За пределами комплекса

⟡ ❦ ⟡ ❦ ⟡ ❦ ⟡ ❦ ⟡

После объявления о внешнем следе сектор ожидания больше не вернулся к прежнему шуму. Разговоры и возмущения остались, но теперь ощущались намного глуше и тяжелее. Ибо все прекрасно понимали, что операция «Альфа» продолжается.

Как выяснилось позже, разведкорпус выдвинул всего два условия: отобрать семь участников для операции и обязательно иметь среди них Эксплойт-юнита.

На подготовку было отведено пятнадцать минут — как сообщил Ноль один-R, прежде чем покинуть сектор с остальными, оставив сводному составу право самостоятельно сформировать группу.

Отведённое время касалась только выбора семёрки. Проверка допуска, выдача снаряжения и подготовка корабля занимали оставшуюся часть ночи.

Двенадцатый очень хорошо запомнил эти подробности. Он стоял в той же группе и в том же отстраненном месте, где было меньше шума. Но довольно быстро с момента ухода R:S подтянулись Двадцать первый, Десятый и… к небольшому удивлению — Девяносто первый.

Встав неподалеку, Девяносто первый утомленно вздохнул, поднимая руки вверх:

— Ха-ахф… А эти Эрси действительно работают иначе, особенно психологически. Бр-р, аж мурашки по коже.

— Хе-хе... И кого же выбирать будем? — добавил Девятнадцатый. — Времени в обрез, нужно торопиться.

Но Двенадцатый торопиться не желал. Он плавно коснулся подбородка, погрузившись в раздумья, в то время как Двадцать первый начал осторожно коситься по сторонам.

— Да лучше уж действительно постараться уложиться во время! Честно признаться, позиция Девяносто первого мне предельно ясна. Даже настолько, что я лично мог бы добавить от себя еще несколько неприметных аспектов. Бр-р…

Двенадцатый не обратил внимания на пугливость своего напарника и коротко, задумчиво отметил:

— Семь единиц. Среди них — Эксплойт. Получается, ошибиться с составом нельзя.

Он сосредоточенно посмотрел на остальных.

— Пока оставим их мотивы в стороне. Давайте исходить из того, что они вызывают нас на некую проверку, — уверенно произнес аналитик, поворачивая голову к Девяносто первому. — Девяносто первый-I, похоже, ты что-то заметил в их поведении.

— …А? Угу, все верно, — беспрестанно кивал он. — Но… разве вы не обратили на это внимание тоже?

Некоторые между собой переглянулись, но без единого подтверждения с недоумением повернули к нему головы. Хотя, пожалуй, Двадцать первый был единственным исключением, но сути это не меняло.

Девяносто первый, увидев глухую реакцию, продолжил диалог:

— Для себя я подметил, что за все время нашего с ними знакомства они использовали на нас психологическое давление всего в трех случаях. — Пока все охотно слушали, Девяносто первый, никак не похожий на свой прежний характер, начал загибать пальцы без капли веселья. — Первым случаем стало начало встречи. Вторым — уведомление до Красной границы после выхода верхних и нижних групп. Ну а третьим… Третьим же было прямо сейчас.

Пока Девяносто первый толковал, позади этой сформированной мини-группы доносился разноголосый шум с разных мест, по всей видимости, приходя в большое разногласие. Некоторые говорили громко и возмущенно, отказывались подчиняться команде и принимать в этом участие, пока другие старались вести себя тише и организованнее. Но та атмосфера, что накапливалась между всеми в этой огромной комнате после уведомления, полностью поглощала всех присутствующих негативными эмоциями. И в стороне, на появившемся во всю стену голографическом таймере уже велся отсчет времени, показывая оставшиеся четырнадцать минут, прежде чем в комнату зайдут снова Эрси.

Находка, озвученная Девяносто первым, вызвала смесь удивления и любопытством со стороны слушавших, ибо такое замечание было очень важной частью для будущего решения.

