Из школы ученики выходили небольшими группами. Кто-то задерживался у ворот, кто-то сразу расходился по домам. Хандзо шёл рядом с друзьями. Впереди о чём-то оживлённо спорили Оцука и Фудзивара. Казама время от времени бросал короткие замечания, а Такеда спокойно слушал их разговор. Чуть дальше шли Мари, Кобаяши и Учияма. Первая что-то рассказывала, сопровождая слова лёгкими жестами. Через несколько секунд она рассмеялась. Хандзо сам не заметил, как перевёл взгляд в её сторону. Он смотрел всего мгновение, потом снова опустил глаза на дорогу.
«День вроде обычный, а ощущается… будто что-то необычное происходит».
За следующим поворотом показался небольшой ларёк. Над окошком висела знакомая вывеска с нарисованным пингвином. Возле прилавка уже стояли несколько учеников. Одни рассматривали ассортимент, другие, получив мороженое, отходили в сторону, освобождая место следующим. Компания направилась прямо к очереди.
— Так, решено, я беру шоколад, — уверенно сказал Фудзивара. — Проверенная классика.
— Скукотища, — протянул Оцука, уткнувшись в стекло витрины. — Вот смотри, юдзу, манго, черника с лавандой… Вот это выбор!
Такеда удивлённо поднял взгляд.
— Черника с чем?! Ты десерт или духи выбираешь?
— Ты просто ничего не понимаешь в вкусе.
Рядом подошли и девочки.
— Выбираете, как будто судьбу решаете, — улыбнулась Мари, глядя, как парни спорят.
— Это серьёзно! — с видом знатока сказал Фудзивара. — Правильный выбор мороженого определяет настроение на весь день.
— Особенно если тебе достанется растаявшее, — добавил Казама с ухмылкой.
Мари взяла клубничное, Кобаяши — мятное, а Учияма долго выбирала между карамелью и ванилью, в итоге взяла оба.
— Вот так надо решать проблемы, — сказала она, демонстративно лизнув оба шарика.
Смех постепенно стих, когда они вышли на улицу. У перекрёстка пришлось остановиться. По дороге одна за другой проезжали машины, а на противоположной стороне уже ждали несколько учеников из других классов. Загорелся зелёный и ребята вместе шагнули вперёд.
— Я же говорю тебе, шоколад — топовая классика! — донёсся голос Фудзивары. — Не позорься со своей дыней!
— Это не дыня, это юдзу! — возмутился Оцука. — Элитный вкус, между прочим!
— Элитный? — усмехнулся Такеда, даже не поднимая глаз от телефона. — Да ты просто взял самый яркий цвет, прям под цвет своих волос.
— А если бы там был вкус «зелёная мята с перцем», ты бы тоже сказал, что он элитный? — поддел Фудзивара.
— Смотря, как подать! — парировал Оцука. — Главное — уверенность.
— Уверенность в гастрономическом самоубийстве, — тихо заметил Хандзо.
Ребята дружно рассмеялись.
— По крайней мере, он не взял вкус «васаби», — наконец сказал Казама, который всё это время спокойно ел своё мороженое.
— Интересная идея, в следующий раз возьму именно такой, — с сарказмом отметил Оцука.
— Тогда не забудь аптечку.
Все снова разразились смехом. Мари, наблюдавшая со стороны за их перепалкой, улыбнулась и повернулась к Хандзо.
— А ты какой вкус взял?
— Ваниль.
— Классика, значит?
— Скорее… безопасный вариант.
— Хм, «безопасный», — повторила Мари, задумчиво глядя на тающий шарик. — Интересно, а ты всегда выбираешь безопасное?
Хандзо слегка пожал плечами.
— Иногда это просто проще. Без сюрпризов.
— Но без сюрпризов скучно. Иногда стоит рискнуть, чтобы день запомнился.
— Вот видишь, — вмешался Фудзивара, — Масуда права! Надо уметь жить со вкусом.
— Особенно если этот «вкус» — юдзу, — съязвил Такеда.
— Ха-ха, очень смешно, — пробурчал Оцука.
— Главное, чтобы потом не жалеть о своём выборе, — спокойно добавил Казама.
— Вот, золотые слова!
Оцука поднял мороженое как бокал.
— За то, чтобы не жалеть!
Ребята снова рассмеялись. Мари шла немного впереди, разговаривая с остальными. Хандзо на секунду задержал на ней взгляд. Она что-то сказала Кобаяши, снова улыбнулась, после чего, словно почувствовав его взгляд, ненадолго обернулась. Хандзо тут же посмотрел вперёд.
