Сумерки окончательно опустились на Свалку. Днем это место выглядело унылым кладбищем техники, оставшейся здесь после первых лет существования Зоны. Ночью же оно преображалось до неузнаваемости. Ржавые кузова автобусов и грузовиков превращались в бесформенные силуэты, между которыми ветер гонял клочья пыли и сухой травы. Где-то в глубине автомобильного кладбища скрипела сорванная дверь, ударяясь о металл с такой размеренностью, будто кто-то специально раскачивал ее из стороны в сторону.
Гастер медленно сложил письмо Воронина и убрал его обратно во внутренний карман бронекостюма. Командир оказался прав. Кто-то действительно наблюдал за ним, и это уже нельзя было списать на обычную осторожность, которой отличались сталкеры, оказавшиеся рядом. Незнакомец не пытался выйти на контакт, не открывал огонь и не выдавал своего присутствия. Напротив, он словно хотел, чтобы его заметили, но только настолько, чтобы оставить ощущение тревоги.
Жора еще раз внимательно осмотрел окрестности через прицел «Винтореза». Оптика позволяла различить даже мелкие детали среди нагромождения металла, однако перед ним лежал все тот же неподвижный пейзаж. Ни движения, ни случайного отблеска стекла, ни колыхнувшейся травы. Только темные силуэты машин, которые десятилетиями ржавели под открытым небом.
Он понимал, что оставаться на открытом месте слишком долго опасно. Если наблюдатель действительно существует, значит, инициатива сейчас находится в его руках. Любая лишняя минута только увеличивает вероятность попасть в засаду. Гастер свернул с дороги и направился в сторону узкого прохода между двумя перевернутыми автобусами. Именно там он несколько минут назад заметил промелькнувшую фигуру. Каждый шаг был выверенным. Он внимательно следил не только за дорогой, но и за окнами машин, крышами кабин, темными нишами между грудами металлолома. Зона давно научила его простой вещи: опасность почти никогда не приходит спереди.
Пройдя около пятидесяти метров, он остановился возле старого армейского грузовика, который почти полностью ушел в землю. Кабина заросла кустарником, а сквозь треснувшее лобовое стекло пробивались молодые березы. Казалось невероятным, что природа смогла так быстро поглотить творение человека. Именно здесь детектор коротко подал сигнал. Не аномалия. Артефакт.
Слабый, едва различимый отклик шел от небольшой воронки, образовавшейся рядом с грузовиком. Жора присел и достал гайку. Бросив ее вперед, он дождался, пока она несколько раз подпрыгнет на земле и спокойно остановится. Опасных аномалий рядом не оказалось. Осторожно приблизившись, он увидел в углублении тусклое голубоватое свечение. Среди мокрой земли лежал небольшой артефакт, похожий на полупрозрачный кристалл с тонкими прожилками внутри.
— «Медуза», — тихо произнес он. Артефакт был недорогим, но вполне полезным. Многие новички рисковали жизнью ради подобных находок, однако Гастер не спешил забирать добычу. Его внимание привлекло другое. Рядом с воронкой отпечатался свежий след ботинка. Жора опустился еще ниже. След был совсем новым. Земля еще не успела осыпаться по краям, а влажная грязь сохранила четкий рисунок подошвы.
Это был не армейский ботинок долговцев. Не тяжелая обувь бандитов. И не стандартные сапоги военных. Подошва имела необычный рисунок, которого Жора раньше не встречал. Он внимательно осмотрел местность. След оказался не единственным. Человек прошел здесь совсем недавно, двигаясь в сторону северной части Свалки. Однако через несколько метров отпечатки неожиданно обрывались.
Не исчезали постепенно.
Не терялись среди камней.
Они просто заканчивались.
Будто человек сделал последний шаг и растворился в воздухе. Жора медленно провел ладонью по земле, пытаясь найти хоть какое-нибудь объяснение. Может быть, неизвестный перепрыгнул на бетонную плиту или забрался на остов автомобиля? Он внимательно обследовал все вокруг, но ни одна из версий не выдерживала проверки. Расстояние было слишком большим. Даже очень опытный сталкер не смог бы исчезнуть настолько бесследно. Гастер выпрямился и еще раз огляделся.
