходящую одёжку. Все очень скучали по тебе, дитя.

— Я тоже. Рада, что здесь ничего не изменилось.

Дома в Санпленабризо были небольшими и с достаточно открытым пространством.

Мебели в каждом домике было по минимуму, только самое необходимое. Приведя меня в свою комнату, женщина открыла свой комод и доставала одну вещь за другой. Материал их одежды был достаточно лёгким и приятным на ощупь.

— О, нашла-нашла! Вот, ты помнишь? Эта одёжка была первой, что ты примерила, когда только пришла сюда.

Предавшись ностальгии, я быстро переоделась. Воздушный топ со складками оголял мои живот и плечи, от чего было слегка некомфортно, зато длинные рукава скрывали мои руки, нежно касаясь тканями моей кожи. Мои ноги прикрывали свободные штаны со свисающими вниз прозрачными тканями, делая наряд ещё более элегантным. И всё моего любимого голубого цвета.

— Такая красавица! Будто и не уходила отсюда. Оставайся здесь, сколько считаешь нужным.

— Приятно снова очутиться дома.

Вдруг из того же комода послышалось шуршание одежды. Подойдя ближе я нагнулась, чтобы посмотреть что там и тут же на меня выскочило большое существо. Это была большая саламандра огненного цвета.

— Ария! Так вот ты где была, обалдуйка! — недовольно крикнула Роя, но всё её недовольство исчезло, стоило ей увидеть как саламандра радостно лижет мне лицо.

— Хаха, привет, подружка! Давно не виделись. Кстати, я что-то не вижу Самуэля и Габриэля.

В воздухе повисло неловкое молчание, сменившееся тяжестью.

— Габриэль... Ушёл. Три года назад, незадолго после твоего ухода. — тяжело сказала женщина, садившись на стул. Я сразу поняла, что таких слов, как «он скоро вернётся» или «он ушёл в свои странствия» ждать не следует.

— А Рика знает?

— Перед уходом, Габриэль оставил ему Самуэля, так что мальчик ни о чём не догадывается. Сначала мать, затем отец... Бедный мальчик.

— Сколько ему? Одиннадцать?

— Завтра исполнится двенадцать.

И вновь нелёгкое молчание. Сделав тяжёлый вдох, и шлёпнув себя по коленкам, Роя встала. На её лице вновь играла улыбка.

— Ну-с, думаю вам с Рикой о многом нужно поговорить. Все эти годы он только и говорил что о тебе, этот балбес.

— Хорошо.

Мы уже собирались выйти на улицу, как послышался громкий чих. Звук доносился из угла комнаты, там где стояла моя корзинка.

— Ох, божечки, я совсем забыла. Роя, я хотела бы тебя кое с кем познакомить.

Подняв ткань, лежавшую на корзинке, я аккуратно достала своё самое главное сокровище. Кошка сонно моргала глазами, продолжая клевать носом.

— Это..?

— Она альрауна, я встретила её два года назад. Её имя Альра. Она — моё самое дорогое сокровище, за которое я обязана самим небесам.

— Альрауна, значит. Мне очень приятно знать, что в твоей жизни появилось такое дорогое существо. Предлагаю вечером собраться за этим столом и ты нам с Рика расскажешь обо всех своих приключениях.

— Договорились.

Сославшись на дела, бабуля оставила нас с мальчиком вдвоём на террасе дома.

— Ну наконец-то! О чём вы там так долго болтали? И, Элин, тебе очень идёт! — без умолку болтал Рика. Его тёмные глаза, в которых, казалось, можно было утонуть, говорили намного больше, чем могли сказать слова.

— Прости, что так долго, и спасибо. Бабуля сказала о том, как ты долго ждал меня.

— А... Г-г-глупая бабуля! — на его смуглых щёчках показался еле-заметный румянец. Украдкой посматривая на меня, мальчик в нетерпении замотал ногами и застеснявшись, вжал голову в плечи. — А ты... У тебя там наверное было много дел... Т-ты...

