Лезвие меча со свистом рассекло воздух, оставляя за собой серебристый след. Аями уклонилась в последний момент, чувствуя, как кончик клинка едва не задел её щеку.— Ты отвлекаешься, — сухо заметил Кирин, опуская оружие. — Третий раз за сегодня. Если бы я был настоящим врагом...— Я знаю, — Аями вытерла пот со лба. — Я была бы уже мертва.Шесть месяцев прошло с тех пор, как она нашла Храм Изначальных Крыльев. Шесть месяцев изнурительных тренировок, древних уроков и постепенного осознания того бремени, что легло на её плечи.Кирин, наставник воинов с медно-красными крыльями, был самым суровым из её учителей. Ни одной ошибки не прощал, ни одного промаха не оставлял без внимания.— Повторим, — скомандовал он, принимая боевую стойку.Аями глубоко вздохнула, вновь поднимая свой меч. Они тренировались на вершине горы, где ветер был силён, а воздух разрежен. Идеальное место для тех, кто учится сражаться с крыльями за спиной.Её собственные крылья, белоснежные с серебристыми кончиками, были полностью раскрыты. За эти месяцы она научилась управлять ими почти так же уверенно, как руками — взмах, разворот, сложить для стремительного пикирования...Кирин атаковал без предупреждения — быстрый выпад, за которым последовал разворот и удар крылом. Аями парировала меч и отпрыгнула, уходя от второго удара. Её крылья распахнулись, поймав восходящий поток воздуха, и она взмыла на несколько метров вверх.Кирин последовал за ней, и их клинки встретились в воздухе с резким звоном. Искры посыпались вниз, исчезая в пропасти под ними.Они кружили над вершиной, обмениваясь ударами и уклоняясь от атак друг друга. Для стороннего наблюдателя это напоминало бы странный, смертельно опасный танец.— Используй свои преимущества! — крикнул Кирин, делая резкий выпад. — Белые Птицы всегда были быстрее других!Аями нырнула под его мечом, сложив крылья, и тут же раскрыла их вновь, когда оказалась за спиной учителя. Она нанесла удар, но Кирин успел развернуться и блокировать её клинок.— Лучше, — кивнул он. — Но всё ещё недостаточно быстро.Внезапно издалека донёсся звук рога — три долгих сигнала, эхом разносящихся между скал.Кирин замер, прислушиваясь:— Совет Крыльев собирается. Тренировка окончена.Они приземлились на площадку, и Аями с облегчением вложила меч в ножны. Каждая мышца в её теле ныла, но это была приятная боль — боль роста и прогресса.— Что-то случилось? — спросила она, глядя в сторону Храма, откуда донёсся сигнал. — Совет не должен был собираться ещё три дня.Кирин нахмурился:— Что-то изменилось. И судя по тому, что нас вызывают так срочно, новости нехорошие.Они спустились по каменным ступеням, вырубленным в склоне горы. Войдя в главный зал Храма, Аями увидела, что почти все обитатели уже собрались там.Морико стояла в центре, рядом с древним бассейном видений. Её лицо было бледнее обычного, а в глазах застыла тревога.— Аями, — Хранительница Памяти сделала шаг навстречу. — Хорошо, что ты здесь. Нам нужно срочно переговорить.Она повела девушку в боковую комнату, служившую для совещаний Совета. Там уже сидели старейшины — представители всех оставшихся Линий крылатых.— Что происходит? — спросила Аями, занимая своё место. За эти месяцы она привыкла к формальностям Совета, к их торжественной медлительности. Но сегодня все были напряжены и явно встревожены.Морико выложила на стол древний свиток:— Стражи нашли нас.По залу пронёсся встревоженный шёпот. Аями похолодела.— Как это возможно? Храм защищён древними заклинаниями. Они не могут...— Они не могут проникнуть сюда, — подтвердила Морико. — Но они блокировали все входы и выходы из долины. Мы в ловушке.— Кто их привёл? — спросил один из старейшин, седовласый мужчина с серыми крыльями. — Кто предал нас?Морико посмотрела на Аями:— Никто не предавал. Они следили за ней с самого начала. Позволили добраться до нас, чтобы выявить последнее убежище.— Тогда я должна уйти, — Аями поднялась. — Если они охотятся за мной...— Нет, — твёрдо произнесла Морико. — Сейчас ты нужна здесь больше, чем когда-либо. К тому же... есть и другие новости.Она развернула свиток, и все склонились над древним пергаментом. На нём было изображено звёздное небо с семью яркими созвездиями, образующими круг.