— Он говорит чистую правду, — добавил Двадцать первый без промедления. — Относительно этой темы я тоже заметил схожий нюанс , касающийся третьего раза. Это реакция остальных, на которую я успел обратить внимание, пока мои глаза пребывали в неизвестной панике, мотаясь по сторонам, словно кого-то выискивая.

Никто не смел его перебивать. Все были настроены куда серьезнее, чем это воспринималось снаружи.

— Поэтому с большей уверенностью я могу сказать, что больше половины из нас почувствовала на себе то неописуемое давление, когда остальные ничего в это время не чувствовали.

И тут глаза Девятнадцатого резко расширились:

— Подожди секунду! Может, это и есть ответ на вопрос, кого именно они хотят видеть в отборе? Подумайте: почему некоторые, включая меня, не почувствовали это давление со стороны? С одной стороны, это может показаться пустяковым делом. Но если посмотреть с другой, зная при этом, как они любят действовать — это может являться намеренной их корыстью, которой они обозначают тех, кто имеет смысл в их глазах.

Теория Девятнадцатого оказалась чертовски занятной. Если подумать, это вполне мог бы быть ответ на часто задаваемый среди них вопрос: кого хотят видеть Recon? Ответ оказался неожиданно простым, возникшим не от пустого места. Все благодаря двум боевым единицам, в системе которых сработал первобытный инстинкт, помогающий прийти к самому близкому предположению.

— Либо же давление предназначалось тем, чью реакцию они хотели увидеть, — впервые отозвался Седьмой. — Мы этого не знаем. Но как один из признаков учитывать вполне, думаю, можно.

— Хм-м. Что ж, это вполне стоит того внимания для рассмотрения, — согласился Десятый, после чего обратил взор в сторону таймера. — Однако времени останется слишком мало. Всего двенадцать минут, нужно поторапливаться.

Тогда-то Пятьдесят первый развернул наручный интерфейс и вывел над ладонью небольшую голограмму, где находилось в общей сумме семь пустых ячеек. Ныне текущий разговор из предположений перерос в расчет:

— В таком случае, одно место уже определено — Эксплойт. Единственное, придется решить кого именно, потому что в сводном ударном отряде их два. Дополнительно, если подключать интересную теорию юнита-обаяшки, то придется рассматривать в первую очередь тех кандидатов, кто не почувствовал от них давления.

Это еще не являлось окончательным составом для отбора. Пока сектор тонул в разногласиях, Пятьдесят первый и остальные лишь собирали предварительный список на случай, если прийти к общему решению все-таки не удастся.

Страховка. Ничего более.

— Подтверждаю, — кивнул Десятый. — Если нам требуется семь единиц, предлагаю сделать поровну. Часть из тех, кто уже ступал на верхний ярус вместе с Эрси, и часть тех, кто находился снаружи.

— Исключаешь нижнюю группу? — поинтересовался Двенадцатый.

Десятый продолжил тем же ровным тоном:

— Нижняя группа, в которой я состоял — почти не получила той информации, которая могла бы помочь сейчас. Больше смысла даст внешняя группа — особенно те, кто напрямую взаимодействовал с ними. Хах… я определенно пролетаю мимо.

— К большому счастью, я и мой лучший друг Двадцать третий — тоже, — с большим энтузиазмом ответил Двадцать первый, на чьем лице появилась откровенная радость, даже не пытаясь скрыть ради приличия.

Пока шум среди этой группы стал обрастать кучнее по количеству обсуждений, Шестая внимательно следила за всей дискуссией. Мягкие, бледные черты фарфорового лица отдавали отблеск ее безупречному хладнокровию, когда багровые, как лепестки темной камелии, глаза были опущены к полу. Она стояла неподвижно, поставив одну ногу впереди другой и спокойно сцепив руки за спиной, пока ровная осанка придавала ее позе строгую элегантность.

