Дойдя до университета, первым делом Даевин поспешил на тренировочную зону, где многие его сокурсники продолжали оттачивать боевые навыки.
Мигель и Клинт должны быть где-то тут во дворе, – в первую очередь подумал он. – Так-так...
Проходя по переполненному тренирующимися гвардейцами двору, Даевин увернулся от нескольких случайных выпадов и даже успел подхватить девушку, которая чуть не упала прямо перед ним. Только спустя минуту поисков он заметил своего друга Клинта. Самоуверенный парень выделил себе пятачок три на три метра. Хоть стандартный гвардейский меч и был одноручным, Клинт любил держать его обеими руками, раскрывая, как он сам утверждал, полный потенциал клинка.
Он тренировался сам с собой, потому что любил в бою выкидывать необычные финты, застающие соперника врасплох. Между комбинациями двуручных атак он часто переходил к одноручному хвату и продолжал удивлять другими трюками.
Большим его упущением были неаккуратность и пренебрежение пространством, из-за чего он зачастую оказывался плох в схватках в тесных местах и порой становился опасен даже для своих. Однако это не умаляло того факта, что боец из него вышел отличный. Даевин встретил друга громким криком, иначе Клинт просто не заметил бы его – парень был слишком сосредоточен на занятии. Даевин заметил привычную паузу, знаменующую подготовку к следующему трюку, и решил отвлечь друга:
– Клинт! Подожди!
– А? – не отвлекаясь, спросил Клинт.
Вместо этого, парень закрутился в стремительном танце. Сделав два пируэта и размахивая мечом причудливым образом, он выполнил безупречное боковое сальто. При этом нога его двигалась параллельно клинку, который очертил острием почти полный круг. Это был очень красивый прием, которым подавляющее большинство студентов могло только восхищаться.
– Знаешь, Даевин, – заговорил Клинт, окончив свой прием и тяжело отдышавшись, – после такого финта следует реально долгая пауза, которая делает меня уязвимым для атак.
– Знаю. Я потому подобные приемы и не исполняю – они слишком рискованные.
– Однако я придумал вариант завершения, который не требует никакой передышки. Это движение следует за сальто и застает врасплох. Благодаря ему я буду неуязвим.
– Покажешь? – оживился Даевин.
– Ну... сейчас нет, как-нибудь позже. Придумал. На экзамене опробую. Уф, отдохнуть бы, – Клинт вытер пот со лба, который крупными каплями стекал на землю.
«Нехило» – мысленно хмыкнул Даевин. Клинт продолжил:
– А так, зачем я тебе понадобился?
– Ты нужен мне в команду, но, – Даевин показал на пустующую одинокую скамейку, указывая на то, чтобы они туда пошли, – это немного личное.
– Понял.
Они сели на скамейку, и только тогда Даевин начал делиться своим планом:
– Есть у меня на уме одно дело, – говорит он улыбаясь.
– Одно дело, говоришь? – пригорюнился Клинт, почесывая лоб. – Ну, знаешь... Когда ты говоришь про «одно дело», обычно это ничем хорошим не кончается. Вспоминается мне, – добавил он, неловко улыбнувшись, – как нас однажды… нет, дважды чуть не убили...
Даевин мог только так же неловко улыбнуться в ответ.
– Было дело, но сейчас все обстоит совершенно иначе. Тем более дело наше – благое!
– И тогда оно было благим, – пригорюнился Клинт, вспоминая те времена. – Ну, так в чем заключается дело? Я, несомненно, с тобой, но все же поясни.
– О-о, это хорошо, – парень устроился поудобнее на скамье. – Так вот, ты же знаешь про банду извращенцев?
– А-а-а... – протянул друг, – значит, ты решил от них избавиться. Я угадал?
– Да, именно. Но дело в том, что их там точно не меньше десяти человек, может, двадцать или даже еще больше, поэтому мне нужна команда. Ты, как хороший боец, очень даже подходишь.
– Ясно, – кивнул Клинт, почесывая подбородок, – а кто еще в нашем отряде?
– Я и Хейли – сто процентов. Сейчас пойду искать Мигеля и Логана, и тогда все будут в сборе.
– Всего пятеро? Я, конечно, не сомневаюсь во всех нас, но кажется, людей маловато.
– Мы – обученные бойцы, а они – просто бездомные. Тем более у нас будет оружие, бояться нечего. Вот только я собираюсь уговорить их перестать терроризировать женщин мирно, без всякой агрессии.
