А женщина провела его — будто смеялась над тем, что у него нет крыльев, — и ускользнула, как мотылёк. Будто только этого и ждала. Будто грезила о миге, когда обратит жизнь Эриха в пепел.— Это был безупречный спектакль. Я едва сам в него не поверил. Как ты придумала сбежать от меня этаким способом?Женщина, с которой он столкнулся снова, была призрачной, как утренний свет, и до одури прекрасной. Всё такой же независимой, словно никто ей не нужен.— Уходите. Мне нечего от вас слушать, и сказать вам нечего.— Нет, Бьянка.Произнеся имя жены впервые за долгое время, Эрих подумал:«У тебя нет прав. Ни на то, чтобы порвать нас, ни на то, чтобы сбежать, ни на то, чтобы отталкивать меня».Теперь ему было всё равно.«Ты по-прежнему моя».Достаточно просто подрезать ей крылья — и она больше не посмеет думать о побеге.— Поэтому, если тебе суждено умереть, умри рядом со мной.Бьянка. Он ещё не понимал, что это короткое имя захватило всю его жизнь лишь потому, что это была любовь.