Через несколько секунд, когда разговор коснулся внешней группы, она неожиданно шагнула вперед, полная решимости добавить очень важное от себя:

— Насколько я могу показаться правой, Двадцать семь-A и Сто один-V мне рассказывали, что несколько юнитов из внешней группы имели небольшой контакт с ними.

Двенадцатый посмотрел на Шестую и спокойно переспросил:

— 27-A и 101-V? Не припоминаю, кем они являются…...»

— »……Это единицы, получившие высшую характеристику во время испытаний, — пояснил Девятнадцатый. — Шестую-A довольно часто ставили вместе с ними. И если я не ошибаюсь, втроем они держались сильнее большинства обычных подразделений N.O.V.A, нисколько не проседая даже на уровне специальных.

— Верно, — подытожила Шестая. — От них я узнала, что наиболее частый контакт с R:S имела Ноль три-E и Двойка.

Двадцать первый моргнул.

— Двойка это… хм-м-м... -Ах, точно! Так это же близняшки N.O.V.A.

— Это ты их так, что ли, стал называть..… — закрывая лицо ладонью, выдохнул Двенадцатый.

Немного помолчав, он договорил:

— Значит, логичнее всего будет взять Третью-E, Восемьдесят вторую-I и Восемьдесят четвертую-I. Тогда что насчет верхней группы?

Пятьдесят первый, услышав информацию от Шестой и предложение Двенадцатого, молча внес три идентификатора в предварительный список.

Осталось висеть четыре пустые ячейки.

— Полагаю, ты, Седьмой-V и Шестая-A — можете присоединиться тоже, — продолжил Пятьдесят первый, обращаясь к Двенадцатому и последовательно заполняя еще три ячейки. — Мне же лучше остаться здесь. Моего присутствия на базе будет достаточно. Тем более, кто-то же должен осуществлять мониторинг за Двадцать первым-A, пока вы будете отсутствовать.

Двадцать первый тут же возразил с кислой миной:

— Тьфу, подумаешь! Не говори так, словно без присмотра я и шага сделать не способен. Вообще-то я умею о себе позаботиться.

— Согласен, — сказал Двенадцатый, сразу посмотрев на Двадцать первого. — За ним должен кто-то пристально следить. Не хватало, чтобы он еще разорвал половину базы своими шутками.

Двадцать первый хотел уже рассердиться, набрав в щеки побольше воздуха, уподобившись рыбе фугу, но кроме цоканий и невнятного бормотания под нос ничего больше так и не произнес.

Тем временем стрелка на таймере доходила до отметки пяти минут. Шум никак не прекращался, но с каждым разом желающих отказаться сотрудничать становилось все больше, а общего решения в секторе по-прежнему не было.

— Ладно, — хлопнул ладонями Девятнадцатый, настроение которого заметно поднялось после внятного совместного разбора. — На этом можно и закон... хотя подождите. У нас ведь осталось еще свободное место.

Все сразу же остановились.

Точно. Осталось же последнее, не тронутое никем место.

Каждый по этому поводу серьезно задумался.

— Ну, уж я-то точно пас, — подняв ладонь, ответил Девяносто первый-I, в ответ на который Пятьдесят первый, Десятый и Двадцать первый кивнули без промедления.

Двенадцатому, увидевшему данную реакцию, резко пришла в голову идея:

— Тогда пусть Девятнадцатый-A идет с нами.

— …А, я? — с удивлением отозвался тот. — Вы уверены? Мне кажется, от меня толку мало будет… И п-почему это ты так пристально на меня с Пятьдесят первым-L смотришь?

Взгляды окружили Девятнадцатого, заставив невольно вскружить ему голову. Но среди них внимательный взгляд находился только в Двенадцатом и Пятьдесят первом, явно напоминая напуганному Девятнадцатому о его собственной наблюдательности и глубоких помышлениях, касающихся о том здании.