– Уговорить? Бездомных? – Клинт лишь недоуменно нахмурился. – Как ты себе это представляешь? Денег им дать на бордели?
– Пф, – Даевин со смехом закатил глаза. – Денег? Мы просто разберемся в ситуации и попросим по-хорошему прекратить то, что они делают.
– Звучит слишком уж… добросовестно для таких негодяев. Думаешь, раз и навсегда их словесно прижучить? – парень задумался на секунду о тонкостях дипломатии: – Если дело проходит мирно, то между сторонами ставятся приблизительно равные условия, которые каждая из сторон должна соблюсти. Думаешь, они согласятся на наши условия?
– Этого я еще не знаю. Сначала мы должны прибыть на место, хорошенько поговорить, и только тогда сможем судить о том, что можно делать дальше.
Даевин всерьез задумался о том, что они вообще могут предложить бездомным, чтобы те перестали бесчинствовать, но потом понимание доминантной позиции взяло верх:
– Да и, с другой стороны, это мы утверждаем закон, так что условия точно будут не равные. На нашей стороне фактор давления.
Клинт тихо посмеялся. Было непонятно, смеется ли он над тем, что Даевин принял решение мирно все уладить, либо же его развеселил исход, где они будут ставить бездомным ультиматум.
– Я согласен, – Клинт кивнул, – впрочем, как и говорил ранее. Все равно в последнее время делать нечего, – он продолжительно зевнул. – Хотя бы папа не будет надоедать. Ты знаешь, какой он, когда видит меня без дела.
– Отлично. Случаем, не знаешь, где Мигель?
– Тут его точно нет, – повертел головой друг. – Если не путаю, то это именно Мигель был… – он задумался. – Минут десять назад ушел куда-то. Спроси вот тех ребят у выхода, – Клинт показал на небольшую группу из пятерых человек, которые находились в тени здания, – они же из его группы. Наверняка знают, куда он пошел.
– Спасибо. Бывай. План будем исполнять уже завтра, так что подготовься.
– Хорошо. Удачи тебе.
Даевин двинулся к ребятам в тени здания, часть из которых тренировалась друг с другом. Среди них были и его знакомые: Иошикецу – выходец из дальневосточной Островной Империи Сейнекин, глаза которого были уже, чем у других, а иссиня-черные волосы он собрал в конский хвост; Эдна – бледная темноволосая девушка с карими глазами и близкая подруга Мигеля, с которой Даевин, впрочем, толком знаком не был; а также Корвин – старый и верный друг, чем-то отдаленно напоминавший самого Даевина, но с более темными и длинными волосами. Корвин, как всегда, был с мрачным лицом, если его никто не отвлекал.
Так как Иоши и Корвин давно дружат с Даевином, при встрече они радушно улыбнулись и кивнули. Других ребят Даевин не знал, поэтому просто подошел и спросил разом всю группу:
– Добрый день, ребята. Вы же из группы Мигеля? – он увидел, как Иоши и Корвин кивнули. – Можете сказать, куда он ушел?
– И тебе привет, Даевин, – традиционно поклонился Иошикецу.
– Привет, Даевин. Он на рынок пошел, – ответил Корвин, слегка вскинув голову, – который тут по соседству. Сказал, что ему нужно купить продукты из какого-то списка.
– Рынок, значит. Буду знать, – Даевин кивнул, смотря на друга. – Спасибо. Я тогда пойду.
– А зачем он тебе понадобился? – спросила Эдна, которую, видимо, взволновало желание Даевина найти ее близкого товарища.
– Это касается только нас двоих, – гордо и с улыбкой заявил он. – Чисто дружеские дела.
– Какой скрытный, смотри-ка, – подметил сейнекинец, – ладно уж, не донимай его, Эдна. Это же Даевин, его лучший друг.
Даевин лишь улыбнулся, легонько поклонился и помахал группе, вслед за чем направился к рынку.
Казалось, столетия идут, а рынки совсем не меняются: они по-прежнему занимали большую площадь, состояли из десятков лавок, в которых одна и та же продукция стоила по-разному, и за каждой оной стояли лоточники-зазывалы, без конца повторяющие одни и те же фразы про самые качественные продукты по самым низким ценам.
Долго Мигеля искать не пришлось: его кудрявую голову, широкие плечи и своеобразную походку Даевин узнал бы из миллиона. Мигель стоял перед лавкой с овощами и, держа в руке корзину, выбирал картошку с очень встревоженным выражением лица. Даевин отвлек друга, тихо подкравшись и постучав пальцем по левому плечу.