— Звёзды пришли в движение, — Морико указала на одно из созвездий, которое, казалось, смещалось по отношению к остальным. — Седьмая Печать слабеет. Мы должны провести Ритуал Обновления до следующего полнолуния, иначе...— Иначе Печать разрушится сама по себе, — закончил за неё старейшина. — И пророчество исполнится.Аями смотрела на карту звёздного неба, чувствуя, как внутри растёт тревога:— Что такое Ритуал Обновления? Почему вы не говорили о нём раньше?— Потому что он опасен, — вздохнула Морико. — И требует огромной жертвы от хранителя Печати. От тебя, Аями.В комнате воцарилась тишина. Аями обвела взглядом каждого из присутствующих:— Какой жертвы?Морико встретилась с ней взглядом:— Часть твоей жизненной силы... твоей души... должна быть связана с Печатью. Это не убьёт тебя, но сделает уязвимой. Часть твоего "я" будет постоянно привязана к Печати, защищая её.— И если Печать будет разрушена... — начала Аями.— Эта часть тебя будет уничтожена, — кивнула Морико. — Возможно, необратимо.Аями сжала кулаки:— Но у нас нет выбора, верно?— Есть всегда выбор, — произнёс новый голос от двери.Все обернулись. В проёме стоял высокий мужчина в тёмных одеждах. Его чёрные крылья были сложены за спиной, но даже так их размах впечатлял.— Сэйдзи, — выдохнула Аями.Чёрный Охотник сделал шаг в комнату, и старейшины напряглись. Кирин положил руку на рукоять меча.— Как ты прошёл через кордон Стражей? — спросил он.Сэйдзи усмехнулся:— Стражи видят только то, что им позволено видеть. А я не зря ношу имя Охотника.Он повернулся к Аями:— Ты выросла с нашей последней встречи. Окрепла. Это хорошо.— Что тебе нужно? — спросила она, готовая в любой момент выхватить меч.Сэйдзи обвёл взглядом присутствующих:— То же, что и вам. Предотвратить катастрофу. Но мой путь отличается от вашего.— Говори яснее, Чёрный, — потребовала Морико. — У нас мало времени для загадок.Сэйдзи подошёл к столу и взглянул на звёздную карту:— Обновление Печати — не единственный способ предотвратить катастрофу. Есть другой путь. Путь равновесия.— Какой путь? — Аями невольно подалась вперёд.— Восстановить то, что было разрушено, — Сэйдзи указал на карту. — Не одну Печать, но все семь. Восстановить первоначальное равновесие между крылатыми и землёй.Морико покачала головой:— Это невозможно. Шесть Печатей разрушены безвозвратно.— Не разрушены, — возразил Сэйдзи. — Рассеяны. Их сила всё ещё существует в мире. Нужно лишь собрать её и направить.— И как это сделать? — спросил Кирин с явным скептицизмом.Сэйдзи посмотрел прямо на Аями:— С помощью твоего амулета. Он — ключ. Ключ, который может либо запереть дверь навечно, либо открыть её для новой реальности.Аями коснулась амулета на груди:— Почему я должна тебе верить?— Не должна, — просто ответил Сэйдзи. — Но подумай вот о чём: если ты свяжешь себя с Печатью, как предлагает Морико, ты станешь её рабом. Ты и все твои потомки будут вечно привязаны к этому бремени, неспособные жить полной жизнью.Он сделал паузу:— А если ты пойдёшь по моему пути, будет шанс освободить всех крылатых. Восстановить баланс между землёй и небом. Вернуть то, что было до Войны Печатей.— Ценой чего? — прищурилась Морико. — Говори всю правду, Чёрный.Сэйдзи выдержал её взгляд:— Ценой власти тех, кто сейчас контролирует мир. Стражи, короли, императоры — все, кто построил свою власть на подавлении крылатых. Они потеряют своё могущество.— И начнётся новая война, — заключил Кирин.— Возможно, — не стал отрицать Сэйдзи. — Но не обязательно. Если сила будет распределена равномерно, может наступить новая эпоха равновесия.Он протянул руку Аями:— Я предлагаю тебе не скрываться здесь, ожидая неизбежного, а действовать. Выйти отсюда вместе со мной и найти осколки шести разрушенных Печатей.Аями переводила взгляд с Сэйдзи на Морико и обратно:— Как мы можем покинуть долину? Ты сам сказал, что Стражи окружили её.— У меня есть путь, — Сэйдзи улыбнулся. — Тайный путь, о котором не знают даже хранители Храма.Морико подошла к Аями и положила руки ей на плечи:— Не доверяй ему слишком легко, дитя. Сэйдзи играет свою игру, и не всегда ясно, на чьей он стороне.— А разве вы не играете свою? — парировала Аями, внезапно ощутив гнев. — За эти месяцы вы так многое скрывали от меня. О ритуале. О жертве. Кто знает, что ещё вы утаили?Она отступила, оказавшись между Морико и Сэйдзи:— Я больше не ребёнок, которому можно указывать путь. Я сама решу, каким он будет.