Следующий день пролетел так быстро, что Йерин не успела и глазом моргнуть. Она оборудовала свою комнату: с позволения Джунхо обклеила фотографиями стену над рабочим столом и вымыла все горизонтальные поверхности от заметного слоя пыли. Ей безумно хотелось отправиться в центр, но она оттягивала момент до последнего, решив, что успеет нагуляться после адаптационного лагеря. Неделя знакомства с университетом происходила непосредственно за неделю до основных занятий, и Йерин уже сейчас чувствовала, что не может усидеть на месте.
В деревне у неё совсем не было друзей. В деревенской школе мальчишки предпочитали оставаться в своей сугубо мальчишечьей компании, не принимая юркую Йерин, которая и сама к ним не особо рвалась, а с девочками дружба как-то сразу не задалась. Йерин не чувствовала себя чужой в деревне, потому что та всегда была её любимым домом, но иногда ей казалось, что чужаки здесь — все остальные. Они либо обожали это место настолько сильно, что бранили большие города самыми грязными словами, на которые только были способны, либо, напротив, мечтами о переезде, ненавидя свой родной дом всей душой.
Йерин не понимала их. Казалось, в ней было столько любви, что хватило бы на весь мир.
На первый день Йерин поставила не меньше пяти будильников. У неё были постоянные проблемы с пробуждениями, так что дома она уже привыкла к тому, что её вечно будила мать. Здесь родителей не было, а просить Джунхо проверить, проснулась ли она, было и вовсе странно. С ним было комфортно находиться, но прилипчивая Йерин впервые ощущала, что отношения, которые были между ними раньше, остались в прошлом — после трёх лет разлуки они были куда больше соседями по квартире, нежели друзьями.
Да и можно ли их было назвать друзьями раньше?
Йерин легла спать, когда не было и десяти вечера, подготовив заранее одежду на выход, но промаялась в кровати почти до рассвета от радостного волнения перед первым настоящим днём в университете. В последний раз проверив все будильники, она закрыла слипающиеся глаза и…
— Йерин! — голос мальчика был звонким, но дрожащим. Не было ясно, от холода он дрожал или из-за страха, но Йерин не хотелось в него вслушиваться. Она надрывно закашлялась, чувствуя, как лёгкие раздирает так сильно, словно в них совершенно нет воздуха. — Зачем ты?..
— Отойди! — всхлипнула Йерин, отталкивая его руки, но незнакомый мальчик уверенно прижал её к себе, прижимая подбородок к макушке. Она хотела вырваться, правда хотела — ни за что не будет плакать на плече у какого-то случайного мальчишки! — но слёзы сами потекли из глаз, стоило только позволить себе вдохнуть воздух полной грудью.
— Всё хорошо, я тут, — крепче сжал он руки на её спине, и Йерин разрыдалась.
Пробуждение было медленным, ленивым.
Йерин совсем немного приоткрыла один раз, сонно щурясь из-за нежно греющего её лицо февральского солнца, и перекатилась на другой бок, с довольным урчанием подбирая под себя прохладное одеяло, почти скинутое с кровати. Ей совершенно не хотелось вставать, потому что во сне было что-то важное, что-то ценное и тёплое. Она сладко вздохнула, пытаясь нащупать мысленно ускользающий сон, но тот цепляться упорно не желал.
Негромкий стук в дверь заставил проявиться крохотную морщинку меж сведённых бровей. Йерин не собиралась сдаваться так быстро.
Стук стал настойчивее.
Она заворчала недовольно в полусне и накрыла голову подушкой, стараясь заглушить посторонние звуки от загадочного недоброжелателя. Ей просто хотелось поспать. Почему кто-то смеет лишать её естественной потребности?
— Йерин?
Низкий голос показался для неё одновременно знакомым и незнакомым. Йерин медленно открыла глаза, постепенно выскальзывая из сонной растерянности.
А в следующую секунду её как ледяной волной обдало.
— Чёрт! — подскочила она так быстро, что в глазах на несколько секунд потемнело. С кровати Йерин вскакивала ещё будучи дезориентированной, поэтому ноги запутались в одеяле, а сама она с грохотом полетела на пол, едва не вписавшись головой в угол прикроватной тумбы.
Дверь распахнулась.