Смотря на этого милого ребёнка, улыбка сама собой появилась на моих губах, а руки потянулись, гладя волосы на его голове.

— Конечно, я никогда не забывала ни тебя, ни бабулю.

Услышав эти слова, Рика облегчённо вздохнул, улыбаясь во все свои беленькие зубки.

— Слава богу!

Да, как же хорошо, что я вернулась.

Прогуливаясь по окрестностям, мы дошли до того участка, где горожане занимались земледелием. Бесчисленное количество грядок, за которыми тянулись ряды питахайи, были засажены разными видами овощей. Круглыми сутками здесь работали как и женщины, так и мужчины, собирая созревшие плоды, и сажая новые. Детей сюда, как правило, не пускали, чтобы те не топтали урожай. И повсюду, абсолютно повсюду, были саламандры. Кто был зарыт в песок, кто кувыркался в траве, а некоторые даже нежились на солнышке на листьях кактуса. И среди них я углядела Самуэля. Этот маленький саламандр был игривее всех, так что если он добрался до рабочей зоны, то жди беды.

— О нет, я же не могу пойти туда и забрать его... — обеспокоенно проговорил Рика.

— Не волнуйся, я схожу за ним. Кстати, дома, в моей корзинке, спит моя подруга. Можешь пойти и разбудить её? Будет плохо, если она всё пропустит.

— В корзинке?.. Ладно.

Как только мальчик убежал, я шагнула на мягкую траву, щекочущую мои стопы. Не отрываясь от работы, люди оборачивались и на их лицах светилась радостная улыбка.

— Давно не виделись, Элин!

— Как поживаешь?

— Наша малышка похорошела?

— Хахаха, я тоже рада всех вас видеть!

Люди Санпленабризо всегда были дружелюбны, даже встречаясь с трудностями, они никогда не унывали. Дойдя до середины сада и выкрикивая имя Самуэля, я отшатнулась, почувствовав что сбоку от меня что-то упало.

— Ах, прошу прощения! Совсем не слежу за руками. — раздался сверху мужской голос.

— Ничего страшного. — подняв фрукт с травы, я подняла голову и, неожиданно, наши глаза с говорящим встретились.

— Элин?

Глава 8. Шёпот в ночи.

Тихо в нежности плывут сны детские мои. Ловят поцелуй любви мамины ладони. И с рассветом, с лучом солнца, исчезаем, я и ты.

Когда загораются на небе звёзды, мне хочется вздохнуть с облегчением.

Я ожидала, что мы встретимся, но и даже подумать не могла, что это встреча произойдёт так скоро.

— Давно не виделись, Риха. А ты, кажется, подрос, с момента нашей последней встречи.

Спрыгнув с дерева вниз, парень смущённо почесал затылок, забрав из моих рук драконий фрукт.

— Да, есть немного...

Сколько помню, этот парень, Риха, всегда был застенчивым и внимательным к людям. Его доброта никогда не знала границ. Как и у многих жителей города, у него была смуглая кожа, тёмные глаза, словно бездонная пропасть, в которой покоится бесчисленное количество огоньков, тёмные короткие волосы, из которых торчало украшение в виде вороньего пера и привлекательная родинка под глазом, не говоря уже о немало привлекательных мышцах этого парня. А самое главное... Он и был причиной, по которой я покинула этот город три года назад.

— Прости, если отвлекаю...

— Нет-нет, что ты! Вовсе нет... Ох, ты так выросла, Элин! Столько времени прошло... Как поживаешь? Эм, ну... — запинаясь и всячески теребя своё перо, Риха смотрел то на меня, то куда-нибудь в сторону. Это было на столько мило, учитывая что он был на два года старше, что я невольно засмеялась.

— Не торопись, у нас ещё будет время поболтать. Как минимум один месяц.

— Месяц? Но почему так мало?

— Просто... Большего времени у меня нет.

