Алис засиделся у Давина и покинул его покои только под утро, когда слуги наместника уже отправили тело судьи жрецам Лору для справления похоронных ритуалов, а гости, поборов потрясение от произошедшего, разъехались по домам.
Бессонная ночь для Алиса не прошла даром – усталость и опустошение накатывали волнами, заставляя желать как можно быстрее оказаться дома. Упасть в мягкую кровать. Но мечты разрушились о суровую реальность: только он вышел на крыльцо резиденции, как к нему подбежала девушка. В мягком свете фонарей, её русые волосы отливали тёплым золотистым оттенком, словно припорошенные золотистой пыльцой. Пронзительный взгляд серо - голубых глаз выдавал крайнюю сосредоточенность, будто сейчас она должна была решить крайне сложную задачу.
С её миловидной внешностью совсем не вязалось мрачное, черное платье, единственным украшением которого была вышивка со стилизованным восходящим солнцем на рукаве.
Не теряя времени, она сразу же сунула Алису под нос серебряный жетон. Он демонстративно отвернулся от девушки и попытался обойти. Это не помогло – она продолжала идти за ним, не отставая ни на шаг и тараторить:
– Господин Эр Пирр, подождите! Не убегайте. Господин Эр Пирр, вы должны немедленно явиться к господину Морту. Вы обязаны...
– Я вас не знаю, – отрубил Алис и ускорил шаг.
– Это срочно. Вы не можете отказаться. Вы не можете просто уйти!
– Почему это? Сейчас еще ночь и я хочу наконец то попасть домой, – устало вздохнул Алис.
Девушка покраснела, как маковый цвет и заикаясь, выкрикнула с отчаянием в голосе:
– Тогда... тогда я буду преследовать вас до тех пор, пока вы не согласитесь пойти со мной! Вы не сможете прогнать меня.
Алис резко остановился, так что девушка врезалась ему в спину и выругался:
– Неугомонная пиявка! Пиявки могут поучиться у вас тому, как присасываться и пить кровь. Вам говорили, что юным барышням в это время полагается быть дома, в кровати, а не бегать по улицам, преследуя мужчин?
– Господин Эр Пирр, я же по поручению.
– Я даже не буду спрашивать, как вы меня здесь нашли. Что наставнику Морту понадобилось посреди ночи? Он так соскучился по мне, что не может спокойно спать?
Фелис Морт был наставником отделения следственных изысканий в ордене Сжигающих скверну и по совместительству непосредственным начальником Лорены Иллер, которого та боготворила. При неуважительном упоминании о нем, лицо девушки приняло выражение крайней обиды и она выдавила:
– Да как вы можете... Это же... Так неправильно. Я... я...
Алису оставалось только догадываться, что та хотела сказать. Наконец, сжалившись над ней, он махнул рукой:
– Не надумывайте лишнего. Ладно, госпожа Иллер, ведите.
Лорена вздохнула с явным облегчением и повернула в сторону черного экипажа, прячущегося в тени нависающих деревьев. Идя к нему, она придерживала Алиса под руку, будто жена, неуверенная в благонадёжности своего мужа и готовая в любой момент предотвратить его побег. Но даже не смотря на это, не сводила с Алиса напряженного взгляда и немного успокоилась только после того, как её подопечный уселся в экипаж и за ним захлопнулась дверца.
Что уж скрывать, опыт побегов под благовидным предлогом у Алиса действительно имелся. Он, как и Лорена, был подчиненным Фелиса Морта и положа руку на сердце, просто не мог игнорировать его приказы, но потрепать нервы посылаемым за ним секретарям, было для Алиса делом чести. Поэтому, Фелис Морт, выслушав бесчисленное количество жалоб от обманутых Алисом клерков, теперь всегда отправлял за ним только Лорену – самую настойчивую и неподкупную из секретарей, которая своей упертостью могла превзойти даже осла. Или Алиса.
– Он вам объяснил, зачем я ему понадобился в такое время? – спросил Алис.
Девушка зябко повела плечами и тихо ответила:
– Я не знаю всех подробностей. Наставник Морт сам всё объяснит при встрече.
– Хорошо.
Больше они не разговаривали.
Минут пятнадцать они колесили по городу и Алис незаметно для себя засмотрелся на пролетающие мимо улицы и скверы. Удивительным было осознание того, что еще сто лет назад, здесь было только небольшое поселение, обеспечивающее провиантом пограничный гарнизон.
