Тьма давила на глаза, будто сама ночь решила стать плотной тканью. Девушка бежала по узкой улице, где дома стояли слишком близко друг к другу, их окна были пустыми, как глазницы мёртвых. Каждый её шаг отдавался гулким эхом, и это эхо будто подсказывало преследователям, где она находится.
Из-за углов выходили люди — странные, страшные. Их лица были скрыты под масками, но маски казались живыми: улыбки слишком широкие, глаза слишком пустые. Они двигались медленно, но уверенно, словно знали, что она не сможет уйти.
Сара пыталась кричать, но голос застревал в горле, превращаясь в хрип. Вдруг один из них поднял руку — длинные пальцы, похожие на когти, блеснули в свете уличной лампы. Девушка бросилась в сторону, но улица словно менялась: стены сдвигались, двери исчезали, а путь назад закрывался.
С каждым шагом её дыхание становилось тяжелее, а шаги преследователей — громче. Казалось, что они не бегут, а просто появляются всё ближе и ближе, как будто сон сам подталкивал её в ловушку.
Она упала, колени ободрались о камень, и в этот миг услышала шёпот — тихий, но отчётливый:"Ты не проснёшься..."
И тогда она увидела их лица совсем близко — маски трескались, открывая пустоту внутри.Она отшатнулась назад, но стены давили со всех сторон. Они были уже совсем близко, их пустые глазницы смотрели прямо в неё. В груди что-то оборвалось — и изнутри вырвался крик.
Сначала он был хриплым, отчаянным, будто сама тьма давила на её голос, но затем крик стал громче, пронзительнее, разрывая сонную тишину. Казалось, что этот звук способен расколоть каменные стены, но вместо спасения он лишь привлёк их ещё сильнее.
Страшные люди замерли на мгновение, словно наслаждаясь её страхом. Их головы наклонились в разные стороны, движения были неестественными, как у сломанных кукол. И тогда они двинулись вперёд — медленно, но неотвратимо.
Девушка кричала снова и снова, пока горло не стало сухим, а дыхание не превратилось в судорожные рывки. Её крик отражался от домов, множился эхом, и казалось, что сама улица кричит вместе с ней.Но никто не приходил. Никто не слышал. Только она и эти лица, которые всё ближе, всё страшнее…
Она вскрикнула — и в тот же миг сон оборвался. Девушка рывком поднялась с кровати, сердце колотилось так сильно, будто пыталось вырваться наружу. В комнате было тихо, только тиканье часов напоминало, что мир всё ещё существует.
Её волосы прилипли к вискам от пота, дыхание было прерывистым, а руки дрожали, словно она всё ещё чувствовала холодное прикосновение тех страшных людей. Она огляделась — знакомые стены, мягкий свет из окна, но всё казалось чужим, будто сон оставил след в реальности.
На секунду ей показалось, что маски всё ещё стоят в углу комнаты, но это была лишь игра теней. Она закрыла глаза, пытаясь убедить себя, что всё закончилось. Но шёпот из сна — «Ты не проснёшься…» — всё ещё звучал в её голове.
Тук-тук.
(Уборщица) — Госпожа Сара, одевайтесь, вас хочет видеть директор.
Сказала она, слегка приоткрыв дверь.
(Сара) — Хорошо... Боже, надо умыться и успокоиться. Мне с детства не снились сны, а тут вдруг такой жуткий... Хочу скорее домой. Это место и всё, что здесь происходит, пугает меня.
Она умылась, оделась, заправила кровать и вышла из комнаты.
(Сара) — Всё, я готова идти.
(Уборщица) — Хорошо.
Сара пошла за ней, оглядываясь по сторонам.
(Сара про себя) — Вчера я была так напугана и не понимала, что происходит, поэтому даже не заметила, как здесь красиво…
Девушка медленно повернула голову. Вдалеке вырисовывались силуэты людей. Они стояли в боевых стойках, неподвижные, словно каменные статуи. Ветер приносил глухой шум, будто предвестие грядущей схватки.Она прищурилась, пытаясь рассмотреть лица, но тень от дерева скрывала их черты. Лишь блеск оружия мелькал в серой дымке, отражая блеск серебряных наконечников.
