- Жизель, ты дома? Дядя? Кто-нибудь?
Прокричал внутрь дома Оливер, тогда он прошёл вперёд, оставив пакет с продуктами у двери. Дойдя до лестницы, запах машинного масла усилился.
"Но он какой-то странный? Обычно он не такой выраженный? В нём чувствуется запах чего-то горелого?"
Оливер быстро поднялся наверх, перескакивая некоторые ступени, так как он боялся, вдруг вспыхнет пожар. Оказавшись на втором этаже, он увидел, как из комнаты Жизель выглядывает знакомая чёрная лужица, только в этот раз она была чуть больше. Подойдя к двери, наступив на эту чёрную лужу, он постучал, но ответа не последовало.
- Жизель, я вхожу!
Открыв дверь, Оливер первое, что он увидел, это какой-то механизм на столе слева от него, довольно большой. Он был похож на двигатели самолётов из старых фильмов, но был слегка округлым, и сбоку у него было что-то похожее на бак, сверху виднелся же маленький рычажок. Должно было быть похоже, потому как сейчас в нём виднелась огромная дыра, из которой и вытекала чёрная субстанция. Да и сам механизм как будто пережил взрыв. Он издавал шум и явно ещё работал.
Найдя источник горелого запаха, а именно механизм, Оливер беглым взглядом взглянул на него, но не мог понять конструкцию и для чего он был нужен. Он взялся за рычаг, который был опущен вперёд, и попытался потянуть его на себя, но тот не поддавался. Приложив все силы, Оливер наконец-то смог его поднять, и махина перестала шуметь.
Остановив механизм, он осмотрел комнату глазами. Он увидел, что она разделена самодельной деревянной стеной на две части. Первая — это мастерская. Здесь было много деталей, шестерёнок, столы были забиты инструментами и металлом, а на стенах виднелись чертежи. Это было довольно увлекающее зрелище. Вторую часть закрывала дверь, а за ней была спальня Жизель, если Морган правильно всё помнил.
Жизель с детства любила копаться во всяческих механизмах, от игрушек до громадных часов. Воспоминания Моргана нахлынули вновь, Оливер же почувствовал вновь тупую боль. Он еле успел опереться об стол с механизмом, чтобы не упасть.
В воспоминаниях он видел Жизель, но выглядела она моложе. На первый взгляд ей было около 17-19 лет, она была в вечернем платье, которое ей очень подходило. Это был вечер, когда она вернулась с выпускного из Академии, тогда она выглядела очень подавленной. В тот день что-то случилось, но она не говорила, она просто вернулась к себе. А на следующее утро она говорила с дядей о том, чтобы отказаться от поступления в университет. Тот её даже не слушал, лишь повернулся в сторону двери и на ходу сказал:
- Ты поступишь в него. Не просто поступишь, а утрёшь нос этим старым кошелкам. Стань той, кто перевернёт наш мир! Построишь то, что другие не могут!
После этого дядя вместе с юным Морганом построили ей в её комнате маленькую мастерскую, а Жизель поступила в университет Форка на факультет паровой инженерии и машиностроения и через несколько лет закончила его с отличием. И вот вроде бы после этого все пути должны быть открыты, но жизнь довольно жестока, очень жестока. Из-за того, что Жизель была женщиной, её попросту не брали ни в одну мастерскую, то ли из-за дискриминации, то ли из-за своей ущемленности, но ни один инженер или изобретатель, коими были мужчины, она не смогла найти работу.
После долгих поисков работы она пошла на швейную фабрику, где платят гроши, но это лучшее, что они смогли найти. Она работала, заботилась об брате и иногда что-то мастерила. Но с каждым годом она всё меньше и меньше занималась любимым делом. Пока Морган не пришёл с какой-то безумной идеей, что разожгло в ней искру.
- А-ах... Всё больнее и больнее... Не может же это вечно продолжаться?