Деревушка с говорящим названием Туманы, раскинулась на юго-восточной окраине Иллиодора, у подножия Корского хребта. Эти горы были настолько стары, что многие пики давно стесались, образуя плато и обширные, непроходимые заснеженные массивы. И они представляли из себя, природную преграду, разделяющую Иллиодор и королевство Ласа, земли которого находились по другую сторону хребта.
На ближайшие сто километров, через горы вела только одна узкая, петляющая по ущельям дорога, которая позволяла караванам торговцев перевозить из Ласы в Иллиодор и обратно, свои товары, когда перевалы освобождались от снега.
Все изменилось после того, как в предгорьях Корского хребта были обнаружены обширные залежи железной руды и антрацита. Начало разработки в пятнадцати километрах к юго – востоку от Туманов привело к тому что, селение начало разрастаться и прошло путь до полноценного города, окруженного предместьями и сельскохозяйственными угодьями.
Изначально, невзрачный на вид город начал обретать своё лицо, когда сюда потянулись зажиточные торговцы и представители родовой знати. Они почувствовали, что здесь находится денежная жила и начали оседать здесь. Особо удачливые смогли получить разрешения на разработки рудных месторождений. Другие стремились урвать свой куш, обслуживая и поддерживая инфраструктуру рудников и шахт.
Способствовала разрастанию города и полноводная река Лоруния, названная так в честь богини упокоения и ночи Лору, несущая свои воды вдоль восточной части города. Построенные на её берегу причалы, принимали груженые под завязку баржи. На них доставляли товары из центральных регионов Иллиодора, а на обратном пути забивали трюмы добываемой здесь рудой и углём.
Деревянные бараки, постепенно сносили и застраивали каменными домами. На улицах появились мостовые, по которым проносились многочисленные конные экипажи, а по тротуарам прогуливались и спешили по своим делам горожане.
Первые этажи зданий теперь сдавались под магазинчики и лавки ремесленников. По вечерам с центральных улиц раздавались звуки гремящих бокалов из открытых питейных заведений и музыки из борделей, завлекающих клиентов.
В северной части города, стоящей на возвышенности, расположились резиденции местной знати и административные здания. Но самым выдающимся сооружением в городе, конечно же, стал центральный храм Аку и прилегающие к нему здания орденов Сжигающих скверну и Несущих свет.
Золотые купола центрального храма возносились вверх, утверждая власть Аку в этом мире. Казармы военизированного отделения Несущих свет по правую руку от храма возвещали незыблемость военного превосходства Иллиодора, а стены из черного камня по левую руку, принадлежащие Сжигающим скверну, служили гарантом неотвратимости наказания при попрании законов империи и церкви.
Мрачное здание службы контроля за исполнением наказаний, в простонародье именуемое орденом Сжигающих скверну, поднималось вверх на пять этажей, но мало кто из обывателей знал, что на столько же здание уходило под землю.
Кучер не остановил перед ним лошадей, а проехал чуть дальше. Алис с Лори вышли около неприметного дома. Над входом висела выцветшая от времени вывеска «Охранная контора Южная звезда». Эта контора служила прикрытием для служителей Сжигающих скверну, которым приходилось действовать скрытно, не раскрывая своей принадлежности. К ним относился и Алис. Поэтому, он так же чаще всего пользовался этим входом.
Войдя внутрь, Лорена показала серебряную печать со «Солнечным оком» сонному клерку, дремлющему за конторкой. Тот только устало кивнул и тут же отвернулся.
– Где он сейчас? – поинтересовался Алис.
– Наставник Морт ожидает вас на третьем подземном этаже. Я провожу, – сказала девушка, увлекая за собой Алиса.
Они миновали длинный тоннель, соединяющий охранную контору с основным зданием Сжигающих скверну.
Само главное здание обладало помпезной входной группой с колоннами. Внутри притаились петляющие между этажами лестницы и незаметные коридоры с кабинетами по бокам. Всё это при первом посещении заставляло почувствовать замешательство и потерю в пространстве. Любой посетитель мог просто затеряться в лабиринтах переходов, так и не найдя нужную ему дверь и только шустрые секретари, бегающие по этажам с бумагами, были способны вывести из этих каменных джунглей... Если получалось их поймать, а передвигались они на удивление шустро.
