— Элиан!
Лира дёрнула его за руку.
Старый мельник всё ещё стоял перед юношей. Из его раскрытого рта сыпалась влажная земля, а сквозь истлевшую одежду виднелись почерневшие кости.
— Не открывай... Не открывай... Не...
Его голос оборвался.
Тело мертвеца выгнулось, словно кто-то невидимый схватил его за позвоночник. Раздался сухой треск, и мельник рассыпался в воздухе, оставив после себя лишь несколько чёрных хлопьев.
Элиан отшатнулся.
Впервые за одиннадцать лет он испытал настоящий страх перед мертвецом.
Не потому, что тот выглядел ужасно.
А потому, что мёртвые никогда прежде не боялись.
— Элиан, что с тобой?!
Лира трясла его за плечи.
Он посмотрел на неё.
Девушка была бледна. Её губы дрожали, а взгляд то и дело обращался к северной части деревни.
— Ты ничего не видела?
— Что я должна была увидеть?!
Элиан открыл рот, собираясь ответить, но в этот момент раздался одиннадцатый удар.
Колокол в Чёрном лесу.
На этот раз его услышала и Лира.
Она медленно повернула голову.
— Что... это?
Звук прокатился над деревней, заставив задрожать стёкла в окнах ближайших домов.
Лошади возле храма обезумели.
Одна из них разорвала поводья и понеслась по площади, опрокинув телегу с овощами. Вторая рухнула на колени и принялась биться головой о каменную мостовую.
Из её ноздрей потекла кровь.
Люди закричали.
— По домам! — раздался голос старосты. — Все по домам!
Двери начали захлопываться.
Матери хватали детей на руки. Торговцы бросали товары прямо на улице. Кто-то упал возле колодца, но его тут же подняли и потащили прочь.
Элиан заметил, что человек в серебряной маске вышел из храма.
Каэль стоял на верхней ступени лестницы.
В отличие от остальных, он выглядел совершенно спокойным.
Он смотрел на север.
А затем медленно опустился на одно колено.
Элиан нахмурился.
Он молится?
Но инквизитор не сложил рук.
Он прижал ладонь к земле.
И земля ответила.
От ступеней храма во все стороны разбежались тонкие золотые линии. Они скользили по каменной мостовой, взбирались на стены домов и проникали в землю, образуя огромный круг вокруг деревенской площади.
Один из рыцарей немедленно обнажил меч.
— Всем оставаться внутри круга!
Каэль поднялся.
— Брат Ортейн, закройте северные ворота.
— Но за ними ещё люди!
— Я знаю.
Рыцарь замер.
— Ваше преосвященство...
— Закройте ворота.
Двенадцатый удар.
Каэль повернул голову.
Впервые Элиан услышал в его голосе беспокойство.
— Мы опоздали.
Элиан не помнил, когда именно начал бежать.
Ещё мгновение назад он стоял возле Лиры, наблюдая за золотыми линиями на мостовой.
Теперь же мчался по улице, ведущей к северной окраине.
— Элиан! — кричала девушка за его спиной. — Куда ты?!
— Отец ещё там!
Он перепрыгнул через перевёрнутую корзину и свернул между двумя домами.
Гаррет остался у ограды.
Если северные ворота закроют, он не сможет вернуться.
Элиан ускорился.
Позади раздались быстрые шаги.
— Стой, идиот!
Лира догнала его возле кузницы.
— Возвращайся! — крикнул он.
— Даже не надейся!
— Там опасно!
— Именно поэтому я иду с тобой!
Он хотел возразить.
Но не успел.
Впереди показались северные ворота.
Два тяжёлых деревянных полотна медленно сходились. Возле них стояли шестеро деревенских стражников и церковный рыцарь в белом плаще.
За воротами простиралась старая дорога.
А дальше...
Элиан остановился.
Чёрного леса не было видно.
Его скрывала стена густого серого тумана.
Она поднималась настолько высоко, что казалось, будто кто-то воздвиг перед деревней огромную бесцветную гору.
Туман медленно двигался.
Не клубился.
Не рассеивался.
Он приближался, сохраняя совершенно ровную поверхность.
— Закрывайте! — приказал рыцарь.
— Подождите! — закричал Элиан.
Стражники обернулись.
— Мой отец ещё снаружи!
Рыцарь даже не посмотрел на него.
— Продолжайте!
Элиан бросился вперёд.
Один из стражников попытался остановить его, но юноша вывернулся и проскользнул между створками ворот.
