Старый металлический шкаф стоял у дальней стены ангара, почти сливаясь с окружающим полумраком. Толстый слой ржавчины скрывал его первоначальный цвет, а дверцы были испещрены глубокими царапинами, словно кто-то много лет подряд пытался вскрыть металл чем-то острым. В обычных обстоятельствах Жора не обратил бы на него внимания. Подобных предметов в заброшенных зданиях Зоны оставались тысячи. Но сейчас его настораживало другое.
След, который он обнаружил на бетонном полу, заканчивался именно здесь. Он остановился в нескольких шагах от шкафа и снова осмотрел помещение. Внутри ангара по-прежнему царила тишина. Сквозь проломы в крыше проникал слабый вечерний свет, которого едва хватало, чтобы различить очертания предметов. Где-то наверху тихо постукивал от ветра лист кровельного железа, а из глубины здания доносился размеренный звук падающих капель.
Все выглядело настолько спокойно, что это спокойствие казалось искусственным. Гастер не любил подобные места. В Зоне существовало множество опасностей, к которым человек постепенно привыкал. Аномалии можно было обнаружить детектором. Радиацию показывал дозиметр. Повадки большинства мутантов опытные сталкеры знали почти наизусть. Но существовала еще одна категория угроз — те, которые невозможно было объяснить ни приборами, ни здравым смыслом.
Именно с ними чаще всего сталкивались те, кто заходил слишком далеко на север. Жора медленно приблизился к шкафу и осторожно провел ладонью по холодному металлу.
Пыль.
Ржавчина.
Ничего необычного.
Однако, когда пальцы коснулись боковой стенки, он почувствовал слабую вибрацию. Настолько слабую, что другой человек мог бы принять ее за собственное сердцебиение.
Жора замер. Он приложил ладонь еще раз. Вибрация повторилась.
Короткая.
Ритмичная.
Будто где-то глубоко под землей продолжал работать старый механизм. Несколько секунд он прислушивался. Затем сделал шаг назад и внимательно осмотрел пол вокруг шкафа. Бетонные плиты отличались друг от друга оттенком. Большинство были покрыты трещинами и въевшейся грязью, однако одна из них выглядела немного светлее остальных. Не настолько, чтобы это сразу бросалось в глаза, но достаточно, чтобы опытный разведчик заметил несоответствие. Жора присел и провел пальцами по стыку между плитами. Щель оказалась значительно уже остальных. Кто-то сравнительно недавно двигал бетонную конструкцию. Мысль о тайном помещении возникла почти сразу. Подобные укрытия нередко встречались на территории старых заводов и военных объектов. Во времена Советского Союза здесь строили убежища, технические тоннели и запасные выходы, о существовании которых спустя десятилетия знали лишь единицы.
Но прежде чем предпринимать что-либо, Гастер решил проверить помещение еще раз. Он выключил фонарь. Темнота мгновенно поглотила ангар. Несколько секунд Жора неподвижно стоял, позволяя глазам привыкнуть к полумраку. Именно тогда он увидел то, чего раньше не замечал. Из-под шкафа пробивалась тонкая полоска света. Настолько слабая, что при включенном фонаре ее невозможно было различить. Она исчезала почти сразу, растворяясь в пыли, но сомнений не оставалось. Под шкафом действительно находилось какое-то освещенное пространство.
Жора медленно вдохнул. Теперь сомнений почти не осталось. Перед ним был не просто заброшенный ангар. Это место кто-то использовал до сих пор. Он осторожно убрал фонарь обратно в подсумок и вновь прислушался. И в этот момент тишину нарушил звук. Не впереди. Не за шкафом. Позади. Очень тихий. Короткий металлический щелчок, похожий на тот, который издает автомат, когда его снимают с предохранителя. Все произошло мгновенно. Не оборачиваясь, Гастер сделал широкий шаг в сторону и одновременно опустился на одно колено. В ту же секунду над тем местом, где секунду назад находилась его голова, с резким свистом пролетела пуля. Она ударила в металлический шкаф, выбив из него сноп искр.
