Люди не верили собственным глазам: класс Гибели.
С тех пор как ввели классификацию городских легенд, класс Гибели не присваивали еще ни разу.
Нет ничего более первобытного, чем страх перед неведомым.
— Этого не может быть...
Буквально секунду назад толпа ликовала. Теперь же площадь поглотила мертвая тишина.
— Класс Гибели... это вообще что такое?.. Неужели подобное и правда существует?
Существо, которое никогда прежде не являло себя миру.
До сих пор сильнейшими из обнаруженных Аномалий были твари класса Разрушения.
Все верили, что страшнее уже ничего быть не может, но прямо сейчас перед ними стояло нечто, превосходящее этот предел.
— Мы все умрем?..
Чей-то полный отчаяния шепот заставил всех затаить дыхание. Люди осознали: стоящая перед ними девчонка — существо совершенно иного порядка.
— Это невозможно.
Низкий, решительный голос эхом разнесся издалека.
Раздался оглушительный грохот. Площадь содрогнулась, когда две тени молниеносно рванули вперед, заслонив девчонку от толпы.
Со Джихун, директор Штаба по борьбе с Аномалиями, и Хан Дожин, глава гильдии «Свет зари».
Сильнейшие воины Южной Кореи сошлись лицом к лицу с Аномалией класса Гибели.
Джихун сжал кулаки, готовясь к бою.
— Глава гильдии, готов?
— Разумеется.
Стоило им договорить, как оба одновременно выкрикнули:
— Трансформация Преисподней!
Трансформация Преисподней — способность людей использовать «силу историй», полученную после победы над Аномалиями.
Земля задрожала. От обоих мужчин хлынула колоссальная энергия, расходясь по площади мощными взрывными волнами.
Вокруг Джихуна закружился силуэт гиганта, окутывая его невидимой мощью, в то время как тело Дожина объяло яростное пламя, готовое испепелить все на своем пути.
Повисла тишина.
Девчонка просто смотрела на них. В ее взгляде не было ни настороженности, ни интереса — лишь безучастное созерцание.
Но Джихун и Дожин не колебались, несмотря на ее безразличие. В этот момент промедление означало смерть.
— Погнали!
Раздался треск. Джихун с силой оттолкнулся от земли, и асфальт под его ногами разлетелся вдребезги.
Силуэт гиганта окутал его кулак, сотрясая воздух. Земля под ногами раскололась, и ударная волна прокатилась по всей площади.
Деревья и машины, оказавшиеся на пути его удара, взмыли в воздух.
— Думаешь, уклонишься, малявка?! — взревел Джихун, обрушивая кулак прямо в лицо девчонке.
Этот удар обладал такой разрушительной силой, что мог начисто стереть с лица земли все место, где она стояла.
— Что?..
Однако удар не достиг цели. Девчонка даже не шелохнулась.
Лишь ее безэмоциональные золотистые глаза бесстрастно смотрели на него.
Это не было обычной защитой или уклонением. Все выглядело так, словно сработал абсолютный закон, гласящий: «Дальше проход воспрещен».
Атака Джихуна просто не смогла преодолеть эту невидимую черту.
В этот момент за спиной Джихуна с ревом взметнулось яростное пламя.
Дожин взмыл в небо, широко раскинув руки. Из его тела, словно из доменной печи, вырвались потоки огня.
Бушующий пожар заполнил площадь, создавая иллюзию, будто само солнце опустилось на землю.
Дожин свел руки, и пламя закружилось огненным смерчем, полностью поглощая девчонку.
С оглушительным гулом вся площадь окрасилась в багровые тона.
— Живо! Бегите отсюда как можно дальше! — закричал Дожин, и толпа в панике бросилась врассыпную.
Невыносимый жар заполнил площадь. Людям стало трудно дышать, когда все вокруг превратилось в пылающий ад.
Его огонь, способный сжечь дотла что угодно, бушевал так, словно вознамерился испепелить девчонку без остатка.
Но посреди этого всепоглощающего пламени девчонка продолжала стоять неподвижно.
Ни один волосок на ее голове не обгорел, она даже пальцем не повела.
— Да это бред какой-то... — пробормотал потрясенный Дожин, и тогда девчонка впервые отреагировала.
— Вмешательство...
Она лишь тихо произнесла это слово и подняла руку, но само пространство вокруг начало искажаться.
Казалось, будто пространство обрело собственное сознание и подчинилось ее воле.
Это была не просто грубая сила. Сама плотность пространства скручивалась в спираль.