– О, Даевин, привет. Не тренируешься?
– А я... в процессе. А ты что делаешь тут?
– Картошку выбираю. Сегодня у мистера Зоэтса поставок не было, а его картошка – лучшая в Лейдене! Приходится выбирать из того, что есть. Но мне эти клубни совсем не нравятся, – Мигель начал перебирать, показывая другу несовершенство картофелин. – То слишком мелкие, то слишком большие, то мягкие, то жесткие, не та текстура, не то ощущение. В общем, настоящий геморрой. На рынке восемь продавцов и у всех картошка странная, сам потрогай! Мне такое совсем не нравится, – парень подкинул Даевину картофелину, которую только что поднял из ящика. На ощупь она была очень мягкой. – Видишь? Такое не пожаришь, она же в кашу превратится!
Он говорил все это, совершенно не утаивая ничего от продавца. Усатый торговец за прилавком после услышанного даже загрустил.
– Извините, господин, это не к вам претензия, – тут же спохватился Мигель, виновато посмотрев на мужчину. – Просто нам нужна другая, именно для жарки!
– А может, сегодня без картошки обойдемся? – подумал Даевин.
– Исключено. Вот, посмотри, – Мигель достал смятую записку из кармана, – Логан мне ее вручил, когда увиделись на перерыве. Попросил купить все строго по перечню и самое лучшее.
– Так-так, – Даевин вчитался в аккуратный список продуктов:
«Картошка (!), томаты, маринованные огурцы, чеснок, кефир, жирные куриные ляжки (!), тонкий бездрожжевой лаваш!»
– А зачем столько продуктов?
– Он сказал, что ему подкинули гениальный рецепт, и даже дал пятнадцать проз на все это из своих денег. Но так и не признался, что это за кушанье такое. Будем сегодня вечером готовить вместе. Я собрал почти все, остались только картофель и курица – самые главные продукты, которые он специально пометил в записке восклицательным знаком.
– Список и правда внушительный, – заметил Даевин. – И все ради одного блюда? Тебе помочь?
– Да нет, справлюсь сам, а что?
– Нам надо... – Даевин наклонился ближе к уху Мигеля и понизил голос: – остановить банду извращенцев.
– Извращенцев?! – Мигель выкрикнул это достаточно громко, из-за чего сразу несколько прохожих оглянулись, пытаясь разглядеть нарушителя спокойствия.
– Тсс, – Даевин прижал палец к губам. – Тише. Да, их.
Лицо Мигеля исказилось о недовольства. Стало ясно, что он категорически против всякого компромисса с ними.
– Будь моя воля, я бы их всех на месте убил, – процедил кудрявый парень.
– Знаю, но мы же не можем так поступать.
– А что ты предлагаешь?
– Я знаю, что они виновны в том, что сделали с твоей сестрой, которая только в город приехала и стала самой первой жертвой этой швали. Но все-таки давай попробуем не проливать кровь. Мы же должны быть примерными защитниками закона. Были люди похуже этих извращенцев.
Мигель молча увлек Даевина в безлюдный переулок, где мог в полной мере выплеснуть свои эмоции. Он с маху поставил корзину с продуктами на землю и начал:
– Даевин, – он упер руки в пояс, – ты что, с ума сошел?! Нельзя их вот так мирно отпускать! Эти твари не заслуживают никакого человеческого к ним отношения. Я все еще чувствую вину за то, что они сделали с Инессой. И в это самое время мрази, ранившие и опозорившие ее, все еще шастают по городу и продолжают порочить других женщин. Нельзя, Даевин, так нельзя!
Мигель говорил довольно эмоционально, на повышенных тонах. Даевин не мог найти контраргументов: друг был во всем прав. Каждая мысль об извращенцах приводила Мигеля в ярость.
Все это из-за того случая, когда его старшая сестра вместе с женихом приехала в Лейден на несколько дней, чтобы узнать, как младший брат поживает. Всего одна неудачная минута, во время которой ее жених попросил ее подождать на улице перед домом, пока он помогает старушке поднять вещи на второй этаж, изменила все. Услышав крики, жених впопыхах спустился, но одежда на Инессе уже была порвана, а ее невинное тело – облапано. Он прикрыл ее своим пальто, но честь Инессы оказалась навсегда задета. Мигель не приходил в себя неделю после того случая.
– Я... не знаю, что сказать, Мигель. Но ты мне сам говорил, что нужно быть снисходительнее к окружающим, ты же сам сделал из меня, вспыльчивого Даевина, Даевина спокойного и рассудительного.