(Сара в мыслях) — Что там за люди? Может, спросить?
(Сара) — Извините, а что они делают?
(Уборщица) — Эти люди — охотники на заражённых. Сейчас они тренируются.
(Сара) — А те ребята, которые вчера подходили... Девушка с чёрными волосами, как её там звали?
(Уборщица) — Мэй Киносито?
(Сара) — Да! Они тоже убивают таких заражённых?
(Уборщица) — Да.
(Сара в мыслях) — Похоже, эта женщина давно здесь и всех знает.
(Сара) — А как вас зовут? Просто вы помогаете мне, а я даже имени вашего не знаю.
(Уборщица) — В этом нет нужды.
(Сара) — Но ведь приятно, когда называют по имени...
(Уборщица) — Хм. Радушие здесь бессмысленно. Вы всё равно вы тут ненадолго.
(Сара) — ...
(Уборщица) — Мы пришли.
(Сара) — Спасибо, что проводили.
(Уборщица) — Хм..
(Сара в мыслях) — Похоже, я ей не нравлюсь... Но я ведь ничего плохого не сделала.
(Касуми) — Сара, что вы стоите в проходе?
(Сара ) — Ой, извините.. Вы хотели поговорить?
Сара вошла в кабинет и присела за стол. В углу стоял тот самый парень с серьёзным лицом, который вчера странно смотрел на неё.
(Касуми) — Да, я хотела поговорить. Вы бы хотели написать хорошую статью?
(Сара) — Конечно. От неё зависит моё будущее.
(Касуми) — Хорошо… У меня есть предложение. Вы бы не хотели стать охранником на заражённых?
(Сара) — ЧТО?! Почему я?
(Касуми) — Сара, вы не замечали в себе чего-то странного?
(Сара) — Нет..
(Касуми) — Пока вы были без сознания, я посмотрела вас. Мне кажется, что вы не обычный человек.
(Сара) — Необычный?
(Касуми) — В этом городе есть не только заражённые, но и одарённые люди. Они обладают не обычными силами. Таких мало, но они очень ценны.
(Сара) — Простите, но вы ошиблись. Я самый обычный человек.
(Касуми) — Ладно, считайте, как хотите. Но у меня есть предложение.
(Сара) — Какое?
(Касуми) — Вы временно станете неофициальным охотником. Будете находить и убивать заражённых. За это мы будем платить вам.
(Сара) — Деньги меня сейчас не волнуют.
(Касуми) — Я предполагала, что вы вы так скажете. Поэтому разрешу вам написать статью о заражённых. Вы сможете уничтожать их и попутно писать — это ведь сокровище для журналиста.
(Сара в мыслях) — Да, она права. За всё время я ничего не написала. Это может быть шанс... Но какой из меня охотник? Я погибну раньше, чем успею моргнуть. Стоит ли рискнуть?
(Сара) — Но я ничего не умею, как я буду сражаться?
Улыбка женщины стала хитрой, её взгляд пугал Сара.
(Касуми) — На этот момент я позвала кое-кого.
Тук-тук.
В кабинет вошла девушка. Запах вишнёвых духов наполнил комнату. Пышные чёрные волосы развивались, скрывая лицо.
(Мэй) — Здравствуйте, директор Касуми. Вы меня звали?
(Касуми) — Да, проходи.
(Мэй) — Ох, директор , вы с каждым днём выглядите всё моложе! Можно я вас обниму?
(Джеро) — Стоять! Обнимать директора запрещено!
(Мэй) — Ох, мой любимый Джеро, почему ты такой зануда? Жена не даёт ласки?
Сара тихо рассмеялась.
(Сара) — Прошу прощения.
(Мэй)— Оо, Сара, дай хоть тебя обниму!
(Джеро) — Я выполняю свою работу, и вам, юная девушка, лучше не провоцировать меня.
(Касуми) — Успокойтесь. Джеро, лучше отнеси бумаги в бухгалтерию, а я пока поговорю с людьми.
(Джеро) — Хорошо.
Мужчина вышел из кабинета, попутно бросив на девушек грубый взгляд.
(Мэй) — Он как робот, никаких эмоций!