Джихун и Дожин инстинктивно попытались сопротивляться, но в то же мгновение оба отлетели на десятки метров назад.
— ...!
Люди лишились дара речи.
Двух сильнейших людей Южной Кореи беспомощно отшвырнуло от одного-единственного слова маленькой девочки.
Всех присутствующих охватило осознание колоссальной, непреодолимой разницы в силе.
— А... а-а-а...
У людей подкосились ноги, никто не мог пошевелиться.
— Это конец...
— Теперь... нам всем конец...
Капитуляция. Отчаяние. Негативные эмоции волной накрыли площадь.
Девчонка медленно подняла голову. Настал ее черед действовать.
Но в этот момент в самом центре площади возникло нечто с чужеродной аурой. Оно явило себя миру.
— ...?
Золотистые глаза девчонки слегка дрогнули.
Посреди площади закружилась черная энергия. Тьма разорвалась, словно ткань, и наружу хлынул клубящийся темный туман.
Все завороженно уставились на это зрелище.
Из клубов тумана медленно проступил мужской силуэт.
Черные волосы развевались во тьме, а обсидиановые глаза тускло поблескивали.
Люди затаили дыхание при виде этого загадочного существа.
И тогда низкий, глубокий голос прорезал тьму:
[Коллекционер.]
Тьма, словно повинуясь ему, запульсировала подобно живому существу и накрыла всю площадь густыми тенями.
Золотистые зрачки девчонки сузились. На ее лице впервые отразился искренний интерес.
— Нашла...
* * *
В тихой комнате с экрана телевизора доносились радостные крики людей:
— Народ! Новый год уже на пороге! Вы готовы?!
— Отлично! Прошло полгода с тех пор, как Аномалии потрясли наш мир! Но мы все еще живы!
Я безучастно наблюдал за происходящим, валяясь на кровати.
— Впечатляет.
Ежегодная церемония звона в колокол на площади Босингак — надо же, они действительно решили провести ее в такой обстановке.
Впрочем, я их понимал. Люди отчаянно хотят вернуть свою прежнюю жизнь. Они скучают по обычным временам, когда никаких Аномалий еще и в помине не было.
— Но я туда не пойду. Точнее, не могу пойти, — вздохнул я, натягивая одеяло поудобнее.
Во-первых, потому что сейчас ночь. На площади соберется слишком много народу. А во-вторых — и это главное, — я сейчас нахожусь в просто ужасном состоянии!
Я прекрасно знаю, что со мной происходит. С наступлением темноты я перестаю выглядеть как обычный человек. Я чувствую, как вокруг меня сгущается тьма, а кожа становится ледяной. Само мое существование начинает напоминать какую-то Аномалию.
«Лучше не показываться людям на глаза, чтобы не вызывать лишних подозрений».
Я и так был заядлым хикикомори, а теперь меня к этому буквально принуждают обстоятельства.
— Не стоит себя оправдывать.
Только я собрался сделать глоток пива под одеялом, как с гулким звоном зазвучал колокол Босингака.
Экран телевизора заполнился ликующими криками. В небе взрывались фейерверки, люди обнимали друг друга.
— И в этом году я снова слушаю колокол в гордом одиночестве. С каждым годом бью собственные рекорды.
Но что-то пошло не так. Камера показывала площадь, как вдруг изображение на экране на мгновение дернулось. Раздался жуткий скрежет, и огни на площади начали гаснуть один за другим.
— Это еще что такое?
В темноте медленно спускался миниатюрный силуэт. Светло-серебристые волосы, сияющие золотистые глаза, белоснежная кожа, босые ноги и черное платье.
— Где же... ты?
От этого голоса у меня мурашки побежали по коже.
— Погодите, неужели это... Коллекционер?
Одна из сильнейших Аномалий из романа — какого черта она здесь забыла? Нет, этого просто не может быть. Мне ведь кажется, да?
Но, словно в насмешку над моими надеждами, Преисподняя начала стремительно развертываться.
— Да это бред какой-то, серьезно.
Подумать только, Преисподняя, распространяющаяся от Босингака, просачивается прямо в мою комнату! Насколько же она огромна?
Черный туман выползал прямо из телевизора, заполняя комнату. В голове воцарилась полная пустота.
— Отличное начало нового года, ничего не скажешь!
Я рванулся к окну, чтобы открыть его, но оно не поддавалось. Попробовал открыть дверь — ручка даже не шелохнулась.
— Я так и знал...
