...
— Почему ты молчишь, мальчик? Может быть, ты настолько очарован своим новым внешним видом? — Император Демонов искренне рассмеялся, но, не дождавшись ответа, разочарованно вздохнул:
— Вот только я так и не услышал от тебя слов благодарности. Какая жалость. Впрочем, неважно.
Кошмар перевёл взгляд на Амелию, которая едва дышала от удушающего горя, и ласково произнёс:
— Вы, наверное, задаётесь вопросом: почему вы двое всё ещё живы? Всё из-за ваших эмоций. Вы сумели насытить меня сильнее, чем все эти убитые слабаки, вместе взятые. Знаете, что самое интересное? Я становлюсь в разы могущественнее, когда вокруг меня трепещет и задыхается в отчаянии каждая живая душа.
Демон оскалил острые клыки и сделал шаг назад, отвернувшись:
— Иначе говоря: вы двое — превосходный скот. Я бы с радостью забрал вас в Царство Демонов в качестве личных рабов, но, увы, ваши хрупкие тела просто не выдержат путешествия сквозь пустоту. Вы постареете и сгниёте прежде, чем мы доберёмся. Ну да не суть.
В этот самый момент в разуме Аенари словно треснул барьер. Стена пустоты рухнула. Миллионы фрагментов памяти Сейлина — взрослого, двадцатилетнего парня, пережившего предательство, побои и смерть матери в прошлом мире, — монолитной лавиной слились с остатками сознания маленького Ао.
Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем его разум медленно прояснился сквозь пелену непроглядной тьмы.
«Где я оказался? Холодно... Почему мне так холодно? Глаза! Мне больно! Почему моё тело такое липкое?»
Сознание постепенно возвращалось, сопровождаясь раскалывающейся болью в глазнице и голове. Сначала Сейлин почувствовал едкий металлический запах, который тут же дополнился чьим-то тяжёлым, свистящим дыханием совсем рядом.
В десятке ярдов позади него возвышалось гротескное четырёхметровое существо с иссиня-чёрной кожей.
Это был Демон-Палач, Молох. Исполин с бронированной плотью, которая казалась прочнее любой стали и платины. Прямо по центру его массивной груди, словно чужеродное сердце, пульсировало кроваво-красное демоническое ядро, источающее зловещий свет.
Его лицо скрывал вечный мрак, из которого яростным, голодным огнём горели глаза. Шею и запястья монстра намертво стягивали толстые ржавые оковы, от которых тянулись тяжёлые цепи, а позади тяжело переваливался мощный, толстый хвост, способный одним ударом раздробить каменную стену.
При каждом движении высшего демона этот потемневший металл издавал давящий скрежет. В огромной лапе твари покоился колоссальный тесак, покрытый глубокими зазубринами и многовековым слоем почерневшей от времени крови его жертв.
— Что это за место?.. Разве я не умер?.. — в глубоком шоке прошептал юноша.
Оказавшись среди гор растерзанных трупов лицом к лицу с отвратительным чудовищем, растянувшим губы в жуткой улыбке, Аенари вовсе не обманывался этой ухмылкой Демона Палача. Он понимал: перед ним само воплощение смерти.
Неподдельный, дикий страх мгновенно сковал конечности. Израненное сердце забилось так часто, словно вот-вот готово было выпрыгнуть из груди. Но следом в его голове окончательно прояснилось: воспоминания двух прожитых жизней воедино сопоставились, заставив его очнуться от затмения разума.
«Неужели моя личность смешалась с прежним владельцем этого тела? Исключено. Его душа давно покинула эту оболочку, иначе бы я не смог в неё вселиться», — холодно рассудил пробудившийся Сейлин.
Это всё ещё был он, и никто больше. А его психической нестабильности теперь имелось чёткое, пугающее объяснение.
Ненависть маленького ребёнка, которого годами унижали за родимое пятно, смешалась с леденящим цинизмом взрослого человека, дважды потерявшего свой мир. Вся эта ярость хлынула наружу, окончательно сжигая остатки его мягкости и наивности, в итоге обретя контроль.