– Это благосклонный взгляд, Даевин, но так не всегда работает. Здесь должно быть нечто другое, – глухо отозвался Мигель, посмотрев в сторону, чтобы хоть немного остепениться. – Это, брат, не просто одномоментная вспыльчивость, я не могу избавиться от чувства вины уже какую неделю. А ты просишь меня о невозможном: простить их!
– Сначала мы с ними поговорим, попытаемся понять, в чем дело – мягко произнес Даевин. – После этого уже решим, что делать дальше. Ты, как самый мудрый из нас, нужен мне. А если что-то пойдет не так, то сделай так, как считаешь нужным. Что бы ты ни сделал, я буду на твоей стороне. Просто дай шанс провести беседу спокойно.
– Эх-х, – Мигель прислонился к стене и долго смотрел куда-то вниз серьезным взглядом, затем перевел взор на друга. – Ты прав, мы должны быть примерными гвардейцами, – сказал он, слабо улыбнувшись, но тут же вновь сморщил брови. – Не знаю, способен ли я буду на такой шаг... Мне нужно время, чтобы подумать. А когда ты собрался с ними «беседовать»? И вообще, кто с нами?
– Завтра, когда я наконец получу свой новый торианский меч. Можно прямо с утра – дневной свет нам будет на руку. Сегодня мы только готовимся к этому. Помимо нас, в деле еще Хейли и Клинт. А еще я собираюсь позвать Логана.
– Впятером на банду? Нас разве не мало?
– Да, но мы обученные бойцы, а они – бездомные. Даже если нападут, мы без труда отобьемся, не думаешь?
– Не-ет, все равно людей мало... Хм, знаешь, что?
– Что?
– Позови Иошикецу. Он превосходный боец и совсем не глупый парень. Вряд ли откажется – он любит авантюры. Можно было бы и Корвина, но... раз ты не хочешь никого убивать, то его лучше не трогать, он выходит из себя от двух резких фраз, так что пусть лучше продолжит тренировки.
– Хорошо, позову, дополнительная пара рук не помешает. И последнее, случаем не знаешь, где Логан? Еще в университете?
– Да, у него занятия сейчас. Его отпустят, если позовешь, проблем не будет. Занятия проходят у капитана Маккьюсика на втором этаже. Ты разберешься, в общем.
– Аа, Маккьюсик, двести двадцать вторая аудитория, спасибо. Я тогда пойду. Увидимся вечером, скорее всего, в общежитии уже.
– Да, до скорого, Даевин.
Попрощавшись, Даевин вновь поспешил в университет, чтобы призвать на помощь остальных двух участников.
Первым он встретил Иошикецу, который продолжал тренироваться во дворе, сражаясь с «дурачком». Так молодые гвардейцы прозвали тренировочных меха-менекенов. У этих хитроумных пугал автоматически двигались четыре конечности – четыре руки, оканчивающиеся тупыми лезвиями. Меха-манекены являлись одним из немногих технологических новшеств, приобретенных университетом. Из-за чего их количество было так мало, что студенты занимали очереди, дабы подраться с ними.
На весь корпус их насчитывалось всего пять. Манекены эти были стационарными и совмещали в себе несколько режимов и уровней сложности. Существовали режимы атаки, защиты, совмещенный режим, режим комбинаций, а от уровней сложности зависела скорость движения меха-манекена. Студентам не рекомендовалось переключаться на сложность выше четвертого уровня, но Иоши практиковал на пятом уровне, вызывая у зевак искренний восторг.
У Иоши был изогнутый меч, чем-то напоминающий саблю, но отличающийся от нее своей изящной аккуратностью. По оружию сразу заметно, что ковалось на заказ. Оно и не удивительно – сейнекинцу было куда привычнее управляться с традиционной для их земель катаной.
Парень сражался с «дурачком» в режиме комбинаций, когда меха-манекен сам выбирает, как нападать и защищаться, иногда выдавая хитрые финты. Получалось у него хорошо, однако иногда парень перетруждался и пропускал удары. Даевин подошел к нему поближе:
– Иоши, не занят?
– Что, Даевин? – отозвался тот, не отвлекаясь от битвы.
– Нам нужно обкашлять пару вопросов.
– Я же только начал с манекеном сражаться! Сам знаешь, очереди ждать долго, так что потерпи немного!
– Хорошо...
Даевин медленно подкрался к манекену сзади, дабы его самого не задело, и поднял сложность до шестого уровня. После этой шалости он ехидно ухмыльнулся, смотря на Иошикецу.
