В приглушённой, тяжёлой темноте Далия Вон Клозе и Юрген Аксель Эдельред будто растворялись, хватаясь друг за друга как за убежище от жестокой реальности. Ему хватало простого касания её ног, чтобы почувствовать покой, а она, зная, насколько сильна, упорно толкала его прочь, цепляясь за иллюзию собственной твёрдости. Ей льстило его признание статуса, но внутри уже созрела холодная решимость. Его рука скользнула по её телу, сжав пятку, и она вздрогнула, как птица перед грозой. Но, подняв глаза, Далия вспыхнула — в них кипело презрение. Их взгляды столкнулись, и это походило на танец обжигающей страсти и ледяного удовольствия, что окутал их обоих. Сдерживая смех, как зритель кривой комедии, она всё же не утаила своего волнения.

Его хватка невольно стала крепче, Далия подалась вперёд, и в глазах её плескалась всепоглощающая ненависть. — Что вы замышляете, сэр Эдельред? — спросила она, и голос её сочился ядом. Юрген усмехнулся, отпустил её ноги и опустился на колени. Тёмные и холодные глаза Далии внезапно загорелись. Благородная маска Юргена треснула, обнажив огонь неугасимой страсти.