Пролог
Когда он открыл глаза, то понял, что оказался в мире «Мага, завоевавшего мир» — фэнтези-новеллы, которую читал всю ночь.
Это и правда было нелепо.
Но нелепости на этом не закончились.
Его роль в этой истории…
«Я что, статист?»
Он был статистом, появлявшимся лишь на очень короткое время во второй половине сюжета.
«Статист так статист, но…»
Однако настройки этого статиста были слишком хороши, чтобы их игнорировать.
Потому что этот статист…
«Этот ублюдок по статам очень силён, разве нет?»
Слишком силён, чтобы зваться просто статистом!
Глава 1. Статист, но это ничего
Ом Тхэсон перед сном прочитал веб-новеллу.
«Маг, завоевавший мир».
Это было фэнтези в вымышленном мире, где правят меч и магия, а не Земля.
Причина, по которой он взялся за чтение, была проста: с прошлой недели шла очень дешёвая распродажа. Он начал читать, чтобы убить время, но, оплачивая эпизод за эпизодом, в итоге осилил все пятьсот с лишним глав.
Концовка ему не понравилась.
Совсем.
Худшая концовка, которую даже плохим финалом назвать недостаточно.
Финал, в котором герой, преодолевший все невзгоды, растаптывает всё, что защищал, и уничтожает мир, — может ли быть что-то хуже?
Ом Тхэсон читал новеллу, чтобы забыться.
Потому что его реальность была слишком жестокой.
Но концовка романа, на который он потратил столько времени, оказалась вот такой.
Он лёг спать с раздражением и тревогой.
И…
«Это вообще нормально?»
Проснуться — и оказаться в мире той самой новеллы, на концовку которой он злился, в роли второстепенного персонажа?
Когда Ом Тхэсон открыл глаза, перед ним возникло системное сообщение с объяснением текущей ситуации:
— Место, где вы очнулись, — это мир «Мага, завоевавшего мир».— Отныне вам предстоит жить как Морд Бернас, персонаж «Мага, завоевавшего мир».— Сейчас тот самый момент, когда началась история «Мага, завоевавшего мир».— Если Морд умрёт в этом мире, это будет ваша смерть.
«Что за чушь?»
Ом Тхэсон опешил.
Проснулся — и вдруг стал персонажем из романа?
Но одновременно с этим его накрыло отрицание.
«Это тело… правда моё?»
Ом Тхэсон был пациентом с параличом нижних конечностей.
Это случилось год назад. Возвращаясь ночью из круглосуточного магазина, он попал под машину с пьяным водителем. Жизнь чудом спасли, но Тхэсон, оставшийся парализованным ниже пояса, влачил дни в отчаянии.
А сейчас?
Боль, постоянно мучившая его, исчезла, остался лишь лёгкий голод. Всё тело наполнено силой, а ноги твёрдо стоят на полу.
«Боже мой…»
Одного этого факта хватило, чтобы слёзы навернулись на глаза. Просто возможность делать то, что когда-то казалось само собой разумеющимся, а потом было утеряно навсегда, — стоять на ногах.
Это не укладывалось в голове.
Но невероятно яркая реальность, которую невозможно принять за сон, овладела им.
— Сломай судьбу разрушения. Тогда твоё желание исполнится.
«Желание? В смысле?»
Пока Ом Тхэсон был охвачен этим чувством, перед глазами всплыло последнее сообщение:
— Ты сможешь выбрать ту жизнь, какую захочешь, и всё, что пожелаешь, окажется в твоих руках.
И в тот же миг в его мозг хлынули воспоминания, словно потоп.
«…!»
Ом Тхэсон пошатнулся.
Бесчисленные образы проносились в голове, как панорама. Он барахтался в этом потоке.
«Тьфу, тьфу… что это?»
Он простонал, схватившись за голову.
И тут же изумился.
Слова, которые он только что пробормотал, были не на корейском. Он естественно заговорил на общем языке этого мира — языке Принцев.