«Иногда стоит рискнуть…».
Они шли неспешно, то споря, то смеясь. Солнце уже сползло с вершины неба и город начал окрашиваться в тёплые тона. Воздух был наполнен ароматом свежести. Где-то вдалеке поливали газон, пахло травой и влажным асфальтом. Дорога вела к парку. Шаг за шагом шум улиц начал стихать. Вместо автомобильных гудков теперь слышался шелест листвы и далёкие голоса детей, гоняющих мяч. На ветках перекликались птицы, а в тени деревьев сидели пожилые пары, кормящие голубей.
— Вот это жизнь, — выдохнул Оцука, раскидывая руки. — Солнце, мороженое, ни одной формулы и контрольных на горизонте!
— Пока, — поправил его Такеда, не отрывая взгляда от экрана телефона. — Завтра ведь снова математика.
— Эй! Не разрушай мне счастье, хотя бы на один вечер! У тебя что, в душе живёт календарь с расписанием уроков?
— Походу так. Зато этот календарь помогает мне не провалить учёбу.
— А вот у меня, — вставил Фудзивара, глядя в небо, — стратегия проще. Главное — расслабиться и получать удовольствие. Если уж суждено завалить, то хотя бы с улыбкой.
Казама усмехнулся.
— Это философия всех троечников.
Ребята снова рассмеялись и пошли дальше. Мари шла рядом с Кобаяши и Учиямой, время от времени что-то им рассказывая. Несколько раз она ненадолго переводила взгляд в сторону Хандзо. Сам Хандзо молча шагал вместе с остальными, слушая разговор друзей. Когда компания вышла к реке, Оцука вдруг прищурился.
— Эй, Хандзо… Я вот всё думаю… ты чего это с нами до сих пор?
Тот повернулся, немного удивлённый вопросом.
— В смысле?
— Ну, обычно после школы ты исчезаешь быстрее, чем мы успеваем сказать «до завтра». А тут — гуляешь, смеёшься, даже мороженое ешь! Неужели праздник?
— Вообще вы сами меня пригласили. Спросите, почему вдруг согласился? Возможно, я просто решил не быть отшельником хотя бы один день.
— Ого… — протянул Фудзивара. — Это что-то вроде признания в любви к обществу?
Хандзо чуть улыбнулся краешком губ.
— Скорее признание в том, что в этот маленький праздник можно позволить себе просто… радоваться.
Он на секунду задумался.
— Иногда полезно напомнить себе, что можно не спешить домой и не убегать от людей. Просто быть здесь. С вами.
Слова прозвучали спокойно, без показной серьёзности, но в них было что-то настоящее. Наступила короткая пауза. Даже Оцука замолчал, потом хлопнул друга по плечу.
— Вот это ты сказал! Прям как в дораме перед титрами.
— И всё же правильно сказал, — добавил Казама. — Не часто услышишь такое от тебя.
Такеда кивнул.
— Согласен. Иногда позволить себе немного радости — лучший способ восстановить силы.
Фудзивара улыбнулся шире.
— Ну тогда… официально объявляю сегодняшний день праздником! Днём спасения от скуки и контрольных!
— И от Такеды, — добавил Оцука, вызывая общий смех.
Мари подошла ближе, глядя на Хандзо с лёгкой улыбкой.
— Приятно видеть, что вы так честны между собой… и вообще, что вы так хорошо дружите. Не каждый день увидишь компанию, где все могут вот так спокойно говорить, смеяться и понимать друг друга.
— Ну, мы же команда, — сказал Фудзивара, усмехнувшись, но без привычной бравады.
Казама кивнул.
— Мы разные, но, наверное, в этом и есть смысл.
— И если кто-то решает остаться подольше, — добавил Оцука, бросив взгляд на Хандзо, — то это только плюс.
Такеда наконец поднял взгляд с телефона.
— Главное, что всем вместе спокойно и радостно.
Хандзо молча улыбнулся. Мари одобрительно кивнула, чуть отведя взгляд к аллее.
— Вот и правильно. Именно так и должно быть.
Компания остановилась у скамейки возле реки. Казама первым сел, вытянув ноги перед собой. Рядом устроился Такеда. Оцука с Фудзиварой тут же снова начали спорить, размахивая почти растаявшим мороженым. Немного в стороне смеялись девушки. Хандзо остался стоять у самого берега. Несколько секунд он молча смотрел на воду, потом перевёл взгляд на друзей. Спор Оцуки с Фудзиварой продолжался, Казама что-то негромко сказал Такеде, девушки снова рассмеялись. Хандзо незаметно улыбнулся.