— Ты…
— В порядке! — показала большой палец Йерин, уже поднимаясь с пола, хотя ничего в порядке, конечно, не было. Она схватила телефон, даже не оглядываясь на застывшего в дверях Джунхо. — Боже мой, осталось меньше часа до начала сборов! — застонала она.
Йерин опаздывала на целых два часа, за которые планировала принять быстрый душ, неторопливо собраться и по пути в университет захватить чего-нибудь перекусить. Она должна была спокойно доехать на метро и прийти одной из первых, а в итоге ей придётся вступить в ряды опоздавших ещё за неделю до начала занятий!
— Тебя подвезти?
Йерин, уже хватающая полотенце со стула — она готова была ехать с мокрой головой, лишь бы прийти к одногруппникам свежей, — замерла на полушаге, впервые поднимая взгляд на Джунхо.
— У тебя есть машина?
Если его родители выиграли лотерею, то он самый счастливый паршивец во всём мире. Других оправданий его внезапной состоятельности придумать не удавалось.
— У меня есть машина, — повторил Джунхо с лёгкой усмешкой. Он чувствовал себя спокойно, когда увидел, что она не сломала себе шею после активного пробуждения, но почему-то не отводил взгляда от её лица, смотря прямо в глаза. — А у тебя есть пятнадцать минут на сборы.
Йерин просияла и кивнула, уже готовая рассыпаться в благодарностях, как вдруг осознала, почему он не опускает взгляд.
Боже, да она же в одной футболке да трусах!
— Отвернуться не хочешь? — рефлекторно прижала она к себе полотенце, стараясь хоть как-то прикрыть бледные после зимы обнажённые ноги. Йерин ругалась бы куда сильнее в другой ситуации, но здесь случай был неподходящим — в конце концов, ссориться со своим будущим водителем не хотелось.
Джунхо с непоколебимым спокойствием отступил в коридор на шаг назад, освобождая дорогу к ванной комнате.
— Пятнадцать минут, — напомнил он, разворачиваясь в сторону кухни и скрываясь за поворотом.
Йерин готова была поспорить, что смех в его голосе ей не почудился.
***
В машине Джунхо было прохладно и едва уловимо пахло кожей. Автомобиль оказался спрятанным в самом углу подземной парковки, на которую они спустились в лифте на минус первый этаж. Йерин только теперь поняла, почему территория жилого комплекса показалась для неё пустой: здесь совершенно не было машин, потому что все оказались скрыты под зданием.
Йерин совсем не разбиралась в марках автомобилей, но, только сев в тёмный салон с мягкой подсветкой панелей, сразу догадалась, что машина дорогая. Это казалось логичным, потому что наличие трёхкомнатной квартиры в элитном жилом комплексе как бы намекало на высокое материальное состояние, но в голосе всё равно не укладывалось это странное новое знание — Мин Джунхо больше не ребёнок.
Он был самым настоящим взрослым и находился на том самом уровне, до которого Йерин было ещё расти и расти.
— Тебе пришлось встать из-за меня, — произнесла виновато она, чтобы сгладить возникшую опять неловкость. — Извини.
В отличие от Йерин, Джунхо ничуть не был смущён — он вёл себя так спокойно, словно ему каждый день приходилось поднимать из постели подруг детства.
— Я в любом случае собирался в университет.
— Занятия разве не на следующей неделе начинаются? — искренне удивилась Йерин, даже оглядываясь на Джунхо. Наверное, она это зря сделала, потому что теперь вместо разговора куда больше внимания уделяла его рукам, спокойно поворачивающим руль, пока он выезжал с парковочного места.
Йерин помнила его детские пальцы, которые аккуратно разглаживали пластырь на её коленках, и помнила его руки позже — она рисовала их однажды, заставив его позировать для неё, потому что не смогла найти референс с подходящим ракурсом. Странно было смотреть на них сейчас, осознавая, что она знает расположение каждой родинки на этих уверенных предплечьях, под завёрнутые рукава на которых уходили заметные переплетения вен.
— Собирался увидеться с другом.
С паникой осознав потерю нити диалога, Йерин поспешно кинула взгляд в окно, разглядывая дорогу, на которую они выезжали.
— Как его зовут?
Только по тишине, повисшей между ними, Йерин поняла, как странно звучал этот вопрос, но из принципа собиралась делать вид, что это был именно тот вопрос, который она хотела задать.
