С улыбкой на лице Люций протянул руку Зейну. Так они и простояли около десяти секунд: один на пороге, второй — снаружи.
— Не пожмёшь руку?
«Какой-то странный тип. Но от него словно исходит невидимый свет. Что за бред...»
Зейн нахмурился, пока эти мысли проносились у него в голове. Из открытой Люцием двери доносился невероятно притягательный аромат жареного мяса. В этот момент живот Зейна заурчал так сильно, как никогда прежде. Услышав это, Люций рассмеялся и убрал руку в карман.
— Думаю, этим всё сказано. Заходи, я как раз собирался завтракать. У меня сегодня сочная говядина, обжаренная в сливочном масле, с добавлением чеснока и розмарина для аромата. Ты ведь любишь говяжий стейк?
«Да я его просто обожаю! Стоп! Как он узнал? Мне нужно остерегаться этого мутного типа. Но запах... Да и кого я буду остерегаться, если умру от голода? Верно, сначала с осторожностью поем».
Немного подумав, Зейн решил согласиться.
— Хорошо, я присоединюсь к "завтраку", несмотря на то, что сейчас ночь. Но сколько это будет стоить?
«Бесплатное всегда обходится дороже всего».
Услышав вопрос, Люций слегка оцепенел; улыбка застыла на его лице. Он явно не ожидал такого вопроса.
— Эм... Нисколько? Мы ведь люди. Я вижу, что ты нуждаешься в еде, значит, я помогаю. Разве не очевидно?
«Это он усыпляет мою бдительность или и вправду настолько наивен?»
— Ладно, но я всё равно позже верну долг.
«Главное — поесть и уйти из его дома, а потом забуду об этом, как о страшном сне. Буду я ещё сюда возвращаться. Конечно».
Натянуто улыбнувшись, он последовал внутрь за Люцием, попутно рассматривая помещение. Это была квартира, очень похожая на ту, в которой Зейн очнулся изначально, но её планировка отличалась. Она была такой же просторной. В каждой комнате холодный мраморный пол устилал теплый пушистый ковер.
«Видимо, он не любит холод».
По мере продвижения вглубь квартиры аромат мяса становился всё сильнее, заставляя Зейна постоянно сглатывать слюну. Наконец, они дошли до кухни — эпицентра этого манящего запаха. Кухня была меньше остальных комнат, но даже при этом её размеры сопоставлялись с гостиной в родном доме Зейна. Комнату заливал мягкий желтый свет, струящийся с потолка. В центре стоял белый стол, словно высеченный из цельного белоснежного камня. На нём лежали две пары столовых приборов: казалось, хозяин дома уже был готов к встрече гостя.
«Тут пара наборов. Стоят идеально по своим местам.»
— Я сегодня не единственный приглашённый?
— Возможно.
«Кого он мог ждать посреди ночи?»
Посмотрев на Зейна, Люций снова улыбнулся. От него вновь стало исходить то самое незаметное глазу сияние, которое ощущалось лишь на духовном уровне.
— «Возможно» это не ответ.
— А ты ожидал услышать точный?
Зейн чуть подался вперёд.
— Отвечай. Кого ты ждал?
Люций насмешливо ответил.
— Зачем тебе это знать?
— Я могу сидеть не на своём месте.
Люций замолчал на несколько секунд с пустым выражением лица.
— Оно твоё. Не волнуйся.
Отодвинув стул, он жестом пригласил Зейна сесть. Сжав кулаки, гость не стал сопротивляться: он уже едва мог думать о чём-то, кроме предстоящей трапезы. Опустившись на стул, который на первый взгляд казался жестким, Зейн неожиданно ощутил мягкость.
— Эргономичный стул?
Сев напротив, Люций молча кивнул. Откинувшись на спинку, он дважды хлопнул в ладоши. Тут же появились два гуманоидных существа, напоминавших обезображенных людей, у которых вырезы для глаз и рот располагались хаотично, и принесли две тарелки с одинаковыми кусками ароматного говяжьего стейка и бутылку апельсинового сока. Увидев этих существ, Зейна передёрнуло, но запах мяса быстро привёл его в чувства. Настороженно взглянув на хозяина квартиры, он стал смиренно ждать.
Заметив его реакцию, Люций безэмоционально оглядел роботов, а затем тепло улыбнулся.
— Не бойся их. Это всего лишь безжизненные машины. По крайней мере... Так проще думать.
Замолчав на мгновение, он продолжил.
— Но всё же, такие сейчас есть, наверное, у каждого. Хотя, судя по твоей реакции, всё-таки не у каждого. Ах, да. Не стесняйся, ешь.
Закончив говорить, он аккуратно отрезал кусочек мяса и плавным движением отправил его в рот, как бы демонстрируя безопасность еды. Увидев это, Зейн слабо улыбнулся и сказал:
— Давай поменяемся тарелками. У тебя будет на один кусочек больше.
Люций молча трижды хлопнул в ладони, после чего одна из безжизненных машин бесшумно поменяла тарелки местами.
— Что ж, приятного аппетита!
