Цзинь Бухуань задумчиво помолчал, а затем сказал:
─ Я не уверен, но на этот вопрос, похоже, мы скоро получим ответ.
Ли Цинхуань покосилась на него, но не стала расспрашивать. Она подошла к двери своей комнаты и закрыла её.
Бах!
Цзинь Бухуань подошёл к соседней двери. Все двери в этом коридоре были закрыты.
Он потянул ручку.
Не открывается.
Возможно, из-за того, что это гостевые комнаты, двери на этом этаже, будучи закрытыми, открываются либо ключом, либо только изнутри.
Цзинь Бухуань обошёл все двери в коридоре – везде было то же самое. Вернувшись к своей двери, он застал Ли Цинхуань, которая задумчиво смотрела на табличку.
─ Что случилось? ─ спросил он, заметив её странное поведение.
Ли Цинхуань потерла гладкий подбородок, и в её глазах загорелось любопытство.
─ Это ведь второй этаж, да?
Цзинь Бухуань машинально ответил:
─ Ну…
─ Нет, ─ Ли Цинхуань улыбнулась. ─ Неправильно, Цзинь Бухуань. Неправильно.
─ Это четвёртый этаж.
Выражение лица Цзинь Бухуаня застыло, но тут же стало серьёзным.
Они оказались в столовой, а столовая в обычных домах находится на первом этаже. Поэтому он и предположил, что внизу – первый этаж.
Но на самом деле не было никаких доказательств, что внизу – первый этаж.
Он подошёл к Ли Цинхуань и встал рядом, глядя туда же, куда смотрела она.
На двери была табличка. На табличке было написано… 401.
Из-за «тени» и старости эту табличку невозможно было разглядеть, не подойдя вплотную.
─ 401… Это четвёртый этаж, ─ прошептал Цзинь Бухуань, и тут его осенило. ─ Подожди, когда мы были в комнате, ты стояла у окна… ─ обратился он к Ли Цинхуань.
Она, поняв, о чём он хочет спросить, перебила его:
─ За окном была чернота, ничего не видно.
Цзинь Бухуань не стал расспрашивать дальше. Он развернулся и снова вошёл в комнату, где убили мужчину, чтобы найти укрытие.
Ли Цинхуань последовала за ним, спрашивая:
─ Дверь в эту комнату закрываем?
Цзинь Бухуань медленно открыл шкаф. Внутри была только пыль, никакой одежды.
─ Если бы я был «убийцей» и вернулся на место преступления, увидев, что дверь, которую я оставил открытой, теперь закрыта, я бы сразу насторожился, ─ пояснил он. ─ Закрывать дверь – это опаснее.
─ Сейчас у нас есть два основных сценария. Первый: «убийца» – один из членов семьи. Сейчас «отец» и та женщина ушли выбрасывать тело, так что дома остались только «мать» и «старшая сестра». Учитывая предупреждение «сестры», я склоняюсь к тому, что «убийца» – кто-то из этих двоих.
─ Второй: «мать» мне солгала, и «убийца» – некое существо, которое не появлялось, но тесно связано с этой семьёй.
─ Сейчас у нас слишком мало улик и мотив «убийцы» нам неясен, так что делать выводы рано.
─ Но… если нам повезёт, скоро мы узнаем, кто же этот «убийца».
Они спрятались в комнате 406. Внутри было довольно пусто, особо не спрячешься, так что если «убийца» вернётся сюда – им останется только ждать смерти.
Шкаф был тесным, они стояли вплотную.
Цзинь Бухуань случайно коснулся тонкой руки Ли Цинхуань.
Она была мягкой, но ледяной.
Это был холод, не свойственный живому человеку, отчего он невольно вздрогнул.
Цзинь Бухуань не задал ей ни одного вопроса, а лишь постарался отодвинуться, чтобы избежать соприкосновения.
Он сделал это не из-за брезгливости, а потому что в такой тишине любой звук был бы неразумной роскошью.
Они ждали какое-то время, и вдруг Цзинь Бухуань почувствовал, что «зрение» у него словно отяжелело. Он моргнул и понял, что видимое расстояние сократилось.
Тумбочка у кровати под влиянием «тени» стала ещё более размытой. Если раньше он мог разглядеть её очертания, то теперь видел лишь расплывчатое мутное пятно.
Эта внезапная перемена мгновенно насторожила Цзинь Бухуаня. Он понял: «убийца», скорее всего, уже здесь.
Так и было. Вскоре из коридора донеслись звуки.
Тук…
Этот звук был хорошо знаком им обоим.
Так звучат только каблуки туфель, а в этом доме туфли на каблуках носила только… «мать».
Неужели убийца – «мать»?
Но если убийца – она, то зачем ей убивать того мужчину?
Вопросы роились в голове Цзинь Бухуаня, он лихорадочно искал возможные ответы, пока шаги не приблизились вплотную.
Сказать, что он не нервничал, было бы неправдой. Давление, исходившее от этих шагов, было несравнимо с тем, что он испытывал рядом с той женщиной на заброшенной остановке.
Тот «абсурд» не распространялся, его влияние на реальность было ограниченным.
Но это «убийца» – совсем другое дело.
Если оно их найдёт, Цзинь Бухуань не знал, что будет с Ли Цинхуань, но он-то точно умрёт.
Тук-тук…
Шаги приблизились к двери и вдруг стали более лёгкими и частыми. Казалось, это кто-то исполняет какой-то… танец.
В темноте Цзинь Бухуань изо всех сил сдерживал дыхание, делая его всё более тихим, едва уловимым.
Вскоре шаги стихли прямо перед их дверью.
В этот миг Цзинь Бухуань отчётливо ощутил, как участился его пульс. «Тень» перед глазами сгустилась до такой степени, что он перестал что-либо видеть.
Тишина, невыносимое напряжение.
Казалось, сам воздух пропитан смертью. Волосы на теле Цзинь Бухуаня встали дыбом, мышцы непроизвольно напряглись.
Он быстро заметил в себе эту реакцию и заставил себя дышать ровнее, расслабляя мышцы.
Время в темноте тянулось невыносимо медленно. Каждая секунда в этом напряжении казалась растянутой до нескольких минут, разрывая нервы Цзинь Бухуаня на части, испытывая его самоконтроль на прочность.
Ли Цинхуань, стоявшая рядом, тоже наблюдала за ним из темноты. Казалось, она хотела посмотреть, насколько он может себя контролировать в такой ситуации.
Однако, к её удивлению, даже в этой давящей обстановке Цзинь Бухуань не выказал никаких признаков паники.
Он был неестественно спокоен.
Неизвестно, сколько прошло времени, но наконец этот невыносимый, сводящий с ума вакуум тишины нарушил отчётливый звон.
Дзинь-дзинь-дзинь…
Кто-то снимал связку ключей.
Каждый лязг ключей, каждый их удар друг о друга был подобен удару похоронного колокола.
Однако, услышав этот звук, Цзинь Бухуань в темноте, наконец, облегчённо выдохнул.
Если тот достал ключи, значит, его цель находилась не в их комнате. Значит… его расчёт оказался верным.