Ещё немного пообщавшись, мы попрощались. Солнце близилось к закату. Поймав шаловливого Самуэля, я направилась домой, где меня ждал Рика.

Ночь в Санпленабризо была по истине прекрасной. Горожане разводили костры, пели песни и рассказывали всякие интересные истории. Шкура саламандр пылала огнём, который, казалось, жил своей жизнью, плясав и извиваясь в разные стороны.

Собравшись за столом, мы вчетвером: бабуля Роя, Рика, я и Альра пили сок из драконьего фрукта, делясь сегодняшними впечатлениями, лишь Самуэль крепко спал, свернувшись клубочком.

— Ну, рассказывай, — с нетерпением обратилась ко мне Роя, — как ты жила все эти три года? Где побывала? Что нового увидела?

— Я тоже хочу услышать! — поддержал мальчик.

Задумавшись, я вспоминала о тех нелёгких, а порой очень трудных, временах. На самом деле за прошедшие годы со мной произошло так много всего, что приходилось останавливать свой рассказ, иногда запинаться, а где-то не договаривать, но по лицам бабули и Рика я видела, что они остались довольны моими по настоящему удивительными историями.

Когда весь сок был выпит, а Альра с Рика уже клювали носом, мы согласовались на том, что пора ложиться спать.

— Так, где бы мне вас уложить... Элин, ты ведь не против если вы с Альрой будет спать в комнате Рика?

— Совсем нет. Думаю, мы уживёмся.

— Ура, будем болтать до самого утра! — воодушевлённо воскликнул мальчик, протирая сонные глазки.

— Никаких мне тут разговоров! Иначе будешь спать со мной. — пригрозила Роя, отчего Рика тут же закрыл свой рот и печально направился в комнату, держа меня за руку и ведя за собой.

— Спокойной ночи, Роя.

— И тебе, милая. Пусть духи феникса оберегают твои сны.

Уложившись на мягкий матрас, Альра устроилась на подушке, возле моей головы, иногда пиная своими маленькими лапками. Какое-то время я лежала с закрытыми глазами, пока Рика не повернулся ко мне лицом.

— Ещё не спишь? — шёпотом спросила я.

— Ещё нет. — так же шёпотом ответил он. Немного помолчав, Рика задал неожиданный вопрос. — Элин, скажи... Папа ведь бросил меня?

— ...С чего ты так решил?

— Его уже так долго нет... Не думаю, что есть смысл больше ждать. ...На самом деле, я слышал как бабушка сегодня говорила, что он больше не вернётся.

«Так он всё знает...»

— Рика, иди ко мне.

Заключив мальчика в объятия, я нежно гладила его по спине. Весь день он пытался казаться сильным и чтобы не волновать бабушку, единственную родню, что у него осталась, он глотал слёзы и улыбался как мог. И сейчас эти слёзы постепенно выходили наружу.

— Мама ушла, после того как я родился на свет. Только благодаря папе я знал как она выглядит, какие блюда были её самыми любимыми, и с каким нетерпением она ждала меня, поглаживая свой живот. Может, ему просто надоело заботиться обо мне и он ушёл... Если бы меня не было, то мама бы наверняка ещё была жива...

— Шшш, не говори так. Если бы Габриэль не любил тебя, то он не научил бы так многому. Вся его забота и тепло... Ты ведь чувствовал, как его любовь переходила к тебе все те годы, что вы были вместе? Если бы он не думал о тебе, то не оставил Самуэля, единственное воспоминание о нём. Поэтому я верю — он уходил, думая о тебе и наверняка хотел вернуться.

— Угу...

Не переставая плакать, Рика вскоре заснул, прижимаясь мокрыми от слёз щёчками к моей груди. Вскоре, вслед за ним, заснула и я. Воспоминания, пробудившиеся сегодняшней встречей, не заставили себя долго ждать.

Глава 9. Признание светлячка.

Я помню, как жёлтый песок обжигал ноги, но мне не было больно.