Зейн рваными, резкими движениями разрезал стейк и с нетерпением проглотил один кусок. Затем он стал ждать, готовясь к тому, что еда отравлена.
«Он так же съел один кусок. Возможно потенциальный яд в мясе не опасен в маленьких количествах.»
Прождав пару минут, он наконец съел и второй кусок. Затем после очередного ожидания, он съел и третий.
«Я больше не могу терпеть! Думаю еда не отравлена.»
Всего за несколько минут огромный кусок мяса был полностью съеден. Всё это время Люций молча и с грацией поглощал свою порцию. Заметив, что Зейн закончил, он заговорил:
— Могу я поинтересоваться, откуда ты? Ты не похож на местного.
— Родился я в Лондоне, но на данный момент живу в Бостоне, — ответил Зейн. Заметив недоумение на лице собеседника, он пояснил: — В общем, я из Соединённых Штатов Америки. У тебя, кстати, американский акцент. Жил или учился в Штатах?
Выражение растерянности на лице Люция стало ещё более явным.
— Нет. Я всю жизнь провёл здесь, в Истинном... Ложном Эдеме. Вокруг множество разных городов под куполами, но я ни разу не слышал о Бостоне, Лондоне или Америке.
Зейн мгновенно нахмурился, а в голове вихрем пронеслись мысли:
«Купола? Это звучит даже более странно, чем... Ложный Эдем? Я, конечно, знаю про Эдем, но никогда не слышал, чтобы кто-то так называл города. Он сам дал такое название городу? Люций — религиозный фанатик?».
— Это ты сам так назвал город, или таково его настоящее название?
Люций тяжело вздохнул.
— Я сам решил его так назвать.
«Фу. Видимо, реально религиозный фанатик», — промелькнула мысль в сознании Зейна, пока Люций продолжал говорить.
— Просто... никто больше не хочет называть вещи своими именами.
«Что? Город и вправду называется Эдемом? Не стоит принимать его слова за истину. Слишком уж странный этот парень. Нужно быть начеку».
Веки Зейна нервно подергивались, пока он обдумывал ответ.
— А что за купола ты упомянул? Это своего рода защита от астероидов?
Люций покачал головой.
— Нет. Купола нужны для удержания тепла внутри города. Без них мы бы замёрзли насмерть, ну или поджарились бы под нескончаемым потоком инфракрасных лучей. Всё-таки энергия звезды — это не шутки.
«О чём он говорит? Какие ещё инфракрасные лучи?»
Зейн принуждённо закивал.
— Ах, да. Эти самые... купола. Теперь вспомнил. Просто мне слегка память отшибло, поэтому могу иногда задавать глупые вопросы.
«Я что, в другом мире? Да нет. Быть не может»
— Ничего страшного. Я лишь рад помочь тебе, — ответил Люций.
Зейн принял расслабленный вид и, попивая апельсиновый сок, задал следующий вопрос:
— И ещё. Создатель этих... роботов — он не сталкивался ни с чем сверхъестественным? Или, может, он был психопатом?
— Роботов...? Возможно, правдивы оба варианта. А что? Они тебе кого-то напомнили?
В этот момент лицо Зейна исказилось в сложной гримасе, словно он вспомнил нечто отвратительное и мерзкое. Люций мгновенно стал серьёзнее.
— Ты точно встречал что-то похожее. Как это возможно? Их ведь нельзя увидеть.
— Кого "их"?
— Наветников.
— Что за «наветники»? — спросил Зейн.
Люций посмотрел Зейну прямо в глаза: его широко раскрытый, тяжелый взгляд, казалось, проникал в самую душу. Сердце Зейна мгновенно сжалось под давлением этого взгляда. Он боялся пошевелиться, словно жертва, застывшая перед хищником. Сам Люций побледнел, будто вспомнив нечто ужасное. Он долго молчал, глядя куда-то мимо Зейна.
— Ты ведь уже чувствуешь это, да?
Его голос стал тише. Почти осторожным.
— Думаю… тебе лучше обернуться.
Он слегка улыбнулся.
Но в этой улыбке не было тепла.
«Что?.. Нет, этот тип намного хуже, чем я себе представлял», — подумал Зейн. Он тут же схватился за нож и, с силой сжав рукоять, направил лезвие на Люция.
— Ты ведь не думаешь, что я повернусь к тебе спиной?
В этот момент зрение Зейна помутнело, и всё вокруг погрузилось в непроглядную тьму. Тёплый свет с потолка не мог её рассеять, словно комнату окутала густая чёрная дымка. Дальше нескольких шагов ничего не было видно. Люций застыл на границе между абсолютным мраком и видимой частью комнаты, отчего стал казаться ещё более жутким.
Не успел Зейн опомниться, как раздался до боли знакомый мерзкий визг, но в этот раз он был значительно тише и не сопровождался головной болью. Вслед за ним в голове прозвучал тот самый тошнотворный голос:
«Приветствую. Не бойся, я не собираюсь тебе вредить. Видимо, один из моих братьев доставил тебе неприятности. Я пришел извиниться от его имени».
