Каэль проснулся ещё до рассвета.
Некоторое время он лежал неподвижно, глядя в потолок своей небольшой комнаты. За стеной кто-то уже ходил по коридору, снизу доносился приглушённый скрип половиц, а издалека слышались первые звуки просыпающегося Эйрхольма.
Он медленно сел на кровати и провёл ладонями по лицу.
Вчерашнее ощущение снова всплыло в памяти.
Прозрачная жидкость на коже.
Он несколько раз осмотрел руку, но ничего необычного не обнаружил. Кожа выглядела совершенно нормально. Ни следов раздражения, ни покраснения, ни каких-либо других изменений.
Каэль нахмурился.
«Может, мне действительно показалось?»
Он не был в этом уверен.
Слишком многое изменилось за последние несколько дней.
Сначала боль исчезла почти за одну ночь. Затем появилась странная реакция на останки Искажённых. Потом он заметил, что после употребления части болотного Искажённого его тело стало чувствовать себя иначе.
А теперь появились выделения, которых раньше никогда не было.
Каэль поднялся с кровати и начал одеваться.
Он старался не думать об этом слишком много. Пока он не понимал, что происходит, любые догадки оставались всего лишь догадками.
Натянув рубашку, он застегнул её до самого верха, накинул куртку и проверил содержимое карманов. Несколько медняков были на месте. Этого хватало на завтрак и, если не тратить лишнего, ещё оставалось немного.
Каэль вышел из комнаты.
Лестница встретила его привычным скрипом. Он спустился на первый этаж, придерживаясь рукой за деревянные перила, и почти сразу увидел Марту.
Женщина стояла возле окна общей комнаты и смотрела на улицу.
Выглядела она непривычно.
Обычно Марта с самого утра двигалась спокойно, занималась своими делами и ворчала на жильцов, которые слишком долго занимали умывальник. Сегодня же она почти не двигалась.
Её руки были сложены перед собой, а взгляд постоянно возвращался к улице.
Каэль остановился.
— Доброе утро, Марта, — поздоровался он.
Женщина вздрогнула и обернулась.
— А, Каэль. Уже проснулся, — произнесла она, пытаясь улыбнуться.
Каэль сразу заметил, что улыбка получилась натянутой.
— Что случилось?
— Ничего.
— Вы нервничаете.
Марта несколько секунд молчала.
Потом тяжело вздохнула и отошла от окна.
— Ты вчера слышал что-нибудь про новости?
— Нет.
— Тогда сегодня услышишь.
Каэль нахмурился.
— Что произошло?
Марта посмотрела на него, словно решала, стоит ли вообще рассказывать.
— В соседнем государстве объявилась какая-то организация, — наконец произнесла она. — Называется «Путь восстановления».
Каэль несколько секунд молчал.
Название ему ничего не говорило.
— И что это за организация?
Марта скрестила руки на груди.
— Террористическая.
Слово прозвучало коротко и тяжело.
Каэль внимательно посмотрел на женщину.
— Что они сделали?
— Пока не знаю всего. Новости говорят о нападениях на несколько поселений и о людях, которые открыто выступают против властей. Но хуже всего даже не это.
— А что?
Марта посмотрела на него.
— Они говорят, что люди должны перестать бороться с Искажениями.
Каэль нахмурился.
— В каком смысле?
— В прямом, — ответила Марта. — Они считают, что Искажения не враги человечества. Что люди должны научиться жить рядом с ними.
Каэль медленно выдохнул.
— Жить рядом?
— Именно.
Марта подошла к столу и тяжело опустилась на стул.
— Представь, что твой сосед выпускает Искажённого прямо во двор, а потом говорит, что тот просто хочет жить рядом с нами, — раздражённо произнесла она. — Что нам тогда делать?
Каэль задумался.
— Если это опасное Искажение, оно может убить человека.
— Вот именно.
Марта положила ладони на стол.
— Люди каждый день погибают из-за этих тварей. Сборщики не возвращаются с вылазок. Целые районы приходится закрывать. Люди теряют дома, семьи, здоровье. А эти безумцы говорят, что всё это нужно принять.
— Они действительно хотят, чтобы люди не защищались?
— Судя по тому, что передавали утром, некоторые из них именно это и проповедуют.
Каэль нахмурился.
— Может, они говорят не совсем об этом.
Марта резко посмотрела на него.
— Каэль.
