Несмотря на то что я вернулся из города дедушки во дворец, когда я наконец-то смог возвратиться в кабинет его Высочества, который по горло был занят тем и сем, уже наступила ночь. Так как перед дверьми никого не было, его Высочество уже наверное вернулся к себе в комнату. Решив немного привести в порядок документы к завтрашнему дню, я вставил ключ в замок, но он прокрутился вхолостую, не встретив сопротивления. Забыли запереть? Завтра надо высказать пару ласковых страже...Думая так, я открыл двери. Впереди наискосок позади от рабочего стола его Высочества на стуле, предназначенном для ожидающих рыцарей-телохранителей, сидел Шварц.
- Напугал. Я думал, что здесь несомненно никого нет.
Я поражённо выдохнул.
Главное освещение было выключено, и несколько вспомогательных ламп, а также лунный свет, проникавший через окна, отбрасывали на пол смутную тень его огромной фигуры.
- Почему задержался до такого времени? Если его Высочество уже вернулся к себе в комнату, то твоя работа окончена, верно? Как насчёт того, чтобы как и всегда поскорее вернуться домой?
Садясь за свой рабочий стол, я слегка подтрунивал над ним. Шварц очень любил свою жену и обожал детей. Когда работа заканчивалась, он без промедлений подскакивал и уходил домой. Некоторые бездушные люди в замке насмехались над его образом жизни, в котором он не делал никаких отклонений от маршрута между домом и замком, называя его "посыльным-медведем".
- Я ждал тебя.
- Зачем? Какое-то срочное дело?
Шварц покачал головой и указал на тележку, покоящуюся в углу комнаты.
- Я заранее заказал это на кухне.
- Ты?
Когда я проверил тележку, встав с места, то обнаружил там несколько тарелок с жареными сосисками и картофелем, сыр и прочие закуски. А ещё вино и два бокала.
- Если проголодался, тем более стоило вернуться домой, разве нет?
- Сегодня я решил выпить с тобой.
- Вот как.
"Бывают же странности в жизни" – пошутил я и быстро расставил тарелки на низком столике. Шварц обычно оставлял все хлопоты мне, когда говорил, что хочет выпить со мной. Не следует рассчитывать, что он будет заниматься такими мелочами.
Я обернулся, поманил его два раза указательным пальцем, и Шварц тоже встал с места и подошёл ко мне.
- Какое чудесное вино.
Я налил в его бокал вина, когда он опустился на диван напротив. А затем и в свой бокал тоже.
- Я попросил, чтобы мне дали что-нибудь хорошее.
- Вот как.
После мы чокнулись бокалами. Раздался чистый звон, и я сделал глоток вина. Оно скользнуло по горлу, и я почувствовал, как оно проникло в желудок. Я невольно выдохнул.
- На сегодня всё. Благодаря тебе, я спокойно смог съездить в дом к дедушке.
- Вот как.
- Тем, кто создавал алиби, всегда был я, а сегодня всё получилось наоборот.
- Ага.
Шварц, казалось, равнодушно закидывал в рот сосиски. Наверное, кто-то со стороны неверно подумал бы, что он злится. Я знал, что просто его лицо особо не меняет выражения. Вспомнив удивлённое выражение лица, которое я заметил у него на днях за спиной Его Высочества, я невольно улыбнулся. Его брови слегка поднялись. Наверное ему кажется подозрительным, что я вдруг улыбнулся.
- Как там юная леди?
Запив вином несколько сосисок, спросил Шварц.
- А что? Переживаешь?
- Ага.
- Что до неё, то она в порядке. Она появится на балу в платье, над созданием которого поработает вся семья Маклаудов.
- Вот как.
- Наверное ты рад, что ребята из гвардии с самого начала защищали её?
Когда я слегка подразнил его, Шварц два-три раза почесал бок носа своим толстым, как колбаса, пальцем. Я поставил бокал и снова слегка вздохнул. Шварц посмотрел на меня. "Что такое? "- Было бы славно, если бы он спросил. Откинувшись на спинку дивана, я покачал головой.
- Думаю, сегодня я сделал то, что совсем не похоже на меня. И сейчас я как раз впадаю в некоторое отвращение к себе. Хотя я собирался немного проветрить голову, поработав, а потом отдохнуть, ты оказался в кабинете и всё закончилось пирушкой.
