Глава 4
Я шел всю ночь и почти весь день, мой шаг то ускорялся до бега, то замедлялся до медленного, почти муравьиного шага.
Время от времени я останавливался, чтобы перевести дух, ощущая, как сердце бьется в груди, словно барабан.
К полудню, запыхавшись до предела и покрытый потом, я рухнул на землю — земля была мягкой и влажной под ногами.
Весь в поту и усталости, я потерял сознание.
Очнулся я в том же самом месте — среди густого леса, где деревья тянулись к небу своими ветвями. В воздухе витал запах влажной земли и хвои.
Внутри меня ощущалась тревога: если здесь есть опасные существа — а кто знает, что скрывается в этих тенистых чащах —
они без труда смогли бы меня убить и съесть на ужин.
Я лежал неподвижно, весь запыхавшийся и изнеможённый. Вскоре тело начало болеть от перенапряжения и усталости.
Я прислонил руку к груди и тихо произнёс:
— Исцеление.
Магия тут же окутала меня мягким зеленым светом — словно теплый плед из мерцающих искр.
Боль исчезла за мгновение, а тело стало лёгким и свободным от страдания. Я вздохнул с облегчением:
— Так намного лучше.
Оглядевшись по сторонам, я увидел лишь бескрайние ряды деревьев.
Вдалеке слышался шум реки — тихий и постоянный гул воды, словно спокойное дыхание природы.
Не раздумывая долго, я направился туда, где слышался этот успокаивающий гул воды.
Мне нужна была остановка на ночь — место для отдыха и возможность принять ванну благодаря реке.
Мой уютный дом расположился прямо на берегу, Благодаря реке я смог понежиться в ванне, используя магические камни для подогрева воды,
которые светились мягким голубым светом.
Я достал из своей волшебной сумки походный костюм — третий по счету.
Первый был постиран после драки с медведем: рукав рубахи был подран, но сам костюм оставался чистым благодаря магии,
второй — весь в пыли и поту после недавних приключений. Остался только последний комплект.
— Нужно будет прикупить ещё одежды… — пробормотал я вслух, поглаживая ткань костюма. — Но как попасть в город?
Без магического удостоверения меня не пропустят внутрь. Или придется совершить какой-нибудь подвиг…
Ага, конечно.
Оставались только деревни или поселения полу эльфов по пути.
Там можно было бы найти приют и купить все необходимое у местных жителей.
Я окончательно убедился в направлении: только драконы смогут мне помочь — они должны знать о моих новых силах и моем перемещении в будущее.
Просто блаженство — после принятия ванны мое тело ощущало себя прекрасно.
Мрачные мысли исчезли, словно их смыло водой. В памяти постепенно выветривались события, произошедшие в деревне, и я мог вздохнуть свободнее.
Теперь передо мной стояла новая задача — приготовить горячий и сытный ужин.
Пока я занимался этим, взгляд невольно тянулся к темной лесной чащобе.
Время от времени я всматривался в тьму, опасаясь повторения прошлых неприятностей — встречи с медведем и потерей еды.
Но все было спокойно: ветер мягко колыхал ветви деревьев, а река тихо шумела, создавая умиротворяющую атмосферу.
Ужин был готов. Я положил побольше еды в миску, сел у костра и принялся за трапезу.
Аромат свежей пищи витал в воздухе, когда я заметил ее — молодую зверолюдку.
Ее светло-зеленые глаза, как два изумруда, жадно смотрели на меня. Она казалась голодной и уставшей.
— Привет — сказал я, приподнимаясь со своего места. — Ты голодная?
Она молча смотрела на меня, не проявляя ни страха, ни агрессии. Уверенность в ее спокойствии немного успокаивала.
— Поужинаешь? — начал я снова и стал накладывать еду во вторую миску. — Присаживайся рядом.
Я указал ей на место у костра. Она медленно подошла и с осторожностью присела рядом со мной.
Ее уши постоянно подергивались — она прислушивалась к окружающему миру. Нос делал глубокие вдохи, жадно поглощая запахи еды.
Когда она начала есть, на ее глазах появились слезы. Я удивленно взглянул на нее:
— Неужели не вкусно? — спросил я.
