Помимо жертвенного костра глава рода и старейшины не поскупились и подготовили богатое угощение: жареное мясо и внутренности диких зверей, крепкий эль и множество других блюд, которые только могли позволить себе жители суровых северных земель.
— До наступления истинного часа ритуала ещё есть время. А потому насладимся нашей победой и почтим память предков! — громко провозгласил Волгрим.
— За наших предков!
— Вечная память охотникам!
Очень скоро его клич подхватили остальные. Закончив речь, старик неспешно направился к самому большому столу и занял своё место рядом со старейшинами.
Площадь наполнилась разговорами и смехом. После нескольких кружек эля люди заметно оживились, громко переговаривались и поднимали деревянные кружки в честь недавней победы. Даже пронизывающий холод уже не казался таким суровым.
Ещё несколько дней назад Совет Старейшин получил разрешение главы рода использовать часть продовольственных запасов для проведения Обряда Великого Очищения. Для многих это было долгожданным событием.
Не секрет, что зимние месяцы всегда оставались тяжёлым временем. Большинство семей питалось вяленым мясом, костным бульоном и скудными запасами жира. Поэтому сегодняшнего дня многие ждали с особым нетерпением.
По всей площади уже горели жаровни.
Жир капал на раскалённые угли, вызывая громкое шипение и распространяя по округе густой аромат жареного мяса.
На длинных вертелах медленно вращались тушки белых кроликов, кур и даже несколько баранов, которых в поселении и без того было немного. Зарезать коров старейшины всё же не решились — их поголовье сократилось до двух десятков, и каждая голова оставалась слишком ценной.
Неподалёку от костра охотники трудились возле длинных разделочных столов. На грубых деревянных настилах лежали туши оленей, горных козлов, белых зайцев и грызунов, добытых всего несколько часов назад.
Рядом стояли деревянные рамы для растяжки шкур. На них уже были натянуты свежесодранные шкуры снежных оленей и горных козлов. Несколько охотников тщательно соскребали остатки жира и мяса костяными скребками, готовя ценный материал для будущей выделки. В суровых северных землях хорошая шкура ценилась ничуть не меньше самого мяса.
Одни свежевали добычу острыми ножами, другие рубили мясо на крупные куски тяжёлыми топорами, а третьи относили готовые части к жаровням и котлам.
Судя по количеству добычи, ради праздника охотничьи отряды несколько дней подряд прочёсывали окрестности поселения.
— В этот раз улов оказался хорошим!
— Я впервые вижу столько еды сразу!
— Сегодня точно наемся до отвала!
Жители смеялись и переговаривались между собой.
Даже дети, обычно довольствовавшиеся небольшими порциями, бегали вокруг столов с горящими глазами. Некоторые старики украдкой вытирали слёзы. Для жителей Брошенных Земель подобное пиршество происходило редко, поэтому никто не собирался упускать возможность хотя бы один день прожить без страха перед голодом.
— Эй, Рон. Ты чего такой угрюмый, а? — спросила молодая охотница с карими глазами.
Девушка выглядела довольно бойкой. Её тёмно-рыжие волосы были собраны в две длинные косы, переброшенные через плечи, а на губах играла привычная озорная улыбка. Её звали Рита, она всего несколько недель назад присоединилась к их группе.
Следопыт тяжело вздохнул:
— Каждые шесть лет мы проводим этот ритуал, но с каждым разом он становится всё слабее. Вы разве не заметили?
Несколько молодых охотников переглянулись, прежде чем ответить.
— Твоя правда, — нехотя согласился щитоносец. — Осмелюсь сказать, что этот раз тоже не станет исключением. Даже несмотря на добычу редкого матёрого козла.
При этих словах Тоши невольно покосился в сторону связанных жертв, а по его телу пробежали мурашки.
— Ну а ты что думаешь? — несколько охотников повернулись к лучнику, стоявшему неподалёку от дерева.
«А что я вообще должен думать?» — мысленно застонал Литон.
Он совершенно не разбирался в подобных вещах и сейчас отчаянно пытался придумать хоть какой-нибудь умный ответ.
Словно услышав его мольбы, судьба решила спасти его от позора.
Из центра площади внезапно донёсся шум.
— Эй, малышня, лучше гляньте туда! Кажется, два наследника сейчас перегрызут друг другу глотки! — с широкой ухмылкой крикнула Вайла, указывая рукой в сторону толпы.
Охотники моментально забыли о разговоре.
