Как это происходило не раз, гирдок превратился в темную
дымку, которая приближаясь ко мне, стала светом и дальше - тьма. Очнулся я на
следующий день рано утром. Наш караван все это время оставался на месте. Нет!
Не из-за меня! После победы над гирдоком, начали возвращаться люди. Одними из
этих вернувшихся были рыцари. Именно они
взяли на себя обязанность поиска и возвращения разбежавшихся людей. Их ловили.
Нет! Нет! Скорее спасали. Люди разбегались без еды и воды. В ближайших окрестностях
не было ни еды, ни воды. И разбежавшиеся были обречены. Кроме того на границе
пустоши было множество монстров.
Так что едва я очнулся, оказался предоставленным самому
себе. Хотя, я видел моих девочек кружащих в десяти шагах от меня, словно
хищники вокруг жертвы. Я стал их игнорировать. Именно поэтому я кое-что заметил странное.
Неподалеку от нас около повозки стояли четыре девочки десяти
– двенадцати лет. Хотя не их красота или что-то другое привлекло мое внимание.
Привлекло их поведение. Точнее, полное отсутствие реакции. Лемарх беспокойно
двигался и нервничал. (Лемарх – напоминал буйвола, но с маленькими рогами.
Кстати, лемархи были более быстрыми, чем лошади, на которых ездили рыцари.) От
его движений колесо повозки почти наезжало на ноги девочек, но те равнодушно
стояли и не двигались, хотя были в опасности.
Пока я присматривался к ним, мое внимание привлекло еле
заметное движение, неподалеку от девушек. Я бросился туда. Не раздумывая, я
бросил несколько ледяных шипов. Земля словно взорвалась. На самом деле это был
слой пепла. Оттуда появилась большая серо-стального цвета змея. Даже сейчас
девушки не отреагировали. Змея бросилась вперед на ближайшую девочку. Я бросил
еще несколько шипов, опасаясь, что опаздываю. Несколько шипов пронеслись мимо
змеи из-за ее бросков из стороны в сторону. Мне просто повезло, что следующий
шип попал в основание головы. Следующий шип попал в голову. Змея начала бешено
извиваться и скоро затихла, но даже после этого девушки ни как не отреагировали.
Мне в этот момент было не до змеи, даже если бы она осталась
живой. Я увидел на девушках ошейники подчинения. Все внутри меня потребовало
снять их и снять немедленно. Я подскочил к ним и протянул руку к одному из них.
Моя рука оказалась зажатой…рукой Риты,
сверкающе бешеными глазами.
- Еще девушек хочешь завести? – Прошипела она, словно гигантская
змея. – Нас тебе мало?
Я, даже если бы и хоте возразить, но неумолимая сила уже
зажала меня в своих объятиях.
- Стиииффф! – Зашипели в оба уха Вита и Гита. – Ты только
нашшшш.
- Ошейники нужно снять, - запротестовал я.
- Опяааать! – Зашипела Рита. – А мы как жеее?
Во мне все смешалось. Желание снять эти ненавистные мне
ошейники боролось с нежеланием увеличивать количество «сестренок», готовых
убить меня под предлогом опеки и ласок.
- Э-э…малыш… - неуверенно окликнул меня старческий голос. –
А это правда, что ты можешь снять ошейники?
- Да! С них же снял,- отмахнулся я.
- Мира, - раздался плачущий женский голос.
Я оглянулся неподалеку стоял седой старик и женщина. Она
смотрела на девочку, к которой все еще была протянута моя рука, все еще
удерживаемая Ритой.
- Позволь спросить тебя, - строго спросил старик. – Ты хочешь
взять на себя ответственность за нее и дать ей женское счастье?
- Нет! – Горько сказал я и покачал головой. – Но мне
противно чувство несправедливости от вида этих…. Этих…оков.
- Спасибо, парень, - зачем-то поклонился мне старик. – Я много
прожил и многое видел. Кое-какие из этих воспоминаний тебе помогут. Я был еще
молод, когда стал свидетелем освобождения раба в его семью. На ошейник положила
руки его мама, а маг только открыл ошейник. Раб снова вернулся в семью и не
стал рабом мага. Вот что я видел! Теперь
ты можешь поступать, как знаешь.
- Спасибо, старик, - сказал я и поклонился. – А эта женщина
ее мама? Да? Пускай подойдет к дочери и возьмется за ошейник.
То что эта женщина была мамой девочки, было понятно по ее
поведению. Она не схватилась за ошейник. Нет! Она нежно прижала к себе безучастную
девочку к себе, слегка покачиваясь. Нежным движением она откинула волосы с шеи
Миры и коснулась ошейника. Я привычным движением отмычки отомкнул замок
ошейника. Ошейник соскользнул с шеи Миры, женщина его просто не держала. Хотя
она и испугалась этого, но не выпустила Миру из своих рук. Неожиданно девочка
крутанулась в руках женщины и уставилась на маму.
- Мааааамаааа! – Завизжала Мира, повисая на шее женщины,
обхватив ее руками и ногами.
Я с минуту наслаждался этими эмоциями не направленными на
меня. Когда я посмотрел в сторону старика, тот стоял спиной ко мне. Словно
почувствовав мой взгляд, он начал махать руками.
- Сара! Сюда! Тина! Сюда! Э-э… – Проорал старик и замялся.
Тут в его глазах появилась хитринка.
- Лала! Сюда!
К нам уже бежали несколько женщин и девочка лет девяти.
Последняя сносила всех на своем пути и поэтому прибежала первой.
- Да, деда, - сказала Лала. – В чем дело? С Лани что-то
случилось?
- Почти, - сказал старик и поднял Лани на руки.
Он подошел к спине самой старшей из девушек.
- Возьмись за этот ошейник и ничего не бойся.
Едва Лани это сделала, я открыл замок, но на этот раз
ошейник не упал. Его держала в руке серьезная Лала.
- Можешь отпустить ошейник, - тихо сказал я.
Поймав его и закинув в хранилище, я почувствовал давление. Я
обернулся. На меня смотрело множество женщин. Несколько смотрели с надеждой.
Они уже прижимали своих дочерей к себе, а дрожащие от возбуждения руки держали
ошейники. От этого моря обожания меня передернуло. Если бы я был старше, то….Меня
сжали, напоминая о реальности, мои ведь…девушки.
Весь процесс освобождения не занял много времени. Я не стал
мешать этому радостному воссоединению из-за….Да! Да! Я опасался, что все
повторится, и мне что-нибудь предложат.
Я сделал несколько шагов, когда услышал торопливые шаги,
явно спешащие меня догнать. Я резко обернулся, ожидая худшего. Меня догонял
старик.
- Господин, - поклонился он мне. – Когда вам будет 13 лет,
вы должны принять вишенки этих девушек в подарок за…
В этот момент моя голова взорвалась от боли. Уже потом, я узнал, что это
был одновременный удар «сестренок».