— Взялись! И! Взялись!
— Тащи-и её!
— Ух.
— Да куда ты тянешь!?
Верёвка врезалась в кожу ладоней даже сквозь плотные кожаные перчатки для верховой езды. Крики вокруг заставляли лишь крепче держаться за неё, надеясь, что человек схватившийся за неё позади или спереди меня не отпустит. Страшно даже представить, что случится, если все, кроме меня, отпустят свои концы верёвки. Жить, пока ещё, хотелось сильно.
— Во-во! Пущай!
— На три. Раз, дваз...
Счёт три вырвался следом за считающим, да и не у одного меня. Как там крыша?
— Стала?
— Да.
Вот и отлично.
Минотавр Мавр одобрительно похлопал меня по плечу, пока я отвечал на улыбку осьминога-полипохона справа. Видимо готовить будет жена Мавра, хоть нас с ней ещё не представили друг другу.
Жаль не попробую.
— Пойдёшь чёль, Сав? — Пухлая пикси Ремма похлопала своей крошечной ладонью по моей макушке. Всё никак не могу привыкнуть, что эта крылатая старше меня втрое. — Обожди картопельку! С сальцем!
Живот хотел было протестующе заурчать, но свои обещания, по мере возможностей, я старался держать.
— Тётушка, надо. — Знамение Аэль сложилось над моей головой чисто рефлекторно, что было неприятно. Но Ремма с понимающим выражением на лице сложила над головой домик, уважив традицию. — Любовь Аэль.
— Любовь Аэль, Сав. — Ремма покрутила головой проходящему мимо древню Лехану, видимо тоже настроенному позвать меня на ужин. — Забегай иногда.
— Забегу.
Уголки губ сами поползли вверх.
Мне нравилась прямая непосредственность местных. Они явно никуда не спешили, да и ничего не хотели. Это было заметно в каждом, кого я только встречал. Стража смотрела на многие "нарушения" сквозь пальцы, скотоводы не очень беспокоились о состоянии скота, а ремесленники сами были рады поделиться своими безделушками. Ну, ростовщики исключение, но у них работа такая.
Отмыв в корыте ноги от грязи, а после повязав портянки, нырнул в свои недавно приобретённые сапоги на коровьей коже, ах точно, надо не забыть сказать Рехарту спасибо.
Весь мой скарб был плотно упакован в удобный объёмный рюкзак и во множество мешочков, висящих на портупее, всё больше обраставшей новыми карабинчиками и отсеками. Мне пока не хватало денег на защиту рук и ног, но кираса и шлем ушли мне по дешёвке от интендантов на центральной спирали. Опасная живность там гуляла редко, так что они были только рады обменять старое, но вполне хорошее железо, на пиво, свежие овощи и специи.
Ну и моё знакомство с ними тоже помогало.
— Ты паладин? — На выходе из деревушки меня окликнули. Погружённый в свои мысли, даже не сразу увидел эту группу. Пять тел. Гном, сприган, лакерт, два эльфа. Говорил, наверное, сприган. — Странное оружие.
Да, говорил сприган.
— Любовь Аэль. — Знамение Аэль получалось у меня всё лучше и лучше, но до уровня Баабы, пугающей и нагоняющей трепет, мне далековато. По удивлённым лицам этого не скажешь, но получалось правда паршивенько. — Сава, паладин Аэль.
— Странный какой-то. — Коричневый лакерт с белой чешуёй на лице похлопал дерево по плечу, явно предлагая отойти подальше. — Он нпс, да?
Это слово резало меня по ушам каждый раз, когда я его слышал, но что поделать. Остальные члены группы явно разделяли мысли ящерицы.
— Да не, иконка игрока. — Дерево отмахнулся, будто и не воспринимая слова товарища всерьёз. Так раздражают эти иконки, не правда ли? Подумали бы они, что я из местных, да пошли дальше. Но нет. — Ты ведь к Розе Ветров? Пойдёшь с нами?
Всем постоянно что-то нужно.
— Зачем?
Мне правда было интересно, почему неплохо сбалансированная группа приглашала пойти с ними первого встречного. Ну и, конечно, просто не хотелось идти туда в компании. Таким постоянно нужно поговорить. Нет что бы просто насладиться пейзажем этого вечного лета.
Что может быть лучше бесконечного лета?
— Сегодня же сбор переднего края! — Это уже гном, с явным изумлением в голосе. Какая-то у них плохая дисциплина в отряде. Если говорит лидер, остальным разве не надо стоять и изображать хранителей тела? Ужас. — Каждый игрок туда идёт.
— Узник.
— А?
— А?
