Неделя прошла незаметно.
Я стоял перед зеркалом, пытаясь поймать взгляд своего отражения. Мне было всего 26, но себя я ощущал стариком.
Темные волосы, слегка растрепанные, как и мои мысли, небрежно падали на лоб. Я провел рукой по ним, пытаясь хоть как-то привести их в порядок.
На мне была простая белая рубашка с карманом — немного помятая, с застегнутым галстуком, который, как всегда, был чуть слишком тугим. Рубашка была одна из тех, что я носил в моменты, когда нужно казаться более собранным, чем я был на самом деле.
Я посмотрел вниз. Прямые штаны — темные, но слегка потёртые. Они мне в принципе нравились, но я знал, что для концерта этого было недостаточно. Я дёрнул шнурки на ботинках, которые всё равно не были идеально чистыми, и снова оглядел себя. Это был я, не совсем готовый, не полностью уверен, но я всё же здесь.
Я собрался с мыслями, сделал последний взгляд в зеркало и выбрался из квартиры, на этот раз решительно.
Сегодня Париж ощущался по другому. Не такой тоскливый, и не такой туманный. Без происшествий я добрался до нужной мне точки.
Когда я подошёл к двери, меня сразу встретил человек в чёрном костюме. Он был едва ли старше меня. Тот кивнул, заметив меня, и с лёгким жестом пригласил войти.
— Добрый вечер, — сказал он спокойно, — Пожалуйста, следуйте за мной.
Я молча кивнул и шагнул внутрь. Атмосфера была другой. Лёгкий свет, музыка в воздухе, шум толпы. Всё вокруг было знакомо, но в то же время чуждо. Мы прошли мимо нескольких столиков, я услышал фрагменты разговоров, смех, но все эти звуки как-то быстро растворялись. Мои шаги эхом отзывались в этом просторном зале, и я почувствовал, как сердце стало биться быстрее.
Человек в костюме остановился у края сцены и указал на кресло в первом ряду.
— Это ваше место, — сказал он. — Вы можете располагаться.
Я кивнул, пытаясь скрыть лёгкое смущение. Место было идеальным — не слишком близко, чтобы ощущать на себе все взгляды, но и не слишком далеко, чтобы почувствовать себя оторванным от всего происходящего.
Я уселся в кресло и посмотрел вокруг. Всё казалось таким важным, таким огромным. И я всё ещё не мог понять, как оказался здесь. Как получилось, что я, этот парень с гитарой, который ещё вчера бился за гроши, теперь сидел в этом кресле, ожидая начала.
Человек в костюме снова кивнул, как бы подтверждая, что я на своём месте, и ушёл, оставив меня в одиночестве. Я вздохнул, пытался сосредоточиться на том, что предстояло, но все мысли, как туман, сливались в одно.
Я сидел на своём месте, наблюдая, как зал постепенно начал заполняться людьми.
Лёгкий гул голосов и шагов становился всё тише и тише. Всё выглядело почти обыденно — немного торжественно, но привычно для такого рода мероприятий.
Вскоре и все звуки сошли на нет, когда мягкий свет этого места плавно стал приглушаться.
Музыка началась. Первые ноты прозвучали тихо, но в них была какая-то странная глубина. Я не знаю, как описать это. Звук был слишком чистым, слишком проникающим. Он обволакивал зал, проникал в каждую клетку, заставляя забыть обо всём остальном.
Я почувствовал, как мурашки побежали по коже.
Я заметил, как люди вокруг меня начали меняться. Их лица оставались прежними, но что-то в выражении их глаз, в осанке — всё это перестало быть нормальным. Не знаю даже как выразиться, в них более не было видно человечности, скорее, напоминали куклы. Я хотел встать, но ноги словно приросли к полу.
Что, блять, происходит?!