— Они всерьёз будут драться?
После этих слов группа молодых охотников быстро направилась вперёд, проталкиваясь через толпу любопытных жителей.
Вскоре перед ними открылось свободное пространство. Жители предусмотрительно расступились, освобождая место.
— Пришла наконец? — сказал Вал, даже не потрудившись обернуться.
Дикая охотница коротко хмыкнула в ответ и встала рядом с ним.
Тем временем, убедившись, что внимание окружающих приковано к нему, Агро, залпом осушив кружку эля, громко рыгнул, чем заставил нескольких старейшин недовольно нахмуриться. Даже Волгрим слегка приподнял бровь.
Однако самого Агро это ничуть не волновало.
С глухим стуком он поставил пустую кружку на стол и расплылся в самодовольной улыбке.
— Мой дорогой братец, — протянул он. — Скажи мне, в кого же ты превратился?
На площади постепенно становилось тише.
— Нет-нет! Дай угадаю сам... Когда-то ты был сильным и храбрым охотником, возможно одним из лучших воинов нашего рода. А сейчас?
Агро демонстративно окинул Акано взглядом с головы до ног.
— Сейчас я вижу перед собой лишь бесполезного слабака, который растерял былую хватку, — с презрением добавил он и откусил кусок жестковатого мяса.
Акано нахмурился и ударил по столу.
— Следи за своим грязным ртом!
— Следить? Я всего-навсего говорю правду, старший братец. Даже сейчас ты не можешь его принять, — Агро ни на секунду не переставал смотреть с презрением на мужчину перед собой.
Акано от злости сжал кулак. Внутри него кипело негодование. Почему его жертвы и отвагу никто не хотел признавать? Ради чего он всё это тогда делал?
Окинув взглядом всех присутствующих, от главы рода и старейшин до обычных жителей, он яростно крикнул:
— Да что вы вообще понимаете?! Я всегда старался и не жалел сил ради собственного рода! Я проливал кровь ради этого рода тогда, когда остальные прятались за стенами! В каждой вылазке за пределы владений, на каждой охоте и защите поселения я всегда брал на себя тяжёлое бремя. Я каждый раз возвращался с охоты, не зная, увижу ли следующий рассвет! Даже того чёртового вепря мне тогда пришлось отвлекать, находясь на волоске от смерти!
Тяжело дыша, Акано замолчал.
После недолгой паузы, которая показалась всем вечностью, старейшина Морваль прервал тишину:
— Тебя никто не просил идти на подобные риски. Поэтому можешь винить только себя за свой наивный поступок, — холодно отрезал он.
— Не верю...
Первый наследник не знал, как на это реагировать, и впал в ступор.
Бернард и Уорен, которые, казалось, всегда были на стороне Акано, покачали головами и вздохнули, тогда как другие старейшины помалкивали, наслаждаясь едой.
Уорен первым не выдержал:
— Все, кто видел, на что ты шёл ради клана, уже признали это. Тебе нет нужды надрываться.
Акано всё ещё был бледен от злости, но ничего не мог поделать.
После слов старейшины, толпа начала шептаться, и очень скоро на Агро стали смотреть сложным взглядом.
Это не понравилось мужчине с грубым лицом. Он вспыхнул и прорычал:
— Ты меня разозлил, братец. Выходи, сразись со мной, если кишка не тонка! — и провокационно пару раз ударил рукой по груди.
Акано по привычке хотел было согласиться, но не мог не вспомнить о своей отсутствующей руке и тень сомнения закралась в его мыслях уже не первый раз.
— Нет! Не соглашайся! — вскрикнула Тина, дрожа и крепко сжимая ладонь Аенари.
Мальчик с горечью смотрел на состояние матери и затем — на тяжёлое выражение отца. Ему казалось, что он проглотил отравленную пищу.
«Матушка, отец...»
Он с волнением оценивал происходящее. Аенари внезапно стало так тяжело на душе, что каждое движение требовало невероятных усилий.
— Что теперь будет с господином? — с нервными нотками спросила Нила, дёрнув за рукав Аенари.
Нери тоже не выдержала:
— Господин Акано ведь справится, да, братец?
Мальчик опустил голову и впервые не знал, что им сказать... Может, ему следует как то успокоить их? Нет, он просто не мог. Не сейчас...
Между тем Агро громко рассмеялся.
— Чего ты застыл, братец? Разве не ты ли твердил, как яростно боролся за наш клан? Ну давай же, докажи свои слова силой! Разве не сильные решают, что правда, а что нет?!