Алис привыкал к этому месту более полу года и то периодически блуждал, если доводилось посещать незнакомые кабинеты.
Незаметная дверь в боковом ответвлении коридора привела их к очередной лестнице, ведущей вниз. Светильники вырывали из мрака темные, каменные стены из необработанного камня и грубые ступени. С каждым шагом, нарастало ощущение давления. Казалось, будто стены и потолок сжимаются и стремятся раздавить, но это была лишь иллюзия, мастерски созданная строителями этого здания, нацеленная отпугнуть незваных гостей, случайно забредших не туда.
«И ведь в каждом отделении службы контроля за исполнением наказаний по пять подземных этажей. Ни больше ни меньше. Чистилище проклятых душ», – размышлял Алис.
«На первый подземный мы попадаем, когда пробуждается дар. Какая ирония – нас называют благословленными бога солнца, но, запирают в подземелье без света. И получится ли когда то выйти отсюда и увидеть ещё раз небо, неизвестно. Паршивое чувство». По позвоночнику сами собой поползли мурашки.
Алис бы никому не признался, но подземные этажи вызывали в нём бессознательное отвращение. Он остановился и ухватился рукой за стену.
– Что то случилось? – Участливо спросила Лорена.
– Сколько здесь сейчас детей?
– Восемь. Двоих мы похоронили вчера. Не справились с даром. – Вздохнула девушка.
– Какая потеря. Жаль.
– Из выживших, только один, возможно, сможет дойти до преобразования Ом без помощи артефактов, – продолжила Лорена. – Надеюсь, оставшиеся успешно пройдут обучение и не подвергнутся скверне. Пойдемте, наставник Морт не любит ждать.
Они спускались все ниже.
«Второй этаж – этаж смертников, которые становятся пищей для нашего дара. Скоро детишки узнают, что выжить самому недостаточно. Чтобы выйти с первого подземного, придется высасывать жизнь по крупицам из обитателей второго и учиться контролировать дар. Пусть они рабы и преступники, приговоренные к смерти, но когда видишь их взгляды, полные ужаса и несбыточной надежды, с непривычки становится не по себе. Интересно, они будут сниться детям, как и мне, когда я был на их месте?».
«И почему наставник ночью торчит в морге?».
Лорена постучала и рывком распахнула дверь, одновременно с этим выпалив:
– Я привела его, наставник Морт!
Фелис Морт сидел за письменным столом в углу покойницкой, уткнувшись в какие то бумаги. На вид ему было лет семьдесят. Худой, сутулый, с выдающимся крючковатым носом и проницательными черными глазками, скрывающимися за стеклами очков, старик походил на ворона, высматривающего добычу.
По прямой, до противоположной стены, тянулись столы, на некоторых из которых, лежали прикрытые тканью тела.
Старик отложил бумаги в сторону и махнул Лорены Иллер:
– Спасибо. Можешь идти.
Та шумно сглотнула и дрожащими руками прикрыла за собой дверь. В коридоре послышались быстро удаляющиеся шаги. Алис понимающе кивнул – он знал, что Лорене становится не по себе в присутствии мертвецов и она старалась как можно реже спускаться сюда. Её родной стихией была работа с документами и выполнение мелких поручений старика.
Фелис Морт обличающем жестом, будто перед ним стоял еретик, наставил на Алиса указательный палец:
– Ты! Чем ты сегодня занимался на приеме у наместника Ул Лэя?
Алис задумчиво нахмурился и начал перечислять, поочередно загибая пальцы:
– Как и всегда: пил, танцевал и вел светские беседы.
– А ещё?
– Пил, танцевал, вел светские беседы... Больше ничего не припоминаю.
– Пил, танцевал, вел светские беседы и убивал! Ты как всегда не сказал самое важное! – рявкнул Фелис Морт.
– Не убивал, наставник Морт. Вы ошиблись.
– Ты, искатель службы контроля за исполнением наказаний, демоны тебя дери! И ты отправил на тот свет гражданского чиновника Иллиодора. Устроил из его убийства театральное представление со зрителями, а теперь отрицаешь? – прошипел старик, насупив брови и буравя Алиса тяжелым взглядом.