Придя в себя, Аенари заставил свой разум работать на пределе, сосредоточившись на единственной цели — выжить любой ценой!
Он не хотел умирать дважды. Он слишком многое потерял за эти две короткие жизни. Слишком много... и каждая потеря была до жути болезненной, несправедливой и обидной. В глубине его души теперь остались непоправимые, сочащиеся ядом шрамы. Вот только сейчас было совсем не время сидеть и разбираться в себе.
Мальчик даже не был уверен, что окончательно не сошёл с ума.
«Может, я действительно брежу? И всё происходящее — лишь плод моего умирающего воображения перед кончиной?»
Но Аенари тут же упрямо отбросил эту малодушную мысль. Боль... Пронизывающая, адская боль в пустой глазнице была слишком реальной, слишком острой, чтобы быть иллюзией. Сны рано или поздно заканчиваются, когда рассудок не выдерживает кошмара, но эта реальность отступать не собиралась.
Стиснув зубы до скрежета, он заставил себя успокоиться и принялся судорожно искать способ остаться в живых, несмотря на своё ужасное состояние.
«Проклятие. Я должен найти чёртов выход из этого ада!» — мысленно выругался юноша, и его уцелевший правый глаз потемнел от закипающей злобы.
Тем временем, сузив змеиные зрачки, Император Демонов окончательно потерял к детям интерес и обратил свой леденящий взор на оставшихся воинов клана.
Они пошли в свою последнюю, самоубийственную атаку.
Четырёхметровый Демон-Палач без труда принимал на себя град ударов. Человеческая сталь едва могла оставить царапину на его толстой чёрной коже, не говоря уже о чудовищной регенерации. Любое ранение монстра исцелялось за секунды, вплоть до отрастания отрубленных конечностей.
На самом деле они не должны были даже поцарапать его. Их сталь прорезала плоть лишь потому, что хозяин намеренно подавлял силу Палача — демона высшего класса.
Иначе эта битва закончилась бы ещё в первые секунды.
Старейшина Уорен перестал сдерживаться. Окутав себя боевой аурой, он применил свой сильнейший навык. Резко исчезнув с места, он возник прямо над головой гиганта, намереваясь вонзить полуторный меч и кинжал в его мозг. Но Демон-Палач, несмотря на свои громоздкие размеры, оказался пугающе проворным. Он легко заблокировал выпад Уорена ржавым тесаком и нанёс молниеносный ответный удар наотмашь.
— Берегись! — истошно закричал Конал, бросаясь на помощь, но было уже поздно.
Безжалостный чёрный хвост в мгновение ока превратил пожилого старейшину Уорена в кровавое месиво. Остатки плоти разлетелись по воздуху, тяжёлыми каплями приземляясь на головы воинов.
— Будь ты проклят!
Ослеплённый яростью Конал с разбегу протаранил монстра щитом, активировав «Таран». Но Демон-Палач даже не покачнулся. От сумасшедшей отдачи кости кисти и предплечья капитана стражей сломались со звуком лопнувших сучьев.
— Сэр Конал, уходите! Я его задержу! — с рёвом бросился наперерез Тоши, принимая всю тяжесть опускающегося чёрного тесака.
— Х-а-а-а! — издал полный отчаяния крик пухлый щитоносец.
Но что мог сделать обычный железный щит против высшего демона? Огромное лезвие с хрустом раскололо металл вместе со шлемом и грудной клеткой парня. В мгновение ока Тоши превратился в растерзанный фарш.
— Тоши! — с ужасом вскрикнули его товарищи.
Исполин издал приглушённый рык и впервые заговорил на языке людей. Широко раскинув зубастую пасть, темнокожий демон пророкотал:
— Как же от вас вкусно пахнет! Не волнуйтесь, вы все станете свежим мясом для Его Величества!
— Я заберу тебя с собой в ад!