— Снова эта хрень! Стоп. Я это сейчас вслух сказал?
«Нет, но я могу тебя слышать».
— Твою мать! Что происходит... Так, нет. Успокойся. Возможно, он блефует. Да. Скорее всего, догадался о моих мыслях по выражению лица. Это не так уж невозможно.
«Ха-ха. А ты забавный. Но опять же, нет. Я правда слышу твои мысли».
Зейна вновь охватил знакомый холодный ужас. Он тут же представил себе чистый белый экран. Как только на нём появлялось хоть что-то, Зейн мысленно стирал это. Идея, готовая вырваться из сознания, растворялась, не успев оформиться. Слова, готовые сорваться с языка, исчезали. Его разум погрузился в абсолютную тишину.
Голос замолчал на мгновение, после чего продолжил:
«Неплохо. Довольно быстро догадался. Итак, я пришёл не только ради извинений. Я пришёл с посланием от Бога».
Белый экран в голове Зейна мгновенно разлетелся вдребезги: шок взял верх, и сдерживаемые слова вырвались наружу:
— Что?.. От Бога?
«Да. Меня зовут Абигор, и я являюсь правой рукой Господа. Ангелом посланий».
— Что за бред? Разве ангелы не должны быть... как минимум белыми? А я тебя даже не вижу, ты окутан тьмой.
«У тебя очень ограниченное представление об ангелах. Мы были сотворены ужасающими, чтобы отпугивать дьяволов».
— Дьяволов? То есть, наветников?
«Ангелы и есть наветники. Многие путают нас с истинными дьяволами. Среди нас есть падшие, но они не имеют ничего общего с наветниками — то есть, с ангелами».
— Погоди. Как я могу быть уверен, что ты ангел и не обманываешь меня?
«Бог наставит тебя на истинный путь. Сомневаться — нормально, но не позволь сомнениям потушить искру веры внутри себя. Потом может быть слишком поздно».
— Ты говорил про брата. Почему он напал на меня?
«Он не нападал. Мы слишком привыкли к общению с дьяволами и можем неосознанно использовать те же методы при контакте с людьми. Наше противостояние длится дольше существования этого мира, поэтому, надеюсь, ты поймёшь нас».
— От его слов... Меня словно разрывало на части! — возмутился Зейн. — Я просил его остановиться, но он продолжал. Если уж он не желал вредить, то мог бы помолчать хотя бы пару мгновений и дать мне передохнуть.
«Ему было поручено доставить послание, а мы не можем ослушаться Господа. Мы лишь твердо выполняем то, что нам приказано. К тому же, если бы мы хотели навредить, то не стали бы пытаться разговаривать. Ты ведь не думаешь, что выжил бы, захоти ангел причинить тебе вред?»
— В этом есть смысл, — подумал Зейн. — Но я всё же не верю в Бога. Ты можешь быть просто галлюцинацией, порождением моего сознания, которое не способно влиять на меня физически.
После паузы, он продолжил:
— Я могу хотя бы выслушать твоё «послание», а потом уже решу.
«Это твой выбор, на который ты имеешь право. Бог велит, чтобы ты привел Люция к вере. Он — мессия, который спасёт ваш народ. Но как мессия сможет привести других к Господу, если сам не является верующим? Ты должен будешь участвовать в формировании пророка. Это не менее важная миссия, чем та, что возложена на самого Люция. Не будет преувеличением сказать, что от тебя зависят судьбы миллиардов».
— Почему ты не скажешь это ему напрямую? Зачем делать меня посредником?
«Бог приказал донести послание до тебя, чтобы через эту миссию ты смог искупить свой "грех". Неважно, как именно Люций получит откровение, но как только это произойдёт — ты будешь чист перед Ним».
— Какой грех? Что я такого совершил?!
Как только Зейн начал об этом думать, в его голове пульсом отозвалась знакомая свинцовая боль.
«Пока тебе рано это знать. И да, забыл добавить ещё одну деталь: Люций не должен узнать, что ты получил поручение свыше. Ты, возможно, заметил, но он не в восторге от нас, ангелов. Он считает нас дьяволами, так как настоящие демоны уже успели повлиять на его разум, исказив наш образ. И пока это продолжается, он не уверует. Через неделю я приду к тебе снова со словами Господа, которые ты должен будешь записать и использовать в проповедях. А до тех пор — можешь подумать о своей вере».
Как только скрипучий голос умолк, черная дымка вокруг начала рассеиваться, и комната вновь наполнилась теплым светом. Застывший на границе тьмы и света Люций наконец заговорил:
— И как? Узнал, кто они?
Зейн, всё это время державший нож направленным на собеседника, внезапно опустил руку и убрал оружие в карман.
— Возможно. Но тебе я об этом не скажу. Пока что.
Люций на мгновение нахмурился, а затем тепло улыбнулся:
— Хорошо, буду ждать твою точку зрения. Скажем так, у меня есть предположение, кем они являются.
— Дь
яволами? — уточнил Зейн.
Улыбка Люция стала ещё шире.
— Почти. Это он тебе сказал? О том, что я могу считать их дьяволами?