[ВИКТОР]
Я сидел на заднем сиденье седана. За рулём — Чак. Перед нами ехал второй седан — с Саймоном за рулём и Ником. У них играл громкий рок-н-ролл. А у нас — тихий джаз.
— Чак, — начал я. — Я закурю, ты не против?
— Космос, — ответил спокойно Чак.
— Спасибо, — добавил я и закурил.
Опустил окно, смотрел на ночные улицы.
Интересно, а если нас остановит полиция — это будет очень странно.
Я как представлю: четыре человека в костюмах-тройках, в шляпах «федора», один в кепке. На чёрных, намертво тонированных седанах. У одного в багажнике базука, пять автоматов. У другого — два ящика пива и десять блоков сигарет.
Полицейский подойдёт к Чаку, а тот начнёт рассказывать: «Космос!», «Космо-о-ос»...
Запахло сильно ванилью. Чак глянул на меня и спокойно сказал:
— Космос.
—
Мы проехали развязку и повернули на Rue de la Roberdière. Машина Саймона резко остановилась.
Справа я увидел пустую поляну. По центру стоял огромный силуэт в форме яйца.
Ник и Саймон синхронно вышли, уставились на яйцо. Мы с Чаком тоже вышли, встали возле машины.
Ник глянул на яйцо, поправил костюм, потом шляпу.
— Уважаемый бандит, ознакомьтесь с видом Корн. Сегодня он будет платить по счетам.
Саймон закурил — рукой, как об прикуриватель в машине — и запрыгнул на капот нашего с Чаком авто. А Ник копошился в багажнике.
— Может, бабахнем? — весело начал Ник, а после сменил тон. — Я имею в виду — поджарим его. Чтобы знал: переступать дорогу бандитам в этом городе не стоит.
Чак подбежал к Нику, начал выхватывать РПГ.
— Космос!
— Да чё ты переживаешь? — Ник целился из РПГ в Корна. — Мы выполним возмездие и уберём конкурента.
— Не гони, — Саймон тоже подошёл. — Шумно же. И бандиты не ведут себя так. — Пауза. — Доставай автоматы.
— Да нет, — Ник не сдавался. — С РПГ круче.
Саймон, Ник и Чак продолжили спорить, что будет эффективнее и по статусу бандитам: автоматы или РПГ. Спорили минут пять. А я смотрел на небо.
Вернул взгляд на яйцо.
Пропало.
— Пацаны... — испуганно начал я.
Меня подкинуло метров на десять вверх, а после бросило в центр, где стояло яйцо.
Я медленно, с трудом поднялся. На меня посыпались кусочки плоти — размером с зерно. Как будто высыпают целый грузовик.
Я хотел бежать, но ноги уже держали эти зёрнышки. Они медленно облепляли меня, как клей.
— Ребята-а-а? — испуганно начал я, пытаясь вытащить ноги. Не получалось.
Резко вспыхнул огонь. Раздался шипящий звук, чуть взрывающийся — будто кукурузу в микроволновку поставили. Меня начало сдавливать сильнее.
Я увидел, как зёрнышки начали засыпать Саймона.
Взглянул наверх. Там висел огромный шар на башенном кране. Из него сыпались зёрна.
Я закрыл глаза и начал судорожно вспоминать что-то.
Вспомнил, как лежал в ванной после тяжёлого дня. Год назад. В нашей с Рэном квартире.
Открыл глаза. Я лежал в одежде в ванне, наполненной водой, по центру площадки. Ноги были покрыты зерном — оно будто начало прорастать в воде.
Откуда эта ванна?
Ник до сих пор стоял — в одной руке РПГ, в другой автомат, явно размышляя, что сейчас лучше. Потом глянул на меня.
— Чува-а-ак! — удивлённо начал он. — Не время купаться.
Кусочки плоти стали отпадать в воде и прирастать к ванне, после — поедать её.
Корн начал сыпать зёрна на большую площадь.
В панике я начал вспоминать.
Закрыл глаза.
Я шёл домой с зонтом после школы. Был сильный дождь.
Открыл глаза. Я стоял с зонтиком над головой, но его поедали зёрнышки.
А откуда этот зонт?
Ник подбежал ко мне, вытащил из зоны дождя. Второй клон автоматом долбил зёрна, обвившие шею Саймона. Не получалось.
Прозвучал громкий взрыв. Небо осветилось яркой вспышкой.
Я посмотрел на Чака. Он стоял с РПГ, из которой медленно шёл дым.
Всё яйцо упало на землю, медленно поползло обратно — и схватило меня за ногу. Саймон смог освободиться.
Корн начал медленно лезть по крану, таща меня за собой.
Вспышка ослепила. Кран начал падать. Корн остановился в начале пути. Остальная часть крана рухнула с грохотом.
