Время вернулось в настоящее.
— К счастью, с восходом солнца я возвращаюсь в свой прежний облик.
И хотя воспоминания о том дне, случившемся полгода назад, до сих пор вызывают у меня легкое головокружение, со временем я все же сумел разобраться в переменах, произошедших с моим телом.
==========
1. Когда солнце заходит, моя внешность меняется.
2. Мои волосы чернеют, кожа становится белоснежной, а глаза — угольно-черными.
3. Вокруг меня то и дело клубится черный туман или некое подобие темной ауры.
4. С восходом солнца, когда наступает утро, я снова становлюсь обычным человеком.
«Хорошо еще, что я могу хоть как-то контролировать эту черную энергию, не давая ей вырываться наружу».
Не умей я этого, мне точно пришлось бы стать затворником.
В Корее темные волосы и темные глаза — обычное дело, так что никто и внимания не обратит. Пока черная дымка не лезет наружу, я выгляжу вполне по-человечески.
— Из-за Аномалий люди по ночам теперь почти не выходят на улицу.
Вернувшись домой, я сверяюсь с часами: 18:47.
Внутри моего тела постепенно что-то меняется.
От кончиков пальцев ног вверх ползет леденящий холод.
— Хах. К этому невозможно привыкнуть.
Кажется, будто по венам плывут осколки льда. Кожа становится все холоднее, а все тело коченеет от пронизывающей стужи.
Стоя перед зеркалом, я наблюдаю, как медленно преображается мой облик.
Чернота волнами расходится по волосам.
Мой естественный цвет не просто исчезает — это скорее похоже на чужеродное окрашивание, будто в воде расплывается тушь.
Глаза постепенно затапливает тьма непостижимой глубины.
Они не похожи на обычные карие или черные глаза — это бескрайняя бездна, в которой поселился сам мрак.
Я тихо выдыхаю, и в воздухе слабо клубится черная дымка.
Стоит протянуть руку, как тени вокруг начинают колыхаться, словно живые.
— Призрак... значит.
Мало того что я внезапно превратился в какого-то трансформера, так мне еще и кличку дали, как покемону.
Призрак — таинственное существо, о котором последние несколько месяцев гудит весь город.
А началось все три месяца назад в круглосуточном магазине прямо перед моим домом.
Натянув кепку поглубже и скрыв лицо под маской, я отправился за ночным перекусом, как вдруг прямо там объявилась Аномалия.
[Наблюдающая женщина]
Эта Аномалия возникает лишь в определенных местах. Физически она никак не вредит, а просто молча наблюдает.
Однако и этого хватает, чтобы довести людей до безумного ужаса.
Наблюдающая женщина была злобной тварью, чьи правила не объяснялись даже в романе. Из-за этого оказавшиеся взаперти люди уже пребывали в полнейшей панике.
Кто-то сидел на полу и рыдал.
Продавец тихо дрожал, а десятки рук отчаянно колотили в запертую дверь, пытаясь выбраться наружу, но...
— Дверь не открывается.
Когда возникает Аномалия, пространство изолируется. Внутри ее правила становятся абсолютным законом.
[Стоит вам попасть в поле зрения Наблюдающей женщины, и вы уже никогда не спасетесь.]
Пока эта тварь не исчезнет, остается лишь терпеть и содрогаться от ужаса.
А я приперся туда, даже не подозревая, что творится в магазине.
Причем с максимально уверенным видом!
Дверной колокольчик звякнул.
Когда дверь распахнулась, я инстинктивно нахмурился от представшей картины.
— Что это еще за чертовщина?
При виде валяющихся на полу и кричащих людей из меня невольно хлынула черная энергия.
Серьезно, мне до сих пор стыдно об этом вспоминать. Будто я пукнул от неожиданности, честное слово.
Но в тот же миг с отвратительным скрипом в глубине зала я увидел искаженную фигуру, которая неестественно вывернула голову.
— Уф, какая гадость.
Описание Наблюдающей женщины в романе и так нагоняло жути, но увидеть ее вживую оказалось тем еще испытанием.
Жуткий звук, вырывающийся из ее уродливой пасти, напоминал не человеческий голос, а тревожный белый шум.
Однако по какой-то причине Аномалия истошно взвизгнула и тут же испарилась.
— ...?
Стоило жуткой твари исчезнуть, как все взгляды тут же устремились на меня.
— Аномалия исчезла, так что, пожалуйста, возьмите себя в руки.
Тем не менее люди лишь испуганно переводили взгляд с меня на пустые углы и обратно.
«А, неужели?..»