Звук выстрела эхом прокатился под сводами ангара. Стрелок использовал оружие с глушителем. Жора не стал искать его глазами. Вместо этого он мгновенно перекатился за массивную бетонную колонну, прекрасно понимая, что неизвестный снайпер уже наверняка меняет позицию. Несколько секунд стояла тишина. Потом раздался второй выстрел. Пуля раскрошила край колонны, осыпав лицо Гастера бетонной крошкой. Теперь стало окончательно ясно: тот, кто наблюдал за ним с самого выхода из Ростка, больше не собирался скрываться. Но Жору насторожило совсем другое.
Стрелок мог убить его еще возле автомобильного кладбища. Мог открыть огонь, когда Гастер изучал следы, когда читал блокнот, когда подходил к ангару. Однако он выстрелил только сейчас. Именно тогда, когда молодой разведчик обнаружил скрытый проход. Значит, целью неизвестного было не устранить бойца «Долга» любой ценой. Ему нужно было не позволить Гастеру узнать, что находится под старым ангаром. И именно это впервые за все время заставило Жору почувствовать, что он приблизился к разгадке гораздо ближе, чем предполагал сам Воронин.
Гастер прижался спиной к холодному бетону колонны и заставил себя несколько раз глубоко вдохнуть. Сердце билось быстрее обычного, но руки оставались спокойными. За годы, проведенные в Зоне, он понял одну простую вещь: паника почти никогда не убивает человека напрямую. Она заставляет совершать ошибки, а уже ошибки заканчиваются смертью. Он осторожно выглянул из-за укрытия. Ангар по-прежнему оставался полутемным. После выстрелов под потолком медленно оседала бетонная пыль, а в нескольких местах продолжали сыпаться мелкие камни. Попадание в металлический шкаф оставило глубокую вмятину, вокруг которой еще осыпались искры ржавчины.
Стрелка видно не было.
Это означало, что он занимал заранее подготовленную позицию и сразу сменил ее после первого выстрела. Такой прием использовали далеко не все. Большинство бандитов, если открывали огонь, продолжали стрелять с одного места до последнего, надеясь задавить противника количеством пуль. Наемники действовали иначе. Они ценили время, меняли позиции и никогда не позволяли вычислить себя после первого выстрела. Жора попытался восстановить картину происходящего. Первая пуля прошла примерно в двадцати сантиметрах от его головы и ударила в шкаф под небольшим углом. Вторая попала в край колонны уже с другой стороны. Значит, стрелок действительно успел переместиться. Причем сделал это очень быстро.
«Либо он работает не один», — подумал Гастер. — «Либо передо мной человек, который прекрасно знает этот ангар».
Он перевел взгляд на дальние металлические балки под крышей. Именно оттуда открывался лучший обзор почти всего помещения. Несколько старых мостовых кранов соединяли противоположные стены, образуя узкие проходы над полом. Если неизвестный поднялся наверх заранее, обнаружить его будет непросто. Жора медленно снял с пояса небольшое зеркальце в металлической оправе. Такие вещи редко встречались в снаряжении обычных сталкеров, но опытные разведчики иногда носили их с собой. Простое зеркало позволяло заглянуть за угол, не подставляя голову под возможный выстрел. Он осторожно высунул руку. В отражении показалась часть ангара. Ржавые балки. Обрушенная крыша. Металлические стеллажи. И почти сразу зеркало разлетелось на мелкие осколки. Пуля ударила точно в центр отражающей поверхности.
Гастер мгновенно убрал руку обратно. Теперь он хотя бы знал направление. Стрелок действительно находился наверху. Однако радости это открытие не принесло. Противник стрелял настолько точно, что сумел попасть в небольшой кусок зеркала размером с ладонь.
