Глава—11: Титан Одиночество
(Концовка—1)
Данил сидел в медпункте, уставившись в пустоту. Его руки были в крови, но это была не его кровь. Она засохла, впиталась в кожу, напоминая о том, что произошло. В голове шумело. Он почти не чувствовал боли – только тупое онемение и гул, который казался эхом его собственных мыслей.
Дверь медпункта скрипнула, и внутрь вошёл Максим. Он выглядел спокойным, но в его глазах читалось беспокойство.
— Сильно же ты втащил тому парню... — Максим опустился на стул рядом с Данилом. — Жаль, что Юля оказалась такой... Я поговорил с кем надо, тебе не грозит тюрьма, но из университета тебя исключат. И на протяжении двух месяцев ты пройдёшь экспертизу по психическому состоянию...
Данил молчал. Он всё ещё слышал крики, видел, как тот парень корчился на полу, задыхаясь от удара. Всё, что случилось, казалось смазанным, как будто это произошло не с ним, а с кем-то другим.
Максим вздохнул и добавил:
— И знаешь, я, пожалуй, откажусь от ФСБ, раз уж с тобой такое случилось...
Эти слова резко выдернули Данила из ступора. Он резко повернулся к Максиму, в его глазах мелькнуло непонимание.
Данил:
— Что?! Откажешься?! Это же твоя мечта! Не надо от неё отказываться!
Максим сжал губы.
Максим:
— Слушай, Данил, после того, что случилось, мечта — это последнее, что меня волнует. Если ты думаешь, что я...
Данил:
— Я обещаю, что такое больше не повторится! — перебил Данил. В его голосе звучала искренность. — Если надо, я вообще не буду контактировать с людьми, но, пожалуйста, не отказывайся от своей мечты. Ты всю жизнь ей посвятил, и если ты вот так просто бросишь всё на полпути...
Максим колебался. Слова Данила били в самую суть его сомнений.
Данил:
— Ты обещаешь, что не откажешься?
Максим посмотрел на него, потом отвернулся и, после долгой паузы, тихо сказал:
Максим
— ...Обещаю.
---
После этого с Юлей я больше не общался.
Может, потому что так и не смог её простить. Хотя... захотела бы она вообще вновь увидеть такого монстра, как я, после всего, что случилось?
Тот парень, с которым она изменила мне... Он на протяжении двух лет питался через трубочку.
Максим поступил в ФСБ.
А я? Я просто устроился в офис одной компании, погрязнув в бесконечном однообразии: дом — работа — дом. Казалось, что так будет продолжаться вечно, пока я не умру.
Но вдруг, как гром среди ясного неба, в моей жизни появилась она.
В отличие от Юли, Анна была совсем другой. Она заботилась обо мне. Казалось, что её любви нет конца. Она дала мне то, чего мне так не хватало.
Как такой, как я, смог добиться такую, как она?
Я не был её достоин. Хотя она была совсем другого мнения...
Анна... Как же мне не хватает тебя...
---
Где-то рядом монотонно пищал аппарат, измеряющий сердечный ритм. Воздух был пропитан запахом антисептиков. Свет дневных ламп слепил, пробираясь сквозь веки.
Данил медленно открыл глаза.
Всё было размыто. Белый потолок. Капельница, ведущая к его руке. Глухие звуки шагов за дверью.
Он попытался пошевелиться — тело отозвалось болью.
— Проснулся, наконец.
Голос. Знакомый.
Данил перевёл взгляд. Максим сидел рядом, держа в руках телефон. Его взгляд был сосредоточен на экране.
— Похоже, поймали известного наркоторговца... Интересно.
Данил попытался что-то сказать, но из его горла вырвался лишь хрип.
Максим, не отрываясь от телефона, добавил:
— Да, твои голосовые связки сейчас слабые, чтобы говорить. Впрочем, не удивительно, после того что ты сделал.
Он наконец отложил телефон и посмотрел на Данила.
— Врач сказал, что пуля чудом не задела жизненно важные участки. Но шрам на щеке останется.
В его голосе было что-то среднее между облегчением и упрёком.
— О чём ты вообще думал?!
Данил сжал губы. Он попытался снова что-то сказать, но снова прозвучал лишь слабый хрип.
Собрав последние силы, он едва слышно выдавил:
— Про... про... Прости...
Максим ухмыльнулся и покачал головой.
— Придурок…
Данил хрипло усмехнулся в ответ, но это прозвучало скорее как сдавленный выдох.
— Ха…
Максим присел на край кровати, скинув телефон в карман.
— С Кириллом я договорился. Он не станет подавать заявление, а я, в свою очередь, не расскажу его невесте… кое-что интересное. Так что можешь считать, что тебе повезло.
Он наклонился вперёд, скрестив руки.