Я мельком глянул на Чака. Там уже стоял весёлый Ник с РПГ.
Корн выстрелил пулемётной очередью зёрен — так, будто взрывается кукуруза — в Чака и Ника. Полностью обстрелял машины.
А после пополз по стене недостроенного здания.
Я пытался вырваться из хватки. Не помогало.
Увидел, как Чак начал доставать подзорную трубу.
Прозвучало очень громко:
— Космос.
Тишина.
Перед моей ногой и Корном на секунду образовалась чёрная точка. И я упал — медленно, будто без гравитации.
Чак отключился, упал. Корн уполз куда-то вверх.
Прозвучала череда взрывов оттуда, куда заполз Корн. Миллионы зёрен разлетелись на огромную площадь. Создавали маленькие яйца, взрывались, создавали новые яйца. Будто произошло расщепление атома.
На мне тоже появилось яйцо на ноге. Взорвалось. Я почувствовал невыносимую жгучую боль. А после будто внутри что-то образовалось и снова взорвалось.
Ещё взрыв. Моя нога отлетела и начала взрываться. Я начал терять сознание от боли.
— Чува-а-аки! — начал Ник. — Ищите яйцо-хамелеон. Эм, ну, короче, невидимое яйцо. Это типа мозг.
Это говорит Ник, у которого пять клонов заживо поедает Корн. Как Ник это выдерживает?
— Да каким хреном? — начал Саймон. — Я могу найти то... — Пауза. Он громко добавил: — ЧТО НЕВИДИМО?
— Подумай, чува-ак, — начал Ник. — Если бы ты был чуваком, которому нужен маниакальный контроль, где бы ты спрятался?
— Хорошо, — начал Саймон. — Ща представлю.
И Саймон представил...
«Я маниакальный монстр с невероятным желанием контроля. Висел на кране. Тут пришли крутые бандиты, общались, а я на них смотрел и медленно утопал. Ведь опасные типы в костюмах, автоматы, РПГ — жуть. Но куда мне топать? Кран? Да нет, у них РПГ — сто процентов захотят сбить мой домик. Хм, может, на недостроенный дом? Прям на крышу! Идеально! Да нет, у них странный и крутой тип Чак есть — он же просто, наверное, весь недостроенный дом в одну точку сделает. Хм, может, за мусорным баком спрятаться? А вдруг случайно какой-то Витя там ванну поставит. Нет, глупо. Точно! Нужно самое неочевидное место, где они не ожидают. И это будет гениально. Спрячусь на капоте машины, где стоит Витек. Когда я его подкину в небо, сразу сяду там и буду смотреть. Это же гениально! И всё видно, и вроде свой среди чужих. Они не додумаются!»
Саймон закончил представлять. Медленно достал автомат, начал целиться в капот машины. А после представил дальше:
«Хотя... Саймон же умный. Он точно догадается, что я на капоте уселся. Я сяду ему на голову, пока буду душить его. А после сделаю что-то жёсткое, чтобы они забыли, что происходило. И я смогу с первых рядов смотреть на всё! Точно! Сделаю жёсткий дождь из зёрен. Им будет не до меня на голове Саймона!»
Саймон резко перевёл автомат чуть выше своей головы и зажал очередь.
Прозвучал хрипящий звук — будто вздыхают сотни людей.
И Саймон представил страшное...
«Вот глупышка. Я ведь ловушку просто сделал. Я ж гений и маниакальный. Просто сидел на капоте машины. Теперь вам конец».
И из-под земли могла бы вырваться огромная, длинная, бесформенная штука. Разорваться. И во всех полетели бы миллионы зёрен, взрывающиеся в воздухе и создающие другие зёрна. Полностью убившие всех.
Саймон закончил представлять и откинул эту мысль.
— Хорошо, что... — начал Саймон, убирая кусочки плоти с головы. — Я сразу догадался!
—
Меня потащили — в бессознательном состоянии — к машине. Ник грустно посмотрел на свой костюм-тройку.
Прозвучал тихий звук саксофона. Возле машины появились пять агентов элитной группы «Саксофон» с музыкальными инструментами для джаза.
Агент Труба и агент Фортепиано подошли к Саймону, забрали образцы с его головы. Агент Контрабас пошёл фотографировать ущерб.
Саксофон начал, немного напевая:
— Вижу, вы проблемы получили, вы окрепли и ожили. Я могу и вам помочь — раны ваши залечить.
Агент Тромбон просто стоял.
И тут Ник начал тараторить с неистовой силой. Его фразы были без какой-либо связи. Он говорил «обо всём» и «обо всем одновременно».
И тут элитный отряд «Саксофон» начал играть джаз.
Я пришёл в себя.