Глава 18
―
Не подходи близко.
Моя одежда была грязной, поэтому я не хотела пачкать Лео. В
отличие от недоумевающего Лео, Эдвард быстро понял причину моих слов. Затем его
лицо ожесточилось.
―
Сестра. Что случилось?
―
А, это? Ничего особенного.
―
Сестра, ты ранена? Должен ли Лео помочь тебе?
―
Нет, нет. Яйцо разбилось, потому что я споткнулась о камень.
Возможно, это было потому, что я была рядом с ними, поэтому
казалось, что моя одежда была ещё более грязной, чем когда я была одна. Острый
взгляд Эдварда заставил меня почувствовать себя немного смущенной.
―
Яйцо?
―
Да. Я купила несколько яиц...
Сказать, что я украла яйца, было нельзя. Особенно в
присутствии Лео. Эдвард, который быстро соображал, казалось, уже понял, что я
лгу. Однако он не хотел признаваться в этом, поэтому спокойно повторил Лео.
―
Сестра случайно разбила яйцо. Всё в порядке, Лео.
―
Ааа.
Лео вздохнул, пытаясь понять, что он хочет сказать, а у меня
колотилось сердце и немели пальцы. Вот почему я думала, что моя жизнь не может
быть безгрешной. Моё сердце колотилось от страха, что Лео может узнать, что я
их украла. Прячась на дереве, чтобы избежать собаки, я чувствовала, как эмоции,
которые я держала в себе, начинают вырываться наружу. Неизбежно на глаза
накатились слёзы. Они текли из моих глаз безостановочно, и мне было очень
стыдно.
«Почему я это делаю? Почему я это делаю?»
―
Хааа. Всхлип.
―
Нет, нет.
―
Сестра.
Эдвард и Лео выглядели растерянными, но я не могла
остановиться. Это был неконтролируемый плач, который даже я не могла сдержать.
Я не знала, что конкретно заставило меня расплакаться. Моё сердце бушевало,
будто бурное море, волны которого разбивались о скалы, словно бурлящая вода,
достигшая точки кипения.
―
Хнык. Простите…
Простите… Я..
Мне было жаль моих братьев. Если говорить о том, что
заставляет меня сожалеть, то я сожалею обо всём. Мы отправились из Сьерры в
Империю благодаря мне, но это было душераздирающе - не иметь возможности
нормально съесть даже одно яйцо. Было жутко безумно хотеть есть, и было очень
тяжело, когда за мной гонялась собака. Я была обижена на родителей, которые
ушли из жизни первыми, и на мир, который был столь жесток.
―
Всхлип.
Что я должна делать в будущем? Если есть бог, я бы хотела,
чтобы он рассказал мне хоть немного о будущем. Если бы я только знала, что
будущее моих братьев имеет счастливый финал, я бы точно смогла пережить всё
это.
―
Нет, сестра. Уааа.
Видя мои слёзы, Лео тоже разрыдался. Эдвард, не понимая, что
делать в подобной ситуации, застонал.
―
Сестра, сестра...
Эдвард озадаченно посмотрел на меня и Лео. Он неуклюже
похлопал меня по спине, пока я плакала, затем попытался заставить Лео лечь плашмя
на пол. Дэниел, который появился в это время, был в недоумении, потому что не
знал, что делать. Слёзы успели остановиться, но, когда я увидела Дэниела, появились
снова.
―
Нет, нет. Что случилось? Брат, неужели ты ударил сестру?
―
Нет.
―
Почему ты плачешь, сестра?
Дэниел подошёл ко мне и обнял меня, пока я плакала. Затем он
легонько подтолкнул Лео, который лежал на полу, к Эдварду.
―
Всхлип. Дэниел. Прости меня, прости.
―
О чём ты сожалеешь?
―
Просто... Всхлип.
―
Перестань плакать, сестрёнка.
