На пути
сергале не встречались люди. После Чиневеда ей вообще никто не встречался. Улицы
не радовали ни слух, ни глаз. Тишина, будто сбежав с крыльев моста, распространилась
по всему району. Илали хотела как можно скорее передать раненную девушку
врачам, поэтому срезала углы, пробегая по середине дороги, ныряла в переулки и пространства между домами.
Однако не только из-за скорейшего прибытия она так старалась: ей думалось, что
если людей нет в центре, то они, вероятно, где-то в закоулках… Сергала мельком глянула на девицу в своих руках.
"Дышит. Руки держит около груди, сжимая
на одной белую ткань рубахи. Раны на лице... За что она их получила всё-таки? Я хочу
поговорить с ней. Хочу узнать, что она делала у моста. Видела ли она того, кто
изувечил её. Знает ли, почему вокруг царит только тишь да гладь. Быть может,
если я добегу до больницы, то узнаю что-нибудь. Лишь бы лекари были на месте."
— С... Спа... сибо, — внезапно прошептала девушка, продолжая сжимать край рубашки, обмотанный вокруг ладони, — Ты…
— ...Молчи. Иначе будет хуже, — мысли Илали уже были прерваны, да и до больницы было всего ничего. — Придумай-ка лучше
оправдание... Из одного слова, — повторно потеряв суть мыслей, сергала притормозила. Сменила бег с прыжками на легкий бег. — Вот и..
Здание клиники
было окружено людьми. Жители района столпились у входа.
Но даже так было тихо, никакого шума, никаких разговоров, только ожидание и затаённое дыхание. Вдохнув, Илали подбежала к скоплению людей.
—
Посторонитесь! Тут раненная! — Не желая расталкивать знакомых, сергала стала ждать, когда её пропустят.
Люди зашевелись мгновенно и, осторожно поворачивая
головы назад, делали по шагу или два в сторону. Их взгляды впивались в землю, а
лица были бледны и полны грести с волнением. Их глаза иногда поднимались и, поглядев немного
исподлобья, вновь опускались книзу. Волнение делало воздух тяжелым, не пригодным для дыхания. Все,
неспособные сдерживать капли грусти, отворачивались. Тишину нарушали только
топот и хруст песка под ногами. Никто из присутствующих не произнёс и словечка, пока Илали проходила мимо страждущих, стараясь не задевать их хвостом или ногами
девушки на её руках.
— И... Илали!.. Сильно не переживай! — Крикнул мальчик из толпы.
— Мы поможем
всем, чем сможем! — Стали поддерживать мальчонку и другие голоса.
— Да, Илали!
Сильно не горячись… — Продолжала кричать толпа.
Сергала не
понимала их. Не понимала, что это за поддержка, и какова её причина. Но времени
спрашивать уже не было, посему, ответив на все слова кивком, который волнующиеся,
возможно, и не увидели, она зашла внутрь здания. К тому же, слова о поддержки
явно были адресованы только Илали и не касались раненной девушки. Значит,
что-то могло случиться с её семьёй… Одна единственная мысль об этом заставляла
сжимать кулаки и хмурить брови. Заставляла сердце биться чаще, а дыхание
сбиваться. Глотать воздух, но не быть способным проглотить ком, вставший в
горле…
Уже первая медсестра, встретившаяся на пути Илали, повела её в какую-то
определённую палату. Сергала указала на серьёзные раны незнакомки, на что
медсестра никак не отреагировала, продолжая вести её по коридору. В воздухе
повисла странная угнетающая атмосфера, не меняющаяся до самого конца пути.
— За дверью
помогут вам обеим, — понурив голову, прошептала медсестра. Что-то в её голосе
вызывало недоверие и наталкивало на мысль, что это какая-то странная дверь, что за ней
нечто, разрывающее душу... причиняющее адскую боль, а не что-то способное помочь
девицам. — Заходи, — немного погодя, словно собираясь с силами, медсестра
открыла дверь, пропуская Илали вперёд.
