— Ладно, сейчас сотрясать воздух долгими разговорами нет никакого смысла, — Сюй Ли устало, но с явным одобрением потер переносицу. — Качество и скорость твоей работы превзошли все наши с Ван Цзином ожидания. Мы, признаться честно, до сих пор ломаем голову: как человек, не имеющий за плечами ни единого дня режиссерского опыта, способен с такой пугающей легкостью выдавать идеальные раскадровки и безошибочно определять общий стиль проекта? Ты принимаешь решения почти без колебаний, не тратишь время на долгие раздумья, а на выходе мы получаем материал высочайшего качества. Знаешь поговорку: «Бездарный полководец загонит армию до смерти»? — Мужчина усмехнулся. — Но верно и обратное. Если командир знает, что делает, нам, простым солдатам, дышится куда легче. Твоя хватка и талант уже позволили нам существенно опередить график.
— Если все пойдет по плану, то к началу марта черновая ключевая анимация будет практически завершена, — продолжил Сюй Ли. — И тогда мы проведем первый пре-просмотр. Вот тогда-то ты и поймешь, каково это — быть главным режиссером, контролировать каждую мелочь и, в конечном итоге, заставлять статичную картинку ожить на экране.
Чжоу Сюнь молча кивнул и вновь опустил взгляд на разложенные по столу эскизы. С белоснежных листов бумаги на него смотрела Линь Цзя — главная героиня их истории. В этой версии «Голоса далёкой звезды», создаваемой для зрителей Страны Ся, рисовка девушки стала поразительно тонкой, изящной и невероятно красивой. То же касалось и её боевой машины: здешняя меха выглядела куда более внушительно и стильно, чем в оригинальном произведении из его прошлого мира.
На эскизе была запечатлена стройная, но крепкая девушка с решительным, несгибаемым взглядом, а позади неё, словно стальной титан, возвышалась исполинская черная меха, изобилующая резкими, агрессивными линиями. Глаза Линь Цзя были устремлены куда-то вдаль, за пределы бумажного листа. Казалось, она сквозь ледяную пустоту космоса смотрела на свой родной дом, находящийся в восьми световых годах отсюда, на ту далёкую зелёную планету, где всё ещё жил и ждал её ответа одинокий юноша...
Её трагичная история лишь ждала своего часа, чтобы Чжоу Сюнь воплотил её в реальность этого нового мира. Очередной раз разглядывая эти наброски, юноша чувствовал, как в груди разгорается пламя предвкушения, а в воображении сами собой начинают сменяться яркие кинематографичные кадры.
«А ведь с такой великолепной рисовкой эта версия "Голоса далёкой звезды" после выхода на экраны заставит зрителей погрузиться в историю с головой, — пронеслось у него в мыслях. — И те, кто решит посмотреть это аниме, хлебнут куда более концентрированного, душераздирающего стекла и депрессии, чем я мог себе представить».
По какой-то необъяснимой причине, от одной лишь мысли о грядущих зрительских слезах, Чжоу Сюнь почувствовал, как его творческий азарт становится лишь острее.
Разумеется, Чжоу Сюнь был всего лишь новичком в режиссерском кресле. Да, у него перед глазами маячил шаблон оригинального аниме из прошлой жизни, что позволяло ему буквально «списывать ответы» и работать с чудовищной скоростью. Но реальное производство — это настоящий бюрократический и организационный ад, состоящий из тысяч мельчайших деталей, за каждой из которых он физически не мог уследить. И вот здесь, когда дело касалось рутины, не влияющей напрямую на ключевой стиль произведения, на сцену выходила Су Цзинлин — его верный помощник и заместитель.
Всю координацию, звонки, согласование не самых важных фоновых сцен юноша со спокойной совестью спихнул на её хрупкие плечи. Не сделай он этого, то, скорее всего, уже давно бы испустил дух от переутомления прямо за рабочим столом.
Помимо работы в офисе, они вдвоем частенько мотались за десяток километров от студии, чтобы лично встретиться с Лян Луном — руководителем аутсорсинговой команды художников — и до хрипоты спорить о дизайне фонов для их проекта.
Так, в бесконечной суете и творческих муках, незаметно пролетел холодный январь. И за этот месяц плотной, бок о бок, работы, отношение Су Цзинлин к молодому режиссеру претерпело кардинальные изменения.
Да, Чжоу Сюнь был профаном во многих технических аспектах анимации. Но то, чего он не знал, было лишь сухой теорией — ремеслом, которое любой середнячок мог освоить, просто потратив достаточно времени. А вот то, что юноша демонстрировал при принятии ключевых решений, та искра чистой творческой гениальности, с которой он подходил к процессу... всё это заставляло Су Цзинлин смотреть на него совершенно другими глазами.
Особенно сильно это чувствовалось во время их поездок в студию к Лян Луну. Девушка видела, как этот восемнадцатилетний парень, шаг за шагом, через долгие дискуссии и наброски на салфетках, выстраивал уникальный, ни на что не похожий визуальный мир «Голоса далёкой звезды».
И более того... Су Цзинлин достала смартфон, пролистывая галерею фотографий. Там были запечатлены готовые фоны, которые только что выдала команда Лян Луна. От этих изображений буквально веяло мощью первозданного воображения. За свои пять лет в индустрии девушка успела поработать со многими режиссерами. Большинство из них были серыми, скучными ремесленниками. Брось их на конвейерное производство — они справятся без проблем. Но у них напрочь отсутствовало то, что называют «авторским почерком».