Стражники и охотники яростно атаковали монстра, окружая его с разных сторон, но клинки лишь бессильно звенели о каменную кожу.
— Чёрт, чёрт! Всё без толку! — заорал Рон, еле уворачиваясь от смертоносных взмахов.
Литон нахмурил брови и вскинул лук:
— У меня есть план! Вам нужно...
Направленный удар огромного булыжника, запущенного Палачом, сокрушительной силой размазал лучника на полуслове, задев ещё нескольких воинов. Их расплющенные тела унесло прочь, пробив несколько деревянных зданий насквозь.
Следопыт Рон и Рита застыли в шоке, но времени на скорбь не было.
— Чего вы встали?! Атакуйте его демоническое ядро! — крикнул старейшина Хоргер. Он резко натянул тугую тетиву составного лука и выпустил зачарованную маной стрелу.
Снаряд менее чем за секунду попал точно в красную сферу на груди гиганта. Вызвав целый дождь багровых искр, стрела со звоном отскочила от кристалла. На ядре не осталось ни единой царапины. Однако командный голос Хоргера вернул бойцам решимость, и они с криками ринулись на тварь.
— Я поддержу! — с тыла старейшина Бром выстрелил из тяжёлого цепного гарпуна.
Остриё глубоко впилось в плечо твари, цепь натянулась. Совместный натиск заставил Демона-Палача слегка отшатнуться.
— Старина Бернард! Ваш выход! — взревел Бром.
Бернард намертво перехватил огромный шипастый молот и высоко подпрыгнул, активировав Боевой Покров. Пылая яростной аурой, он обрушился на монстра сверху. Палач яростно полоснул когтями наотмашь, но развязать верховного старейшину не успел — его когти задели лишь пустоту. Зато позади раздался резкий, влажный хруст и крик боли. Попавшие под случайный замах Рон и Рита даже не успели выставить блоки: когти демона рассекли их тела на куски.
Охотники испустили последний вдох.
Вал и Вайла с бледными, решительными улыбками бросились на выручку верховному старейшине, пытаясь отвлечь монстра. Вайла активировала свои сильнейшие навыки, нанося быстрые удары по икрам демона, пока Вал парировал его выпады, харкая кровью от получаемых ранений.
Их жертва дала Бернарду время. Появившись прямо перед грудью громилы, он применил свой главный козырь:
— Особый навык: Молотобойня!
Тяжёлое железо с оглушительным грохотом ударило точно по красному ядру демона. Раздался чистый, звонкий гул. Руки старейшины онемели от дикой отдачи, но исполин тяжело отшатнулся и опустился на одно колено.
— Мы победили?!
— Ублюдок ослаб! Давайте добьём его!
Среди уцелевших вспыхнула безумная надежда. Но они не знали, что истинный кошмар только начинался. Все нанесённые раны с отвратительным липким звуком за секунду вернулись в первоначальное состояние. Ядро на груди монстра всё так же тускло отсвечивало, игнорируя повреждения.
— Идиоты! Вы забыли, что высшие демоны бессмертны! — вскрикнул старейшина Морваль, который из трусости так и не решился вступить в ближний бой.
Голос бездействовавшего старика мгновенно взбесил израненных бойцов:
— На твоём месте я бы вообще помалкивал, старый трус!
— Вот-вот! Заткнись и не высовывайся, ублюдок!
Пока люди в ярости отвлекались друг на друга, Демон-Палач медленно поднялся во весь рост. Его глаза налились багровой яростью, а оглушительный рёв сотряс площадь:
— Умрите перед своим пастухом, чёртовы людишки!
Для Валла и Вайлы время словно замедлилось. Они в последний раз успели посмотреть друг на друга, прежде чем Палач со всей силы полоснул тесаком по земле. Мощная взрывная волна демонической энергии разорвала брусчатку в мелкий щебень, мгновенно погребая молодых воинов под тоннами почвы и камней.
