Даевин перевел взгляд с капитана на на верхние сидения трибун, позади которых его все еще все еще терпеливо ждал отец, тепло и гордо улыбаясь сыну.
Позабыв об усталости и легкой боли в груди, парень поспешил вверх по ступеням. Приблизившись, они крепко пожали друг другу руки и обнялись. Даевин был несказанно рад встрече, ведь не видел отца долгих полгода. Пользуясь моментом, он ловким джижением сорвал с отцовской головы привычную черную шляпу с загнутыми полями и тут же водрузил ее на себя. Отец лишь мягко улыбнулся, видя такую мальчишескую дерзость.
– Ну что, ковбой? Вижу, дела у тебя идут в гору, – он хлопнул Даевина по плечу. – Чего же ты так тянул с экзаменом? Выступил самым последним. Или ты с самого начала планировать устроить все так эффектно, – он кивнул в сторону обломков автоматона, – и просто не хотел испортить другим попытку сдать экзамен?
– Если бы, – Даевин посмеялся, все еще поправляя головной убор. – Они решили ввести в экзамен прототип Часового. Он должен был быть абсолютно безопасным! Ты ведь видел, как робот вел себя с другими. А когда я вонзил меч в него, он с ума сошел. Кстати... шляпа новая? Она похожа на остальные твои шляпы, но размер и форма отличаются – жмет виски мне. И почему ты так поздно пришел? Я вообще думал, что тебя уже не будет!
– Быстрее не мог, прости, – мужчина пожал плечами и отвел взгляд, чувствуя вину. – В последнее время такое чувство, будто я один тащу на себе всю работу. Сил не хватает на путешествия. Благо, дома Беатриче вовсю помогает, но от нее, знаешь, бывает сложно вырваться. Даже по государственным делам!
Они оба посмеялись. Даевин кивнул, он знает, как мама привязана к отцу.
– Ну а у тебя какие новости, сынок? Помимо того, что ты только что в щепки разнес эту глупую марионетку.
– Много чего, – Даевин увлек отца к свободным местам на самом краю трибун, подальше гомонящей толпы людей. Ему не хотелось, чтобы кто-то беспокоил их, прерывая беседу. Усевшись поудобнее, он продолжил: – Множество событий, как ни странно, произошло именно в последние дни. Я подрался с одним королевским защитником, моя первая настоящая дуэль до одного касания...
– А я-то думал, что ты ограничишься прошлогодним Мясником, – отец довольно хмыкнул, в его золотых глазах блеснул интерес к истории. – И как ты его победил? Как вообще все это случилось?
– Я, как обычно, после учебы отправился в парк, чтобы немного вздремнуть на своей любимой лавочке. И вот, когда я уже провалился в сон, услышал голос взрослого гвардейца. Он подошел и захотел отвесить мне пощечину за то, что сплю. Тогда мы повздорили и начали дуэль «Одного касания». И кстати, когда его ладонь летела к моему лицу, я каким-то невероятным образом перехватил его руку и уложил на скамейку, при этом сам встал напротив. Вот это было очень странно. Я не контролировал свое тело, оно будто само решило так поступить.
– Вот как, – отец сначала нахмурился, о чем-то напряженно думая, но затем снова улыбнулся. – Значит, тебя оберегают высшие силы.
– Сомневаюсь, – Даевин уловил нотки скрытой иронии в его тоне. – Кстати, я ведь почти победил его, но в самый ответственный момент меня отвлек Мигель, и тогда королевский защитник перехватил инициативу, и мне пришлось сдаться.
– И он оставил тебя в живых после такого дерзкого выпада? Ты ведь понимаешь, королевские гвардейцы могут за всякое сопротивление убить на месте.
– Ну, как видишь, живой! – ухмыльнулся Даевин. – Он сказал, что я отлично орудую клинком, поэтому предложил вступить на службу к мадам Элизабет Гайис. А в качестве убедительного подарка за согласие на службу, он преподнес чертежи для вот этого меча, – Даевин указал на черный меч в ножнах.
– Элизабет Гайис? – у отца приподнялась левая бровь. – А этот королевский защитник, часом, не Марцин Баттовски? Да я же знаю их! Элизабет – моя старая подруга, а Марцин – ее верный сателлит. Вот же он, стоит вместе с двумя другими гвардейцами семьи Гайис, – отец вскинул подбородок в сторону.