Десятый выдохнул с легкой улыбкой, соглашаясь с мнением аналитика:

— Хороший вариант.

Седьмой и Шестая подтвердили выбор короткими кивками.

Двадцать первый оживился почти сразу:

— И я за!

После этого Пятьдесят первый быстро осмотрел все заполненные ячейки.

— Хорошо, значит поступим так. Сейчас нам следует подойти к Эксплойту и Двойке, чтобы пригласить их пойти с нами, а позже совместно обсудить план.

— План? — переспросил Двадцать первый, наклонив голову.

— Верно. Не будем угадывать, чего они ждут, — продолжил Пятьдесят первый; его голос стал тверже. — Составим свой порядок действий.

Двадцать первый посмотрел на дверь и задумчиво протянул:

— Ну-у-у… После того, что они устроили у Комплекса, звучит очень разумно.

Девяносто первый и Десятый безоговорочно склонились на его сторону:

— Поддерживаю!

В этот момент Пятьдесят первый отошел на несколько шагов. А когда он обернулся к остальным, впервые за весь разговор на его лице появилась заметная улыбка — слишком осмысленная, чтобы принять за простое облегчение.

— Что ж, в таком случае… Если C.O.R.E действительно хочет увидеть в нас что-то большее — мы поступим так, как они этого хотят. Однако с этого момента действовать будем уже по своим правилам.

❦ ❦ ❦ ❦ ❦

Оставшиеся минуты незаметно канули в суете окончательного согласования состава.

Ноль третья-E приняла предложение без лишних вопросов. Восемьдесят вторая-I уточнила состав группы, тогда как Восемьдесят четвёртая-I сразу поинтересовалась характером предстоящей задачи. Когда все семеро были собраны, Пятьдесят первый кратко изложил им намеченный порядок действий.

Когда разведчики вернулись в сектор вместе с сотрудниками, отобранная группа уже ожидала их у порога.

Первый-R и Четвёртый-R ничего не сказали. Они лишь коротко переглянулись, и по сдержанной реакции можно было понять, что всё в точности совпало с их ожиданиями. После этого они жестом велели следовать за ними.

Миновав несколько коридоров и технических секций, они вышли к закрытому помещению без основного освещения. Комната держалась в сумраке, прошитом холодным белым светом разметок, терминалов и больших экранов. В центре стояла стойка с объемной голографической картой местности. Возле нее и у дальних панелей работали юниты C.O.R.E, полностью поглощенные своими задачами. Касаемо этого, в комнате также находились остальные представители Recon: Sentinel, в котором их молчаливое присутствие лишь усиливало ощущение строгого порядка, царившего в помещении.

Когда группа переступила порог, Пятый, находившийся в окружении двух сотрудников C.O.R.E, уже изучал голограмму, по которой рассыпались навигационные отметки. Но почти сразу он поднял голову и спешно произнес:

— Вы прибыли вовремя. — Следом он повернул голову, обращаясь к своим: — Запускаем синхронизацию массивов данных! Время на исходе.

Юниты R:S мгновенно рассредоточились по рабочим постам, подключая ключевые узлы управления картой и оборудованием. Первый и Четвертый остановились возле проекции, увлекая за собой отряд.

В этот момент сводный отряд тоже внимательно изучал окружение, подмечая каждую деталь. На лицах больше не было прежнего изумления или растерянности. Теперь все сохраняли каменное выражение, соответствующее обстановке.

Двенадцатый приблизился к карте и спросил:

— Получается, это и есть модель района вокруг Комплекса?

— Именно. Перед вами точная пространственная модель текущего сектора, — ответил Первый, внося финальные коррективы в интерфейс.

С момента окончания проверки, карта начала резко масштабироваться, раскрывая детали ландшафта с пугающей четкостью. Теперь можно было в подробностях рассмотреть заброшенный медицинский объект и земную базу C.O.R.E, на фоне которых вспыхивало несколько красных отметок. Сначала их было немного, они концентрировались в основном возле человеческого здания. Но по мере увеличения между ними проступали тонкие, рваные линии и хаотичные траектории, разбросанные в разные стороны и лишенные единого вектора.