— Тебе зачем?
Ответ прозвучал сдержанно-нейтрально, но Йерин почувствовала лёгкий укол, словно она неловкий котёнок, который полез куда не надо и получил по носу тапком.
— Мы с тобой не виделись три года, так что ты не можешь осуждать меня за интерес, — искренне ответила она и перевела взгляд с лобового стекла в пассажирское, разглядывая дома, мимо которых они проезжали. Было только утро, но даже сейчас на улицах сновали сотни людей. — Так странно знать, что у тебя здесь есть своя жизнь.
Так странно знать, что его жизнь больше не разделена с её собственной.
Йерин не стала озвучивать последних мыслей, которые крутились в голове, но была уверена в том, что Джунхо наверняка понял, что именно она имела в виду. Он всегда был догадливым.
— Её зовут Юн Соль.
Йерин моргнула, вернув взгляд Джунхо, который спокойно смотрел перед собой, следя за дорогой.
— Твоя девушка? — сорвался с губ вопрос прежде, чем Йерин успела заставить себя замолчать.
Джунхо несколько секунд молчал, словно позволяя осознать ей, что она опять лезла на его территорию, привыкшая к тому, что все двери для неё открыты и никакого личного пространства у людей вокруг не существует. Йерин почувствовала лёгкий укол от этого нарочито снисходительного молчания, но заглушила обиду, не позволяя ей разрастись до злости. Нельзя было портить такой хороший день.
— Йерин, — мягко произнёс Джунхо, не поворачиваясь к ней. — Ты устраиваешь мне допрос, чтобы отвлечь себя от мыслей о своём весёлом пробуждении?
Йерин вспыхнула, потому что про утренний конфуз она вообще-то и думать забыла — до этой секунды, конечно.
— Я просто пытаюсь быть дружелюбной! — возразила она возмущённо.
— Тебе стоит ещё немного поучиться, — ответил Джунхо насмешливо и, кинув на неё короткий взгляд, добавил: — Но я в тебя верю.
К университету они подъехали спустя несколько минут после начала сборов. Йерин видела толпу первокурсников, которые топтались у крыльца главного корпуса, словно цыплята у курятника, и чувствовала себя тем самым отбившимся птенцом.
Она замерла, рассматривая через лобовое стекло своих будущих однокурсников. Кто-то из них мог в будущем стать ей другом, но ли́ца каждого смазывались, словно у незнакомцев из полузабытого сна. Йерин ещё минуту назад испытывала восхищённый трепет, но сейчас сидела на месте, чувствуя странную и такую чуждую неуверенность.
— Остаёшься со мной?
Йерин растерянно оглянулась на Джунхо, с лёгким недоумением смотря на него несколько секунд, а после сообразила, что ещё полчаса назад сама сокрушалась о критичности опозданий в первый день.
— Спасибо, ставлю пять звёздочек за комфортное вождение, — нарочито вежливо склонила голову Йерин, сводя руки в молитвенном жесте, и развернулась, хватая с заднего сидения брошенную там сумку.
— Я думал, что потеряю балл за лишние разговоры, — ровно произнёс Джунхо, разглядывая толпу студентов, словно кого-то искал. Был ли здесь кто-то, с кем он хотел увидеться?
— Это уровень премиум-класса, люблю поговорить, — бросила Йерин, уже вылезая с пассажирского сидения.
— Кто бы мог подумать… — донеслось следом, но она уже закрывала дверь, так что ответить что-то колкое не успела.
Уже в следующую же секунду все мысли о прошедшей поездке разом вытеснились из головы. Чем ближе Йерин подходила, тем яснее становилось — она привлекла внимание. Она судорожно задумалась, не стоит ли сказать, что это был её брат, но решила не начинать знакомство со лжи. Ей необязательно врать про Джунхо — достаточно говорить часть правды, недоговаривать остальную и ни в коем, ни в коем случае не сообщать о том, что она живёт вместе со старшекурсником. Не хватало ещё глупых сплетен с самого начала учебного года.
— Извините за опоздание! — согнулась Йерин в резком поклоне, выхватив среди лиц ровесников девушку, которая выглядела старше остальных. — Пак Йерин, — отчеканила на выдохе.
— Не переживай, — мягко произнесла старшекурсница, улыбнувшись. — Ты пришла даже раньше нашего вице-президента, так что можно считать, что и не опоздала.
