Третья структура

⟡ ❦ ⟡ ❦ ⟡ ❦ ⟡ ❦ ⟡

После последних слов Двенадцатого никто не смог проронить ни звука.

Все замерли, уподобившись безжизненным изваяниям, чьи лица разом лишились положительных эмоций. Вокруг них всё быстрее проносился нарастающий ветер.

На сей раз даже самые социальные и разговорчивые единицы, вроде Двадцать первого и Девятнадцатого, оказались бессильны разрядить обстановку. Только спустя долгую минуту Шестая-А, так и не сменив позы, решилась нарушить молчание:

— Неужели все настолько серьезно?…

Двенадцатый, цепляясь за остатки самоконтроля, ответил строгим, выверенным тоном:

— Всё зашло настолько далеко, что нам приказано категорически ничего здесь не трогать без отдельного поручения. И дожидаться их прибытия.

— Погоди... — нахмурился Семнадцатый-В. — Ты хочешь сказать, они направляются прямо сюда?

Двенадцатый ничего не ответил. Однако каменное выражение лица аналитика служило более чем красноречивым подтверждением.

Отряд начал медленно приходить в себя, хотя вязкое оцепенение по-прежнему сковывало их ряды. Пятьдесят первый-L опустил взгляд к наручному интерфейсу, словно проверяя, не прерван ли их канал связи с собственным штабом.

— Значит, это уже не просто интерес.

— Н-да... просто отлично, — тяжело выдохнул Сороковой. Затем он обернулся к стоящим позади. — И что теперь? Прикажете стоять здесь мишенями, дожидаясь невесть кого?

Лишь тогда по площадке прокатилась волна глухого полушепота. Одни оборачивались к непроглядному зеву Комплекса, другие напряженно вглядывались в небо. У ограждения лязгнул металл под чьей-то ладонью, а за склонами взвыл новый порыв бушующего ветра.

Но сути это не меняло.

За всем произошедшим можно было легко отследить четкую закономерность. Большая часть юнитов из коалиции «Протокола» быстрее справлялась с первым шоком, начиная тихо беседовать. Однако другая сторона — представители «Директории» — все еще пребывали в длительном, подвешенном состоянии. Некоторые держали приоткрытыми рты, некоторые бессмысленно сверлили глазами пустоту. Разница в реакциях моментально бросалась в глаза. Хотя, даже одна неподвижность Шестой доказывала: произнесенное название весило для них гораздо больше.

Девятнадцатый-А, на чьем лице впервые проступил неподдельный страх, заговорил:

— Н-нет, ребята... Вы не о том думаете. Их прибытие означает совсем иное…

Не успел он сглотнуть подступивший ком, как Семидесятый-B, стоявший неподалеку, повернулся к нему с идентичным выражением, явно понимая, о чем толкует напарник по коалиции.

— Мало того, что они вышли на связь не с командованием, а напрямую с нами... Так и еще сам факт их скорого прибытия уже гласит о том, что этот участок больше не является нашей находкой.

— В каком смысле, Девятнадцатый-А?! — резко отозвался Семнадцатый. — М-мне совершенно не нравится, как это звучит.

Девятнадцатый уставился на него расширенными, потемневшими глазами.

— Разве до тебя не доходили слухи? Третья структура, она же Проект C.O.R.E — независимая научно-медицинская структура, построенная на разработке регенеративной инженерии, контрмер и продвинутой медицины. — Он вновь повернул голову к темнеющему небу. — В отличие от наших структур, эта не подчиняется никому. Они не ведут военных операций, не сотрудничают ни с кем и действуют исключительно самостоятельно. Более того, вся Третья структура разделена на два ведомства: Командование Synthesis, что с головой углубляется в медицину и исследования, и Командование Executive, которое дает зеленый свет на полевые испытания и оснащает их контрмерным оружием.

Семнадцатый невольно сглотнул. Видеть, как Девятнадцатый — юнит, с лица которого никогда не сползала ироничная усмешка, — сейчас без запинки, с тревогой разжевывает эти детали... Похоже, он нервничал сильнее всех.