Первый-R наконец поднял взор на отобранных юнитов.

— Перед вами отображен участок, на котором находимся мы и изолированный объект.

Восемьдесят вторая и Восемьдесят четвертая, не отвлекаясь от мерцающей голограммы, синхронно приступили к оценке обстановки.

— Какова природа этих отметок? Они отображают сами импульсы или уже восстановленные траектории? — спросила Восемьдесят вторая.

— Тогда уточню другое, — Восемьдесят четвёртая вывела дополнительный график. — При увеличении масштаба мы видим новые сигналы или лишь раскрываем уже существующие?

Ноль один-R перевел внимание на проекцию. Рядом с ним Пятый и Четвертый также сосредоточились на красных отметках, которые теперь покрывали значительную часть виртуального ландшафта.

— Отметки фиксируют отдельные импульсы, а соединяющие их линии — восстановленные траектории, — пояснил Первый.

Четвёртый приблизил один из участков карты, разделяя несколько наложившихся друг на друга сигналов.

— Масштаб не создаёт новых данных. Только позволяет различить импульсы, которые прежде сливались в одну отметку.

— Грубо говоря — как вирус, — непреклонно добавил Пятый. — С момента изоляции объекта мы наблюдаем всё больше выбросов, исходящих от самого Комплекса.

Улыбка Девятнадцатого слегка померкла. Конечно, она не исчезла окончательно, однако стала заметно тоньше.

— Блестящая аналогия, — негромко промолвил он. — Прямо-таки побуждает держаться от карты на почтительном расстоянии.

Двенадцатый не спешил нарушать тишину. Несколько секунд он следил за красными линиями, сопоставляя траектории возле Комплекса с теми, что уходили к краям карты.

— Если мы хотим приблизиться к Qyvar, начинать следует не с них.

Девятнадцатый слегка повернулся к нему:

— Как занятно. И что же ты предлагаешь искать вместо них?

— Причину отклонений. В одних секторах машины сохраняют стандартные паттерны, тогда как в других те же системы внезапно меняют поведение. Следовательно, причина кроется не только в самих машинах, но и в характере внешних воздействий, на которые они откликаются.

Третья-E коротко взглянула на пульсирующие отметки:

— Я осведомлена, что их движение не ограничивается источником — подобные отклонения уже регистрировали.

— Возможно, — произнес Двенадцатый, чуть нахмурившись. — Не стоит исключать, что они вновь следуют маршрутами, прежде нам неизвестными. Либо откликаются на сигналы, которые мы полагали давно неактивными.

Он провёл пальцами вдоль внешнего края карты, прослеживая одну из рваных линий до места, где она терялась среди остальных. Помолчав, Двенадцатый обратился к Первому:

— На основании имеющихся данных можно с высокой степенью уверенности предположить, что объект инициировал передачу сигнала ближайшей точке. Корректно?

— Утверждаю. Ты правильно выстроил цепочку, — откликнулся Первый-R. — Перед вами находятся зафиксированные траектории импульсов, посылаемых системой медицинского объекта.

— Сверх того, обычным тепловизором их не отследить, — добавил Четвертый, моментально деактивируя наложенные слои.

После этого отряд вновь увидел чистую карту, на которой не осталось ни единого следа. Четвёртый выждал несколько секунд и вернул прежний режим. Красные маркеры проступили снова — сначала отдельными вспышками, затем целой сетью рваных траекторий.

— В красном спектре скрытый след становится различим, — пояснил он, опуская модуль.

Первый-R позволил остальным ещё некоторое время всмотреться в восстановленный рисунок, прежде чем обратился к группе:

— Посему мы и заключили: импульсы не рассеиваются возле Комплекса, а уходят за его пределы.