— Я просто пытаюсь понять.
— А я пытаюсь не представить, что будет, если такие люди появятся здесь.
Она на несколько секунд замолчала.
— Ты знаешь, сколько раз я слышала истории о том, что Искажение можно просто обойти стороной? Что оно не нападёт, если его не трогать?
— Много раз?
— Слишком много.
Марта покачала головой.
— Люди любят рассуждать о том, чего сами никогда не видели.
Каэль опустил взгляд.
Он действительно видел Искажённых.
Видел их останки.
Видел следы, которые они оставляли после себя.
И видел, как быстро обычный человек может превратиться из охотника в добычу.
Но при этом он не мог полностью выбросить из головы другое.
То, что происходило с ним самим.
Если бы кто-то сказал ему несколько дней назад, что части Искажённых способны каким-то образом изменять человеческое тело, он бы решил, что тот сошёл с ума.
Теперь же он сам носил внутри себя нечто неизвестное.
И это заставляло относиться к словам Марты сложнее, чем раньше.
— Они хотят жить вместе с Искажениями, — тихо повторил Каэль.
— Да.
— А почему?
— Потому что считают, будто человечество должно измениться, — ответила Марта. — Так говорят по новостям.
Она помолчала.
— И знаешь, что меня пугает больше всего?
Каэль поднял глаза.
— Что?
— Что кто-нибудь действительно им поверит.
В комнате на несколько мгновений стало тихо.
С улицы донёсся шум проезжающей телеги, затем голоса прохожих.
Каэль посмотрел на дверь.
— Думаю, об этом сегодня будет говорить весь город.
— Уже говорит, — ответила Марта. — Поэтому будь осторожен.
— С чем?
— С разговорами.
Каэль слегка нахмурился.
— Я же никому ничего не собираюсь говорить.
— Я не про это.
Марта посмотрела на него очень серьёзно.
— Такие новости быстро превращают людей в злых и испуганных. Одно неверное слово, и можно получить неприятности.
Каэль кивнул.
— Понял.
Марта немного расслабилась.
— Хорошо.
Затем женщина посмотрела на него внимательнее.
— Ты завтракать будешь?
Каэль улыбнулся.
— Именно за этим и спустился.
— Тогда иди. А то опять уйдёшь голодным.
— Не уйду.
Он достал один медняк и направился к небольшой стойке, где утром продавали простую еду.
За одну медную монету ему выдали миску горячей похлёбки.
Каэль сел за свободный стол.
Похлёбка была простой. Крупа, овощи, немного мяса и густой бульон. Он медленно ел, прислушиваясь к голосам вокруг.
Теперь, когда Марта рассказала ему о «Пути восстановления», разговоры стали восприниматься иначе.
Люди действительно говорили об организации.
Кто-то обсуждал новости, стоя возле входа.
Кто-то ругался.
Кто-то просто качал головой.
Каэль закончил завтрак, поставил миску на стойку и вышел на улицу.
Город уже проснулся.
Улицы постепенно заполнялись людьми. Телеги двигались по дороге, торговцы открывали лавки, рабочие спешили к своим местам.
Но сегодня в разговорах чувствовалось что-то непривычное.
— Говорят, они захватили целое поселение, — донёсся голос мужчины впереди.
— Не захватили, а заставили людей присоединиться, — возразил другой.
— Какая разница?
— Большая.
Каэль прошёл мимо, не останавливаясь.
Через несколько шагов он услышал ещё один разговор.
— Уроды какие-то, — раздражённо говорил пожилой мужчина. — И ведь кто-то им ещё верит.
— Кто в здравом уме станет верить тем, кто предлагает жить рядом с Искажениями? — ответил его собеседник.
— Они вообще понимают, что говорят?
— Если понимают, то ещё хуже.
Каэль продолжал идти.
Он не вмешивался.
С каждой минутой становилось очевиднее, что новости уже разошлись по всему городу.
На перекрёстке несколько рабочих спорили между собой.
— Может, они действительно знают что-то, чего не знаем мы?
— Ты серьёзно?
— Я просто спрашиваю.
— Тогда спроси у того, кто видел Искажение своими глазами.
— Я видел.
— И всё равно так говоришь?
— Я сказал, что спрашиваю, а не поддерживаю их.
— Лучше вообще не произноси такое вслух.
Последняя фраза заставила Каэля невольно оглянуться.
Никто не выглядел готовым защищать «Путь восстановления».