Йерин распрямилась, почти физически ощущая тепло, которое излучала эта девушка. Её волосы золотистыми локонами струились по плечам и казались такими мягкими, что их тут же захотелось коснуться. Однажды Йерин осветлила себе волосы, по глупости передержав краску, и те обломились почти до самых ушей и могли дать фору соломе по своей сухости, так что сложно было даже представить, насколько много денег было отдано за такую красоту.
— Повезло, что есть кто-то менее пунктуальный, чем я, — рассмеялась Йерин, чтобы сгладить свою неловкость из-за опоздания, и мельком скользнула взглядам по чужим лицам. Они больше не расплывались из-за волнения и были такими разными и непохожими друг на друга, что тревога чуть ослабила свою хватку где-то на её пустом желудке.
В школе в выпускном классе было всего шесть человек, включая её. Здесь же стояло не меньше четырёх десятков первокурсников.
— Смеёшься над вице-президентом в первый же день? — послышался вопрос где-то над ухом. Йерин поёжилась, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Взгляды студентов пересеклись на Мин Джунхо, который остановился за её спиной и явно привлекал куда больше внимания, чем она.
— Я думаю, что он переживёт, — буркнула Йерин, недоумевая, зачем он вообще подошёл к ним. Ей не было нужно лишнее внимание, а Джунхо необъяснимым образом в одну секунду вдруг стал центром этой толпы, вынуждая её тоже привлекать куда больше взглядов, чем хотелось бы. Поднимая взгляд, Йерин оглянулась на него, собираясь спросить, в чём дело и не забыла ли она что-то в машине, как внезапное осознание происходящего обрушилось на неё ушатом ледяной волны.
Их взгляды встретились на несколько секунд, но Джунхо лишь спокойно перевёл взгляд на стоящую перед ним старшекурсницу.
— А вот и наш непунктуальный вице-президент студенческого студента, Мин Джунхо, — со спокойной улыбкой произнесла та, смотря за спину Йерин. — Лучшего старшего у вас не будет.
***
Йерин злилась. Она сидела в большом и шумном актовом зале, в котором собрались первокурсники этого года обучения со всех факультетов, и вместо того, чтобы наслаждаться кипящим воодушевлением вокруг, молча бесилась.
Мин Джунхо снова обвёл её вокруг пальца! Злоба от этой лёгкости, с которой он втянул её в эту сцену, была такой знакомой, что Йерин в пору бы почувствовать волну ностальгии. Он точно так же легко морочил ей голову в детстве с самым нейтральным выражением лица, на которое был способен, и она верила ему абсолютно каждый раз. Как бы она ни старалась прочитать его беззлобные шутки, Джунхо всегда оказывался на шаг впереди.
Как и сейчас. Она сидела в центре зала со сложенными на груди руками и с недовольным видом смотрела на него на сцене. Его отстранённый взгляд был направлен куда-то на стену за залом, и из-за этого казалось, будто Джунхо смотрел на всех сразу и ни на кого в частности. Йерин хотелось, чтобы он посмотрел на неё и понял, как она недовольна!
Речь ректора была бы, без всяких сомнений, очень вдохновляющей, но концентрироваться на ней у Йерин получалось плохо. Он говорил что-то про перспективы в будущем, про яркие годы, которые они проведут в этих стенах, и про профессиональный преподавательский состав, но Йерин быстро наскучили заумные фразы, поэтому она переключилась на изучение стоящих на сцене людей. Если ректор надоел ей достаточно быстро, то остальных людей, стоящих с самого краю у высокого занавеса, рассматривать было куда интереснее.
С Мин Джунхо и ангелоподобной старшекурсницей Йерин уже была косвенно знакома, зато вот третий человек выглядел куда интереснее — его рыжие короткие кудри совершенно не сочетались со строгим выражением лица. Здесь было так много людей, которые красили волосы, что Йерин сначала не могла соотнести, каким образом президент студенческого совета умудрялся так выбиваться из классического строгого образа, но, чем больше она его рассматривала, тем больше ей казалось, что цвет волос у него натуральный — было в этом лице что-то от смешанных рас. Видеть метисов Йерин не приходилось вживую ни разу, поэтому ей невыносимо хотелось разглядеть его поближе и, возможно, даже зарисовать.