— Элиан!
Лира последовала за ним.
Они оказались на старой дороге.
Впереди, возле разрушенной ограды, кто-то двигался.
Высокая фигура.
Человек шёл, опираясь на длинный деревянный шест.
— Отец!
Фигура остановилась.
Затем подняла голову.
Это был Гаррет.
Его лицо покрывали глубокие царапины, а левая рука безжизненно висела вдоль тела. Одежда была разорвана, и на груди виднелось огромное тёмное пятно.
Но он был жив.
— ЭЛИАН! НАЗАД!
Юноша замер.
Отец не побежал к нему.
Напротив.
Он отступил.
— НЕМЕДЛЕННО ВЕРНИСЬ ЗА ВОРОТА!
Из тумана позади Гаррета донёсся тихий звук.
Шаги.
Много шагов.
Элиан прищурился.
За спиной отца начали появляться человеческие силуэты.
Десятки.
Сотни.
Они двигались медленно, словно обычные путники, возвращающиеся домой после долгой дороги.
Первым из тумана вышел Роланд.
Тот самый мужчина, которого Гаррет ударил возле ограды.
Элиан узнал его по широкой бороде и красной рубахе.
Но что-то было неправильно.
Роланд шёл босиком.
Его ноги были вывернуты пятками вперёд.
А лицо...
Лицо было обращено к небу.
Он улыбался.
— Гаррет, — произнёс Роланд. — Почему ты убегаешь?
Отец медленно отступил.
— Не слушайте его.
Из тумана показались другие люди.
Элиан узнал двух деревенских охотников, старого пастуха и женщину, пропавшую прошлой весной.
Все они улыбались.
Все смотрели вверх.
И все шли одинаково.
— Мы ведь просто хотим домой, — произнесла женщина.
Её голос звучал совершенно естественно.
— Мой сын ждёт меня.
Один из стражников возле ворот заплакал.
— Мама?
Женщина остановилась.
Медленно повернула голову.
Её улыбка стала шире.
— Милый...
Стражник сделал шаг вперёд.
— Мама!
Рыцарь схватил его за воротник.
— НЕ ОТВЕЧАЙ!
Но было поздно.
Женщина открыла рот.
И произнесла имя сына.
В тот же миг из тумана вытянулась длинная белая рука.
Она двигалась невероятно быстро.
Элиан успел увидеть лишь тонкие пальцы, прежде чем они обхватили голову стражника.
Раздался влажный хруст.
Тело мужчины рухнуло на землю.
А голова осталась висеть в воздухе.
Лира закричала.
Элиан схватил её за руку.
— БЕЖИ!
Они бросились к воротам.
Позади раздался голос Гаррета:
— НЕ ЗАКРЫВАЙТЕ!
Отец бежал следом.
Но туман двигался быстрее.
Из серой стены начали появляться новые руки.
Длинные.
Белые.
Слишком тонкие для человеческих.
Они цеплялись за землю, деревья и деревянные столбы, подтягивая за собой нечто огромное.
Рыцарь поднял меч.
— СВЯТОЙ ПРЕСТОЛ, ДАРУЙ МНЕ СВЕТ!
Лезвие вспыхнуло золотым пламенем.
Он взмахнул оружием.
Одна из рук была отсечена.
Из обрубка хлынула чёрная жидкость.
В тумане раздался протяжный вопль.
Элиан и Лира проскочили через ворота.
Гаррет следовал за ними.
Оставалось всего несколько шагов.
Три.
Два.
Один.
Внезапно из тумана донёсся женский голос.
— Гаррет.
Отец остановился.
Элиан обернулся.
Гаррет смотрел куда-то за его плечо.
На лице мужчины появилось выражение, которого сын никогда прежде не видел.
Не страх.
Не удивление.
Узнавание.
— Невозможно... — прошептал Гаррет.
Из тумана вышла женщина.
Она была молодой.
Не старше двадцати пяти лет.
Её длинные чёрные волосы спадали на плечи, а белое платье было испачкано землёй.
На руках она держала младенца.
Женщина улыбнулась.
— Ты обещал, что вернёшься.
Гаррет побледнел.
— Нет...
Элиан почувствовал, как отец отступает.
Не к воротам.
К ней.
— ОТЕЦ!
Гаррет словно очнулся.
Он посмотрел на сына.
Затем на женщину.
И неожиданно рассмеялся.
Тихо.
Горько.
— Даже твоё лицо они запомнили...