Вздохнув и вернув себе ощущение реальности, Оливер был немного дезориентирован, так как увидел хоть и скомканные картинки, но всё же они описывали довольно большой временной промежуток в жизни Моргана.
Через пару секунд он услышал мягкие шаги, и они направлялись в его сторону. Вернув себе равновесие, он развернулся и выглянул из-за двери. По коридору шла Жизель, одетая в то же тёмно-серое платье, но всё оно было покрыто чёрными пятнами, видно, последствия случившегося.
- Что, ты уже вернулся? Странно, я не слышала...
- Да, только что... Что случилось?
- А, да так... Ничего страшного, просто я не рассчитала давление, и бак не выдержал и сделал небольшой БУМ, но ничего такого...
Говорила Жизель, пока она же отводила взгляд и нервно поправляла платье. Делая вид, что ничего опасного не случилось. Оливер же, заметив, как девушка нервничает, понял, что случившееся могло закончиться трагично, особенно учитывая, как разорвало бак, то его летящие осколки точно кого-то ранят. Посмотрев на Жизель подозрительным взглядом, он пытался копировать поведение владельца тела.
- Ага, ну только если не учитывая раскуроченный бак, всюду разлитое машинное масло и запах гари, ну а так да. А да, точно, забыл, ты могла умереть, если что-то пошло не так.
- Ну не настолько было всё плохо, ну только лишь чуть-чуть похоже. Но меня же не задело, а это главное. Но думаю, дяде лучше не говорить об этом.
- Конечно, он тебе голову оторвёт за это, а потом ещё раз оторвёт, так как ему придётся слушать возмущение мистера Фергюса.
Жизель при упоминании мистера Фергюса слегка вздрогнула. Это был домовладелец, у которого семья Форлей и многие другие на районе снимали жильё. Он был упитанным мужчиной средних лет, при первой встречи тот поглядывал на девушку, что вызывало у неё чувство тревоги и отвращение.
- Так давай лучше уберём этот беспорядок, пока дядя не вернулся, а то у меня одной уйдёт день на уборку. А то мне ещё на скоро работу надо.
Вздохнув от безысходности, вскоре он вместе с Жизель прибирал последствия взрыва.
- Что за ты на этот раз мастерила? Чего оно так взорвалось?
- Да так, экспериментировала, но, видимо, не рассчитала давление, и эта жестянка не выдержала его... Эх, опять всё заново переделывать, если бы я могла раздобыть материал покрепче, я бы уже давно доделала двигатель и утёрла этим за чахлым старикашкам нос! Проклятье!
Разозлившись, Жизель принялась отчищать пол от чёрной жижи, злилась она то ли на себя, то ли на изобретенье или на что-то ещё, Оливер не мог понять. Но по её виду он понял, что очень расстроена провалом. Он повернул голову в сторону машины и заметил, что она сделана из чего попало, в некоторых местах виднелась ржавчина, сколы и трещины. Всё указывало на плохое качество материалов. А то и понятно, хоть этот аппарат сделан полностью из метала, но его Жизель собирала из деталей, что нашла на фабрике у рабочих, что работают с станками и любезно делятся с ней уже сломанными и не подлежащими восстановлению деталями.
Вскоре они прибрались, и вскоре Жизель принялась готовить обед, а Оливер же хоть и пытался взяться за приготовление пищи, но был отправлен отдыхать в комнату. И сейчас лежал на кровати, придумывая версию, как всё-таки объяснить Жизели, Джеймсу, о новой работе. Они явно уже подозревают его, это неизбежно.
"Джеймс точно подозревает меня, а вот Жизель, может, только начинает. Пока я опираюсь на воспоминания Моргана, я могу избежать того, что я проколюсь на чём-то крупном, а вот на мелочах..... Эх, почему я не вселился в кого-то без родных, не пришлось бы врать в лицо и переживать об этом. Я только день здесь, а уже устал, как после сессии."
