Первая неделя в квартире была хаосом.
Коробки стояли неразобранными. Вещи валялись где попало. Я искал зарядку три дня, пока не нашёл её под футоном. Рян До искала свои кисти — они оказались в холодильнике. Не спрашивайте, как. Я сам не понял.
— Почему они там? — спросил я, доставая пакет с кистями из-за молока.
— Я убирала. В спешке. Не помню.
— В холодильник?
— Там было место.
Я поставил кисти на стол. Она взяла их, проверила, не испортились ли. Не испортились. Положила в стакан у мольберта.
— Ладно, — сказала она. — Сегодня разбираем коробки. Серьёзно.
— Серьёзно.
— Ты каждый день говоришь «серьёзно», а потом играешь.
— Я не играю. Я работаю над проектом.
— Проект — это код. Код — это игра.
— Это не одно и то же.
Она посмотрела на меня. Я посмотрел на неё. Мы оба понимали, что коробки мы сегодня не разберём. Так и вышло.
---
К вечеру пятницы квартира наконец стала похожа на жильё. Коробки убраны в кладовку. Вещи разложены. Моя половина стола — монитор, клавиатура, мышь. Её половина — мольберт, краски, стакан с кистями. Посередине — лампа. Общая.
— Нравится? — спросила она.
— Да. Уютно.
— Ещё бы. Я старалась.
— Я тоже старался.
— Ты играл.
— Я работал над проектом.
— Это одно и то же.
— Нет.
Она хмыкнула. Взяла меня за руку. Потянула к окну. Горы были серыми в сумерках. Облака висели низко. Пахло дождём, хотя дождя не было.
— Красиво, — сказала она.
— Да.
— Я хочу нарисовать это. Завтра. При свете.
— Нарисуй.
Она стояла у окна. Я стоял рядом. Молчали. Потом она повернулась. Взяла моё лицо в ладони.
— Мы живём вместе, — сказала она.
— Да.
— Ты и я. В одной квартире. Спим на одном футоне. Едим из одной кастрюли.
— Да.
— Ты оставляешь носки под столом.
— Это случайно.
— Это систематически.
— Я исправлюсь.
— Врёшь.
— Вру.
Она поцеловала меня. Легко. Потом ещё раз. Я обнял её. Она прижалась. Горы за окном темнели. Мы стояли. В нашей квартире. Вдвоём.
---
Суббота была днём открытий.
Я узнал, что она поёт в душе. Не фальшиво — нормально. Тихо, чтобы я не слышал. Но я слышал. Стоял в коридоре и улыбался. Она заметила. Высунула голову из-за шторки. Вся в мыле.
— Ты подслушиваешь?
— Случайно.
— Иди отсюда.
— Ты хорошо поёшь.
— Я плохо пою.
— Нормально.
— Иди!
Я ушёл. Но запомнил. Она поёт в душе. Это было неожиданно. И приятно.
Она в свою очередь узнала, что я разговариваю во сне. Ничего особенного — просто бормочу. Но однажды ночью я сказал «компиляция не прошла». Она разбудила меня. Смеялась.
— Тебе снятся программы?
— Видимо.
— Ты сказал «компиляция не прошла». Серьёзно.
— Это важный процесс.
— Ты программируешь во сне.
— Я продуктивный.
Она смеялась. Я обиделся. Ненадолго. Она поцеловала меня в лоб. Сказала «спи». Я уснул.
---
В воскресенье готовили ужин вместе. Она резала овощи, я жарил рис. Потом поменялись. Я резал, она жарила. Рис чуть подгорел. Овощи были кривыми. Мы съели всё. Было вкусно.
— Мы готовим как команда, — сказала она.
— Да.
— Ты поджигаешь, я спасаю.
— Сегодня поджигала ты.
— Нет. Ты отвлёкся.
— Я смотрел на тебя.
— Зачем?
— Ты красивая. Особенно с ножом.
Она покраснела. Бросила в меня салфеткой. Я поймал. Мы смеялись. Рис остывал. За окном темнели горы.
---
Ночью лежали на футоне. Она читала мангу, я смотрел в потолок. Трещины не было. Потолок был ровным. Непривычно.
— Хон Хэ, — сказала она.
— Да.
— Ты счастлив?
— Да.
— Точно?
— Да. А ты?
— Очень.
Она отложила мангу. Повернулась ко мне. Обняла.
— Я боялась, что мы не справимся. Что ты устанешь. Что я устану. Что расстояние нас убьёт.
— Не убьёт.
— Теперь знаю. Ты здесь. Я здесь. Мы вместе.
Она поцеловала меня. Медленно. Я ответил. Руки скользнули по её спине. Она прижалась ближе. Дыхание стало чаще. Мы целовались долго. Потом она отстранилась. Щёки алые.
— Спокойной ночи, — прошептала она.
— Спокойной ночи.
Она уткнулась носом в моё плечо. Заснула быстро. Я лежал. Слушал её дыхание. Смотрел на горы за окном.