Его Высочество первый принц Марив. Я, граф Дерга Брац. Прошу простить, что пишу кратко, ибо обстоятельства не терпят отлагательств. Когда господин Молин из администрации спускался в столицу для решения вопроса о внесении бастарда в реестр, он передал мне намерения Его Высочества второго принца Гейла. Он предлагал вступить в альянс между принцем и аристократами. Я, как человек, служащий императорскому дворцу, зная, что это будет в тягость Вашему Высочеству, отказался.
В результате я оказался в опасности. Молин и бастард, вернувшись в дворец, оклеветали меня, обвинив в уклонении от уплаты налогов. Это ложь. Если дом Брац будет уничтожен, дворец, несомненно, пошлёт кого-то для управления этими землями. И с высокой вероятностью эти земли перейдут под контроль Молина, который уже бывал в Брац, и его приближённых.
Это, безусловно, навредит Вашему Высочеству Мариву. Умоляю, сжальтесь над домом Брац, который из поколения в поколение защищает границу от варваров.
Шурх.
Марив дочитал письмо и медленно опустил его. Затем, надев очки, лежавшие на столе, пробормотал:
— Неожиданно.
Советник тоже выглядел встревоженным и постоянно прислушивался к звукам снаружи. В императорском дворце даже тихий шёпот быстро становится известен.
— Советник, прочтите и вы.
Лицо советника, принявшего письмо и прочитавшего его, тоже помрачнело.
— Как вы думаете, где здесь правда, а где ложь?
— Они слишком искусно переплетены, трудно различить.
— Во-первых, разберём по частям. Ясно, что Гейл поддерживает дружеские отношения с провинциальными аристократами. Хотя открыто это не называется, но их собственные собрания существуют.
Центр и провинции находятся в отношениях сдерживания.
Как наследный принц, Марив, естественно, стремился ограничивать аристократов, в то время как Гейл, отстранённый от наследования, мог общаться с ними более свободно.
— Но то, что граф Брац отказался ради меня, вызывает сомнения. Что за особенные у нас с ним отношения?
— Я тоже так думаю. С точки зрения графа, было бы естественнее принять предложение принца Гейла. Однако, похоже, он всё же отказался.
— Тогда должна быть причина, по которой он хотел дистанцироваться от Гейла. Учитывая, что на него донесли об уклонении от налогов и отправили инспекцию, вероятно, дело в этом.
Марив тихо, анализируя, разбирал ситуацию. Поразительная проницательность. Сидя на месте, имея лишь ограниченную информацию и одно письмо, он смог понять суть происходящего в далёком владении Брац.
— Тогда утверждение о невиновности, скорее всего, ложь. А то, что в случае уничтожения Брац делами займётся курировавший его Молин, ‒ правда. Кто руководитель инспекции?
На вопрос Марива советник на мгновение задумался. В императорском дворце за день упоминаются сотни имён. Разве можно их все запомнить? Но, порывшись в памяти, он ответил:
— …Некая Эрика.
— Связи?
— Вроде бы никаких. Был один родственник Молина, обвинённый в незаконной застройке земель. Тогда она дала показания, которые помогли оправдать его. Эту часть нужно проверить.
— Не стоит. Это неважно.
— …Тогда получает подтверждение и то, что принц Гейл замышляет измену.
Ведь Молин ‒ человек Гейла.
На слова советника Марив пожал плечами, словно говоря: в этом нельзя быть до конца уверенным. Но когда всё неясно, лучше подстраховаться.
В императорском дворце, где ходы запутаны, даже малейшая ошибка может стоить всего.
— Завтра, нет, сегодня утром? Передайте, что я тоже приду на утреннее совещание министров.
Марив, надев очки, тихо распорядился. Утреннее совещание, где министры обсуждают и голосуют по повестке дня. Обычно Марив лишь слушал доклады вместе с императором во второй половине дня и почти никогда не присутствовал на утренних заседаниях.
Несомненно, когда они узнают новости утром, это вызовет переполох.
— Да, Ваше Высочество.
— И раз уж ты вернулся, поработаем.
— …Я готов.
— Благодарю.
Советник, вызванный среди ночи, слабо улыбнулся и склонил голову. Марив убрал письмо Дерги в ящик стола и распорядился:
— Принесите все материалы по владению Брац, поступившие за последнее время. Особенно доклады, поданные господином Молином.
— Да, Ваше Высочество. Подождите немного.
Скрип.
Дверь медленно закрылась. Марив попытался сосредоточиться на документах, но письмо Дерги, спрятанное в ящике, не давало покоя.
«Гейл… Надеюсь, ты не совершишь глупость».
* * *
На следующее утро в Большом зале заседаний императорского дворца.
Министры разных ведомств собирались по одному и занимали свои места. И, как обычно, они заметили новое кресло.
— Кто сегодня будет?
— Говорят, присутствует Его Высочество первый принц.
— Его Высочество Марив?
— Вы не слышали?
— О-о! Почему мне не сообщили?
— Утром посылали слугу.
Утреннее совещание министров проходило каждый день. Хотя принц мог присутствовать, но это было место, где министры согласовывали мнения перед докладом императору, поэтому его присутствие было несколько неудобным.
— Кто-нибудь знает, в чём дело?
— Не знаю. Я тоже ничего не слышал…
Даже те, кто был близок к Мариву, недоумённо качали головами. А те, кто поддерживал Гейла, с самого утра были в дурном расположении духа. Хотелось бы связаться с принцем Гейлом, но до начала совещания оставалось мало времени.
