Линь сейчас составляла внутри «Авианосца» новую комбинацию из клеток. Изначально она хотела спроектировать несколько разных видов, но вдруг почувствовала, что особой необходимости в этом нет, поэтому в итоге разработала только один. Эти боевые отряды имели преимущественно шарообразную структуру, с зияющей, будто трещина, огромной пастью на поверхности; внутренние стенки пасти были сплошь усеяны шипами из Конусовидных клеток, среди которых также были вкраплены Кислотники — стоило такому существу приблизиться к добыче и раскрыть свою трещину-пасть, как оно втягивало жертву внутрь и раздавливало её бесчисленными шипами, пропитанными Растворяющей Жидкостью.
Помимо этого, этот шар с огромной пастью был оснащён одним Глазным яблоком для наблюдения, а также двумя плоскими и длинными Щупальцами, помогавшими ему передвигаться в воде.
Название ему было «Пожиратель» — и, как явствует из имени, цель, ради которой Линь создавала их, заключалась именно в пожирании!
Впрочем, у так называемых Пожирателей не было способности переваривать пищу, потому что внутренние стенки их пасти были полностью покрыты либо коническими шипами, либо соплами Растворяющей Жидкости, а тело состояло из огромного количества мышечных клеток. Отказавшись от органов усвоения и передачи пищи, можно было максимально увеличить их скорость и силу; а если энергия почти иссякала, достаточно было вернуться внутрь «Авианосца» и подключиться к жировым щупальцам внутри него, чтобы восполнить запасы.
Линь вдруг осознала, что слово «орган», похоже, для неё новое — оно обозначало структуру, состоящую из множества клеток и служащую какой-то определённой цели.
Ощущение неплохое, что ж, тогда начнём охоту!
Пожиратели пришли в движение — покачивая щупальцами на боках тела, они выплывали через каналы на поверхности «Авианосца» и принимались охотиться на все клетки в округе.
Пожиратели были разных размеров — так их спроектировала Линь, чтобы они могли протискиваться в различные щели между песчинками. Самые маленькие состояли всего из нескольких сотен клеток, самые крупные — из десятков тысяч, но по функциям и внешнему виду они были совершенно одинаковы. Линь сочла, что пока нет необходимости создавать слишком много разновидностей.
Пожиратели рассеялись, каждый устремился к охотничьим угодьям, подходящим по размеру именно ему.
Стоило Пожирателю обнаружить клетку, как он бросался на неё, раскрывал огромную пасть, заглатывал и разжёвывал в крошево.
В процессе охоты на клетки Линь заметила, что движения этих клеток отличались от того, что она видела прежде, — они были быстрее прежних и к тому же умели усваивать кислород.
«Похоже, эти клетки, как и я сама, приспособились и научились использовать кислород? Но как бы быстры они ни были, им всё равно не сравниться с Пожирателем, составленным из множества клеток».
Как и предполагала Линь, такая структура Пожирателей прекрасно подходила для истребления множества клеток — у жертв не было почти никакой возможности сопротивляться Пожирателям ни по скорости, ни по чему-либо ещё. Это навело Линь на мысль: возможно, ей больше не нужны никакие одиночные клетки, кроме Базовых, — она вполне могла бы объединять их в составные существа.
В конце концов, многоклеточный индивид, полученный объединением, превосходил одиночную клетку в любом отношении.
Расположенные поблизости небольшие колонии клеток были быстро выедены Пожирателями подчистую; некоторые Пожиратели возвращались в «Авианосец», извергали собранную пищу, и Линь превращала часть этих питательных веществ в жировые клетки для хранения запасов, а из остального собирала ещё больше Пожирателей.
Охотничьи угодья Линь при этом расширялись всё дальше — от щелей между песчинками внизу до обширных вод вокруг: повсюду можно было увидеть силуэты Пожирателей, ведущих охоту.
Пожиратели, проникавшие в щели между песчинками, обнаружили, что в глубине здешнего песка также в немалом количестве встречается белая паста — по-видимому, местные клетки в большинстве своём были привлечены сюда именно ею. Но на этот раз Линь уже не собиралась поедать эту белую пасту — ведь рано или поздно она всё равно закончится, лучше было оставить её нетронутой, чтобы она продолжала привлекать всё новые клетки: только так можно было получить неиссякаемый источник пищи.
Теперь Линь беспрестанно повторяла цикл: охота — возвращение — накопление питательных веществ — создание новых Пожирателей — увеличение объёма «Авианосца» — снова охота. Весь процесс был чрезвычайно прост и совершенно не опасен. Прошло не так уж много времени, как в мыслях Линь всплыло слово «безмятежность».
Линь заглянула в те загоны, где содержались зелёные клетки, и обнаружила, что их количество немного возросло — выходит, они и правда нашли способ добывать пищу из света, ведь хоть это место и было гораздо холоднее, чем наверху, свет всё же сюда проникал.
«Может, стоит сделать побольше таких загонов, чтобы разводить больше этих клеток…» — подумала Линь.
Как раз пока Линь размышляла над этим вопросом, от её Пожирателей вдруг пришла особая мысль. Один из Пожирателей, охотившийся вдалеке, внезапно испытал сильнейшую боль — эта боль стремительно распространилась на все клетки его тела, а затем все ощущения от него для Линь исчезли разом.