Прямо посреди площади образовался десятиметровый кратер. Вырвавшееся из разбитых факелов пламя моментально перекинулось на деревянные постройки, превращая дома в ревущее пекло.
— Он снова атакует!
Бернард и Конал не собирались сдаваться. Кое-как удерживая оружие уцелевшей рукой, Конал попытался отвлечь монстра, давая Бернарду шанс для контратаки. Но Демон-Палач лишь презрительно ухмыльнулся и нанёс хлёсткий удар ногой. Капитан стражей отлетел подобно пушечному ядру, сокрушив постройки и превратившись в безжизненный комок плоти далеко за пределами площади.
Всё произошло слишком быстро. Бернард не успел даже замахнуться, как огромная когтистая лапа Палача перехватила его за горло и с ужасающей силой размазала по каменной мостовой.
— О боги! Бегите! Спасайтесь кто может!
Меньше сотни уцелевших бойцов бросились врассыпную. Но Палач не собирался отпускать добычу. Его тесак окутался непроглядной тьмой, и демон выполнил круговое рассечение. Чёрный серп чистой магии с лёгкостью преодолел расстояние в тысячу ярдов, разрезая пополам тела бегущих людей, каменные стены и вековые деревья.
Битва была окончена. В живых не осталось почти никого.
Старейшина Морваль, каким-то чудом избежавший гибели, в ужасе посмотрел на приближающегося палача. Поняв, что это конец, старик резко развернулся и побежал к самому Императору Демонов. Морваль рухнул перед Кошмаром на колени и заискивающе запричитал:
— Великий господин! Ваше Величество! Позвольте мне служить вам! Клянусь, я буду самым верным рабом! Я знаю гораздо больше, я справлюсь с любой задачей лучше, чем эти никчёмные глупцы!
— Какое бесстыдство! — прорычал стоящий неподалёку Волгрим, хватаясь за оружие. Он уже собирался лично казнить предателя, но в его голове раздался ледяной телепатический приказ повелителя:
«Отойди в сторону и не вмешивайся».
«Слушаюсь», — ответил Волгрим, с досадой сжимая кулаки.
Кошмар со скучающим видом выслушал Морваля и тонко улыбнулся:
— Скажи, какой мне от тебя прок?
Морваль судорожно сглотнул, его глаза безумно блестели:
— Я знаю, где находится Забытое Древнее Святилище из мифов! Оно совсем недалеко отсюда, глубоко в северной части Брошенных Уделов у подножия вершин!
Император Демонов слегка нахмурился — его ментальные силы безошибочно определили, что старик безбожно врёт ради спасения шкуры.
— Ты смеешь лгать мне? Мужества тебе не занимать.
— К-клянусь, я искал его! Но вход скрыт! — безумно запричитал Морваль, обливаясь холодным потом. — Наверное, он на вершине Ледяных Хребтов! С вашей великой силой вы легко найдёте его!
Кошмар повернул голову на северо-восток, где высились колоссальные силуэты Хребтов. Горная цепь в тридцать тысяч километров казалась стеной, но главное — глубоко среди пиков Кошмар ощущал присутствие иной, невероятно грозной фигуры, связываться с которой в слабой форме аватара ему не хотелось.
Император снова посмотрел на дрожащего старейшину и хищно улыбнулся:
— В твоих словах есть доля правды. Но мне очень не нравится, когда ничтожный скот лжёт мне в лицо. Умри.
— Нет?! Будь я проклят, если я... — Морваль не успел закончить.
Кошмар лениво взмахнул ладонью. Багровый магический вихрь сжал Морваля, под оглушительный крик агонии заживо растворяя его плоть до костей.
Почти все три тысячи жителей клана были мертвы. На залитой кровью и охваченной огнём площади в живых осталось лишь несколько людей.
Первым был грязный рядовой стражник в потрёпанной бригантине — тот самый, что попытался сбежать в начале боя. Демонический паралич отпустил его, и бедолага рухнул на четвереньки, тяжело хватая ртом воздух.