– Не убил, а ответил на оскорбление в соответствии с кодексом Эр Сам. Это, заметьте, слегка разные вещи.
– Не верю тебе.
– У вас есть доказательства, что я нарушил кодекс и намеренно убил его? Свидетелем был сам Орин Ул Лэй – наместник Туманов, – парировал Алис.
Фелис Морт с мученическим видом проворчал:
– Почему молокососы, которых по недоразумению называют моими подчиненными, просто не дадут мне спокойно дожить свой век. За какие грехи мне всё это? – Он в очередной раз ткнул узловатым пальцем в Алиса и вкрадчиво спросил, – Знаешь, почему только здесь, в морге, я могу чувствовать себя умиротворенным?
Тот предпочел догадки оставить при себе и отрицательно помотал головой.
– Да потому, что они спокойно лежат, молчат и не создают проблем! – Ударил кулаком по столу Фелис Морт. – Я тебя предупреждаю, если в деле с судьёй Ламо всплывут доказательства твоего умысла, тебя отправят обратно в камеру на пятый подземный. Два года тебе там показалось мало? Уже забыл все прелести заключения?
Саркастическая ухмылка наползла на лицо Алиса:
– О, два года отдыха были чудесны: тишина, покой и вкусная еда по расписанию. Когда на улице жарко, на пятом подземном прохладно. Зимой же наоборот тепло. Заботливые, душевные надсмотрщики...
Заметив, что у Фелиса Морта начал подергиваться глаз, Алис решил, что не стоит перегибать палку. Он склонил голову, выражая смирение и коснулся правой ладонью груди:
– Извините, наставник Морт. Ваше слово для меня закон. Подчинюсь любому вашему решению.
– Не паясничай, – фыркнул старик. – Знаешь, сколько за свою жизнь я насмотрелся на таких как ты?
– Таких как я больше нет.
Фелис Морт покачал перед носом Алиса указательным пальцем и тихо закончил:
– Всех и не упомнишь – мрут, как мухи. Я всё сказал и надеюсь, ты меня услышал.
– Я всё понял. Так зачем вы меня вызвали?
– Есть дело для тебя.
Фелис Морт с трудом поднялся. Подойдя к ближайшему столу, на котором лежало тело, он откинул ткань и пальцем поманил Алиса. Взгляду предстал раздетый мужчина лет пятидесяти. Слегка обрюзгший с возрастом, но под слоем жира угадывались крепкие мускулы. На лбу и на уровне груди темнели три входных отверстия.
– Посмотри сюда. – Наставник Морт с видом учителя, показывающего нерадивому ученику наглядное пособие, указал на повреждения. – Череп пробит насквозь. С противоположной стороны, на затылке, размер отверстия полностью совпадает с тем, что и на лбу. Грудная клетка также повреждена в двух местах – ранения абсолютно идентичны друг другу и тому, что на черепе. Одним поразили сердце, второе прошло рядом, но не задело его. Кто то сделал в нашем друге три сквозные дырки.
– Определили оружие?
– Нет. Это не стрелы и не арбалетные болты – диаметр больше. Копьё тоже отпадает. Следов того, что кто то выдергивал остриё из тела, тоже нет. Так же нет других повреждений, которые были бы фатальными. Если его перевернуть, то на спине станут видны синяки и ссадины. А так, три ровные, аккуратные дырки и труп готов. Что думаешь?
Алис выразительно обвел помещение рукой и вопросительно глянул на Фелиса Морта:
– Почему труп здесь, а не на месте убийства? Как я могу ответить, не представляя всей картины в целом?
– Потому, что всё сгорело. Он вывалился из окна горящего дома. Приземлился уже таким вот... дырявым.
– Информация достоверна?
Фелис Морт устало уперся руками о стол с покойником начал рассказывать таким тоном, будто каждое выговоренное слово отнимало у него силы:
– Соседский мальчишка видел, как он упал на тротуар. Одновременно с этим, из окна его дома повалил дым. Было раннее утро и только этот сорванец каким то образом оказался на улице. Он же поднял всех соседей на уши. Дом жертвы выгорел полностью, но соседние, благодаря мальчишке удалось отстоять. Жители тушили своими силами. Труп они же оттащили в сторону. Никаких орудий убийства рядом с ним не нашли. Тело его жены сгорело до костей. Так что определить, как она умерла невозможно, а его сын, пока не найден. Возможно так и остался под завалами. Прибывшие на место следователи магистрата, опросив мальчишку и осмотрев тело, пришли к выводу, что подобные ранения не мог нанести обычный человек и передали дело нам.
