Росток постепенно погружался в вечер.
Солнце уже почти скрылось за полуразрушенными промышленными корпусами, оставив после себя лишь тусклую оранжевую полосу на горизонте. В ее свете старые трубы и каркасы цехов казались исполинскими скелетами давно умершего города. Где-то за стенами базы послышался протяжный вой слепых псов, но никто из долговцев даже не повернул головы. Подобные звуки давно стали привычной частью жизни.
Жора вышел из штаба, аккуратно прикрыв за собой тяжелую металлическую дверь. Прохладный воздух оказался неожиданно свежим после душного кабинета Воронина. Он остановился на крыльце и машинально посмотрел в сторону северных ворот. За ними начиналась Зона — бесконечная, непредсказуемая и равнодушная ко всему живому. В руке он все еще держал запечатанный конверт.
— Откроешь только после выхода со Свалки, — сказал Воронин перед тем, как отпустить его. — Даже на базе никто не должен знать, куда именно ты направляешься.
Такая секретность была нехарактерна для «Долга». Обычно задания обсуждались открыто хотя бы в кругу командиров отрядов. Но сейчас даже заместители Воронина знали лишь то, что молодой разведчик отправляется в обычный патруль. Жора спрятал конверт во внутренний карман бронекостюма. Он не любил загадки. Каждая неизвестная переменная увеличивала вероятность ошибки, а в Зоне ошибки редко давали шанс их исправить.
●●●
Прежде чем покинуть базу, он решил зайти в оружейную. Старый техник по прозвищу Леший сидел за массивным верстаком, склонившись над разобранным автоматом Калашникова. Несмотря на возраст, его пальцы двигались с удивительной ловкостью. Он мог определить неисправность оружия по одному только звуку затвора и часто говорил, что автоматы разговаривают с теми, кто умеет их слушать. Увидев Гастера, Леший поднял голову.
— Так и думал, что заглянешь.
— Откуда?
Старик усмехнулся.
— Когда Воронин вызывает бойца лично, тот всегда приходит ко мне перед выходом. Одни просят патроны, другие — аптечки. Некоторые просто хотят услышать, что все будет нормально.
— А ты можешь это гарантировать?
— В Зоне? — Леший негромко рассмеялся. — Здесь даже восход солнца никто гарантировать не может.
Жора поставил на стол свой «Винторез».
— Проверишь еще раз?
Техник внимательно осмотрел винтовку.
— Честно говоря, не понимаю, зачем ты вообще принес ее ко мне. Ты обслуживаешь оружие лучше половины наших мастеров.
— Лишняя проверка не помешает.
— Это верно.
Леший снял крышку ствольной коробки и начал внимательно осматривать механизм. Через несколько минут он удовлетворенно кивнул.
— Работает как часы.
Он вернул винтовку владельцу, затем неожиданно открыл металлический шкаф и достал небольшую коробку.
— Держи.
Внутри лежали четыре новых магазина с дозвуковыми патронами.
— Это слишком много.
— Подарок.
— Просто так?
Леший несколько секунд молчал.
— За последние дни я слишком часто видел людей, которые уходили с базы и больше не возвращались. Не люблю такие совпадения.
Жора посмотрел на старика. В его голосе не было суеверного страха. Только усталость человека, который слишком долго наблюдал, как Зона забирает тех, кого он успел узнать.
— Спасибо.
— Благодарить будешь, когда вернёшься.
●●●
До выхода оставалось меньше часа.
Во дворе базы кипела обычная жизнь. Возле костра несколько сталкеров оживленно обсуждали новости с Кордона. Кто-то рассказывал, что военные усилили блокпосты после очередного выброса. Другие спорили о цене недавно найденного артефакта «Лунный свет». Бармен, как всегда, громко ругался с каким-то новичком, который пытался получить еду в долг.
Со стороны могло показаться, что жизнь здесь идет своим чередом. Но Гастер замечал детали. Патрулей стало больше. На вышках стояли пулемётчики, хотя обычно одного наблюдателя было достаточно. Даже лица ветеранов выглядели непривычно напряжёнными. Все чувствовали, что происходит что-то странное, хотя почти никто не понимал, что именно.
Жора направился к северным воротам. Дежурный уже проверял документы уходящих сталкеров. Когда очередь дошла до него, боец внимательно посмотрел на маршрутный лист.
— Один идёшь?
— Таков приказ.
— Не нравится мне это.
— Мне тоже.
Дежурный молча вернул документы. Тяжелые металлические створки начали медленно расходиться. За ними открывался знакомый каждому сталкеру пейзаж. Разбитая дорога уходила к Свалке, теряясь среди ржавых автомобилей и покосившихся бетонных опор. Вечерний ветер гонял по асфальту сухие листья и клочья пожелтевшей травы. Вдалеке каркали вороны, кружившие над заброшенными ангарами.
Гастер остановился на несколько секунд. Каждый выход за пределы базы был похож на переход невидимой границы. По одну сторону оставались люди, свет костров и относительная безопасность. По другую начиналась территория, где каждое неверное движение могло стать последним. Он поправил ремень «Винтореза», проверил детектор аномалий, убедился, что кобура с пистолетом застегнута, и сделал первый шаг за ворота. Створки медленно закрылись у него за спиной с тяжелым металлическим лязгом. Этот звук всегда казался окончательным. Словно сама база говорила: дальше ты сам.