Он развернулся и бросился к воротам.
Но женщина уже открыла рот.
— Шестьсот сорок четыре.
Туман содрогнулся.
Гаррет упал.
Элиан не думал.
Он просто побежал.
Мимо рыцаря.
Мимо стражников.
Прямо к отцу.
— СТОЙ! — закричала Лира.
Гаррет лежал в нескольких шагах от ворот.
Его тело билось в судорогах.
Изо рта вытекала густая чёрная слюна.
Элиан схватил отца под мышки и потащил назад.
— Вставай!
Гаррет попытался что-то сказать.
— Отец, ВСТАВАЙ!
Слишком тяжёлый.
Слишком медленно.
Туман приближался.
Из него показалась белая рука.
Элиан почувствовал ледяное прикосновение к затылку.
И вдруг...
Мир замер.
Не полностью.
Он всё ещё видел, как колышется трава.
Как Лира бежит к нему.
Как рыцарь поднимает меч.
Но всё происходило мучительно медленно.
А затем раздался голос.
— Ты хочешь его спасти?
Элиан застыл.
Голос не принадлежал ни одному из мертвецов, которых он когда-либо слышал.
Он был глубоким.
Усталим.
Словно кто-то говорил сквозь бесчисленные слои земли.
— Кто ты?
— Неважно.
Перед глазами Элиана возникла темнота.
В ней медленно проявился человеческий силуэт.
Высокий мужчина сидел на огромном каменном троне.
Его тело было пронзено семью мечами.
Лицо скрывала тьма.
А над головой висел расколотый золотой венец.
— Ты хочешь спасти отца? — повторил незнакомец.
— Да!
— Тогда отдай мне то, что принадлежит тебе.
Элиан не колебался.
— Что угодно!
Мужчина на троне наклонил голову.
— Глупый ответ.
Мир вновь пришёл в движение.
Белая рука схватила Элиана за шею.
Он захрипел.
Его ноги оторвались от земли.
Перед глазами потемнело.
А затем он почувствовал боль.
Не в шее.
Не в груди.
Где-то значительно глубже.
Словно невидимые пальцы проникли внутрь его существа и вырвали нечто, о существовании чего он даже не подозревал.
Элиан закричал.
Белая рука почернела.
По её поверхности побежали трещины.
Раздался оглушительный вопль.
Существо отпрянуло.
Элиан рухнул на землю.
И увидел, как из его правой ладони медленно поднимается чёрный дым.
На коже появился странный символ.
Семь концентрических кругов.
В самом центре — крошечная точка.
Шесть кругов были разомкнуты.
Седьмой оставался целым.
Из тумана раздался голос женщины:
— Нашла.
Все белые руки остановились.
Затем одновременно повернулись к Элиану.
— Нашла.
Туман начал отступать.
Но не из страха.
Он собирался вокруг чего-то.
Чего-то огромного.
Элиан попытался подняться.
Не смог.
Его тело словно перестало ему подчиняться.
— СЫН!
Гаррет внезапно вскочил.
Он схватил Элиана за воротник и с невероятной силой швырнул его в сторону ворот.
Юноша ударился о землю.
Лира немедленно подбежала к нему.
— Элиан!
Он попытался встать.
— Отец...
Гаррет стоял посреди дороги.
Его левая рука по-прежнему висела безжизненно.
Правой он медленно вытащил из-за спины старый охотничий нож.
— Закрывайте ворота.
Рыцарь посмотрел на него.
— Ты не успеешь.
— Знаю.
— Гаррет...
— ЗАКРЫВАЙ!
Тяжёлые створки начали сходиться.
Элиан вырвался из рук Лиры.
— НЕТ!
Он бросился к воротам.
Но рыцарь ударил его рукоятью меча в живот.
Элиан согнулся.
Воздух вырвался из лёгких.
— Прости, мальчик.
Створки сомкнулись.
Снаружи раздался голос Гаррета.
— ЭЛИАН!
Юноша поднял голову.
— ЖИВИ!
Затем послышался удар.
Глухой.
Тяжёлый.
Словно огромный молот опустился на землю.
И всё стихло.
Элиан не помнил, как оказался дома.
Он сидел за кухонным столом.
Перед ним стояла чашка горячего отвара.
Марта что-то говорила.
Лира плакала.
Но их голоса доносились словно из-под воды.
Он смотрел на свою правую ладонь.
Семь кругов.
Чёрные линии медленно пульсировали под кожей.