В этот момент его внимание привлекло едва заметное движение на крыше старого автобуса. Он вскинул винтовку почти мгновенно. Прицел лег точно на цель. Но палец так и не нажал на спусковой крючок. На крыше сидел большой черный ворон. Птица спокойно смотрела прямо на него, не проявляя ни малейшего беспокойства. Обычно вороны, обитавшие в Зоне, старались держаться подальше от людей, особенно от вооруженных сталкеров. Эта же словно вовсе не собиралась улетать. Несколько секунд человек и птица неподвижно смотрели друг на друга. Затем ворон неожиданно каркнул, расправил крылья и сорвался в воздух. Он полетел не куда придется, а строго на север, несколько раз описав круг над автомобильным кладбищем. Жора машинально проследил за его полетом. Птица исчезла за полуразрушенным ангаром. И почти сразу оттуда донесся глухой металлический звук. Такой, словно кто-то неосторожно наступил на лежавший под ногами лист железа. Гастер замер.
Теперь он уже не сомневался. Впереди действительно находился человек. И этот человек впервые за весь день допустил ошибку. Жора медленно перевел предохранитель «Винтореза» в боевое положение, глубоко вдохнул и направился к ангару, стараясь двигаться бесшумно. Он еще не знал, кто скрывается среди развалин, но был уверен в одном: ответы на вопросы, которые мучили командование «Долга», находятся гораздо ближе, чем ему казалось утром. Зона будто специально вела его по едва заметному следу, позволяя приблизиться к тайне ровно настолько, чтобы он почувствовал ее дыхание, но пока не смог увидеть ее истинное лицо.
Ангар находился в нескольких сотнях метров от автомобильного кладбища. Когда-то здесь ремонтировали тяжелую строительную технику, но теперь огромные металлические ворота висели на одной петле, а бетонные стены покрывали длинные трещины, через которые пробивались молодые деревья. Крыша местами обрушилась, и сквозь зияющие проломы было видно быстро темнеющее небо. Гастер не шел напрямик. Подобные ошибки обычно совершали новички, которым казалось, что главное — как можно быстрее добраться до цели. В Зоне подобная спешка редко заканчивалась удачно. Поэтому Жора сделал широкий круг, стараясь выйти к ангару со стороны, откуда его самого было бы труднее заметить.
Каждые несколько десятков метров он останавливался, внимательно осматривал местность через прицел и лишь потом продолжал движение. Его шаги были практически бесшумными. Старые армейские ботинки давно притерлись к ноге, а многомесячная жизнь в Зоне научила двигаться так, чтобы не задевать ни сухие ветки, ни ржавые обломки металла. Через несколько минут он оказался возле полуразрушенного бетонного забора, за которым начиналась территория ангара. Отсюда хорошо просматривался главный вход. Ворота были открыты ровно настолько, чтобы внутрь мог пройти человек. Это само по себе выглядело странно. Ветер не смог бы оставить тяжелые металлические створки в таком положении. Значит, кто-то открывал их совсем недавно.
Жора перевел взгляд на землю. Возле входа виднелась старая колея от грузовика, почти полностью заросшая травой. Однако поверх нее отчетливо различались следы человеческих ботинок. На этот раз отпечатки были хорошо различимы. Те самые. Необычный рисунок подошвы, который он уже видел возле найденной «Медузы». Гастер присел рядом со следом. Земля еще оставалась влажной после недавнего дождя, а значит, определить давность было несложно. Незнакомец прошел здесь не больше получаса назад. Он осторожно коснулся края отпечатка пальцами. Грязь еще не успела подсохнуть.
— Значит, ты совсем рядом... — тихо произнес он, больше для себя, чем вслух. Несмотря на явные признаки чужого присутствия, вокруг царила почти неестественная тишина. Не слышно было ни голосов, ни шагов, ни привычного потрескивания дозиметра, которое сопровождало сталкеров в местах с повышенным радиационным фоном. Такое молчание настораживало. Зона редко бывала настолько спокойной. Жора медленно приблизился к воротам и остановился, прислушиваясь. Из глубины ангара доносился едва различимый звук. Сначала он показался похожим на скрип металла, но спустя несколько секунд стало понятно, что это капает вода. Размеренно. С одинаковыми промежутками времени.
