Время неумолимо мчалось вперед, и календарь перелистнул страницу на холодный январь.
График производства «Голоса далёкой звезды» раскалился докрасна. Раскадровка первой половины — так называемой части «А» — была полностью завершена и утверждена. Дизайн персонажей получил финальную шлифовку. Контракты с аутсорсерами на отрисовку фонов были подписаны, задания по ключевой анимации распределены среди доверенных лиц, а внештатные аниматоры уже вовсю скрипели стилусами по планшетам. И, что самое главное, после того как стартовал процесс создания лейаута для части «А», маховик производства окончательно сорвался с тормозов и набрал крейсерскую скорость.
Вся студия Dream Animation, сверху донизу, превратилась в гудящий, растревоженный улей. Каждому сотруднику нашлась работа, никто не сидел без дела.
Чжоу Сюню пришлось пойти на радикальные меры: он безжалостно покинул уютный кабинет, перетащил свой стол прямо в центр огромного общего зала и превратил его в командный пункт. Иначе было просто невозможно. Руководители абсолютно всех отделов, а также представители многочисленных компаний-подрядчиков нескончаемым потоком тянулись к нему, словно паломники к святыне. Каждому требовались инструкции: как именно реализовать ту или иную сцену, какого конкретно визуального стиля придерживаться, где добавить теней, а где — света.
Таков был тяжкий, но священный крест режиссера. В создании аниме не было ни единой, даже самой микроскопической детали, которая могла бы миновать его зоркий глаз и обойтись без его финального «одобряю».
Отрисовка раскадровок, утверждение чардизов, кастинг сэйю, цветовая палитра фонов, общий тон заливки, выбор правильного ракурса камеры, скрытые визуальные метафоры в кадре... всё это тяжелой бетонной плитой ложилось на его плечи.
Парадоксально, но процесс создания черновиков для второй половины короткометражки, части «Б», шел у Чжоу Сюня гораздо легче и быстрее, чем с первой половиной. Однако с наступлением января его график превратился в адскую мясорубку. Работы навалилось в несколько раз больше, чем в тихие, безмятежные предновогодние недели.
— Режиссер, взгляните сюда! Тот гигантский меха, о котором вы говорили... Как вам такой концепт-арт? — подбегал один художник, тыча в лицо экраном планшета.
— Племяш, глянь-ка наброски лейаута, — следом подплывал дядя Чжоу с пачкой листов. — Если мы стилизуем фоны вот в таком ключе, это прокатит?
— Руины инопланетян на поверхности Марса... Вы можете описать общую концепцию? — раздавался телефонный звонок от аутсорсеров. — Нам уходить в мрачный постапокалипсис, эдакую ржавую пустошь? Или сделать упор на высокотехнологичную, гладкую научную фантастику?
— Сцена с грозовым штормом в атмосфере Юпитера... — ныл главный аниматор спецэффектов, хватаясь за голову. — Вы сказали, что нужно сделать «масштабно, пугающе, до мурашек по коже»... Да как это нарисовать-то?! Объясните нормальными словами, режиссер!
Лавина накопившихся проблем внутри студии, бесконечные, выматывающие душу телефонные переговоры с подрядчиками по поводу каждой нарисованной заклепки на обшивке корабля, и вереница летучек, плавно перетекающих одна в другую. К концу каждого рабочего дня Чжоу Сюнь чувствовал себя выжатым лимоном, по которому проехался асфальтоукладчик.
В таком безумном ритме они дотянули до середины января. Именно тогда стартовал один из самых важных этапов производства — официальные прослушивания и кастинг сэйю для «Голоса далёкой звезды».
Учитывая, что проект представлял собой всего лишь короткометражку, да еще и с весьма скромным бюджетом по меркам индустрии, глупо было ожидать, что на кастинг сбегутся суперзвезды от топовых агентств провинции Ло. Элита мира озвучки прямо сейчас надрывала голосовые связки на студиях, записывая реплики для главных хитов текущего зимнего сезона — их графики были расписаны по минутам, и размениваться на сомнительный инди-проект никто не собирался.
Однако для профессионалов средней руки, а также для совсем еще зеленых новичков, только-только обивающих пороги агентств, этот кастинг стал весьма лакомым кусочком и отличным шансом заявить о себе.
По сути, «Голосу далёкой звезды» требовались голоса лишь для двух главных героев.
На роль А Шэна, юноши, оставшегося ждать на Земле, претендовали пять человек. А вот за право подарить свой голос Линь Цзя, девушке-пилоту меха, развернулась настоящая битва: различные студии звукозаписи прислали на пробы аж тринадцать своих подопечных.
В полумраке комнаты для прослушиваний стояла напряженная тишина, нарушаемая лишь звуками, доносящимися из динамиков.
Чжоу Сюнь и Су Цзинлин, оба в массивных студийных наушниках, сидели за пультом, синхронно и мрачно сдвинув брови.
По ту сторону звуконепроницаемого стекла стояла молодая девушка и читала текст с листа:
— А Шэн, я так надеюсь, что мы ничего здесь не найдем... и поскорее вернемся домой, на Синюю Планету...
Кандидатка была откровенным, неопытным новичком. Безусловно, она усердно зубрила текст дома перед зеркалом, тренировала дыхание, но...
Её исполнение было абсолютно деревянным, лишенным малейших эмоций. С таким же успехом эти строчки мог бы зачитать синтезатор речи из дешевого навигатора. Какая к черту разница между этим и чтением по слогам?
— Спасибо, мы вам перезвоним. Следующий, — сухо бросил Чжоу Сюнь в микрофон связи.
Дверь скрипнула, впуская новую претендентку.
— Здравствуйте! Я Цинь Мо из агентства «Лесные Деревья», — бойко представилась она, поклонившись.
Девушка оттараторила свои реплики, но спустя несколько минут лица судей оставались непроницаемыми. Да, технически она звучала чуточку лучше предыдущей бедолаги, но не настолько, чтобы заставить их сердца биться чаще. Фальшь и наигранность всё равно резали слух.
И всё же, боги аниме-индустрии в тот день смилостивились над ними. Несмотря на то, что подавляющее большинство претенденток оказались откровенно слабыми и серыми, один бриллиант в этой куче руды отыскать удалось.
Когда к микрофону подошла очередная девушка и начала читать монолог Линь Цзя, затерянной в ледяной пустоте космоса в восьми световых годах от дома, по спине Чжоу Сюня пробежали мурашки. Та первобытная, сковывающая грудь паника, то ледяное отчаяние от осознания, что она, возможно, больше никогда в жизни не ступит на родную землю и не увидит улыбку любимого человека — всё это передавалось в одном лишь дрожащем тембре её голоса. Чжоу Сюнь закрыл глаза и словно наяву очутился в тесной кабине боевой машины посреди звездного мрака.