Аномалия-то исчезла, но мой нынешний облик идеально подходил для недопонимания. Очевидно, они решили, что перед ними монстр еще страшнее.
«Не надо было выходить ночью... черт».
— П-простите... пожалуйста, пощадите...
— Страшно, страшно, страшно... Мама...
— Я... ик! У-умираю!..
«Эй, вообще-то обидно, когда о тебе так говорят».
Пусть у меня и широкая душа, как у великого мудреца, я все же бываю ранимым, ясно вам?
Кто же знал, что в магазине, куда я заглянул, окажется Аномалия, а внутри разольется целое море слез?
Все произошло настолько внезапно, что я просто не успел сдержать черную ауру.
Повисла тишина.
Немного потоптавшись на месте, я подошел к школьнице, которая сидела на полу и безутешно рыдала.
«Она выглядит хуже всех. Может, если я ее успокою, станет лучше?»
Стоило мне наклониться и заглянуть ей в глаза, как ее тело забилось в неистовой дрожи.
— П-пожалуйста... пощадите..! Ик!
«Да уж, тут я бессилен».
Мысленно вздохнув, я осторожно протянул руку и смахнул слезы с ее щек.
— А...?
По лицу девочки было видно, что она совершенно не понимает, что происходит.
«Я не собираюсь причинять тебе вред».
«Я не Аномалия, я человек, ясно?»
Эх, ну и судьба у меня.
Раз уж любые мои действия ведут лишь к недоразумениям, лучше поскорее убраться отсюда.
— Впредь будь осторожнее.
Бросив это короткое предостережение, я поспешно покинул магазин.
* * *
— Не нужно было идти в магазин. Нет, вообще не стоило выходить на улицу ночью...
Ёну без конца корила себя за глупость.
Поздно ночью, изнывая от стресса из-за экзаменов, она захотела чего-нибудь сладкого и заглянула в ближайший магазинчик, но наткнулась там на «это».
На нее в упор смотрела женщина неестественно высокого роста с изуродованным лицом.
Черты ее лица были смещены, словно глаза и рот наспех прикрепили к кривому манекену.
Глазницы зияли пустотой, напоминая глубокие провалы.
А губы казались насильно разорванными, из-за чего уголки рта уродливо тянулись к самым ушам.
Она не говорила.
Даже не дышала.
Просто молча наблюдала.
Мороз пробежал по коже.
Леденящий ужас сковал позвоночник.
Когда тварь медленно наклонила голову, раздался жуткий звук.
Словно с треском ломались ветки. Мерзкий скрежет, похожий на хруст ломающихся костей.
Ёну инстинктивно поняла, что больше не находится в привычной реальности.
Она попыталась развернуться и немедленно сбежать, но дверь почему-то не поддавалась.
Руки дрожали, голова шла кругом. Ей не хватало воздуха.
— Хм-м-м..!
Сердце бешено колотилось, а рассудок, казалось, вот-вот расколется на куски.
Ноги подкосились, и она без сил рухнула на пол.
Из глаз хлынули горькие слезы.
— А... ох... я... я умру?..
Она знала, что в мире начали появляться Аномалии, но до сих пор ей везло.
Ёну, никогда прежде не сталкивавшаяся с ними лицом к лицу, испытывала колоссальное давление от этой первой встречи с первобытным ужасом.
— Надо было слушаться маму с папой... Простите меня...
И как раз в тот момент, когда она уже готова была сдаться и потерять сознание...
Дверь магазина распахнулась, и вошел мужчина.
Его окутывала угольно-черная аура.
С первого взгляда становилось ясно: это существо не было человеком.
Аномалия, до этого уродливо пялившаяся на людей, медленно повернулась к выходу и в то же мгновение издала истошный вопль.
По спине Ёну пробежал жуткий озноб.
Тварь неестественно выгнулась и с истошным воплем растворилась в воздухе.
Ёну не верила своим глазам.
«Аномалия вдруг исчезла?..»
«Она закричала и испарилась, стоило ей только увидеть этого мужчину».
Аномалии не боятся людей. Они — хищники, которые охотятся на человечество и истязают его.
И все же эта тварь испугалась и сбежала?..
Ёну слышала, что у Аномалий есть уровни опасности. Вероятно, между ними существовала строгая иерархия силы.
«Значит, этот мужчина...»
Определенно нечто куда более опасное.
От этой мысли Ёну погрузилась в еще более глубокое отчаяние.
Неужели это расплата за то, что до сих пор судьба миловала ее? Все несчастья мира обрушились на нее разом, не оставив ни единого проблеска надежды.
Дрожь во всем теле не утихала.
Зловещая черная дымка медленно приближалась.