У карты стало тише.

Стерильный свет проекции рассекал лица собравшихся, а красные линии продолжали мерцать над поверхностью, то исчезая, то вновь проступая среди рельефа.

— Если учитывать местность и ограниченную дальность сигнала, радиус передачи пакета невелик, — продолжил Первый. — Ближайшая точка приёма должна находиться в пределах от двух до восьми километров отсюда.

Пока остальные следили за наиболее плотными скоплениями отметок, Седьмой оставался немного в стороне. Его внимание удерживали края карты — те участки, где красные линии становились тоньше и почти терялись среди остальных.

Возле Комплекса траектории расходились беспорядочно, энтропично. Но чем дальше они уходили от источника, тем чаще повторяли один и тот же изгиб. Несколько линий, начавшихся в разных местах, на внешней границе карты словно накладывались друг на друга и продолжали движение в одном направлении.

Седьмой прищурился, повторно проверяя замеченную закономерность. Это подтолкнуло его к одной мысли:

— И эту точку вы, скорее всего, уже нашли.

Над картой повисла короткая тишина. Несколько сотрудников оторвались от рабочих панелей, а Четвёртый перевёл внимание с проекции на Седьмого. Первый задержал на нём взгляд лишь на мгновение — словно оценивал не сам ответ, а то, насколько быстро тот распознал закономерность.

— Верно, — без малейшего сомнения подтвердил он, проговаривая четко и монотонно. — Такую точку мы действительно нашли.

После этого он кивнул Пятому, и тот мгновенно масштабировал участок в левом верхнем углу проекции, выводя новые координаты. Красное пятно разошлось шире, открывая изолированную площадку далеко за пределами медицинского сектора. Там не было строений или дорог, а лишь ровное плато, окруженное плотной стеной леса, в центре которого высилась старая дугообразная конструкция.

— Вот и шах, — произнес Четвертый, указывая на цель. — Наблюдая за каждым движением сигналов, мы обнаружили, что они очень подозрительно идут в хаотичном порядке. Вероятно, система изначально пыталась избежать прямого перехвата пакета, заметая тем самым следы. Но среди этих траекторий все равно проявилась одна общая точка.

Вглядываясь в детали рельефа, одна из близняшек задала уточняющий вопрос:

— Следовательно, это предполагаемая точка приема? — уточнила Восемьдесят вторая.

— Предполагаемая. На карте она проходит как старая передающая конструкция. Сейчас — ретрансляторная точка, — ответил Пятый, бросив взгляд на группу, где указал на конкретный сектор: — Ретранслятор стоит на краю зоны, дальше которой сигнал уже не уходит. На местности он выглядит как небольшая разрушенная арка на открытой площадке. Машины держатся там группами, и их поведение отличается от обычных паттернов. Это и стало вторым признаком.

Третья чуть склонилась над голограммой.

— Красный спектр отражает лишь активные сигналы?

— Только активные и остаточные, — кивнул Четвертый. — Разница в плотности отметки.

Восемьдесят четвёртая не спешила переходить к следующему вопросу. Она соотнесла плотность отметки возле ретранслятора с показателями вдоль маршрута и вывела оба значения рядом.

— Здесь расчёт не сходится, — произнесла она, указывая на разницу. — Если сигнал лишь проходит через эту точку, почему возле неё отметка плотнее, чем на всем остальном пути?

Шестая приблизилась к голограмме и зорко проследила за постепенно истончающейся линией.

— Вдобавок при такой мощности часть сигнала должна потеряться ещё до достижения цели.

Ноль пять-R отделил дальний участок карты от основной проекции. Над его ладонью осталось одно плотное красное скопление, продолжавшее пульсировать с одинаковой частотой.

— Вы всё верно подметили. Именно эта точка и представляет для нас особую важность.