— Красавчик, не правда ли? — раздалось рядом мечтательное мурлыканье.
Йерин скосила глаза на свою соседку, с которой до этого этого они не успели перекинуться ни словом — та много болтала с парнем, который сидел на следующем месте.
— У него интересная внешность, — искренне призналась Йерин, снова переводя взгляд на президента студенческого совета. Тот слушал ректора с таким видом, словно знал каждое его слово.
— Интересная? — хихикнула девушка, и Йерин снова невольно обернулась на неё. — Ты сделала несколько ошибок в слове «божественная».
Новая знакомая выглядела оживлённой и подвижной. Ей будто бы скучно было даже сидеть на месте — она то и дело оглядывала сидящих на соседних рядах студентов, периодически тайком проверяла телефон, несмотря на просьбу не использовать его во время мероприятия, и несколько раз за последние полчаса поправила лёгкий макияж в зеркальце.
Йерин почему-то задумалась, что эта девушка похожа на её собственную пятнадцатилетнюю версию — более экспрессивную и менее усидчивую.
— Пак Йерин, — протянула она руку, смотря в глаза однокурсницы чуть заинтригованно. Та была единственной первокурсницей, заговорившей с ней первой, и Йерин не хотелось так сразу вестись на это обаяние, но она ничего не могла с собой поделать. Ей нравились открытые люди.
Почему ей нравился Мин Джунхо, было не совсем ясно.
— Юн Миджи, — подарила ей ответную заговорщическую улыбку Миджи. — Думаю, мы подружимся.
— Только если доживём до окончания этой бесконечной речи.
Они постарались сдержать смех, потому что заметили строгий взгляд в их сторону со стороны одного из профессоров, имени которого им ещё не успели озвучить. Следующие пять минут Йерин честно слушала речь президента студсовета: Он представился как Ким Сокчин и говорил холодно и серьёзно, каким-то образом всё равно умудряясь привлекать всеобщее внимание.
— Так откуда ты с ним знакома? — ненадолго хватило терпения Миджи.
Йерин искренне удивилась и взглянула на однокурсницу, которая смотрела на сцену с хитрой улыбкой, которая пряталась в уголках губ. Кажется, она не запомнила ни одной фразы за последние полчаса.
— Я? Ты про кого? — шёпотом спросила Йерин.
Миджи посмотрела на неё с шутливым осуждением.
— Конечно, про Мин Джунхо. Мы же про него говорили.
Йерин озадаченно моргнула и перевела взгляд на стоящего рядом с президентом Мин Джунхо. Без всяких сомнений, определение «красавчик» ему подходило, но Йерин воспринимала это за что-то настолько привычное, что и подумать не могла, что Миджи говорила именно про него.
— Мы жили на одной улице до его переезда в Сеул, — произнесла Йерин, почему-то постеснявшись назвать его другом, хотя произнесённых слов совершенно не хватало для описания их истории. — Подожди, а ты его откуда знаешь?
Миджи по-лисьи улыбнулась, снова переводя взгляд на Джунхо.
— Моя сестра — его лучшая подруга, так что я много чего о нём знаю, — будто бы по секрету шепнула она, придвинувшись ближе, а Йерин медленно кивнула и сглотнула комок в пересохшем горле. — Ты её уже знаешь, это Юн Соль, — кивнула Миджи на сцену.
Юн Соль заправила светлый локон за ухо и склонилась к Джунхо, что-то тихо шепнув. Йерин с нарастающей тоской заметила, как тот едва заметно улыбается в ответ на её слова.
У Мин Джунхо была лучшая подруга.
И теперь это была не она.
***
К пятнице Йерин казалось, будто прошла целая вечность — и вместе с тем не прошло и пары дней. Жизнь в адаптационном лагере казалась шумной и насыщенной, и она успевала только прийти в здание университета для того, чтобы поучаствовать в смешных групповых играх, как нужно было уже возвращаться обратно домой. Им показывали небольшие аудитории и внушительные амфитеатры, рассказывали про регулярные университетские мероприятия, знакомили с расписанием и картой корпусов, и у Йерин глаза разбегались, пока она с энтузиазмом впитывала каждую крупицу информации.