Элиан попытался стереть их.
Не получилось.
Он взял кухонный нож.
Марта немедленно схватила его за руку.
— Что ты делаешь?!
— Это нужно убрать.
— Элиан...
— Это нужно убрать!
Он попытался вырваться.
Мать обняла его.
Крепко.
Так крепко, что он едва мог дышать.
— Всё хорошо...
Элиан молчал.
— Всё хорошо, мой мальчик...
Он медленно поднял голову.
— Отец умер.
Марта застыла.
Несколько секунд она не двигалась.
Затем её руки разжались.
— Что?
Элиан посмотрел ей в глаза.
Он хотел объяснить.
Рассказать про туман.
Про женщину.
Про огромные белые руки.
Про странного человека на троне.
Но вместо этого произнёс:
— Я оставил его там.
Марта медленно опустилась на стул.
Лира закрыла лицо руками.
А Элиан продолжал смотреть на свою ладонь.
Внутри него что-то изменилось.
Он не мог понять, что именно.
Но чувствовал странную пустоту.
Словно из его памяти исчезло нечто чрезвычайно важное.
Он попытался вспомнить лицо отца.
Шрамы.
Седые волосы.
Суровый взгляд.
Всё было на месте.
Затем попытался вспомнить его голос.
И не смог.
Элиан замер.
Он помнил слова отца.
Помнил, как тот кричал возле ворот.
Помнил каждую произнесённую им фразу.
Но не мог вспомнить, как звучал его голос.
Совсем.
Юноша медленно сжал кулак.
Что я отдал?
Из глубины сознания донёсся тихий смешок.
— Пока лишь малую часть.
Элиан резко поднял голову.
— Кто здесь?!
Марта вздрогнула.
— Что?
Он посмотрел по сторонам.
Никого.
Только мать и Лира.
Но голос продолжал говорить.
— Не волнуйся. В следующий раз будет больнее.
В храме Каэль стоял перед алтарём.
Его серебряная маска лежала на полу.
Золотые кольца в глазницах вращались с невероятной скоростью.
Перед ним на коленях стояли два рыцаря.
— Северные ворота запечатаны, ваше преосвященство.
— Хорошо.
— Но существо осталось снаружи.
— Я знаю.
— Что нам делать?
Каэль молчал.
Он смотрел на семь каменных статуй.
Шесть из них излучали едва заметное золотое сияние.
Седьмая...
Седьмая была покрыта трещинами.
Каменное лицо бога смерти медленно осыпалось.
Каэль подошёл ближе.
Протянул руку.
Коснулся статуи.
И услышал голос.
— Он проснулся.
Инквизитор отдёрнул руку.
— Кто?
— Тот, кого мы похоронили.
По храму прокатился тихий смех.
Каэль побледнел.
— Невозможно.
— Вы всегда говорите это слово, когда сталкиваетесь с последствиями собственных решений.
Голос становился всё тише.
— Шестьсот сорок три неудачи...
Статуя содрогнулась.
— И один успех.
Каэль медленно опустился на колени.
Впервые за многие годы он почувствовал настоящий ужас.
Потому что узнал этот голос.
Он принадлежал богу, которого Церковь объявила мёртвым три дня назад.
— Господин...
Из каменных глаз статуи потекла кровь.
— Убей мальчика.
Трещины начали расползаться по всему телу божества.
— Пока он не вспомнил, кем был.
Статуя раскололась.
Огромная каменная голова упала на пол.
Каэль долго смотрел на обломки.
Затем медленно поднялся.
Он повернулся к рыцарям.
— Найдите Гаррета.
— Ваше преосвященство, он погиб за воротами.
— Найдите его тело.
— Но туман...
— Если придётся, сожгите весь лес.
Инквизитор поднял серебряную маску.
Его руки слегка дрожали.
— И ещё кое-что.
Рыцари склонили головы.
— Мальчика не трогать.
Один из них удивлённо поднял взгляд.
— Но...
Каэль надел маску.
— Я сам решу, когда он умрёт.
К полуночи деревня погрузилась в полную тишину.
Никто не выходил из домов.
На улицах горели лишь несколько факелов, оставленных церковными рыцарями.
Золотые линии вокруг площади продолжали светиться.
А за северными воротами стоял туман.
Элиан лежал в своей комнате.
Он не спал.
Марта находилась внизу.
Иногда он слышал её тихие всхлипывания.
Лира осталась у них на ночь.