Рука Дэниела, поглаживающая мою спину, не была похожа на
руку десятилетнего. Лео, который лежал на полу и плакал, как ребёнок, резко
встал и оттолкнул Дэниела в сторону. Затем он скользнул в мои объятия и потерся
лицом о мою одежду.
―
Эй! Зачем толкаться! ― возмутился Дэниел.
―
Сестра, не плачь. Лео позаботится о тебе.
Он сказал, что сделает это, но его лицо было полно слёз и соплей.
Дэниел был оттеснён в сторону, и уставился на Лео, а Лео, в свою очередь,
показал ему язык.
―
Хаха! ― я
почему-то разразилась смехом.
―
Сестра, ты в порядке?
Эдвард протянул мне салфетку, которую он откуда-то достал.
После того, как я вытерла лицо, пришло запоздавшее смущение.
Эдвард схватил Лео и Дэниела и оттащил их.
―
Вы оба, успокойтесь. Пожалуйста, сначала переоденься.
―
Да. Переоденусь.
Я зашла в приют и переоделась. Я хотела смыть пот и яйцо
водой, но воды было мало, поэтому я не могла принимать душ, когда захочу. Я посмотрела
в зеркало, в отражении на меня смотрело опухшее лицо. Мои волосы были в
беспорядке. На щеках были видны следы слёз.
―
Элизабет. Что с тобой случилось?
Матильда, поражённая моим видом, расширила глаза. Я покачала
головой, мне было слишком стыдно даже рассказать ей, что произошло.
~Тук.
Тук.
Снаружи послышался стук. Матильда повернула голову и позвала
меня.
―
Элизабет. Тебя зовут твои братья.
―
Ах.
Как только она ушла, Эдвард ждал у двери. Он стоял, скрестив
руки и опустив голову. Эдвард поднял лицо, когда я вышла. В отличие от меня,
которая была некрасивой из-за опухших глаз, он был прекрасен, даже когда его
лицо было закрыто. Эдвард держал в руке небольшую корзинку.
―
Сестра. Пойдём на минутку.
―
Куда?
―
Есть одно место.
Эдвард повёл меня на пустой участок за детским домом. Там
Дэниел и Лео сидели в ожидании нас. Он взял одеяло и расстелил его на земле. Затем
он усадил меня туда и поставил корзину в центр нашего круга.
―
Я думаю, что все хотят пить и есть, потому что недоедают.
Затем Эдвард открыл корзину и достал из неё сухой хлеб и
молоко.
―
И не ругайтесь, пока едите.
―
Эй, откуда всё это взялось?
―
Я украл это.
На мгновение я попыталась осмыслить ответ Эдварда, думая, не
ослышалась ли я.
―
Ты?..
―
Да.
―
Если ты... ―
это воровство. Я хотела быть честной сама с собой, но не смогла. За мной
гналась собака, когда я воровала яйца. Но это не значит, что это не имеет значения.
Потому что подобные действия не несут в себе ничего хорошего. ― Ох, Эдвард.
Так нельзя делать…
―
Я знаю. Я знаю, что не должен был это делать, но иногда это просто
неизбежно.
Эдвард пожал плечами.
«Я ничего не могу с этим поделать».
Эти слова пронзили мою грудь.
«Это неизбежно».
Снова посмотрев на Лео и Дэниела, у которых заблестели
глаза, я поняла, что в данном случае совесть не имеет особого смысла. Я
голодна, а детей тоже нужно кормить...
―
Давайте поедим. Хорошо поедим, вырастем здоровыми и будем помогать детям,
которые испытывают трудности, как и мы.
―
Да.
И мы начали делить хлеб. Голод был лучшим рецептом хорошего
блюда. Хлеб был сухим и твёрдым, ни сладким, ни соленым, но таким вкусным, что
мне захотелось плакать. Будет момент, когда я буду вспоминать сегодняшний день.
Тогда мы будем есть не что-то столь скромное, а наоборот, дорогой хлеб со сливками
и лучшим вином. Поклявшись в этом, я быстро съела свою порцию. Это была очень
сытная еда.