Даевин повернулся и понял, что отец не шутит. В зоне для VIP гостей, на трибунах повыше, стоял Марцин Баттовски с двумя другими людьми и наблюдал за парнем. Это точно не было совпадением – встреча Даевина и Марцина в тот вечер.
– Бьюсь об заклад, на тебя посмотреть пришли. Вот хитрецы. Они прекрасно знали, что ты мой сын и при этом способный, поэтому решили задобрить тебя таким редким оружием. Признаться, даже я таких роскошных подарков тебе не делал...
– Я смутно помню, что ты о мадам Гайис лестно отзывался, но особо не припомню детали. Это было одной из причин, почему я согласился.
– Просто не хотел давить на твой выбор. Если бы ты с детства рос на рассказах о моих друзьях, в том числе из Правительства, то выбирал бы из чувства некоего долга, а не по зову сердца. А я не могу отбирать у тебя такую роскошь, как собственный выбор.
Мужчина вновь бросил взгляд на Марцина Баттовски и его спутников. Они терпеливо ждали в элитной зоне, рассчитывая получить аудиенцию и пояснить дальнейший ход событий.
– Мы с Лизой вместе служили при дворе Его Величества, – в голосе отца послышались серьезные политические нотки. – У нас сохраняются общие взгляды на многие политические вопросы, этим-то и объясняется наш союз. В детали большой политики посвящать тебя пока что не буду, но скажу так: это действительно очень хорошо, что ты вступишь к ней на службу. Она потрясающий человек – глубокого умна и рассудительности. Разве что порой она бывает излишне импульсивна и истерична, но, между нами, посторонним она этого никогда не показывает. Только мне и тем немногим, кому безраздельно доверяет.
– Я все маме расскажу! – вполне серьезно пригрозил Даеивн.
– Ха-ха-ха, – отец искренне расхохотался, хлопнув себя по животу. – Беатриче и так в курсе абсолютно всего. Когда мы остаемся наедине, мы с ней сплетничаем обо всем.
– Сплетничать – это разве не женское занятие?!
– Муж и жена – это совсем другое дело. Вот когда обзаведешься своей, поймешь, – гордо отрезал он.
– Ладно, поверю на слово... – после короткого молчания Даевин продолжил: – Путь к кузнецу, которому надо было показать чертеж, тоже выдался богатым на события, но, с другой стороны, там было много неприятных моментов, поэтому упустим. А вот что по-настоящему важно – мы вместе с командой из знакомых молодых гвардейцев решили проблему с бандой извращенцев.
– О да, об этом мне уже успел нашептать Клинт. Бездомные от вас в полном восторге! – отец снова добродушно усмехнулся. – Ну а если серьезно, вы поступили правильно. Ты у меня уже настоящий молодец, – он одобрительно кивнул и взъерошил волосы сына. – Сделал именно так, как надо – решил проблему через ее корень. Никто из вас не пострадал?
– Не-ет, обошлось без крови. Мигель как-то уговорил босса борделя, и тот вернул все как было. Правда, он так и не объяснил, что сделал для того, чтобы с ним договориться… Не хочет говорить.
– Любопытно… Ты, давай, следи за ним, не то он опять из-за своей доброты влипнет в какую-то историю. Я за этого мальчика беспокоюсь немногим меньше, чем за тебя, – отец сделал паузу и посмотрел на капитана Догеля, находящегося среди толпы сдавших гвардейцев и раздающего дипломы. – Догель мне уже рассказал о твоей успеваемости. Я даже ни капли не удивлен, что ты так хорошо разделался с этой железякой, – на лице мужчины прорезалась ехидная улыбка. – Кто же тебя такому обучил? Кто этот великий учитель?
– Хе-хе.