Её родители жили возле северной окраины, и возвращаться туда после произошедшего было слишком опасно.
Элиан смотрел в потолок.
Живи.
Последнее слово отца.
Он повторял его снова и снова.
Пытался представить, как Гаррет произнёс его.
Но голос не возвращался.
Вместо него в памяти звучал чужой шёпот.
В следующий раз будет больнее.
Элиан медленно поднял правую руку.
Символ на ладони едва заметно светился.
Он провёл пальцем по первому кругу.
Внезапно в комнате стало холодно.
Свеча на столе погасла.
А из темноты возле окна раздался голос:
— Ты ведь понимаешь, что он ещё жив?
Элиан сел.
На подоконнике сидел человек.
Высокий.
Худой.
Одетый в длинный чёрный плащ.
Его лицо скрывал капюшон.
Но Элиан сразу узнал голос.
Тот самый.
Человек с трона.
— Кто ты?
Незнакомец наклонил голову.
— Разве это сейчас важно?
Элиан сжал кулаки.
— Ты сказал, что можешь спасти моего отца!
— И спас.
— ЛЖЕЦ!
Человек тихо рассмеялся.
— Ты даже не представляешь, насколько редко мне приходится лгать.
Элиан вскочил с кровати.
— Где он?!
Незнакомец медленно поднял руку.
На его ладони лежал человеческий зуб.
Коренной.
Совершенно чистый.
— Там, где и остальные.
Элиан почувствовал, как по спине пробежал холод.
— Какие остальные?
Человек повернулся к окну.
За стеклом виднелась деревенская улица.
Пустая.
Тихая.
Затем он произнёс:
— Ты думаешь, что сегодня умер один человек?
Элиан молчал.
— Шестьсот сорок три человека уже прошли через эту ночь.
Незнакомец посмотрел на него.
Под капюшоном на мгновение блеснули два совершенно чёрных глаза.
— Каждый из них пытался спасти кого-то дорогого.
Он поднялся с подоконника.
— Каждый заключил со мной договор.
Элиан отступил.
— И что с ними случилось?
Человек улыбнулся.
— Посмотри в окно.
Юноша медленно повернул голову.
На улице стояли люди.
Сначала он увидел только троих.
Затем десятки.
Сотни.
Они заполняли всю дорогу.
Стояли возле колодца.
Возле храма.
Между домами.
Мужчины.
Женщины.
Дети.
У каждого на правой ладони был один и тот же символ.
Семь концентрических кругов.
Но все они были разомкнуты.
Элиан почувствовал, как подкашиваются ноги.
Люди одновременно подняли головы.
И посмотрели прямо на него.
— Кто они? — прошептал он.
Незнакомец подошёл ближе.
Положил руку ему на плечо.
— Твои предшественники.
За окном шестьсот сорок три человека одновременно открыли рты.
И произнесли:
— Верни нам наши имена.
Элиан закричал.
Он проснулся на полу.
За окном начинался рассвет.
Свеча на столе давно догорела.
Дверь комнаты была открыта.
На пороге стояла Лира.
— Элиан?
Он тяжело дышал.
— Что...
Девушка осторожно подошла.
— Ты кричал.
Элиан посмотрел на свою ладонь.
Семь кругов.
Первый из них медленно замкнулся.
И в тот же миг он услышал голос.
Не один.
Сотни.
Тысячи.
Они доносились отовсюду.
Из-под пола.
Из стен.
Из земли.
Из самого воздуха.
Все повторяли одно и то же слово.
Одно-единственное.
— Беги.
Элиан медленно поднял голову.
Лира смотрела на него с ужасом.
— Что случилось?
Он хотел ответить.
Но внезапно заметил нечто за её спиной.
На деревянной двери комнаты появилось маленькое тёмное пятно.
Оно медленно расширялось.
Превращаясь в буквы.
Словно невидимый человек выжигал слова прямо на древесине.
Элиан прочитал надпись.
И его сердце остановилось на мгновение.
ШЕСТЬСОТ СОРОК ЧЕТЫРЕ.
Снизу появилась вторая строка.
ТЕПЕРЬ ТВОЯ ОЧЕРЕДЬ ОТКРЫТЬ ДВЕРЬ.
А затем кто-то постучал.
Три раза.
С той стороны, где стояла Лира.
Она медленно обернулась.
— Кто там?
Из-за двери раздался знакомый голос.
Голос, который Элиан больше не мог вспомнить.
— Сынок.
Пауза.
— Открой. Это отец.