Агро сделал несколько шагов вперёд, после чего внезапно перевёл взгляд на Аенари.
— Посмотри на себя. Даже твой собственный сын и члены семьи смотрят на тебя с жалостью, — неодобрительно покачал головой.
После его слов все невольно перевели взгляды на Аенари и Тину. Акано был в их числе.
Его взгляд встретился с глазами Аенари.
«Я не должен молчать. Что, что мне нужно сказать ему? Опровергнуть? А может поддержать?» — мальчик замер, не зная, как ему быть.
В груди Акано что-то болезненно сжалось. Агро же лишь шире улыбнулся, показывая пожелтевшие зубы.
Затем второй наследник обратился к худощавому старику в чёрной мантии:
— Почтенный отец, позвольте нам сразиться, дабы придать сил нашим словам и чтобы наши братья и сёстры поняли, где правда, а где ложь.
Волгрим сузил взгляд. После короткой паузы он ответил:
— Хорошо. Если вы оба согласны, можете начинать, — кивнул глава рода с одобрением, которое было настолько же искренним, насколько и безразличным.
Не переставая улыбаться, Агро отошёл в сторону и встал в центре просторного круга, окружённый людьми.
Даже среди охотников он напоминал огромного медведя. Широкие плечи, мощные руки и грубое лицо, покрытое несколькими старыми шрамами, делали его фигуру по-настоящему устрашающей.
Акано молча стоял уже напротив него.
В воздухе постепенно нарастало напряжение.
— Как думаете, наставник справится с этим ублюдком? — неуверенно произнёс Тоши, уже наверняка зная ответ.
Девушка с двумя косичками ударила его по плечу.
— Ты задаёшь вопрос, зная, что сэр Акано из-за увечья находится в плачевном состоянии. Ты точно не дурак? — поразилась она глупости своего товарища.
Тоши неловко улыбнулся и не посмел возразить, лишь поглаживая ушибленное место.
После недолгой паузы Литон тяжёло кивнул.
— Как бы неприятно это было признавать, но Рита дело говорит. Я более чем уверен: наставнику будет тяжело с ним справиться. А если он проиграет, то выставит себя в нехорошем свете после всего сказанного.
Послушав разговор молодых охотников, Вайла посмотрела на своего.
— Вал, ты что думаешь насчёт всего этого?
— Поражение — это лишь один из худших вариантов. Помимо того что он выставит себя посмешищем, он может сломаться окончательно, если у него нет крепкого внутреннего стержня. А насколько мне известно, после подобной травмы тяжело оправиться, — он покачал головой.
— Не хотелось бы увидеть сэра Акано в таком виде, — удручённо вздохнули капитаны стражи, стоявшие совсем рядом с вожаками охотников.
Казалось все жители затаили дыхание в ожидании.
Одни были взволнованны предстоящей битвой столпов, а другие ощущали горечь, а некоторые и вовсе злорадствовали.
Среди толпы стоял неприметный старик с густой седой бородой, который выглядел на удивление крепким и полным жизненных сил. Это был единственный опытный кузнец-ремесленник в поселении, занимавшийся ковкой и починкой снаряжения для элиты клана — тот самый, что недавно выставил Акано за дверь из-за отсутствия денег.
Его навыки действительно были впечатляющими и заслуживали похвалы. Он пришёл чуть позже остальных, но, послушав перешёптывания приятелей, быстро понял суть дела.
«Глупое дитя, надеюсь, с тобой ничего не случится», — сетовал мастер, глядя на одинокую фигуру Акано.
К этому моменту оба наследника вытащили своё оружие и приготовились к сражению.
«Мне нельзя отступать! Иначе я опозорюсь не только как охотник, но и как отец!» — стиснув зубы, Акано активировал Боевой Покров и первым ринулся навстречу.
— Ха-ха! Да, давай же! Покажи всем, чего ты стоишь, братец! — Агро ухмыльнулся и с радостью скрестил клинки.
Их взгляды встретились: в глазах первого застыла холодная ненависть, в то время как на лице второго сияла страшная улыбка.
Поначалу Агро без особого труда справлялся с выпадами старшего брата, но вскоре искренне удивился.
«Как и ожидалось от братца, мне не сравниться с ним без Боевого Покрова».
Второй наследник заблокировал очередную череду ударов и за мгновение успел применить собственный Боевой Покров, тем самым сравняв силы, а затем и вовсе начал постепенно превосходить противника.