Оливер закрыл лицо рукой и напряжённо выдохнул. Мысли о том, что его могли раскрыть или уже это сделали и лишь издеваются над ним для развлечения, мучая его, всё крутились в голове, когда он услышал, как Жизель позвала его обедать. Поднявшись с кровати и приведя себя в порядок, как морально, так и внешне. Напоследок посмотрев в зеркало, он изобразил улыбчивое выражение лица и вышел из комнаты. Зайдя на кухню, он увидел Жизель, одетую в другое платье синего цвета, оно выглядело старым и выцветшим, но даже оно не уменьшало красоты девушки. Она уже расставила тарелки с супом и села за стол.
Оливер взглянул на её лицо, которое выражало лёгкую усталость, и он почувствовал укол в сердце оттого, что ему снова придется врать ей. Но быстро прогнав эти мысли, он сел за стол, переведя взгляд на тарелку. В ней был обычный суп с овощами и небольшим количеством свинины, но даже по его виду Оливер мог почувствовать, что вкус его будет пресным. Нет, Жизель не плохо готовила, она занималась этим с малых лет, но из-за отсутствия специй в достаточном количестве и нехватке продуктов она не могла раскрыть вкус блюда. Оливер понял, что, когда он готовил, он явно потратил больше, чем нужно, ведь он готовил для вкуса, а не для того, чтобы насытиться.
- Приятного аппетита!
- Приятного аппетита!
Пожелали они друг другу и принялись есть, что далось Оливеру, привыкшему к еде 21-го века с его огромным разнообразием вкуса, очень непросто, мясо хоть и было готово, но на вкус было безвкусной, а овощи лишь издалека напоминали о себе. Внутри себя он уже скучал по привычной еде.
Но оторвалась мыслями о еде, он перевёл взгляд на девушку, та задумчиво смотрела в тарелку и лишь иногда, возвращаясь в реальность, притрагивалась к еде. Её мысли были заняты чем-то очень важным, и Оливер увидел возможность заговорить и плавно перевести разговор о предстоящем.
- О чём задумалась?
- Да так, всё думаю, где просчиталась, по моим расчётам всё должно быть в порядке. Я даже перепроверила свои чертежи, расчёты, но никак не могу понять. Да, железо не ахти, но всё же......
Взгляд её был недоумевающий и словно говорящий: "Я ведь права?"
- Ну тут всё просто, оно уже было сломано, не зря же тебе его отдали, износилось до такой степени, что уже не могло работать, да, ты его починила, но главной проблемы это не убрало. Эти запчасти, наверное, сто лет использовались. Тебе бы взять чего ни будь получше, и я думаю, всё заработает.
Специально задевая эту тему, Оливер вывел "сестру" из себя, она вскочила со стула, облокотившись на стол, начала поднимать на него голос.
- Конечно, это же так легко! Особенно после того, как ты потерял работу, нам и так туго приходиться, да и ещё из-за травм ты не долго ещё не сможешь работать. Когда мне покупать запчасти, если мы и так еле держимся на плаву. Мы не можем себе позволить себе тратить деньги на что-то кроме не обходимого.
- Успокойся, я же не говорю тебе пойти сейчас и потратить всё на своё дело....
- Ещё бы! Ты хоть понимаешь, каких трудов мне стоит получить этот мусор! Я...
В этот момент, когда Жизель, уже вышедшая из себя, хотела продолжить свою речь, Оливер спокойным голосом произнёс фразу, которая заставила её прерваться.
- Мне предложили работу.
В глазах девушки виднелось непонимание, недоверие и смятение. Эту реакцию и предполагал Оливер, хотя он и не знал, что его слова разозлят Жизель на столько, что она почти на него кричала.
- Чего? Работу? Кто? Где? Не главное когда?
