Убийственная тишина

Веон — это имя главного героя, а Неонов — фамилия. Такое нетипичное имя для парня из Сибири имело необычное происхождение. Давние предки его матери были из Иордании, и так сложилось, что имя пришло оттуда же. Он уже не помнил, в честь чего его так решили назвать…

От этого замечания Ехидны ему стало неловко, и он попытался выкрутиться.

— Ага! Было время представлятся, блин... — с долей колкости сказал он, невольно размахивая руками.

— Сама не поняла разве?!

Ехидна, глядя на него, лишь слегка наклонила голову. Этим жестом она давала понять, что совсем не сердится.

— Ах, так уж и быть! Я поняла к чему ты. Я прощаю тебя! Ха-ха-ха. — с насмешкой сказала Ехидна.

На миг ему показалось, что она явно смутилась и пыталась это скрыть… Хотя до сих пор в его голове не укладывалось, что такого она нашла в тех словах, которые лишь описывали её чуть приличнее.

— Ты что... смутилась? — прямо и холодно спросил Веон.

От такой наглости Ехидна, кажется, не на шутку всполошилась.— Смущение? Ха-ха, да не могу я стесняться! Только притворяюсь...

Она отошла чуть дальше от стола и продолжила.— Тогда пусть на время… всего лишь одна из воображаемых сцен будет нашей игрой!

Она обернулась к нему с дерзким и игривым предложением.— Ты согласен? Веончик?...

Он сидел полубоком, чувствуя себя крайне неудобно. Поднимаясь, хладнокровно ответил:— Веончик... серьезно?...

Если уж она ему не поможет, он сам найдёт способ выйти из этого «мира» и вернуть всё на круги своя.

Ехидна снова подошла ближе, заглядывая ему в глаза. Хотя по её взгляду казалось, что она смотрит куда-то ещё глубже…— Пойдём снова прогуляемся! Ведь ты любил всё время думать, даже иногда строя то, чего нет…

Она встала вровень с ним, и они пошли в противоположную сторону от стола, по всё такому же вечно красивому саду.— Правда же?) — с улыбкой добавила она.

По нему пробежала волна неприязни: она вываливала то, что было известно только ему, бесцеремонно нарушая все личные границы.— Амм… Ехидна, и многое тебе обо мне известно?

Она лишь усмехнулась.— Ах, ты, наверное, думаешь, я знаю содержание твоих мыслей? Едва ли… вернее: порядок легко предсказывать. И мне многое было понятно даже исходя из твоего лица! И то, как ты на меня смотрел...

Он растерялся и опустил взгляд, всё ещё не понимая: она действительно всё о нём знает или просто играет?!— Тц! Да ну тебя!

Они шли вдоль некой "аллеи". Деревья были расставлены так аккуратно, что всегда оставалось много свободного пространства, но вдали виднелась чаща, до которой, казалось, было невозможно добраться.

Неонов был не в том положении, чтобы ещё больше расспрашивать Ехидну о её так называемом "хаосе".

— Сегодня… Ты просто черт возьми отбил все моё хорошее настроение!

Теперь она обратилась напрямую к нему:— Ты вообще имеешь немного совести и сожаления ко мне?

—

...

— Что за неоднозначно-тупые вопросы, Ехидна... Как я могу сейчас жалеть тебя! А?

Ехидна тихо шла рядом. Когда дослушала, то насела ещё сильнее.

— Ах! Неужели ты настолько червивый?! Ну хоть какая-то реакция... А то все обычно говорят ещё хуже...

— Э-э-э…? Ладно?.. — с отвращением выдавил он.

Ехидна всё так же безмятежно шла рядом, а в ответ на его слова лишь фыркнула.

— Ладно! Кстати, твой внешний вид сейчас тебе совсем не идёт! Хм! — в её словах была доля задумчивости.

— Давай сделаем вот так!

Ехидна взмахнула рукой, и его одежда, в которой он сюда попал, — тёмно-синие брюки и белая рубашка — была заменена на более привычный вид.

Не успел он и моргнуть, как уже был одет в чёрную оверсайз футболку, чёрно-белые штаны и беловатые высокие кроссовки.

— Так-то лучше! Теперь тебе будет удобнее, не правда ли?) — спросила она.

Он оглядывал себя и до сих пор не мог поверить, что всё это происходит наяву.— О! Спасибо...

Ехидна, кивая:— Вот так-то! Запомни мою алчную доброту!

...