Алис внимательно осмотрел лежащее тело. Темные, с проседью волосы падали на изрезанное возрастными морщинами лицо. При жизни, убитый обладал темными глазами, которые так и остались открытыми. Теперь они подернулись белесой пленкой, и незряче смотрели в потолок. Даже несмотря на то, что он лежал, было видно, что убитый обладал высоким ростом и мощным телосложением, но версию о том, что он при жизни занимался физической работой Алис сразу же откинул – на ладонях отсутствовали мозоли, а пальцы были длинными и даже изящными.
– Кто он? – наконец спросил Алис у наставника Морта.
– Ортран Вилан. Последние пятнадцать лет был членом гильдии ювелиров. Вся информация в этих бумагах на столе. Всё, что известно на этот момент, следователи уже занесли в дело. Можешь их забрать.
Алис протянул к ним руку и тут же отдернул, будто заподозрив, что в них скрывается ядовитая змея. Заметив вопросительный взгляд старика, он с сомнением спросил:
– Наставник Морт, есть уверенность, что не замешан никто из наших?
Фелис Морт нахмурился:
– Следователи уже проверяют каждого нашего одарённого, включая отделение Несущих свет. Шанса, что ювелир умер от руки обычного человека, практически нет. Даже арбалет не обладают такой пробивной силой, чтобы болт насквозь прошел лобные и затылочные кости и растворился в воздухе, мать его. Осталось только понять, какую артефактную гадость использовал убийца.
– Как интересно.
– Да уж. Мы займемся внутренней проверкой, а ты, давай вытаскивай из цветочного притона Змея – он точно там, просаживает остатки своих монет. И близнецов от мамкиной сиськи оторви. На вас проверка всех контактов ювелира. С кем дружбу водил, с кем враждовал, пил, вел дела, в какие ввязался сомнительные делишки. Вы ищейки, вот и ищите. А теперь иди.
Фелис Морт дал понять, что разговор закончен и указал на дверь.
***
Небо на востоке уже посветлело, когда Алис откинул бумаги на стол и устало откинулся на кресле. Ночь выдалась слишком насыщенной: прием у наместника, дуэль, вызов к Фелису Морту, труп Ортрана Вилана. Апофеозом невезения стало возращение домой пешком через несколько кварталов. Как назло, ни одного наёмного экипажа поблизости не оказалось, а орденские, словно растворились в воздухе.
Алис хотел только одного: упасть в кровать и проспать сутки, но сон не шел.
Чертыхаясь, он засел у себя в кабинете и раз за разом перечитывал отчет об убийстве ювелира.
«Ортран Вилан, чего же в тебе особенного, что какой то одаренный обратил на тебя и твою семью свой взгляд? Обычный ювелир - ремесленник средней руки, работающий с полудрагоценными камнями. Семейный человек, в изменах соседями не замечен. Взносы в гильдию платил регулярно. Разок попался на продаже краденого – а с кем не бывает? Тогда же сдал главу местной банды, занимавшейся посредничеством при сбыте ценных вещей и контрабандой, Доли Ролла магистрату. Тем самым выторговал себе свободу. В Туманах прожил двадцать лет... Обычный обыватель».
Нахмурившись, Алис приложился к чашке чая и прислушался к шорохам, раздающимся с первого этажа – это проснулась прислуга.
Тетушка Лия копошилась на кухне и в очередной раз уронила тарелку. Горничная Эли, убирающаяся поблизости, взвизгнула от неожиданности. Раздался задорный смех мальчишки – это внук Лии как всегда нашел что то забавное в женских невзгодах. Знакомые звуки просыпающегося дома.
Жизнь наполняла этот дом, но смерть всегда скрывалась рядом, в тенях, насмешливо поглядывая на самоуверенных людей своим льдисто – голубым взглядом, Алис знал это точно. Возможно, семья Виланов так же шумно встречала каждое утро, переговариваясь, роняя тарелки и переругиваясь. И они думали, что всё у них еще впереди.
«Всего две страницы. Столько заняло описание жизни Ортрана и его семьи в отчете. Интересно, сколько бы заняла моя?».