- Почему? Раз юная леди приняла окончательное решение, разве это не подвиг?
- Я по-детски наговорил ей всякого, что пришло в голову, девочке, почти вдвое младше меня. Мне кажется, что примерно половина из сегодняшней беседы была лишней, наверняка можно было найти и другие слова.
Шварц, смотря на меня, снова положил в рот сосиску. Наверное, он имеет в виду, чтобы я продолжил говорить.
Розалинда. Старшая дочь герцога Диккенса. Подлинная аристократка чистой крови, обладающая с рождения статусом высокопоставленной дворянки. То, чего не мог иметь я. Точно были дни, когда я утешал себя, что если бы у меня были две эти вещи, я бы не проходил через такие трудности. Однако в тот момент я не испытывал к ней зависти. Именно потому что у неё была родословная и статус, она и столкнулась лицом к лицу с трудностями, от которых она не могла не сбежать, покинув свой родной дом одиноким всадником.
Имеющий человек и не имеющий. Мы были полными противоположностями по происхождению, но походили друг на друга. Мы оказались в плену решений родителей и, стремясь к признанию со стороны других, выбрали "усилия". Потому что, будучи беспомощным ребенком, у которого не было другого выбора, я понимаю и её слабость, и её силу. Её присутствие для меня одновременно и неприятно, но и разбивает мне сердце. Как призрак старого меня, которого я давно похоронил в своём прошлом. Такое, что хочется кататься по кровати, что слезы наворачиваются на глаза и в глубине груди как будто загноилась рана. Существо, которое я не хочу видеть в своём поле зрения.
В то же время нынешний я высокомерно думает: "А не могу ли я спасти её"? Наверное это доказательство того, что я повзрослел, раз у меня появилось желание избавить девочку вдвое младше меня от таких же трудностей, с какими столкнулся я. Нет, само по себе такое размышление – это уже слишком большое вмешательство. Я не её родитель и не её возлюбленный. Будет лучше, если она сама вместе с человеком, который взял её руку, будет выбирать свой жизненный путь. Если тем, кто взял её за руку, будет его Высочество, тогда я поддержу его. И только. Мы с ней – полные противоположности, и то, что именно его Высочество спас нас обоих, тоже является удивительным стечением обстоятельств. Мой господин, как и ожидалось, великолепен. Несмотря на это...
- Если уж говорить о том, чтобы отдать всю душу, то наш господин гораздо более достоин этого, чем те глупцы из Ильмерии. Меня немного раздражало, что та барышня так и не могла определиться.
Когда я сказал это, Шварц улыбнулся, что было редкостью.
- Действительно, так по-детски.
- Ага, я повёл себя незрело.
- Получается, что ты без сомнения хорошо разбираешься во всяких уловках и интригах, но женское сердце и воздействие любви не поддаются никаким хитростям. Если и ты попробуешь жениться, разве не углубишь свои познания ещё больше?
Хотя обычно он почти не открывает рта, а тут такое. Неужели это месть за то, что я поддразнивал его ранее, говоря ему поскорее возвращаться домой?
- Отныне я буду строить отличные планы, не принимая во внимание ни женские чувства, ни любовные устремления.
- Использовать голову – это твоя задача.
На этот раз я улыбнулся. Наверное, именно благодаря четкому распределению ролей между нами мы и смогли так хорошо поладить, хотя по сути мы, как вода и масло, несовместимы. Я перевёл взгляд на окно, из которого лился лунный свет. По ту сторону в темноте простирался сад, но сейчас его было не видно. Если бы в тот день в уголке дворца молодой господин не пнул меня, это бы не был мой кабинет. И мы бы точно не сидели вот так со Шварцем, чокаясь бокалами.
- Сейчас я нравлюсь себе таким, какой я есть. Мне посчастливилось иметь доброго господина, которому я могу служить без лицемерия, и приятных коллег, с которыми не приходится беспокоиться о том, что они ищут подвох, – благодаря этому я занимаю должность, превосходящую мои заслуги, и каждый день с увлечением посвящаю себя значимой работе. Это не похоже на мою детскую мечту, но и с торговой компанией Маклауд у меня выстроены хорошие взаимоотношения.