«Что это? Воспоминания этого тела? Нет, немного не так…»
Ом Тхэсон понял, что в него внедрили знания языка и письменности этого мира — информацию, обработанную в универсальный формат, а не личные воспоминания.
Теперь он в совершенстве владел языком Принцев, а также мог читать и писать на алфавите Принцев, который в этом мире имел более высокий статус, чем земной алфавит.
А затем потоком хлынули воспоминания о жизни Морда.
Но на этот раз Ом Тхэсон не утонул в этом потоке.
«А, вот оно что».
Потому что эти воспоминания были отстранёнными — словно просмотр фильма.
У Ом Тхэсона была память о том, как Морд родился и как жил.
Однако Морд не делился с ним теми чувствами, что испытывал при жизни.
«Это сделано, чтобы защитить моё «я»?»
Было бы очень опасно принимать чужие воспоминания и эмоции как свои собственные. Эго Ом Тхэсона непременно было бы осквернено.
«Не знаю, кто сделал меня таким…»
Им овладело невыразимое чувство.
Было страшно, но одновременно и волнительно.
Может, потому что он жил день за днём в отчаянии после аварии?
Даже в такой нереальной ситуации Ом Тхэсон принимал происходящее не за сон, а за реальность.
Более того, он отчаянно желал, чтобы это не было сном.
И после пережитого он не мог отрицать происходящее как сон. Его охватывала нереальная, но ошеломляющая реальность.
«В любом случае, я хочу, чтобы этим телом пользовался я — землянин, а не оригинальный Морд».
Он даже не мог догадаться, кто этот трансцендентный сущий, превративший его в Морда. Но в любом случае тот, видимо, посчитал, что для достижения цели ему нужно эго Ом Тхэсона.
«Он был статистом с малым весом в сюжете «Завоевателя», но тело полно потенциала».
Морд Бернас был всего лишь проходным статистом, так что, если память не подводит, это тем более странно.
Но как ни странно, Ом Тхэсон мог ярко вспомнить всё содержание новеллы «Маг, завоевавший мир», сокращённо — «Завоеватель».
Особенно та часть, где появлялся Морд, была настолько отчётливой, будто произошла только что.
«У меня не такая хорошая память. Возможно, это тоже своего рода забота?»
Часть о Морде в «Завоевателе» была действительно скудной по объёму информации.
Но когда эти крупицы соединились с собственными воспоминаниями Морда, он узнал многое.
Статисты — это, так сказать, эпизодические роли.
Будь то главная роль, второстепенная или статист — неважно, каковы настройки персонажа.
То есть красавчик или красавица. Могучий дракон. Призванный из другого мира человек с выдающимися способностями.
Даже такие персонажи могли быть статистами, если не играли роли в сюжете.
В «Завоевателе» было немало таких странных статистов. Было не один и не два персонажа с огромным потенциалом, которые погибали впустую.
Ом Тхэсон не мог вспомнить точное число, потому что читал «Завоевателя» быстро и поверхностно, но, если уж на то пошло, таких персонажей появлялось и умирало много.
Морд был одним из них.
Один из кровных родственников странного семейства — Великого Герцога Бернас.
Изначально незаконнорождённый сын эрцгерцога Бернаса, он появляется как скрытая карта, подготовленная эрцгерцогом, который становится главным врагом во второй половине сюжета.
«Но настройки ему подогнали правдоподобные, а по факту он сгинул, даже не успев подраться».
В момент пробуждения после завершения ритуала он — суперсилач, о котором говорили, что даже главные герои, собранные из одних манчкинов, не могут гарантировать победу, если нападут вместе.
Но Морд, представленный в такой раскрутке, попадает в засаду, устроенную группой главного героя, когда эрцгерцог проводит магический ритуал, чтобы полностью подчинить его разум, и гибнет бесславно.
«Это что ещё за гэг? Я думал, это что за поворот, а оказалось, его просто так использовали?»
Ом Тхэсон вздохнул.
Воспоминания Морда были отделены от его собственных. Это было похоже на архив, в который можно заглянуть когда угодно, так что без специального просмотра содержание было не понять.
