Глава 1 — Что это за проход?
—… Где я?
Кругом тьма. В нос бьёт запах плесени и старой, давно протухшей лапши — будто здесь сто лет назад обедали и забыли убрать. Потолок нависает низко, весь в паутине трещин, лампы мертвы. Пыль висит в воздухе такая густая, что кажется, её можно хлебать ложкой.
— БЛЯ, ЧТО ЭТО?!
У ног что-то зашуршало. Я подскочил в панике, едва не шваркнув кулаком в стену.
—… А, просто таракан.— СУКА! ДА ЭТО ЖЕ ТАРАКАН!!
Я сорвался с места, как олимпийский спринтер. В голове стучала одна мысль: бежать. Я, взрослый мужик, несусь по коридору, подгоняемый диким страхом, хотя за спиной — всего лишь таракан размером с ноготь.
— Фух… вроде оторвался.
Я остановился, оперся о стену. Сердце колотится, дыхание сбито. Новый коридор оказался ещё хуже прежнего: сырой потолок, облезшие стены, с которых свисают клочья проводов, похожие на удавки. Запах тухлятины стал ещё гуще и плотнее.
— Ну хоть этих тварей нет.
Я огляделся. Пусто. Тишина. И только где-то вдалеке — тихое, едва слышное бормотание. Словно кто-то разговаривает сам с собой.
— Про… Прох… Прохо…
Голос. Тихий, дрожащий. Жутко, конечно, но всё же это человек, да? Я осторожно двинулся на звук, к двери, из которой доносилось бормотание. Уже протянул руку к скобе, но внутри ёкнуло: «Я что, нелюдь, чтоб ломиться в чужую хату?»
— Эй… там кто-то есть?
Бормотание резко оборвалось. В ответ — лишь шорох. Лёгкий, мерзкий, будто кто-то босиком крадётся по грязному полу прямо к двери.Ручка дёрнулась сама по себе. Раздался скрип. Дверь медленно поползла внутрь, а за ней — ни черта не видно. Чёрная тьма, такая плотная, что, кажется, воздух в комнате вымер.И тут на меня вылетает мохнатое чудовище. Обросший бомж с бешеными глазами. Он вцепился мёртвой хваткой в мой воротник и, брызгая слюной, заорал прямо в лицо:
— НАДО НАЙТИ ПРОХОД! НАДО! НАДО-НАДО-НАДО-НАДО!!
Я обосрался так, что сработали инстинкты. Вырвался из его цепких лап и с чистой паники зарядил ему с вертухи по рылу. После такого он вряд ли быстро очухается.
— Бляха… Как обычно. Что за «проход» такой, а?
Непонятное место, сброд непонятный, у ног вонючий бомж и загадочный «проход».
— Ладно… Может, у него в комнате что-то есть?
Я медленно зашёл внутрь, опасаясь снова увидеть тараканов, и начал шарить по углам в поисках хоть чего-нибудь.
— Опа… а это что?
В углу, среди кучи хлама и непонятного дерьма, лежал чистый, почти белый, наполовину порванный листок. Слишком чистый для этого погреба. Я поднял его. На нём было написано:"Проход позволит покинуть нам это чёртово место. Мы уже около месяца находимся здесь и не можем его найти. Но когда мы его найдём — оторвёмся по полной на воле. Я точно знаю, что проход может находиться…" — дальше обрыв.
— …Что, блять, за «проход»? И где он находится?
Я сунул обрывок в карман и вышел из комнаты. Бомжа и след простыл.
— Надеюсь, его не мутанты-тараканы утащили…
Слева послышался шорох. Я резко обернулся и, собрав всю свою храбрость, выдохнул:
— Ну давай, выходи! Раз на раз, кто бы ты ни был!
Коридор был узкий, скрипучий. Я сделал шаг вперёд — и из груды мусора выскочил другой бомж. Помоложе, но глаза… глаза горели чистой, немытой яростью.
— ДА КАКОГО ХЕРА ТЫ ПРИБИЛ МОЕГО ДРУГА?!
Он набросился на меня, как зверь. Я уворачивался, отталкивал его, но не бил — не хотелось валить ещё одного.
— Извини, я не хотел его убивать! — выкрикнул я.— ДА СРАТЬ Я ХОТЕЛ НА ТВОИ ИЗВИНЕНИЯ, СВОЛОЧЬ!
Он снова рванул на меня.
— А что за проход, о котором он говорил?! — крикнул я, уворачиваясь.— НИЧЕГО Я ТЕБЕ НЕ РАССКАЖУ! — прорычал он в ответ.
«Диалога не выйдет», — мелькнуло в голове. Я всадил ему кулаком в грязное пузо, чтобы просто нейтрализовать.
— Ай… бля… — заорал он, рухнув обратно в кучу хлама.Я подскочил, схватил его за вонючую, ободранную куртку.— Успокоился, психопат?— Умоляю, только не убивай! Я ничего не знаю о «Проходе»! — взвыл он.— Все тут только о нём и говорят, но никто не знает, где он.— Так значит… Здесь есть другие люди?!
Я всё думал, что это просто заброшка, но, похоже, всё гораздо серьёзнее…
— Да, мы с Гариком поднялись на несколько этажей выше, чтобы поискать «Проход», но Гарик тронулся умом и заперся в этой конуре, — он почти рыдал.