— Д-да... я знаю, что это... — неуверенно пробормотал Семнадцатый, в то время как собеседник продолжал говорить в небо.

— У них есть один особый отряд, — продолжил Девятнадцатый. — Recon: Sentinel — их элитный разведкорпус. Сильнейший отряд из всех, с кем нам когда-либо доводилось иметь дело. По ресурсам, способностям и технологиям они превосходят даже уровень наших «специальных» подразделений.

После того, как Девятнадцатый замолчал, Семидесятый продолжил:

— В тяжелые и потенциально опасные места первым делом отправляют именно их. C.O.R.E чрезвычайно редко отзывается на мелкие случайности, если вообще когда-либо это делает. Их интересует исключительно то, что может дать толчок к изучению важных аспектов для их нужд. Либо же следы по делам Qyvar и древним, опасным системам объектов в этих зонах, алгоритмы которых наши коалиции не в силах прочесть с ходу.

Он посмотрел на темный провал комплекса.

— В нашем же случае... участок стал для них настолько интересен, что они подняли свой отряд. А это значит, товарищи, что мы с вами стоим не на пороге догоревшего костра, а прямо у того места, где пламя только начинает разгораться.

Девятнадцатый, уже немного подуспокоившись и приходя в себя, разразился нервной ухмылкой, не в силах сдержать неконтролируемый стресс.

— Хе-хе... Звучит неуютно, но зато теперь хотя бы понятно, почему мне не хочется отходить от остальных слишком далеко.

[Прим. авт.: R:S [ Эр'си ] — Recon: Sentinel.]

Семнадцатый, не находя что ответить, промолчал и уставился вниз. Возразить было нечем.

А в это же время, не отрываясь от потока недавно полученных комплексом данных, Пятьдесят первый сухо отрезал:

— Поздно. — Он убрал взор с экрана и поднял голову к небу. — Они уже летят.

Шестая еще раз проверила внешний контур и наконец завершила работу сканера, зафиксировав прибор на боковом креплении.

— Тогда ждем. И больше ни к чему здесь не прикасаемся.

Закат медленно угасал. Багровое солнце опускалось за горизонт, оставляя на потрескавшемся бетоне длинные холодные тени. После недавней бойни место ощущалось иначе. Тот же темнеющий вход, те же глухие стены — но теперь это больше не была их зона операции. Они лишь ожидали тех, кто возьмёт расследование в свои руки.

Эта давящая мысль висела в воздухе, но вслух её никто озвучивать не стал. Постепенно первичная паника начала отступать, сменяясь напряженным, выматывающим ожиданием. Юниты разбились на небольшие группы, стараясь держаться поближе друг к другу. Кто-то машинально, раз за разом, проверял фиксаторы на оружии, кто-то переминался с ноги на ногу, вслушиваясь в каждый порыв ветра. Десятый и Пятьдесят первый молча встали неподалеку от Шестой, образуя негласный оплот, пока остальные переводили тяжелые взгляды с неба на темнеющий комплекс.

Четырнадцатая-В тем временем нервно потирала подушечки пальцев, тщась подавить нарастающую внутри смуту.

— Ох... Совсем уж мне не нравится, как сегодня все складывается...

— А мне как раз кажется, что складывается слишком уж хорошо, — едко отозвался Двадцать третий.

Седьмой же все это время стоял чуть в стороне и смотрел к горизонту. Пальцы у его крепления катаны на долю секунды сдвинулись ниже.

«Ну вот, опять засмотрелся на облака. Стоило лишь на миг предаться ложному покою, как прослушал половину разговора», — безразлично отметил он. — «Какая оплошность.»

Через минуту в потемневшем небе появилась белая точка.

Сначала она почти терялась на фоне последних полос света между пиками — просто холодный, далекий огонек, который можно было принять за что угодно. Но затем точка начала стремительно расти. Она приближалась ровно, без рывков и без того громоздкого, давящего гула двигателей, который обычно сопровождал любой транспортный борт на подходе.

