Хотел ли он выбраться отсюда?
Слова Джин Мудо обрушились на Чон Мулина с немалой тяжестью.
«Этот человек серьёзен!?»
Его манера, до сих пор бывшая насмешливой, резко изменилась с того момента, как прозвучало «секта Северного Ветра».
И судя по разговору, последовавшему за этим, Чон Мулин мог понять: враждебность Джин Мудо к Дворцу Тьмы Десяти тысяч Демонов, если и изменилась — то лишь дошла до ещё большего предела.
«Цель мести — одна и та же.»
Враг, которого хотелось разорвать и убить прямо сейчас.
То, что объединяло Джин Мудо и Чон Мулина, — враг у них был один.
— Слушайте, старик. Вы спрашиваете меня, могу ли я выбраться отсюда, — когда даже вы, Непревзойдённый, не смогли?
На слова Чон Мулина Джин Мудо холодно рассмеялся.
— Если будешь слушать, что я говорю — это вполне возможно.
— Тогда почему вы сами не выходите, старик?
Почуяв, видимо, осторожность в словах Чон Мулина, Джин Мудо коротко вздохнул.
— Для боевого мастера важнее всего нижний даньтянь. Но, как видишь, мой — полностью уничтожен. Это дело рук моего старшего ученика, Хва Гванчхона.
Чон Мулин нахмурился.
Он знал, что даньтянь крайне важен для боевого мастера. Но тот, кто уничтожил этот даньтянь — был старшим учеником самого Джин Мудо!
— А мышцы и меридианы рук и ног абсолютно необходимы для техники лёгкого шага, техники меча, техники ладони и прочих боевых искусств. А что у меня? Это — подарок моего второго ученика, Чхоль Мугёка.
Подобно ветвям старого дерева, давно засохшим и высохшим, руки и ноги Джин Мудо были зрелищем поистине ужасающим.
— А глаза? Нужно ведь видеть, чтобы находить путь, не правда ли? Но тот, кто выколол мне глаза и преподнёс их Боевому союзу, был мой третий ученик, Чо Унок.
Чем больше он слушал, тем более жалкой казалась ему эта жизнь.
Как человек, заслуживший громкое имя первого среди людей демонического пути, был предан учениками и доведён до такого состояния?
— По этим причинам я не могу выйти. И поскольку я прожил слишком долго, жизненных сил у меня тоже осталось немного.
Чон Мулин кивнул.
Это была причина, которую можно было принять.
— Выйдешь и отомстишь за меня?
Но на этот раз Чон Мулин покачал головой.
— Раз вас всё равно притащили сюда беспомощным — как же я, не знающий о боевых искусствах ровным счётом ничего, смогу сбежать из этого места?
Джин Мудо издал пустой смешок.
— Глупец! Как ты думаешь, каким образом мои ученики меня усмирили?
— Ну, может быть, напали исподтишка, пока вы спали...
В этот миг из всего тела Джин Мудо вырвалось желание убивать.
— Они использовали двадцать видов яда и пять видов зелья, помрачающего разум, чтобы меня усмирить. Даже в том состоянии я едва не убил их всех. Таково боевое искусство, которое я постиг, — Искусство Неистовых Небесных Демонов.
Чон Мулин тихо кивнул, словно принимая это, но тут же наклонил голову набок.
— Это Искусство Неистовых Небесных Демонов, о котором вы говорите. Вы, должно быть, оттачивали его всю жизнь, старик, — а у меня нет столько времени.
— Тск, какой же ты несносный! Ты думаешь, я просто обучу тебя обычным способом и отправлю?
— Мм, даже если вы так говорите, старик, я не особо верю этим словам.
Джин Мудо заскрежетал зубами.
— Безумец! Знаешь ли ты, почему Искусство Неистовых Небесных Демонов называют величайшим боевым искусством всех времён?
— Нет.
На такую манеру Чон Мулина — притворяться, будто не знает, — Джин Мудо, казалось, ещё больше разгорелся, и заговорил голосом, ставшим совершенно глухим.
— За один год ты сможешь выбраться отсюда.
— Кто бы поверил? Как можно овладеть величайшим боевым искусством всех времён всего за год?
— Кул! Этот малый всё время задирает людей!
Джин Мудо поцокал языком, затем снова открыл рот.
— Ты из тех, кто просит пощады, только заглянув в ад. Хорошо, я покажу тебе ад.
Вжух—
— ...!