— С ума сойти. У меня уже желудок болит.
— У меня тоже. Что за вопрос будет сегодня, что он явился лично? Всё равно увидимся днём.
— А ведь получается, мы увидимся два раза в день.
— Не зря мне сегодня плохо спалось…
— Входит Его Высочество Марив.
Министры, тихо перешёптывавшиеся, при появлении слуги вскочили и поприветствовали принца. Принц, тоже слегка поклонившись, вошёл в зал.
— Рад видеть вас с самого утра.
— Ваше Высочество, по какому случаю…?
— Вот именно. По какому случаю? Ха-ха-ха.
Само его внезапное появление говорило о том, что у него есть какая-то цель. Он не ходил вокруг да около, но и не раскрывал истинных намерений. Премьер-министр постучал молоточком, объявляя начало заседания.
Дзынь-дзынь-дзынь!
— Кхм. Тогда начнём заседание.
— Да, я начну…
Жаркое летнее утро, а казалось, что идёшь по тонкому льду. Несколько министров из ведомств, не участвовавших в политической борьбе, поспешили взять слово. Все украдкой поглядывали на Марива, но сам он только улыбался.
В самый разгар обсуждения.
— Ах да. Вчера вечером пришёл почтовый голубь из Брац. От руководителя инспекции Эрики.
На слова министра юстиции Марив поднял голову.
— Сообщается, что найдены доказательства уклонения от уплаты налогов графа Дерги Брац и конфискована часть имущества особняка. Однако в процессе было сопротивление графа.
— Сопротивление?
— Похоже, были столкновения между инспекцией, центральной армией и личными солдатами графа и жителями. Сейчас, после победы, граф заключён под стражу, идёт уборка территории. Однако жена и сын графа находятся в бегах, их преследуют.
— Мало того что уклонялся от налогов, так ещё и с солдатами сопротивлялся! Достоин самой суровой казни.
— Внесём в повестку императору.
Секретари лихорадочно записывали слова министров. Но замерли, как только зазвучал голос Марива.
— …Но.
— Да, Ваше Высочество. Говорите.
— Объектами казни являются граф, его жена и один сын? А бастард Иан?
— На основании доклада господина Молина он был признан недостойным внесения в реестр. К тому же после заключения мира с народом Чхорё он уже перешёл границу.
— Конечно, если строго следовать закону, его следует разжаловать в рабы. Но, насколько я слышал, донос подал именно бастард. Думаю, это может быть смягчающим обстоятельством.
— В докладе руководителя инспекции есть упоминание о бастарде?
— …А, было.
— Покажите доклад.
По слову Марива подчинённые министра юстиции отобрали бумаги и подали их вперёд. Марив быстро просмотрел их, а министр добавил:
— Согласно государственным законам, казни подлежат только те, кто входит в состав уничтожаемого дома. Для бастарда подходит наказание в виде рабства.
— Министр, я доверяю вам. Я спрашиваю не потому, что не верю, а чтобы уточнить.
Если Молин и бастард сообща донесли на Дергу, значит ли это, что бастард тоже на стороне Гейла? А как тогда обстоят дела с народом Чхорё? Если к лагерю Гейла присоединятся ещё и варвары, это будет серьёзно…
Марив молча постукивал по столу.
Министры тоже инстинктивно замолчали, лишь бросая быстрые взгляды по сторонам. Наконец Марив заговорил:
— Если дом Брац будет уничтожен, как будет организовано управление этими землями? Раз уклонение от налогов подтвердилось, сумма налогов, поступающих от Брац, должна увеличиться.
— Как насчёт отправить кого-то из дворца? Граница и так обладает сильной автономией, если присоединить её к соседнему владению, оно станет слишком сильным.
— Верно. Управлять должно, конечно, императорский двор. Так можно будет собирать больше налогов. И взыскать недоимки.
— Но, учитывая ситуацию, недоимки по налогам лучше будет взыскивать с новым лордом, установив срок…
— Администратор Молин из административного ведомства ведь курировал Брац? Думаю, министру следует обсудить с ним и отобрать подходящую кандидатуру.
Мнения текли, как вода. И остановил их лишь кивок Марива.
— Я немного обеспокоен.
— Чем именно…?
— Судя по докладу, битва была довольно ожесточённой. И, говорят, позже к ней присоединились и жители. Вне зависимости от вины Дерги, центральная армия превратила их земли в руины. Как отреагируют жители, если новый лорд будет из Центра?
— Считаться с мнением крестьян…
— Это не мнение, а вопрос, напрямую связанный с урожайностью. К тому же Брац граничит с Великой пустыней. Думаю, никто из присутствующих здесь не нуждается в объяснениях об особенностях этого владения.
Ситуация непростая. Земля скудная, обширная, граничит с пустыней, но с другой стороны ‒ с крутыми горами.
— И народ Чхорё. Они поддерживали отношения с Брац. Есть ли здесь кто-нибудь, говорящий на языке чхорё?
— Говорят, эти варвары неплохо владеют общим языком.
— Тогда инициатива перейдёт к ним.
Казалось, всё шло к тому, чтобы просто "назначить нового лорда", но чем глубже копали, тем сложнее становилось.
— Тогда каков путь решения?
В этот момент прозвучал звонкий голос. Это была глава магического ведомства, Уэсли, сидевшая в углу. Женщина, которую называли тайной возлюбленной второго принца Гейла. Единственная здесь, кто мог выдержать взгляд Марива.
Марив мягко улыбнулся:
— Давайте немного отложим назначение лорда.