Зал заседаний Мейсэй Гакуэн.
Вдоль длинного стола сидели преподаватели первого курса. Трое мужчин, две женщины. В воздухе витал запах бумаги и старого дерева — здесь принимали решения, которые определяли судьбы десятков молодых магов.
— Итак, — начал пожилой учитель с толстыми очками, — распределение по классам. Первый год. Две группы: А и Б. Кандидаты отобраны.
Он разложил на столе папки с досье. На каждой — фотография, баллы, характеристики.
— Широганэ Рендзи, — сказал он. — Первое место. Очевидно — А класс.
Никто не спорил.
— Тайра Рэйко, — продолжил он. — Второе место. Тоже А класс.
Все согласились..
— Такэда Горо. Третье место. Стихия – Огонь. Агрессивный, но сильный. А класс?
Один из учителей — молодой, с короткой стрижкой — хмыкнул:
— Этот парень взорвёт всю школу в первый же день. Но… да, он сильный. А класс.
Записали.
Прошло пять минут. Директриса Сиракава Канон сидела во главе стола и молча рассматривала фотографии новых учеников. Её лицо было спокойным, как у статуи. Белый офисный костюм облегал фигуру, но она не обращала на это внимания — её взгляд был прикован к одной из фотографий.
Девушка с розовыми волосами.
Сэндзаки Харука.
«Потомок клана, разбогатевшего на крови игроков», — подумала она. — «Или на крови NPC? История вообще не любит правду».
Она отложила фотографию и взглянула в окно. За стеклом цветущая сакура качалась на ветру.
Голоса учителей переливались фоном.
— Юкино Аканэ? — спросил пожилой зануда, поправляя очки. — Пятидесятое место. Теория почти идеальная, практика… э-э-э… ну, её почти нет. В Б класс.
— Согласен, — сказала учительница с короткой стрижкой. — У него нет магии. Пистолет — это не оружие для мага. Это…
— Дополнительный элемент, — раздался голос со стороны.
Все обернулись. Директриса не повернулась к ним, продолжая смотреть в окно.
— Пистолет — тоже оружие, — добавила она спокойно. — Но обсуждаем мы не это. Я хочу поговорить о Сэндзаки Харуке.
Она наконец повернулась. Её синие глаза были холодными.
— Я хочу, чтобы она была в А классе.
На секунду воцарилась тишина.
— Но, госпожа директор… — начал пожилой учитель. — Её место сорок седьмое. Она слабая магически. Она…
— Я знаю, кто она, — перебила Канон. — И вы знаете, кто она. Сэндзаки — это фамилия. Вопрос закрыт.
— Но, госпожа директор, — не сдавался пожилой зануда, — её баллы не дотягивают до А класса. Даже близко. Это создаст прецедент. Другие ученики начнут задавать вопросы.
Канон медленно повернула голову и посмотрела на него. Взгляд был спокойным, но в нём читалось что-то холодное, как зимняя вода.
— Тогда пусть задают, — ответила она. — Им будет полезно узнать, что в этой академии решают не только баллы.
Учителя переглянулись.
Молодая преподавательница кашлянула:
— Если это её желание… то…
— Это не желание, — отрезала Канон. — Это решение.
Она снова отвернулась к окну.
— Следующий вопрос.
Пожилой зануда собрал бумаги, прокашлялся и глянул на пустое место за столом.
— Хм. Ишигами Фред… снова отсутствует.
Канон вздохнула.
— Он уехал на оружейный рынок. Забрать свой меч. Временный у него был чересчур… — она неопределённо покачала рукой.
Учительница с короткой стрижкой фыркнула:
— А в прошлый раз он уехал, потому что "чувствовал, что на рынке появилось что-то стоящее". И два дня пил с кузнецами.
— Он ничего не может без своего меча, — добавил зануда.
Канон достала телефон.
— Я позвоню ему.
На третьем гудке ответили.
— Фред.
— Слушаю, — голос на том конце был густым, как гравий.
— Ты где?
— На рынке. Забрал меч. А теперь сижу в баре и проверяю баланс.
Канон прикрыла глаза.