Максим:
— Пока ты был без сознания, Анна… Чёрт, она тебя не покидала. Сидела здесь, как привязанная. Если бы я не видел своими глазами, то не поверил бы, что кто-то может так заботиться о человеке, который едва не отправил себя на тот свет.
При упоминании Анны Данил резко отвернулся, не желая смотреть Максиму в глаза.
Максим:
— Дамм… ну, как-то так. Ладно, мне нужно переговорить с капитаном Ивановым по поводу рапорта. Вернусь через несколько минут.
Максим поднялся и вышел, оставив Данила одного.
---
Данил (мысленно):
*"Я… жив. Как бы я ни искал смерти, она снова отвернулась от меня. Что теперь? Просто жить, забыв обо всём, как о страшном сне? Но был ли этот сон таким уж ужасным… Может, я и псих, но… я не хочу забывать. Не хочу вычёркивать всё. По крайней мере, не ту часть, где правда наконец вышла наружу.
Анна… Твои чувства были настоящими? Если нет тогда почему почему не бросила меня?"*
Тишину нарушили приближающиеся шаги.
Данил:(в мыслях)
"Максим."
Но вместо него в палату вошла Анна.
Анна (со слезами на глазах):
— Слава богу… ты в порядке.
Она подошла ближе, присела рядом и, дрожа, провела ладонью по лицу Данила.
— Как же я рада, что ты жив… Я знаю, что не заслуживаю прощения. Я понимаю всю тяжесть своего греха… поэтому я уйду. Я исчезну из твоей жизни.
Данил всматривался в её глаза. Он умел читать людей, знал, когда они лгут… но сейчас? Сейчас её взгляд был искренним. Или он просто хотел в это верить?
Анна поднялась, подошла к двери и, дотронувшись до ручки, услышала позади себя слабый, хриплый голос.
— По… постой…
Она резко обернулась. Данил, игнорируя боль, выдёргивал из себя капельницу. Кровь закапала на пол, но он не обратил внимания. Его шатало, но он сделал шаг, затем ещё один… и наконец приблизился к ней, заключая её в объятия.
Данил:
— Прошу… не бросай меня.
Анна зарылась лицом в его грудь, крепко сжав пальцы на спине Данила.
Анна:
— Я обещаю… Я больше никогда не обману тебя.
Он медленно потянулся к тумбочке, взял ручку и листок бумаги. Несколько секунд писал, затем протянул ей.
"Да… По началу мне будет трудно доверять тебе, но я буду стараться. Я хочу начать всё с чистого листа."
Анна, прочитав, улыбнулась сквозь слёзы.
— Я согласна. Я больше не буду тебе лгать... И изменять
Она крепче прижалась к нему, а потом осторожно помогла вернуться в кровать. Данил закрыл глаза. Впервые за долгое время он чувствовал… нечто похожее на покой.
Когда его дыхание стало ровным, Анна вышла из палаты. В коридоре, прислонившись к стене, её ждал Максим.
— И как давно ты здесь? — холодно спросила она.
Максим усмехнулся.
— Достаточно, чтобы увидеть твоё настоящее лицо.
Он сложил руки на груди, внимательно изучая её взгляд.
Максим:
— Но вот что я понять не могу… Ты действительно это чувствовала? Или это была просто хорошая игра? Если второе — поздравляю. Голливуд потерял выдающуюся актрису.
Анна медленно выдохнула, её голос стал ледяным.
Анна:
— Я всю жизнь скрывала свои настоящие чувства. Но рядом с Данилом… я не могу.
Максим чуть прищурился.
Максим:
— Значит, это была ты. Настоящая.
Анна:
— Да.
Он медленно кивнул.
Максим:
— Но знаешь, я не удивлён.
Анна прищурилась.
Анна:
— Ты такой же, как и я.
Максим едва заметно повёл бровью.
Анна:
— Ты готов на всё, чтобы защитить его. Даже… убить.
На его лице появилась жуткая улыбка. Она была… пугающе спокойной. Хищной. Его глаза блестели так, будто он действительно наслаждался этой мыслью.
Максим:
— Да… И если понадобится, я начну с тебя.
Анна не отвела взгляд.
Анна:
— Если это повторится, я сама приду к тебе. И даже не буду сопротивляться. Можешь смело меня убить.
Максим улыбнулся шире, но его взгляд стал мрачнее.
Максим:
— Надеюсь, что не повторится. Убить тебя — это одно. Но если всё снова случится… Данилу будет больно. А это — последнее, чего я хочу.
Анна кивнула.
Анна:
— Да… Знаешь, мы оба его не достойны.
Максим вздохнул.
Максим:
— Вынужден согласиться.
Коридор погрузился в напряжённую тишину. Они оба знали, что никогда не станут друзьями. Никогда не будут доверять друг другу. Но в одном они были едины — Данил.
И ради него они могли мириться с присутствием друг друга. По крайней мере, пока. За дверью палаты Данил продолжал спать, не зная, что за него уже готовы убивать.