Я не хотел поправлять его, честно. Оно само вырвалось. Всё же, после всей крови, оказавшейся на моих руках за последний месяц, мне вовсе не хотелось называть себя "игроком", как это делали разделявшие мою судьбу. Всё же название "узник", так понравившееся местным, легче сходило с моего языка. Было правильней, что ли?
— Место здесь не самое спокойное. — Видимо спригану нравилось чесать языком, по чём зря. Больше я причин, почему он ещё не махнул рукой и не ушёл, найти не мог. Вдвойне забавно было то, что деревянный рот не позволял выговаривать слова так быстро, как ему хотелось, превращая возбуждённый тон в замедленную скрипящую запись возбуждённого тона. — В лесу бабуны и карлы, если идти ближе к скалам тонанты, а вдоль реки вовсе лагвисы.
А теперь всё тоже самое, но медленно и что бы самые тупые тоже поняли. А, кстати.
— Почему не пойти по дороге?
— А?
— А?
Хорошо, это уже звучало как очень плохой анекдот. Вся группа удивлённо смотрела на меня, будто правда впервые слышала о какой-то там дороге. Хоть и стояли сейчас на добротной такой гравиечке. С бороздами от карет и повозочек. Уверен, если вернусь сюда зимой, то смогу и на санях прокатиться. Спокойно то как!
— Эта дорога не ведёт к Розе Ветров.
— Да.
Если он признавал, что это дорога, то разговор пойдёт куда проще. На секунду, мои мысли склонились к тому, что они всё же куда тупее, чем я подумал вначале.
— А о какой ты?
— За домом углежога.
— Углежога?
— Углежога.
Старина Игнис был отшельником, по долгу службы, но всё же приятным и надёжным отшельником. Будь у этой сколопендры чутка поменьше конечностей для передвижения, то я бы точно пожал каждую из них за его добрый нрав. Жаль передние ядовитый, никак не удавалось нормально поздароваться. О, может они просто не находили?
— Показать?
— Было бы отлично?
Как-то он это неуверенно сказал, даже неприятно. Не думают же они, что я что-то выдумываю?
— Пошли.
Ну, видимо они новички.
Нужно было скинуть сало для копчения и жир для свечей, да кое-что обсудить с Игнисом, так что мы забежали к нему на минутку. Было забавно наблюдать, как лицо этого затворника корчилось в отвращении, когда целая ватага оказалась на его пороге. Лица детишек тоже перекосило, но это нормально, запашок от него был далеко не самый приятный. Провожал он нас, по крайней мере, с доброй улыбкой, даже пометил на моей карте места, где он недавно жёг лес, так что путь оказался ещё ближе, чем я думал.
— What the fuck was that thing?
— Fucker. Sicko. Shithead. Fuck.
— What the FUCKING kind of monster was... Shit.
Эльф с эльфийкой всё не умолкали, пока мы проходили от одного огнища до другого. Как и сказал Игнис, лес уже возвращал свои территории. Под пеплом старины пробивались первые ростки новых деревьев и кустарников. Не пройдёт и двух месяцев, как новый лес встанет здесь стеной, будто и не было этого локального пожара, устроенного одним нелюдимым углежогом.
— Сава?
— Хм?
Кажется, он говорил со мной всё это время. Как же сложно с этими спутниками, а?
— Как ты вообще узнал про этот шорткат? — Древень не испытывал сложных эмоций, наступая на пепел своих сородичей. Или они ему были никто? — Ни одного квеста не ведёт к этой избушке, да и указателей нет. В чём трюк?
— Разве? — Ах да, он не был неправ, если уж на то пошло. Ремма лишь вкратце обрисовала, кому нужна помощь, да где их найти. Про Игниса я узнал случайно, разговорившись с мужиками во время выкорчёвывания пней с юго-западного поля. Не то, что бы это было какое-то задание, просто мне стало интересно, чем живёт углежог. Можно было и догадаться, что он приятный парень. — Местные сказали.
— Но ни один квестовый нпс, п-прости, местный, который даёт квесты, ничего не сказал про квест углежога. — Группа древня даже не прислушивалась к его словам, больше времени уделяя сбору каких-то обгоревших останков, да сбору фиолетовых ягод. И как они за мной поспевают, я же быстро хожу! — Да и не было похоже, что он готов был дать нам задание при встрече, это из-за того, что ты пошёл с нами и сдал это задание?
— Хм. — А разве Игнису нужна была помощь? Насколько я помню, мы просто сели и выпили. Выпить он любил, так что общение пошло хорошо. Говорили о зиме, о саночках. О пухлых грудях Реммы при её микро-росте. Точно помню, что мы на спор ломали полешки кулаками. Больно было ещё два дня. — Мы выпивали.