В этот миг тело Чон Мулина резко окаменело.
Он не мог поверить.
Повсюду вокруг, где прежде была лишь непроглядная тьма, взметнулись огромные языки пламени, и бесчисленные гнилые трупы появились и двинулись к нему.
— Сражайся. Если ты не можешь справиться с этим — значит, ты не достоин учить Искусство Неистовых Небесных Демонов.
Он не знал, что это было.
Хотя перед глазами разворачивалась эта страшная картина, Чон Мулин изо всех сил пытался сохранить ясность мыслей.
Он ясно понимал, что это — иллюзия, но то, что происходило вокруг, было слишком живым.
— Думаешь, этот старик провёл сто лет без дела? Кул! Думаешь, ты первый, кто попал в эту Небесную тюрьму за это время?
Чон Мулин нахмурился.
— Вытерпи. Докажи, что способен отомстить своими руками.
На его насмешливые слова Чон Мулин крепко закусил губу.
По правде говоря, когда Джин Мудо сказал, что научит его боевым искусствам, слова «научите меня» уже поднялись к самому горлу Чон Мулина.
Но поскольку он не знал, какой замысел скрывался за этим у Джин Мудо, он намеренно проверял его.
«Искусство Неистовых Небесных Демонов, значит?»
И главное.
Он не знал, правда ли, что, овладев Искусством Неистовых Небесных Демонов, он действительно сможет выбраться отсюда.
И всё же раз вокруг раскинулась эта иллюзорная формация — слова Джин Мудо, похоже, не были ложью.
Но и Джин Мудо сейчас испытывал его.
«Тогда есть лишь один путь.»
Чон Мулин закончил просчитывать в голове.
«Нужно раздразнить старика и выжать из него всё! Просто выбраться отсюда — мало.»
Судя по всему, его умысел до сих пор работал в какой-то мере.
«Для начала — выжить среди них. Это первое!»
Чон Мулин смотрел на медленно надвигающихся мертвецов и сжал кулаки.
Он не знал, какой трюк здесь применён, но было очевидно: позволить им нападать на себя — не к добру.
«Хф...»
Хотя он и прожил жизнь официантом, Чон Мулин от природы всегда хорошо чувствовал своё тело.
— Кьяаак!
Один труп открыл пасть и бросился на него.
Волна гнилостного смрада накрыла его с головой.
Но Чон Мулин был настолько сосредоточен на движениях этой твари, что даже не почувствовал запаха.
Хрясть!
Труп набросился на Чон Мулина быстрее, чем ожидалось, но тот не стал просто принимать удар.
Он подхватил с земли камень и с силой ударил им мертвеца по голове.
Тошнотворный запах разлился в воздухе, труп пошатнулся и рухнул.
— Давайте, по одному!
Оставшиеся трупы на миг, казалось, застыли, а затем все разом яростно бросились к нему.
— Кхх!
Когда больше десятка трупов навалились одновременно, даже Чон Мулин не мог не дрогнуть.
Но он быстро перекатился по земле и на время уклонился от их атак.
Затем, вскочив на ноги, схватил одного из них за руку и тут же сломал её.
Хруст—
Неприятное ощущение прошило его, но Чон Мулину было не до того.
— Кьяаак!
Труп с силой вцепился в плечо Чон Мулина другой рукой и потянулся к нему зубами. Резко выступавшие клыки были крайне опасны.
Бум—
В этот момент Чон Мулин резко поднял голову и ударил существо в череп.
В момент, когда труп отлетел назад, Чон Мулин со всей силы взмахнул камнем в руке.
Труп опрокинулся с треском, словно лопнула тыква. Но Чон Мулину некогда было смотреть на смерть твари.
— Кьяаак!
— Кьяак!
Трупы сплотились в единую массу и навалились на Чон Мулина.
— Кхуух!
Одни вцепились в руки, другие схватили за ноги и глубоко вонзились зубами.
Он понимал, что это не реальность, но боль была настолько чудовищной, что разум начинал мутнеть.
— Хух!
Когда брызнула кровь, трупы пустились в ещё более дикий бег.
И это было ещё не всё.
Почуяв, видимо, запах крови, трупы стали ломиться откуда-то с новой яростью.
— Прочь, сукины дети!
Если не скинуть их — конец.
Чон Мулин стиснул зубы, молотя их кулаками, пиная ногами и вырываясь изо всех сил.