– Но твердо помни одну вещь. Университет – всего лишь начало, – лицо отца посерьезнело, и золотые глаза блеснули под светом солнца. – Дальше все будет только тяжелее. Держись того пути, на который я тебя наставлял с детства, и тогда преуспеешь. И еще… запомни: даже мои слова – не вселенский закон, которому надо подчиняться бездумно. У тебя есть свои чувства, и ты должен поступать так, как велит сердце. Жизнь слишком непредсказуема, слишком… хаотична. Чти правила не только Гвардейского Кодекса, но и нашего Кодекса Крови. Так…
Мужчина достал карманные часы и нахмурился, посмотрев на время.
– Эх. Сынок, мне пора бежать. Опаздываю на совещание по Аледосским делам.
Он поднялся со скамьи, одним точным движением расправив полы своего темного плаща. Даевин вскочил следом за ним, чувствуя тревогу:
– Куда? А как мне тебя найти?
– Ты же меня знаешь: я больше занят, чем свободен, – отец виновато пожал плечами. –Я сам найду тебя, как только у меня появится свободная минутка. Учитывая то, что отныне ты поступаешь в распоряжение Элизабет, сделать это будет несложно. Главное – не посрами мое имя, не то я обижусь!
– Все будет на высшем уровне!
– Молодец, – отец обнял Даевина. Затем он аккуратным движением снял с головы сына красивую шляпу, нахлобучив на свою, и уверенным, размеренным шагом направился к выходу. Парень провожал его вплоть до тех пор, пока он не скрылся за стенами.
Даевин обратил внимание на Марцина Баттовски и сопровождавших его гвардейцев. Заметив, что беседа Лоостов завершена, королевский защитник коротким жестом повелел своим спутникам оставаться на местах, а сам неторопливо двинулся навстречу новобранцу.
– Даевин Лоост! Поздравляю тебя с триумфальным завершением экзаменам и заслуженным высшим баллом, – Марцин радушно развел руки для объятий. Юноша сделал шаг на встречу, и они обнялись. – Я лично доложу об этом госпоже, не утаив ни одну деталь этого прекрасного сражения. Можешь не сомневаться, она будет в полном восторге! Мы точно не ошиблись с выбором.
– Кстати об этом, – Даевин пытливо всмотрелся тому в глаза. – Вы меня выбрали, потому что я сын своего отца? Он упомянул, что они с госпожой Элизабет давние друзья.
Марцин лишь невинно улыбнулся. Отпираться было без смысла – все слишком очевидно.
– Вижу, ты уже привыкаешь называть ее госпожой. И это правильный настрой, Левша. Ну что ж, мы тоже задерживать тебя не будем. Пойди, с остальными поговори. Будем ждать тебя в нашей резиденции, когда отправим официальное письмо к тебе в общежитие.
Марцин вернулся к двум другим гвардейцам семьи Гайис, и они, обсуждая что-то насущное, тоже поспешили к выходу.
Даевин тем временем прошел к столам, у которых другие гвардейцы толпились, выжидая очередь на вручение диплома. Капитан Догель, увидев приближающего гвардейца из списка лучших, послал его к столу, у которого стояли Дорад, Хейли, Букер, Леон и Магнус.
«Отдельный столик для лучших гвардейцев, отлично.»
– Ну что, Хейли, – спросил Даевин, присоединяясь к компании, – выбрала, кому служить будешь?
– Я решила стать Странствующим Рыцарем, – вздохнула девушка.
– С чего бы вдруг? Там же потом целая морока с поиском работы, оплатой труда, подписанием контракта каждый раз, списками вакансий и так далее...
– Слишком уж сложный выбор, – Хейли неловко улыбнулась, теребя край мундира. – К сожалению, я оказалась психически не готова к выбору покровителя.
– Ну, в таком случае доверилась бы профессионалам. Капитан же в последний день учебы говорил, что, если мы не хотим выбирать сами, пусть выберут за нас самых крутых чиновников.
– Нет! Я сама хочу выбирать! – упрямо качнула головой девушка и тут же перевела тему: – Ну а вообще, я хотела спросить, как ты себя чувствуешь после боя с этим автоматоном? Я испугалась, когда один из его клинков оказался прямо над тобой.
– Великолепный бой, Даевин, – отвлек его Букер. Все это время он внимательно наблюдал за беседой друзей, почесывая ухоженные короткие бакенбарды. – Я бы даже заплатил, чтобы посмотреть на это снова.
– Согласен, – нехотя добавил Дорад. – Бой и правда был красив.