До места рандеву оставалось меньше получаса ходьбы, когда мы наконец вышли на основной тракт. Можно было бы и передохнуть. Всё же ходьба по лесу, пускай и пожжённому, выматывала куда сильней, чем прогулка по гравийке. Ну а булыжник основного тракта, ух!
— И всё?
Ах точно! Он же хотел узнать про помощь Игнису. Неловко получается.
— И всё. — Поболтав флягу, привязанную рядом с бедром, ужаснулся. Водичка кончилась. А что там с квасом? Бултыхается, есть ещё. Нужно набрать у ручейка позади, хотя в него и наступила эльфийка, о как ругается. — Веришь?
Его взгляд слишком отчётливо говорил, что не верит, но это были лишь его проблемы. Хех, кустистые брови кустика.
— Спасибо, что провёл.
— Любовь Аэль.
— А, д-да, тебе того же.
До рандеву оставалось не больше двадцати минут.
— Спасибо каждому из пришедших. — Высокий беловолосый человек в очках и мантии добродушно улыбался пришедшим. На самом дне амфитеатра он был виден каждому, не ставя себя выше других. Хороший ход. — С кем-то я знаком лично, другие же видят меня впервые.
Шушуканья не прекращались и на секунду, очевидно, им было что обсудить, толпа набралась, мягко говоря, разношёрстная.
Зверолюди, рыболюди, вовсе не люди, гоблины, орки, эльфы, гномы, деревяшки, каменюки, крылатые, кентавры, минотавры, осьминоги, инсектоиды, арахниды всех цветов и размеров - каждый был вооружён чем-то странным и непонятным, начиная от серпа и заканчивая стволом. Это точно был пистолет, вы меня не обманете!
— Я Сараби, неофит гильдии магов. — Без имён! Чёрт возьми, всё же можно было научиться крутым заклинаниям, а не просто размахивать ножом на палке налево и направо. Жаль денег на это не было. А теперь ещё и отвечать за сопровождение этого чудика. — Собираю вас от своего имени, потому что мы нашли способ перехода на другой этаж.
"Мы" значит? Другие тоже притихли. Не значит ли это, что за его спиной не только собственные силы, но и ещё что-то, чего нет у остальных? Не может не насторожить, не так ли?
— В данный момент у нас просто нет столько специалистов, чтобы выполнить каждое из четырёх условий для открытия ворот Первой Башни. — Народ вынул записные книжки, явно стараясь запомнить как можно больше информации. Жаль я что-то такое уже слышал, было бы интересно получить эту информацию внезапно! — Поэтому я и позвал как специалистов переднего края, так и наш тыл, Центральное Разведывательное Управление.
ПХ!
На меня повернулось пару голов, но и индивидов, заржавших от этого название, хватало.
C.I.A, да? Осталось только вхреначить свой гексагон, да стрелять по всем, кто несёт хоть немного полезного добра. Ну и посмотреть бы на этого гения-демократа, укравшего подобное название. Хотя, не укравшего. Уже сейчас можно было понять, что воспоминания, возвращающиеся каждый уровень, определённо возвращались не одинаково. Это можно было понять хотя бы по той причине, что я не помню, как выглядел сам, когда это оказалось тем, что сразу вспомнила Вайпма. Странно? Да, так и есть.
— Его представитель, W, предпочёл остаться неназванным. — Человек в робе продолжал своё повествование, заставляя меня всё больше сомневаться в необходимости моего здесь нахождения. Может свалить втихую? — Но именно он собирал боевую группу для прохождения второй крипты, основываясь на данных, полученных его сетью информаторов.
Этот "ДаблЮ" определённо проделал огромную работу. Мне бы было лень. Подобная скрытая неблагодарная работа не предвещала ничего, кроме очередных проблем, кранчей, рисков психическим и физическим здоровьем. Нужна крокодилья кожа, чтобы не сойти с ума в таких условиях, это уж точно.
— Остальные специалисты, начиная арканистами и заканчивая инженерами, так же получат свои инструкции. — Сараби слегка пригнул голову, оставив над высоким воротом мантии лишь верхние уголки очков. — Именно сегодня мы низко склоняем головы, дабы просить о помощи у таких же узников этого проклятого мира, как и мы сами.
Мне нравился этот колдун всё больше. Не знаю, где же он набрался этих сладких словечек, но звучало гладенько, как лысина святого. А голосочек то какой андрогинный! Все горячие парни говорят или таким, или низким. Видимо всё же помогу, если слишком много делать не придётся. Я уже неплохо истоптал первый этаж, побывав во многих деревушках и малых сторожевых пунктах. Знаю много местных, много безопасных дорог вдоль источников. Будет интересно!