Юн Миджи, к их обоюдному удовольствию, тоже поступила на художественный факультет. Она забавно шутила про то, что совершенно не умеет рисовать и получила место по блату, не стеснялась хохотать во весь голос и совершенно не была похожа на свою старшую сестру, которая курировала адаптационные мероприятия. Йерин нравилась яркость новой подруги, для которой будто и вовсе не существовало никаких проблем: её стакан всегда был полон, а солнце светило даже в непогоду — и неважно, что где-то высоко над тучами.
Миджи оказалась просто невозможной сплетницей.
— Сегодня наши старшие ведут нас есть мясо, — поделилась она новостью, пока Юн Соль заканчивала перекличку первокурсников у крыльца главного корпуса.
— Разве мы не должны были ехать в художественную галерею? — искренне удивилась Йерин, и Миджи с усмешкой легонько толкнула её в плечо.
— Ты серьёзно? — смешливо сморщила она нос. — Кто вообще поверит в это в последний день адаптационного лагеря?
Йерин и правда ощутила себя невероятно наивной, но обиды от этого совсем не ощущала. Она лишь поверила Юн Соль — та выглядела человеком, который физически не был способен на ложь, хотя стоило бы вспомнить, что она дружит с Джунхо — единовластным королём обманных манёвров.
— Мы на факультете изобразительных искусств, — напомнила Йерин в попытке оправдать свою доверчивость, но Миджи только с сочувствующей, но ехидной улыбкой похлопала её по плечу.
— С чем я нас всех и поздравляю, — радостно подытожила она.
Когда их группу из пятнадцати человек посадили в автобус, Йерин окончательно убедилась в том, что в культурности их поездки была уверена только она. Остальные однокурсники бурно обсуждали предстоящий вечер, спорили о том, кто из старшекурсников будет в ресторане, и в целом выглядели особенно возбуждёнными. Это был их первый вечер наедине со старшекурсниками с их отделения, так что парни репетировали поклоны той степени вежливости, чтобы их не посчитали неискренними, а девушки просто хихикали над ними, сплетничая о том, будет ли с ними кто-то из студенческого совета.
— Разве Юн Соль не должна быть с нами? — не удержалась от вопроса Йерин, пока автобус мчал по мосту. Ей невообразимо хотелось уделить своё внимание стальным оттенкам Хангана, который она раньше видела лишь летом, но пришедший в голову вопрос моментально отвлёк её от пейзажей за окном.
— Только ли моя сестра тебя волнует? — хитро улыбнулась Миджи и хихикнула, когда Йерин смутилась. — Члены студсовета будут с младшими со своих факультетов. Нет такого ресторана, способного вместить сразу всех первокурсников, так что Соль будет со своими скучными экономистами.
А Джунхо — со своими не менее скучными инженерами.
Йерин рассеянно отвела взгляд в окно, разглядывая приближающийся противоположный берег. За эту неделю она начала замечать вещи, на которые раньше не обратила бы ровным счётом никакого внимания: Джунхо рано вставал из-за встреч студсовета и поздно возвращался, пил много кофе — так много, что упаковка капсул для кофемашины успела закончиться за пять дней, — и часто держал дверь комнаты закрытой. Он выглядел расслабленным, но эта нарочитая ленность была обманчивой, потому что Мин Джунхо по-прежнему оставался самым ответственным и скрытным человеком, которого Йерин приходилось встречать.
Впрочем, подобных ему она больше и не встречала.
Когда автобус завернул в Хондэ, все воодушевлённо зашевелились и даже Йерин прижалась носом к стеклу, влюблённо рассматривая проносящиеся мимо цветные витрины разномастных закусочных и баров. Их высадили рядом с одним из переулков, и к ресторану их группа радостной толпой поспешила уже на своих ногах, по пути столкнувшись с ребятами с факультета дизайна и прихватив их следом за собой.
Помещение ресторана было длинным, тёмным, с низкими потолками и заранее накрытыми деревянными столами, за которыми уже сидели старшекурсники. Они не сидели за отдельным столом и даже не пристроились с краю — напротив, будто бы намеренно рассредоточились по всему помещению, вынуждая первокурсников садиться между ними.
— Свежее мясо, — зловеще прошептала ничуть не напуганная Миджи, нагнетая атмосферу. К реальному мясу её высказывание, конечно, не имело никакого отношения.