Умер?
Линь ещё помнила это чувство — перед самой смертью того Пожирателя она увидела через его Глазное яблоко нечто до боли знакомое.
Сверкающая субстанция расползалась в воде, и исходящий от неё холод стремительно превращал всё вокруг в твёрдое тело. Все клетки бросились бежать, они отчаянно зарывались в песчинки, пытаясь укрыться от этой угрозы.
Линь поступила так же — она немедленно отдала приказ всем Пожирателям вернуться в «Авианосец». Их скорость была намного выше, чем у одиночной клетки, к тому же с поддержкой кислорода скорость их передвижения уже превзошла скорость распространения ледяной чистоты в воде. Потеряв всего двух Пожирателей, находившихся слишком далеко, остальные благополучно вернулись обратно.
«Авианосец» Линь тоже мог передвигаться, но она не собиралась убегать.
Она хотела встретить эту угрозу лицом к лицу и извлечь из кризиса эволюцию!
Линь закрыла все проходы-отверстия на теле «Авианосца», втянула внутрь тела верхнее Глазное яблоко и заставила клетки кожного слоя ускоренно затвердевать. К этому моменту непрерывно распространяющаяся ледяная чистота уже приблизилась к телу «Авианосца».
Холодное прикосновение передалось через кожный слой — Линь совершенно отчётливо ощущала, как оно непрерывно расползается по всему телу «Авианосца», но поскольку внешняя оболочка «Авианосца» была серой, а не прозрачной, она не могла разглядеть изнутри, что происходит снаружи.
Однако ледяная чистота не стала распространяться дальше — она была остановлена кожным слоем и не проникла внутрь тела «Авианосца», хотя холод продолжал непрестанно убивать клетки кожного слоя.
Линь знала, что делать.
Как и прежде, Линь заставила все жировые клетки соединиться с кожным слоем и непрерывно снабжала их питательными веществами, заставляя ещё живые клетки безостановочно делиться, — так она противостояла кризису холода.
Война с ледяной чистотой продлилась не так уж долго.
После того как Линь какое-то время непрерывно занималась восстановлением клеток кожного слоя, она начала постепенно переставать ощущать холод, и клетки больше не гибли.
Возможно, поскольку однажды они уже пережили холод, скорость выработки сопротивляемости к нему у клеток оказалась чрезвычайно высока.
За это время Линь заметила ту группу зелёных клеток — хотя Обледенение и не проникло через внешний слой загона, почти половина из них всё же погибла; оставшаяся небольшая группа сгрудилась вместе, и они, похоже, выделили некое прозрачное желеобразное вещество, окутавшее всю группу целиком.
«Забавно, однако», — подумалось Линь.
Сейчас холод ещё не отступил, Линь чувствовала, что окружена толстым слоем льда, а «Авианосец» совершенно не мог пошевелиться.
Лёд рано или поздно должен был растаять, но неизвестно было, сколько на это уйдёт времени.
Линь не очень хотелось ждать.
Она принялась собирать из клеток тех огромных Копателей, что уже собирала прежде, — Линь решила попробовать самостоятельно прокопать себе путь сквозь ледяной слой.
Собрав десяток крупных Копателей, Линь открыла один из проходов на теле «Авианосца» — внутрь тотчас хлынул сильнейший холод, и Линь увидела, что снаружи всё было покрыто толстой ледяной чистотой.
Огромные Копатели немедленно двинулись вперёд — для тех, кто способен прогрызть даже камень, прокопать ледяной слой, разумеется, не составляло никакого труда: своими острыми зазубренными краями они с лёгкостью соскребали пласт за пластом ледяных кристаллов.
Линь собрала небольшое Глазное яблоко, чтобы отправить его следом за ними наблюдать за ходом работ, и тут же закрыла проход «Авианосца», потому что снаружи было по-настоящему слишком холодно — похоже, клетки внутри пока не могли выдерживать холод так же хорошо, как кожный слой.
Эти новосозданные крупные Копатели обладали определённой сопротивляемостью холоду, однако не такой сильной, как у кожного слоя «Авианосца». Если какой-нибудь из них слишком сильно замерзал, Линь отправляла его обратно в «Авианосец», чтобы он немного отдохнул.
Поверхность крупных Копателей, сплошь покрытая зазубринами, по твёрдости была примерно такой же, как кожный слой «Авианосца». Линь понимала, что одной твёрдостью от холода не защититься — здесь наверняка крылся какой-то секрет.
Несколько Копателей уже прорыли в ледяном слое проход, и Линь решила начать копать вниз, туда, где были песчинки, — посмотреть, где же на самом деле прячутся другие дикие клетки.
Как раз когда она собиралась начать копать вниз, внезапно ледяной кристалл перед глазами слегка содрогнулся, и одновременно по ледяной стене пробежало бесчисленное множество трещин.
«Что это? Лёд тает?»
«Нет, не то. Таяние льда выглядит совсем иначе — это ощущение такое, будто какая-то огромная сила сотрясает весь ледяной слой целиком».
«Тр-р-рак…»
Сотрясение вновь породило бесчисленные трещины, и Линь сочла, что следует отступить обратно в «Авианосец».
Линь чувствовала: здесь есть ещё нечто иное — какое-то огромное существо, которое сейчас тоже копает в этом самом месте.