Даже те, кто задавал вопросы, говорили тихо и осторожно.
Большинство просто повторяло одно и то же.
Террористы.
Уроды.
Безумцы.
Люди, которые не знают, о чём говорят.
Каэль задумался.
«Интересно, какие они на самом деле?»
Он не знал.
И пока не собирался узнавать.
Через некоторое время здание отдела показалось впереди.
Каэль вошёл внутрь.
В раздевалке было шумнее обычного.
Несколько работников уже переодевались. Рон стоял возле своего шкафчика и что-то горячо доказывал одному из мужчин.
— Да какая разница, что они там проповедуют? — говорил Рон. — Если Искажение тебя заметит, оно не станет спрашивать, к какой организации ты принадлежишь.
— Вот именно, — ответил мужчина.
— А я слышал, что они специально селятся рядом с заражёнными территориями, — вмешался другой работник.
— Это уже точно безумие.
— Говорят, некоторые из них даже позволяют Искажениям приближаться к своим поселениям.
В раздевалке на несколько секунд стало тихо.
— Уроды, — наконец произнёс кто-то. — Другого слова нет.
— Они просто не ведают, что говорят, — добавил другой рабочий. — Пусть сначала один день проведут за стенами заражённой зоны, а потом рассказывают нам о мирном сосуществовании.
Рон покачал головой.
— Главное, чтобы сюда не добрались.
Каэль ничего не сказал.
Он начал переодеваться.
В этот момент дверь открылась.
На пороге появился Микки.
— Каэль.
Юноша обернулся.
— Да?
Микки поправил очки.
— Иди за мной.
Каэль закончил застёгивать куртку и подошёл к нему.
— Что-то случилось?
— Нет. Сегодня у тебя новый инструктаж.
Каэль вспомнил вчерашний разговор.
— Постоянное место?
— Именно.
Микки улыбнулся.
— Брок уже ждёт тебя в цеху. После инструктажа тебе разрешат работать с останками Искажения Восприятия.
Каэль на секунду замер.
Внутри живота появилось знакомое тепло.
Едва заметное.
Но оно было.
Он медленно выдохнул.
«Вот оно».
Микки не заметил его реакции.
— Ты хорошо знаешь этот тип?
— Довольно хорошо, — ответил Каэль.
Это было правдой.
До работы в отделе сортировки он не раз сталкивался с останками Искажений Восприятия во время вылазок.
И забыть их было невозможно.
Даже после смерти они выглядели странно.
Микки открыл дверь цеха.
— Тогда тебе будет проще.
Они вошли внутрь.
Брок уже стоял возле отдельного рабочего места.
— Вот и наш новый постоянный работник, — произнёс он.
Каэль подошёл ближе.
— Доброе утро.
— Доброе, — ответил Брок. — Сегодня поговорим о Восприятии.
На столе перед ним находился закрытый контейнер.
Каэль сразу почувствовал тепло сильнее.
Живот словно отозвался на само присутствие останков.
Внутри появилось лёгкое покалывание.
И в этот раз оно было совершенно определённым.
Каэль хотел приблизиться.
Хотел увидеть, что находится внутри.
Хотел прикоснуться.
И больше всего хотел съесть хотя бы небольшой кусок.
Он заставил себя сделать спокойное лицо.
Брок открыл контейнер.
Внутри лежали останки.
С первого взгляда Каэль не мог точно определить их форму.
Внешняя часть казалась размытой.
Она постоянно менялась.
То становилась серой, то приобретала бледный синеватый оттенок, затем переходила в почти белый, а через несколько секунд снова темнела.
Контуры словно плавали перед глазами.
Каэль моргнул.
На мгновение ему показалось, что останков вообще нет.
Затем они снова появились.
Он быстро отвёл взгляд.
— Главное правило, — сказал Брок. — Не смотри на них слишком долго.
Каэль кивнул.
— Почему?
— Потому что это Искажение Восприятия.
Брок взял специальный инструмент и осторожно коснулся одного из фрагментов.
— Даже после смерти некоторые остаточные свойства могут сохраняться. Особенно если останки свежие.
Фрагмент на мгновение изменил форму.
Каэль невольно напрягся.
— Что может произойти?
— В зависимости от подтипа.
Брок посмотрел на него.
— Можно начать видеть то, чего нет.
Каэль молча слушал.