«Хм… кто бы мог подумать, что будет так спокойно… как будто дышу совсем другим воздухом».
Хандзо доел мороженое и остался стоять у воды. Время от времени по поверхности реки пробегала лёгкая рябь. За спиной всё ещё спорили Оцука с Фудзиварой, а где-то сбоку раздался знакомый смех. По дорожке к ним подошли Танака и Харада. В руках Харады по-прежнему была манга. Девушки поздоровались с остальными и сразу включились в разговор. Танака ненадолго посмотрела в сторону Хандзо. Потом перевела взгляд на реку, сделала несколько шагов и остановилась рядом с ним. Некоторое время они молча смотрели на воду.
— Привет, — сказала она тихо.
Хандзо краем глаза заметил её. Он слегка удивился, ибо не ожидал увидеть её здесь, в этот момент.
— Привет.
— Что делаешь?
— Да так… думаю. О своём.
— Понятно. Смог сдать проверочную работу?
— Да, на четверку.
— Прикольно. Я рада, что ты смог на хорошую оценку.
Улыбка Танако была искренней, но в глазах мелькнуло лёгкое любопытство. Хандзо мысленно поднял бровь.
«С чего бы такая радость и искренность?»
— А ты часто гуляешь? — осторожно спросила Танако.
— Ну… редко. Сегодня считай маленький праздник. Позволил себе немного радости с друзьями, мороженым… просто прогулка. Приятные ощущения.
Танако кивнула.
— Мне тоже нравится гулять с друзьями… и есть мороженое с ними.
«Пытается копировать меня что ли?»
Оцука заметил их.
— Эй, вы что там вдвоём разглядываете? Секретничаете между собой?
Вся компания повернула головы. Мари слегка прищурилась. Танако почувствовала лёгкое смущение и чуть отступила назад, не сразу находя слова. Хандзо не поднимал взгляд от воды.
— Да так… на лебедей смотрим.
По реке лениво плыли белоснежные птицы.
— Красивые, правда? — мягко заметила Танако, слегка улыбнувшись.
— Да. Иногда даже небольшие моменты вроде этих… кажутся важнее всего остального.
Танака молча кивнула. Разговор на этом сам собой закончился. Несколько секунд они просто стояли рядом, глядя на реку. Позади по-прежнему негромко переговаривались остальные.
— Ну, — протянул Фудзивара, — можно считать, что день удался. Контрольную пережили, сладкое съели, даже почти не поссорились.
— Почти? — с приподнятой бровью переспросил Оцука. — А как же твоё нападение на мой вкус юдзу?
— Ладно, ладно, мир. Сегодня без конфликтов, у нас ведь праздник.
Такеда тихо улыбнулся.
— Для праздника вы как-то слишком много спорите.
Оцука подмигнул ему.
— Это и есть часть веселья. Без меня вы бы скучали.
Мари покачала головой.
— Зато с тобой мы теряем слух.
Учияма прыснула со смеху, Кобаяши покачала головой.
— И терпение.
Оцука театрально приложил руку к сердцу.
— Да вы просто не цените истинное искусство общения.
Хандзо стоял немного в стороне, глядя на воду, и в этот момент почувствовал, что ему по-настоящему хорошо. Он редко бывал частью чего-то настолько простого и тёплого. Такеда взглянул на часы.
— Ладно, ребята, пора. Скоро солнце сядет, завтра снова занятия.
— Верно, — согласились ребята.
Компания двинулась по дорожке вдоль реки, мимо качающихся в воде лебедей, через мостик и дальше в сторону парка. Лёгкий ветер колыхал листву, по тротуару шуршали упавшие листья. Они вышли из парка. День медленно клонился к вечеру и в воздухе чувствовалась приятная усталость. На перекрёстке они остановились.
— Ну что, неплохо провели время, — сказал Такеда, закидывая рюкзак на плечо.
— Спасибо за день, — сказала Мари. — Было здорово.
— И вам, — ответил Оцука. — Давно так хорошо не проводил время.
— Мне понравилось, надо будет повторить, — улыбнулась Кобаяши, Учияма поддакивала.
— Согласен, — кивнул Казама. — Только без контрольных на следующий день.
Все рассмеялись напоследок. Потом последовали короткие прощания, лёгкие поклоны, взмахи руками. Девушки пошли в одну сторону, парни — в другую. Хандзо ещё немного постоял, глядя им вслед.
«Можно считать, что день удался».
С лёгкой улыбкой он пошёл домой, чувствуя, как внутри остаётся приятное послевкусие. Как от сладкого мороженого, растаявшего на тёплом воздухе.