Покопавшись в памяти, Морд оказался на редкость унылым типом.
Мать Морда умерла через несколько дней после его рождения. Изначально здоровая, она день ото дня чахла, пока была беременна Мордом, и в итоге у неё не хватило сил даже восстановиться после родов.
Из-за этого Морд рос, слыша обвинения в том, что «этот парень родился, съев свою мать».
Хотя он с детства был крупнее сверстников, он влачил жизнь изгоя, которого все третировали и который даже не смел дать сдачи.
Не потому что у него не было сил или он не умел злиться.
Просто слова «тот, кто родился, съев мать» оставили шрам в его юном сердце, и он был поглощён чувством вины.
В 15 лет Морд отправился в семью Великого Герцога Бернас.
По завещанию, оставленному матерью перед смертью.
«Если вдруг ты родишь моего ребёнка, и если этот ребёнок вырастет и благополучно минует 15-летие, пусть придёт в мою семью».
С этими словами эрцгерцог Бернас раскрыл свою личность.
Следуя завещанию, Морд отправился в дом герцога, и семья приняла его после ряда проверок.
«Потому что это было… всего несколько часов назад».
Морд горел желанием быть признанным ребёнком отцом, которого он даже не знал.
«Герцогу наверняка было легко вырастить из него охотничью собаку».
Морд всего лишь статист в «Завоевателе», но эрцгерцог Бернас — один из главных злодеев. Естественно, о нём было много информации.
То же самое касалось и семьи Великого Герцога.
«В любом случае, меня никогда официально не признают настоящим ребёнком… Разве может человеческое сердце быть настолько расчётливым?»
Обычно благородные семьи не признают незаконнорождённых своими членами. Разве что в ситуации, когда все прямые наследники умерли и нужно воспитать преемника хоть из бастарда.
В семье Великого Герцога полно прямых потомков. Так что Морду не светило быть признанным официальным кровным родственником.
«Но у меня нет причин цепляться за такую чушь».
Ом Тхэсон не собирался жить в оковах обстоятельств Морда.
«Спасать мир — это удел главного героя, а мне, статисту, придётся этим заняться».
Причина, по которой финал «Завоевателя» оказался худшим, проста: главный герой в итоге уничтожает мир.
Он и с самого начала не был однозначно хорошим персонажем.
Но то, что герой выбрал уничтожение мира ради собственной выгоды, вызвало у читателя Ом Тхэсона отвращение.
«В любом случае, попробовать стоит».
Ом Тхэсон почувствовал, как в груди поднимается желание.
По крайней мере, это намного лучше, чем лежать в больничной палате парализованным и влачить дни в отчаянии.
Одно только осознание того, что он теперь стоит на ногах, заставляло Ом Тхэсона ни за что не хотеть упускать этот шанс.
«Нет, я сделаю это».
Он никогда не вернётся в то безнадёжное состояние, где не мог даже встать и ходить самостоятельно.
«Желание».
Желание, о котором подумал Ом Тхэсон, было очень простым: вернуть здоровое тело, утраченное в аварии.
«Нет, нельзя удовлетворяться этим».
Но Ом Тхэсон быстро передумал.
«Желание», исполняемое существом, способным на такое, должно выходить за рамки реалистичных пределов.
И кроме того, разве ему нужно сделать что-то грандиозное, чтобы желание сбылось? Нужно спасти мир от судьбы гибели, но нельзя просто вернуть здоровое тело и остановиться.
Конечно, спасти мир — это задача абсурдного масштаба, как ни посмотри.
Но в этом теле, которое он занял, есть потенциал для достижения этой цели, а ещё у него есть информация о будущем благодаря всеведущему взгляду на сюжет «Завоевателя».
Это стоит попытки.
«Но путь в тысячу ли начинается с первого шага. Начнём с того, что под рукой? К счастью, похоже, у меня есть для этого силы».
Ом Тхэсон решил притормозить бесконечные фантазии и начать думать о том, что нужно прямо сейчас.