Йерин сглотнула с схватила однокурсницу за руку, тут же потянув её к ближайшему столу, за которым ещё было два соседствующих пустых места, пока что не занятых никем. Нет, честное слово, она не трусиха — просто комфортнее было бы иметь хотя бы одного знакомого человека под боком, нежели быть запертой между устрашающими старшекурсниками, наверняка уже готовыми спаивать её соджу.
— Пак Йерин!
— Юн Миджи!
Они синхронно согнулись в поклоне перед старшекурсниками. Один из парней басовито загоготал и похлопал по скамье рядом с собой.
— Садитесь, садитесь! Вы репетировали что ли?
— Ты сестра Юн Соль, кажется? — спросила другая старшекурсница, красивая улыбка которой выглядела отчего-то совершенно неестественно. Йерин поймала себя на странной ассоциации этой девушки со змеёй — скользкой, опасной и завораживающей. — Династия Юн решила захватить университетские владения?
Снисходительные нотки в голосе показались странными, но Миджи то ли не заметила этого, то ли намеренно не обратила внимание на странное высказывание, смысла которого Йерин пока что не понимала.
— Скоро вытесним всех остальных, угадала, — сверкнула невозмутимой улыбкой Миджи и окинула взглядом стол. — Так что, когда есть можно будет?
Йерин закусила губу, сдерживая смешок, но заметила, как заулыбались другие старшекурсники, и почувствовала себя немного свободнее.
Этот вечер становился всё лучше и лучше.
***
Этот вечер был обречён на провал.
— Это всё, на что способны в этом году наши младшие?
Йерин вскинула взгляд, чувствуя, как от резкого движения пространство вокруг немного плывёт. Вопреки устойчивым стереотипах о жителях глубинки, она совершенно не умела пить — деревенские ребята намеренно держали её на расстоянии от алкоголя, зная, что её потянет на приключения уже после третьей рюмки соджу. Это был её лимит, но Йерин всё равно редко когда сдерживала своё любопытство, прощупывая свои границы.
— Ладно тебе, Суджин, пожалей наших девочек, — хлопнул подругу по плечу тот самый громогласный парень, имени которого Йерин не запомнила. Зато запомнила имя острой на язык Суджин, которая явно отчего-то невзлюбила Миджи с первого взгляда. Йерин хотелось расспросить ту, в чём всё-таки дело, но старшекурсники будто бы намеренно не оставляли их наедине, постоянно держась рядом.
Время близилось к полуночи — и, казалось, никто даже не собирался расходиться, уже обсуждая продолжение вечера в караоке-баре. Йерин чувствовала бы себя лёгкой и живой, но колкое внимание Суджин, не желающей оставлять в покое их с Миджи, лишало её этой вольности.
— Должно быть, они нас не уважают? — с холодной улыбкой вздёрнула бровь старшекурсница. Кто-то за соседним столом загудел, случайно подслушав разговор, и Йерин заметила, что взгляд Суджин направлен именно на неё.
Вот ведь зараза…
Миджи рядом дёрнулась, явно желая влезать, но Йерин только вздёрнула подбородок, внутренне закипая. Ей не приходилось иметь дело со столичными штучками раньше, зато теперь она с трудом сдерживалась, чтобы не ответить резко.
— Я не слишком хорошо переношу алкоголь в больших количествах, — натянуто улыбнулась Йерин, зная, что это должно сработать.
Это не сработало.
— О, мне так жаль, — состроила Суджин идеальные брови домиком в притворной гримасе сочувствия. — В таком случае мы разбавим тебе соджу. Ребята, поможете? — улыбнулась она кому-то в сторону.
— Ты не должна, — зашипела ей куда-то на ухо Миджи, притягивая к себе за плечо. Они как раз встали, чтобы ненадолго выйти на улицу и остудиться, но комментарий этой язвы поймал их на полушаге в направлении выхода. — Ты имеешь право отказаться.
Йерин действительно не ожидала от Миджи столь здравых рассуждений — она казалась довольно спонтанной в любых своих решениях, но выпивку, судя во всему, воспринимала куда лучше её самой.
— Извини, Суджин, я…
— Не извиняйся, — сладко улыбнулась Суджин, перебивая её и намеренно повышая голос. Разговоры вокруг стали тише, и Йерин на секунду показалось, что у неё что-то случилось со слухом. — Конечно, я даю тебе выбор, — она демонстративно взглянула на свои изящные пальцы, будто бы невзначай проверяя маникюр. — Ты можешь или выпить эту небольшую бомбу от своих старших, — кивок на стакан со смешанным соджу с пивом, — или… — Йерин заранее не ожидала от этой театральной паузы ничего хорошего, и Суджин её не подвела. — Или можешь поцеловать любого парня из этого зала вместо этого.