«Очень высокий уровень подготовки», — отметил про себя Жора. Он осторожно отстегнул от разгрузки дымовую гранату. Подобные вещи бойцы «Долга» брали далеко не в каждый рейд, но Воронин настоял, чтобы Гастер полностью обновил комплект снаряжения перед выходом. Тогда это показалось излишней предосторожностью, однако теперь молодой разведчик был искренне благодарен командиру. Выдернув чеку, он бросил гранату далеко в противоположную сторону ангара. Через несколько секунд помещение начал заполнять густой серый дым. Жора не стал сразу менять позицию. Он понимал, что опытный стрелок ожидает именно этого. Вместо того чтобы броситься к шкафу или попытаться покинуть укрытие, Гастер остался неподвижен, внимательно прислушиваясь к каждому звуку.
Прошла почти минута. Из глубины ангара донесся едва различимый металлический скрежет. Кто-то действительно двигался. Не быстро. Очень осторожно. Стараясь не выдать себя. Жора закрыл глаза. Иногда слух помогал лучше зрения.
Шаг.
Еще один.
Потом тихий удар подошвы о металлическую балку.
Расстояние постепенно увеличивалось.
Стрелок уходил.
Он не собирался продолжать бой. Гастер понял это почти сразу. Если бы неизвестный хотел закончить начатое, он воспользовался бы дымом для сближения или, наоборот, попытался бы дождаться, пока противник потеряет ориентиры. Но человек наверху предпочитал отступить. Это означало только одно. Его задачей было не убийство. Он должен был задержать Жору. Ровно настолько, чтобы выиграть время. Эта мысль заставила Гастера резко поднять голову. Взгляд снова остановился на старом металлическом шкафу.
Все это время он думал о стрелке. Именно этого противник, вероятно, и добивался. Жора бросился к дальней стене. Теперь он уже не скрывался. Если под ангаром действительно существовал скрытый проход, человек наверху наверняка пытался дать кому-то возможность покинуть его. Добежав до шкафа, он внимательно осмотрел пол. Полоса очищенного бетона теперь выглядела еще заметнее. Она заканчивалась у небольшого металлического кольца, почти полностью скрытого под слоем пыли. Несколько минут назад Жора просто не успел обратить на него внимания. Он ухватился за кольцо и потянул вверх. Люк поддался неожиданно легко. Из темного проема дохнуло холодным, затхлым воздухом, который не ощущал солнечного света уже много лет. Где-то внизу тихо работала вентиляция, а из глубины тоннеля доносился слабый гул электрического оборудования.
Гастер замер. Это был не заброшенный подвал. Электричество в Зоне не появлялось само по себе. Если где-то работали вентиляторы и освещение, значит, кто-то поддерживал систему в рабочем состоянии. Он направил луч фонаря вниз. Бетонная лестница уходила глубоко под землю. На ступенях лежала свежая грязь. И отпечатки тех самых необычных ботинок, которые он уже видел возле ангара. Они вели только в одном направлении. Вниз.
Жора понимал, что, спускаясь туда в одиночку, он нарушает почти все правила, которым учат разведчиков «Долга». Любое неизвестное подземное сооружение могло оказаться ловушкой, а связь с поверхностью наверняка пропадет уже через несколько десятков метров. Однако сейчас выбора не оставалось. Если он уйдет за подкреплением, люди, скрывавшиеся под ангаром, успеют исчезнуть. Все следы вновь растворятся в Зоне, как уже произошло с пропавшими разведчиками. Он еще раз проверил магазин «Винтореза», закрепил фонарь на цевье оружия и медленно шагнул на первую бетонную ступень. За его спиной ангар вновь погрузился в мертвую тишину, словно никакой перестрелки здесь никогда не происходило. Впереди же начинался путь в неизвестность — туда, где, возможно, скрывался ответ на вопрос, ради которого Воронин рискнул отправить в Зону одного из своих лучших разведчиков.