Поднятие сложности заставило «дурачка» двигаться со скоростью элитного бойца, что для Иоши было еще непреодолимым уровнем. Через десять секунд агрессивного боя, сейнекинец начал выдыхаться и пропускать больше ударов. Через тридцать секунд он ослабил хватку и получил подряд два ощутимых удара по плечам и один – по животу, из-за чего рухнул на землю и начал жалобно стонать. Даевин лишь улыбнулся, глядя на поверженного друга.
– Если считать уровни сложности за звездочки, – усмехнулся Даевин, подав ему руку, дабы помочь подняться, – то ты заслужил целых пять.
– Да-а, – прохрипел Иошикецу, продолжая интенсивно дышать, – надо продолжать тренировки, чтобы быть успешнее. А ты сколько «звезд» выдерживал?
– Семь, – не скромничая, выдал Даевин.
– Семь?! Но это же предпоследний уровень, – он встал на ноги и уставился на друга. – Как так?
– Да, но этот механизм глупый – он просто неустанно бьет, что есть мочи, потому-то его и прозвали «дурачком». Лучше тренироваться с настоящими людьми, так ты сможешь думать тактически.
После небольшой паузы, Даевин наконец решил рассказать, зачем обратился:
– И все же я должен тебя на пару минут отвлечь.
Он указал на одинокую скамейку, где чуть ранее сидел с Клинтом. Они пошли и уселись на ней.
– Помнишь, – начал Даевин, – чуть раньше я говорил, что у меня есть дело к Мигелю?
– Помню, ты не рассказал нам, что это за секрет.
– Да. Дело не должно предаваться огласке, нам лишние уши не нужны. Но Мигель мне порекомендовал взять тебя в команду.
– Какая команда?
– В ней я, Хейли, Клинт и Мигель. Ну, это только на данный момент. Оставшиеся кандидаты – это ты и Логан, младший брат Дорада.
– Это хорошо, наверное... А для чего команда-то собирается?
– Мы собираемся нейтрализовать банду извращенцев.
– Извращенцев? Тех самых?
– Да, тех самых.
– Хм, – Иошикецу на секунду задумался, а затем хищно оскалился: – Ха! А я согласен.
– И что, не скажешь, что нас мало, что стоит сказать старшим гвардейцам или полиции?
– А зачем кому-то старшему говорить? Это бы противоречило нашей аксиоме. Мы и сами справимся. Нас, тем более, не мало, и гвардейцы мы отличные.
– Прекрасно, мне даже не пришлось объяснять это, – обрадованно ответил Даевин. – Так вот, Иоши, мы собираемся сначала мирно поговорить с ними, а потом решить, что делать. Если все пойдет хорошо, то разойдемся мирно, а если через сам-знаешь-какое место – придется брать их силой. Завтра ты где будешь? Сюда придешь?
– Конечно, буду тренироваться с раннего утра. Ты утром и собираешься идти?
– Сначала получу свой новый меч, затем соберемся вместе и пойдем в их «логово». Под светом солнца будет хорошо, потому что там не горят фонари в темное время суток. Но никому об этом ни слова, хорошо?
– Да. Тише воды, ниже травы.
– Отлично. На этом пока что попрощаемся. Пойду искать Логана, – он встал со скамьи и направился ко входу в здание. – Удачной тренировки, Иоши.
– Доброго дня, Даевин.
Еще один человек в команде. Остался последний – Логан Эквила.
Даевин зашел в корпус и поднялся по парадной лестницу на второй этаж, после чего направился в восточное крыло, где преподавали теоретические знания. Постучав в дверь нужного кабинета, Даевин сразу же открыл ее. Ему тут же приметился Логан, который, увидев его, широко заулыбался и пискнул: «Даевин!» На другом конце аудитории за кафедрой восседал профессор и капитан батальона Маккьюсика.
– Извиняюсь за вторжение, капитан Маккьюсик, – обратился он, выглядывая из-за двери. – Мне нужно забрать у вас Логана на несколько минут. Важный вопрос на кону.
– Позвольте спросить, молодой гвардеец Лоост, зачем он вам понадобился посреди занятия?
– Наши дела личные, я бы не хотел разглашать их. Мне он нужен буквально на пару слов.
– Хорошо, – ответил капитан и перевел взгляд на Логана, – идите, молодой гвардеец Эквила.