Я ослабил хватку, и в тот же миг бомж рванулся с места и умчался в темноту коридора.
— Стой… А, ладно, всё равно от него толку мало.
«Он сказал, на нижних этажах есть люди… Значит, надо спускаться!» С этой мыслью я двинулся на поиски пути вниз.Брёл по тёмным, бесконечным коридорам, мимо одинаковых деревянных дверей. Сквозь страх начал пробиваться голод.
— Так хочется жрать…
Я начал обыскивать каждую комнату на пути. Чем дальше, тем длиннее казался коридор. «Чёрт, неужели я никогда не выберусь отсюда?» Комнаты были на одно лицо: грязные, тёмные, вонючие квадраты без намёка на что-то съедобное. Живот урчал так громко, что эхо разносилось по всему этажу.
Окончательно выбившись из сил, я плюхнулся у очередной двери. «Как я вообще сюда попал? Ведь всё было: работа, квартира, тачка…» Глаза сами закрылись, и наступила пустота.
— Смотри, мужик в чистой одежде лежит!— Новенький, что ли?— Хрен его знает.— Давай его на этаж отнесём, может, знает что о «Проходе»?— Навряд ли, но бросать его тут не стоит.
Я провалился в тяжёлый, беспробудный сон, где не было ни коридоров, ни бомжей, только тишина. Но её разорвали чужие голоса. Я пытался открыть глаза — веки были свинцовыми.
Меня взяли под мышки и потащили. Пол скрипел под чужими ногами. Пахло по-другому — не тлением и плесенью, а дымом, человеческим потом и чем-то кислым, вроде старого уксуса.
— Очухался, чистяк? — раздался над самым ухом хриплый голос.
Я наконец смог разлепить глаза. Меня волокли по узкому, но освещённому коридору. Стены здесь были такими же обшарпанными, но с них не свисали провода, а кое-где даже горели самодельные светильники — лампочки, подключённые к каким-то батареям.
Меня затащили в просторное помещение, похожее на старую столовую. Воздух был густым и прокуренным. В центре стояли сколоченные из досок столы, за ними сидели люди. Десятка полтора. Все они были разными — одни выглядели как типичные бомжи, другие носили на себе следы былой нормальной жизни: потрёпанные, но чистые куртки, свитеры. Все они смотрели на меня. Взгляды были разными: любопытными, подозрительными, пустыми.
Меня бросили на стул у входа.
— Так, новичок, — приступил ко мне коренастый мужчина с обветренным лицом и фонариком в руке. Он, судя по всему, был здесь за главного. — Отвечай быстро и не тупи. Как ты здесь оказался?
Я попытался собраться с мыслями, голова гудела.— Я… не помню. Проснулся уже здесь. В каком-то тёмном коридоре.
— Имя?— Максим.
— Ну, Максим, добро пожаловать в «Улей». — мужчина усмехнулся, но в его глазах не было веселья. — Ты везунчик, что наши ребята на дежурстве тебя нашли. Там поодиночке долго не живут.
— Что это за место? — выдохнул я. — И что за «Проход» все ищут?
В столовой на секунду воцарилась тишина, прерываемая только потрескиванием какого-то устройства в углу.
Старик с седой щетиной мрачно хмыкнул:— Место это — ловушка. Лабиринт. А Проход… — он сделал глоток из жестяной кружки. — Проход — это выход. Легенда. Сказка, которую мы тут все рассказываем, чтобы не сойти с ума окончательно.
— Но мне попалась записка! — не унимался я, доставая из кармана смятый обрывок. — Там написано, что его ищут!
Коренастый мужчина — его, кажется, звали Петрович — взял у меня листок, бегло просмотрел и бросил на стол.— Одна из многих. Каждый месяц кто-то находит такой «ключ» и срывается с этажа на этаж, будто бешеный. Кончается это всегда одинаково. Либо их находят «изменёнными», либо не находят вовсе.
— Изменёнными? — я почувствовал, как по спине пробежал холодок.
— Место тут меняет людей, Максим, — тихо сказала женщина в потрёпанном платке. — Не только голод и страх. Здесь что-то есть. Что-то, что ползает по стенам и шепчет в тишине. Сначала слышишь шёпот, потом видишь тени, а потом… потом ты уже не ты.
Я оглядел собравшихся. В их глазах читалась усталость, отчаяние, но у некоторых — тот самый странный, отстранённый блеск, который я видел у того бомжа, Гарика.
— Так как же отсюда выбраться? — почти крикнул я, чувствуя, как накатывает новая волна паники.
Петрович тяжко вздохнул.— Правил два. Первое: держись своего этапа, не совайся на чужие уровни без причины. Второе: делись ресурсами. Здесь выживают только сообща. А насчёт выхода… — он пожал плечами. — Его или нет, или он платный. Очень платный.
Внезапно где-то вдали, в вентиляционной шахте, раздался металлический скрежет, похожий на крик. Все присутствующие вздрогнули и насторожились, как звери.
— Затемнение скоро, — буркнул Петрович, глядя на свои часы. — Всем по местам. А ты, новичок, иди с Марго. Она тебе правила объяснит и выдаст пайку.
Ко мне подошла та самая женщина в платке. Её лицо было измождённым, но глаза сохраняли искру здравомыслия.— Пошли, — коротко кивнула она. — Покажем тебе, где спишь. И запомни главное правило «Улья»: никогда не ходи один после гудка.
— После какого гудка?