— Можно слышать звуки, которых на самом деле нет. Можно почувствовать запах, которого нет в помещении. В некоторых случаях человек перестаёт понимать, что реально, а что является результатом воздействия останков.
— И как понять, что это произошло?
— Не всегда можно понять самому, — ответил Брок. — Поэтому здесь есть правила.
Он указал на контейнер.
— Не работать в одиночку.
— Понял.
— Не снимать защитную маску.
— Понял.
— Не смотреть непосредственно на фрагмент дольше необходимого.
Каэль кивнул.
— Если почувствуешь головокружение, услышишь что-нибудь странное или увидишь то, чего не должно быть, сразу отходишь от стола.
— А если это покажется реальным?
Брок несколько секунд смотрел на него.
— Именно поэтому ты должен сообщить сразу.
Каэль кивнул.
— Хорошо.
Инструктаж продолжался ещё некоторое время.
Брок объяснил, какие части можно извлекать, какие лучше не трогать без необходимости, как переносить материалы и куда отправлять наиболее опасные фрагменты.
Каэль слушал внимательно.
Он действительно знал Искажения Восприятия по прежней работе сборщика, но теперь впервые собирался работать с ними не в полевых условиях, а внутри защищённого цеха.
Когда инструктаж закончился, Брок передал ему новые инструменты.
— Сегодня начнёшь с простого. Будешь сортировать внешние ткани и отделять пригодные части.
— Хорошо.
— И ещё, Каэль.
— Да?
Брок посмотрел ему прямо в глаза.
— Если почувствуешь что-нибудь необычное, сразу говори.
Каэль кивнул.
— Обязательно.
Брок отошёл.
Каэль остался перед контейнером.
Он медленно надел перчатки.
Затем маску.
И только после этого приблизился к рабочему столу.
Тепло внутри живота стало сильнее.
Теперь Каэль уже точно знал, что это означает.
Его организм снова хотел останки.
Не просто хотел.
Требовал.
Каэль взял первый фрагмент щипцами.
Перед глазами всё слегка поплыло.
Он моргнул.
Останки снова приобрели другой оттенок.
Серый.
Синий.
Белый.
Каэль отвёл взгляд.
«Искажение Восприятия».
Он уже знал, что способен получить от Искажённых.
Но теперь перед ним находилось нечто новое.
И именно поэтому опасность была гораздо выше.
Он не знал, какое свойство сможет получить.
Не знал, что именно изменится в его теле.
Не знал, не принесёт ли это изменение новых проблем.
Но он уже чувствовал знакомое влечение.
А значит, организм сделал свой выбор раньше него.
Каэль продолжил работу.
Он осторожно отделял один фрагмент от другого, раскладывая материалы по контейнерам.
Время постепенно двигалось вперёд.
Вокруг работали другие сотрудники.
Раздавались голоса.
Звенел металл.
Работали механизмы.
Каэль старался не смотреть на останки дольше необходимого.
Но каждый раз, когда он приближался к ним, внутри появлялось всё более сильное тепло.
К обеду оно стало почти постоянным.
Каэль снял перчатки.
Рабочие начали один за другим покидать свои места.
Кто-то обсуждал новости.
Кто-то шутил.
Кто-то уже направлялся в раздевалку.
Каэль дождался, пока последние работники выйдут из цеха.
Он остался один.
Почти.
За стеной ещё слышались приглушённые шаги, но сюда никто не заходил.
Каэль посмотрел на контейнер.
Внутри снова что-то изменилось.
Ему показалось, что один из фрагментов на мгновение стал похож на руку.
Он моргнул.
Это снова были обычные останки.
Каэль медленно выдохнул.
«Вот почему здесь нельзя ошибаться».
Он оглянулся на дверь.
Потом снова посмотрел на контейнер.
Тепло в животе стало сильнее.
Покалывание сменилось почти болезненным желанием.
Организм словно тянулся к останкам.
Каэль протянул руку к контейнеру.
Он понимал, что делает.
Понимал, что это может быть опасно.
Но теперь ему нужно было узнать, что произойдёт.
Каэль осторожно взял небольшой фрагмент Искажения Восприятия.
На несколько секунд он просто держал его в руке.
Внутри живота становилось всё горячее.
Он посмотрел на дверь.
Никого.
Тогда Каэль медленно поднёс фрагмент ко рту.
И в этот момент впервые задумался о том, действительно ли он готов узнать, что скрывается внутри него.