— Я отлучусь ненадолго, скоро вернусь, — Линь Шань зажег факел, прижимая к себе остальные шесть, и добавил сухо:
— Если не вернусь, не ищите меня.
— Глубокая ночь, куда ты собрался? И к чему эти пугающие речи? — Озадаченно спросила Чжао Сяоань.
— Личные дела, — бросил он и вышел.
— Будь осторожен, — предупредил Чжан Чжунхуа.
— М-м, постараюсь, — кивнул Линь Шань.
Глядя на удаляющийся огонек, остальные переглянулись, погрузившись в глубокие раздумья.
Никто не стал его останавливать. У каждого здесь был свой выбор; они лишь держались вместе, чтобы выжить, и лезть в чужие секреты или, быть может, судьбоносные шансы было не принято.
Пергамент отображал карту прямо в его сознании. Ориентируясь по отметке, Линь Шань медленно приближался к Рыбе Призрачных Нитей.
Та же река, то же место. Рыба Призрачных Нитей не шелохнулась; то ли она была неспособна двигаться, то ли Аномалия так на неё влияла.
Приблизившись на пятьдесят метров, Линь Шань сглотнул. Он шел, постоянно поглядывая на небо.
Когда до цели осталось тридцать метров, пространство вокруг начало искажаться. Воздух пропитало неизвестное дыхание, стало невыносимо холодно, и само окружение начало меняться под этим воздействием.
— Это что… нечто вроде области влияния? — Линь Шань вздрогнул, его зрачки сузились.
Взглянув вверх, он обнаружил, что прямо над ним застыла огромная синяя Луна.
Линь Шань поспешно отступил, остановившись лишь тогда, когда Луна исчезла, и воткнул в землю зажженный факел.
Он повторил то же самое в других направлениях. На всё ушло около десяти минут. Факелы из древесной смолы должны были гореть не меньше получаса – времени у него было предостаточно.
Закончив с факелами, Линь Шань вновь осторожно двинулся к Рыбе Призрачных Нитей.
Холод никуда не делся, синяя Луна снова возникла в небе – казалось, всё осталось по-прежнему.
«Топ, топ, топ».
Звук шагов отдавался в ушах подозрительно четко. Несмотря на тишину, каждый удар стопы по земле звучал оглушительно громко.
Шаг за шагом: двадцать метров, десять!
На дистанции в десять метров Линь Шаня охватил первобытный ужас.
Над рекой парило спиралевидное колоннообразное тело. Оно непрерывно и мелко дрожало. Что пугало больше всего – снизу вверх оно уходило ввысь, словно подпирающий небо черный столп, конца которому не было видно.
Спираль уходила ввысь, теряясь в ночном небе, но даже в поле зрения столб достигал десятка метров!
Колонна издавала вибрирующий гул: «Вум-вум…», и вокруг расползалась густая, словно чернила, Чернота. Она пыталась поглотить Линь Шаня, но свет факелов сдерживал её.
Однако под натиском тьмы пламя факелов угасало, готовое в любой момент погаснуть.
Испугавшись, он достал запасной факел и зажег его. Когда вспыхнул второй, свет стал гуще, и Чернота наконец замерла.
Еще пять метров ближе, и Линь Шань снова зажег факел.
Последние пять метров дались с невероятным трудом. Холод был таким, что кровь в жилах едва не застыла, а на лбу выступили капли холодного пота, превратившиеся в ледяную крошку.
Наконец, он сделал последний шаг. Сознание накрыла волна острой дурноты; помимо ледяного холода, в разум ударило нечто неведомое.
Зрение затуманилось, перед глазами всё двоилось – он был на грани обморока.
Линь Шань прикусил язык до крови. Резкий вкус помог прояснить мысли: он знал, что потерять сознание сейчас равносильно смерти.
С трудом подняв окоченевшую руку, он поднес огонь к основанию колонны. Взглянуть наверх он не решался – если увидит истинный облик Рыбы Призрачных Нитей, то рухнет без чувств мгновенно.