Сколько времени прошло, пока он бился об них головой и катался с ними по земле?
— Хурк, хурк!
Чон Мулин едва держался на ногах — тело было сплошь покрыто ранами.
Несколько трупов рухнули вокруг него, но перед глазами надвигалось ещё больше.
Глядя на мертвецов, с горящими от мерзкой жажды глазами наступавших на него, Чон Мулин вытер уголок рта рукавом и сказал:
— Слушай, старик! Этого достаточно? Это даже моё тело не разогрело!
Бум—
Джин Мудо, по всей видимости, наблюдал за ним откуда-то.
Он проверял Чон Мулина по своим меркам.
Но он не знал.
Чем больше Чон Мулин сражался, тем горячее разливалась кровь по всему телу и тем полнее он сходил с ума.
Хрясть—
Трупы падали один за другим.
Одновременно раны по всему телу Чон Мулина тоже множились — но ему было всё равно.
— Уааааах!
С головы до ног покрытый зловонными выделениями и гнилой кровью трупов, он бросился вперёд и врезался в толпу мертвецов.
— Кьяааа!
Трупы тоже неистовствовали соразмерно его безумию.
Джин Мудо наблюдал за всем этим.
То, что он развернул, было иллюзорной формацией под названием «Формация Оков Царства Смерти».
Её заложил Са Гильджин, «господин Разрывающий Ночь», заключённый здесь пятьдесят лет назад.
Са Гильджин в совершенстве владел формациями, и Боевой союз, понёсший от него огромный урон, запер его в этом месте.
«Хотя это лишь первая ступень Формации Оков Царства Смерти — он сопротивляется с такой яростью! Как и следовало ожидать, ядовитая порода есть ядовитая порода!»
Он не знал, как было бы с боевыми мастерами, но Формация Оков Царства Смерти была настолько злобной иллюзорной формацией, что обычный человек, попав в её первую ступень, мгновенно сходил бы с ума.
А этот безумец творил внутри неё всяческое бесчинство, пытаясь выжить...
Если бы глаза Джин Мудо всё ещё были на месте, они бы засветились огромным интересом.
«Значит, Небесная Убийственная Звезда — это и впрямь Небесная Убийственная Звезда? Кру-хухуху! Какое занятное существо!»
Холодная улыбка легла на уголки его губ.
За сто лет, что он провёл здесь взаперти, ему встречалось бесчисленное множество людей демонического пути и чудаков, но рождённый под Небесной Убийственной Звездой и вправду чем-то отличался.
«Если выпустить его в мир — будет поистине занятно! Кру-хухухуху!»
Сколько бы он ни пробовал — он давно понял, что в нынешнем состоянии тела покинуть Небесную тюрьму не сможет.
Но огонь, что горел у него в груди, со временем не только не угасал, а лишь разгорался всё сильнее, до той степени, что грозил свести с ума.
Он уже провёл десятилетия, день и ночь ломая голову над тем, как воздать по счетам за эту обиду.
«Ещё! Покажи мне себя ещё!»
Сам того не замечая, Джин Мудо носил на губах убийственную улыбку.
Тело его дрожало, и впервые за долгое время сердце забилось быстрее. Жизненная сила впервые за долгое время вернулась в тело, похожее на гнилое, скрюченное сухое дерево.
Три слога имени Джин Мудо, которые должны были быть похоронены здесь и исчезнуть навсегда, встретив Чон Мулина, снова рвались жить.
Бум—
— Хе-хе...
В этот миг Чон Мулин, вбивая голову трупа в стену, тихо начал смеяться.
— Эй, старик.
И парень, глядя в сторону Джин Мудо глазами, полностью потерявшими рассудок, открыл рот.
— Не можешь добавить ещё немного? Только сейчас...
На уголках его губ тоже начала медленно расплываться та же убийственная улыбка, что только что появилась на губах Джин Мудо.
— Тело начинает разогреваться.
Джин Мудо почуял его и вздрогнул.
Но это длилось лишь мгновение — и он тоже широко улыбнулся.
Парень теперь жаждал убийства даже сильнее, чем мести.
Отнять жизни живых и ввергнуть всё в хаос кровавым безумием.
Если бы мог, Джин Мудо был бы готов зааплодировать.
— Да, да! Ещё!
Джин Мудо и Чон Мулин.
Через невидимую стену двое улыбались друг другу.
Безумец и ещё больший безумец.
Это была первая встреча этих двоих.