— Смотрите! — выкрикнул кто-то из юнитов.

Все почти одновременно вскинули головы. На площадке повисла мертвая тишина. На сей раз даже Двадцать первый не проронил ни слова, лишь сфокусировал настороженный взор, следя, как силуэт обретает форму на фоне тлеющего неба.

Корабль шел низко и пугающе ровно. В его движении не было привычной инерции, наклонов или крена — он скользил по воздуху так, словно для него не существовало законов гравитации и сопротивления, без малейшей вибрации корпуса. Светлая обшивка оказалась куда чище, чем у большинства транспортных судов коалиций: закрытые боковые секции, узкий, хищный силуэт, минимум выступающих деталей. Без лишнего шума. Без тяжелого, грязного выхлопа после преодоления боевого участка.

— Это... никак не похоже на обычный транспорт, — тихо произнес Семнадцатый, не в силах отвести взгляд.

— Потому что обычным он и не является, — сухо отозвался Пятьдесят первый.

Широкий, ослепительно белый луч из нижней части корпуса беззвучно скользнул по фасаду комплекса, на секунду выхватив из мрака старые разломы, пустые оконные проемы и темный зев входа. Когда корабль опустился еще ниже, ветер на площадке мгновенно взвыл. Пыль и мелкий каменный сор пошли по грунту сильными, очень жесткими рывками, а форма и волосы боевых единиц тут же превратились в дикую мешанину.

Пятьдесят первый машинально отвел лицо, укрываясь от хлесткого потока. Двенадцатый же, напротив, лишь сильнее сузил глаза, стоически взирая на надвигающийся борт, игнорируя бурю.

Нижний контур корабля плавно раскрылся. Створки бесшумно разошлись в стороны, и в воцарившемся холодном свете изнутри показался первый силуэт.

Светлая форма единиц Recon разительно отличалась от стандартных комплектов коалиций. Чище по силуэту, жестче по сборке, заметно тише в каждом движении. На них отсутствовала привычная масса тяжелых внешних креплений и какая-либо декоративность. Лишь строгая, лаконичная маркировка C.O.R.E на груди и плечах.

Вслед за первым из контура корабля показались еще семь фигур. Они выходили неспешно. Никто из них не озирался, не брал клинки на изготовку и не выглядел напряженным.

Именно это ощущалось хуже всего.

Шестая, повинуясь боевому инстинкту, сместилась правее, намереваясь перекрыть доступ к входу, но резко остановилась.

Двое силуэтов Recon уже находились там. Они не жались вплотную к проему, а выверенно встали чуть дальше, под таким углом, с которого и сам вход, и ограждение, и весь край площадки оказывались в их секторе контроля. Без единой команды, без единого лишнего движения. Они заняли эту точку так, будто она с самого начала принадлежала им.

Шестая не стала оспаривать это положение. Она лишь молча опустила руку от крепления катаны и отступила на полшага назад, сдавая позицию.

Двенадцатый заметил этот жест. И именно в эту ледяную секунду он окончательно понял: они прибыли сюда вовсе не для того, чтобы усиливать периметр. Они уже начали читать сам отряд.

Кто-то из юнитов сводного состава негромко выдохнул:

— Вот он... элитный разведкорпус Recon.

Рядом так же тихо, сглотнув, добавили:

— Значит, все, что про них говорили.……

Передняя фигура, шедшая во главе группы, остановилась первой. Быстрым, цепким движением окинула взглядом площадку, затем — темные своды комплекса за их спинами, и еще раз, уже медленнее, самих боевых единиц. Его взгляд не задерживался ни на ком конкретно. Он просто прошел по всем сразу, как безжалостное системное сканирование.

Когда он наконец заговорил, его голос прозвучал до жути ровно и пронзительно:

— Recon: Sentinel. Кто из вас вел этот объект?