Логан выскочил в коридор и плотно закрыл за собой дверь, после чего радостно вздохнул. Они отошли и направились к скамейкам, расставленным по коридору. Опустившись на одну из них, Даевин приготовился изложить суть дела.
– Ух-х, – внезапно начал Логан, – я бы просто умер, если продолжил там сидеть. Как же там скучно! Мы проходим этику общения! Ты представляешь, нас, взрослых людей, учат тому, как правильно разговаривать с гражданскими! Даже учить за собой смывать в туалете корпуса было бы полезнее, но нет, мы должны зубрить, как правильно отвечать бабушкам, которые о чем-то просят. Я каждый день просто поражаюсь этой тупизне.
– Такая у нас система образования, видишь ли. И я через это прошел.
– Ну скажи, неужели это так нужно?
– Я думаю, что если бы множество предметов объединили в один и убрали ненужную «воду» из книг, то было бы увлекательнее, хоть и труднее. Но сейчас не об этом. Я собираюсь идт-
– Я за! – перебивая старшего, радостно воскликнул Логан. – Давай убежим из этой преисподней!
– Ха-ха-ха, – Даевин рассмеялся, хлопнув себя по бедру, – не сейчас, Логан. Не сейчас. Дай мне досказать. Я собрал команду. В ней я, Мигель, Хейли, Клинт и Иоши. Мы пойдем завтра утром в заброшенный квартал, будем останавливать террор извращенцев.
– А Иоши кто такой?
– Иоши – одногруппник Мигеля, тот самый парень с узкими глазами и изогнутым мечом. Ты его наверняка видел, но вряд ли с ним общался.
– Аа, так значит, его Иоши зовут... Он с «дурачком» на пятом уровне сложности дрался, даже я так не могу.
– Да ладно тебе – «даже» – тебе так-то еще далеко до него. В общем, наша задача на данный момент – это избавиться от нападений извращенцев.
– Класс, – выкрикнул Логан, азартно сжимая руку в кулак. – Перебьем их всех!
– Нет, Логан, – Даевин сдерживал улыбку, глядя на воинственное рвение своего друга, – бить мы их не станем. Мы договоримся с ними мирно. По крайней мере, постараемся.
Логан аж отпрянул и косо посмотрел на своего друга.
– Зачем? Эти извращенцы многим людям жизни испортили. Ты же знаешь, как себя Мигель вел, когда впервые узнал о нападении на свою сестру: таким злым я его еще никогда не видел. А ведь таких людей, как Мигель, десятки. Представь себе их совокупную ненависть к этим ублюдкам.
– Убийство или разные жестокие наказания не решают корень проблемы. Мы не животные, чтобы при любом удобном случае грызть друг другу глотки. Нужно хоть иногда искать самый разумный выход, хотя бы стремиться к этому. Мы постараемся сделать все мирно, а если не получится – и только тогда! – возьмем их силой.
– Ла-адно, будем миротворцами, – с толикой иронии в голосе ответил Логан. – Но, знаешь ли, нашей добротой другие потом будут свой зад подтирать, и об этом не забывай.
– Не забуду. Если они посмеют сделать что-то не так, их ждет кара, и я готов быть орудием этой кары. Итак, ты же согласен?
– Конечно, – Логан гордо приподнял подбородок.
– Значит, будешь с нами. Еще один вопрос напоследок: зачем тебе столько продуктов, которые ты попросил купить?
– Оу, ну это секрет. Дам подсказку: я про этот рецепт узнал от мужчины из Геллуды. Тот клялся, что нам понравится, вот я и решил попробовать приготовить это блюдо. Мигеля я попросил купить все необходимое, потому что он оказался свободен, а я сейчас, как видишь, на занятиях. Просто боялся, что к вечеру, когда сам освобожусь, лавки будут пустыми. Сегодня предпоследний день учебы у нас, поэтому приду поздно – прикинь, нас заставили убираться! – в голосе мальчика чувствовалась злость от несправедливости.
– Ничего страшного, – усмехнулся Даевин, хлопнув парня по плечу. – Потрудишься, придешь в общежитие, и тогда вместе с Мигелем начнем готовить. А сейчас иди, по тебе наверняка соскучился Маккьюсик.
– Нудный он, – буркнул Логан, поднимаясь со скамьи, – зато скоро все кончится. Я пошел.
«Может все-таки ну его, и переломать им всем хребты, – Даевин тяжело вздохнул, провожая друга взглядом. – Еще никто не оценил мою идею мирно все уладить, кроме самого кузнеца… Нет-нет, я не убийца...»