Краем глаза я заметил, как Шварц кивнул, и я тоже запил вином сосиску. Если буду щёлкать клювом, Шварц всё запихнёт в свой живот.
- Но если взглянуть на неё... Я тоже начинаю думать, что мне стоило попробовать пойти наперекор родителям, когда мне сообщили, что я войду в семью Войд. Слиться с караваном Маклауда и сбежать на другой конец страны. Наверное, я бы мог поселиться в каком-нибудь магазине и получить там работу. Только из-за слёзных жалоб матери, я послушно сделал так, как мне велели. И при этом много лет в глубине души жаловался, что "не хотел становиться аристократом". А молоденькая юная леди, прирождённая аристократка, чтобы обрести свободу, одна на лошади пересекла даже Великий лес. Разве это не просто жалкое зрелище?
- Тебе тогда, наверное, ещё не было и десяти лет?
- Есть много людей из простолюдинов, кто в этом возрасте уже начинает работать.
- Вот как.
Шварц положил последнюю сосиску себе в рот и опустошил полностью одну из тарелок.
- Как насчёт того, чтобы поесть и картофель, а не только мясо?
- Я как раз собирался заняться картошкой.
- Надо было попросить на 2-3 тарелки больше.
- Так и есть.
Я попробовал вяленое мясо, поданное вместе с сыром. По сравнению с обычными продуктами простолюдинов они хранятся не так долго, но при этом не слишком соленые и мягкие.
- Я так напыщенно разговаривал с юной леди, а в итоге наговорил ей одни лестные слова. Правда, что больше нет людей, которые в лицо называют меня "полукровкой", но... У женщин свои враги. Если она и правда войдёт во дворец, очевидно, что столкнётся с немалыми трудностями, несмотря на это я пустил в ход свои сладкие речи. Разве это не то же самое, что обманывать ребёнка?
- Неужто ты привязался к юной леди?
- Это не так. Моими собеседниками как правило выступают сплошь аристократы, мужчины, что старше меня по возрасту.
- Она и сама понимает, что замок – это не райский сад, где царит покой. Она ведь была невестой наследного принца.
- Вот как.
"Верно" – спонтанно пробормотал я.
- Не часто ты настолько не решителен.
- Потому что я не могу позволить себе впасть в немилость у его Высочества.
- Ну, сделаем вид, что это так.
Вилка Шварца проткнула сыр, затем картофель, а потом оказалась у него во рту.
- Не ешь всё сразу.
- Так вкуснее.
- Так все закуски закончатся. У нас ещё больше полбутылки вина, подумай как всё распределить.
- Я не против пить одно вино.
- Вот ведь.
А ведь Шварц является аристократом в полном смысле этого слова. Наверное, на него дурно влияют гвардейцы? Нет, все остальные гвардейцы – это одни высокомерные типы, словно концентрат из всех аристократов. Я снова положил в рот вяленое мясо. Ну, учитывая телосложение Шварца, неудивительно, что даже если он ест больше, чем обычный человек, ему всё равно не хватает.
- Всё-таки стоило попросить на 4-5 тарелок больше.
- Ага, в следующий раз попрошу поставить закуски и сверху и снизу тележки.
Подражая Шварцу, я насадил на вилку сыр и картошку и положил в рот. И вправду, возможно, так вкуснее. Затем нам особо не о чем было говорить и мы молча продолжали есть сыр и картофель. Временами заедая вяленым мясом. Неплохо вот так вот вдвоём выпивать. Пока я думал об этом, внезапно Шварц проговорил:
- Я рад, что ты мой товарищ.
Шварц смотрел на меня. Толстая шея, покрытая мышцами. Совсем не похож на аристократа.
- Его Высочество, наверняка, думает также. Хорошо, что ты не стал купцом в каком-нибудь отдалённом городе.
- Вот как.
- Да.
Шварц осушил бокал. Я тоже опустошил бокал и налил вина в оба.
- Это вино довольно приятное на вкус.
- Ага, вкусное вино.
В кабинете без господина, не работать, а вот так вот выпивать тоже иногда неплохо. Думаю, то, что бывают такие ночи, – одна из причин, по которой мне нравится тот, кем я являюсь сейчас.