Даевин опешил. Слышать комплимент от Дорада, с которым у них на протяжении всей учебы были токсичные отношения, было по-настоящему странно, но тем не менее приятно.
– Чего ты так смотришь? Думаешь, что я только критиковать могу?
– Между прочим, – авторитетно вставил Букер, – я с самого начала подозревал, что что-то эдакое все же случится с этой медной марионеткой. Это моя детективная чуйка! Скоро эти паровые машины заменят даже вас, гвардейцев!
– «Вас»? – вскинул молчаливый Леон. – А ты к какому сословию теперь относишься?
– На какое-то время примерю мундир офицера полиции, – пожал плечами Букер. – Сама судьба меня к этому вела...
– Но ты же в списке лучших, – недоуменно нахмурился наследник семьи банкиров. – Зачем становиться полицейским? Пускай по лейденским улицам шастают обычные гвардейцы, а ты парень с головой. Зачем портить себе жизнь?
– Не торопись с выводами, – лукаво усмехнулся Букер. – Моя цель – стать лучшим сыщиком во всем Королевстве. Поэтому мне сначала нужно стать полицейским, пройти стажировку, принять участие в раскрытии нескольких дел как помощник детектива. Мой отец, вообще-то, тоже был детективом. Так что это у нас в крови. И никакой автоматон мой аналитический ум заменить не сможет!
– Справедливо, – хмыкнул Даевин, – учитывая то, какие порой дикие и бредовые теории зарождаются в твоей голове, а потом – бац! – и это оказывается чистой правдой. И вообще ты какой-то темный!
– Я? Да я светлее тебя! – очевидно, Букер знал, что Даевин не о коже.
– Он же не о коже, – не поняв шутки, вставила Хейли.
– О-о, мисс Капитан-ша Очевидность! – Букер театрально прижал руку к сердцу и шутовски поклонился. – Огромное спасибо за ценнейшие разъяснения, без вашей проницательности как бы я до этого догадался?
Группа выпускников рассмеялась, загнав смущенную девушку в угол. Даевин, чтобы не зацикливать внимание, продолжил:
– А вы, Леон, Дорад, Магнус?
– Я продолжу дело отца, – с гордостью отозвался Дорад, – стану банкиром. Собственно, ради этого и учился в университете.
– А я пойду на службу к Вильгельму Грею, антропологу и археологу, – деловито начал Магнус. – Мой старший брат – он мне и рекомендовал мистера Грея – тоже на службе у него. Только мой брат прошел через настоящий Аудис, чтобы добиться этого, а я просто хорошо учился.
– Ну, мы же не просто хорошо учились, – подбодрил его Даевин. – У нашей шестерки есть мозги, хватка, сила, чего нет у других, так что награда, которую мы в конце получили, вполне оправдывает наши труды. А кто-то, как Дорад, просто станет банкиром.
– Ой-ой-ой, мистер Душнила вновь решил высказать свое экспертное мнение! – вскинул Дорад. – Не так-то просто быть банкиром, Даевин, и тем более – сыном одного из самых влиятельных банкирских семей столицы и всего Лейда. Думаешь, ворочать капиталом – это легкий бизнес? Риск нас караулит каждый день. У нас много врагов, недоброжелателей, думающих, что наше семейство только и жаждет получить их деньги, нажиться на бедняках, и они могут поджидать нас за каждым углом. Именно поэтому отец настоял пойти учиться на гвардейца. В случае покушения я лично обезображу каждому ублюдку, даже если буду один. Так что не обесценивай вещи, в которых ни хрена не смыслишь.
– Ладно-ладно, не дуйся, – Даевин расплылся в довольной ухмылке. Он просто хотел оценить реакцию Дорада. – Судя по этой пламенной реакции, душнила из нас двоих – это ты! Я хорошо понимаю, о чем ты, просто... выпендриваюсь.
– Ничего ты не понимаешь, – хмуро буркнул Дорад, не купившись на дружелюбный тон соперника.
– Кстати, – Даевин задумчиво посмотрел на него, – а что ты скажешь Логану, если он, предположим, не захочет быть банкиром? Вдруг, что-то другое предпочтет?