Жора не обернулся. Он спокойно зашагал по разбитой дороге, даже не подозревая, что уже через несколько часов увидит нечто, что заставит усомниться не только в собственном опыте, но и во всех законах Зоны, которые до этого казались незыблемыми. За пределами Ростка Зона всегда казалась другой. Дело было не только в отсутствии бетонных стен или вооруженных патрулей. Стоило отойти от базы на несколько сотен метров, как окружающий мир начинал постепенно меняться, словно человек пересекал невидимую границу между двумя реальностями. Здесь уже не было ощущения, что где-то неподалеку находятся люди, готовые прийти на помощь. Оставались только бесконечные руины, ржавый металл, запах сырости и странная тишина, которая с каждым километром становилась все тяжелее.
Жора шел по старой дороге, ведущей к Свалке, не ускоряя шаг и внимательно наблюдая за местностью. В Зоне он давно усвоил простое правило: скорость никогда не заменит внимательности. Многие новички погибали уже в первые недели именно потому, что пытались пройти опасный участок как можно быстрее, надеясь проскочить мимо аномалий или мутантов. Опытные сталкеры поступали иначе. Они позволяли себе потерять лишние полчаса на разведку, но благодаря этому возвращались живыми. Перед каждым подозрительным участком Гастер доставал из подсумка небольшую гайку с привязанной к ней полоской ткани и бросал ее вперед. Металл с легким звоном ударялся об асфальт, иногда спокойно прокатываясь по дороге, а иногда исчезая во вспышке электрических разрядов или резко меняя направление полета под воздействием невидимой силы.
На одном из таких участков детектор аномалий коротко пискнул. Жора остановился и внимательно осмотрел пространство перед собой. На первый взгляд дорога выглядела совершенно безопасной. Между потрескавшимися плитами пробивалась трава, рядом валялись остатки старого дорожного ограждения, а в нескольких метрах ржавел перевернутый грузовик. Однако опыт подсказывал ему, что именно такая обманчивая обыденность чаще всего и скрывает смертельную опасность. Он присел, прищурился и несколько секунд наблюдал за высокой травой. Лишь после этого заметил едва уловимую странность. Капли росы, лежавшие на листьях, через равные промежутки времени словно подпрыгивали на месте, будто кто-то невидимый слегка ударял по ним снизу. Спустя мгновение воздух между двумя бетонными плитами озарила слабая голубоватая вспышка.
«Электра», — спокойно отметил про себя Гастер. Подобных аномалий на этом участке раньше не было. Это означало, что после последнего выброса Зона снова изменила свои границы. Он достал карту и сделал небольшую пометку карандашом. Подобные записи могли однажды спасти жизнь не только ему самому, но и другим бойцам «Долга», которые будут проходить здесь через несколько дней. Обойдя опасный участок по широкой дуге, Жора продолжил путь. Солнце уже клонилось к закату, и длинные тени постепенно поглощали разбитую дорогу. Над грудой искорёженной техники кружили вороны, время от времени опускаясь на крыши автомобилей и вновь поднимаясь в воздух с недовольным карканьем. Казалось, даже птицы чувствовали приближение ночи и спешили покинуть открытое пространство.
Когда до Свалки оставалось меньше километра, Гастер неожиданно остановился. Причину он не смог бы объяснить даже самому себе. Иногда Зона словно предупреждала опытных сталкеров раньше, чем они успевали заметить реальную угрозу. Это чувство нельзя было назвать страхом. Скорее, оно напоминало внезапную уверенность в том, что привычная картина окружающего мира перестала быть правильной. Жора медленно опустился на одно колено возле бетонного блока и снял со спины «Винторез». Он не торопился. Его взгляд спокойно скользил по рядам ржавых автобусов, перевернутых грузовиков и искореженных легковых машин, которые десятки лет лежали на этом кладбище металла. Каждый темный проем, каждая разбитая кабина, каждая куча мусора могли скрывать опасность.
Минуты тянулись одна за другой. Ничего не происходило. Однако ощущение чужого присутствия не исчезало. Наоборот, оно становилось все сильнее. Гастер медленно поднял бинокль и начал методично осматривать окрестности. Он привык доверять не только глазам, но и интуиции, которая уже не раз спасала ему жизнь. Именно тогда, среди переплетения ржавых кузовов, он заметил движение. Это произошло настолько быстро, что любой другой человек решил бы, будто ему показалось. Темная фигура всего на мгновение появилась между двумя автобусами и тут же исчезла за грудой искореженного металла.
Жора не стал сразу нажимать на спусковой крючок. Во-первых, расстояние было слишком большим для выстрела навскидку. Во-вторых, человек, который специально показался лишь на долю секунды, почти наверняка рассчитывал именно на поспешную реакцию. Он продолжал наблюдать. Пять минут. Потом еще пять. Но загадочный наблюдатель больше не появлялся. Лишь когда вокруг окончательно воцарилась вечерняя тишина, Гастер осторожно приблизился к тому месту, где видел силуэт. Он внимательно изучил землю, осмотрел ржавые машины, проверил даже узкие проходы между ними. Однако поиски не дали никаких результатов.
Самым странным было не отсутствие человека. Самым странным было отсутствие следов. Мягкая после недавнего дождя земля прекрасно сохраняла отпечатки подошв, но здесь не оказалось ничего, что могло бы подтвердить присутствие незнакомца. Словно несколько секунд назад он действительно стоял среди ржавых машин, а затем просто растворился в вечернем воздухе. Жора еще раз внимательно осмотрел окрестности и неожиданно вспомнил слова Воронина: «Если что-то в Зоне кажется невозможным, не спеши делать вывод, что этого не было. Возможно, ты просто еще не понял, с чем столкнулся.»
По спине впервые за весь день пробежал неприятный холодок. Это было только начало пути. Но Гастер уже чувствовал, что выполняет совсем не ту разведывательную операцию, о которой говорилось в приказе. И где-то впереди его ждал противник, который предпочитал не вступать в бой, а сначала внимательно изучить свою будущую добычу.