Два грозных охотника танцевали, окружённые языками пламени жаровен, а их мечи и тени столкнулись более сотни раз менее чем за пять минут.
Акано, пытаясь отдышаться, отпрыгнул назад. Кое-где он всё же пропустил выпады: одна из его ног и грудь слабо кровоточили. Впрочем, это были лишь поверхностные раны, ведь основной удар пришёлся на броню. Он выложился почти на полную, но так и не сумел толком ранить брата. Напротив, на лице Агро едва выступил пот, а дыхание сбилось лишь частично.
«Мне не победить его...»
Акано захлестнула обида, негодование и горькое бессилие. И теперь к нему приближалась очередная порция отрицательных эмоций — поражение с привкусом позора. Но времени скорбеть у него не было.
— Неплохо держишься, братец. Но пора бы закончить с этой вознёй! — выкрикнул Агро и испустил мощный рёв:
— Боевое умение: Клыки Охотника!
Второй наследник резко ускорился и в мгновение ока оказался в нескольких ярдах от Акано.
— Дела плохи! — капитан стражи Конал резко поспешил на помощь.
— Быстрее!
— Чёрт! Мы не успеваем! — вслед за ним вперёд рванули ещё несколько фигур. Среди них были охотники из групп, которых Акано тренировал лично. Как оказалось, не всем в поселении было всё равно. Но все они опоздали на шаг.
«Прими же мой удар, старший брат!» — победоносно улыбнулся Агро и взмахнул своим смертоносным клеймором по дуге.
Акано готов был защищаться, но его единственная правая рука совсем выдохлась и начала неметь от беспрерывных столкновений. Чисто на упрямой воле он крепче перехватил рукоять и кое-как успел применить защитный навык.
С оглушительным металлическим звоном двуручный меч Акано столкнулся с клеймором Агро. Через мгновение сталь треснула — больше половины клинка Акано отлетело в сторону, словно срезанное под корень. Броня на груди едва выдержала, но на месте удара осталась глубокая прореха, из которой закапала густая кровь. Сама рана оказалась неопасной для жизни, но вместе с болью Акано окончательно накрыла вся горечь поражения.
С разных сторон к нему поспешили родные и близкие.
Тина присела на корточки, протягивая к его груди светящиеся магией ладони.
— Потерпи немного, сейчас я тебя исцелю, — со слабой, дрожащей улыбкой Тина применила Исцеление.
Мягкий зелёный ореол света окутал раны. Кожа зашипела, медленно стягиваясь, и Акано лишь слегка напрягся. Боль была терпимой — куда легче, чем во все прошлые разы.
— Наставник, ваш двуручный меч... — Рита не смела продолжить.
Вслед за её словами все обратили взоры на некогда знакомое каждому оружие. Точнее, на то, что от него осталось. Акано поднял обломок клинка, бережно проведя пальцами по зазубринам. Сколько охот они пережили вместе? Сколько раз этот кусок стали спасал ему жизнь? Но, как говорится, ничто не вечно.
— Покойся с миром, приятель, — тихо произнёс Акано и поднялся на ноги.
Раны затянулись, но в его ладони по-прежнему покоилась лишь бесполезная рукоять с обрубком стали. Когда он огляделся, многие жители поспешно отвели взгляды. Одни испытывали неловкость, другие — жалость, а кое-кто откровенно наслаждался увиденным.
Агро медленно приблизился, ленивым движением убрав клеймор за спину.
— Вот и всё? — насмешливо спросил он, пожимая плечами.
Акано нахмурил брови, но промолчал, что само по себе было ответом...
— И ради этого ты столько кричал о своих жертвах? — второй наследник презрительно сплюнул под ноги.
— Когда-то я хотел стать таким, как ты. Помню времена, когда весь клан ставил тебя мне в пример. Великий Акано. Надежда рода. Лучший охотник своего поколения.
Улыбка Агро стала ещё шире:
— А теперь посмотри на себя, — он ткнул пальцем в обломок клинка.
— Твой меч сломан, — затем его палец переместился к пустому рукаву.
— Твоя рука потеряна, — и наконец, он обвёл победным взглядом толпу.
— А люди вокруг просто насмехаются над тобой.
Каждое слово брата било сильнее предыдущего. Тина побледнела. Ей казалось, что сегодня её муж потеряет последнее, что у него осталось — гордость воина.