Йерин вспыхнула.
В этот раз уши действительно почти заложило, пока она смотрела на старшекурсницу перед собой, которая едва заметно усмехалась своими змеиными губами под подбадривающее улюлюканье старшекурсников.
— Я выпью, — процедила Йерин, даже не скрывая своего недовольного взгляда, за который её должны были бы осудить, если бы это не было для окружающих весёлой забавой.
— Эй, я свободен, если что! — выкрикнул чей-то грубый голос со стороны, и Миджи рядом продемонстрировала шутнику не самый приличный жест.
— И останешься свободным посмертно, если не закроешь свой рот, — огрызнулась она без всяких заискиваний и настойчивее добавила, сжимая пальцы на плече подруги. — Йерин.
— Всё хорошо, — скинула её руку Йерин, чувствуя набирающую обороты злость, и потянулась к кружке.
Она не успела.
Тишина наступила ещё раньше, чем Йерин почувствовала на запястье крепкую хватку. Она подумала на мгновение, что это снова Миджи, но пальцы были жёсткими, уверенными и прохладными после улицы.
— Хватит, — прозвучал холодный низкий голос, и сердце Йерин на долю секунды запнулось, чтобы тут же забиться с удвоенной силой. — Она уже достаточно выпила.
Мин Джунхо был привычно спокоен, но от него сквозило таким холодом, что это чувствовалось не только от его кожи, но и от взгляда, который он кинул на Йерин. Он выглядел так, словно это она была виновата в происходящем, и этот взгляд был ей отлично знаком.
Джунхо смотрел на неё так всегда, когда она по своей дурости ввязывалась в неприятности.
Но сейчас-то Йерин не была виновата!
— Сама разберусь, — выдернула она руку, вскидывая на него взгляд. Джунхо впервые находился к ней так близко, и вроде бы это была почти та же разница в росте, что и прежде, но теперь они оба были взрослыми.
Это ощущалось совершенно иначе.
Йерин больше не была ребёнком, он больше не был её надзирателем, её больше не нужно было спасать. Он не имел никакого права снова распоряжаться её жизнью после того как игнорировал всю неделю, сбегая из дома ещё раньше, чем она вообще успевала подняться.
— Йерин, — мелькнула в его голосе знакомая твёрдость.
Ощущая, как алкоголь в крови мешается со злостью и горькой, застарелой обидой, Йерин развернулась к нему лицом, вскидывая голову и смотря так, словно надеялась одолеть его одним взглядом. Она всегда проигрывала такие игры ещё до того, как начинала играть.
— Я передумала, — произнесла Йерин и отчётливо увидела предупреждающий взгляд Джунхо за секунду до того, как притянула его к себе за шею, чтобы поцеловать.
***
Она открыла глаза.
Голова гудела, раннее утреннее солнце слепило через распахнутые шторы, норовя лишить её зрения, и Йерин мучительно застонала, переворачиваясь на другой бок. Виски ломило так, словно она ещё только-только была посреди ресторана, в котором…
Йерин подскочила в кровати, широко раскрытыми глазами уставившись на стену перед собой. Её обдало ледяной волной, потому что, несмотря на недавнее опьянение, она противоречиво ярко помнила мягкие губы Джунхо, его удивлённый выдох ей в рот и то, как собственные пальцы почти жёстко вцепились в волосы на его затылке.
— Боже, только не это… — хрипло прошептала Йерин.
Это была не просто катастрофа — это точно должно было стать предвестником её личного конца света. Она не помнила ничего, что произошло после — будто бы успела только моргнуть и сразу оказалась в своей постели.
Йерин схватила телефон, чтобы проверить, который час. Несмотря на то, что сейчас была суббота — её законный выходной перед началом учебного года, — она была на грани того, чтобы не выходить из своей комнаты до скончания времён.
Посмотреть на время она не успела — телефон зазвенел оглушительной трелью будильника, которого Йерин не ставила. Она озадаченно нажала на кнопку, обрывая трель, и замерла.
Дата на экране была вчерашней.