(Касуми) — Он просто делает свою работу, но я позвала вас не для этого. Мэй, ты вместе с Дэйки возьмите Сару в напарницы. Научите её всему.
(Мэй) — Что?! Сара тоже будет охотником на заражённых?
(Касуми) — На первое время - да.
(Мэй) — Ура! Мы теперь напарники, Сара! Я тебя всему научу!
(Сара) — Что-то у меня плохое предчувствие...
(Касуми) — Вы можете идти отдыхать. Завтра выдвигаетесь в путь.
(Мэй) — Хорошо, пошли Сара.
Девушки вышли из кабинета.
(Мэй) — Ух ты, у нас напарница! Хочу посмотреть, как отреагирует Дэйки!
(Сара) — А где он?
(Мэй) — На тренировке. Но это не важно. Пошли, Сара, мне столько тебе нужно рассказать!
(Сара в мыслях) — Думаю, это ни к чему хорошему не приведёт..
Мэй потащила Сару за руку, болтая без умолку. Сара начала думать, что сойдёт с ума.
Тук-тук.
Дверь кабинета приоткрылась, и парень осторожно вошёл.
(Дэйки) — Вы меня вызывали?
Его голос звучал настороженно.
Касуми сидевшая за массивным столом, медленно подняла глаза.
(Касуми) — Да, проходи, Дэйки.
Он сделал несколько шагов, чувствуя, как тишина давит на плечи.
(Дэйки) — Вы хотели о чём-то поговорить?
(Касуми) — Да.
Женщина чуть улыбнулась, но её взгляд оставался холодным.
(Касуми) — Тебе передали новости о том, что у вас появилась новая напарница?
(Дэйки) — Да, говорили…
Парень нахмурился.
(Дэйки) — Но я этому не рад. Вы знаете, как я отношусь к малознакомым людям.
(Касуми) — Знаю.
Кивнула она, сложив руки на столе.
(Касуми) — Но думаю, вы поладите.
(Дэйки) — Я так не думаю, но я хотел спросить: почему вы позвали меня отдельно?
Женщина сделала паузу, будто обдумывая слова.
(Касуми) — У меня есть для тебя поручение. Ты должен следить за Сарой. Она сама не подозревает о своих силах, но мне нужно понять, какая у неё способность. Просто так она бы не согласилась, поэтому я предложила ей выгодную сделку.
Парень прищурился.
(Дэйки) — Вы уверены, что у неё действительно есть способности?
(Касуми) — Да. Нужно лишь выяснить, какие именно и как ими пользоваться. Ты же знаешь, насколько ценны одарённые люди.
(Дэйки) — Хорошо.
Парень тяжело вздохнул.
(Дэйки) — Я вас понял. Это всё на сегодня?
(Касуми) — Да. Завтра можете выдвигаться в путь.
(Дэйки) — Хорошо. До свидания.
Парень вышел из кабинета.
Дверь за его спиной закрылась с глухим звуком. Он остановился в коридоре, прислушиваясь к собственным мыслям.
(Дэйки) — Что-то здесь неладно… Лицо директора было слишком странным. Такое чувство, будто начинается что-то нехорошее…
Солнце медленно скрывалось за горизонтом, окрашивая небо в алые и золотые тона. Деревья тихо качали ветвями, а запах хвои окутывал дома, словно мягкое покрывало. Озеро отражала последние лучи света, превращаясь в огненный поток, а огни, зажёгшиеся в окнах, придавали этому месту вид безмятежного рая.
Но за этой красотой скрывалось нечто большее — тайны, которые не спешили открываться.
Взгляд Сары задержался на закате: он казался ей предвестием перемен. Впереди был путь, тяжёлый и опасный, полный испытаний и открытий.
(Троица — Сара, Мэй и Дэйки — ещё не знали, что их ждёт. Им предстоит столкнуться с проклятием, которое разрушает жизни, и с надеждой, способной их спасти. Им предстоит пережить предательство и печаль, а также осознать силу и слабость, и понять, что значит быть человеком в мире, где граница между светом и тьмой едва различима.)
Закат погас, и ночь опустилась на землю.
Всё только начиналось.