Она молчала и только помотала головой, продолжая есть жадно, не прожёвывая пищу.
— Не спеши… Еды еще много, — добавил я тихо.
Она продолжала есть со слезами на глазах и тихо шептала:
— Вкусно… очень…
Я почувствовал внутри что-то теплое и трогательное.
Ее реакция напомнила мне — о тех редких моментах искренней благодарности и радости за простые вещи.
Кто она такая? Почему решила выйти ко мне?
Я — Рик, странствующий по миру, в поисках ответов.
— Как тебя зовут? — спросил я.
Она ответила тихо:
— Юки. — и продолжила жадно поглощать пищу.
Рад знакомству, хоть обстоятельства нашей встречи были далеко не приятными.
Я внимательно посмотрел на нее: все ее тело было покрыто синяками и ушибами, она была очень худой.
Было ясно, что условия, в которых она находилась, были ужасными. Ее одежда едва прикрывала тело, выглядела изношенной и грязной.
— Подожди меня здесь, — сказал я твердо.
Она недоверчиво повернулась ко мне, готовая защититься.
Но я решил не обращать внимания на ее перемену настроения и направился к своей палатке.
Прошло всего пять минут, как я вернулся к ней. Котелок был полностью опустошен, а Юки лежала возле костра, поглаживая свой хвост.
Хорошо было знать, что она не убежала — хотя кажется, после такого обильного ужина она и не собиралась уходить.
— Я подготовил для тебя ванну, вот — я протянул ей свою рубаху. — Она немного пострадала после битвы с медведем, но сейчас чистая.
Юки недоверчиво смотрела на меня, не понимая происходящего.
— Пойдем покажу ванну, — предложил я. — Но сначала нужно залечить твои раны.
Может ли простое исцеление помочь? Наверное, нет.
Остается только надеяться на:
— Высшее исцеление! — произнес я вслух и вызвал поток зеленого света возле себя.
Он образовался в моих руках и направился к Юки. Зеленый свет полностью окутал ее тело и избавил от всех синяков и ушибов.
Конечно же, я мог вылечить только внешние раны — душевные травмы исцелить гораздо сложнее и зачастую невозможно полностью.
После процедуры Юки вздрогнула и вырвалось у нее:
— А! — она посмотрела на свои руки с удивлением, — Ничего не болит! Тело перестало болеть!
Я улыбнулся:
— Рад за тебя! Теперь пойдем внутрь — я покажу все остальное.
Ее глаза широко раскрылись от удивления: внутри палатка казалась небольшим домом с уютной атмосферой внутри.
Я показал ей ванну; она осторожно опробовала воду рукой:
— Теплая… — прошептала она с воодушевлением.
Я оставил Юки принять ванну и сам отправился собирать хворост для костра.
В голове крутились множество вопросов: Что мне делать с ней дальше? Оставить ее здесь я не мог. Взять с собой?
С этими мыслями я вернулся в лагерь.
Юки прыгала и кружилась возле костра, словно легкое пламя, играющее в ритме танца.
Она подставляла свой хвост, чтобы он быстрее высох, и его мягкий кончик трепетал в ночном воздухе.
Моя рубашка, подпоясанная веревкой, казалась на ней словно платье — простое, но уютное, с оттенком небрежной элегантности.
Она взглянула на меня своими яркими глазами и вдруг быстро опустилась на землю.
Я аккуратно положил хворост рядом с костром и присел на свое место, чувствуя легкое тепло от огня.
— Тебе очень идет, — произнес я без особых мыслей, словно это было самое естественное в мире.
Юки положила голову на свои колени, пытаясь скрыть смущение.
В тишине ночи слышался лишь тихий шорох листвы и потрескивание огня.
Она тихо ответила:
— Спасибо.
Только сейчас я понял: виноват я сам в этой неловкой ситуации. Нужно было что-то сказать — сменить тему, отвлечь её.
Собравшись с духом, я решил расспросить её о том, откуда она и где находится её дом.
— Юки, откуда ты? — спросил я мягко.
Она повернула голову ко мне, но молчала. В её глазах зажглись слезы — словно она боялась открыть свою душу полностью.