— Я... я могу двигаться? Что?! И-и-и! — сорвавшись на безумный визг, стражник в ужасе попятился назад, не сводя выпученных глаз с прекрасного и одновременно жуткого лица Императора Демонов.
Двумя другими выжившими были Аенари и Амелия. Девочка лежала без сознания неподалёку, парализованная пережитым ужасом.
— Всё закончилось гораздо быстрее, чем я рассчитывал, — с лёгким разочарованием вздохнул Кошмар.
Он раскинул руки, и из его тела хлынул плотный, удушающий алый туман, кишащий отвратительными демоническими комарами. Рой кровожадных тварей пронёсся по площади, впитывая в себя реки пролитой крови и за секунды обгладывая трупы до чистых, белых костей. Вся эта колоссальная жизненная энергия начала стягиваться к лицу Демона, конденсируясь в небольшую багровую бусину, похожую на танец облачных лент.
Аенари, чьё левое око превратилось в месиво из рваной плоти и застывшей крови, сфокусировал правый зрачок на этом шарике сквозь жгучую боль. В его сознании тут же сработал внутренний «Анализ», выдавая характеристики создаваемого артефакта. Император Демонов заметил этот всплеск маны, но лишь презрительно ухмыльнулся — ему было плевать на способности мальчишки. Вскоре шарик полностью затвердел, превратившись в бусину концентрированной крови, и Кошмар лениво проглотил её.
Затем он медленно и немного выжидающе посмотрел на юношу, изогнув губы.
Левая сторона лица Аенари была залита багровым водопадом, а из пустой глазницы продолжала сочиться кровь, капая на брусчатку и мгновенно превращаясь в крошечные льдинки. Опустив взор, он посмотрел на своё глазное яблоко, отвратительно валяющееся у ног, а затем перевёл взгляд на главу рода.
Из горла Аенари вырвался странный звук. Сначала он походил на глухой всхлип, но уже через секунду перерос в хриплый, надрывный, сумасшедший смех. Он хохотал так сильно, что рана на месте выколотого глаза пульсировала в такт этому безумию.
— Посмотри на нас, дедушка... — прошептал он, захлебываясь собственным дыханием и наступая ногой в лужу крови. — Ты ведь так боялся моего взгляда, верно? Ну же! Открой глаза шире! Посмотри на меня! Теперь я выгляжу именно так, как ты и хотел... Теперь я настоящий монстр. Тебе всё еще страшно? Или теперь нам обоим... одинаково весело?
Волгрим испустил мрачный вздох и нахмурился.
— Сумасшедший сукин сын! Уродливое создание. Знай, что меня от одного твоего вида тошнит. Как же я рад, что скоро избавлюсь от подобной мерзости, — с брезгливостью выговорил старый маг.
Аенари сузил взгляд, ничуть не удивившись его порочности. И как бы сильно он ни хотел прикончить предателя прямо сейчас, он понимал, что слишком слаб. Ему нужно было стать сильнее, гораздо могущественнее, чтобы отомстить собственными силами.
Аенари заставил свой разум работать на пределе.
«Думай! Думай! Что я в силах сделать? Неужели нет выхода? Что я могу предложить почти всесильному созданию? Если в этом мире властвуют сильнейшие, то в моём прошлом мире ими являлись богатые».
Он в безумном темпе продолжал размышлять. Каждая секунда была на счету.
«Богатым обычно неинтересно всё то, что доступно каждому. Значит… значит, они не откажутся от безумия? От того, что способно по-настоящему их зацепить, хотя бы на мгновение?»
Аенари замер на долю секунды, чувствуя, как горячая кровь из пустой глазницы заливает щеку.
Другого пути для него не было.
«Раз моя жизнь на кону, то именно её я и сделаю ставкой в этой безумной игре ради шанса выжить!» — без колебаний решился он.
Словно найдя искру света в кромешной тьме, он стиснул зубы. Ему оставалось только рискнуть — больше ждать и надеяться на лучшее он просто не мог.
Его последние секунды были на исходе...