Хандзо открыл глаза. Вокруг не было ничего. Ни пола под ногами, ни потолка над головой. Лишь бесконечное светлое пространство. Настолько пустое, что невозможно было определить, где оно заканчивается. Стояла абсолютная тишина. Такая, что каждый вдох казался слишком громким.
Где-то впереди появилась фигура. Сначала был едва различимый силуэт. Потом стали проступать очертания. Женские. Она медленно приближалась, не издавая ни звука. Расстояние между ними сокращалось, но вокруг по-прежнему ничего не менялось. Хандзо всмотрелся. Что-то в этой походке показалось знакомым. Длинные волосы, тонкая фигура. Мари?.. Он хотел окликнуть её, но не смог. Голос будто исчез. Девушка остановилась совсем рядом и медленно протянула руку. Между их пальцами оставалось всего несколько сантиметров. Хандзо тоже потянулся вперёд. Но как ни старался, расстояние не сокращалось. Она что-то произнесла, но до него не донеслось ни единого звука.
Внезапно белое пространство надломилось. Издалека донёсся рокот. За её спиной поднялась тень. Она росла, расползалась по пустоте, заслоняя всё вокруг. Хандзо поднял голову — и его сердце ухнуло вниз. Над ним завис огромный валун. Такой тяжёлый, что само пространство трещало под его весом. Камень дрожал и был готов сорваться. Девушка исчезла, будто растворилась, оставив лишь протянутую в воздухе тень руки.
— Подожди!.. — вырвалось у Хандзо, но голос прозвучал глухо.
И в следующую секунду валун рухнул вниз. Тяжесть, тьма, гул — и…
— А-а!
Хандзо дернулся, сердце бешено заколотилось. В тот же миг что-то мягкое и тяжёлое накрыло его голову. Он резко распахнул глаза и понял, что задыхается под… подушкой. Подушкой, которую точно метнула в него Юи.
— Подъём, соня!
Хандзо, всё ещё не до конца осознав, где он, стянул подушку с лица и зло посмотрел на Юи.
— Ты ненормальная?! Чуть не угробила меня!
— Ха, не драматизируй. Умереть от подушки? Это надо постараться.
— Зато сон был… убедительный, — буркнул он, садясь на кровати и проводя рукой по лицу.
— О, расскажешь?
Юи с интересом подалась вперёд, склонив голову.
— Обычный кошмар. На меня упал огромный камень. Проснувшись, я оказался в другом кошмаре.
— В каком это?
— В том, где ты будишь меня, кидаясь подушкой.
Юи рассмеялась.
— Ладно, прости, не знала, что у тебя в снах такие спецэффекты. Но согласись, я была меткой.
— Тебя бы в бейсбол.
— Или в карате. Представь: бросок подушки, и враг повержен!
Он закатил глаза и махнул рукой.
— Всё, хватит с меня этих глупостей. Умыться нужно.
— Иди, иди, — сказала Юи, направляясь к своей сумке у входа.
Хандзо вышел в ванную. Холодная вода освежила кожу и смыла остатки сна. Он поднял голову и посмотрел на своё отражение. В зеркале смотрел усталый парень с чуть растрёпанными волосами и прищуренными глазами.
— Что за чертовщина приснилась?.. Камень, тени… и почему снова Масуда?..
Он с силой выдохнул и вытер лицо полотенцем. Когда вышел из ванной, по коридору тянуло ароматом. Необычно густым, домашним и тёплым. Хандзо остановился, втянул носом запах и нахмурился.
— Чем это пахнет?
Он заглянул на кухню и замер. На столе стояли две аккуратно сервированные тарелки. Рис, дымящийся мисо-суп и ломтики жареного сякэ. Рядом лежала маленькая тарелочка с маринованными овощами.
— Что, уже кушать потянуло? — раздался за спиной голос Юи.
Хандзо обернулся.
— Что это?
— Завтрак, конечно. Мисо-суп и рыба. По маминому рецепту. Чтобы были силы сегодня учиться. Помнишь, мама всегда говорила: «Сначала поешь — потом уже подвиги». Это блюдо давало нам особую энергию.
— Да, помню… — тихо ответил он и опустился на табурет.
— Ну что, приятного аппетита, братик.
— Приятного аппетита.
Они принялись за завтрак. В комнате слышался только негромкий стук палочек о посуду да тихий звон мисок. От жареной рыбы поднимался знакомый аромат, сразу напомнивший Хандзо о доме. На мгновение перед глазами всплыла старая кухня. Утренний свет за окном и щебет птиц. Мама, которая привычным движением поправляла волосы и раскладывала еду по тарелкам. Воспоминание промелькнуло так же быстро, как и появилось.