— Теперь скажи мне, братец, что у тебя ещё осталось?
— Достаточно, — нахмурился Волгрим, прерывая затянувшийся триумф.
Агро хмыкнул и зашагал обратно к своему столу. Старейшины смотрели на него уже совсем по-другому: кто-то с явным одобрением, а кто-то с интересом. Но в этот самый момент из толпы неожиданно раздался грубый, прокуренный старческий голос:
— Побольше, чем у тебя!
Когда толпа обернулась, вперёд уверенно вышел седой кузнец.
— Что ты сказал? — опасно прищурился Агро, резко остановившись на полпути.
Старик лишь с усмешкой фыркнул и продолжил:
— Я сказал, что у него осталось побольше, чем у тебя.
Кузнец посмотрел прямо в глаза второму наследнику.
— Ты сегодня победил в бою. Молодец.
Затем он развернулся и указал на Акано:
— А этот дурак годами рисковал своей шкурой ради всего поселения!
Старик обвёл яростным взглядом собравшихся:
— Кто из вас не носит оружие, которое он добыл на охоте?
Несколько охотников неловко опустили головы.
— Кто из вас не ел мясо зверей, которых он завалил?
Толпа безмолвствовала.
— Кто из вас не спал спокойно за стенами, пока он выходил за пределы владений и проливал там кровь?!
Молчание на площади стало свинцовым. Кузнец яростно сплюнул себе под ноги:
— Проклятье, клянусь предками, если после всего этого вы считаете его слабаком, то сильных людей в этом клане я вообще не вижу!
На площади стало так тихо, что слышался лишь треск углей в жаровнях да завывание холодного северного ветра.
Акано медленно поднял взгляд. Впервые за весь этот проклятый вечер кто-то открыто встал на его защиту.
В это же время жители всерьёз задумались, пока не начал нарастать шум разговоров.
— Вообще-то старый кузнец прав! — выкрикнул один мужчина среднего возраста со светло-древесным оттенком кожи. Рядом с ним стояла та самая женщина, что пару недель назад была спасена молодыми охотниками.
— Господин Акано и его ученики недавно спасли мне и моей дочери жизнь, поэтому я им безмерно благодарна, — мягко улыбнулась она, держа на руках своё дитя.
— Сэр Акано действительно многое сделал для клана. Я бы не смог выйти против того иглошёрстного вепря.
— И всё же он проиграл...
— Проиграл, но разве это отменяет всё остальное?
Бурные дискуссии оживили мёртвую атмосферу. Шёпот постепенно перерастал в оживлённые обсуждения.
Впервые за долгое время жители перестали смотреть на первого наследника только как на калеку, потерявшего руку. Многие вновь вспомнили охотника, который годами защищал поселение, рисковал жизнью ради клана и не раз возвращался домой с добычей, способной прокормить десятки семей. Пусть Акано проиграл сегодняшний бой, но его прошлые заслуги всё ещё оставались частью памяти рода.
Бросив взгляд на старейшин и, наконец, на главу рода, Акано слегка поклонился и откланялся. Остаток вечера он решил провести в кругу семьи, друзей и близких.
— Отец… — тихо позвал Аенари, когда тот подошёл.
Они стояли неподвижно.
Он не знал, что сказать. В голове роились обрывки фраз, десятки мыслей — но каждый раз, когда он пытался заговорить, слова застревали в горле.
Однако, как оказалось, он зря переживал.
Высокий мужчина с повреждённой бронёй и обломком меча в руке подошёл ближе и лишь мягко потрепал сына по голове.
Он не произнёс ни упрёков, ни горечи, ни разочарования.
На его лице была только искренняя улыбка.
Аенари замер от неожиданности.
Всё это время его сердце сжималось от боли и бессилия. Он видел, как страдают его родители, видел поражение отца и тревогу матери, но был слишком слаб, чтобы хоть чем-то помочь им.
— Не волнуйся, милый Ао. Всё уже позади, — мягко сказала Тина и обняла сына сзади, положив подбородок на его хрупкое плечо.
Её голос был таким тёплым и нежным, что тревога в душе постепенно начала отступать.
Аенари впервые за весь вечер почувствовал облегчение. Пусть сегодняшний день принёс немало боли и разочарований. Но сейчас его семья была рядом.
И этого оказалось более чем достаточно.
Но пока семья наконец обрела немного покоя, неумолимое время продолжало свой ход. Час Обряда Великого Очищения был уже близок...