Место, которого касалось пламя, было соткано из бесчисленных тонких нитей, постоянно вибрировавших. Стоило огню коснуться их, как Линь Шань услышал истошный крик, пронзивший саму душу, отчего та едва не вылетела из тела.
Под воздействием пламени нити начали извиваться, осыпаясь серой пылью.
«Ззз!»
Очередной крик потряс его настолько, что душа буквально отделилась от тела! Только теперь он понял, что призраки действительно существуют. Ощущение было странным, пугающим – он видел собственную макушку!
Линь Шань понял: если продолжить, еще один такой крик – и он уже не вернется в тело.
Снова прикусив язык, он заставил зрение сфокусироваться. Душа и тело слились. Он оторвал кусок ткани от своей пижамы и, присев, принялся собирать землю вместе с серой пылью. Суставы издавали хруст: «Клик, клик» – это лед сковывал его тело. Если бы не прежняя закалка, он не смог бы пошевелиться.
«Клик-клик…»
Линь Шань медленно отступал. Стоило выйти за пределы десятиметровой зоны, как давление ослабло, а холод начал рассеиваться.
И тут случилось непредвиденное!
Один из факелов, расставленных по кругу, внезапно погас.
Линь Шань вздрогнул, его зрачки сузились. Не обращая внимания на адскую боль в обмороженных мышцах, он изо всех сил рванул прочь.
Спиралевидное чудовище, поняв, что может двигаться, тут же свернулось в плотный ком, напоминающий рыбу.
Секунда – и густая, как чернила, Чернота хлынула во все стороны. Там, где она проходила, даже земля начинала шипеть и плавиться, превращаясь в выжженную пустошь.
Оно было в ярости!
Тьма настигла его в мгновение ока, но факел в руках Линь Шаня удержал её на расстоянии.
Огонь метался в агонии, грозя погаснуть с минуты на минуту.
Сердце Линь Шаня, едва успевшее успокоиться, вновь ушло в пятки. Он прибавил скорости, стремясь покинуть область влияния.
Потухающее пламя наконец сдалось. До границы оставалось три метра.
Линь Шань прыгнул – с его нынешней физической формой это было несложно. Тьма уже коснулась его: пронзительная, ломающая кости боль вонзилась в саму душу. Вместе с тошнотворным запахом гнили он почувствовал, как внутри начинают разлагаться его собственные органы!
«Бам!»
Он тяжело рухнул на землю. Синяя Луна над головой исчезла. Он спасся.
Но жить ему оставалось недолго.
Вдыхая смрад, идущий из глубины собственного тела, он невольно задался вопросом: стоило ли оно того? Внутренности были практически уничтожены, и то, что он до сих пор жив – чистое чудо.
Вероятно, стоит благодарить конституцию «Тело Призрака».
Чувствуя, как силы покидают его, он потянулся к Пергаменту.
Пером он дрожащей рукой вывел:
Линь Шань: «Сколько мне осталось жить?»
Пергамент: «Остаточный срок жизни: пятьдесят один год и три месяца. Под воздействием Заклятия реальный срок составляет тридцать семь дней».
Значит, проверять баланс можно бесплатно. И осознание этого «остатка» – та еще дрянь.
Пятьдесят один год жизни сократился до тридцати семи дней…
Линь Шань: «Есть ли способ снять это проклятие?»
Пергамент: «Необходимо заплатить один месяц жизни».
Линь Шань: «Плачу».
Пергамент: «Станьте сверхъестественным существом».
В глазах Линь Шаня вновь вспыхнул огонек. Против сверхъестественного может пойти только сверхъестественное.
Значит, если за тридцать семь дней он перейдет на новый ранг, Заклятие будет нейтрализовано.
Один из трех ингредиентов уже у него. За Цветком Пурпурной Души дело не станет, осталось лишь добыть рог Ашато!
Надежда еще есть.