— Очень вкусно, — признался Хандзо после пары ложек. — Прямо как мама готовила.
— Очень приятно слышать, — довольно ответила Юи, пригубив суп. — Старалась.
Он посмотрел на неё чуть внимательнее.
— А где ты так научилась готовить? Вроде раньше не особо этим занималась.
— Ну, не скажи. В какое-то время я работала в одном маленьком ресторанчике. Там меня и натаскали.
Хандзо наклонил голову.
— Никогда бы не подумал. А почему ушла оттуда?
Она отставила миску и вздохнула.
— Не понравился коллектив. Понабрали там всяких… выскочек, душнил. Атмосфера тяжёлая, будто каждый день на иголках. Один раз противный парень пытался подкатить ко мне, я не обращала внимания, он при этом продолжал подкатывать. Не чувствовала себя уютно, поэтому и ушла. Сейчас ищу место, где мой талант пригодится и где можно будет работать с удовольствием.
Хандзо кивнул.
— Надеюсь, найдёшь. Буду приходить к тебе на обеды.
Юи рассмеялась, прикрыв рот рукой.
— Хорошо, для тебя будет специальная скидочка. Но только если будешь хвалить.
— Не переживай. Если будет так же вкусно, как сейчас, я даже рекламу сделаю.
— Ага, будешь ходить по улице и кричать: «Лучшие блюда в городе готовит моя сестра!»
Хандзо усмехнулся, но отвечать не стал. Когда тарелки опустели, он благодарно сложил руки.
— Спасибо за завтрак.
— На здоровье, братик.
Хандзо ушёл к себе. Открыл шкаф, достал чистую рубашку и неторопливо застегнул пуговицы. Следом ремень. Он привычно проверил, всё ли на месте, закинул рюкзак на плечо и на секунду задержался у двери. Странно. Обычно такие утра ничем не отличались друг от друга. Но сегодня почему-то казалось, что этот день будет немного другим.
«Странно… откуда это ощущение?»
Он вышел в коридор. У двери уже стояла Юи, поправлявшая ремешок сумки.
— Ну что, готов?
— Готов.
Они вместе вышли из квартиры. Утренний воздух встретил их приятной прохладой. Юи шагала впереди, как всегда полной энергии. Хандзо шёл рядом, сунув руки в карманы. Сам не понимая того, знакомая дорога до школы сегодня казалась немного другой.
— Смотри-ка, — заметила сестра, слегка наклоняясь к нему, — идёшь с таким видом, будто собираешься совершить подвиг.
— Глупости.
— Ага, глупости. Но я-то вижу. Сегодня ты будто другой.
Хандзо отвёл взгляд в сторону, глядя на утреннее небо.
— Просто завтрак вкусный был, вот и всё.
— Если б всё так просто решалось едой, я бы давно уже сделала из тебя самого счастливого парня.
Он тихо фыркнул, но промолчал. У перекрёстка их уже ждали. Оцука, как обычно, что-то увлечённо рассказывал, Фудзивара спорил с ним, Такеда наблюдал за этим с привычным спокойствием, а Казама молча смотрел по сторонам.
— Видимо, твои одноклассники? — спросила Юи, остановившись рядом.
— Ага. Мои друзья.
— Смотри-ка, даже не идут дальше, ждут тебя.
— Выходит так. Ладно, я тогда пошёл.
— Давай, удачи тебе, братик.
— Взаимно, — ответил он, чуть улыбнувшись, и перешёл дорогу.
Юи свернула в противоположную сторону, а Хандзо подошёл к своим друзьям. Те тут же окружили его и бодро двинулись вместе в сторону школы. Оцука вдруг остановился и подозрительно прищурился.
— Так, погодите-ка… Что я сейчас видел? Хандзо только что шёл рядом с девушкой?
— Это моя сестра, балда.
— А-а-а… так вот оно что. Ну слушай… она, кстати, ничё такая.
Фудзивара прыснул в кулак.
— Ты что, уже глаз положил на сестру Хандзо?
— Да не-ет! Я такого не говорил. Просто отметил… объективно! Она симпатичная, и всё.
— Ага, «объективно»… — хмыкнул Такеда. — Ты же не можешь просто пройти мимо и не оценить девушку. Это у тебя в крови.
— Вот именно, — поддержал Казама, усмехнувшись. — У него даже на лбу написано: «Профессиональный оценщик».
Оцука всплеснул руками.
— Да ладно вам! Ну понравилась чуть-чуть, что тут такого? Кстати, выглядит она старше. Хандзо, сколько ей лет, если не секрет?
— Восемнадцать.