- В детективном агентстве "Небесная птица". Когда я сегодня уходил в участок, меня допрашивали детективы, после моих показаний они буквально за полчаса поймали преступника. После беседы они мне предложили поработать у них консультантом. Они говорили что-то о нехватке медицинских знаний, как я понял, у них нехватка людей, раз берут людей с улиц. А также я приступаю к обязанностям завтра в 8 утра.
Недоверие к сказанному всё усиливались, и по лицу Жизель было видно её эмоции. Но Оливер, предвидя это, достал из кармана документ, тот самый "контракт" и протянул его "сестре".
Взяв его и прочитав, в глазах девушки разыгрался фейерверк эмоций: недоверие, непонимание, ошарашенность, а после полного прочтения и проверки лишь став ещё более подозрительной.
— Это точно правда? 2 франка и 2 шиллинга в неделю? Это почти 5 франков в месяц! Даже дядя Джей столько не получает, ты точно уверен, что тебя не обвели вокруг пальца?
- Уверен, они работают с полицией, я также был у них в конторе, это правда детективное агентство, хоть и не слишком знаменито. Я сам удивился, когда мне предложили работу, но ты же знаешь, как идут наши дела. Я не могу отказаться от таких денег в угоду своей подозрительности.
- А как же твои раны? Как ты будешь работать с ними? Они ведь ещё даже не начали заживать!
- Не помешают, уверяю, я же буду работать с бумагами и иногда только с телами, хотя меня уверили, что первое время я буду работать с опытным врачом.
- А как же потеря памяти?
- Тот же человек мне поможет и если что, направит. Не беспокойся, я обо всём позаботился.
Но это не успокоило девушку, она всё ещё смотрела с подозрением, хотя у неё явно были причины для того, чтобы её брат отказался от этой работы. Но Оливер смотрел с уверенностью в глазах, которую она давно не видела. Ей вспомнился момент, когда её маленький младший брат решил стать врачом. Тогда его глаза горели той идеей и уверенностью, и вот сейчас они горят. Вздохнув, она встала из-за стола, взяв уже опустевшие тарелки и положив их в раковину. Она стояла у раковины пару секунд молча, а после, обернувшись, с улыбкой сказала:
- Поздравляю, Морган. Надеюсь, в этот раз ты задерёшься подольше.
- Ха-ха, Я тоже, сестрица.
В этот момент послышался стук в входную дверь. Жизель было хотел пойти открыть её, но Оливер остановил её жестом и сам подошёл к ней. Открыв дверь, он увидел мальчишку, одетого в обноски, а через плечо была перекинута сумка, набитая чем-то. Не медля ни секунды, мальчик достал свёрток и всучил его Оливеру и быстро убежал, ничего не сказав.
Оливер с удивлением смотрел на него, но после взглянул на свёрток. Это было смятое письмо. Вскрыв его, он увидел имя Джеймса Формана. Прочитав, он выдохнул с облегчением.
- Сестрица, дядя опять на работе останется, вернется утром, просит не готовить на него, говорит что-то о начале сезона.
- Агх, отмазывается, наверное. Пошёл праздновать твоё везение. Понятно, завтра я разбужу тебя, а потом сама расскажу о твоей работе. Но учти, ты всё ровно получишь, за то, что принял такое решение без нашего ведома. Вечером устроим твою казнь.
Смотрела она ледяным взглядом, который очень контрастировал с её прошлым настроением. Причина не была понятна Оливеру, то ли он плохо продумал свою ложь, то ли поступок Джеймса её окончательно вывел из равновесия. Но Оливер не решился ответить, боясь навлечь на себя ещё большие проблемы, и лишь кивнул.
После они разошлись по своим комнатам и провели день, занимаясь своими делами. Жизель разбирала своё изобретение, а Оливер принялся читать книги о медицине и всём связанном с нею. Что не очень ему помогало, так как слова и термины были ему не знакомы, и он часто терялся в них. После вечером он в одиночестве поужинал и лёг спать. Побыстрее нагоняя сон, так как он хоть и боялся, но ждал завтрашний день, который сулил ему новые испытания.