Это означало, что любое пространство, оказавшееся в границах Преисподней, полностью подчиняется правилам Аномалии.
— Мне хана.
Кончики пальцев похолодели, сердце бешено колотилось. Ни сбежать, ни найти выход.
«Мне и правда конец?»
Стоило мне об этом подумать, как картинка на экране телевизора снова изменилась. Директор Штаба по борьбе с Аномалиями и глава гильдии. Сильнейшие воины Южной Кореи преградили девчонке путь.
Раздался взрыв. На экране бушевало яростное пламя и расходились мощные ударные волны.
«Ого... а вдруг?!»
Они ведь сильны. Может, у них действительно получится победить?
Но девчонка даже не сдвинулась с места. Атаки даже не коснулись ее, просто растворившись в воздухе. В конце концов она лишь слегка приподняла руку, и все тут же закончилось.
Обоих мужчин с грохотом отшвырнуло на десятки метров.
— Вот тебе и «а вдруг»... Эх.
Это нельзя было назвать даже боем. Словно ребенок играл с муравьями.
Класс Гибели — наивысший ранг Аномалий. Даже в романах не существовало способов победить их. Они были сродни стихийным бедствиям, и людям оставалось лишь молиться, чтобы все поскорее закончилось. И теперь такая Аномалия явилась в реальности?
— Умереть девственником... Какая несправедливость!
Раздался знакомый звон.
— А?..
Перед моими глазами всплыло системное окно.
[Пожалуйста, завершите историю Аномалии класса Гибели.]
[Завершенные истории: 0]
Погодите, что это значит? И вообще, что это за чертовщина?! Почему передо мной вдруг всплывает такое, это ведь даже не окно статуса?!
Система продолжила объяснение, совершенно не заботясь о моем мнении:
[Аномалии класса Гибели — это девушки, несущие в себе Грех. Только завершив их истории, вы сможете вернуть мир к его прежнему спокойствию. Пожалуйста, спасите их.]
— То есть вы предлагаете мне одолеть класс Гибели, с которым даже в романе никто не мог совладать?..
[Да.]
— Погодите, это что, общение в реальном времени?
[Нет.]
— Да вы явно врете!!!
[...В любом случае, пожалуйста, помоги нам, Сихён! Я наблюдала за тобой все это время.]
— А что будет, если я откажусь?
Это окно уверяет, что мы общаемся не в реальном времени, но от ответа уклониться не может!
[Думаю, ты и сам прекрасно знаешь ответ.]
— Мир будет уничтожен, полностью оправдывая название класса...
Аномалии — это истории, созданные существами, которые столкнулись с несправедливостью и не смогли ее пережить. Поскольку они не способны завершить собственные истории и повторяют их бесконечно, они продолжают разрушать все вокруг. И если мы не сможем положить конец истории Аномалии класса Гибели?..
— Ха-а... Значит, у меня просто нет выбора.
Пока я пытался переварить эту дикую ситуацию, у моих ног закружилась черная энергия.
— Чего?..
Темный туман начал медленно окутывать мое тело.
— Погодите, это еще что такое?
[Пожалуйста, Сихён. Спаси Коллекционера... спаси ее.]
— Нет-нет-нет, стойте! Подождите секунду!
Я инстинктивно задергался, но черная энергия сковала меня с непреодолимой силой.
[Прости. Но времени совсем нет. Я верю, что у тебя обязательно все получится.]
Мое тело оторвалось от пола, и меня охватило ощущение, будто меня затягивает в бездонную пропасть.
— Эй! Ах ты, су...
Я потерял ориентацию в пространстве. Накатило мерзкое чувство, будто реальность смешивается с вымыслом. Нечто с силой тащило мое тело вперед.
Когда я пришел в себя, то обнаружил, что стою в самом центре площади. Бесчисленное множество людей смотрели на меня, и на их лицах застыло отчаяние.
«Это... площадь Босингак?»
Я думал, меня поглотила черная энергия, но каким-то образом меня перенесло сюда? Мой разум отказывался верить в происходящее.
«Только не говорите, что меня забросили сюда из-за нехватки времени... Прямо перед Коллекционером?!»
Чертово системное окно, чтоб его!
Пока я мысленно проклинал систему, маленькая сереброволосая девчонка тихо и медленно повернула голову в мою сторону. Наконец ее золотистые глаза сфокусировались на мне.
Уголки ее губ слегка приподнялись.
Мое сердце ушло в пятки.
«Ах... меня сейчас стошнит».