Казалось, наш разговор вот-вот оборвется.
— Не хочешь говорить — ничего страшного, — попытался я её успокоить, — если не хочешь — не надо.
Она лишь кивнула и начала свой рассказ:
— Моя деревня называлась Лунария. Она находилась далеко отсюда — в нескольких неделях пути.
— Ее уничтожили? — спросил я тихо.
Она вздохнула и закрыла глаза, пытаясь унять слезы:
— Да… Люди…
Прошло несколько минут молчания. Юки снова заговорила:
— Когда я была маленькой, на нашу деревню напали. Прошло уже лет десять с тех пор.
Мои родители погибли — как и большая часть жителей, остальных продали в рабство. Мы были вместе долгое время…
Но за эти годы я никого из своей деревни больше не видела. Не знаю — жив ли кто-то еще.
Она замолчала на мгновение, затем продолжила:
— Моя деревня была не одна. Люди сжигали и разрушали все деревни на своем пути и почти все города нашего королевства.
За эти годы меня перепродавали много раз: расплачивались за товары, отдавали в качестве долга, дарили...
Она запнулась и уставилась куда-то вдаль — в темную даль ночи. Я посмотрел туда же, но ничего не увидел.
Возможно, в том направлении была её родная деревня. Если я правильно помню, то где там находиться Королевство зверолюдей или находилось...
Я был там однажды по пути к Королю Демонов, возможно, проходил мимо этой самой деревни Юки.
Но говорить об этом сейчас было бы неправильно — лучше оставить это при себе. Может быть однажды я расскажу ей правду.
Она вздохнула глубоко и сказала:
— Мою маму звали Лиана — её назвали в честь Богини мудрости и защиты. А папу — Зенар.
Меня же назвали в честь Богини Луны — потому что у меня есть редкий дар.
Я удивленно поднял брови:
— Так у тебя тоже есть способности?
— Да,— ответила Юки, — эти силы помогли мне увидеть в тебе божественную силу ещё в деревне.
— Божественную силу? — удивился я.
Я вспомнил свою собственную магию: силу против медведя или ту энергию из заброшенной библиотеки… Всё это казалось божественным тогда.
Но что за сила помогла мне спасти Юки? Внутри меня зародились новые размышления.
Юки медленно подошла ко мне и положила голову прямо на мои колени. Внезапно у меня вырвалось:
— Что?!
Это было неожиданно: романтического настроения тут явно не было, так зачем же она так поступила?
Она оставалась неподвижной и молчаливой у меня на коленях, словно передавая свою доверенность без слов.
Я уже собирался задать ей множество вопросов о случившемся, как вдруг она убрала голову и села обратно на своё место.
Я не мог понять: что это было? И почему она так поступила?
Только позже я узнал: такой жест у зверолюдей — когда один кладет голову другому — символ любви и преданности,
не романтической любви между партнерами, а любви к тому человеку или существу, за которым готов идти до конца — защищать его любой ценой.
Время уже давно перевалило за полночь, красные огоньки костра играли в ночном небе своими мерцаниями.
— Нам пора ложиться, — сказал я.
Юки тут же начала укладываться на влажной земле, хотя костер всё ещё пылко пылал перед ней, она всё равно решила лечь прямо здесь.
— Нет, — твердо ответил я, — здесь мы спать не будем. Идем в палатку.
Внутри палатки было тепло благодаря магическим камням-обогревателям,
их мягкое тепло проникало сквозь ткань и согревало нас обоих так же нежно, как объятия самой ночи.
Я указал на кровать:
— Вот твоя половина, вот моя, — разделив её визуально пополам, — или пол. Но он холодный. Ты можешь выбрать сама.
Я начал готовиться ко сну. Свет был погашен, и в комнате осталась лишь стоячая фигура, колеблющаяся в нерешительности.
Закрыв глаза, я знал: Юки примет решение сама. И так и случилось.
Медленно, словно тень, она начала ползти по кровати, аккуратно укладываясь на свою половинку.
Так завершился этот день — день нашего знакомства.
Конец 4 Главы.
"Истинная сила — это не то, что ты можешь сделать один, а то, что ты можешь сделать вместе с другими."