– Очень вряд ли, – отрезал Эквила. – Он будет банкиром вместе со мной и продолжит дело своего отца. На наших плечах лежит больше ответственности, чем у любого другого ровесника, возможно, во всем Королевстве. Сладко нам не будет в любом случае. Впрочем, никто не посмеет ему запретить заниматься чем-то другим наряду с банковской бюрократией.
– М-м, – понимающе кивнул Даевин. – А ты, Леон, как поступишь?
– Я собираюсь пойти на службу к одному крайне влиятельному человеку, – загадочно отозвался светловолосый парень с уложенной набок челкой. – Но, к сожалению или счастью, не могу афишировать его имя. Это в целях нашей же общей безопасности.
Группа посмотрела на него с неким подозрением.
– Да бросьте, – он усмехнулся, – я ничего нелегального не собираюсь делать! Чего вы так смотрите?
– Обычно, если человек что-то утаивает, – глубокомысленно протянул Букер, прищурив глаза, – то это по причине отсутствия доверия, риски – это дело десятое.
– Ошибаешься, – Леон поправил прическу и продолжил: – У меня долгосрочная миссия, масштабная игра, если хотите. И я лишь только начинаю. Амбициозные планы и мечты не принято оглашать никому, вот я и помалкиваю.
– Понятно, – Букер перевел взгляд на длинноволосого друга. – Получается, все более-менее определились со своим будущим. Теперь ты, Даевин, наш сорвиголова. Если не секрет, поделись своими планами.
– Я поступлю на службу к леди Элизабет Гайис.
– Издеваешься? – из чистой вредности вскинулся Дорад. – Ты только что победил смертельно опасного металлического монстра, с которым пришлось попотеть всем, кто добрался до восьмого уровня. Ты даже пробил лимит и поднялся до девятого, превратив его в груду металлолома! А в итоге идешь к кому-то на службу? Даевин, ты явно не в своем уме!
– Да брось, я не настолько безумный бунтарь, чтобы выделываться по каждому поводу! – фыркнул парень.
На секунду у столика повила тишина, а затем каждый расхохотался по-своему. Сказанное им настолько шло вразрез с его репутацией, что воспринимать эти слова серьезно было просто нереально.
– Мне кажется, что ты способен на это даже без всякого повода, – блеснул Леон.
Даевина самого позабавил этот комментарий.
– К тому же, это цена, которую я отдал за меч, – парень бережно коснулся эфеса клинка. – Да и отец заверил, что мадам Элизабет Гайис – достойный человек. Так что ничего плохо в этом не вижу. Если и будет что-то не так, то я всегда смогу развернуться и уйти от нее.
– Интересно, – прищурился Букер. На его лице заиграла та самая фирменная ухмылка. – Если ты уйдешь со службы у человека, который предоставил тебе Знак Короны, то ты будешь в полном пролете. Так что подумай дважды!
– Я думал трижды. Даже нет, семь раз!
– Вот, – победно обернулся Мистер Детектив к остальным. – А ты, Дорад, еще говорил, что он не в своем уме. Стоит хоть немного усомниться в его действия, так он сразу найдет что ответить.
Расписав все нужные гербовые бланки и подпив ведомости, ребята продолжили светскую беседу, ведь это последний совместный день.
Это все, официальный выпуск состоялся. К сожалению или счастью, традиции гвардейского университета не предусматривали пышных выпускных балов, поэтому финальный экзамен оставался самой последней формальной встречей сокурсников.
До позднего вечера, пока густой ночной смог не окутал Лейден, многие ребята сидели, общались, бродили по столице, заглядывая в пабы, празднуя долгожданную аккредитацию и окончание изнурительного обучения гвардейскому ремеслу.
Отныне Даевин стал официальным гвардейцем, навсегда избавившись от снисходительной приставки «молодой». Это значило, что в жизни перед ним открывался совершенно новый, чисты лист жизни, а история его жизни стремительно закрутилась вперед, унося навстречу надвигающимся событиям.
***
Даевин получил приглашение уже утром следующего дня. Ожидалось, что оно придет хотя бы через два дня, учитывая как много бумажек пришлось ему подписать, но такая быстрая организация работы ему была только на руку.
«Что ж, теперь к моей новой госпоже...»