Веон стоял посреди этого сада. Погода тут была искусственной. Солнце в меру грело из-за облаков; они были на природе, а ощущение, будто он находится в обычном проветриваемом помещении. Ехидна стояла и словно любовалась им в таком «новом» обличии, а он просто нелепо смотрел на неё, на её глаза… И тут же ему вспомнился их космос и звёзды вдалеке.

Затем она неспешно пошла в сторону стола. Поймав какую-то смешинку, она постукивала себя указательным пальцем по щеке.

— Хей неряха! А ты слышал что-нибудь о третьем измерении?

— Третье?! — откликнулся он, поправляя "новую" футболку.

— Третье — это "статичная текучесть", как я бы это назвала. Представь себе океан, чьи волны замерли, но их движение всё ещё ощущается... "И уже витая в облаках, представляя что-то перед глазами": — Ой! Какое красивое зрелище!

— О! — Ехидна вдруг застыла. — Слушай, а не хотел бы ты там побывать?!

Услышав это, он твёрдо ответил:— Нет! Конечно нет!

Пауза. Смотря на её жалобный вид, который она сделала сразу же после его слов, он добавил:

— ...но, может... побывать там на секунду было бы круто, наверное...?!

Она отчётливо услышала его слова и снова расплылась в своей манящей улыбке, которую подчёркивали эти чёрные с отблеском глаза.— Правда?! Замри на секунду и посмотри на меня! — с нажимом сказала она, отходя чуть дальше.

Ехидна отошла от него на три добрых метра и покачала головой, будто выбирая кадр. Затем щёлкнула пальцами.

Пространство сменилось.

Он оказался на какой-то планете. Небо было усыпано тысячами звёзд, а в его центре сиял Млечный Путь. Всё было залито синеватыми тонами, будто по чьему-то желанию. За светящимся горизонтом виднелись три другие планеты. Одна из них была прямо перед ними. Земля! Но очевидно, не та, что он знал, — она была больше и с другими континентами. По бокам были ещё две неизвестные планеты.

Поверхность под ногами была неровной, уступая место воде, которая отражала все звёзды и была повсюду. А в небе и вокруг застыли неоново-синие капли. Они замерли во времени, отражая всё: свет, искры, звёзды, выборы, желания, жизни. Как и говорила Ехидна, которая стояла перед ним уже в этом новом пространстве, это и была та самая граница между хаосом и порядком.

И спустя долю секунды его накрыло неизмеримое чувство спокойствия. Он перестал ощущать своё тело. Ни чувств. Ни страха. Ни радости. Ни мыслей.

Он лишь наблюдал. А Ехидна в это время мило хлопала глазами… и за эту «секунду» он увидел всю красоту и весь ужас этого места.

Раздался щелчок.

Они снова стояли у стола в саду, будто никуда и не уходили. А Веон, качаясь из стороны в сторону, тут же рухнул на землю.— А-а-а-а… КХА-КХА… Ох… это было... что-то с чем-то! Уф… — издавал он тихие, почти безмолвные звуки. Лицо его было каменным, лишённым эмоций.

У него закружилась голова, будто мысли снова улетали, не в силах отойти от того бесконечного спокойствия. Ни чувств. Ни страха. Ни радости. Как и тогда...

Ехидна тихо подходила к нему, попутно говоря:— Ты сам попросил, ну... почти сам! И вот я и воссоздала то, о чём мы говорили… Так что не жалуйся! Давай, вставай! Пойдём за стол, выпьешь моего горячего молока и будешь как новенький! — ласково сказала, уходя к столу и садясь в своё кресло.

Веон, медленно качаясь, пытался встать.— Кха… Кха… это, блять, какая-то убийственная тишина…

Он подошёл и рухнул в мягкое бордово-чёрное кресло. Ехидна уже стояла с графином тёплого молока, видимо, появившимся из ниоткуда, и бережно наливала его в его чашку.— Ну-ну… Конечно! Кого бы не потрясло то, что находится на границе хаоса и порядка? Я бы вообще упала без задних ног! — она внезапно посмотрела на свои ноги.— А не, я еще стою. Хех).

Когда Ехидна снова села на своё место, попивая ещё один свой неизвестный напиток, Неонов пил тёплое молоко и был вполне удовлетворён его вкусом.

Эту непринуждённую сцену она прервала своим изящным тоном, смотря прямо на него.

— Итак, что налить в твою чашку сейчас? Дабл порция молока? или чаю? Или добавить что-нибудь особенное?)