Кирин положил руку на плечо Аями:— Тогда решай с открытыми глазами. Ни он, — кивок в сторону Сэйдзи, — ни мы не можем гарантировать успех. Оба пути опасны.— Я знаю, — Аями закрыла глаза на мгновение, чувствуя тяжесть выбора.Когда она вновь открыла их, её взгляд был ясным и решительным:— Я хочу услышать больше о обоих путях. В деталях. Всю правду, какой бы горькой она ни была. А затем я решу.* * *Ночь опустилась на долину, укрытую туманом. На вершинах окружающих гор мерцали сигнальные огни Стражей — они терпеливо ждали, зная, что их добыча никуда не денется.Аями стояла на балконе своей комнаты, глядя на звёзды. Созвездия, изображённые на древней карте, светились в небе, напоминая о неумолимом течении времени.— Не спится? — спросила Морико, появляясь в дверях.Аями покачала головой:— Слишком много мыслей.Хранительница Памяти подошла ближе:— Я понимаю твой гнев. Мы должны были рассказать тебе о ритуале раньше.— Почему не рассказали?Морико опустила взгляд:— Боялись, что ты уйдёшь. Что не захочешь принять эту ношу.— А теперь у меня нет выбора, — горько произнесла Аями.— Выбор есть всегда, — повторила Морико слова Сэйдзи. — Но любой выбор имеет последствия.Они помолчали, глядя на горы, окружавшие долину.— Что ты знаешь о Сэйдзи? — наконец спросила Аями. — Кто он на самом деле?Морико вздохнула:— Сложный вопрос. Сэйдзи... он старше, чем кажется. Намного старше. Некоторые говорят, что он был свидетелем самой Войны Печатей.— Это возможно?— Для обычного крылатого — нет. Но Сэйдзи не обычен. Его Линия, Чёрные Охотники, всегда стояла особняком. Ни на стороне тех, кто хотел сохранить Печати, ни на стороне тех, кто стремился их разрушить.— Тогда чего он хочет?— Равновесия, — ответила Морико. — По крайней мере, так он говорит. Но равновесие — понятие скользкое. Оно может означать разные вещи для разных людей.Она повернулась к Аями:— Завтра на рассвете Совет примет окончательное решение. Мы хотим знать, что ты выбираешь: остаться и провести ритуал или уйти с Сэйдзи на поиски осколков.— А если я выберу третий путь? — тихо спросила Аями.— Какой?— Уйти одной. Найти свой собственный путь.Морико долго смотрела на неё:— Тогда ты обречёшь нас всех. Без тебя ни один из путей невозможен. Ты — ключ, Аями. Хочешь ты того или нет.С этими словами она оставила девушку наедине с ночью и звёздами.Аями продолжала смотреть в небо, когда услышала шелест крыльев. На перила балкона опустилась чёрная птица — ворон с необычными глазами, слишком умными для обычного животного.— Он прислал тебя? — спросила Аями, зная, что это не просто птица.Ворон наклонил голову, словно изучая её, затем каркнул и взлетел. В лунном свете Аями заметила, что к лапке птицы привязан маленький свиток.Она быстро сняла его и развернула. Внутри было всего несколько слов, написанных рукой Сэйдзи:*"Не все тайны были раскрыты. Встреть меня у северного водопада в полночь, если хочешь узнать больше о своей матери".*Аями сжала записку в кулаке. О её матери? Что мог знать Сэйдзи о Мизуки?Внезапно амулет на её груди нагрелся. Аями достала его и увидела, что символы пульсируют слабым светом, словно реагируя на имя матери.Решение пришло само собой. Она должна встретиться с Сэйдзи. Должна узнать правду. Всю правду.Оглянувшись на двери своей комнаты, Аями тихо прошептала:— Прости, Морико. Но я должна знать.Расправив крылья, она бесшумно взлетела с балкона, слившись с ночным небом. Её белые крылья казались серебристыми в лунном свете, делая её похожей на призрака, скользящего между звёзд.Внизу, в тенях Храма, одинокая фигура следила за её полётом. Кирин, опираясь на свой меч, покачал головой:— Она сделала свой выбор, — прошептал он. — Теперь остаётся только молиться, чтобы он был верным.В то же время, на самой высокой башне Храма, Морико смотрела в тот же бассейн видений, что показывал Аями историю её народа. Но сейчас поверхность воды отражала нечто иное — фигуру в чёрном, ожидающую у северного водопада.— Так начинается, — произнесла Хранительница Памяти. — Да защитят её крылья предков.А высоко над долиной, в звёздном небе, одно из семи созвездий сдвинулось ещё немного. Седьмая Печать продолжала слабеть, отсчитывая время до неизбежного выбора, который должна была сделать последняя из Белых Птиц.Выбора, от которого зависела судьба не только крылатых, но и всего мира.