Что для нас одна ночь — вся жизнь для светлячка. Именно поэтому они кружат под луной, словно в вальсе, пока их душа не растает в первых красках рассвета.

Я помню. Каждый день был наполнен теплом солнца, по утрам саламандры слизывали капли росы на зелёных лугах, а в садах всегда было оживлённо. Санпленабризо никогда не знавал холодов и людской суеты. Тогда и я не осознавала, что мир может так неожиданно пасть перед моими глазами.

Три года назад.

— Элин, Элин! Лови! — крикнул Рика, подбросив драконий фрукт высоко вверх.

— Не так быстро! — сделав пару шагов назад, подняв руки над головой, я подпрыгнула и остановила такой хороший полёт питахайи.

— Дракон повержен! Дракон повержен! — радостно кричали другие дети, бегая вокруг меня и поднимая руки вверх с победным кличем.

— А теперь мне! Кинь мне, Элин! — смотря на меня с вытянутыми ручками, крикнула девочка, чьи щёчки покрывали веснушки, а средней длины волосы вились на кончиках.

— Хорошо, Лина, лови!

— Эй, вы, озорники! — из дома вышла бабуля Роя, махая недавно собранными перьями лука. — Сколько раз я вам, разбойникам, говорила не играться с едой!

— А, бабуля Роя, это бабуля Роя!

— В рассыпную! В рассыпную!!

Рика было тоже хотел уже бежать со всех ног вместе с остальными, но тут его за шиворот поймала большая мужская рука.

— А ну-ка постой, малыш. Что мы тебе с бабушкой говорили? Еда нужна для того, чтобы её есть, а не играться с ней.

— Но папа, а что нам ещё делать? Вот если бы у нас был мяч...

— Хей, дружочек, я же давал тебе мяч.

— Его сжёг Самуэль... — уныло сказал мальчик, косясь на саламандру сидевшую на плече у Габриэля.

— Самуэль, это правда? — серьёзным тоном спросил мужчина, повернувшись к своей ящерке. Та лишь в непонятках сделала глупое лицо и срыгнула сгусток пламени. В конце концов никто из нас не выдержал и двор наполнился звонким смехом.

— Бабуля Роя, Габриэль, не сердитесь. Мы всего лишь собирались немного поиграть с этим фруктом, а потом сразу же съесть. — отсмеявшись, подала я голос.

— Хорошо, тогда ешьте на здоровье. — улыбнувшись, сказал мужчина. Он был высоким и имел редкий цвет радужки. Тёплый яшмовый цвет его глаз всегда покрывала рябь. Ни на секунду он не забывал о своей умершей жене и всю свою любовь передавал к её с ним сыну.

— Нет-нет, никакое «ешьте на здоровье!» — произнесла женщина, ведя всех в дом. — Пусть сначала поедят как следуют, а уже потом делают что хотят.

— А что у нас на обед? — поинтересовалась я, присаживаясь на стул.

— Догадайся, милая. — интригующе ответила бабуля, ставя на стол керамический горшочек. И тогда я догадалась что за блюдо на сегодня приготовила нам бабуля.

— Жаркое! — пуская слюнки воскликнул Рика. Ох как же нам всем не терпелось отведать любимое бабушкино жаркое!

— Мясо просто объедение! — жуя, неразборчиво произнёс Габриэль.

— Картошка, картошка, картошка... — бормотал мальчик, с наслаждением проглатывая еду.

— Ну-ну, не торопитесь. Кушайте как следует. И Самуэлю с Арией я тоже положу.

Вот так всем вместе кушать под одним столом — было моей любимой частью каждого дня. Лёгкий ветер колыхал листья питахайи, трава шуршала, песок поднимался вверх. Санпленабризо прибывал в гармонии с природой. И эта гармония никогда не уйдёт.

Однако всего лишь одна малейшая крупица может навредить этому великому равновесию.

