Привычки перемен

— Ну и ну...

Хандзо лежал на кровати и смотрел в потолок. Солнечный свет уже пробрался сквозь занавески и растянулся по комнате. На стуле висела школьная форма, рядом на полу валялась раскрытая тетрадь. Убрать всё это руки так и не дошли. С улицы доносились привычные утренние звуки. Где-то проехал велосипед, следом прогудел автобус. Город постепенно просыпался, а вместе с ним приходилось просыпаться и ему.

Он бросил взгляд на часы и недовольно поморщился. Прошло уже несколько дней с начала учёбы, но ранние подъёмы по-прежнему давались тяжело. Дни тянулись почти одинаково. Иногда он поддерживал беседу с одноклассниками, иногда просто слушал, о чём говорят остальные. По сравнению с первыми днями в школе всё стало заметно проще. Он уже не чувствовал себя чужим. Но некоторые мысли всё ещё не давали покоя.

Хандзо выдохнул и провёл ладонью по лицу. Валяться дальше смысла не было. Наконец он поднялся с кровати. На полу возле стола по-прежнему валялась вчерашняя тетрадь. Он посмотрел на неё пару секунд, потом отвернулся. Потом поднимет. За окном кто-то громко сигналил. Возле остановки уже собралась небольшая толпа школьников. Несколько человек в такой же форме, как у него, о чём-то спорили.

Хандзо открыл окно. В комнату тут же ворвался прохладный воздух. Стало намного лучше. Он взял телефон. Показывало 7:18. Ещё есть время. Телефон отправился обратно на тумбочку. Сам неторопливо умылся, оделся, позавтракал и всё-таки поднял тетрадь с пола, кинув в рюкзак. Через несколько минут он уже стоял у выхода из общежития, на ходу надевая наушники. Музыка включилась только со второй попытки. Он сунул руки в карманы и пошёл к школе.

Пройдя несколько минут, она уже показалась из-за поворота. У входа уже собралась толпа учеников. Один из них смеялся так громко, что его было слышно через весь двор. Видимо кто-то смешно пошутил. Некоторые сидели на ступенях, уткнувшись в телефоны. Рядом у ворот двое парней спорили о том, какая девушка в их классе самая красивая.

Хандзо невольно замедлил шаг. Он узнал пару одноклассников из толпы, но первым здороваться не стал. Не его методика. Все вокруг уже нашли себе компанию, обсуждали свои темы. У одних послышалась беседа про вчерашние прогулки, у других планы на выходные. Обычные школьные беседы. А сам он чаще оказывался вне этих разговоров. Где-то рядом. Только слушал и всё.

Кто-то задел его плечом и тут же пробормотал что-то вроде извинения. Тот даже не обернулся, просто пошёл дальше.

— Кретин.

У шкафчиков для обуви, как всегда, царила небольшая давка. Один искал второй увабаки, который внезапно потерялся, а другой торопливо переобувался, прыгая на одной ноге. Но по итогу всё равно не удержался и упал, чем вызвал смех у своих товарищей. Хандзо переобулся, не обращая внимания на происходящее, и направился к лестнице. В коридорах народа было не меньше. Иногда ему приходилось проталкиваться. Ученики расходились по кабинетам, перекрикивались через весь этаж, махали знакомым, а некоторые просто стояли возле стен и разговаривали. На чью-то голову прилетел бумажный самолётик, вызвав недоумение и смех вокруг.

— Детский сад.

До класса он добрался уже без приключений, в спокойном темпе. Внутри уже почти не осталось свободных мест. У окна спорили двое одноклассников. О чём именно, он не прислушивался. За соседней партой парень спал, уткнувшись лицом в раскрытый учебник. На задних рядах обсуждали новую серию известного аниме. Судя по громкости спора, вопрос был крайне серьёзный.

Никто особо не заметил его появления. Хандзо умел приходить незаметно. Но всё же пара учеников подняли головы на секунду, увидели пришедшего, потом снова вернулись к своим делам. Тот в свою очередь спокойно направился к своему месту. Оно было у окна на последнем ряду. Сидевший впереди парень тут же обернулся.

— Привет, Куросава. Как жизнь?

Парень, которого звали Наоси Такеда, как всегда, выглядел безупречно: аккуратно уложенные чёрные волосы, очки без единого пятнышка, тёмные неприметные глаза и его исписанная формулами тетрадь.

— Привет. Всё как обычно, — ответил Хандзо, убирая наушники.

— Музыку слушал? Что на этот раз?

— По классике пару танцевальных поп-треков. Иногда хочется чего-то бодрого.

Такеда поправил очки.

— Танцевальная поп-музыка? Понятно. А я вот предпочитаю инструментальную. Попса слишком простая: куплет, припев, куплет, припев. И при этом однотипная.

— Наверное, поэтому она и работает. Мозгу не надо напрягаться. Просто качаешь головой и всё.

— Ну да. Но разве она не надоедает тебе со временем? Вечно одно и то же.