— Ты же понимаешь, что у нас сейчас совет? — спросила она спокойно, но в голосе звенело.
— Я понимаю, что вы обсуждаете детей. Я приеду завтра. Что они решат без меня? Всё равно всех в А класс не посадят.
— Ты будешь преподавать у первокурсников.
— Отлично. Я взял свой меч, теперь я король, — хохотнул Фред.
Канон не засмеялась.
— Значит, хочешь быть классным руководителем А класса? Я запомню.
На том конце повисла пауза.
— Эй, я пошутил…
— Слишком поздно, — отрезала Канон. — А класс. Ты. С завтрашнего дня.
— Нет, послушай, Канон… — голос Фреда стал серьёзным. — Я…
— Что? — она подняла бровь.
— Я соглашусь. Но с условием.
— Говори.
— Ты поставишь Юкино Аканэ в А класс. Я видел его сегодня. У него есть потенциал. Не дай ему засохнуть в Б классе.
В зале повисла тишина. Даже учителя, которые уже начали собирать вещи, замерли.
— Ты хочешь, чтобы последний в рейтинге, — медленно проговорила Канон, — пошёл в А класс? К гениям? К Широганэ, Рэйко и Такэде?
— Да, — просто сказал Фред. — Чувствую. Он не такой, как все.
Канон замолчала.
Она вспомнила, как много лет назад Фред вошёл в историю. Тогда ему было двадцать. Врата Белого Мрака открылись в третий раз за тот год — слишком быстро, вне графика. Фред, тогда ещё простой наёмник, погнался за отрядом, который полез внутрь. Врата захлопнулись за ним. Все сочли его мёртвым.
А через полгода он вышел. Один. С мечом, покрытым белым пеплом. Он никогда не рассказывал, что видел внутри. Но каждый политик, каждый правитель хотел иметь его рядом.
Он работал на них, брал деньги, а потом просто купил дом, машину и ушёл в учителя. С тех пор он почти всем говорит, что работает учителем для души, а на самом деле он богат.
Благодаря тому, что он преподает в академии, сама академия получила от этого популярность и с каждым годом поступающих было все больше и больше.
В этом году число было увеличено до 50 на одну параллель. Хотя это вызывает споры между высокими людьми, которые считают, что только первые 10 достойны быть в этой академии, остальные же являются посредственностью.
В этом году к ним смог поступить можно сказать самый худший ученик за все время.
«Он чувствует людей», — подумала Канон. — «И если он чувствует потенциал в этом мальчишке… я доверюсь».
— Хорошо, — сказала она вслух.
— Что?!
— Что?! — выдохнули учителя в зале.
— Я ставлю Юкино Аканэ в А класс, — повторила она. — Это моё окончательное решение. Завтра Фред, ты — классный руководитель А класса. Надеюсь, ты не будешь пить на первом уроке.
Она нажала отбой.
Толстый учитель аж побледнел:
— Госпожа директор! Это же… это… Это нарушение всех рейтингов!
— Я знаю, — ответила Канон. — Обсуждение закрыто.
Она поднялась из-за стола и направилась к выходу, оставляя за спиной хор спорящих голосов.
«Аканэ Юкино…» — подумала она. — «Последний. Интересно, что ты такое, что Фред встал на твою защиту? Надеюсь, не разочаруешь нас».
НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО
Фред стоял у входа в академию. Меч висел на спине, за спиной — рюкзак, в котором тихо звякали пустые бутылки.
Он зашёл в приёмную.
— Здравствуйте, — сказала секретарша. — Господин Ишигами, вы назначены классным руководителем А класса. Вот ваша программа. И расписание.
Фред моргнул.
— Что?
— Ваше назначение. Вступило в силу.
— Э-э… — он почесал затылок. — Я помню, что пошёл за мечом… потом выпил… потом разговор с директором… а что мы обсуждали?
Секретарша улыбнулась шире:
— Вы согласились. Госпожа Канон сказала, что вы не помните. И добавила: "Никуда не денется".
Фред посмотрел на свою программу и вздохнул так, будто на его плечи снова упала скала.
— Канон… — прошептал он. — Она всегда меня ловит на слове.