— О! Ну тогда нормально, разница-то всего два года. А у неё случаем парня нету? Чисто из любопытства, так сказать.
Хандзо покачал головой.
— Скажу тебе так: ей не по душе такие парни, как ты.
Оцука резко остановился, как будто ему под ноги бросили кирпич.
— Чего?! В смысле?! Ей не нравятся такие красавчики, как я?
— Красавчики? — переспросил Фудзивара, едва удерживаясь от смеха. — Ты это серьёзно? Помнится, как ты вчера полчаса в зеркало пялился, пока мы тебя ждали.
— И что? Следить за собой — это нормально!
— Одно дело следить, — спокойно вставил Такеда. — А другое — каждый день твердить всем подряд, какой ты «неотразимый».
Хандзо пожал плечами.
— Вот именно. Ей не нравятся такие самодовольные выскочки-нарциссы.
— Всё, добили парня, — с ухмылкой произнёс Казама. — Он сейчас развалится на кусочки прямо на дороге.
Оцука театрально приложил руку к груди.
— Ты меня убил, Хандзо… Прямо в сердце!
— На старших тебя потянуло, да? — с усмешкой продолжил Казама.
— Подумаешь, разница всего два года. Ну и ладно! Я и так не собирался с ней знакомиться.
— Ага, конечно, — протянул Фудзивара. — Кстати, Хандзо… ты помнишь, что сегодня проверочная по математике?
Тот замер на секунду. В памяти всплыло, как вчера Фудзивара действительно упоминал об этом, но в суматохе вечера он напрочь забыл.
— Чёрт… точно. Не особо готовился, если честно, но думаю сдам без проблем.
— Ты так говоришь, будто это прогулка по парку. Прямо уверен?
— Да, уверен.
Такеда прищурился и покачал головой.
— Да ты прям не свой сегодня.
— В смысле?
— Ты обычно отвечаешь ворчливо, с недовольной миной, раздражаешься из-за упущенных моментов. А сегодня спокоен, как буддист. Даже взгляд другой, не угрюмый.
— Кстати да! — поддержал Оцука, обернувшись к остальным. — Смотрите на него: идёт такой весь расслабленный. Что же такого случилось с нашим Хандзо, что он сегодня прям сияет?
— Не понимаю, о чём вы.
— Или нам это просто кажется...
Казама задумчиво почесал подбородок.
— Возможно, на него повлияла его же сестра.
— Тоже так думаю, — подхватил Такеда. — Она явно умеет находить к тебе подход. Сразу видно: рядом с ней ты мягче становишься.
— Мягче? — переспросил Хандзо, прищурившись.
— Ага. Обычно ты ходишь мрачный, как грозовая туча. А тут… глянь на себя. Даже в голосе другое настроение.
— Да, прикольно, когда симпатичная сестра положительно влияет на тебя, — мечтательно протянул Оцука. — Вот бы и у меня была такая старшая сестра.
Фудзивара закатил глаза.
— Да ты бы её уже достал через неделю своими тупыми шуточками и понтами.
— Сам ты понт!
— Забудьте про неё и перестаньте нести чушь, — твёрдо сказал Хандзо.
— О-о, — протянул Казама с усмешкой. — Вот и наш настоящий Хандзо вернулся. Суровый и отрезающий все разговоры под корень.
— Даже голосом сразу потемнел, — добавил Фудзивара. — Опасно!
— Ха! А я-то думал, что твоя сестра сделала из тебя нормального человека, — заметил Такеда. — Видимо, чудеса не вечны.
— Ой, да пошли вы…
— Так, ладно, вернёмся к реальности, — резко сменил тему Фудзивара. — Проверочная. Кто что понял из последней темы?
— Я понял, что я ничего не понял, — мрачно сказал Оцука. — Надеюсь, мои ответы наугад совпадут с правильными.
— Я понял, что буду списывать у Такеды, — ухмыльнулся Казама.
— А я понял, что вы все безнадёжны, — вздохнул Такеда. — Ладно, я попробую вам объяснить на перемене, но не обещаю, что вы сообразите.
Оцука развёл руками.
— Всё, короче! Если Хандзо вдруг сегодня получит высший балл, это точно влияние его сестры.
— Прекрати, — устало сказал Хандзо. — Уже тошнит от ваших выводов.
Друзья снова рассмеялись. Хандзо лишь молча покачал головой. На губах сама собой появилась едва заметная улыбка. Сам он этого даже не заметил. Они пошли дальше, продолжая спорить о какой-то ерунде. Хандзо сунул руки в карманы и шагнул следом. Почему-то казалось, что сегодняшний день действительно будет отличаться от остальных.