Окутанный мраком силуэт замер совсем рядом, разглядывая ее.
Вскоре он наклонился, заглядывая ей в лицо.
У этого существа было человеческое тело, но его глаза... Они точно не принадлежали человеку.
Подобно бездне, затягивающей без остатка, в них клубился первозданный мрак.
— П-пожалуйста... пощадите... ик!
Решив, что настал ее последний час, она с трудом выдавила из себя эти слова.
Мужчина занес руку, словно собираясь нанести смертельный удар.
Но вопреки ее ожиданиям, существо лишь осторожно стерло слезы с ее лица кончиками пальцев.
Ёну захлестнули противоречивые чувства. Существо, источающее черную энергию и ни капли не похожее на человека...
Это существо прямо сейчас...
«Вытирает мои слезы?..»
Наконец, окутанный черной аурой силуэт заговорил низким, тихим голосом:
[Впредь будь осторожнее.]
Затем он развернулся и исчез.
Все присутствующие застыли в оцепенении, не в силах поверить в происходящее.
Появление Аномалии с неизвестными правилами всегда приводило к жертвам. Тысячи людей гибли лишь ради того, чтобы разгадать хотя бы одно условие.
Но сегодня, несмотря на столкновение с монстром, никто не погиб и даже не пострадал.
Ёну сглотнула подступившие слезы и подумала:
«Доброжелательная... Аномалия?..»
* * *
После того случая в магазине я почему-то стал частенько натыкаться на Аномалии во время ночных прогулок.
Не знаю почему, но когда Аномалии сталкивались со мной в моем измененном облике, они либо в панике сбегали, либо вовсе растворялись в воздухе. Так я, сам того не желая, спасал оказавшихся в ловушке людей.
И в какой-то момент меня начали называть Призраком.
— Существо, которое противостоит Аномалиям и способно их изгонять.
— Личность неизвестна. Но к людям враждебности не проявляет.
— Появляется исключительно ночью.
«Да не борюсь я с ними и не изгоняю их по собственной воле».
Но даже я понимал, что в таком виде мало похож на обычного человека, так что мне оставалось только смириться.
В конце концов, даже Штаб по борьбе с Аномалиями и гильдии Пробужденных, созданные для уничтожения монстров, начали разыскивать Призрака.
«Похоже, они пронюхали, что я умею отпугивать Аномалии. Проблема в том... что я без понятия, считают ли они это благом или видят во мне очередную угрозу».
Поскольку долгие размышления все равно не давали ответов, я решил выбросить это из головы.
Выйдя из ванной, я плюхнулся на кровать и включил телевизор.
В новостях без умолку трещали об ущербе, нанесенном Аномалиями, и об их правилах.
Однако сегодня повестка дня заметно отличалась.
— Поскольку наша привычная жизнь разрушена, мы не можем позволить такому дню пройти незамеченным!
— Новогодняя церемония звона в колокол пройдет в обычном режиме. Я прекрасно понимаю опасения наших граждан. С заходом солнца, когда опускается ночь, наступает время Аномалий.
— Но не волнуйтесь! Благодаря поддержке оперативников из Штаба по борьбе с Аномалиями и членов гильдий Пробужденных мы докажем, что ни одна тварь не посмеет даже приблизиться к этой церемонии!
— Мы заявим этим проклятым Аномалиям, этим ужасным монстрам: «Мы живы! И мы не позволим вам победить нас!»
— Мощные прожекторы, яркая иллюминация и элитные бойцы защитят вас, защитят всех нас! Я тоже буду там, плечом к плечу с вами! Давайте соберем всю нашу волю в кулак и вместе встретим Новый год!
Сегодня было тридцать первое декабря. Канун Нового года.
В репортаже говорилось о ежегодной новогодней церемонии колокола в Босингаке, которую решили провести и в этот раз.
Кто-то сочтет это глупостью. Я, честно говоря, тоже так думал, но...
Я прекрасно понимал их отчаянное стремление вернуть хотя бы крупицу прежней нормальной жизни именно потому, что она была разрушена.
— Само собой, я туда не пойду.
Мой дом находится недалеко от Босингака, так что звон колокола я в любом случае услышу прямо из своей комнаты.
Да и как мне соваться туда в таком виде?
Стоит мне там показаться, и элитные оперативники мигом сделают из меня «хорошо прожаренного Призрака».
— Что ж, пойти я не могу, но надеюсь, все пройдет без происшествий.
Мне и самому хотелось верить, что Аномалии не посмеют сунуться к людям, поэтому я искренне желал, чтобы этот год завершился благополучно.
Ведь ничего плохого не случится, верно?