— Ну что поделать, мне нравится. У каждого свои вкусы. О вкусах не спорят, как говорится. А у тебя что за инструментальная музыка? Отдыху помогает?

— Помогает. После учёбы слушаю что-нибудь спокойное. Хисаиси, например. Без слов, без вокала, просто мелодии. Мозг отдыхает, когда не надо разбирать текст и решать задачи.

— Ясно. То есть ты просто выключаешь голову под красивую музыку.

— Ну да, примерно так. У тебя музыка работает как зарядка для настроения, а у меня как стимул для отдыха.

— Ну и отлично. Кстати, может, как-нибудь обменяемся плейлистами? Посмотрю, что у тебя там за «отдых».

— Можно попробовать. Только предупреждаю: моя подборка усыпляет. После трёх треков почти все мои знакомые начинали клевать носом. Шанс заснуть примерно девяносто процентов.

Хандзо хмыкнул.

— Девяносто процентов? Рискну. Вдруг я в оставшиеся десять попаду.

— Посмотрим.

Когда прозвенел звонок на урок, дверь класса открылась. Внутрь вошли три девушки. Разговоры вокруг заметно притихли. Ненадолго, всего на несколько секунд, но этого хватило, чтобы половина класса повернула головы в их сторону.

Первой шла Мари Масуда. Хандзо уже слышал о ней. Трудно было не услышать. Кто-то рассказывал про её съёмки для журналов, кто-то просто обсуждал её внешность. Правда это или очередные школьные слухи, он особо не интересовался. Её длинные чёрные волосы были собраны в аккуратный хвост. Красные глаза, которые многие обсуждали чуть ли не чаще, чем её работу моделью, выделялись даже на расстоянии. Следом за ней вошла Рин Кобаяши. Светлые волосы были собраны в аккуратный пучок, а тонкая оправа очков почти скрывалась на лице. Из-за серьёзного взгляда её голубых глаз многие побаивались обращаться к ней лишний раз. Замыкала компанию Сумико Учияма. Тёмно-синие волосы спадали ей на плечи, а сама она выглядела заметно спокойнее своих подруг. На фоне Масуды её можно было бы и не заметить сразу, если бы не яркие голубые глаза.

Троица прошла между рядами. Кто-то из парней проводил их взглядом. Кто-то сделал вид, что ему совершенно не интересно. Хандзо тоже отвернулся было к окну, но почти сразу снова посмотрел в их сторону. Чисто из любопытства. Масуда остановилась возле соседней парты справа от него и поставила сумку на стол. На мгновение их взгляды встретились.

— Привет, — коротко бросила она.

Почти сразу она повернулась к своим подругам, начав негромкий разговор.

— Привет, — пробормотал тот, но, кажется, она его уже не услышала.

Хандзо машинально открыл тетрадь. Впрочем, время от времени взгляд всё равно ускользал в их сторону. Кобаяши что-то объясняла, активно жестикулируя. Учияма листала телефон и периодически кивала. Масуда слушала вполуха и иногда вставляла короткие замечания. Самая обычная компания друзей. Хотя почему-то внимание класса было приковано именно к ним.

Вскоре дверь снова открылась. На этот раз в кабинет вошёл учитель. Мужчина средних лет в строгом костюме прошёл к столу и положил журнал. Шум начал стихать сам собой. Учитель поприветствовал класс, взял мел и повернулся к доске. Через пару минут кабинет наполнился шорохом тетрадей и скрипом ручек.

Урок пошёл своим чередом. Хандзо старался следить за объяснением, но мысли иногда уплывали куда-то в сторону. Он посмотрел в окно и наблюдал явления. Во дворе кто-то торопился через спортивную площадку. Возле соседнего корпуса девочки ругались между собой. Птички парили по небу и ясно пели. Обычное школьное утро.

Вдруг что-то легко стукнуло его по затылку. Хандзо вздрогнул и обернулся. Никто даже не смотрел в его сторону. На полу возле ножки стула лежал маленький бумажный комок. Он поднял его и развернул. Пусто. Просто скомканный листок. Хандзо нахмурился и огляделся ещё раз. Взгляд невольно остановился на Масуде. Та сидела как ни в чём не бывало и смотрела на доску. Но кое-что всё же бросилось ему в глаза. Угол одного из листов в её тетради был аккуратно вырван. Совпадение? Возможно.

Словно почувствовав взгляд, девушка повернула голову.

— Не отвлекайся, Куросава.

— А... ладно.

Он отвернулся обратно к своей тетради.

«А ей-то какое дело, отвлекаюсь я или нет? Что она себе возомнила? Если ей хочется слушать учителя, вот пусть и слушает! Захочу — и не буду. Но почему я чувствую себя так, будто меня только что поймали за чем-то запрещённым?»

Он мельком взглянул на комочек бумаги, теперь лежащий в углу парты. Масуда снова смотрела на учителя, делая вид, что ничего не произошло. Хандзо вздохнул и, скрипнув ручкой по бумаге, вернулся к задаче, пытаясь вытеснить из головы её пристальный взгляд.