Пепел падал с неба, как снег.Мир вокруг догорал.
Я стоял среди мёртвых. В броне, испачканной не своей кровью.Меч в руке дрожал, как будто знал — это не просто бой. Это финал.
— Наконец-то, — сказал он.
Каллиас.
Он стоял напротив — в изорванном плаще, с копьём, и с лицом, которое давно уже не принадлежало тому, кого я знал.Только одна эмоция осталась на нём. Холодная. Выжженная. Ненависть.
Я смотрел на него долго.Как на брата.Как на тень.
Когда-то мы стояли рядом.Теперь — напротив.
— Хватит, — бросил он.— Не смотри на меня так. Мне не нужна твоя жалость.
Я чуть склонил голову. Ветер прошёлся по мёртвому полю.— Я не жалею тебя, Каллиас. Я… жалею, что ты стал таким.
— Таким? — его голос дрогнул. — Я стал тем, кем ты меня сделал. Когда позволил ей умереть.
Я закрыл глаза на миг.— Я не позволял. Я пытался.
— Ты врёшь! — рявкнул он. — Ты был там, с этой силой, со своим проклятым временем… И просто смотрел! Как копьё вонзается в неё, как её тело падает на камни. Как она… исчезает.
— Ты не понимаешь, — тихо сказал я. — Я попытался остановить всё. Закричал — изнутри.Но Закон не позволил.
— Закон?! — он рассмеялся, и в этом смехе не было ни капли жизни. — Ты опять прячешься за этот бред. "Первый Порядок", "моменты, что нельзя изменить". Она умерла, чтобы спасти тебя. А ты даже не двинулся.
Я хотел сказать ему правду — сказать, как мир застыл, но не по моей воле.Как Закон удержал меня, как остановил не врагов, а меня.Словно всё само время решило: её смерть — неизбежна.
Но он не стал бы слушать.
— Ты всегда был пустым, Кайсер. — Его глаза горели. — У тебя не было сердца. Ни тогда, ни сейчас. Я кричал над её телом. А ты… ты просто стоял.
Я молчал.Он не хотел правды.Он хотел мести.
— Ты хочешь, чтобы я упал на колени, Каллиас? Заплакал?Я не стану.Не потому что не чувствую. А потому что знал — в тот миг, Закон уже вынес приговор.Даже мне — нельзя было вмешаться.
Он усмехнулся.— Закон. Всегда Закон. А как насчёт вины, брат? Или ты оставил её там, среди мёртвых?
Мои пальцы сжались на рукояти меча.
— А ты? — Я посмотрел на него. — Где был ты, когда всё это началось?Ты не просто ушёл. Ты перешёл.Ты стал генералом тех, кто сжёг наш дом.
Каллиас вздёрнул подбородок.
— Я ушёл к тем, кто хотя бы называет вещи своими именами.Ты — ошибка.Я — тот, кто её исправит.
Сзади донёсся крик. Один из оставшихся врагов — их солдат — бросился на меня с топором.Я не обернулся. Просто взмахнул рукой.
Мана рванулась. Время сжалось.Солдат застыл в прыжке, как муха в янтаре.Я отпустил его — и он рухнул, словно тряпичная кукла.
Каллиас не шелохнулся. Только глаза дрогнули.
— Ты всё ещё играешь в роль, да? Герой, спасший всех?Но мать ты не спас.Потому что не захотел. Или не смог.
Я подошёл ближе. Лезвие меча — вниз.— Ты был ребёнком, Каллиас. Остался им.Ты ищешь виноватых, потому что иначе придётся признать: смерть… — я выдохнул. — …иногда просто смерть. Без смысла. Без злодея.
Он усмехнулся. Но губы дрожали.— Нет. Я знаю, кто виноват.Ты.Ты — тот, кто должен был умереть тогда. А она — остаться.
Я остановился перед ним. Между нами — только дыхание.— Помнишь, в детстве, из-за какой-то шутки, я хотел врезать тебе в нос? — сказал я.
Мой голос стал ниже.
— Кажется, сейчас у меня есть реальный повод.
Он не ответил.Просто поднял копьё.А я — меч.
И в этот миг братьев больше не было.Остались только два бога, рождённые войной.