Илали,
аккуратно пройдя в дверной проём, дабы не покалечить девушку ещё больше, зашла. Их
встретила другая медсестра и близкая подруга семьи Илали – Дарет. Эта женщина,
которой чуть больше сорока, личный лечащий врач семьи полулюдей. У неё коротко
стриженные бледно-персиковые волосы. Не высокий рост, тонкие и вечно холодные
пальцы.
— Уложи её вон
на ту... Нет. На ту койку, — указывая на одну, а после совсем другую
постель, Дарет уже осматривала
незнакомку на руках у сергалы, — Мэлл ей поможет, а ты подойди сюда, — косым левым кивком женщина указала на свою помощницу, крутящуюся около столика со шприцами.
Илали уложила пострадавшую на указанное место и отошла к Дарет. Мэлл же
задвинула ширму со стороны новой пациентки и приступила к осмотру её лица.
— Мне у самого
входа что-то кричали. Что-то, заставляющее испугаться,— присев на пустую
постель, напротив Дарет, Илали когтями прошлась по левой стороне своей шеи, —
что-то в духе... «Не переживай», — опустив голову пониже, сергала заглянула в
глаза подруги. Не было никакого желания спрашивать о том, что случилось, ведь
Илали могла услышать то, чего слышать никогда не желала.
— Это касается
девушки, которую ты принесла сюда и, — Дарет медленно положила руку на колено
сергалы, — И... Кетали, — глас женщины звучал ровно, спокойно и мягко, хотя,
по обыкновению, он не должен быть таким нежным и бархатистым... Но в такой
момент Илали слышала, что он звучал именно так.
Уши
сергалы заложило на несколько секунд, а по их истечению раздался писк,
продолжительный и неумолкающий. Сердце будто удар пропустило и упало куда-то
вниз. Руки дрогнули, всё тело дрогнуло, словно хладом окутанное. Мысли сбились
в потоке и затихли. Глаза не закрывались, было трудно не моргнуть, но
Илали боялась. Боялась, что если моргнёт сейчас, то что-то случится.
Что-то успеет случиться за секунду, пока она находится в темноте, пока она не
видит…
— И! Ли... Илали,
тебе же сказали, чтобы ты не переживала, — Дарет уже стояла перед Илали,
положив руку ей на плечо, — Кетали ещё не пришла в себя, но ты можешь побыть
рядом, — женщина отошла, взглянув на неё, а после скрылась за
ширмой, за которой были Мэлл и незнакомая девушка.
"Я не могу.
Нет, могу, но не хочу. Не в силах увидеть Кетали. Не в силах принять, что она
попала в больницу, так ещё и та девушка... Дарет сказала, что они связаны. Их
ранения связаны? Они получили их вместе? Или они... Нанесли их друг другу?.. Я
боюсь. Боюсь увидеть Кетали."
— Илали. Ты
почему ещё здесь? — Голос послышался из-за спины сергалы.
Илали
вздрогнула, но молчала. Молчала и боялась.
— Ну Илали!
Кетали так ждала тебя, пока не заснула! — Этот грубый и совсем не женственный
голос принадлежал сестре сергалы– Лайхель, — Вставай! А я её разбужу.
— Нет!.. – Не сдержавшись, крикнула
Илали, и встала. — Нет. Не надо, — уже тише и спокойнее продолжила она,
— я... Просто...
"Не могу. Не
могу принять, что кому-то удалось ранить старшую сестру."
— Гр, —
рыкнув, Лайхель выскочила из-за спины Илали и впилась бледно-желтыми глазами в
её серебристые очи. — Чего просто? Чего ты просто!? Наша сестра мордой словила
кирпич, а ты... Ты тут «просто»?! — Не повышая голоса, а наоборот, понижая, Лайхель
вцепилась в руки Илали. — Она... Она тоже просто хотела защититься! Простая
самооборона, но та... соперница... Так же просто взяла и запустила ей по носу
кирпичом!