— Эй, во что теперь поиграем? — спросила Лина, тянув меня за рукава. Вечерело. День уступал свои владения царице ночи. Время Баку приближалось.

— А во что хочешь? — ответила я вопросом на вопрос.

— Ну... — оглянувшись по сторонам, девочка приблизилась ближе и прошептала. — Давай прокрадёмся в сады.

— Ого, а вы, леди, та ещё озорница. Я согласна, давай.

Вечером как раз все работы подходили к концу, а взрослые готовились ко сну, чтобы встать с рассветом. Лучшего времени для шалостей и не сыскать.

Прокравшись мимо домов незамеченными, мы с Линой успешно добрались до грядок, а от них — до сада. Темнело быстро и под листьями кактуса мало что можно было разглядеть. Однако прибыв на место, мы услышали голоса.

— Мира, зачем мы здесь? Работы давно уже закончились. — раздался полушёпот парня.

— Я знаю, просто... — запинаясь, так же полушёпотом заговорила девушка. — Риха, я хотела кое-что сказать тебе.

Почувствовав атмосферу, я сразу поняла в чём дело.

— А? Что они там дела... Мм... — закрыв рот девочки ладонью, я жестом показала, что надо сидеть тихо. И так, из-за деревьев питахайи, мы наблюдали за тем, как разворачиваются события их интересной беседы.

Сжавшись, девушка боялась поднять голову и посмотреть в глаза своему собеседнику, лихорадочно перебирая большие и указательные пальцы.

— Мира? Что-то не так? С тобой всё хорошо? — взволнованно спросил парень и тут она резко подняла от неожиданности голову. Всё её лицо было залито краской.

— В-всё хорошо... Риха, на самом деле... На самом деле... Я люблю... Люблю тебя, Риха!

«Ох, она наконец-то смогла.»

История этой любви брала начало ещё с самого детства. Как будто приклеенные, Риха и Мира всегда делали всё вместе, не разлучаясь ни на минуту. Сложно было сказать, что чувствовал Риха, однако глаза Миры всегда выдавали её чувства по отношению её друга детства. Не только красивая, но и умная, трудолюбивая, — она считалась одной из красавиц Санпленабризо, однако никто не осмеливался встать на пути её чувств. И вот, наконец пришёл тот день, когда она смогла признаться своему любимому.

— Мира... Я...

— Риха?..

— Я очень благодарен, правда, но я не уверен, что чувствую к тебе...

Сначала девушка стояла будто в ступоре, затем оклемавшись, она медленно заговорила.

— Н-не уверен?.. Риха, мы столько лет... Как ты можешь быть неуверенным...

— Не думаю, что могу принять твои чувства. Мира, ты для меня как сестра. Прости.

— Как сестра?.. Я... Я понимаю... — слёзы постепенно скатывались по её щекам, исчезая в тёмной траве. — Позволь же спросить... Та, кто тебе нравится — это ведь Элин?

Парень молчал, не в силах посмотреть на девушку. Тогда она начала плакать ещё больше.

— Я знала... Ты так на неё смотришь... Прости, если моё признание стало тебе в тягость. Просто забудь.

— Мира...

Не успев договорить, парень наблюдал, как его подруга убегала прочь, оставляя после себя росу. А после и его след простыл. Я же, не успев до конца обработать ту информацию, что услышала, находилась в шоке, не в состоянии пошевелиться.

«Так он меня... Так Риха...»

— Элин? Элин, всё в порядке? — обеспокоенно тряся меня за плечо запереживала Лина.

— Нет, всё хорошо. Давай... Давай вернёмся домой.

Однако спустя два дня я покинула Санпленабризо. О моём уходе знали только бабуля, Габриэль и Рика.

— Тогда я посчитала, что больше оставаться нельзя, однако вот я снова здесь... — пробормотала я, обдумывая свой сон. Близился рассвет. — Глупый Баку, надо было съесть этот кошмар.

«Любимый человек... Для меня это...»