Но судьба распорядилась иначе: Джону досталась не грубая модель, как у отца и почти всего окружения. Его пипбой был миниатюрнее, изящнее, выполнен в чёрном цвете — и способен на гораздо большее, чем однотонные аналоги.

Мир наверху был опустошён атомным пламенем, но жизнь в нём ещё теплилась. За столетие, прошедшее с момента падения бомб, Красной долине жилось лучше, чем многим другим: чистая вода и плодородная почва, защищённые пологими холмами. Большей частью она уцелела от прямых ударов. Деревья выросли из обугленной земли, деформировались, зелёные листья стали красными. Простые растения сначала росли дико, а затем их стали культивировать выжившие.

Мусорщики старого света оказались изобретательными и выносливыми людьми, полными решимости восстановить на руинах мир, которого никогда не знали. За десятилетия возникли поселения. Они росли, распространяясь по дну долины, восстанавливая довоенные руины некогда промышленно развитого центра страны. Они восстанавливали чудеса роботизации ушедшей эпохи, чтобы возводить стены и обрабатывать поля, защищая себя в темноте пустоши. Но такие вещи редки, а чем реже встречается — тем выше ценность. Ценность довоенных технологий не осталась незамеченной.

Последняя реальная власть в этом мире находилась в механизированных руках Братства стали. Созданное из смертельно раненных военных старого света, Братство использовало доступ к оружию, созданному для войны, в которой никто не победил, чтобы справиться с пустошами. Мужчины и женщины были оснащены современной бронёй, средствами передвижения по воздуху, первоклассным вооружением. Это сопровождалось подготовкой, силой и волей, чтобы использовать их в своих целях. Они основали отделения и организовали экспедиции по всему миру, преданные единой цели: технологии, оставленные давно умершими создателями, не должны попасть в не те руки — а именно, в чужие.

Это мир, в который сбежал Джон. Место ужасов, порождённых атомным огнём. Место, где выживание означало борьбу с тьмой, ведя войну каждый день, чтобы перейти к следующей. А война... война никогда не меняется.