Он осторожно заглянул внутрь. Света почти не осталось. Последние лучи заходящего солнца проникали через проломы в крыше, рисуя на бетонном полу длинные полосы. В центре помещения стоял ржавый подъемный кран, вокруг которого были разбросаны детали какой-то строительной машины. В дальнем углу виднелась старая мастерская с выбитыми окнами, а вдоль стен тянулись металлические стеллажи, давно покрытые толстым слоем пыли.
Ничего необычного. Но именно это и настораживало. Жора медленно вошёл внутрь, стараясь держаться ближе к стене. Под ногами тихо хрустело битое стекло. Он специально ставил ногу на самые крупные осколки, чтобы не создавать лишнего шума от множества мелких. Детектор аномалий молчал. Дозиметр показывал безопасный уровень радиации. Все выглядело настолько обычным, что становилось не по себе. Пройдя несколько метров, Гастер заметил у стены старый армейский рюкзак. Он лежал так, словно его просто поставили на бетонный пол и забыли. Жора остановился. В Зоне никто не оставляет снаряжение без причины. Слишком высокая цена у каждой вещи. Он внимательно осмотрел пространство вокруг рюкзака, после чего бросил рядом гайку.
Ничего. Ни вспышки аномалии, ни движения. Только металлический звон, прокатившийся под сводами ангара. Подойдя ближе, он осторожно перевернул рюкзак ногой. Из приоткрытого клапана высыпалось несколько патронов к автомату Калашникова, армейская аптечка и смятая пачка сигарет. На внутренней стороне клапана была пришита небольшая нашивка.
Красная. С черной эмблемой. «Долг». Жора нахмурился. Рюкзак принадлежал одному из пропавших разведчиков. Он сразу вспомнил фотографии, которые показывал Воронин. Именно такие стандартные вещмешки выдавали бойцам перед дальними рейдами. Гастер опустился на колено и начал внимательно осматривать содержимое. Кроме обычного снаряжения внутри оказался небольшой блокнот в непромокаемой обложке. Большинство страниц промокло и слиплось между собой, но несколько последних удалось открыть. Записи были сделаны торопливым почерком.
"День второй. Следы появляются и исчезают. Такое чувство, будто кто-то специально водит нас кругами."
Следующая запись оказалась короче.
"Сегодня снова видел человека возле старого ангара. Лицо рассмотреть не удалось. Командир считает, что это наемник, но..."
Фраза обрывалась. Последняя страница была испачкана чем-то темным. На ней сохранилось всего несколько слов.
"Не доверяйте..."
Дальше бумага была разорвана. Жора медленно закрыл блокнот. Внутри неприятно кольнуло чувство, которое он редко испытывал даже в самых опасных рейдах. Кто бы ни оставил этот рюкзак, он явно хотел, чтобы его нашли. Слишком уж открыто лежали вещи. Слишком удачно сохранился блокнот. Слишком удобным выглядел весь этот след. Он уже собирался убрать находку в свой рюкзак, когда его внимание привлекла одна странная деталь. Пыль на бетонном полу покрывала практически весь ангар толстым ровным слоем. Кроме одного места. Примерно в десяти метрах впереди виднелась узкая полоса чистого бетона, словно кто-то совсем недавно провел по полу чем-то тяжелым.
Полоса уходила прямо к дальней стене ангара и заканчивалась возле старого металлического шкафа, покрытого ржавчиной. На первый взгляд шкаф выглядел самым обычным. Однако опыт подсказывал Гастеру, что именно такие неприметные детали чаще всего скрывают настоящие тайны Зоны. Он поднялся, крепче сжал «Винторез» и медленно направился к дальней стене, не сводя глаз со старого шкафа. Интуиция настойчиво подсказывала, что именно здесь заканчиваются следы пропавшего патруля и начинается история, ради которой Воронин отправил его в этот рейд.