— Это ведь не обязательно? — Мой вопрос прозвучал даже не из моего рта. Шепелявящая змея с грудью, прикрытой кирасой, не очень-то отличающейся от моей, закручивала змей-волосы пальчиком, определённо чем-то недовольная. — Там ведь и погибнуть можно.
— Разумеется, мисс...?
Сараби, сраный ловелас, говорил очень мягко и вкрадчиво, не нарываясь на конфликт или неудовольствие со стороны гремучей женщины. Ей это нравилось.
— Дея.
БЕЗ ИМЁН, ЧЁРТ!
— Мисс Дея, это определённо опасно. — Маг положил посох на сгиб руки, соединив ладони друг. — Но всё же мы имеем впечатляющих бойцов первой линии.
Впечатляющая первая линия? Вероятно, такие же идиоты паладины как я, погнавшиеся за дешёвой гильдией и бесплатными навыками. Чёрт возьми, старик Энзо же предлагал остаться на шлюпе. Вот и помогал бы им с Вайпмой делать бизнес, а после стал бы ювелиром. Или кузнецом, отличная профессия, да и гильдия не отпустит тебя без обучения!
— Воин Рокарт, можете подняться?
Он что, специально? Я же подожду его за углом и отправлю прямиком в объятия Аэль. Она то сопроводит его куда надо и без моей помощи. Просто не называй имён, тыкай пальцем! Придётся же каждого из них хоронить. Чёртовы правила храма.
— Я ещё не давал согласия. — Рокарт был воргеном. Не человеком-волком, а самым настоящим антропоморфным волком. Ни единого листа железа, лишь кольчуга, да то странное металлическое растение с северо-северо-востока этажа. Далеко же он зашёл, раз смог использовать эту штуку для изготовления доспеха! — Но всё же склонен согласиться на эту авантюру.
— Благодарю, Рокарт. — Маг поклонился, повернувшись к поднявшемуся. Его тело тут же повернулось в другую сторону. — Рыцарь Бухихи так же является гением своего ремесла, верно?
Даже не удивился его привычке. Ну и не удивился, когда увидел заросшего антропоморфного хряка, закованного в латы. Башенный щит закрывал его почти полностью, что при его росте, пониже меня, выглядело действительно внушительно.
— Просто хочу выбраться из этого тела. — Голос оказался очень чувственным и нежным, как у очень ранимого человека. Отвратительное сочетание! — Чем скорее разберёмся, тем быстрее вернёмся.
— Отличный настрой. — Маг веселился. По интонации это было слышно. Как же раздражает. — Такой же хороший, как и у...
— Хватит имён! — Это я выкрикнул? Зачем? Теперь все смотрят на меня. Как же выкрутиться из такой паршивой ситуации, не выглядя при этом полнейшим фриком? — Либо подождите, пока я уйду.
— Паладин Сава, не так ли? — Ну и мерзкая улыбочка. От неё аж в холод бросает и мурашки по всему телу. Он что, в прошлой жизни собаку мою убил или я денег ему должен? Почему так неуютно, когда он смотрит прямо на меня? — Одинокий паладин Смерти, а?
Это кто одинокий, я что ли? А смерть это кто? Они так Аэль называют? Не, ну они как бы правы, но за такие слова можно и в зубы получить.
— Провожатая душ. — И этого я не хотел говорить! Я вообще с ним говорить не хочу, чёрт его возьми! — Аэль - провожатая душ.
— Да, прости за грубость. — Тут же склонился маг. Змея, змея похлеще Вайпмы! Их бы двоих свести, точно бы всякого дерьма натворили! — Паладин Аэль, провожатой душ. Единственный на данный момент представитель узников среди местных, так о тебе говорят?
Почему это единственный? Вы же с ними каждый день говорите, а представитель я?
— Ах, будьте осторожны и не называйте ему своё имя! — Он спохватился, будто только вспомнил. Но он же знал с самого начала! Откуда? Я никому и не говорил, кроме Вайпмы. Неужели он заставил cia узнавать правила храма Аэль? Страшный человек. — Храм Аэль обязан оказать достойный путь всем, чьё имя знают их служители. Посмертный.
И он продолжает.
— Не заставляйте нашего паладина трудиться больше, чем он уже собирается трудиться в авангарде, хорошо? - Маг опять неприятно улыбнулся, склонив голову. — Как говорят в храме Аэль: "Не выбирай последнюю, если это лишь одна из дорог"