Вопросов становилось меньше. Не потому что ответов хватало, а потому что главная точка уже проступила на карте слишком ясно. Часть загадок была решена, но другие по-прежнему оставались без ответа. Сводный состав чувствовал на себе чуткие взгляды C.O.R.E. За каждым выводом следили бесстрастно и почти без вмешательства, оценивая, насколько же быстро группа до них доходит.

Когда основные инструкции были даны, Ноль один-R наконец отстранился от карты.

— Посему проверяем эту точку. Если разовый сигнал действительно дошел туда, вслед за ним поступит и остальная часть данных, доказывая нам, что это уже не просто остаток внутри комплекса.

Он отступил от карты и выпрямился, после которого даже тихий голос прозвучал как приказ.

— Нам нужно перехватить данные.

Не отходя от проекции, Первый свёл над ней два пальца. В ту же секунду интерфейсы Четвёртого и Пятого отозвались тихим сигналом: поступило закрытое распоряжение — ресурсы, предназначенные к дополнительной погрузке, надлежало взять с собой. После безмолвного ознакомления адресат, строки мгновенно погасли.

Четвертый поднял на него непроницаемые глаза.

— Её брать также?

— Корректно.

— Вас понял.

Пятый равным образом подтвердил получение, после чего оба погасили экраны своих интерфейсов.

Слова о перехвате послужили сигналом к началу подготовки юнитов к вылету. От элитного разведкорпуса в состав вошли Ноль один-R, Ноль четыре-R и Ноль пять-R. Перед тем как покинуть комнату, Первый отдал приказ Второму:

— Ноль два-R, фиксация на тебе. Связь держи на третьем канале. Следи за динамикой на карте. Если после захвата точки сигнал пропадет — теория подтверждена.

— Принято к сведению!

На этом брифинг завершился. Разведчики первыми направились к ангарному отсеку, а отобранная группа последовала за ними. По дороге Первый-R сообщил лишь, что перелёт состоится на корабле C.O.R.E; остальные пояснения он оставил до прибытия.

На борту к разговору о проверке больше не возвращались. Третья-E проверяла соединительный модуль, близняшки изучали сохранённый слой карты, а Двенадцатый продолжал мысленно сопоставлять увиденные траектории. Седьмой расположился возле обзорного стекла и молча наблюдал, как медицинский объект постепенно исчезает из поля зрения.

Перелёт занял меньше времени, чем ожидалось. Когда корабль начал снижение, за обзорным стеклом открылась совершенно иная панорама.

Под ними тянулась темная линия леса, которая затем резко расходилась, обнажая ровную площадку. Если раньше отряд находился на возвышенности, где располагался медицинский объект, то теперь они оказались у самого подножия одной из многочисленных горных гряд.

В центре площадки возвышалась старая разрушенная арка. Она была невысокой и с одной стороны обломанной, с почерневшим от времени покрытием. Под ней виднелся приземистый корпус, вросший в землю так плотно, что сначала его можно было принять за часть скального основания.

Корабль ощутимо качнуло при очередном снижении. Первый-R сверил координаты с навигационной панелью и посмотрел на площадку внизу.

— Координаты подтверждены.

Двенадцатый перевёл взор с погасшей отметки на выступавшую из земли конструкцию.

— Значит… вот так выглядит ретранслятор.

Седьмой, не обращая внимания на разговоры, от скуки уже изучал пространство вокруг арки. На открытой площадке не было ни воронок, ни оплавленных участков, ни следов недавнего столкновения.

Лаконично сообщив, что следов боя нет, Седьмой вновь уставился на площадку, в то время как Четвертый-R разблокировал свой модуль.

— Тогда начинаем с внешнего контура.

Корабль опустился ещё ниже. Красная отметка на навигационной панели погасла, но цель под ними никуда не исчезла.

Она просто перестала быть лишь отметкой.

△ ▽ △ ▽ △ ▽ △

Отобранный отряд:

03-E ; 06-A ; 07-V ; 12-A ; 19-A ; 82-I ; 84-I.